авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 33 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ИНСТИТУТ ЭТНОЛОГИИ И АНТРОПОЛОГИИ им. Н.Н. МИКЛУХО-МАКЛАЯ -7 Этмчесшя история инародшящьшура ХП-ХХ в е к ...»

-- [ Страница 8 ] --

В восточной части губернии, в Сольвычегодском и особенно в зырянских Ярен ском и Устьсысольском уездах, избы крестьян были тесными, курными (черными), без фундаментов, сеновалы служили сенями, риги (овины) там не имели крытых гумен. Отдельные описания крестьянских построек остались в документах 40-50-х го­ дов XIX в., которые также свидетельствуют об определенном переходном периоде в развитии народного жилища. Рассмотрим их в наметившихся к тому времени рай­ онах-ареалах. На западе и юго-западе Вологодской земли существовал тип дома, который известен по описаниям жилища в деревнях Череповецкого у.: избы одно­ этажные, большие, обшиты тесом, с резными карнизами, пол деревянный, крыша с коньком или шатром, покрыта соломой, тесом или дранкой, с водостоками (жело­ бами-потоками). Внизу устроен подвал для овощей и домашних вещей, вход в него разного вида: снаружи дома, из сеней или находится внутри избы. Клети-кладовые размещены рядом с избой через сени. Это еще дом - изба-сени-клеть, есть и избы на две половины (разделены заборкой, завесой или шкафом), план такой избы - так называемый севернорусский, когда печь находится в углу у входа, устьем "поверну­ та" к противоположной стене, по диагонали от печи - передний угол с божницей.

Двор "стоит" сзади избы, вход в него из сеней или сбоку двора. Житницы размеща­ ются на белом дворе или против дома на другой стороне улицы. У каждого есть баня.

В 50-60-е годы XIX в. в центре губернии существовали дома следующего вида.

В Вологодском у., по описаниям с. Рабанги, появилось жилище переходной фор­ мы. Если даже оно и состояло из одной избы, то к ней сбоку пристраивалась горни­ ца, чистая, без печи, правда, нежилая и использовалась вместо чулана. У зажиточ­ ных крестьян были уже дома из двух изб: одна как горница и с печью. Встречались и двухэтажные избы, нижнее помещение которых служило зимовкой. Интерьер та­ ких изб был одинаков - с печью в углу у входа, с полатями, с божницей в переднем углу, но пол в этих избах существовал не всегда. В этих более южных районах Севера теплее, и там пол и высокие подклеты не всегда сооружались. В подобных услови­ ях черты более древнего жилья сохранялись долго. Крыши изб в центральных селе­ ниях губернии были двух видов: двускатные и четырехскатные, крытые соломой, редко тесом, так как здесь уже чувствовалась нехватка лесов. Окна по фасаду укра­ шались росписью, роспись имелась и в горнице. Печи оставались глинобитными, то­ пились по-черному. В подпол вел спуск-голбец. Двор был связан с избой по другому типу, нежели классическая северная однорядная связь, он стоял параллельно дому.

Эта двурядная связь редко встречалась в северных условиях и была распространена в средней полосе России. В такой дом вели взъезды, они же служили крыльцами.

В соседнем с Вологодским Тотемском у., в присухонских селениях (Манылово, Ихалица, Уварово, Шуйское), где климат, особенно по мере удаления на северо-вос Б. Двухэтажные избы (а - г):

а - в д. Кривуля Тарногского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

б - в с. Самино Вытегорского р-на. Фото Т.А. Ворониной, 1991 г.

14* 3. Старинные тбы-двойни конца XIX - начала X X в. в деревнях Бабушкинского р-на (а, б) (из кн.: Фольклор и этнография... С. 49, 50):

а - вид и план дома типа: две избы-сени-двор в д. Шилово:

1 - летняя изба, 2 - полати, 3 - вход в подполье (голбец), 4 - горница, 5 - сени, 6 - двор б - вид избы-двойни "со срединой" в д. Горка ток, был более холодным, строились двухэтажные избы, и дом сохранял тип из ба-сени-горница. В последней не имелось печей и полатей. Отапливались избы гли­ нобитными печами по-черному. В наиболее богатом с. Шуйское дома отличались от изб в других деревнях внешним видом и внушительными размерами, их красили, устраивали на фронтонах мезонины. В нижних этажах изб содержали скот.

Севернее этих деревень на Кокшеньге, дома хотя и были одноэтажными, но со­ стояли из двух изб (летней и зимней). Летняя изба, как и прежняя горница, еще не­ редко не имела печи и полатей. В сенях находилась повить (поветь), на ней клеть, под поветью хранили сено, а зимняя изба с сенями располагалась позади повети.

Внутренние планы таких изб - типичные севернорусские. Оставались и курные из­ бы, однако использовались они как помещение для кормления скота. По соседству с кокшеньгскими в верховажских деревнях (Вельский у.), тяготев­ ших к центральным Вологодскому и Кадниковскому уездам, черные избы уже бы­ ли редки, так как над печами устраивались дымоходы. В таких избах имелось ред­ кое в то время помещение - шомнуша. Оно находилось в кухне позади печи вдоль всей длины избы. Здесь хранили посуду, продукты, оно представляло собой как бы дополнительную клеть хозяйки. Постепенно шомнуши исчезали, как исчезали и черные избы. В указанном уезде дома были представлены несколькими видами: ста­ рыми - изба-горница на подизбице и новым видом - изба-двойня на подизбице. Се­ ни таких изб вели на повить. Во дворе находились хлевы, на усадьбе располагались амбар, погреб, баня, гумно.

В соседних с этими деревнями - в Шенкурском у. (Архангельская губ.) - в 1850-е годы наблюдались круглые (крестовые) избы на высоких подпольях, где находи­ лись клети-кладовые и зимой в них содержался скот. Сени в таких домах переделы­ вались в теплые помещения и получались еще дополнительные жилые комнаты.

В подполье вел вход из избы - голбец (дверь возле печи с лестницей, уходящей вниз в подпол). Печи топились по-черному. В этих северных деревнях скотные дворы утепляли мхом. Далее на востоке Вологодского края, особенно на северо-востоке, где климат был суровым, а жизнь крестьян несколько "оторвана" от центральных, экономиче­ ски более развитых районов, крестьянское жилище сохраняло свой старый вид. Так, в Никольском у. в селениях, примыкавших к тотемским деревням, избы оставались в основном курными (черными), еще было мало домов, имевших горницы, они со­ стояли из одной избы. Зырянское население восточных районов Вологодской губ. (Устьсысольский, Яренский уезды), русское и зырянское в Сольвычегодском у. имело жилище следующе­ го вида: %ом-керка, одноэтажный, без плана и симметрии, без тщательности в отделке.

Избы стояли тесно друг к другу или примыкали боком одна к другой. Со стороны ули­ цы к дому пристраивалось открытое крыльцо с навесом, лестница в нем вела в сени (пос-воздя), из сеней вход на сеновал, прирубленный в длину дома, у него - верх и низ, с боков этой пристройки устраивался взъезд на сеновал. На верху сеновала хранили ут­ варь и лежало сено, в низу его размещали хлевы и конюшню. Налево из сеней был вход в черную избу, направо - в холодную горницу-км. В черной избе по лицу прорубали три-четыре отверстия (окна), закрывали их тусклыми стеклами или бычьими пузыря­ ми. В передний угол ставили стоп-пызан и божницу, перед окнами навешивали полки, по стенам стояли лавки, справа от входа размещали печь без трубы, над входом насти­ лали полати-пачерр, вход в подпол-голбец - находился у печки. В чистой горнице сте­ ны белили, окна там были высокие, симметрично расположенные, из мебели в ней имелись расписной стол, два-три стула, шкаф с посудой. Как видно, такой дом не от­ личался от русской избы, также состоял из избы-сеней-горницы, имел такой же внут­ ренний план, помещения и хозяйственные постройки аналогичного назначения.

Таким образом, в рассматриваемый период северное народное жилище посте­ пенно приобретало вид, который позднее распространился повсеместно - две из бы-сени-двор. Несмотря на новшества, в нем сохранялись черты прежних времен:

наличие клети, использование горницы в качестве клети, глинобитные печи, топив­ шиеся по-черному, и др.

Огромный массовый материал с описанием вологодского (севернорусского) жи­ лища 80-х годов Х1Х-первой четверти XX в. позволил более точно представить аре­ алы типов жилища, которые постепенно складывались на этих пространствах, а также показать, к какому завершающему виду "пришло" севернорусское жилище, сохранявшее устойчивые традиционные признаки, часть которых можно найти и в современном крестьянском домостроительстве.

Если рассматривать такой элемент жилища, как связь хозяйственного двора с домом, то можно отметить, что во всех вологодских районах существовал один тип крытого двора и однорядная (в ряд под одной крышей) связь его с жильем. Таки­ ми элементами подтверждается принадлежность народного жилища на территории Вологодчины к единому типу севернорусского жилища. Этот сплошной ареал име­ ет отклонения от общего в двух случаях, правда, редких в количественном выраже­ нии. Если обычно при однорядной связи двора с домом первый находится позади по­ следнего, то в Вельском у. иногда встречались крестьянские дома, в которых двор располагался между избами (летней и зимней), и тогда под одной крышей находи­ лись летняя изба и двор. В Великоустюжском у. при повсеместном распростране­ нии однорядной связи встречался и такой тип, когда "двор пристраивался сбоку избы". Это, скорее, напоминало глаголеобразную постановку усадьбы, когда дом и двор ставились в виде буквы Г. Что касается типа самого дома, то к 80-м годам ХГХ в. на территории всей Во­ логодчины был распространен трехкамерный дом изба-сени-изба, т.е. он состоял из двух изб - летней и зимней. Двухкамерное жилище (из одной избы и сеней) сохра­ нялось в местах, близких к деревням финноязычного населения - на западе, рядом с 4. Избы типа: изба-изба-сени-двор (а - г):

а - двухклетная изба начала X X в. в Тотемском у. (из: Осипов ДЛ. Указ. соч. С. 6) б - в д. Кривуля Тарногского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

в, г - в деревнях Тарасовская и Тинготома Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

5. Избы с зимовками (А - Б).

А. Старые избы конца XIX - начала X X в. (а - г):

а - с зимовкой сбоку избы в Тотемском у. (из: Осипов ДЛ. Указ. соч. С. 9) б~ с зимовкой сзади избы в д. Пар Тарногского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

в - с зимовкой сбоку избы в д. Милгора Тарногского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

г - изба с зимницей в виде буквы " Г " в д. Ручевской Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

Б. Современные избы с зимницами (а, б). Фото С.Н. Иванова 1981 и 1986 годов б, - с зимовкой сбоку избы в деревнях Черняково Тарногского р-на и Тинготома Вожегодского р-на 6. Старые тбы-пятистенки (а - г):

а - изба конца ХУШ в. в Тотемском у. (из: Осипов ДЛ. Указ соч. С. 11) б - изба конца XIX в. в д. Горка Бабушкинского р-на (из: Фольклор и этнография... С. 51) в, г - избы начала X X в. в д. Кривуля Тарногского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

7. Современные избы-пятистенки (а - г):

а - вид и план избы в д. Горка Бабушкинского р-на, 1965 г.

(из: Фольклор и этнография... С. 62):

1 - горница, 2 - кухня, 3 - прихожая, 4 - кладовая, 5 - коридор, 6 - крыльцо с лестницей, 7 - двор селениями карел и вепсов, и на востоке - в Сольвычегодском у. около зырянских поселений, а также встречалось в Грязовецком у. А р е а л трехкамерных изб в "чи­ стом виде" занимал центр и северо-восточные уезды, что было связано с необходи­ мостью строить такие дома в более холодном климате и проживанием в них семей, ббльших по численности, нежели на западе губернии.

Прежнее жилище изба-сени-клеть уже не встречалось, так как холодная клеть стала второй избой или чистой (белой) горницей. Дом превращался в довольно длинное сооружение и не всегда ориентировался своей узкой стороной на улицу, а мог размещаться вдоль улицы (Сольвычегодский, Устьсысольский уезды). Обе из­ бы ставились либо по разные стороны сеней (изба-сени-изба), либо оба их сруба на­ ходились рядом, и тогда дом превращался в тип изба-двойня, сзади изб размещались б - изба в д. Нижняя Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

сени, а затем уже двор (Великоустюжский у. ). Сени по-местному назывались либо коридор (Сольвычегодский, Устьсысольский, Тотемский, Грязовецкий, Кадников ский уезды), либо мост (Сольвычегодский, Великоустюжский, Грязовецкий, Ни­ кольский уезды). Клети-чуланы сооружались в сенях или на повети.

Кроме этих помещений, в постройках конца X I X в. начали появляться зимов­ ки^, в которых из-за экономии топлива жили зимой. Э т о сооружение не имело под клета, покрывалось двускатной крышей, его размер зависел от состава семьи, кото­ рая в нем проживала. Зимовка обычно пристраивалась сбоку дома, и тогда весь он в плане был похож на букву Г (Вельский, Грязовецкий, Сольвычегодский у е з д ы ).

Новшеством конца X I X в. стали избы-пятистенки. В срубе появилась пятая сте­ на и помещение разделялось на комнаты стеной, а не перегородкой или занавеской.

Сначала пятистенки строили зажиточные крестьяне. Такое строительство уже суще­ ствовало в деревнях по Кокшеньге в Тотемском у., в Вельском и Кадниковском уез­ дах. Этот дом делился на две половины: собственно изба и чистая комната (Тотем­ ский, Вельский уезды). У четырехстенных изб сохранялось деление на избу и горен­ ку (клеть). Если пятистенок оказывался двухэтажным, то верхние его комнаты были чистыми, иногда без печи (белая изба), нижние - с глинобитной черной печью, пола­ тями, голбцем (входом в подпол) (Кадниковский у. ). О появлении новых помещений в жилище того времени - светлиц (столовых горниц), о сохранении наряду с ними ста­ рых сеней, клетей и их назначении говорилось в местном фольклоре:

...Уж вы позвольте повыдти, повыступить Середи светлой-то светлицы, Середь столовой новой горницы...

...Уж я ходила, молодёшенька, В синики да в клети новые В сундуки да всё кованые... в, г - в деревнях Черняково и Черепаниха Тарногского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

15 Русский Север...

8. Основные типы народного жилища северных областей (из: Маковецкий И.В. Архитектура русского народного жилища.

Север и Верхнее Поволжье. М., 1962. Рис. 131) Хозяйственный двор всех типов изб на Севере был двухэтажным, на верху по­ мещался сеновал и чуланы-клети для хранения различных вещей, внизу - теплые хлевы, конюшни. На верхний этаж двора, как правило, вели высокие помосты взъезды. Амбары, погреба, бани ставились не обязательно на усадьбе, их чаще вы­ носили за ее пределы: амбары стояли либо перед окнами дома (Сольвычегодский, Тотемский, Великоустюжский, Вологодский, Вельский, Никольский уезды), либо сзади изб (Каргопольский, Вологодский, Грязовецкий, Устьсысольский уезды);

ба­ ни могли находиться на краю деревни у воды - у реки или озера.

Таким образом, усадьба вологодских крестьян на протяжение нескольких веков претерпела эволюцию от типа изба-сени-двор через вариант изба-сени-клеть-двор к ее последнему виду изба-сени-изба (горница)-двор. При этом сохранилась одно­ рядная связь двора и дома. Дом своей фасадной стороной (чаще узкой) "выходил" на улицу. Такой же путь развития можно отметить на других территориях как самого Се­ вера, так и мест, осваивавшихся севернорусскими крестьянами - в Вятской и Пермской землях, на Урале и в Сибири.

В целом можно отметить наличие севернорусского жилищного комплекса во всех вологодских районах. Местами существуют вкрапления других региональных компле­ ксов. Так, более характерные для средней полосы России застройки усадьбы - двух­ рядная (дом и двор стоят параллельно друг другу под разными крышами) и глаголеоб разная (постройки соединены в виде буквы Г) - случались в зоне севернорусского жи­ лища везде, кроме районов Кириллова и Вытегры. В эту же зону вклинивался и юж­ норусский усадебный комплекс с открытым двором, стоящим отдельно от дома. Его местоположение фиксируется в полосе от Вологды до Кадникова. Хотя среднерусский и южнорусский усадебные комплексы встречались на Вологодчине очень редко, нали 15* 10. Вид и вертикальный разрез по АБ избы-двойни в д. Кишкино Вологодского р-на.

Рис. М.М. Мечева, 1965 г.

чие элементов жилища несеверного вида свидетельствует о взаимосвязях и общем раз­ витии этой народной культуры на различных территориях.

Этническая специфика жилища наиболее отражается во внутренней планиров­ ке жилых и хозяйственных построек. Это самый устойчивый признак, не изменяв­ шийся веками, местами сохранившийся до настоящего времени. Особенно это каса­ ется интерьера избы - расположения печи, переднего угла, мебели. Из известных типов внутренней планировки дома, характерных для жилища восточных славян, на Русском Севере сложился так называемый севернорусский план, при котором справа или слева от входной двери избы ставилась русская печь, обращенная своим устьем (челом) к противоположной от входа стене (обычно фасадной). Угол избы по диагонали от печи считался передним (красным, большим), в нем находилась божница с иконами. Здесь же в переднем углу стоял стол. Вдоль стен размещались лавки. От печи над входом к боковой стене настилали полати, на которых спали.

Вдоль той боковой стены, у которой стояла печь, находилась кухня (куть, закуток, середа, заборка). Такой интерьер жилища был возведен в узаконенную народную традицию.

На территории губернии есть вкрапления другой планировки избы, характер­ ной для иных русских регионов. Так, южнорусский план отмечается в Тотемском и Вельском уездах. При таком плане печь располагалась в дальнем от входа углу из­ бы, наискось от входной двери;

по диагонали от печи между дверью и передней длинной стеной, выходящей окнами на улицу, располагался передний угол. В Бело­ зерье встречался еще один вид плана - западнорусский, при котором положение пе­ чи было такое же, как в севернорусском, но ее устье оказывалось направлено не к передней, а к боковой стене дома. При разных планах наблюдалось иное 6.00 0.5 6. Масштаб 1:100 | 19 с л 12. Планы изб в д. Милгора Тарногского р-на (а - в). Рис. И.А. Черепова, 1981 г.

а - изба-двойня ( А, Б ) : А - план на отметке 1,65: 7 — печь, 2 - скамья, 3 - голбец, 4 - полати, 5 - шкаф, 6 - умывальник, 7 - сеновал, 8 - сени, 9 - жилые комнаты расположение каждого места в избе (кухни, печи, переднего угла, полатей, мебели). Развитие того или иного плана связано с разной культурной традицией, сложившейся при разной этнической истории населения отдельных районов. Так, ареал южнорусской планировки сопоставим с показаниями антропологии о распро­ странении у населения в районе Средней Сухоны, Кокшеньги черт в облике, фор­ мировавшихся в более южных пределах по отношению к Северу, в землях бывше­ го Ростово-Суздальского княжества. Ареал западнорусской планировки жилища имеет аналогии с данными диалектологии (черт западных говоров в севернорусском наречии).

Строительная техника, конструктивные приемы, художественное оформление крестьянских домов в конце ХГХ-начале XX в. усовершенствовались и усложня­ лись. Северное жилище по-прежнему было срубным. Фундаментом ему служили стойки-столбы, реже - камни. Правда, теперь уже появлялось по две избы, нередко двухэтажных, а значит, ставились два сруба. В них прорубались широкие окна, на­ стилался потолок, встраивались лавки и полати, могла меняться схема входных две­ рей, а также входов-дверей в подклет, во двор и т.д. Значительные переделки при 1: Масштаб Б - план на уровне земли (отметка 0,00): 1 - дровеник, 2 - скотный двор, 3 - подполье, 4 - яма ходилось осуществлять при оборудовании бывшей клети в горницу или вторую избу.

Высота срубов была от 16 венцов и более. Ближе к северу обычно строили са­ мые высокие дома. Но можно заметить традицию возводить дом не более 16 венцов в северных, южных районах Вологодчины и в других северных землях - там, где прошла "клином" ростово-суздальская колонизация этих мест с Верхней Волги на Северную Двину до Белого моря. Эта традиция наглядно демонстрируется на кар­ те, представленной М.В. Битовым. Такой высоты срубы встречались в верхне­ волжских территориях, далее по Сухоне, Вычегде, Северной Двине, Емце, Онеге, куда попадали ростово-суздальцы.

При строительстве по-прежнему применялась срубная техника, но топор уже не служил основным инструментом. Плотницкий инвентарь значительно попол­ нился различными инструментами и приспособлениями как своего кустарного, так и заводского изготовления. Благодаря этому можно было применять новые способы строительства. Так, появилась обшивка сруба тесом. Исчезла самцовая конструкция крыши, она заменялась стропильной, элементы же безгвоздевой конструкции сохранились в основном при возведении хозяйственных построек.

На самцах, слегах и желобах крепились двускатные крыши конем;

охлупное брев ( ' (ЖС.

00X 14. Конструктивные особенности жилища (а - г):

а - виды соединения бревен при строительстве изб (из: Осипов ДЛ. Указ. соч. С. 4) В нрюк б - рубка в угол амбарного сруба в д. Тинготома Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

г - рубка в угол сруба бани и подкладка камней под сруб в д. Тинготома Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

15. Крыши изб (а - г):

а - драночное покрытие крыши и устройство жолоба-водостока в д. Ручевская Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

б - тесовое и драночное покрытие крыши избы в д. Ручевская Вожегодского р-на.

Фото С Л. Иванова, 1986 г.

но скрепляло верхний стык скатов. Стропильные крыши могли быть двух-, трех и четырехскатными. Ранее всего они появлялись над горницами или чистыми изба­ ми, затем - над всеми постройками. На деревенских постройках в Грязовецком у.

встречались трехскатные крыши - лбом. Четырехскатными крышами покрыва­ ли пятистенки. Покрытие крыш повсеместно становилось тесовым;

лишь там, где леса имелось недостаточно, их крыли соломой (черта, свойственная южнорус­ скому жилищу).

Окна везде становились косящатыми, растворными. В пятистенках по фасаду насчитывалось от трех до пяти окон.

В дом вели крыльца, как правило, с лестницами, так как дома были высокие. Об отдельных конструктивных элементах той поры можно найти свидетельства в мест­ ном фольклоре:

...Уж я возьму да двери за скобу,...Вы не гнитесь-ко половицьки, Отворю да двери на пяту, Не ломайтесь переводицьки...(балки Зайду в светлу светлицю. под полом. - И.В.) В северных и северо-восточных районах еще строили дома, на фронтонах кото­ рых находились балконы, мезонины. "...Диковинка в доме... мезонинчик или чердак, по-здешнему, - писал о таких домах Ф. Абрамов в повести "Вокруг да около", - да не просто какой-то там курятничек дощатый под крышей (такие теперь не редкость в новых домах), а настоящая комната с бревенчатыми стенами, с двумя окнами и балконом... и даже перильца у балкона..." В сенях сохранялись клети-чуланы. Дворы были двухярусными с повитью на­ верху и хлевами внизу. В избах клали кирпичные печи с дымоходами, правда, оста­ вались и глинобитные, иногда у глинобитной печи имелся кирпичный под (Важский край). Такое новшество также нашло отражение в фольклоре. Так, в свадебных причетах невест Кадниковского у. говорилось:

...Пойду я на кирпишну середу...Уж вы позвольте повыдти...

Ко родимой своей матушке.......Да со кирпишной середы.. Середа-кухня стала называться кирпишной, так как в ней располагалась печь из кирпича.

Севернорусской чертой в жилище можно считать наличие особого спуска в под клет-голбца, размещавшегося возле печи у входной двери. Это был дощатый шкаф вдоль печи, с торца его возле печного шестка имелась дверь, от нее шла лестница, по которой спускались в подпол. Такие спуски наблюдались еще в курных избах.

При строительстве белых изб этот шкаф убирался, а на его месте ставили деревян­ ный короб, также вдоль печи, высотой 30-40 см от пола, в который встраивалась за­ движная крышка, закрывавшая вход в полклет (западня, карзина). Иногда печь вы­ двигалась из угла избы и голбец переносился в запечье. Это более поздний вариант спуска, нежели западня.

Появились и другие новшества в крестьянском жилище - встроенные перего­ родки между комнатами, новая мебель. Наряду с лавками и полками, а также гряд­ ками - платяными брусьями, в домах стояли стулья, сделанные по городскому об­ разцу, выдвижные скамейки, шкафы и др. В пятистенках в чистых половинах рус­ скую печь заменяли голландкой, убирали полати, стены обклеивали обоями.

Хотя в целом севернорусское жилище, в том числе вологодское, сохраняло общие черты, локальное своеобразие в нем оставалось. Вологодский этнограф Н.А. Иваницкий подметил разнообразные детали, которыми различалось кресть­ янское жилище в отдельных районах края. Русские здесь, по его мнению, были неодинаковы по нравам, обычаям, быту и наружности. В болотистых местах Во­ логодского, Кадниковского и Тотемского уездов низкорослые, некрасивые, бед­ но одетые "плюгавые мужиченки", "лапотники", "чахлые бабы и дети" жили в се 16. Типы крылец (а - е):

а - крыльцо на ряжах. Грязовецкий у., 1920-е годы (ВОКМ. 823/26. Ф-745) крыльцо с колоннами на земле. Д. Усть-Ковда Сольвычегодского у., 1920-е годы (ВОКМ. 823/165. Ф-844) в, г - крыльца на столбах. Деревни Вожегодского и Тарногского р-нов.

Фото С.Н. Иванова 1981 г. и 1986 годов д - крыльцо на столбах. Фото С.Н. Иванова е - современное крыльцо-веранда. Д. Нижняя Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

17. Чёрные избы (а, 6)\ - в Лежской вол. Грязовецкого у. 1920-е годы (ВОКМ. 823/164. Ф-843;

823/169. Ф-847) 18. Русская печь (из кн.: Осъминский Т.Н. Указ. соч. С. 138):

1 - шатер, 2 - душник, отдушка, 3 - засторонок, посторонок, 4 - поползуха, засов, вьюха, 5 - голбец, 6 - приступок, порог, 7 - опечек, ошосток, 8 - загнета, 9 - кожух, дымовод, 10 - карниз, 11 - печурка, 12 - горнушка, опечек, 13 - загнет(а), 14 - голубня рых низких, крытых соломой избах и "килейках". На востоке (Сольвычегодс­ кий, Устюгский уезды) рослые, красивые, бойкие устюжане и соляне (добывали соль) жили в "веселых", "красных" деревнях (избы их красноватого цвета из сосны).

Другой местный этнограф А.А. Шустиков, описывая крестьянское жилище Вельского, Кадниковского и Тотемского уездов, также отмечал его специфику.

В местности Тавреньга сохранялись дома "старинной архитектуры": в "передках" (летние избы) окна небольшие, с наличниками, разрисованными по-разному;

возле этих изб пристраивались сбоку зимовки. Но встречались и большие хоромы в 5- сажень по лицу, а двор - в 12 сажень. По переду избы имелось шесть окон со вста­ вленными стеклами. В хоромы входили через ворота, наверх вела лестница, от нее шла дверь в общую комнату - большую избу, из нее - в горницу, или шоношу (в та­ кой комнате жила обычно девица-невеста). В избе в переднем углу находилась пол ка-подоконник с иконами, стояли лавки, над ними висели полавошники, возле две­ рей налево размещалась печка, битая из глины (в ней - предпечье и печушки - уг в ~ полати, голбец, печь лубления для просушки одежды), о т нее поверху шли полати. В горнице печь клали из кирпича с лежанкой и ставили ее в задний угол. Горницу делили заборкой на половины, в которую вделывали посудный шкаф, за заборкой устраивали место для спанья девицы или парня. Зимовки, по сравнению с передками, были низки­ ми, пол их находился прямо на земле, печи в них - курные, окна прорубались маленькие. В присухонских деревнях, по описанию местного исследователя Д. П. Осипова, в жилище существовали локальные различия. Среди кресьянских домов он нашел пять типов. Первый - клеть на стае - прототип зырянской лесной избушки, пред­ ставлявшей собой квадратный сруб ( 5 x 7 аршин) на врытых в землю столбиках.

Под клетью размещалось стойло для скота, справа от нее - повить (сеновал). Ста­ вилось т а к о е жилье "вне порядка" (улицы). В т о р о й тип он назвал клеть с амбаром:

изба на подклети, в которой вместо стаи имелся амбар. Внутренний план обоих ти­ пов жилища - севернорусский. Третий тип, выделенный Д. П. Осиповым, - изба двойня (два отдельных сруба-клети под двухскатной крышей), в которой холодная горенка являлась прототипом клети на стае, а другая клеть была теплой. П о его мнению, изба-двойня произошла о т первых двух типов, сохраняя их традиционные черты. Четвертый тип - двухклетная изба-двойня с сенями между ними, с крыль­ цом по фасаду. Справа дома пристраивался зимник ("скотская" изба). Горница в ней выполняла роль зимней избы. Наконец, последний тип - пятистенки, в которых посередине врубалась капитальная стена, и дом состоял из двух половин: первая большая изба с голбцем, вторая - небольшая горница с печью-лежанкой (она же была и светлицей) и служила спальней. В пятистенке обычно жили летом, а зимой находились в зимовке, пристроенной сбоку или сзади и стоявшей на подклети. И уж совсем поздно стали строить двухэтажные избы, напоминавшие дом, а не избу, с че­ тырехскатной крышей, рубленную в лапу ( б е з выпусков углов), но их здесь было мало.

20. Вход в подпол избы с улицы (а -б):

деревнях Ручевская и Вершина Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

а, б-в в - сундук для одежды (д. Черняково Тарногского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1981 г.) На западе Вологодского края сооружали много просторных двухэтажных изб двухстройных (в бывших олонецких уездах, в Белозерье). Н е мало т а м имелось изб, состоящих из передней (для жилья) и задней (горница) половин. К ним пристраива­ лись холодные боковушки, служившие летом жильем, а зимой кладовыми. Своеобразен декор северного народного жилища, а именно внешнее и внутрен­ нее украшение дома. Наиболее распространилось украшение больших косящатых окон. К их рамам приделывались наличники - обкладка из досок с прямым карни­ зом. Сначала резной узор (трехгранно-выемчатым способом) наносился только на карнизы, но затем он появился на всем окладе. Н а Севере распространилось укра­ шение наличников в виде солнечной розетки. С введением способа накладной резь­ бы орнамент усложнился - появились узоры в виде геометрических фигур или их частей, растительные орнаменты и изображения птиц.

Резьбой нередко украшались крыльца, фронтоны изб, балконы, ворота усадеб.

Особенно красивы были высокие крыльца с точеными столбиками и перильцами, крытые остроугольной формы крышами, а также крышами в виде полубочек и бо­ чек.

У самых старых изб крыши крылец оставались резными - в чешую. Округлые концы выступающих слег и бревен крыши избы (охлупня, куриц, повалов, водоспу­ сков) могли украшаться скульптурной резьбой. Н а концах охлупней - князьков (треугольных брусов на верху крыши) вырезались деревянные коньки, птицы и дру­ гие украшения (Вологодский, Грязовецкий, Кадниковский, Вельский, Кириллов­ ский уезды). Е с л и крыша была двускатной, т о конек находился на одном конце князька, если четырехскатной - на обоих его концах. Иногда коньки делали двухго­ ловыми. Н а крышах построек в Грязовецком и В е л ь с к о м уездах вместо конских го­ лов вырубали головы птиц, а в Никольском у. - оленьи рога. Своеобразием отлича­ лось украшение всего князька в постройках Сольвычегодского у. Из железа здесь вырезались фигурки-^уэ/шч/ш, скреплявшиеся по головам проволокой, и распола­ гались вдоль князька. д - интерьер избы в д. Мигуевская Вожегодского р-на;

печь и вход в горницу-половинку.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

е - часть избы: передний поцвятный угол с иконами, обеденный стол в д. Вершина Вожегодского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

ж (1 и 2) - светцы из коллекции ВОКМ (слева направо): / - из Вельского (29810/8), Грязовецкого (15119), Усть-Кубенского (29821/35) р-нов;

2 - из Вельского р-на (29810/8) Резьба присутствовала и во внутреннем убранстве изб. Резные коньки можно было встретить на божницах, на верхней доске печного шестка, иногда к печке при­ делывали два резных конька. Коньки имелись и на оконечностях лавок. Резьбой ук­ рашали столы, стулья и различную домашнюю утварь (конские дуги, прялки, швей­ ки и т.п.).

Кроме резных украшений в декоре северной избы существовала и роспись. Рас­ писывались и раскрашивались отдельные детали интерьера. К росписи стали прибе­ гать с появлением белых изб. Разрисовывались опечки, припечные и подшесточные доски, перегородки комнат, лавки, шкафы, полки-грядки, брусья полатей, столы, божницы. Как правило, кистью наносился растительный узор, особенно древо жиз­ ни, реже изображения птиц и других животных (из последних часто - лев, по-мест­ ному, левушка в игривой позе), имелись изображения людей и даже жанровые сценки.

Росписью украшали дома и снаружи: либо красили фронтоны, карнизы, налич­ ники, либо разрисовывали их узорами. Вологодские росписи по художественным особенностям были близки росписям архангельским, костромским и вятским. В о всех них сохранялись архаические черты, свойственные росписи севернорусской зо­ ны, а также связанные с местным искусством предшествующих времен - расписны­ ми печными изразцами, деревянной скульптурой, книжной миниатюрой. *** Наряду с жильем крестьяне возводили постройки производственного назначе­ ния. Основные из них - сельскохозяйственные постройки: овины, гумна, мельницы, амбары. Овины и гумна располагались у полей, пользоваться ими могло совместно несколько хозяйств. К о второй половине X I X в. овины из земляных - ямных превра­ щались в наземные - верховые. Овин представлял собой два поставленные один над другим сруба. Использовалась техника рубки в обло с остатком. В нижнем срубе на земле клали очаг-каменку, входная дверь в нем выполняла и роль поддувала.

В этом срубе устраивали отверстие-лазух - для прохода горячего воздуха в верхнее помещение. Между срубами настилался бревенчатый пол-подовин. В верхнем сру­ бе над полом высотой до одного метра приделывались колосники-жерщ, между ко­ торыми оставалось свободное пространство. Н а них клали снопы колосьями вниз (если зерно затем шло на муку) или вверх - для зерна на посев. В этой части овина повыше пола прорубалось окно, через которое закладывали снопы для сушки б - кровельное полотенце и балкон избы в с. Никифоровское Вельского у.

17 Русский Север... 24. Украшения фасадов современных изб (а - з).

Резные украшения балконов: а - в с. Усгь-Печеньга Тотемского р-на (фото Т.А. Ворониной, 1988 г.);

б - в с. Усть-Алексеевское Устюгского р-на (фото С.Н. Иванова, 1987 г.) в - в с. Усть-Алексеевское Устюгского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1987 г.

(садили) или выбрасывали высохшие снопы. Н а верху овина сооружалась двускат­ ная крыша, через которую выходил дым. В земляных (ямных) овинах нижний сруб с каменкой опускался в яму. В е р х о в ы е были самыми распространенными на Рус­ ском Севере, и такой же конструкции овины сооружались в местах севернорусско­ го продвижения на У р а л е и в Сибири, Гумна располагались рядом с овинами. И х стены, как правило, складывались из полубревен в заплот, крыши крылись драницей или жердями и соломой. Пол гум­ на (глина) утрамбовывался и поливался водой. Здесь на долони в зимнее время м о ­ лотили зерно вручную.

Мололи зерно на мельницах. В т о время оставалось много водяных мельниц мутовок (для получения муки) и колотовок (для крупы), строившихся совместно двумя-тремя хозяйствами. В зависимости от водяного потока реки, у которой стоя­ ла такая мельница, она могла иметь до двух-трех поставов. П о с т а в ы размещались в срубе, рубленном в обло с остатком. Основу постава составлял стояк (веретено), ук­ репленный в вертикальном положении;

на нем насаживались лопасти в виде мутов­ ки (кухонной принадлежности из ствола сосны с сучьями, использовавшейся для размешивания пищи, теста, сбивания масла). Нижний конец стояка был под полом в воде. П о т о к воды по желобу направлялся к лопастям стояка и приводил е г о в дви­ жение. Верхний конец стояка " ш е л " над полом к лавке, где устанавливались два ка­ менных жернова, из которых верхний крепился на стояке и вращался вместе с ним над неподвижным нижним. Зерно поступало на жернова из висящего над ним коро­ ба (житника) через долбленое корыто, подвешенное между коробом и верхним жерновом.

Н а жерновах вырубались насечки по размерам, необходимым для крупного или мелкого помола. Смолотая мука высыпалась во встроенный рядом с жерновами ларь. В местах с развитым земледелием существовали колесные, или пошвенные (почвенные) мельницы, обладавшие большей производительностью, нежели мутов, д - в деревнях Пар и Кривуля Тарногского р-на. Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

резные украшения фронтона и наличников избы в д. Нижняя Вожегодского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

з - роспись на фронтоне дома в д. Пар Тарногского р-на.

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.

25. Украшения наличников окон (а-ж). Вожегодский р-н. Фото С.Н. Иванова, 1986 г.:

а - наличник оконца сенника (д. Ручевекая) б, в - пропильная резьба на наличнике и на углу дома (д. Бекетовская) ж - накладная и пропильная резьба наличников и углов дома (д. Ручевекая) 26. Скульптурные украшения охлупней крыш в деревнях Тарногского р-на (а - в).

Фото С.Н. Иванова, 1981 г.:

а, б - в д. Кривуля ки. Ставились они у воды с плотиной (наливные), имели много поставов и использова­ лись для получения как муки, так и крупы. С о второй поло­ вины X I X в. в вологодских де­ ревнях имелись и водяные, и ветряные мельницы. Зерно и мука хранились в амбарах - срубах, поставлен­ ных либо на усадьбах, либо возле них. Иногда амбар сов­ мещался с погребом (амбар на погребе), но в X I X в. э т о уже были разные постройки.

Из сельскохозяйствен­ ных сооружений известны еще рассадники, ставившиеся на огородах. В них проращи­ вали семена и выращивали рассаду. Они возводились из бревен или из досок и при­ поднимались над землей.

Внутрь рассадника насыпали землю, выросшую рассаду из него пересаживали в грунт на огороде.

Кроме построек сельско­ хозяйственного назначения у крестьян имелись сооруже в - в д. Черепаниха * тт г ния для кустарно-ремеслен­ ной и промысловой деятель­ ности. Н а Вологодчине к ним прежде всего относятся кузницы, частые в юго-запад­ ных и северо-западных местах (Череповецкий, Устюженский и Кирилло-Белозер ский край), где население издавна добывало руду и занималось кузнечным делом.

П о устройству кузницы не отличались от известных в других регионах страны.

В таежных местах Вологодской земли у охотников и рыболовов были хозяйст­ венные сооружения соответствующего назначения. Охотники строили в лесу из­ бушки, в которых жили во время охотничьего сезона, хранили добытую пушнину и продукты. Лесные избушки - истопки - были срубными, низкими, с глинобитными печами, с дымоходами через окно в стене, без пола, с нарами вдоль стен для спанья, со входом из жердей вместо крыльца, на окнах - бычьи пузыри. Истопки представ­ ляли собой образец примитивной жилой постройки. Сооружались на охотничьем становье и срубные кладовые-лабазы (щамъи). Такие же избушки строили и ры­ баки;

от охотничьих они отличались тем, что ставились на столбах, приподнятыми над водой для безопасности от половодья.

Для севернорусских крестьянских хозяйств было характерно еще одно сооруже­ ние, нехозяйственного, а бытового назначения - баня. Е е имел почти каждый хозя­ ин, а иногда одну баню строили несколько семей. Баня в жизни северных крестьян играла огромную роль, выполняя множество функций (кроме мытья и лечения еще и обрядовые), "прошла" многовековую историю, стала севернорусской традицией и сохранилась до наших дней (см. раздел "Русская баня и старинный северный быт").

Как постройка она отличалась простотой: э т о сруб с очагом - каменкой, на кото я 27. Хозяйственные постройки (а - г):

а, б- повети внутренних хозяйственных дворов со взъездами-взвшалш в усадьбах д. Вершина Вожегодского р-на (фото С.Н. Иванова, 1986 г.) и в Сокольском р-не (из кн.: Фольклор и этнография... С. 50) в - сенник в д. Ручевекая Вожегодского р-на (фото С.Н. Иванова, 1986 г.) 29. Расположение амбаров в селениях и их устройство (а - е).

Фото С.Н. Иванова, 1981 г. и 1986 г.:

а, б - амбары рядом с избами в д. Вершина Вожегодского р-на и д. Кривуля Тарногского р-на в, г - амбары на усадьбах в д. Милгора Тарногского р и д. Вершина Вожегодского р-на 18 Русский Север...

д - самцовая конструкция крыши амбара в д. Вершина Вожегодского р-на, конец XIX - начало X X в.

е - столбики-колонш у амбарной двери в д. Вершина Вожегодского р-на 30. Бани в деревнях Вожегодского р-на (а - г). Фото С.Н. Иванова, 1986 г.

а, б - черные бани в деревнях Ручевская и Вершина 18' ром в котле нагревалась вода, имелся полок для паренья, стояли емкости с холодной водой и лавки, где мылись. Бани предшествующих веков топились по-черному, в XIX в. в Вологодской земле появились белые бани, ставшие затем самыми распро­ страненными. О бане говорится в свадебном фольклоре. Так, в причетах невесты из Кадниковского у. есть следующие сведения о бше-паруше:

..тебя р у б и л и, паруша,... О б р у ц ь ё железное,..Все полоцьки дубовые, Зацерпалка серебрянна!

П о т о л о ц ь к и кленовые, В о тебе, тепла паруша, Все лавоцьки дорожёные, Т р и окошка косесщеты, К а м е н к а хрустальная. Н а первом на окошецьке У ш а т и ц ё к медненькой,.. Л е ж и т брус мыла б е л о в о... 5 Как видно, построенная в виде сруба с косящатыми окошками паруша имела по­ толок, полки и лавки, сделанные из разных пород дерева, поскольку на пару шел от них особый "дух", оказывавший профилактическое и лечебное воздействие.

Таким образом, в хозяйственных, как и в жилых, постройках, все было проду­ мано до деталей, строго отвечало своему назначению и сохранялось (становилось традицией) до тех пор, пока не наступили кардинальные изменения в жизни кресть­ ян и страны в целом.

Аналогичным русскому было жилище финно-угорского населения края. Эти народы много веков жили в тесном соседстве с русскими в одинаковых условиях, по­ этому многие стороны их быта имели немалое сходство, хотя и сохранили отдель­ ные черты, свойственные культуре каждого народа. Так, при сравнении жилища русских и карел, принадлежавшего земледельческим народам, можно увидеть сход­ ные черты, особенно в развитии хозяйственного двора, состоявшего у тех и у дру­ гих из хлевов для скота и сараев-сенников. Жилые помещения имели больше разли­ чий. У карел в Олонецком крае постройки отличались внушительными размера­ ми, на них уходило много леса, но по своей структуре карельские усадьбы были та­ кие же, как у русских: однорядная связь двора с домом, в двухэтажной избе жилым являлся низ, светлые горницы находились вверху;

на высокий двор вел взъезд, но внутри избы русская печь иногда стояла "лицом" к двери (а не к окнам фасадной стены), от печи до стены, противоположной дверям, устраивались не лавки, а нары;

в переднем углу так же, как у русских, помещался стол, над ним - иконы, однако в начале XX в. можно было встретить расположение стола не в самом переднем углу, а между двумя окнами фасада. Если карелы строили одноэтажную избу, то ее высо­ ко поднимали над землей.

Печи в карельских избах того времени были в основном черные, с трубами встречались редко. В полу устраивался вход в иодпопъе-польница (ставень). Изба делилась на части занавеской. В дом вело крыльцо, но в карельском доме оно было плохо устроено. Недалеко от изб находились гумна (ригэ) и бани (байна). На востоке Вологодского края по соседству с русскими жили зыряне. Как отме­ чали исследователи, жилище у коми-зырян в Х1Х-начале XX в. было такое же, как и у русских, только массивнее. Шзба-кэрка представляла собой два сруба, покрытых двускатной тесовой крышей, с маленькими тремя окнами по лицу дома и четвертым вверху над голбцем между полатями и печкой. Это своеобразная черта зырянского жилища, и, пожалуй, в основном именно ею оно отличается от русского. Пол в из­ бе делался из тесаных, потолок - из целых бревен. На усадьбах имелись бани. Зы­ рянский дом, как и дом у русских, уже в 1870-е годы представлял собой избу-се ни-избу, одна из которых была с черной печью, другая - без печи и полатей. Сзади дома находился двор: поветь со взъездом на нее и хлевами под ней. Отдельно от усадьбы стояли амбар и погреб. План избы позаимствован от русских. Именно постройки зырян и карел испытали влияние со стороны русской куль­ туры жилища гораздо больше, чем устройство дома у других групп финно-угорского населения (поволжских и пермских финнов). Самыми распространенными заимство­ ваниями и у карел, и у коми-зырян были севернорусский план избы, однорядная ее связь с двором, наличие одинаковых построек на усадьбе. Северное жилище нередко называлось новгородским, так как этот его тип распространился в быв­ ших новгородских землях (Олонецкая, Архангельская, Вологодская губер­ нии) и получил известность у зырян и у карел (как олонецких, так и архан­ гельских).

Сельское жилище 1920-1990-х годов Сильные изменения крестьянское жилище претерпело в советское время. Пос­ ле гражданской войны и разрухи в 1920-е годы жилищное строительство оставалось без каких-либо значительных изменений видов и качества построек. Строили ста­ рыми способами и по типу традиционных изб, хотя более крепкие семьи старались усовершенствовать свое жилище. На Севере начали чаще крыть постройки дран­ кой, двускатные крыши заменялись на трехскатные с мезошяом-мезиметом (све­ телкой), из которого имелся выход на балкон, в чем усматривается влияние город­ ского строительства. У зажиточных крестьян дома были под железными крышами, сам дом ставился на кирпичный фундамент, а стены избы обшивались тесом. Теперь уже становится повсеместным возведение пятистенок, в которых капитальной пя­ той стеной отделялись кухни от чистых горниц-здл. Число комнат увеличивалось, и тогда русская печь располагалась произвольно (преимущественно посередине избы).

Резные украшения дома все чаще стали краситься (в бело-красно-синий цвет), в росписи начали появляться главным образом геометрические узоры, звезды, стили­ зованные цветы (розы), райские птицы, львы, "чуждые местной природе". В присухонских деревнях при строительстве происходило переоборудование подклети (голбца, амбара) в жилой этаж, голбец устраивался на первом этаже, ам­ бар ставился "на отлете" или во дворе. В этом же нижнем этаже жили зимой, навер­ ху находилась чистая летняя изба (горница). Исчезали зимовки, особенно с их назна­ чением скотной избы (где кормили скот). Скот еще содержали в нежилой подклети, где она сохранялась, как это было в избах Никольского у.

Описанные дома внешне имели полугородской вид, без украшений, лишь мези меты с балконами (буйхонами) украшались итальянскими окнами. Теперь входили в мезонин из сеней или из повети. Такие избы в 1920-е годы встречались в Тотем­ ском у. по Сухоне и по Вологодскому тракту у среднезажиточных крестьян. Изве­ стен еще один тип дома в вологодских и тотемских деревнях той поры - срубные (в лапу), под трех- и четырехскатной крышей, преимущественно одноэтажные;

при них строился трехоконный флигель типа полумещанского дома. Такие постройки появились в пригородных деревнях. Внутри избы разделялись перегородками на кухни (они же - передние) и комнаты (одна из них по фасаду - зало), имелась и ком­ ната-спальня. Стены обклеивались обоями. Лавок вдоль стен уже не было. В сенях, как и в прежних избах, находился чулан. Дворы в таких домах оставались без изме­ нений: позади жилья, двухэтажные (двор и поветь). В жилище западных районов края той поры, по свидетельству очевидцев, еще сохранялись прежние черты. Это были высокие избы с двускатными крышами, с резными князьками, но уже с расписными наличниками. Сохранялись на домах и от­ крытые галдареи (Череповецкий у.). Но и там появились дома городского типа. В Вологодском у. в то время, по обследованиям врачей-гигиенистов, оставалось много 60-100-летних крестьянских домов, представлявших собой тип изба с двором под одной крышей. Сохранялись и черные избы с двухэтажными дворами - изба-се ни-поветь (сенник), с хлевами под избами - подполицами, голбцами. Высота такой избы равнялась 2,8 м, первого этажа - 1,5 м. Крыльцо с улицы вело в сени, взъезд на поветь устраивался сзади двора. Попытку приспособить первый этаж этих изб под жилье предприняли уже во второй половине ХГХ в. В появлявшихся белых из­ бах реже, чем раньше, устраивали полати, пол красили краской, печь ставили бли­ же к середине избы, вся изба делилась на помещения - кухня, столовая, прихожая, гостиная (спален еще не было). Распространилась городская мебель, на окнах - за­ навески, стены часто обклеивались о б о я м и. Т е м не менее, как видно, при всех новшествах в крестьянском жилище разных вологодских районов сохранялись локальные черты.

С 1930-х годов, когда с коллективизацией кардинально менялась крестьянская жизнь в стране, происходили изменения и во всей народной культуре. Ч т о касает­ ся крестьянской архитектуры, т о в ней можно усмотреть значительные перемены.

Они прежде всего касались хозяйственного двора: произошло резкое сокращение его размеров, ибо основное хозяйство теперь велось в колхозах, а не на крестьян­ ской усадьбе. Постепенно стали исчезать постройки для содержания скота, о б м о ­ лота зерна, хранения орудий, транспорта, утвари. Сократилось число хлевов, ам­ баров, сараев. Многие дворы в т е годы разбирались на дрова. Иногда летним и зимним жилищем служило одно и т о же помещение;

участилось разделение его на ряд комнат. Преобладающим оставалось жилище, состоявшее из кухни и зала (горницы).

В деревнях жилищное строительство, прерванное Великой Отечественной вой­ ной, возобновилось в конце 1940-начале 1950-х годов С тех пор и до наших дней крестьянское жилище настолько изменилось, что иногда даже не напоминает тра­ диционное строительство. Т е м не менее, в современном жилище можно найти эле­ менты и черты, формировавшиеся в далеком прошлом. Сохранность всего старого наблюдается в постройках первой половины X X в., но иногда оно, передаваясь от поколения к поколению, возникало и при новом строительстве. Н а Севере, как и во всем Нечерноземье, судя по этнографическим наблюдениям, из-за сильного оттока сельского населения в города в 1 9 5 0 - 1 9 8 0 - е годы новых домов строилось сравни­ тельно немного, в основном в центральных усадьбах колхозов и совхозов, а мелкие селения в результате правительственных " р е ф о р м " уничтожались.


Сельское жилище в 1 9 6 0 - 1 9 7 0 - е годы усовершенствовалось : появлялись мно­ гоквартирные дома, сооруженные по заводским стандартам, правда, на Севере их было немного. Т а м по-прежнему преобладающим был одноквартирный индивиду­ альный дом, имевший дворовые постройки и приусадебный участок. При возведе­ нии домов использовались как усовершенствованные строительные приемы, так и рациональные навыки, опыт местного жилищного строительства, выработанные в течение веков. Э т о касается использования строительного материала. Рубленные дома из леса на Севере строят с помощью традиционных приемов обработки леса, возведения сруба и т.д. Сохраняется "высотность" северного жилища - оно припод­ нимается над землей, хотя прежних высоких подклетов теперь нет.

Крыши домов нельзя различить по их конструкции и покрытию: прежде дву­ скатные крыши были наиболее распространены на постройках в северных русских районах, четырехскатные - в южных. Кровельным материалом везде стали железо, шифер, черепица, реже т е с в лесных районах Севера. Деревянный дом почти всегда обшивают тесом, тенденция окраски дома стала превалирующей.

Н а Севере, в т о м числе в Вологодском крае, дома по старинке украшают как традиционной, так и новой резьбой, хотя и в той, и в другой прослеживаются унас­ ледованные от прошлого приемы.

Старинный внутренний план избы сохранился лишь в постройках далекой про­ винции и преимущественно не в новых домах. Развитие многоквартирности приве­ ло к нарушению планировки жилища. Усовершенствовалась и русская печь, к кото­ рой нередко пристраивали плиту или лежанку. Печь старого образца становилась ненужной, ибо хлеб уже пекли в сельских пекарнях, а корм скоту готовили на кол­ хозных фермах.

Таким образом, локальные и этнические черты крестьянского жилища все бо­ лее стираются, а вместе с ними исчезает и граница региональных усадебных комп­ лексов. Подводя итог рассмотрению севернорусского и вологодского жилища, мож­ но дать следующую его характеристику. Становление и развитие этой культуры, как и любой другой ее формы, связано с историей заселения и хозяйственного осво­ ения северных земель славяно-русским населением, в свою очередь генетически связанного с новгородцами и ростово-суздальцами периода Древней Руси. В землях "новгородского влияния" на Русском Севере преобладало жилище новгородского типа (севернорусского), отдельные среднерусские черты в нем были привнесены с низовским продвижением на Север. Для новгородского жилища характерна сруб ная изба на высоком подклете-хоромы - с деревянной двускатной крышей, двухъ­ ярусным крытым двором с бревенчатым взъездом в него, соединенным в один ряд с избой, с севернорусской планировкой избы, с голбцем (входом в подклет) в виде шкафа, наличие бани, повети и другие черты. Отчетливо в этом комплексе просма­ триваются и элементы, присущие постройкам низовских земель - низкие зимовки, соломенные крыши на хозяйственных постройках, двухрядная связь двора и дома, постановка пятистенков длинной стороной к улице, название сарая "сенником" (а не "поветью"), понижение подклета, наличие, правда, редко, открытого двора, отсут­ ствие б а н ь. Такие черты всего заметнее в постройках на территории от Николь ска до Великого Устюга (Никольский и Великоустюжский уезды), а соломенное по­ крытие и четырехскатные крыши - в южных районах Вологодчины (юг бывшего Грязовецкого у.).

Таким образом, в вологодских землях можно выделить несколько зон, где фор­ мировались местные варианты жилища: 1) от северо-западного побережья Рыбинско­ го водохранилища к западу за пределы Вологодчины до Волхова был распространен тип жилища, в котором жилая часть - это изба-сени, причем обе части дома стоят не одна за другой в ряд, а сени пристроены сбоку избы;

2) в районах от Вологды до Кирил­ лова и Белозерска наблюдалось классическое трехкамерное жилище: изба-сени-изба, т.е. оно состояло из двух изб, сени располагались между ними, а сзади них - хозяйствен­ ный двор;

3) в районе Вельска крестьянский дом - это изба-двойня (две избы вплотную друг к другу), сзади нее - сени и далее двухэтажный хозяйственный двор;

4) в присухон ских местах от Тотьмы до Устюга снова вариант изба-сени-изба, в котором изба пред­ ставляет собой пятистенок, что не обязательно для изб того же варианта от Вологды до Белозерска;

5) по Северной Двине и Нижней Вычегде опять вариант изба-двойня, сзади которой располагались коридор (сени) и далее хозяйственный двор.

Эти локальные варианты приспособлены к каждой природной зоне и в то же время имеют общее со всей русской культурой жилища. Такое наблюдение "прихо­ дит" при рассмотрении жилища всей европейской части с т р а н ы. Происхождение же местных вариантов-ареалов связано с различной этноисторией населения рай­ онов, а не только с их различными природно-климатическими условиями.

Русская баня и старинный северный быт Вопрос о происхождении и бытовании русской бани имеет большое значение для прояснения "темных" моментов этнической истории русского народа: его рас­ смотрение может пролить свет на некоторые древние этнические и культуропреоб разующие процессы. Русская баня "дожила" до современности в своем изначальном виде. Ареалы банных традиций во многом совпадают с зонами расселения отдель­ ных летописных групп восточных славян. Эта особенность осталась почти незаме­ ченной в научной литературе, хотя о русской бане написано достаточно много.

Но большинство работ на эту тему описывали устройство и использование бани, а также полезные качества мытья и парения в ней. Много исследований посвящено мифологии и обрядам, связанным с баней. Е е "география" также была освещена сначала Д.К. Зелениным, а позднее Е.Э. Бломквист. На взаимосвязь между ареалом бани и расселением конкретных групп восточ­ ных славян обращалось внимание только в статье Н.И. Лебедевой и Н.П. Милонова, основанной на материалах Рязанской обл. Рассматривая вопрос о встречающихся в разных районах Рязанского края двух традициях мытья - в бане и в печи, авторы объяснили их появление и бытование существованием здесь с давних времен двух различных этнокультурных комплексов. Ареал бани на Рязанской земле, по их оп­ ределению, находится к северу от р. Пра и к востоку от р. Ранова. В треугольнике рек Ока, Осетр и Пронь (древняя территория вятичей) бани ими не зафиксирова­ ны. На севере области они отметили совпадение района наличия бань с бытовани­ ем у населения среднерусского плана жилища и двора и особого варианта южнорус­ ского костюма. По мнению археологов и антропологов, приведенному авторами статьи, север Рязанской обл. являлся местом расселения кривичей. Однако нужно отметить, что пока не ясно, были ли бани у всех групп кривичей.

В областях восточнее Смоленской и Тверской земель, заселенных кривичами позд­ нее своих исконных территорий, эта традиция в наше время распространена не по­ всеместно. В Ярославской губ. бани строились только в селениях вдоль Волги;

во Владимирской и Московской губерниях они также встречались лишь кое-где. Да­ же в большинстве уездов Тверской губ. ими не пользовались. Здесь бани имелись также в основном в деревнях вблизи Волги. В западных районах (области древнего обитания кривичей в Смоленской и Псковской землях) они известны издавна. Эти данные могут свидетельствовать либо об отсутствии "банной" традиции у восточ­ ных групп кривичей и позднем появлении ее, либо о неравномерности расселения кривичей в междуречье Волги и Оки.

Иначе обстояло дело в Новгородской земле. Почти во всех областях, колонизо­ ванных новгородцами, бани известны с давних пор.

В тех районах, где бани у русского населения не зафиксированы, бытовала дру­ гая традиция - мытье (парение) в печи. Описания его даются в сообщениях, прислан­ ных в Этнографическое бюро князя В.Н. Тенишева (1899 г.): «Бани у нас очень ред­ ко встречаются, несмотря на достаток леса;

есть деревни совсем без бань, а моются у нас в печах, которые очень просторны и мыться можно одному свободно сидя. При­ чем подстилают под себя солому;

свободно раздевшись в присутствии всей семьи, за­ лезает один человек в печку с чугуном теплой воды. Ему подают веник и заслонку закрывают. Несмотря на видимое неудобство, крестьянин, выпарившись до "ломоты костей" и хорошо промывши голову "щелоком", потом окатывается водой на сарае.

Приготовлений нужно совсем немного;

только с утра поставить в печь чугун с во­ дой», - сообщалось из Мольского прихода Тотемского у. Вологодской губ. Мытье в печи было характерно для более южных областей, находящихся в основном в пре­ делах старых Рязанского и Владимиро-Суздальского княжеств (Рязанская, Тульская, Московская, Ярославская, Владимирская, Калужская губернии). Как можно заметить, контуры ареала этого обычая в значительной мере совпа­ дают с юго-западной и юго-восточной границами Московского государства X V - се­ редины X V I в. (до падения Казанского ханства). Остальные южные губернии, засе­ ленные гораздо позже (в ХУШ-Х1Х вв.), его уже не знали: там имелась своя тради­ ция, сходная с украинской, - мытье в деревянных кадках и корытах. На Русском Севере также имелись целые территории, где не знали бань и мылись в печах. В по­ следних районах, как считают исследователи, преобладала ростовская колонизация северных земель.

В конце Х1Х-начале X X в. печь в функции бани кроме средне- и южнорусских земель использовалась к северу от Верхней Волги в Ярославской, Тверской, Кост ромской и в южных районах Вологодской и Новгородской губерний. То же явление наблюдалось у эстонцев Восточной Латвии и у южных вепсов. Скорее всего у финских народов обычай мыться в печи, а возможно, и бани севернорусского типа были заимствованы у соседнего русского населения.


Печи, предназначенные для мытья, строились вместительными, и часто в них мылись по двое. "Крестьяне парятся в печках, по два человека, но не более. Печи специально делают большие, так что удобно в них даже сидеть. Моются в них обыч­ но часов в 6-7 вечера. Но для парения довольствуются утренним жаром. Перед мытьем настилают в печь сноп соломы. Залезши в печку и взяв с собой немного го­ рячей воды и веник, обмакивают веник в воду и брызгают на стенки. Обычно появ­ ляется пар, а потом ложатся на солому и парятся". Иногда в печи только парились, а домывались уже во дворе. Если же в печи и мылись, то вовнутрь ее ставили дере­ вянное корыто, в которое стекала вода. Эта традиция сохранилась до настоящего времени, хотя начала быстро исчезать во второй половине X X в. из-за широкого распространения бань. Вместе с тем во многих сельских районах бани стали появляться только в последние 5-15 лет, как это можно наблюдать на примере д. Павлоково, расположенной у Рыбинского во­ дохранилища, в 5 км от Череповца. Здесь, по словам информатора, "лишь пять лет назад срубили баню;

все в печке мылись". На несколько лет раньше банные по­ стройки стали сооружаться в селениях северной части Ярославской и в Грязовецком р-не Вологодской обл. Сходную тенденцию можно было наблюдать и в небольших городах. Например, в г. Любим бани построили в 1970-х годах, а привычными они стали значительно позже. В соседнем же с городом богатом торговом селе у купцов бани появились еще в XIX в.

Но даже там, где бани начали строить 20-30 лет назад, люди зачастую моются старым способом - в печке. Аналогичную картину можно было наблюдать в нача­ ле XX в.. Иногда бани имели и другое назначение, как, например, в Солигаличском у. Костромской губ.: "Бани у нас строятся не для мытья, а для сушки и трепания льна. Моются же в печах дома". Такую функцию бани не следует считать чем-то необычным. На западе и юго-западе - в Гродненской и Черниговской губерниях баня служила для тех же целей. В Северо-Западном регионе отмечалась иная тен­ денция: для мытья использовался овин. Мытье в печи успешно конкурировало с баней и в прошлом, возможно, могло кое-где потеснить ее. Следует сразу отметить, что такое допущение является чисто гипотетическое, так как документы ХУ1-Х1Х вв. говорят о поступательном расши­ рении ареала бани. Стойкость двух различных систем гигиены, зачастую существо­ вавших по соседству, объясняется консервативностью быта, тяготением людей к привычному укладу жизни. Примеры, свидетельствующие об устойчивости быто­ вых традиций, можно отыскать, например, в медицинской литературе конца ХГХ-начала X X в. Так, фельдшер из Тотемского у. Вологодской губ. П. Лукачев, отстаивая преимущество мытья в печах, писал: "Баня есть почти у каждого домохо­ зяина. Но что это за бани? Из тонких бревнышек выстроена хибарка, покрыта жер­ дями и соломой. Внутри сделан очаг из глины. На железных прутьях над очагом на­ ложены камни. Они накаляются и дают тепло для моющихся. Не знаю, чем такая баня лучше большой печи!". Такого же мнения придерживалась и остальная часть сельской интеллигенции, воспитанная в этой традиции: "эта домашняя баня (печь) хороша в гигиеническом отношении тем, что не заставляет делать резкий переход от тепла к холодной атмосфере и сквозному ветру". Впрочем, мытье в печи в еще большей мере подвергалось критике со стороны представителей "противоположно­ го лагеря", напоминавших о смертельных исходах подобного мытья: порой из-за ма­ лого объема воздуха в печи люди задыхались. Другим существенным аргументом в пользу мытья в бане было соображение о том, что "избы, в которых парятся, сгни­ вают быстрее". Это признавали и сами крестьяне, но бани сооружать не спешили.

У русского народа обе "банные" традиции имеют определенные, довольно лег­ ко очерчиваемые ареалы. Современные ареалы их особенно четко прослеживают­ ся на территориях старого древнерусского заселения, входивших в прошлом в со­ став Киевской Руси и Московского государства. На территориях, присоединенных позже, куда русское население переселилось из самых разных мест, либо бытуют оба способа мытья чересполосно (Среднее Поволжье), либо баня "возобладала" над мытьем в печи (Сибирь).

Чтобы разобраться в проблеме распространения на Русской равнине традиции мытья в бане, необходимо выяснить происхождение бани и попытаться установить, где она возникла. Существовало мнение, что русская баня ведет свое происхожде­ ние из Византии, а ее название заимствовано из греческого языка. Как дополни­ тельное доказательство этого приводилась "распространенность" бани вдоль пути "из варяг в греки".

Позднее это мнение было признано неверным. Н.И. Лебедева и Н.П. Милонов на основе анализа особенностей внутреннего устройства и планировки русской ба­ ни убедительно доказали, что последняя не связана с византийским типом и все ее детали имеют местные корни. На пути же "из варяг в греки" бани наиболее широ­ ко были распространены на северном (новгородском) его конце, но чем южнее, тем меньше их встречается. На Украине мылись в деревянных корытах, а бани имелись только в городах, т.е. их появление здесь связано с городской традицией.

Исходя из "географии" бань начала X X в., можно установить, откуда они нача­ ли распространяться. Для южнорусских территорий и Украины баня не была харак­ терна. В Центральной России, как указывалось выше, она встречалась не повсеме­ стно. Например, в поволжской части Тверского края бани появились давно, по край­ ней мере к XVI в. они были там уже распространены. В других местах Централь­ ной России их не было и в начале X X в. В XIX в. даже жители Москвы, не говоря уже о населении подмосковных сел, широко практиковали мытье в печах. Эта "печная" традиция простирается далеко на север - в центральные районы Вологод­ ской губ. (Вологодский, Грязовецкий, Кадниковский и Тотемский уезды). В X X в.

ее граница в северном направлении особенно далеко заходит в районе Кубенского озера. Район, где на севере вклинивается "печная" традиция, - область "низов ской" (ростовской) колонизации, что подтверждается историческими документами и антропологическими материалами. А так как эта "ростовская" область прости­ рается вплоть до берегов Белого моря, то, вероятно, в прошлом бань не было и на более северных территориях: по крайней мере в купчих и меновых грамотах Пи нежского и Мезенского уездов (XVI в.) бани не упоминаются. В таких документах их обычно перечисляют среди прочих построек, хотя не исключено, что они могли быть и просто пропущены. В XIX в. бани здесь уже стали обычным явлением. Для определения места возникновения и наиболее раннего бытования "банной" традиции необходимо рассмотреть особенности позднейшего сплошного ареала черной бани (топилась по-черному, так как не имела печной трубы). Белые бани (с печной трубой) имеют позднее происхождение и, несомненно, возникли под влияни­ ем городской культуры. До XVII в. даже в городах у всех сословий печи в домах то­ пились по-черному, что очень удивляло иностранцев. Исходя из ареала черной бани, истоки ее следует искать в пределах Русского Севера и северо-западных обла­ стей, расположенных между Финским заливом и верхним течением Днепра. Зону поиска позволяет существенно сузить внутренний план бани. Большинство бань имеет так называемую западнорусскую внутреннюю планировку (терминология, применяемая для характеристики жилищ). Наличие только такой планировки бань даже в районах, где избы имеют совершенно иной тип внутреннего плана, указыва­ ет на происхождение бань из области бытования западнорусского типа внутренней планировки. Западнорусская внутренняя планировка крестьянских изб была харак­ терна для сравнительно небольшой и хорошо очерченной территории. В жилых по стройках восточных славян такая планировка встречается на Украине, в Белорус­ сии, западных областях России и в бывшей Новгородской г у б. Но бань на боль­ шей части этой территории нет. В Белоруссии они издавна были распространены только в селениях по Западной Двине и в самых верховьях Днепра и Сожа. Встре­ чаются же преимущественно бани на русских землях, расположенных к северу и северо-востоку от Белоруссии. Таким образом, сочетание изб западнорусского вну­ треннего плана с наличием бань существенно ограничивает область возможного возникновения "банной" традиции. Она включает бывшие Новгородскую, Псков­ скую и Смоленскую губернии, а также Карелию и Северную Белоруссию.

Еще одно свидетельство северо-западного происхождения бани - преобладание в старых ее типах печей-каменок. Печь-каменка использовалась для отопления се­ верных изб в раннем средневековье, но встречалась и в более позднее время. В Нов­ городе, на Ладоге, Белом озере и в Прибалтике в "домонгольский" период подобная конструкция печи широко применялась для обогрева жилищ, тогда как в южных районах, заселенных полянами и вятичами, использовались преимущественно гли­ нобитные печи. Скорее всего, областью возникновения традиции русской бани следует считать территории вблизи Балтийского моря - бассейн Западной Двины и район вокруг оз.

Ильмень. Дополнительным подтверждением этого предположения может служить широкое распространение бани подобного типа в Новгороде XIII в. В другие ре­ гионы она попала в разное время и разными путями. Возникает вопрос, с какой культурой ее нужно связывать - финно-угорской или славянской? В обоих случаях имеются доводы "за" и "против". У восточных славян бани встречаются преимуще­ ственно у северных русских и белорусов, т.е. там, где славяне непосредственно со­ прикасались с древними финно-уграми. Отсутствие их у южных восточнославян­ ских групп свидетельствует о том, что "банная" традиция не характерна для изна­ чальной общей культуры восточных славян.

Особенности строительных традиций новгородских словен в Х - Х И вв., (наземные - не заглубленные - срубные построй­ ки и печка-каменка) наиболее соответствуют конструкции "современной" бани, то­ гда как у балтов и северных финно-угров архаичные варианты построек предпола­ гали некоторое углубление в грунт и открытый очаг. Распространившиеся у них к ХШ в. печки-каменки, вероятно, могли быть заимствованы от соседей, но для данного региона вернее будет не связывать традицию бани с каким-нибудь одним древним этносом. На рубеже 1-П тыс. все этносы на этой территории, несмотря на разное происхождение, благодаря связям и взаимовлияниям составляли единую культурную общность. Можно сказать, что и строительные традиции новгородских словен имели больше сходства с традициями иноэтничных соседей, чем отдаленных южных сородичей.

Вероятность первоначального появления бани в культуре финно-угров не так велика, как может показаться на первый взгляд. Версия о заимствовании ее пересе­ ленцами-славянами у местных финно-угорских народов оставляет открытым воп­ рос, почему оно произошло только на Севере, а в междуречье Волги и Оки (хотя и не повсеместно) эта традиция оказалась чуждой русскому населению. Со своей сто­ роны финно-угры Русской равнины испытали большое влияние славянского (рус­ ского) домостроительства, и самобытные элементы у них фактически не прослежи­ ваются. Сказать, чтб у них существовало изначально, а что было заимствовано позднее, весьма затруднительно. Традиция бани у современных поволжских и при­ балтийских финно-угров встречается в основном в тех же местах, где и у соседнего с ними русского населения. То же самое относится к распространению "парения" в печи. Северные вепсы, соседствуя с русскими Прионежья и других районов, где по­ всеместно имеются бани, знают только эту традицию;

южные же практикуют мы­ тье в печи, как и их соседи. Кроме того, внутреннее пространство печи зимой использовалось южными вепсами как спальня. Парение в печах, встречающееся кое-где на юге Среднего Поволжья, исследователи связывают с русским влия­ нием. Н а территории Среднего Поволжья первые бани появились очень рано - не позд­ нее XII в. - и пришли туда из стран В о с т о к а. Судя по археологическим данным, это были монументальные каменные сооружения с бассейнами и подпольным подогре­ в о м. Естественно, они могли получить распространение только в городах. Населе­ ние сельской местности заимствовало очень простую конструкцию бани русского ти­ па из Суздальской земли (такие бани могли местами появиться в связи с переселени­ ем кривичей) или из славянских купеческих кварталов булгарских городов. Совре­ менные сельские бани народов Поволжья имеют печь-каменку, топятся по-черному и, хотя вода нагревается уже во вмазанном в печь к о т л е, связь их с русской баней очевидна. Устройство помещения и внутренняя планировка большей части поволж­ ских бань идентичны русским. Время появления русской бани в Поволжье пока не из­ вестно. Несомненно только, что после падения Казани она распространилась там повсеместно, чему способствовал большой приток русских переселенцев. Возможно, заимствование произошло намного раньше, так как потребность в бане уже была, а торговые связи между Волжской Булгарией и Русью значительны.

В районе Среднего Поволжья кое-где встречаются бани с необычными конст­ руктивными особенностями. Строят их здесь частично или полностью заглубленны­ ми в землю, в речной б е р е г. Этот тип бани, построить которую легче и быстрее, чем срубную, был более характерен для бедных лесом (лесостепных) районов, от­ куда он распространился вверх по Волге в лесную полосу. Внутреннее помещение бань на юге Среднего Поволжья иногда повторяет известную южнорусскую плани­ ровку жилища, при которой печь располагается у дальней от входа с т е н ы. Такая планировка была характерна для бань и жилищ мордвы и русского населения Са­ марской и Саратовской г у б е р н и й. Она, несомненно, является отражением строи­ тельных традиций, использовавшихся в южном жилище, но, возможно, на плани­ ровку повлияло и само устройство бани (в виде землянки). В древние времена в юж­ ной части Киевской Руси жилища строились заглубленными в землю, и солнечный свет мог поступать в них только со стороны одной стены - той, где располагались дверь и окна, так как остальные стены были почти полностью завалены землей.

Для того чтобы не загораживать свет, печь размещали у задней, дальней от входа стены, к тому же она сама могла служить источником света в наиболее темной ча­ сти жилища. В северных наземных постройках система освещения являлась иной: со стороны входа часто имелась пристройка - сени или крытый двор, а свет поступал через окна, расположенные на противоположной, фронтальной стене. Это отража­ лось на северных типах планировки, где печь располагалась вблизи входа. При со­ оружении бань в виде землянки по тем же причинам печь для удобства могла быть отодвинута к дальней стене.

Понятно, что локальные особенности в строительстве бань в Среднем Повол­ жье вызваны местными природными условиями (возвышенные сухие берега и недо­ статок лесов), а также влиянием южнорусской культурной традиции. Возможно, данный тип бани, в котором земляночная конструкция сочеталась с южнорусской планировкой, возник вовсе не в Поволжье, а уже в готовом виде был привнесен из Суздальской земли, где он мог появится в результате взаимодействия северных и южных строительных традиций Древней Руси. Развитие бани типа землянки из древних булгарских бань еще менее вероятно, чем из срубных бань.

В Среднем Поволжье, как уже упоминалось, кроме общепринятого способа на­ грева воды в бане при помощи раскаленных камней, применялся и другой - подог­ рев воды во вмазанном в печь котле. Этот способ имеет местное происхождение и известен также в домашнем быту у финских народов Поволжья. В X X в. он получил широкое распространение и в других регионах России, вытеснив старый способ на­ грева воды.

Приведенные материалы говорят о том, что Поволжье не могло быть местом возникновения бань. Для жителей этой территории характерны иные строительные традиции и культурно-бытовые приемы, чем отразившиеся в деталях конструкции бань. Особенности русской бани, воспроизводящие основные элементы устройства древнего жилища, указывают на т о, что ее истоки следует искать в регионе вокруг оз. Ильмень. Н а этих территориях наряду со славянским населением до сих пор про­ живают различные финно-угорские народности, в прошлом более многочисленные, чем сейчас. Н а первый взгляд, казалось бы, логично связывать традицию бани именно с северными (прибалтийскими) финно-уграми, тем более что в настоящее время бани у них широко распространены. Н о сведения, относящиеся к средневеко­ вью, опровергают это предположение. Так, данные 1571 г. о карельских построй­ ках, приводимые А. А. Шенниковым, свидетельствуют о том, что традиция бани, возможно, не была исконно присуща быту балтийских финно-угров. Из 82 усадеб Кирьяжского погоста, расположенного немного севернее г. Корелы, бани имелись только в п я т и. Такое мизерное число бань по отношению к количеству дворов скорее всего свидетельствует об их недавнем появлении здесь.

Кроме того, имеются основания предполагать малую вероятность возникнове­ ния у балтийских финно-угров в "дославянское" время бани в виде отдельной по­ стройки, обособленной от жилья. Во-первых, усложнение построек в раннюю эпоху в определенной степени связано с социальными переменами. Т а к о е жилье было ха­ рактерно для быта привилегированных городских слоев. Во-вторых, необходимыми условиями, ведущими к возникновению бани, отдельной от жилья, являлись модифи­ кация жилища и превращение его в более совершенное сооружение, которое нужда­ лось в бережном обращении. Для того чтобы дерево стен не портилось, выделяли отдельную постройку для мытья, построенную по хорошо известным принципам ста­ рого жилища. Однако, судя по археологическим данным, до X в. жилища как прибал­ тийских (летто-литовских), так и финноязычных племен имели довольно про­ 123 стую конструкцию. Такие постройки собирались достаточно быстро, а значит, про­ блема их длительной сохранности еще не приобрела особой остроты.

Н а Руси бани появились в глубокой древности. Общеизвестен рассказ из "Пове­ сти временных лет" о сожжении в 945 г. княгиней Ольгой древлян в б а н е. Собы­ тия, описываемые в нем, происходили в Киеве, но на сельской территории нынеш­ ней Украины в период раннего средневековья бань, по-видимому, не было. Исклю­ чение, вероятно, составляли города. Распространение бань в городской среде легко объяснимо, если вспомнить предшествующие исторические события. Князь Олег в 882 г. вместе с дружиной переселился из Новгорода в К и е в. А так как до пересе­ ления дружинники жили в северных словенских городах, то они неизбежно должны были усвоить местные обычаи. В Южную Русь они, возможно, принесли с собой многие особенности бытовой культуры новгородцев.

О существовании бань главным образом лишь в новгородских землях рассказы­ вает другая история из "Повести временных лет", относящаяся к самому раннему времени. Э т о описание путешествия апостола Андрея Первозванного по будущим землям Киевской Руси: " И пришел к славянам, где ныне стоит Новгород, и увидел живущих там людей - каков их обычай и как моются и хлещутся, и удивился и м ". Мытье в бане здесь упоминается как явление, встречающееся лишь в районе оз. Ильмень, хотя до этого путь апостола проходил через земли полян и Поднепро вье. Для нас не имеет значения т о т факт, что э т о т рассказ, скорее всего, оказался придуман для доказательства раннего появления христианства на Руси. В данном случае для придания убедительности рассказу факты, касающиеся быта населения упоминаемой в нем территории, должны были соответствовать действительности.

Учитывая приведенные сведения, можно не сомневаться, что севернорусская баня появилась не позже IX в., а к X в. получила известность во многих районах Новго­ родской земли.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 33 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.