авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

«Нестор-История Санкт-Петербург 2010 УДК 83.3(4) ББК 82.091 Ш51 Шестаков В. П. Ш51 Английская литература и английский ...»

-- [ Страница 3 ] --

С другой стороны, в литературе ХХ века продолжается и традиция мягкого, безобидного юмора, основанного на сентиментальности и тщательно маскируемой чувствитель ности. В этом смысле особенно показательно творчество Джерома Джерома, автора популярной повести «Трое в лод ке». Джером продолжает традицию Диккенса, в особенности его «Записок Пиквикского клуба». Сфера его юмора — быт, повседневная жизнь, комические приключения неприспо собленных к практичной жизни героев с миром неодушев ленных вещей. Гвоздь, который забивают в стену, не хочет слушаться, и все попытки героя приводят к кошмарным по следствиям. Чайник, в котором кипятят воду, не хочет заки пать, парус не хочет развертываться, автоматический зонтик не хочет раскрываться, барометр постоянно показывает не ту погоду. Джером мастер занимательного повествования, его книги-описания включают вставные истории и анекдоты, рас крывающие алогичный мир вещей и неспособность человека приспособиться к нему. Мягкий, незлобивый юмор Джерома получил огромную популярность не только в Англии, но и во многих странах мира. Наряду с этим типом юмора, в XX веке возникает и остросатирическая литература, основанная на ощущении абсурдности мира, как, например, романы Ивли на Во. Высокоинтеллектуальная сатира принадлежит Олдосу Хаксли, автору полемических сатирических романов и анти утопических произведений (о творчестве этих двух авторов мы будем говорить в специальной главе).

В английский юмор огромный вклад внесли ирландцы, обладающие, как кажется, прирожденным чувством юмора.

Английская литература и английский национальный характер Оскар Уайльд остро атаковал викторианскую мораль в сво их пьесах, содержащих остроумные и парадоксальные афо ризмы. Творчество Уайльда, его высокий интеллектуальный юмор получили признание не только в Англии, но и в России, где Уайльд широко переводился и где его пьесы до сих пор составляют постоянный репертуар художественных театров.

Другой великий ирландец Бернард Шоу внес в англий скую драматургию атмосферу универсального юмора, не ис ключающего, впрочем, серьезности социальных проблем, раскрываемых в его пьесах. Будучи ирландцами по проис хождению, Уайльд и Шоу, впрочем, как и их предшественни ки, Свифт и Конгрив, были в действительности английскими писателями, писавшими для английской публики и обога тившими сферу английского юмора. Можно сказать, что они придали английской литературной традиции толику остроты и горечи.

Такова, вкратце, история английского литературно го юмора, который, кстати сказать, уже давно стал пред метом пристального филологического исследования. Еще в 1877 году появилось капитальное, в двух томах, исследова ние Лэстранже «История английского юмора»1, содержащее рассмотрение юмора в английской литературе от средневе ковья и кончая XVIII веком. Голландец Джон Бэрк, долгое время проживавший в Англии, издал в Геттингене на не мецком языке ученый труд «Английский юмор», в котором дал тщательную классификацию форм английского юмора и остроумия, включая пародии, лимерики, эпиграммы, прак тические шутки, игру слов, сардонический юмор и т.д.2 Про фессор Сорбонны Луи Казамян издал не менее серьезный труд «Развитие английского юмора», в котором тщательно проследил развитие юмора в английской литературе и драме от эпохи средневековья до XVIII века3.

Как свидетельствуют все эти исследования, английская литература имеет глубокие и длительные традиции высочай шего юмора. Однако английский юмор не ограничивается L’Estrange F.G. History of English Humour. London, 1877.

Burke, John. Englishеr Humor. Gottingen, 1965.

Cazamian, Louis. Development of English Humour. Durham, 1952.

Английский юмор как средство национальной идентификации только литературой. Его сфера более широкая, он проявля ется и в повседневной жизни, в телевизионных передачах, во всевозможных юмористических шоу, в многочисленных играх, в особенности в игре словами. Не случайно, в англий ских книжных магазинах всегда можно найти многочислен ные сборники анекдотов, пародий, собрания детского, высо кого или даже «грязного» юмора. Широкую популярность имеют юмористические журналы, в особенности «Панч», в котором принимали участие многие выдающиеся писатели юмористы. Иными словами, англичане любят юмор, стара ются его коллекционировать. В английских библиотеках нет недостатка антологий юмора.

Каковы же особенности английского юмора, чем он от личается от других национальных форм комического, напри мер, от французского или итальянского юмора?

Большинство исследователей английского юмора сходят ся в том, что в английском юморе присутствуют два равно правных элемента: юмор как таковой и остроумие. Остроумие является постоянным спутником юмора и оба они — юмор и остроумие — дополняют друг друга, придают английскому чувству комического своеобразие и оригинальность, кото рые отличают его от других национальных проявлений ко мического. «Юмор, — пишет Хэскет Пирсон, — это наш при родный элемент, но что такое остроумие. В самом широком смысле слова остроумие — произведение ума, юмор — сердца.

Мы развиваем свое остроумие за счет других людей. Остро умие — знак превосходства, юмор — знак равенства. Остро умие — аристократично, юмор — демократичен. Существу ет различие между французским и английским остроумием.

Французское остроумие убивает наповал, английское только отправляет в нокаут. Объяснением этому является то, что наше остроумие, оплодотворенное нашим юмором, является более богатым, чем французское остроумие и к тому же оно имеет противоядие в живописности своего воображения»1.

Действительно, английский юмор остроумен. Он меньше всего связан с комедией положений, переодеваний, а больше всего — с феноменом слова. Английский юмор — словесный Pearson, Hesketh. Humour // The English Genius. P. 55.

Английская литература и английский национальный характер юмор. Отсюда — любовь к игре слов, лимерикам, нонсенсу и игривости вообще. В этом смысле английскому юмору свой ственна детскость. Как пишет английский литературовед Га рольд Николсон в своей книге «Английское чувство юмора», «…любовь к детским остротам занимает огромную часть анг лийского юмора. Это происходит не потому, что англичане, более чем другие нации, склонны к детскости. Это объясня ется тем, что англичане, будучи от природы эксцентричны, инстинктивно не любят черты взрослого общества, и они, если даже прямо не атакуют эти черты, то пытаются найти комфорт и разрядку внутри этого общества»1.

Следует отметить, что это мнение Николсона об особен ностях английского юмора совпадает с выводами Пристли, который также отмечает связь английского юмора с про явлениями детской психологии. «Нельзя сказать, — пишет он, — что юмор, присущий англичанам, ребячлив, но неко торые формы и особенности его действительно вырастают из детства. Как и дети, мы наслаждаемся образами фантазии и, если воображение не подвергается ограничениям, не по давляется злобой и ненавистью, как это бывает в плохом дет стве, мы начинаем пользоваться юмором в раннем детстве»2.

Николсон обнаруживает в английском юморе следующие черты, которые он тщательно систематизирует: 1) терпи мость, доброта, симпатия;

2) любовь к природе, животным и детям, которая иногда вырождается в сентиментальность;

3) здравый смысл;

4) склонность к фантазии;

5) уважение индивидуального характера;

6) нелюбовь к крайностям и всевозможным формам хвастливости;

7) любовь к играм и забавам, которые имеют детские формы;

8) самоконтроль, неуверенность в себе и застенчивость;

9) леность, в особен ности духовная леность;

10) оптимизм, стремление к эмоци ональной и духовной простоте.

Подводя итог, Николсон пишет, что английский юмор это — «доброта, сентиментальность, рассудочность и одно временно фантастичность, чувствительность к любому ис Nicolson, Harold. The English Sense of Humour. London, 1956.

P. 39.

Priestley, J.B. The English, P. 157.

Английский юмор как средство национальной идентификации кажению ценностей, как например, аффектация, тщеславие, косность и всех форм претенциозности, игривость, и в осо бенности склонность к игре словами, которые часто прини мают детскую форму»1.

Попытку объяснить характер и особенности английско го юмора предпринимает Пристли, который обращается к этой теме в нескольких своих книгах «Английский юмор», «Английский комический характер», «Англичане». Он свя зывает их с особенностями английской погоды, атмосферой тумана, которая делает все зрительные предметы неотчетли выми, двусмысленными. По его словам, английский юмор складывается из многих элементов: это и ирония, и чувство абсурдности, и фантастичность, хотя настоящий юмор дол жен сохранять контакт с реальностью, хотя бы одной ногой необходимо стоять на земле. «Настоящий юморист может позволять себе самые фантастические образы, но он никог да не зависает в воздушном пространстве. Он не теряется в фантазии»2. Действительная сфера юмора где-то посреди реальности и фантазии, повседневности и воображения.

Английский юмор не сводится к простой шутливости.

«Настоящий юморист никогда не фривольничает и не хихи кает. Юмор следует понимать как процесс, когда мышление забавляется, а чувство серьезно. Истинный юморист мо жет отпускать дюжину шуточек, но он никогда не является шутником…»3. Действительно, одна из характерных особен ностей английского юмора заключается в том, что он сохра няет серьезность, когда шутят. Шутливость и серьезность — это два необходимых элемента в английском юморе.

К тому же, как уже говорилось, английский юмор отража ет свойственную англичанам склонность к эксцентричности.

Английский юмор так же эксцентричен, как эксцентричен в целом английский характер. Чаще всего смысл содержится в подтексте и предполагает способность к пониманию у слу шателя. И если такая способность отсутствует, то отличить английский юмор от серьезности довольно трудно. На этом Nicolson, Harold. The English Sense of Humour. P. Priestley J.B. English Humour. P. 9.

Ibid.

Английская литература и английский национальный характер основаны так называемые «английские анекдоты». Посколь ку англичане редко прямо говорят то, о чем они думают, пе ред ними широкое поле для разных форм юмора, основанно го на несоответствии смысла и способа его выражения.

Особенности английского юмора особенно отчетливо проявляются при его сравнении с американским юмором.

Известно, что американский и английский юмор относят ся друг к другу с такой же неприязнью как американский и английский язык. Оскар Уайльд говорил, что американцев и англичан разделяют барьеры общего языка. Еще большим барьером для этих двух наций может служить юмор. Во вся ком случае, представители одной из этих наций постоянно упрекают другую в отсутствии чувства юмора или в том, что он непонятен. Англичане со времен Диккенса упрекали аме риканцев в чрезмерной серьезности. Уинстон Черчилль, по сетивший Америку, говорил, что он понял в ней все, кроме юмора. В своей статье «Американский ум и наш», написан ной после своего визита в Америку, готов был принять мно гие черты американского характера, но признавался, что юмор американцев остается для него недоступным. С дру гой стороны, американцы постоянно критикуют англичан в том, что их юмор непонятен или же что он у них всегда запаздывает.

Американский юмор, как правило, демократичен, он основан на обращении к большой аудитории, на ее немед ленной и открытой реакции. В число приемов американского юмора входят преувеличение, крайности самовозвеличения или самоунижения. Народные герои американского эпоса, такие как лошадник и балагур Дэвид Харрум, Дэйв Крокет, Пол Беньян создавали новый тип юмора, который отличался грубоватостью, связью с речевой традицией, с сатирой и са мопародией. Английский юмор, напротив, аристократичен, он рассчитан на небольшую, подготовленную аудиторию.

Как правило, он имеет камерное звучание, в нем нет нарочи той грубости, саморекламы, преувеличения или же крикли вости, которые так характерны для американского юмора.

В нем все основано на недосказанности, лаконичности и так тичности — чертах, которые совершенно необязательны для американского юмора.

Английский юмор как средство национальной идентификации Современная английская литература представлена име нами талантливых юмористов — Макса Бирбома, Пэлема Вудхауса, Эдмунда Нокса, Джона Мортона, Джорджа Мике ша, Питера Флеминга1. Очевидно, что богатейшая традиция английской классики, представленная именами Филдинга, Теккерея и Диккенса, продолжает жить и развиваться, хотя несомненно и то, что юмор, тиражированный коммерческой поп-культурой и шоу-бизнесом, порой утрачивает свои ха рактерные английские черты, превращаясь в массовую вне национальную развлекательную продукцию.

См. антологии английского юмора: Laughter in the Damp Climate.

An Anthology of British Humour. L., 1963;

The Book of British Humour.

M., 1990.

GRAND TOUR: ЛИТЕРАТУРА О ПУТЕШЕСТВИЯХ И ПУТЕШЕСТВЕННИКАХ История Grand Tour Уже в XVI веке англичане нашли для себя новый и эффектив ный метод воспитания. Он получил название «Grand Tour» — то есть «грандиозная» поездка, «величественный», «велико лепный» вояж. Может возникнуть вопрос, почему такой вояж назывался так возвышенно. Существует точка зрения, что этот способ путешествия назывался так потому, что им пользова лись знатные и богатые англичане. Действительно, так оно и было. Начиная с XVIII века, многие знатные англичане совер шали Grand Tour исключительно для поддержания престижа.

Но не следует забывать, что термин этот возник еще в XVI веке, когда в Италию направлялись представители самого бедного сословия — студенты, ученые и монахи. Да и в последующем в Италию отправлялись не очень богатые люди — художники и знатоки искусства, и так продолжалось более двух столетий.

Имеют ли эти незнатные люди право на существование в исто рии Grand Tour? И если нет, то не должны ли мы отнять право на Grand Tour у десятка английских гуманистов, приехавших учиться в Италию, или же у полунищего школьного учителя из Германии И.И. Винкельмана, приехавшего в Рим и полу чившего здесь место папского библиотекаря и титул коллек Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках ционера всех греческих древностей? Представляется, что это мнение, связывающее Grand Tour с аристократией, богатством или знатью, совершенно ошибочно, оно не имеет под собой никакого исторического основания.

Гораздо более обоснованным является мнение о том, что это название было связано с длительным и, можно сказать, грандиозным путешествием из Англии или Северной Европы в Италию. Грандиозной была и цель путешествия, связанная с посещением величественных памятников искусства и архи тектуры эпохи Возрождения.

Я полагаю, что Grand Tour отличался от простого туризма или развлекательного вояжа тем, что имел, чаще всего, обра зовательные цели и завершался литературным или художе ственным описанием путешествия. Именно такое путешествие входило в систему образования состоятельного англичанина, точнее, было его завершением, итогом. Такой образовательный «Grand Tour» предполагал поездку на юг Европы, в Италию — страну, где в эпоху Возрождения были созданы величайшие об разцы культуры и искусства, которые поражали воображение и вызывали чувство величественного и грандиозного.

Правда, англичане путешествовали и в другие страны — во Францию, Германию, Швейцарию, где они охотно знако мились с достижениями в области науки, с новинками моды и изысканной кухней. Но поездка в Италию означала нечто другое, нечто особенное. Здесь можно было увидеть то, чего не было в таких потрясающих масштабах в других странах.

Это был мир ренессансной культуры, шедевры архитектуры, живописи и скульптуры, созданные выдающимися мастера ми Возрождения. Как пишет один из английских историков Джереми Блэк, посвятивший себя изучению Grand Tour, «Ренессанс и более позднее итальянское искусство, начиная с XVI века, приобретает в Британии большую ценность. Уви деть итальянскую живопись для многих путешественников становится главной целью. В то время как французская кухня и итальянская опера, были доступны в самом Лондоне, для того, чтобы вкусить итальянскую живопись и, в особенности, архитектуру — надо было посетить Италию»1.

Black J. Italy and the Grand Tour. New Haven–London, 2003. P. 181.

Английская литература и английский национальный характер Поначалу в Италию ездили немногие путешественники, первопроходцы. Они возвращались в Италию и делились своим опытом, рассказывали об итальянских городах, ар хитектурных памятниках, произведениях мастеров живопи си. Существовал маршрут через Милан, Флоренцию в Рим.

К этому добавлялись посещение Венеции, Падуи, Пизы и других итальянских городов. Поездки далеко не всегда были легкими. Порой, чтобы обеспечить безопасность от банди тов, грабивших путешественников на дороге, приходилось нанимать вооруженную охрану.

Добавлялись и другие опасности, уже морального свой ства. Некоторые англичане боялись, как бы их дети не при везли вместе со знаниями моральную распущенность, или, еще хуже, склонность к папизму. Поэтому, далеко не все были сторонниками Grand Tour. Первым критиком Grand Tour был, например, Роджер Эшем, человек образованный, служивший тьютором королевы Елизаветы. В 1552 году он совершает поездку в Венецию. Хотя Эшем был горячим по клонником гуманистической культуры, с которой позна комился в Италии, он настаивал на осторожном подходе к образованию молодых англичан. В своей книге «Школьный учитель» (1570) Эшем предупреждал о тех опасностях, ко торые, по его собственному опыту, поджидают молодых ан гличан в Венеции или Риме, где, по его словам, царят свобода морали и разнообразные соблазны. Как он пишет, голоса си рен могут заглушить для некоторых Божье слово. И тогда, по его словам, «итальянизированный англичанин превратит ся в воплощенного дьявола» (Inglese Italianato, e un diavolo incarnatо). Поэтому, Эшем советовал родителям, которые решились на такое путешествие, посылать детей только под обязательным присмотром гувернера. Богатые англичане могли себе это позволить.

Настороженный голос Эшема был услышан. Писатель и поэт Томас Нэш написал рассказ «Неудачливый путешест венник» (1594), в котором рисует сатирическими красками своего героя, путешествующего по Италии. Но это не повлия ло на все растущую популярность поездок в Италию.

Поездки в Италии начались еще в доелизаветинскую эпо ху. Многие английские студенты учились в университетах Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках Болоньи и Падуи. В Падуе в 1463 году была основана ка федра по изучению греческого языка. Кроме того, во Фло ренции греческий язык преподавали профессор из Визан тии Димитриус Чалкондилис и англичанин Уильям Гроцин.

В числе его учеников-англичан был Уильям Лили. В Италию в 1493 году приехал Джон Колет, который побывал во Фло ренции, где он встречался с Марсилио Фичино и Пико делла Мирандола, что способствовало проникновение в Англию неоплатонизма1. Студент из Оксфорда и Кембриджа Кут берт Тунстелл приезжает в Падую, где он изучает греческий язык и иврит. Он переписывался с Эразмом Роттердамским, и после возвращения в Англию становится епископом в Да реме. Его современник Ричард Пейс после обучения в Падуе долгое время остается в Италии, посетив Болонью, Феррару и Венецию. Все эти студенты переносят идеи итальянского гуманизма на английскую почву и способствуют реформе об разования в университетах Оксфорда и Кембриджа2.

Вслед за студентами и миссионерами в Италию двинулись путешественники, целью которых было знакомство со стра ной и ее достопримечательностями.

Одним из первооткрывателей Италии был английский ка толический священник Ричард Ласселз (1603–1668). Он был довольно образованным человеком, и даже некоторое время учился в Оксфорде. Ласселз приезжал в Италию пять раз, и каждый раз писал подробный письменный отчет о своем по сещении страны. Отчет о второй его поездке вышел в свет в виде книги «Описание Италии» в 1654 году. Уже после смер ти Ласселза появилась вторая его книга «Путешествие в Ита лию», которая на долгое время стала лучшим путеводителем, содержащим, помимо всего прочего, полезные сведения для других путешественников. Название этой книги, изданной в 1670 году, носило в духе времени обширный характер: «Пу Sears Jane. John Colet and Marsilio Ficino. Oxford, Barlett R. The English in Italy. 1525–1558. Geneve, 1990;

England and Continental Renaissance. Ed. by E. Chaney and P. Mack. Woodbridge, 1990;

Einstein L. The Italian Renaissance in England. N.Y., 1902;

How ard C. English Travellers of the Renaissance. N.Y., 1968;

Simonini R.C.

Italian Scholarship in Renaissance England. Chapell Hill, 1952.

Английская литература и английский национальный характер тешествие в Италию. С описанием Народных Характеров, Главных Городов, Церквей, Монастырей, Гробниц, Библио тек, Дворцов, Вилл, Парков, Статуй и Собраний Древностей»

(The Voyage of Italy. With the Characters of the People, and the Description of the Chief Towns, Churches, Monasteries, Tombs, Libraries, Palaces, Villas, Gardens, Statues, and Antiquities. Paris, 1670). Действительно, все эти темы, обозначенные в названии, Ласселз в той или иной мере освещает. Он не ограничивается только практическими советами для путешественников: где останавливаться на ночлег, какие города следует обязательно увидеть. Книга Ласселза включает рассуждения об итальян ской культуре, которые и сегодня представляют интерес.

Ласселз исходит из географического принципа, объясняя достижения итальянцев. По его словам, итальянский ум ро дился под теплым солнцем. Итальянцы не остановились на своих великих традициях. Если в древности в поэзии у них был Вергилий, Овидий, Гораций и Проперций, то теперь у них есть Петрарка, Марино и Гварини. Древние итальянцы имели своих философов, своего Плиния, Сенеку, но и в новое время у них есть Фичино, Кардано и Picus Mirandula (Пико делла Мирандола). В древности у них были замечательные архитекторы и скульпторы, но современные итальянцы име ют таких архитекторов, как Брунеллески, Палладио и Фонта но, таких скульпторов, как Бандинелли, Донателло и Берни ни, а в живописи Рафаэля, Микеланджело, Тициана и Сарто.

Вызывает интерес попытка Ласселза описать националь ный характер итальянцев, который он оценивает довольно высоко. По его словам, «французы кажутся не особенно раз умными (wise), но на самом деле разумны, испанцы кажутся разумными, но не являются такими, голландцы и не кажутся и не являются разумными. Только итальянцы одновременно являются и умными, и кажутся такими. С самых древних пор они проявляют склонность как к знанию, так и к обучению, и демонстрируют успехи как в либеральных искусствах, так и в науке»1. Ласселз касается даже такой деликатной сферы, как юмор, утверждая, что «итальянский юмор — это нечто The Fatal Gift of Beauty: The Italies of British Travellers. An Annotat ed Anthology. Ed. by M. Pster. Amsterdam–Atlanta, GA, 1996. P. 287.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках среднее между серьезностью испанцев и излишней легко мысленностью французов. Их серьезность не лишена огня, а их легкомысленность не без некоторой охлажденности.

Они любят карнавалы, разыгрывают дурака из своих имен и на своих лицах. Но им свойственны и солидность суждений, которая делает их великими священниками, политиками и инженерами»1.

Ласселза можно считать основателем Grand Tour, он — первый, кто ввел в обиход это понятие. К такому мнению приходит историк Эдвард Чейни, защитивший диссертацию в Варбургском институте на тему «Ричард Ласселз и основа ние “Grand Tour”» (1982)2.

Ценные сведения о поездке в Италию содержатся в зна менитом «Дневнике» Джона Ивлина (1620–1705). Ивлин был человеком самых разнообразных интересов и занятий, писателем, растениеводом, библиофилом. Его «Дневник», который он вел всю жизнь и закончил за несколько месяцев до своей смерти, являются ценным источником для полити ческой, социальной, культурной жизни Англии XVII века.

Ивлин родился в богатой семье. Образование он получал в знаменитом Бэлиолл колледже в Оксфорде. В 1645 году в обстановке начинающейся в Англии гражданской войны, он решает уехать за границу. Прежде всего, он приезжает в Ита лию и становится студентом Падуанского университета, где в особенной степени интересуется занятиями по анатомии. Он сообщает, что видел вскрытие трупов мужчины, женщины и ребенка, и даже переслал в Королевскую академию части тела для изучения. Кроме того, он знакомится с ботаническими коллекциями Падуи и Мантуи, посещает Рим, Венецию и Фло ренцию. Он подробно описывает свои посещения Ватиканской библиотеки, коллекцию Уффици, в том виде, какой она была в середине XVII века. «Под дворцом правосудия и аркадой, где находятся мастерские различных художников, находится Chaney E. The Grand Tour and the Great Rebellion. Richard Lassels and “The Voyage of Italy” in the Seventeeth Century. Geneve, 1985.

P. 150.

Chaney E. Richard Lassels and Establishment of the Grand Tour. Diss.

V. 1–2. London.

Английская литература и английский национальный характер собрание замечательных антиков, статуй из мрамора и ме талла, расписных ваз, статуи, привезенные из Дельфийского храма, и две триумфальные колонны. На стенах висят около трехсот картин знаменитых и талантливых людей искусства.

Затем мы попадаем в большую залу, в центре которой стоит кабинет восьмиугольной формы, богато украшенный кри сталлами, агатами, скульптурами. Кабинет этот называется «Трибуна». Над входом находится картина Микеланджело, а далее — Рафаэль, дель Сарто, Перуджино, Корреджио, на которой изображены св. Иоанн, Мадонна, младенец и два апостола, а также два портрета Дюрера… В другом кабинете, украшенном черепаховыми раковинами, находится коллек ция золотых медалей, а на стенах висят картины да Винчи, Понтормо, дель Сарто, Тициана, Бронзино. В другой ком нате находится шатер для храма св. Лаврентия с изображе нием святых. Здесь же стоят столы, изготовленные Пьетро Коммерса, которые состоят из различных видов мрамора и камней различного цвета, изображающих цветы, деревья, животных, птиц и пейзажей»1.

Вернувшись в Англию, Ивлин принял деятельное участие в культурной жизни Англии. Он собрал большую библиоте ку, насчитывающую около четырех тысяч томов, находился в переписке с другим известным библиофилом Сэмюэлем Пеписом, библиотека которого хранится до сих пор в Кем бридже, был дружен с архитектором Кристофером Ренном.

Ивлин владел богатым поместьем, которое сдавал в рен ту. Его жильцом в течение трех месяцев был русский царь Петр I, приехавший в Англию для знакомства с судострое нием. (По свидетельству очевидцев, Петр принес владению Ивлина большой ущерб, уничтожив его насаждения в саду).

В «Дневнике» и письмах Ивлина содержатся многие сведения из жизни Англии — о смерти Карла I, об Оливере Кромвеле, о пожаре в Лондоне 1666 года. Вместе с тем, он был одним из пионеров Grand Tour.

Большое значение в пробуждении интереса к Италии и ее культуре сыграли переводы и издания итальянских книг.

См.: The Fatal Gift of Beauty: The Italies of British Travellers.

P. 164–165.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках В XVI веке в Англии были изданы 200 книг, принадлежащих перу 25 итальянских авторов. Среди них были произведения Ариосто, Боккаччо, Петрарки, Тассо, Аретино. Интерес был не только к художественной литературе, но и к научным трак татам. Большую популярность получил трактат Бальдассаре Кастильоне «О придворном», переведенный Томасом Хоби, «Государь» Макиавелли, «История Италии» Гвиччардини1.

От Grand Tour к «грандиозному стилю»

С возникновением Британской Академии художеств поезд ка в Италию становилась обязательной в программе обучения художников. Лучшие студенты Академии получали в качестве премии бесплатную поездку в Италию. В результате в Италии побывала бльшая половина английских академиков. Среди них были Александер Козенс, Уильям Хор, Джозеф Уилтон, Джордж Ромни, Ричард Уилсон, президент Академии Джошуа Рейнолдс, Джозеф Райт Дерби, Генри Фюзели и многие дру гие. Более того, некоторые художники, приехав в Италию для образовательных целей, оставались там навсегда. Так посту пили Джекоб Мор, Джеймс Дерно, Томас Патч.

С этой точки зрения представляет интерес картина анг лийского художника, члена Британской академии искусств Иоганна Зоффани, на которой изображен зал «Трибуна»

в галерее Уффици. На ней изображены 36 английских худож ников, коллекционеров и дипломатов, побывавших в Италии с помощью традиционного Grand Tour. Среди художников автор показывает самого себя и Томаса Патча. Здесь англича не в окружении картин Рафаэля, Гольбейна, Микеланджело чувствуют себя совсем как дома, работы художников италь янского Возрождения знакомы им не понаслышке2.

В Италии английские художники рисовали итальянские пейзажи, копировали произведения великих мастеров италь Lievsay J. The Englishman’s Italian Books 1550–1570. Philadel phia, 1969.

Millnar O. Zoany and His Tribuna. New-York–London, 1966.

Английская литература и английский национальный характер янской живописи. Например, Джордж Ромни в 1758 году копировал Ватиканские Станцы, Джеймс Дерно по заказу священника из Бристоля сделал в 1779 году копию картины Рафаэля «Преображение». Богатые англичане через посред ство комиссионеров покупали картины, созданные ренес сансными мастерами. Так в Англию попали картины Лео нардо, Рафаэля, Веронезе. Больше всего повезло Каналетто, около двухсот его картин попали в собрания королевских дворцов и до сих пор в изобилии украшают их.

Можно с уверенностью сказать, что для каждого англий ского художника поездки в Италию и встреча с итальянским Возрождением имели большое значение. Поездка в Италию считалась свидетельством социальной активности, принад лежности к культуре в истинном смысле слова. Особенно это проявилось в XVIII веке, когда вояж в Италию считался обязательным для художника, эти поездки порой влияли на личные судьбы многих из них. В этом отношении интерес на судьба Томаса Патча (1725–1782), который стал первым англо-итальянским художником.

Патч не собирался быть художником. Сын известного хи рурга, он изучал медицину в своем родном городе Экзетер, а затем в Лондоне. Но судьбе было угодно, чтобы Томас не стал врачом. В 1747 году в компании с Ричардом Далтоном, который впоследствии станет библиотекарем короля Геор га III, он совершает поездку в Италии. Увиденное в стране приводит к тому, что Патч коренным образом меняет свою жизнь. Он бросает медицину и решает остаться в Италии для того, чтобы получить здесь художественное образование и стать художником. Он поступает в студию Клода Верне и вскоре становится его ближайшим помощником и компань оном. Патч делает быстрые успехи в живописи, его пейзажи римских окраин покупает лорд Чарлемон.

Патч был совершенно счастлив в Риме, но неожиданно пришла беда. В 1755 году Святая инквизиция вручила пред писание молодому художнику немедленно покинуть Вечный город, обвинив его в содомитстве. Скорее всего, причины из гнания были другие, они были связаны с обострением между папством и англиканской церковью. Молодому художнику не оставалось ничего другого, как покинуть Рим и перебраться Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках во Флоренцию. Здесь он нашел покровительство Гораса Ман на, который выполнял в городе функцию английского дипло мата и стал центром объединения английских художников и коллекционеров. Его картины охотно покупали англичане, которые стремились привезти в Британию своеобразный ху дожественный сувенир.

Во Флоренции Патч продолжал рисовать пейзажи, но уже с видами Флоренции, набережной реки Арно которые охотно раскупались английскими художниками. Несколь ко таких пейзажей попали в Норфолк, но часть осталась во Флоренции. В сентябре–ноябре 2007 года в галерее Палати на музея Питти были выставлены несколько картин Патча, в частности, виды извержения Везувия и картина «Лоджия Уффици и мост Граций с набережной Санто Мария Сопра но», хранящиеся во Флоренции. Эти работы представляют интерес как документальные картины, отражающие взгляд английского художника на итальянскую природу и флорен тийскую архитектуру.

Во Флоренции неожиданно проявилось еще одно каче ство художника — его сатирический талант. Очевидно, под влиянием художника-карикатуриста Пьер Леоне Гецци Патч начинает рисовать карикатуры. Он изображает светское общество, представленное английскими туристами, в ка рикатурной форме, с удлиненными носами и в комических позах. Такова, например, картина «Британский джентльмен в доме сэра Хораса Манна во Флоренции» (1765, собрание Британского искусства Пола Меллона в Нью-Хейвене). Ка рикатурный характер носят картины «Вечеринка с пуншем:

Группа карикатур с лордом Стамфордом» и «Золотой осел»

(Библиотека Льювиса Уолпола).

Кроме этого, Патч занимался изучением творчества ху дожников Раннего Возрождения, к которым он испытывал особый интерес. Он опубликовал серии гравюр «Жизнь Ма заччо», «Жизнь Джотто», «Жизнь Фра Бартоломео». Твор чество Томаса Патча оказалось успешным, как попытка син теза английских и итальянских традиций в искусстве.

Grand Tour стимулировал пробуждение в Англии интере са к истории искусства. Начиная с XVI века, англичане экс портировали из Италии не только произведения итальян Английская литература и английский национальный характер ского искусства, но и теоретические идеи, представления об истории искусства, как некоей развивающейся целостности.

В этом отношении большую роль сыграл трактат Джорджо Вазари «Жизнь наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих».

Первое итальянское издание этого сочинения вышло в 1550 году, и знаменовало начало европейской истории искусства. К сожалению, трактат Вазари не был переведен на английский язык, как многие другие шедевры итальян ской научной литературы. Он был опубликован полностью только в 1885 году, т.е. более чем через два века после его написания. Тем не менее, он получил широкую известность в Англии благодаря английским туристам, которые привози ли оригинал книги в Лондон. Этот трактат хорошо известен Генри Пичему. В своей книге «Совершенный джентльмен»

(1622) Пичем ссылается на Вазари и говорит, что в Лондо не существует две копии его книги. Ричард Ласселз в упоми навшейся выше книге «Вояж в Италию» также ссылается на Вазари и приводит многие выдержки из его книги. Как отме чает Эдвард Чейни, «Вояж в Италию» сыграл главную роль для ознакомления с сочинением Вазари и, таким образом, с историей искусства в англоязычных странах»1.

Трактат Вазари стимулировал интерес англичан к исто рии искусства. И не случайно, что первые английские исто рические обзоры были посвящены итальянскому искусству, так как они строились по модели сочинения Вазари. Так, в 1695 году появился «Отчет об итальянской живописи» Ри чарда Грэхема. Он насчитывал сведения о 127 итальянских художниках, изложенные в виде словаря. В этом отчете до минирует влияние Вазари, которое проявляется и в оцен ках главных периодов итальянского искусства, и в передаче сведений о частной жизни отдельных художников. Похоже, что авторитет Вазари был неоспорим и не допускал новых интерпретаций.

Впрочем, довольно скоро ситуация изменилась. Для чле нов Британской Академии художеств и, прежде всего, ее Black, Jeremy. Italy and the Grand Tour. New Haven-London, 2003.

P. 181.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках президента Джошуа Рейнолдса Вазари был не образцом для подражания, а, скорее, источником оценок и переоценок со временного искусства. На основе Вазари, Рейнольдс в своих «Речах» (1784) в Академии формулирует три типа художе ственных стилей: «грандиозный», к которому принадлежат Рафаэль и Микеланджело, «орнаментальный» и «характер ный» стили. Наибольшее признание у Рейнолдса вызывает «грандиозный» стиль, как область возвышенного и идеаль ного. Рейнолдс сам побывал в Италии в традиционном Grand Tour и ориентация на высокое Возрождение, на воспроизве дение стиля Микеланджело и Рафаэля стала целью его худо жественной и эстетической программы. Grand Tour неизбеж но приводил к Grand Style.

Следует отметить, что идеализация «Грандиозного сти ля» в живописи приводила Рейнолдса к досадным противо речиям. Хотя он считал целью искусства возвышенное и героическое, сам он, как художник, добивался наибольшего успеха в тех работах, которым была свойственна естествен ность и простота. Из-за своих теоретических воззрений он недооценил творчество Уильяма Хогарта, который был на самом деле первым английским национальным художни ком. Хогарт всю жизнь боролся с итальяноманией и избирал предметом своих картин и гравюр не идеальные, а вполне ре альные сюжеты. Рейнолдс в своих «Речах» называл работы Хогарта «вульгарными» и сожалел, что тот обращался к изо бражению «странных сторон жизни».

Представляет интерес трактовка «Грандиозного стиля»

другим английским художником Генри Фюзели. Швейца рец по происхождению, молодой Фюзели по совету Рей нолдса совершает Grand Tour в Италию. Как и во многих других случаях, пребывание в Риме меняет жизнь моло дого человека. Прекрасный филолог, знаток немецкой и скандинавской литературы, он решает сменить профес сию и посвятить себя живописи. Фюзели проводит восемь лет в Риме, занимаясь изучением работ Рафаэля, Мике ланджело, Корреджио. О трудностях этого периода сви детельствует рисунок Фюзели «Художник, подавленный величием древних памятников». Впоследствии Фюзели приезжает в Лондон, становится членом Британской ху Английская литература и английский национальный характер дожественной академии, и читает там лекции студентам.

В них Фюзели продолжает развитие эстетики «Грандиоз ного стиля», начатой Рейнолдсом. Он пишет: «Итальян ский Style Grandioso, английский Great Style в применении к произведению искусств означает лишь одно: что худож ник следовал за тем, кто расширял принципы подражания и исполнения»1.

Фюзели принадлежит высокая оценка исторического трактата Джорджо Вазари. Он пишет: «Из всех современ ных писателей об искусстве Вазари является самым сведу щим. Он одновременно и теоретик, и художник, и критик, и биограф. История современного искусства во многим обя зана ему. Он ведет нас из ее колыбели до самой зрелости с прилежанием заботливой няньки, хотя сам он, порой, об ладает ее слабостями. Он может быть назван Геродотом на шего искусства»2. При этом Фюзели уже был хорошо знаком с произведениями теоретиков искусств XVIII века, работами Винкельмана, Зульцера, Менгса. Но даже на их фоне Вазари представлялся Фюзели наиболее оригинальным историком искусства, который вывел ее из состояния младенчества к зрелости.

Однако Фюзели создает иной подход к истории ита льянского искусства, отличный от метода Вазари. Он пишет специальную книгу «История искусства в школах Италии».

В отличие от Вазари, Фюзели характеризует итальянское ис кусство не по именам и биографиям, а по отдельным школам.

Он говорит, что строить историю искусства по биографиям, значит создавать каталог имен. В своей книге Фюзели вы деляет восемь школ: тосканскую, флорентийскую, римскую, сиенскую, болонскую, неаполитанскую, венецианскую, ман туанскую. Фюзели высоко оценивает вклад итальянского ис кусства эпохи Возрождение в развитие европейского искус ства. Он говорит, что Флоренция, Венеция, Болонья, каждая в отдельности создали больше исторической живописи, чем вся Англия за всю свою историю.

The Life and Writings of Henry Fuseli. Ed by J. Knowles. London, 1831, v.3. P. 115.

Ibid. P. 8–9.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках «Черты фатальной красоты»:

Италия в английской поэзии Вслед за художниками Италию стали посещать и пред ставители других интеллектуальных профессий, прежде все го поэты1. И не только посещать, но и описывать ее города, природу, архитектуру, традиции и характеры людей. А глав ное, они знакомились с итальянской литературой и поэзией.

Одним из первых английских поэтов, кто побывал в Италии, был Джеффри Чосер. Это был не Grand Tour в собственном смысле слова, да и термина такого во времена Чосера еще не существовало. В 1342 году из Лондона в Геную отправлялась дипломатическая миссия, чтобы договориться об услови ях использовании морского порта в Италии. Для делегации нужен был человек, знающий итальянский язык, говорящий по-французски и умеющий общаться с учеными людьми на латыни. Таким оказался Джеффри Чосер, состоявший на службе у принца Лионеля. Франция и Англия находились в то время в состоянии войны, поэтому миссия добиралась до Италии через Фландрию, по Рейну, через Швейцарию. В ян варе 1373 года она достигла Генуи, но долго там не задержа лась, а отправилась во Флоренцию, очевидно, чтобы согла совать детали договора с представителями флорентийского банка (в то время во Флоренции было восемь банков).

В XIV веке Флоренция была индустриальным центром Ита лии. Здесь находились 200 мастерских, где работали 30 тысяч ремесленников. Шерсть, которая прибывала из Англии и Пор тугалии, промывалась в реке Арно, перерабатывалась и шла на пошив одежды. Конечно, Флоренция отличалась от Лондона по укладу и стилю жизни, но не по размерам. В ней, несмотря на разгул чумы, насчитывалось 60 тысяч жителей по сравне нию с 40 тысячами лондонцев. Мы не знаем, как Чосер вос принимал архитектуру Флоренции, видел ли он фрески Санта Кроче или Санта Мария Новелла, которые в то время могли быть еще не достроенными. Но то, что поразило Чосера, — это три великих итальянских поэта — Петрарка, Данте и Боккач См.: Hobday Ch. A Golden Ring. English Poets in Florence from to the Present Day. London, 1997.

Английская литература и английский национальный характер чо. К тому времени Данте умер 50 лет назад, но Петрарка и Боккаччо были живы. Неизвестно, встречался ли он с ними, но достоверно, что имел в руках их книги и читал их. Без сомне ния, он хорошо был знаком с латинской и итальянской верси ей «Divina Commedia» флорентинца Данте, которого уже в то время итальянцы признавали как классика поэзии.

Вернувшись в Лондон, Чосер знакомится с книгами, ко торые наверняка привез из Италии. Он переводит пассажи из Данте, Петрарки и Боккаччо, особенно высоко отзываясь о Данте, которого называет «умнейшим поэтом Флоренции»

и «величайшим поэтом Ytaille». Он включает в свою поэзию сюжеты и образы «Божественной комедии» Данте и «Дека мерона» Боккаччо. Это была первая встреча английской и итальянской поэзии, которая оказала огромное влияние на стилистику и тематику английской литературы.

Понадобилось не менее 200 лет, чтобы другой великий английский поэт посетил Италию. Это был Джон Милтон.

Выпускник Кембриджа, он был хорошо знаком с итальянской литературой и поэзией. В 1638 году он совершает Grand Tour в Италию, пользуясь путем, который был уже проложен анг лийскими путешественниками: из Парижа — в Женеву, да лее — через Милан, Пизу и Флоренцию — в Рим. Милтон про делал этот путь, остановившись на два месяца во Флоренции, и после посещения Рима вновь на два месяца вернувшись во Флоренцию. Так что, можно сказать, что за год, проведенный в Италии, Милтон треть времени провел в этом городе.

В воспоминаниях Милтона мы не находим описания го рода, процветавшего при правлении Медичи. Он не говорит ни об архитектуре, ни о живописи. Его интересует, главным образом, интеллектуальная жизнь во Флоренции, в которую он вносит свою лепту. Во время второго приезда сюда его приглашают в Академию «Lazybones» читать поэмы на ла тинском языке. Он читает гекзаметром поэмы своих коллег «De idea of Platonica», «Natura non pati Semium», поэму свое го отца «Ad Patrem», которые он, очевидно, привез с собой.

В последующем Милтон рассказал о своем путешествии в Италию в своих автобиографических записках «Вторая за щита английского народа»(1654): «Сев на корабль, следую щий в Ниццу, а достиг Венеции, а потом Пизу и Флоренцию.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках В последнем городе, который я высоко чту за элегантный диалект, вкус и гениальность, я остановился на два месяца, где я встретил людей высокого знания и образования. Вме сте с ними я постоянно принимал участие в литературных кружках, практика которых способствует и к расширению знанию и укреплению дружбы. Время, никогда не разрушит мое высокое мнение о моих друзьях, о Якобо Гадди, Кароло Дати, Фрескобалдо, Колтеллини, Буонматтеи, Чинментелло, Франчини, и со многими другими»1. Милтон начинает свой список с Гадди, аристократа, автора исторических эссе, «ко торый знает всех, и все знают его». Близким другом был Ка роло Дати, ученик Галилея и Торричелли. Старшим из этой группы был Бенедетто Буонматтеи, который в 1623 году опубликовал трактат «О Тосканском языке». Иными слова ми, все его друзья были интеллектуальной элитой, членами Академий, авторами научных сочинений. Итальянские дру зья также с симпатией относились к общительному, молодо му (ему тогда было 29 лет) английскому ученому. Их могла разделять только разница в религиях — Милтон, как воин ственный протестант, был негативно настроен по отношению к папству и католицизму.

Милтон продолжает свое путешествие, едет в Рим, но вско ре опять возвращается во Флоренцию. Одним из важных собы тий второго посещения им Флоренции была встреча с Галилео, которого он называл «пленником инквизиции» Неизвестно, кто устроил эту встречу. После своего осуждения, великий уче ный жил под арестом в своей вилле вне Флоренции, которую ему запрещали посещать. Но в 1637 году ему было разрешено приехать в дом своего сына Винченцо для поправки здоровья.

Очевидно, в это время Милтон и мог с ним встретиться. Темой беседы не была обязательно наука, Галилей интересовался ис кусствами и в особенности музыкой. Винченцо Галилей был теоретиком музыки и играл на лютне. Галилей сам играл на лютне и органе. Так что темой их беседы могли быть и музыка, и литература, и поэзия. Эта встреча стимулировала Милтона посетить монастырь Санта Мария Валломброза, находящий ся в 18 милях от Флоренции, в котором когда-то учился Га The Fatal Gift of Beauty. The Italies of British Travellers. P. 80.

Английская литература и английский национальный характер лилей. Это посещение вошло в поэму Милтона «Потерянный рай», так же как и образ Галилея, глядящего через оптическое стекло на Луну с высоты Фьезоле. Воспоминания о посещении Италии никогда не оставляли Милтона, они вошли в его поэ зию и эпистолярное наследство.

Окончив Оксфордский университет, в Венецию приезжа ет в качестве британского дипломатического представителя Генри Уоттон (1568–1639). Он занимает этот важный пост с 1604 по 1624 годы. Уоттон отличался остроумием. Он гово рил: «Посол — это честный человек, которому приходится за границей давать ложные сведения о своей стране». О Венеции он отзывался противоречиво: «Здесь я, как в раю, населенном дьяволами. В Венеции нет недостатка в людях этого сорта».

В декабре 1739 года в Италию прибывают два видных молодых человека — 22-летний сын премьер-министра сэр Роберт Уолпол и его компаньон Томас Грей. Они знали друг друга по учебе в престижном колледже Итон. Затем Грей по ступает в колледж Питерхауз в Кембридже, а Уолпол в Кингз колледже. Оба обучаются итальянскому языку у бывшего до миниканского монаха Джироламо Пьяцца, который принял в Британии англиканство. Под его руководством они быстро овладевают языком, читают Тассо, потом Данте. В 1739 году Уолпол приглашает Грея сопровождать его в поездке во Францию. В Италии они посещают Парму, Болонью и оста навливаются во Флоренции, где становятся гостями Горацио Манна, британского посланника при Тосканском дворе.

Во Флоренции оба — Уолпол и Грей — пишут поэмы, на латыни и английском языке. Во время поездки между дву мя молодыми людьми происходят размолвки, так что воз вращаются на родину в 1741 году они уже порознь. В после дующем в своих воспоминаниях и письмах — а издание его писем занимает 42 тома — Уолпол подробно описывает свое пребывание во Флоренции, очень хвалит Горацио Манна, который с 1738 по 1786 годы был Британским представи телем при Тосканском дворе. Уолпол описывает традиции и характер флорентинцев, считает их гостеприимными, сати ричными, чадолюбивыми. Но беда в том, что все они подвер жены влиянию религии. Среди них трудно найти еретиков.

«Терпимость отличает поведение большинства, и это спасает Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках флорентинцев от инквизиции, которая здесь существует, но нельзя сказать, что господствует»1.

В XVIII веке во Флоренции создается большая англий ская колония. Сюда прибывают многие англичане, следую щие в Италию по традиционному Grand Tour. В 1779 году сюда прибывает Роберт Мерри, выпускник Крайст-колледжа в Кембридже. После военной службы он решает совершить путешествие по Европе, посетив по возможности все стра ны — Германию, Францию, Швейцарию и Италию. Он при езжает во Флоренцию в 1780 году и становится здесь поэтом.

Мерри пишет поэму “Arno Miscellany”, «Серенады», «Без умие» и другие. Его поэзии свойственен юмор, настроения легкой, несерьезной игры образами. Мерри покидает Ита лию, уезжая во Францию. Здесь он переживает Француз скую революцию, пока не получает возможности вернуться в Англию. Через несколько лет он уезжает в Америку, где он неожиданно умирает в 1796 году в возрасте 43 лет. Многие его замыслы остались незавершенными.

В Англии побывала Хестер Линч Пиоцци (1741–1821). Она была женою доктора Джонсона в Лондоне. Но после смерти мужа выходит замуж за итальянского музыканта Габриэля Пиоцци. С ним она совершает в 1784 году поездку по Европе и Италии, результатом чего явилась книга с длинным названи ем «Наблюдения и оценки, сделанные во время путешествия по Франции, Италии и Германии» (1789). Эта книга оказалась популярной и читалась несколькими поколениями англичан.


Байрон посетил Италию в 1816 году, и уже никогда не возвращался на родину. Он переезжал из города в город, посещая Равенну, Венецию, Пизу, Геную, Венецию и Рим.

Единственный город, который он не посетил, была Флорен ция. Ему сказали, что в нем полно англичан и что поэтому он не увидит там ничего нового и оригинального, и он внял этому не очень умному совету. Его путешествие по стране во шло в его поэму «Чайльд-Гарольд» (1818). Байрон активно участвовал в политической борьбе на стороне итальянских патриотов, был очарован природой Италии, ее искусством, историей. Он писал:

The Fatal Gift of Beauty. The Italies of British Travellers. P. 358.

Английская литература и английский национальный характер О, Италия, Италия! Твои черты Несут черты фатальной красоты, Которые в наследство переходят и для прошлых, и насущных лет.

У Байрона термин «фатальная красота» соединяет кра соту и отраву, наивность и гибельность. Поэтому он видит симптомы упадка Венеции, вспоминая шекспировские обра зы Шейлока и Отелло. Об этом он говорит в своем «Чайльд Гарольде» (IV, 1–4).

«Фатальная красота» Италии очаровывала и других поэтов. В 1818 году поэт Перси Шелли едет в Венецию с намерением навестить там Байрона. По дороге он оста навливается во Флоренции и восхищается красотой этого города. Он пишет своей жене Мэри: «Флоренция — самый прекрасный город, который мне приходилось когда-либо видеть. Он окружен холмами, с посаженными на них вино градниками. С моста, который пересекает Арно, открыва ется чудный вид, элегантный и вдохновенный. Я видел три или четыре моста, один с коринфскими колоннами. Белые паруса лодок контрастируют с зеленью леса, который под ходит прямо к берегу. Невысокие холмы застроены яркими виллами со всех сторон. Купол собора виден отовсюду, его линии изумительны. На другой стороне видна долина Арно с оливами, виноградниками, каштанами. Я редко видел та кой город, в который влюбляешься с первого взгляда, как Флоренцию»1.

Шелли приезжает в Италию со всей семьей, женой Мэри и двумя детьми. Была особая причина для этого путешествия.

Врачи рекомендовали ему более теплый климат для здоро вья. Они посещают Милан, Ливорно, Неаполь, Рим, Вене цию. В Венеции умирает его дочь Клара. Они возвращаются в Рим, но здесь после краткой болезни умирает трехлетний сын Уильям. Через три дня родители покидают Рим и посе ляются в Ливорно. Здесь Шелли занимается творчеством, но через некоторое время они решают вернуться во Флоренцию и поселяются поблизости к Санта Мария Новелла.

Hobday Ch. A Golden Ring. P. 102.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках Для Шелли Флоренция — святой город, в нем родился Данте. Кроме того, он много времени проводит в галерее Уф фици, изучая здесь коллекцию античных скульптур. Антич ность привлекает его, как и Винкельмана, республиканскими добродетелями, отзвуками афинской демократии. Здесь он пишет несколько крупных произведений — «Оду западному ветру» и «Питер Белл Третий». Здесь третья часть начинает ся словами: «Ад — это город, подобный Лондону».

Холодная зима 1820 года заставила Шелли покинуть Флоренцию и переселиться в Пизу. Но именно во Флорен ции были написаны самые крупные его поэмы.

Английский поэт Сэмюэль Роджерс (1763–1855), автор поэ мы «Италия», вторит Шелли, описывая Флоренцию с высоты Фьезоле. «Фьезоле. Утопающие в зелени виллы. Францискан ские монастыри. Долина Арно, река, город. Оливы везде, они повсюду, как кусты лаванды. Впереди, за кипарисами, видны купола Флоренции. Все как чудный сон. В небе видны розовые облака, которые так часто изображаются в итальянской живо писи. Что за чудная жизнь происходит и происходила в эти зо лотые дни Флоренции. Здесь были Данте, Петрарка, Боккаччо, Макиавелли, Галилей, Микеланджело, Рафаэль, Милтон»1.

В начале XIX века во Флоренции складывается довольно большая английская колония. В 1825 году там насчитывалось около 200 английских семей. К этому надо добавить еще до вольно значительную группу американцев. В целом это была большая англоязычная группа.

Что привлекало англичан во Флоренции? Во-первых, близость города к природе, во-вторых, красота историческо го города, его архитектура и живопись, и, в-третьих, сравни тельно дешевые условия жизни.

Особый интерес представляет собой судьба в Италии поэти ческой семьи Роберта и Элизабет Браунинг. Оба были поэта ми. Элизабет была старшей в большой семье Эдварда Баррета, в которой насчитывалось одиннадцать детей. Отец служил на Ямайке, затем, оставив службу брату, вернулся в Англию. Эли забет начала писать стихи еще в шестилетнем возрасте. О себе она потом писала: «У меня грустное сердце, но веселый ум».

The Fatal Gift of Beauty: The Italies of British Travellers. P. 359.

Английская литература и английский национальный характер Роберт тоже был поэтом с рождения. Но в Англии в XIX веке профессию поэта могли позволить себе только со стоятельные люди. Байрон и Шелли были достаточно обес печенными людьми. Роберт Браунинг должен был зарабаты вать на жизнь поэзией. Он был на шесть лет моложе Элизабет.

Перед ним маячила профессия дипломата, которая дала бы ему содержание. Поэтому он предпринимает несколько пу тешествий за границу, одно — в Италию, другое — в Россию.

В 1834 году он едет в Петербург. Поездов тогда еще не было, и из Роттердама он путешествует в коляске через покрытую снегом Литву в российскую столицу. От его поездки в Россию сохранились воспоминания о зиме и о русской музыке, темы которой он часто потом напевал.

14 октября 1846 года Роберт Браунинг и его невеста Эли забет Баррет отправились из Пизы, чтобы совершить пу тешествие по северной Италии. В Италии они оформляют тайный брак. Когда они прибыли во Флоренцию в апреле 1847 года, Элизабет влюбилась в этот город, который, по ее словам, «самый прекрасный из созданных людьми». И они решили остаться здесь навсегда. Правда, Роберт уже бывал здесь в 1844 году. Тогда он не разделял большого энтузиазма об этом городе. Но теперь город приковал их обоих. Они по селились в доме Каса Гуиди (Casa Guidy) на углу улиц Мад жио и Мазетта, построенном еще в XV веке. В нем было шесть меблированных комнат, и из окон открывался замечатель ный вид на церковь Сан Феличе. Рядом был парк Боболи.

В это время во Флоренции происходили радикальные изменения. Римский папа утвердил для Тосканы учрежде ния Гражданской службы (Civic Guard), и это известие было встречено во Флоренции с большим энтузиазмом. 12 сентя бря демонстрация в 40 тысяч человек прошла мимо дома, в котором жили Браунинги, к палаццо Питти. Демонстрация сопровождалась флагами и лозунгами — «Свобода», «Союз Италии». Это событие получило отражение в политической поэме «Окна Каса Гуиди», написанной Элизабет Браунинг зимой 1847–1848 годов. Демонстрация во всех ее деталях, сопровождаемая воспоминаниями о прошлом, описывается в ней как символ будущих надежд и перспектив демократи ческой Флоренции. Поэме предшествовала ремарка: «Про Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках шлой ночью у окон Каса Гуиди, что за церковью я слыша ла детский голос, который напевал: “О, прекрасная свобода, о, красота”». Для Браунингов эти слова означали многое, они мечтали о свободе Италии, и поэтому свобода, политическая и религиозная, для них ассоциировалась с красотой. Поэтому голос ребенка был провидческий: «O bella liberta, o bella».

Поэма Элизабет Браунинг представляет собой свое образный поэтический репортаж об этой демонстрации, сви детельствующей о политической активности тосканцев:

Из окон Каса Гуиди мы глядели на длинный ряд Процессии, над которой развивались флаги.

Здесь шли чиновники, юристы, магистрат, Священники, и в черном одеянии монахи, Здесь были и художники, за ними шли купцы, А вслед за всеми ними двигался простой народ.

И в громком шуме все отчетливее доносилось нам сквозь двери “Il popolo”, IL POPOLO — слово, что означает И графства, и королевства и грандиозные империи.

(Перевод В. Шестакова) Браунингам пришлось вскоре переехать из Каса Гуиди, но они оказались еще в более популярном месте, на площа ди Питти, напротив дворца. Теперь они могли наблюдать из своих окон все бурные события и демонстрации революци онного 1848 года. В течение этого года многие англичане, боясь беспорядков и войны с Австрией, вернулись на родину, но Роберт и Элизабет решили остаться. Им пришлось вер нуться опять в свою первую квартиру на Каса Гуиди, которая приютит их на следующие 30 лет.

Чета Браунингов совершила паломничество в горное се ление Валломброза, которое в свое время посещал Милтон.

Это событие получило отражение в поэме Элизабет «Вал ломброза», которая завершалась следующими строками:

Здесь Милтон воспевал Адама рай И музыкой волшебной наполнялись его уши.

Теперь здесь место поклоненья англичан, Здесь пилигримы оставляют с поцелуем свои души.

(Перевод В. Шестакова) Английская литература и английский национальный характер В 1849 году у Браунингов родился сын, который получил имя Роберт Вайдеман Баррет. Но друзья и родители звали его просто — Пен. В детстве он проявлял наклонность к поэзии, но он не пошел по стопам своих родителей, и поэтическим гением не стал, а занялся живописью и скульптурой. О нем, как о сыне двух поэтов, написано немало книг1.

В 1850 году Элизабет написала новую поэму «Окна Каса Гуиди, часть II». Они посвящены воспоминаниям о событиях 1848–1849 годов. Но эмоциональный ключ изменился. Вместо патетики в этой поэме преобладает сарказм и сатира, описание австрийских солдат, въезжающих во Флоренцию на пушках.

В одном из писем этого времени она пишет: «О, бедная Ита лия. Я должна говорить об итальянцах, каковы они сегодня.


Боюсь, они любят только риторику, патриотов и солдат. То сканцы должны не жалеть усилий в их борьбе, а они лгут, ку шают мороженое и устраивают праздники в честь Мадонны».

Роберт за время 1846–1849 годов написал только одну поэму «Ангел-хранитель», но зато в 1850-х годах стал писать поэму за поэмой. В книге «Мужчины и женщины», опубли кованной им в 1853 году, из 31 поэмы 14 написаны в Ита лии, а четыре из них — во Флоренции («Фра Липпо Липпи», «Скульптуры и бюсты», «Андреа дель Сарто», «Старинные картины во Флоренции»). Все они посвящены произведениям искусства, но в них также постоянно развивается тема любви.

В поэзии Элизабет усиливаются нотки сатиры. В 1860 году она публикует новую политическую поэму «Поэмы перед Конгрессом» и целый ряд сатирических портретов. В это вре мя здоровье ее ухудшается. Положение осложняется тем, что еще в юности, когда появились первые симптомы легочной болезни, врачи лечили ее опиумом. Посещение прокопчен ного Лондона усиливает возникшую легочную болезнь. В на чале 1861 года она передвигается только в коляске. Болезнь усилилась простудой, и приемы опиума вряд ли способству ют здоровью Элизабет. Она худеет, ее тело становится как у ребенка. 28 июня 1861 года Роберт просидел у ее постели всю ночь. Как он писал друзьям, «в четыре часа ночи симптомы Ward M. The Tragi-Comedy of Pen Browning (1849–1912). New York–London, 1972.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках испугали меня, я послал за доктором. Она засмеялась, когда я предложил омыть ее ноги. Она выглядела счастливо, улыб чиво, с лицом, как у девочки, и через несколько минут она умерла на моих руках, положив голову мне на грудь»1.

Первого июля ее похоронили на протестантском «Англий ском кладбище». Мраморный саркофаг на могиле выполнен по эскизу лорда Фредерика Лейтона, которого Роберт встретил в Риме. Но это не единственный памятник Элизабет во Флорен ции. Доска на Каса Гуиди, поставленная муниципалитетом, содержит надпись, сочиненную поэтом Никколо Томазео:

«Здесь писала и умерла Элизабет Баррет Браунинг, чье жен ское сердце соединяло знания ученого и дух поэта, и ее поэзия стала золотым кольцом между Италией и Англией. Благодар ная Флоренция воздвигает этот памятник в 1861 году».

Через две недели после смерти Элизабет Роберт Браунинг с сыном Петом навсегда покинули Флоренцию. В 1878 году он вернулся в Италию, но не во Флоренцию, а в Азоло и Венецию.

Италия была постоянной темой его прозы и поэзии, он написал поэмы «Англичанин в Италии» (1845) и «De Gustibus» (1855), «Кольцо и книга». Жизнь и творчество Браунинга в Италии стало предметом современных биографических романов.

Пен купил дворец в Венеции, где в декабре 1889 года Ро берт Браунинг умер. Сын хотел похоронить Роберта рядом с Элизабет, но к тому времени «Английское» кладбище было закрыто, и флорентийские власти отказали в его просьбе.

Наверное, это большая ошибка. Роберт Браунинг похоронен в Вестминстерском аббатстве в Лондоне, вдали от «благодар ной Флоренции».

Вокруг Браунингов во Флоренции сложился кружок писа телей и поэтов. Среди них известная писательница Френсис Троллоп, ее сыновья Энтони и Томас Адолфус Троллоп, поэт Джозеф Гарроу, ее дочь Теодосия, вышедшая замуж за То маса Троллопа, Фредерик Теннисон, старший брат Альфреда Теннисона, Роберт Литтон, сын известного писателя, поэтес са Изабелла Блэгден, и, наконец, беспокойный Лендор. Все они считали себя флорентинцами, и многие написали поэмы о Флоренции.

Ibid. P. 185.

Английская литература и английский национальный характер В год, когда Шелли покидает Флоренцию, туда приезжа ет другой крупный английский поэт Уолтер Сэведж Лендор.

Он родился в Уорвике в 1775 году. Его посылают учиться в Рэгби, где он изучает латынь и начинает писать поэзию. Хотя он учится хорошо, директор школы просит родителей забрать мальчика, так как он «всех призывает к бунту». В 1793 году Уолтер поступает в Оксфорд, в Тринити-колледж. Здесь он получает кличку «безумный якобинец», так как высказывает свои симпатии Французской революции.

После смерти отца и потери отцовского наследия Лендор становится банкротом. Он уезжает сначала в Комо, затем в Пизу, и, в конце концов, оказывается во Флоренции, где остается до конца своей жизни. Во Флоренции он начинает писать стихи. Его первая поэма «Воображаемые разговоры»

написана в 1828 году. В ней он представляет разговор между английским визитером и флорентинцем в 1824 году, в день, когда умер великий герцог Тосканский.

В 1829 году Лендор покупает на холмах Фьезоле малень кий коттедж и начинает жить, как сельский сквайр. Он на чинает выращивать розы, виноград, цветы. Правда, неужив чивый и вспыльчивый характер заставлял его ссориться со слугами, соседями, соотечественниками, полицией. Извест ны многочисленные случаи, когда он выбрасывал в окно свой обед, если ему приносили его с малейшим опозданием.

Когда в 1848 году началась итальянская революция в Палер мо, Лендор пишет «Оду к Сицилии». Его поддерживали, как могли, Роберт и Элизабет Браунинги, но после преждевре менной смерти Элизабет и отъезда Роберта Лендор остался в одиночестве. Он умер 17 сентября 1864 года и похоронен на Английском кладбище рядом с Элизабет Браунинг. Незадол го до смерти его посетил молодой поэт Алжернон Суинберн, который посвятил памяти Лендора поэму.

Гарроу поселился во Флоренции в 1844 году. Он сделал первый английский перевод Данте «Новая жизнь». Она была напечатана во Флоренции в 1846 году с английским и па раллельным итальянским текстом под заголовком «Ранняя жизнь Данте Алигьери». Поначалу книга не вызвала большо го внимания к себе. Но через 15 лет, когда появился перевод Россетти, книга получила заслуженное признание.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках Семья Троллопов отличалась огромной продуктивностью.

Прежде всего, ею отличалась сама Френсис Троллоп (1780– 1863). Она написала около сорока книг, в числе которых серия произведений о странах, в которых она побывала: «Традици онные манеры американцев» (1832), «Париж и парижане»

(1835), «Вена и австрийцы» (1838). Теперь дело дошло до Италии. В 1841–1842 годах она совершает Grand Tour по горо дам Италии — Риму, Неаполю, Венеции и решает поселиться навсегда во Флоренции. Она покупает дом «Villino Trollope», и живет во Флоренции последние 20 лет своей жизни. Здесь она пишет книгу об Италии — «Поездка в Италию».

Ее сын Томас Адольф Троллоп писал политические ста тьи. Брат Энтони Троллоп был тоже известным автором.

Теодосия Троллоп, которая вышла замуж за Томаса, опу бликовала в 1859 году в «Атенеуме» статью «Социальные аспекты итальянской революции». Теодосия поддерживала дружбу с поэтом Лендором до самой его смерти. Сама она скончалась в молодом возрасте в 1865 году. В день ее смерти на доме Троллопов был повешена доска с надписью: «13 апре ля 1865 года в этом доме умерла Теодосия Гарроу Троллоп.

Она писала по-английски, обладала итальянским сердцем и стремлением к торжеству Свободы».

С Флоренцией связана и деятельность писательницы Джордж Элиот (1819–1880). Это имя — литературный псев доним журналистки Мэри Эванс. Она пишет исторический роман «Ромола» о Флоренции XV века, описывая жизнь и казнь Савонаролы. Она замечает, что Флоренция менее по пулярна у итальянцев, чем у английских общин. Здесь есть и англиканская церковь, четыре английских доктора, один ап текарь, английский портной. К тому же во Флоренции живут Роберт и Элизабет Браунинг и Томас Адольф Троллоп.

После кружка Браунингов во Флоренции появились новые поэтические фигуры. Одна из них — Эуджен Ли Хамилтон. Он родился в Лондоне в 1845 году, учился в Ок сфорде. Затем был на дипломатической службе, в частности, в Британском посольстве в Буэнос-Айресе. Там он заболел церебро-спинальной болезнью, сделавшей его неподвижным.

Он поселился во Флоренции на вилле иль Палмиеро, между Флоренцией и Фьезоле. В течение 20 лет он не мог самостоя Английская литература и английский национальный характер тельно двигаться. По вечерам его навещали друзья — ита льянцы, французы, американцы, русские. Одним из них был Генри Джеймс. В 1882 году появилась книга Ли-Хамилтона «Новая медуза и другие поэмы», в 1884 — «Аполлон и Мар сий и другие поэмы». Он умер в Багни де Люка в 1936 году.

Завершая свою книгу об английских поэтах во Флоренции, Чарлз Хобдей пишет: «Во Флоренции нетрудно в воображе нии вызывать души умерших и ушедших поэтов. Вот Чосер входит в палаццо Веккио для дипломатических переговоров, Милтон беседует с Галилеем в саду Иль Джиоелло, Грей и Уол пол смотрят на воды Арно из окна Сан Амброжи, Шелли спе шит через парк Каскин под дождем, Лендор тащится по дороге от своей виллы Герадеска, Элизабет Браунинг слушает через окно Каса Гуиди голос Петрушки, Браунинг находит старую желтую книгу на развале площади Сан Лоренцо»1.

Образ Италии в английской литературе Английские писатели часто путешествовали в эту страну.

Путешествия в Италию очень часто завершались дневнико выми записями или описаниями впечатлений о посещении разных городов и мест. Среди английских писателей, путеше ствовавших по Италии, — Джозеф Аддисон, Френсис Трол лоп, Тобиас Смолетт, Лоуренс Стерн, Чарлз Диккенс, Оскар Уайльд, Олдос Хаксли, Ивлин Во, Д. Лоуренс. Все они, без исключения, оставили литературные описания своих впечат лений об Италии.

Пожалуй, Аддисон был первым английским писателем, кто написал солидную книгу на эту тему — «Заметки о некоторых областях Италии — в 1701, 1702, 1703 годах» (1705). В этой книге Аддисон сопоставляет природные красоты Италии с произведениями античных авторов. В результате, как отме чал Горас Уолпол, в этой книге Аддисон «путешествует скорее по поэзии, чем по Италии». Но Аддисон положительно рас сматривает итальянскую литературную традицию и считает Hobday Ch. A Golden Ring. P. 326.

Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках возможным в определенной перспективе преодоление границ между «итальянской красотой и английской свободой».

Итальянская тема появляется и в романах писателя Тобиаса Смолетта. В юности он служил хирургом на воен ном корабле, много и часто путешествовал по всему миру.

В 1763–1765 годах вместе со своей женой он предпринял Grand Tour в Италию, что послужило основой для его кни ги «Путешествие по Франции и Италии» (1766). Эта книга написана в форме довольно раздражительных писем, в кото рых герой рассказывает о своих итальянских впечатлениях.

Смолетт оказался первым крупным английским писателем, кто умер и был похоронен в Италии.

Роман-путешествие Смолетта подвергся остросатириче скому пародированию со стороны другого известного писате ля Лоуренса Стерна, написавшего сатирический роман «Сен тиментальное путешествие по Франции и Италии» (1768).

В этом романе Стерн вывел Смолетта под необычным прозви щем Смельфунгус, который, по его словам, «совершил путе шествие и Парижа в Рим, но он отправился в дорогу, страдая сплином и различием желчи, отчего каждый предмет, попа давшийся ему на пути, обесцвечивался или искажался. Он написал отчет о своей поездке, но это был лишь отчет о его дрянном самочувствии».

Стерн пародировал не только Смолетта, но и жанр книг о путешествиях, который стал необычайно популярным в XVIII веке. Каждый англичанин, побывавший в Италии, считал своим долгом написать книгу о своей поездке. В этой литературе были серьезные книги, но вместе с тем и много низкопробных произведений. Стерн имел основания нарисо вать шутливую классификацию литературных путешествий.

По его словам, их пишут:

Праздные путешественники, Пытливые путешественники, Лгущие путешественники, Гордые путешественники, Тщеславные путешественники, Желчные путешественники, Путешественники поневоле.

Английская литература и английский национальный характер Путешественник-преступник, Несчастный и невинный путешественник, Простодушный путешественник, Сентиментальный путешественник.

Стерн описал только один, последний тип путешествия, оставив возможность другим авторам проанализировать все другие. Но его опыт сентиментального путешествия не про пал даром. Следы этого путешествия мы находим в «Письмах русского путешественника» Карамзина и у многих других русских и зарубежных авторов.

Вслед за Смолеттом и Стерном путешествие в Италию со вершил крупнейший английский писатель XIX столетия Чарлз Диккенс. Он прибыл в Италию после своей триумфальной поездки в США в 1842 году, где он выступал с чтением сво их романов. В 1844 году он приобрел виллу в Генуе и оттуда в течение года совершал поездки в Рим, Неаполь, Венецию и Флоренцию. Свои впечатления он публиковал в газете «Дейли Ньюс» под названием «Письма путешествующего», которые позднее опубликовал в виде книги под заголовком «Картинки из Италии». Если пользоваться классификацией Стерна, Дик кенс в этой книги выступает в роли «простодушного путеше ственника», склонного порой к желчным сентенциям. В пре дисловии Диккенс предупреждает, что он не хочет повторять мнения предшественников, или обсуждать правление страны.

Он с юмором описывает свои посещения известных туристи ческих мест, хотя в книге доминирует критическое отношение к итальянским реалиям, в особенности к современным.

Книги о путешествии в Италию писали и другие менее из вестные писатели. Одним из них был писатель и журналист Уильям Хэззлит (1778–1830). Он писал политические ста тьи, эссе о Шекспире и Милтоне, о современной английской поэзии, юморе и остроумии. Одно из его эссе посвящено сущ ности путешествия, в котором он провозглашает, что душой путешествия является свобода.

В 1826 году Хэззлит публикует книгу «Заметки о путешест вии по Франции и Италии». Это сочинение содержит много численные и, порой, экстравагантные оценки памятников архитектуры и произведений искусства Флоренции, Милана, Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках Рима или Венеции. Так, например, о Венере Медицейской он отзывается как о «мраморной кукле», считая, что в ней нару шены реальные пропорции. Поэтому, по его словам, Венера — «только прекрасная игрушка, а не богиня Любви и Красоты».

Но в целом, Хэззлит дает красочное описание итальянских городов и произведений мастеров Возрождения.

Посещение Италии порождало бесчисленные путевые романы. Вклад в эту литературу внесли не только мужчины, но и женщины. Один из таких романов принадлежит писа тельнице Мэри Энн Эванс, которая писала под псевдони мом Джордж Элиот (1819–1880). Вместе со своим мужем Джорджем Льюисом она много путешествовала, в 1854 году по Германии, в1867 году — по Испании. Посещение Италии в 1860 году вызвало у нее желание написать исторический роман о Флоренции XV века и, в частности, о возвышении и казни Савонаролы. Роман назывался «Ромола», он получил широкую популярность в Англии. Кроме того, писательни ца оставила много свидетельств о своем посещении Италии в многочисленных письмах, изданных в девяти томах1.

Другая женщина-писательница Фрэнсис Элиот (1838– 1898) также приняла участие в беллетристике, посвященной поездкам в Италии. Она написала книгу с ироничным назва нием «Дневник праздной женщины в Италии» (1871). Она объясняла это название тем, что в Италию она приехала без каких-то определенных целей, планов, профессии или какой то заведомой теории. Она попыталась рассказать о своем по сещении Италии с позиций наивного сознания, что придало ее дневникам юмор и нарочитую беспечность. Живя долгое время в Риме, она писала под псевдонимом «Флорентинка»

рассказы, романы, статьи об искусстве. В 1881 году она по полнила свой литературный багаж «Дневником праздной женщины в Сицилии».

Французская революция и наполеоновские войны огра ничили возможности путешествия англичан в Италии.

И все-таки в этот период в Италии побывало несколько пу тешественников. Среди них был священник Джон Юстус.

The George Eliot Letters. Ed G. Haight, 9 vls. Oxford, University Press. 1954–78.

Английская литература и английский национальный характер На основе своего путешествия в Италию в 1802 году он пи шет книгу «Классическое путешествие по Италии», которая, несмотря на критические замечания Байрона, становится чрезвычайно популярной. Изданная в 1841 году другая его книга «Summa Italica» выдерживает восемь изданий.

Вслед за ним в Италию отправляется историк Ричард Хор (1758–1838).Он провел несколько лет в Италии в 1778– 1787 и в 1789–1791 годах, но ему пришлось подождать бо лее двадцати лет прежде, чем ему удалось вновь побывать в Италии после наполеоновских войн. В 1819 году он в под ражание Джону Юстусу пишет свою книгу с тем же названи ем — «Классическое путешествие по Италии и Сицилии», как добавление к книге Джона Юстуса.

К тому же классическому направлению в интерпретации истории и наследия Италии принадлежит шотландский учи тель Джозеф Форсайт. Судьба его, как поклонника Италии, сложилась трагично. Grand Tour для молодого учителя пре вратился в кошмар. Форсайт приехал в Турин в 1802 году, но был арестован по обвинению в антифранцузской деятель ности и интернирован во Францию. Здесь он просидел во французской тюрьме до 1814 года, занимаясь все это время написанием книги «Заметки об антикварных древностях, искусстве и книгах, найденных во время экскурсии в Ита лию в 1802 и 1803 годах». Она была опубликована в и к 1820 году выдержала четыре издания. Вместе с книгами Юстуса и Хора книга Форсайта имела широкую популяр ность у английской публики.

Италия стимулировала не только путевые эссе и описа ния памятников, но и серьезное изучение античной истории Рима. В 16 лет Эдвард Гиббон приехал из Англии в Лозанну, чтобы изучать здесь историю и латынь. После возвращения в Англию, он совершает в 1763 году Grand Tour во Францию, Швейцарию и Италию, посетив в последней Тоскану и Рим.

В течение восьми месяцев он изучает в Риме историографию, классическую поэзию, занимается нумизматикой и знако мится с путевыми книгами по Италии. В это время у него за рождается план монументального исследования об истории Рима, которое он завершает впоследствии в 1788 году. Это была его знаменитая книга «История упадка и падения Рим Grand Tour: литература о путешествиях и путешественниках ской империи», одно из лучших академических исследова ний на эту тему. Вряд ли эта книга была бы написана, если бы Гиббон не посещал Италию и не знакомился с древностями Рима. О своих личных воспоминаниях о поездке в Италию он пишет в «Автобиографии», изданной в 1796 году.

В ХХ веке по Италии путешествует Дэвид Херберт Лоу ренс, который описывает северную Италию в книге “Twilight in Italy” (1916). Итальянские путешествия предпринимает Оскар Уайльд. Результатом его каникул в Италии была поэма «Ра венна», получившая литературную премию. Во Флоренцию приезжали и на короткое время. Д.Х. Лоуренс провел здесь не сколько лет, с 1919 по 1921, а затем с 1926 по 1929 годы. Среди других посетителей были Олдос Хаксли, Олдингтон, Уильям Вордсворт, каждый из них оставил поэтические впечатления об Италии и ее красивейших городах.

Да и сегодня английские писатели не прочь восполь зоваться давней традицией поездок в Италию. Ян Моррис (р. 1921) после окончания Оксфорда написала серию книг об Оксфорде, Гонконге, Сиднее, Манхеттене. К итальянской серии относятся ее книги «Венецианская империя. Морской вояж» (1980) и «Венецианские бестиарии» (1982). Другой современный английский писатель Джонатан Китс, который до этого издал книги о Стратфорде-на-Эйвоне, родном горо де Шекспира, о Кентерберийском соборе, о Лондоне, пишет книгу с названием, имитирующим название книги Гёте — «Путешествие в Италию». В ней он описывает неизвестные места в Италии, обходя вниманием традиционные, тысячу раз уже описанные пункты Grand Tour. Так что многовековая английская традиция не умирает, а обновляется и продолжа ет развиваться.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.