авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |

«А.Т.Синюк БРОНЗОВЫЙ ВЕК БАССЕЙНА ДОНА ББК Т4(0)26 С38 Синюк AT. Бронзовый век бассейна Дона. Монография- ...»

-- [ Страница 6 ] --

Преобладает кухонная и столовая посуда. В разряд последней включается подавляющая часть острореберных и нарядных, сделанных из хорошо промешанной глины, чашевидных сосудов, по форме приближающихся к массивным плавильным чашам. Такие сосуды, как правило, не имеют нагара на поверхностях, что характерно для кухон­ ной посуды. Громоздкие, грубо вылепленные сосуды, высота и диаметр которых достигают 40 см и более, являлись, по всей вероятноеги, тар­ ными. Они нередко находились в неглубоких ямах как в помещениях, так и за их пределами.

Характер обработки поверхностей сосудов включает грубые широкие расчесы, мелкую 1Лтриховку и заглаживание. Прием лощения встречен лишь изредка. При изготовлении посуды в глину добавля­ лись шамот и навоз, что типично и для технологии сосудов с поселений бассейна Северского Донца. Орнамент чаще присутствует па верх­ ней части сосудов в виде рядов овальных, прямоугольных вдавлений, удлиненных насечек, вдавлений, нанесенных сломанной палочкой.

Мотивы: треугольники вершинами вниз, заштрихованные треугольни­ ки, горизонтальные линии, зигзаг или волна, крестовидные сюжеты, сетка, заштрихованные ромбы, меандр, "вертушка", горизонтальная лесенка и т.д. По способам орнаментации выделяются сосуды, укра­ шенные прочерченной (резной) орнаментацией, орнаментацией из оттис­ ков палочки, пальцев, полой трубочкой, отгисков зубчатого или гребен­ чатого штампа и редко - отгисков шнура. Небольшую по численности группу образуют сосуды, в украшении которых присутствуют валики и шишечки.

Послойное рассмотрение керамического материала фиксирует определенные тенденции в развитии гончарных традиций поселения.

Прежде всего отмечается, что на всем протяжении существования по­ селка сохраняется преобладание сосудов баночных форм - они составля­ ют более трех четвертей всех сосудов. В то же время, соотношение между ними претерпевает некоторые изменения: количество банок с закрытым верхом увеличивается, тогда как количество банок с расширяющимися квеху стенками или вертикально поставленными плечиками уменьшает­ ся. К концу существования поселка почти на четверть уменьшается до­ ля i оршковидных сосудов, но растет доля горшков (прежде всего с плав­ но отогнутой шейкой, тогда как горшки с прямой вертикальной шейкой более всего характерны для раннего этапа поселка).

Четким признаком раннего этапа являются сосуды с чертами ко локоловидиасти. В.И.Бессдин, проведя специальный анализ керамики в корреляции со строительными комплексами [36, с.94-103], выделил три этапа в развитии Мосоловского поселения. Определение им характерных черт керамики каждого из этапов вносит существенный вклад в изучение донской лесостепной срубной культуры в целом. В.И.Бессдин отмечает бедность орнаментации сосудов па первом этапе. Она выполнялась вдавлепиями палочки или зубчатого штампа;

отсутствует шнуровая тех­ ника. Достаточно характерной чертой раннего этапа является также об­ работка поверхностей грубыми широкими расчесами.

Средний этап Мосоловского поселения - это время расцвета тра­ диций сруб и ого керамического производства. Сохранив ряд черт предшествующего времени, выработав или восприняв извне новые, ке­ рамика этого этапа включает почти все выделенные разновидности форм и элементы орнамента. Именно для этого времени В.И.Беседин отмечает наличие андроновских черт, причем эти черты, как он счита­ ет, носят уже переработанный в срубной среде характер. Исчезновение сосудов с андроновскими чертами характеризует уже поздний этап по­ селка. К числу других, свойственных главным образом, дтя развитого этапа признаков, В.И.Беседин относит наличие таких элементов орна­ мента, как одинарный крест и многоряднуго горизонтальную "елочку", а также довольно широкое употребление штамповой и существование шнуровой техники нанесения орнамента.

Керамика позднего этапа поселка продолжает традиции предше­ ствующего времени, но они идут по лилии затухания. На этом этапе при­ сутствуют почти исключительно банки и горшки, а острореосрные сосу­ ды постепенно утрачивают свои характерные черты: своеобразие про­ порций и пышную орнаментацию. Орнаментальные элементы, за исклю­ чением разного рода вдавлений и горизонтальных линий, встречаются крайне редко. Несколько возрастает лишь прием нанесения зигзагового орнамента. Из новых элементов, не встречавшихся ранее, В.И.Бсссдин называет орнамент в виде двойного креста и овальных вдавлений, обра­ зующих треугольники вершинами вниз. Поверхности же сосудов в основном заглажены.

Финал существования Мосоловского поселка фиксируется по по­ явлению сосудов с воротничковым оформлением венчика и налепными валиками. Такие сосуды характерны уже для так называемых поздие срубных памятников типа поселения Садовое VI [101, с. 153-163]. В целом исследователь подчеркивает, что материалы Мосоловского поселения отражают общие тенденции изменения керамики во времени, присущие и другим донским срубиым памятникам [36, с.97].

Чрезвычайно интересные данные получены по бропзодитейно му производству. Достаточно сказать, что только створок глиняных литейных форм и крышек от них целыми и в обломках на Мосоловском поселении выявлено около 700 единиц [278,с.39-80]. Кроме того, здесь найдено большое количество плавильных чаш [284, с.52-71], остатки ме­ деплавильного горна, теплотехнического сооружения, горнометаллур­ гические орудия, кусочки малахита, ожелезпепного песчаника с трех­ процентным содержанием меди, фрагменты шлако-рудных конгло­ мератов - находки, которые заставляют говорить о существовании здесь не только специализированного металлургического производства, но и одного из древних металлургических очагов [272, с.20-36].

Количество и концентрация в пределах определенных произ­ водственных посгроек глиняных литейных форм свидетельствует о чет­ кой направленности литейного производства по изготовлению, глав­ ным образом, массивных вислообушных топоров (рис.57,i), серпов и косарей (рис.57,5). В значительно меньшей степени здесь производи­ лись наконечники копий (рис.57,з), ножи-кинжалы (рис.57,2), плоские долотовидные и тесловидные изделия (рис.57,4), некоторые вилы укра­ шений.

Необходимо отмстить, что на Дону, помимо Мосоловского и упомянутого ранее поселения Мельгуново 3, глиняные литейные фор­ мы обнаружены еще на целом ряде поселений срубной культуры: у Во ipecoBCKOH дамбы, у ее. Верхний Карачан, Новая Чигла, Бокипо, Боро­ вое, Черное Озеро, Садовое VI, и др. [302,с.95-|04]. Интересно, что большинство из найденных литейных форм предназначено тоже для изготовления вислобушпых топоров и серпов, а фиксируемое един­ ство технологических традиций их изготовления даст основание ста вить вопрос о существовании у местного населения, как минимум, соб­ ственного очага металлообработки [278,с.78].

На Мосоловском поселении, помимо горно-металлургических и металлообрабатывающих орудий: кайл, молотов, пестов для дробления и растирания руды, керамических образивов и т.д. [135,с.108-123;

272,с.21 23], найдены фрагменты и заготовки костяных псалиев, орудия кожевен­ ного производства в виде костяных тупиков, стругов, скребков, шильев;

орудия прядильного производства, к которым относятся: костяная спица, костяные и керамические пряслица;

орудия, использовавшиеся в изго­ товлении каменного инвентаря, керамики, при земляных работах и т.д.

[272,с.20-36].

Источников по изучению позднего этапа донской лесостепной срубиой культуры в настоящее время значительно меньше. Это связа­ но с довольно резким сокращением числа поселений вообще. Причем, как отмечается, например, для низовий реки Усмань, лишь для единич­ ных памятников этого времени можно говорить о наличии культурного слоя [196.C.13I]. Чаще всего материалы этого периода растворены в культурных отложениях многослойных памятников. Тем больший инте­ рес представляют немногочисленные пока позднесрубные памятники типа Садовое VI [101,с.153-163].

Поселение исследовалось экспедицией ВГУ в 1974 и 1979 гг. Оно расположено у юго-западной окраины с. Садовое Апниского района Воронежской области на оконечности слабо выраженного мыса лево­ го берега старицы р. Битюг. Здесь выявлены две постройки полуэемля ночного типа, В их заполнениях, а также на окружающей площади нахо­ дились фрагменты от 249 сосудов. Исследователь поселения Ю.Г.Екимов подразделил сосуды на две основные формы: горшко видные и баночные.

Горшковидные сосуды, как правило, имеют пухлое тулово, наи­ больший диаметр которого всегда превышает' диамегр горла. Внутри этой наиболее многочисленной 1руппы сосудов выделяются горшки с довольно сильно отогнутым венчиком и сосуды с прямым или слегка отогнутым венчиком. Горшков первого типа в два с лишним раза больше, чем второго. Верх венчиков оформлялся по разному, причем около 30 сосудов имеют воротнички. Баночные сосуды разделены на банки, диаметр устья которых больше или равен диаметру тулова;

бан­ ки, диаметр устья которых меньше диаметра тулова, и банки с отогну­ тым венчиком. Преобладают банки первого и второго типов, тогда как банки третьего типа единичны.

Поверхность сосудов чаще хорошо заглажена, иногда залощена, реже - покрыта штриховкой. Более половины сосудов меорна ментировано. Остальные же украшены довольно скромно и, как правило, лишь по верхней части. Элементы орнамента: треугольные, овальные, каплевидные, ногтевые вдавлепия. Редки оттиски зубчатого штампа и прочерченные линии. Обращает на себя внимание значительный про­ цент валиковой и "воротничковой" орнаментации. Валики в сечении имеют овальную или треугольную форму. Среди них встречаются как налепные, так и "оттянутые". Валики чаще расположены непосред­ ственно под венчиком. Большая чаегь валиков и воротничков украше­ на вдавлениями, оттисками гладкого или зубчатого штампа. Для них же более характерны описки зубчатого штампа, тогда как банки ча­ ще украшались различного рода вдавлениями.

На поселении, помимо отмеченной керамики, найдены бронзовое шило, костяные изделия (скобели, проколки, пронизка, обломок ножа, заготовка пуговицы или пряжки, бикопическое пряслице, конусовид­ ный предмет);

каменные зернотерка, обломки пестов и курантов, а также глиняные грузило, обломки пряслиц и "лепешек".

Ю.Г.Екимов сопоставляет материалы поселения Садовое VI с позднесрубными памятниками Среднего Поволжья, фиксируя и их хро­ нологическую близость. С учетом присутствия в слое поселения еди­ ничных фрагментов керамики бондарихинского типа,4 исследователь датирует памятник рубежом II и I тыс. до н.э. [101,с. 163].

В целом же периодизация донской лесостепной срубной культуры пока находится в стадии разработки. Для этой цели чаще используются данные курганной стратиграфии. В свое время много и В.И.Погореловым было предпринято выделение раниесрубпых погребе­ ний [335,с.78-94]. Источником для этого послужили материалы курганов, исследованных экспедицией ВГПУ в могильниках правобережной (Сасовский, Пасековский, Радченковский) и левобережной (Верхне Мазовский, Ново-Мсловатский, Павловский, Плодосовхозный) террито­ рий бассейна Среднего Дона. Такого рода источники были невелики на фоне широкого круга материалов поселений, но, на наш взгляд, они внесли па тот период времени достаточно важную информационную струю.

Тогда же нами была опубликована еще одна статья, посвященная периодизации донских срубиых погребений, где подвергнуто анализу 127 погребений из 29-ти курганных могильников [331,с. 118-145], Ввиду того, что срубные захоронения были выявлены по одному - два (лишь изредка - болыпс) в частично исследованных могильниках, оценка всех имеющихся признаков срубного погребального обряда в значительной степени основана на суммарных характеристиках, которые приводятся ниже.

Курганные могильники со срубиыми погребениями рассеяны достаточно равномерно по всей территории Верхнего и Среднего Дона.

Курганы обычно расположены на высоких берегах рек или водораздель­ ных учасгках, тяготеющих к суходолам. Изредка срубные погребения впускались в более ранние насыпи на первых надпойменных террасах (Павловск к. 18, Ширяево к.2). Преобладает скученная планировка могильников без определенной системы взаиморасположения курганов (Пасеково, Сады, Ильмень). Из всех учтенных погребений основными являлись 12 (менее 10%). Остальные погребения впущены в курганы, где им предшествовали, как правило, захоронения среднедонской катакомб ной культуры, а в отдельных случаях - раннеабашевскис (Введенка).

Таблица Процентное соотношение основных признаков срубных погребений ориентировка положение Район Дона кол-во погребаль.

конструкции умерших погреб.

сруб лев. бок прав. В СВ С перекр.

бок 83% 17% 9% 53%' 38% Левобережье 73 38% 14% 88% 12% 34% 24% 24% Правобе­ 54 33% 10% режье 19% 38% 33% 127 36% 12% 85%, 15% В среднем на Дону Из таблицы видно, принимая во внимание преобладание прямо­ угольной формы ям небольшой и средней величины,* что характер­ ными чертами погребений являются: наличие деревянных перекрытий (36%)), положение умерших на левом боку (85%) с руками у лица (90%), ориентировка на северо-восток (36%) и север (33%), почти обязательная инвентарность. Вероятно, некоторые признаки могли иметь и более высокий процентный показатель. В частности, из-за почвенных ус­ ловий не всегда сохраняется органический материал, поэтому чаше, чем отмечено, по1рсбения могли сопровождаться жертвенными живот­ ными (выявлено в около 10% погребений), перекрытиями и конструк­ циями в виде срубов. Другие же признаки не определяю! характер срубных погребений. Так, положение умерших на спине зафиксировать всего дважды (Сасовка, 6/2, 8/4), а на правом боку - в 14 случая:

отклонение от отмеченной выше ориентировки наблюдалось всего четырех случаях. Единичны также посыпка охрой, матом и т.д.

Можно считать, что подавляющая часть ведущих признак срубного погребального обряда едина как для левобережных, так и х правобережных районов Дона.

Предпринятое выделение обрядовых групп и подгрупп было новано на различиях положения умерших и их ориентировки * Ямы по размерим разделены на три группы: малые - длиной до 1,0 м.;

ние - от 1,0 до 2,0 м,;

большие - от 2,0 м. и свыше.

независимо от количественного соотношения этих различий.* Вторая обрядовая группа. Положение скорчено на спине (два по­ гребения).

Третья обрядовая группа. Положение умерших скорчено па правом боку с руками у липа или протянутыми вперед (12 погребе­ ний);

- подгруппа "А" - ориентировка в южную половину круга гори­ зонта (2 погребения);

- под1руппа"Б" - ориентировка в северную половину круга гори­ зонта (10 погребений);

Четвертая обрядовая группа. Положение умерших скорчено на левом боку с руками у лица или протянутыми вперед (73 погребе­ ния);

- подгруппа"А" - ориентировка на север с учетом небольших откло­ нений па ССВ, ССЗ (27 погребений);

- подтруппа"Б" - ориентировка строго на северо-восток (35 погребе­ ний);

- подгрупшГВ" - ориентировка на восток с учетом небольших откло нсний на ВСВ, ВЮВ (11 погребений).

Погребения четвертой обрядовой ]руппы - самые многочислен­ ные. Для подгруппы "А" характерны могильные ямы средних размеров, но здесь же прослежено более всего больших ям. Перекрытия имеют 50% ям. Более половины могильных ям на полу имеют подстилки. В четы­ рех погребениях отмечены кости животных. Столько же погребений имели срубы. В одном погребении отмечена посыпка охрой.

Для Погребений ПОДГруППЫ "Б", не отличающихся ОТ рассмотрсп ных по формам и размерам ям, отмечено значительно меньше перекры­ тий (11%) и подстилок (11%). Ни в одном случае не прослежены срубы.

Вместе с тем в погребении этой подгруппы зафиксированы следы охры и еще в одном - мела.

Погребения подгруппы "В" имеют идентичные расе м отрет г пым размеры ям и, примерно, близкую встречаемость ряда обрядовьгх приз­ наков, но в процентном отношении превосходят средний показатель по наличию срубов (17%).

Погребения третьей обрядовой группы и в целом, и в сопо­ ставлении по подгруппам, малой!|формативны. Отмечаются тс же средние размеры ям;

для одного из погребений подгруппы "А" за­ фиксирован сруб и следы огня, а еще одно погребение отличалось крупными размерами.

По1ребсиий второй обрядовой группы всего два, они имеют ори­ ентировку ira север и восток. В последнем случае руки умершего были вытянуты вдоль тела.

Нами была отмечена в целом преемственность обрядовости * Здесь, в соответствии с унификации]'! классифицирования погребений эпохи бронзы, порядок обрядовых групп [именем о сравнении о публикацией: первая группа на четвертую;

вторая па третью н третья - на вторую.

22К срубных погребений от обрядности более ранних погребений Донской территории. Так, погребения четвертой обрядовой 1руппы, особенно ее подгруппы "А" и "Б", по сути дела смыкаются с погребениями той же )руппы, сопровождавшимися вещевыми комплексами срсднсдонской катакомбпой культуры и характеризующими ее заключительный этап.

Каждая из подгрупп срубных погребений третьей обрядовой группы имеет аналогии в обрядности той же местной катакомбпой культуры (см.

§1 предыдущей главы). Наконец, вторая обрядовая группа срубных по­ гребений соответствует обрядности древпеямных захоронений (см. § второй главы).

Случаи стратификации срубных захоронений на то время были весьма малочисленны, поэтому отмечены нами все:

- Сады: 5/3 (пеоир.) 3/4 (нсопр.) 3/1 (IV "Б") 3/2 (исопр.);

- Ильмень: 3/2 (нсопр.)3/1 (IV "Б");

-Бунарки: 1/9(неопр.) 1/4 (неопр.) 1/6 (IV "Б");

- Пассково: 2/4 (IV "Д") 2/6 (IV "В") 2/5 (IV "Б");

- Новая Усмань: 1/1 (неопр.) 1/3 (нсопр.);

- Павловск: 47/6 (IV "А") 47/7 (IV "А") 47/8 (IV "Б");

- Павловский Плодосовхоз: 1/1 (неопр.) 1/2 (IV "В").

Каких-либо серьезных выводов из этих примеров сделать нельзя, поскольку стратифицируются, главным образом, или неопределяемые по обряду, или сдипообрядовыс погребения. Все же можно отметить, что в рамках четвертой обрядовой группы в двух случаях погребения под­ группы "А"прсдшествуют погребениям подгруппы "Б", а в одном случае - по1ребепию под1руппы "В". В связи с этим важно обратить внимание на то, что именно в погребениях с северной ориентировкой, наряду с единством обрядовых признаков, сходство с поздними катакомбными захоронениями наиболее выражено и по ряду других признаков (деревянные перекрытия, подстилки, в одном случае - охровая подсыпка, а также крупные размеры ям). Нсбез]интересно также отметить, что имеющиеся основные захоронения принадлежат прежде всего подгруппе "А" четвертой обрядовой группы (в четырех случаях из щести зафикси­ рованных).

Появление собственно срубных курганов (Верхняя Маза, Хохол, Бунарки, Донское, Сады, Пасеково, Платава) можно расценить как от­ ражение процесса широкого и прочного заселения рассматриваемого региона с тенденцией организации постоянных могильников. Начало этого процесса связывается, судя по всему, именно с появлением погре­ бений с северной ориентировкой. Нельзя, правда, исключать и того, что базой для организации кладбищ избирались уже существовавшие курга­ ны. В ряде случаев удается фиксировать грома;

[ные объемы работ, свя­ занные с неоднократными подсыпками таких курганов после ввода срубных захоронений. Но в них оказываются преобладающими погребе­ ния с северной ориентировкой. В Павловском могильнике они, к тому же, имеют и крупные размеры. Для более ответственного подхода к во­ просам периодизации и хронологии донских срубных по1ребсний необ­ ходимо обратиться к их вещевым комплексам.

Классификация сосудов проведена только по материалам рас­ сматриваемых погребений. При этом взяты лишь наиболее общие их признаки. Учитывая сравнительно ограниченный объем источника ( сосудов), предлагаемая классификация со временем может быть расши­ рена и уточнена. В структуру классификации положен многоступенча­ тый принцип, где выделяются группы, типы, подтипы и разновидности.

Группы выделены на основе преобладания того или иного орна­ ментального элемента.* Для выделения типов взяты особенности общего профиля сосудов. Для выделения подтипов - различия в деталях форм, а для выделения разновидностей - различия в пропорциях.

- Первая группа - со шнуровым орнаментом;

- Вторая группа - с зубчатым орнаментом;

- Третья группа - с прочерченным орнаментом;

- Четвертая ipynna - с насечпо-ямочным орнаментом;

1 тип - горшки с плавно выраженной профилировкой:

- подтип-1 - горшки с плечиками;

- подтип-2 - горшки без плечиков (колоколовидпые);

2 тип - острореберНЫС горшки (с резким изломом профиля тулова):

- ПОДТИП-1 - горшки с ребром в виде уступа в верхней части;

- подтип-2 - горшки с ребром, примерно, па середине высоты (с биконическим туловом).

3 тип - байки (сосуды без резких изломов профиля и без выделенных венчиков):

- подтип-1 - раструбовидные банки;

- подтип-2 - прямостепные банки;

- подтип 3 - банки с зауженным верхом.

Признаки разновидностей едины для сосудов всех типов и подти­ пов:

- разновидность "А" - стройная пропорция, где высота равна наи­ большему диаметру или превосходит его;

- разновидность " Б " - приземистая пропорция, где высота меньше наибольшего диаметра тулова.

Корреляция типологических подразделений позволяет увидеть некоторые закономерности (см. рис.58). Так, если сосуды первого типа довольно равномерно распределены по всем орнаментальным ipyn­ na м, то острорсберные сосуда! (тип 2) представлены подавляющим числом во второй и третьей орнаментальных ipynnax. Баночные же сосуjiii, особенно с зауженным верхом, чаще неорнаментировапы, в меньшей степени принадлежат третьей и четвертой группам. Можно также отметить, что в целом многочисленная первая орнаментальная * Очевидный классификационный признак, каковым является орнамент я кото­ рый использован нами в качестве наиболее общего показателя при анализе ерубнш сосудов, побудил Л.Д.Пряхнна к критическому замечанию о, якобы, несоетоятельнпегп переноса методики, применяемой для неолит!гческоп керамики иа материалы более поздних Э О [275, с.257]. Характер ЭТОГО замечания для меня остается неясным. Как ПХ известно, системы орнаментации не исчерпали Своей семантики и этнографической спе­ цифики вплоть до наших дней.

группа включает, главным образом, сосуды первого и второго типов.

Некоторую информацию дает соотношение орнаментальных групп и типов сосудов по обрядовым группам погребений, что отражено в таб­ лице (рис. 5й).

Из таблицы можно заключить, что в комплексах почти половина сосудов не несет орнаментации вообще, причем, неорпаментированная посуда преобладает более чем вдвое над орнаментированной в третьей обрядовой группе;

более половины в подгруппе "А" четвертой обрядо­ вой группы, по в подгруппах " Б " и "В" она уже составляет менее поло­ вины от общего числа сосудов.

Таблица также показывает, что в погребениях четвертой обрядо­ вой группы с северной ориентировкой (подгруппа А) сосуды стройных пропорций составляют более половины от общего числа, тогда как в погребениях с северо-восточной ориентировкой (подгруппа Б), явно преобладают сосуды приземистых пропорций. Баночные сосуды составляю!' примерно равный процент во всех подгруппах четвертой обрядовой группы. Острореберные же горшки более характерны для погребений с северной ориентировкой (33% от общего числа сосудов).

Для по1ребспий с северо-восточной ориентировкой они составляют втрое меньший процент, и лишь один такой сосуд сопровождал погребение четвертой обрядовой группы с восточной ориентировкой. Следует от­ метить, что стратиграфические данные пока не позволяют делать выво­ ды о хронологическом приоритете тех или иных типов сосудов. Изуче­ ние этого вопроса затруднено и случаями совместного нахождения в одном комплексе сосудов разных типов.

Другие вещи из погребений немногочисленны. Среди них можно отметить бронзовые ножи (6 экз.), шилья (3 экз.), иглы (2 экз.), а также бронзовые подвески, серьги, свинцовые и пастовыс бусы (рис. fiO), кос­ тяные предметы (4 экз.), три из которых украшены геометрическим орнаментом. Украшения из металлов, при равном соотношении других изделий, не выявлены пока в погребениях с восточной ориентировкой четвертой обрядовой группы, тогда как погребения с северной ори­ ентировкой этой ' же 1руппы сопровождались ими'шесть раз, а с севе­ ро-восточной ориентировкой - восемь раз.

Все изложенное выше позволяет считать, что погребения чет­ вертой обрядовой группы с северной ориетировкои, в сравнении с дру­ гими погребениями этой группы, в большей степени аккумулируют ряд устойчивых специфических признаков как в обрядности (перекрытие могил, подстилки, могильные ямы крупных размеров) и посуде (преобладание сосудов вытянутых пропорций, острорсберных горшков, большой процент пеорнамсптированной посуды, но параду с ними украшения с прочерченным и гребенчатыми элементами - 80% от всех орнаментированных сосудов), так и по характеру своего сооружения (более других основные в курганах, сопутствис досыпками при их впускном характере). Отмстим также, что фиксируется группирование погребений с одной ориентировкой в рамках кургана и даже одного могильника. Интересно, что такие [руппы погребений в ряде случаев ооразуют скученность под насыпями, позволяющую предполагать короткий хронологический интервал в ходе их устройства. Такого рода наблюдения лишний раз убеждают в реальном существовании хронологических (а в известной степени - и этносоциальных) различий между погребениями выделенных нами обрядовых подгрупп.

Фиксируемые общие признаки погребений подгруппы "А" чет­ вертой обрядовой группы и донских ката комбных погребений четвертой обрядовой группы можно рассматривать как явление стадиального ха­ рактера. По сути дела, установившееся господство простых могильных ям с деревянными перекрытиями и смена ориентировки представляет собой возобладание традиций еще древнеямного мира, которые, кстати сказать, не исчезли полностью, а прошли через всю историю бытования средиедонской катакомбной культуры.

С другой стороны, сопутствующие срубным погребениям под [руппы "А" материалы содержат немало признаков, которым невозмож­ но найти истоки в местной катакомбной культуре, как невозможно объ­ яснить и явлениями стадиального порядка. Прежде всего отметим свое­ образие керамического материала. Стройные пропорции срубных сосу­ дов не сопоставляются с приземистыми пропорциями позднеката комбпых сосудов. Отличаются и сами их формы. В орнаментации ката комбпых сосудов не встречен круп но гребенчатый (зубчатый) штамп, совсем не характерны насечноямочные элементы, нет столь типичных для срубной культуры зигзаговых композиций, а тем более - меандров. Не сопоставляются также типы бронзовых изделий и подвесок. Нет анало­ гий в катакомбных погребениях костяным изделиям с резьбой. В ката комбных же погребениях почти нет следов внутри могильных деревянных конструкций.

Перечисленных различий уже вполне достаточно для того, чтобы предполагать инокультурное воздействие. Срубное воздействие в них налицо. Но фиксируются и иные ииокультурные связи. Колоколовид пость форм и своеобразный прием нанесения орнамента у ряда сосудов находят аналогии в абашевских материалах. Однако собственно аба шевскими, например, погребения Павловского могильника (курган №47), как и большинство погребений Старотойденского могильника, признать нельзя. Даже при учете стадиального фактора в появлении общей обрядности, сами сосуды включают ряд отличительных призна­ ков. К примеру, стройность пропорций при атоскодонпости, отсутствие раковинных примесей отличают такие сосуды от приземистых округло донных абашевских сосудов так же, как и от местных позднеката комбных. Такие признаки прежде всего характеризуют посуду срубной кулыуры Поволжья и других территорий. На основании этого нами было уже тогда сделано заключение, что в южной части лесостепного Донского региона абашевские черты несут пришлый характер, опосре­ дованный территорией распространения срубных культур (лежащей к востоку и юго-востоку от Дона), где и проходил процесс взаимодействия двух культур. Иными словами, такие погребения было предложено рас­ сматривать как срубно-абашевскис. Данное заключение в свою очередь привело к признанию весьма сложного характера процесса становления донской срубпой культурь:, в который были включены как возрожден­ ные древиеямные традиции и черты позднекатакомбной культуры Дон­ ского региона, так и проникновение срубных культур извне.

Погребения четвертой обрядовой группы с северной ориентиров­ кой (подфуппа "А") с признаками, отражающими смыкание со средне донской катакомбной культурой, можно рассматривать как важнейший показатель становления в лесостепном Подоиье срубной культуры и как основу для выделения первого этапа ее развития. С этими погребениями полностью смыкается и ряд захоронений на правом боку (третья обря­ довая группа), тоже несущих признаки местной катакомбной культуры.

Среди последних можно отмстить захоронение из кургана у хуг. Красные Солонцы, где в одном комплексе встречены сосуды позднекатакомбпого и срубного облика;

погребение Платавского кургана, где находился нож позднекатакомбпого типа. Положение умерших па правом боку в этих погребениях можно расценивать по-разпому;

иди как реминисценция старых традиций, иди же как признак половозрастного и. возможно, социального характера (например, в коллективном захоронении Ива нобугорского могильника два взрослых скелета находились на левом боку, а лежавший с ними скелет ребенка - па правом.).

Связывая первый этап срубной культуры, главным образом, с погребениями подгруппы "А" первой обрядовой группы, нами обраща­ лось внимание на то, что они находят соответствие по ориентировке не в самых ранних срубных памятниках Поволжья. Не ранними для По­ волжья рассматриваются и материалы смешанного, срубно-абашевского облика, которые на Дону несут явные признаки хронологической сты­ ковки с позднекатакомбной культурой. В частпрсти, в Павловском мо­ гильнике им сопутствовали ямы крупных размеров, подстилки, пере­ крытия, астрагалы;

в Пдодосовхозпом могильнике - обширные ямы, остатки деревянной миски с бронзовыми хомутиками для скрепления совершенно аналогичной позднекатакомбным, и т.д. Это совсем не ис­ ключает того, что эпизодические инфильтрации на Дои племен поздне nojrraBKHHCKoro - раннесрубиого мира из Поволжья имели место и в предшествующее время. Показательно в этом плане одно из погребений Лофицкого кургана [245, с. 88, рис. 7] с сосудами вытянутых пропорций, с уступчатым профилем, а также с раковинной примесью в тесте (что, кстати, лишь единожды отмечено в общей массе посуды местной ката­ комбной культуры) (рис.32,2). Такие признаки позволяют проводить им аналогии с полтавкинскими древностями Поволжья. Те же связи фикси­ руют два погребения второй обрядовой группы (Сасовка). Раниесрубный облик несет и погребение Радченского кургана [245, с.90, рис.8] с восточ­ ной ориентировкой. Но такие погребения для Подонья очень редки, что не позволяет говорить о широком рассечении здесь племен позднепол тавкинских-ранпесрубпых культур. Скорее всего, отдельные группы их проникали ни Средний Дон еще в период бытования среднедонской ка­ такомбной культуры. В облике оставленных ими погребений уже улав­ ливаются специфические признаки донской лесостепной срубпой культу ры, сложившейся здесь несколько позднее. Нами было подчеркнуто, что именно такие погребения отражают собой начало срубной экспансии извне.

В связи с этим встает довольно сложная проблема: должны ли эти погребения включаться в круг местной срубной кудыуры и, следователь­ но, можно говорить о синхронном существовании в Подонье на каком-то отрезке времени катакомбной и срубной культур, или же нужно гово­ рить, не смешивая в одно понятие, о начале проникновения на Дон пред­ ставителей восточного срубного мира и о формировании местной сруб­ ной культуры. До получения необходимого количества новых данных мы склонились ко второму предположению.

Погребения с северо-восточной ориентировкой могут рассматри­ ваться как прямое развитие обрядности погребений с ориентировкой на север. Причины возникновения некоторых обрядовых отклонений пока не ясны: отражение ли это внутреннего развития, или же это следствие влияния со стороны срубных групп населения сопредельных террито­ рий. Определенно можно говорить лишь о полном растворении в мест­ ной срубной среде ранее включавшихся поздпекатакомбных черт в обря­ довости и материальных комплексах. В таких погребениях уже реже вечречаются и острореберные сосуды. Сами погребения чаще имеют небольшие размеры без перекрытий, подстилок, а также утрачивается обычай сооружения срубов. Положение умерших чаще характеризует­ ся СИЛЬНОЙ скорченностыо. Инвентарь обедняется как по набору изде­ лий, так и количественно. В целом преобладают баночные сосуды и горшки первого типа со скупым насечпо-ямочным орнаментом, или же они вообще не украшены. Точно такие же материальные признаки не­ сет и большинство погребений с восточной ориентировкой, а также не­ которые захоронения с северной ориентировкой и погребения третьей обрядовой группы. Данное обстоятельство лишь подчеркивает, что еди­ ного безусловного критерия для выделения периодов в развитии срубной культуры нет. В этом вопросе важен количественный учет обрядовых проявлений при обязательной их корреляции целым рядом других рас­ сматривавшихся нами признаков.

По имеющимся погребольиым материалам нами было выделено два периода в развитии донской лесостепной срубной культуры.

Первый период определяют в основном погребения подгруппы "А", отдельные погребения подгрупп " Б " и "В" четвертой обрядовой группы, а также погребения третьей группы с признаками, присущими местной катакомбной культуре на поздней стадии ее бытования. Среди этих признаков должны учитываться размеры ям, перекрытия, подстил­ ки, посыпка охрой и мелом, горшки со шнуровым, гребенчатым и про­ черченным орнаментом, образующим композиции в виде заштрихо­ ванных треугольников и "паркета": ножи с параллельными лезвиями и ромбической расковкой конца, астрагалы, части жертвенных животных на перекрытии могил.

В числе новых признаков срубной культуры для первого периода следует назвать устройство срубов, ншшчие приземистых острореберных горшков с крупнозубчатым орнаментом, образующим зигзаговые, ром­ бовидные, треугольны* и мсандровые композиции, сосудов баночных форм, бронзовых ножей с ЛИСТОВИДНЫЙ пером и намечающимся пере­ крестьем, некоторых типов украшений.

Эти признаки, наряду с общими проявлениями обряда, и опреде­ ляют принадлежность МеСТНОЙ культуры срубной культурно исторической области. Какие из признаков несут стадиальный характер, а какие из них основаны на генетическом родстве с соседними сруб пыми культурами - этот вопрос требует дальнейшей разработки. Нако­ нец, в рамках первого этапа фиксируются черты, явно указывающие на связь с покровно-абашевской культурой: сосуды подтипа 2 первого типа, раковинная примесь, расковка конца черешка бронзовых ножей в виде "змеиной головки" и т.д. Вероятно, к их числу относятся и костяные изделия с резьбой, орнаментальные МОТИВЫ которых аналогичны изде­ лиям из покровско-абашевских погребений.

Второй этап в развитии срубной культуры наиболее зримо опре­ деляют такие признаки, как исчезновение в погребальной обрядовости деревянных конструкций (в виде срубов), широкое распространение ма­ леньких ям с сильно скорченными скелетами при господстве северо­ восточной и восточной их ориентировки;

исчезновение острорсберных сосудов, широкое распространение сосудов баночных форм и горшков первого типа с закраинами у днищ, с насечно-ям очным орнаментом или неорнамептированных совсем;

появление некоторых типов бронзо­ вых украшений и сосудов (Терсшковский клад), общих для широкой территории распространения срубных культур на их позднем хронологи­ ческом этапе. И в целом, для второго этапа местной культуры наблю­ дается нивелировка "стандартными" для срубной культурно исторической области чертами.

По сумме признаков погребения донской срубной культуры первого периода в основе своей синхронизируются с первым этапом срубной культуры Нижнего Дона [396, с. 30], со старшим Покров­ ским этапом срубных древностей Нижней Волги [209, 229], развитым этапом срубной культуры Средней Волги [59, с. 40-41], с маевской груп­ пой и старшей сабатиловской ступенью левобережного лесостепного Днепра [144, с.32]. И только некоторые из них, отражающие проникно­ вение на Дон Отдельных групп позднеполтавкимского и рапнесрубного населения (что отмечено и для Нижнего Дона) [396, с.31-32], могут быть сопоставлены с поздними бережновскими по1рсбсниями Нижней Волги и вторым горизонтом лесостепной КМК в левобережном Поднепровье (по И.Ф.Ковалевой) [144].

Второй период соответствует второму этапу срубной культуры па Нижнем Дону, поздней ступени Покровского - четвертому этапу Ниж­ ней Волги, позднему сабатиповскому и белозерскому этапам левобе­ режного Подиепровья. Хронологически нижняя граница донских сруб­ ных погребений соответствует верхнему рубежу местной катакомбноЙ культуры. Не противоречит этому и синхронизация их со срубными по1ребспиями сопредельных территорий. Бронзовые ножи со змеевид 2. пой расковкой черешка, встреченные в погребальных комплексах пер­ вого периода, для абашевских культур определяются досейминским временем - серединой II гыс. до н.э. [265], а другая часть ножей находит аналогии в материалах раннесрубных поселений Домеччины. Эту же дату косвенно подтверждают и деревянные миски, которые по анало­ гиям [144, с. 31] могут быть датированы XV-XIV вв. до н.э. (с корректи­ вом в сторону удревнения всей свиты культур бронзового века). Хроно­ логический рубеж первого и второго периодов установить трудно, по­ этому датировка второго периода основывается на синхронизации его с по!тэебениями поздней покровской группы Поволжья и с погребениями второго этапа срубной кулыуры Нижнего Дона - XIII в. до н.э. За­ ключительная дата бытования срубной культуры па Верхнем и Сред­ нем Дону хорошо определяется Терсшковским кладом, отнесенным к завадово-лобойковскому очагу металлообработки - XII-IX вв. до н.э.

[387, с. 193;

269, с. 281-285].

Своеобразие местной срубной культуры более всего проел сжи­ вается в материалах первого этапа ее развития. Это" своеобразие, как нами отмечалось, выражается в органическом сочетании компонентов трех культур: среднедопской катакомбной, покровско-абашевской и волжской срубной. Другими словами, в Донском лесостепном регионе четко выражена линия генетической преемственности от предшествую­ щего времени. Кроме того, своеобразие донской срубной культуры подчеркивается лишь редкими случаями досыпки курганов, трупо сожжений, тризн, жертвенных костров. К этому следует добавить также наличие стабильных групп погребений с северной и северо-восточной ориентировкой, почти полное отсутствие сосудов-чаш на высоких под­ донах и некоторые другие называвшиеся выше признаки, связанные с многокомпонентным характером культуры. Имеющаяся специфика в целом вполне оправдывает предложенное культуре название "донской лесостепной срубной" и определяет се самостоятельное место в ряду культур срубной культурно-исторической области.

Как вытекает из рассмотренного, вопрос о периодизации культуры тесным образом смыкается и с вопросом ее происхождения. И здесь нами было отмечено, что в целом керамический материал погре­ бений первого этапа в большей степени сопоставляется с материалами покровского этапа срубной общности, как и большинство самих по1"ребсний, появление и распространение которых в Среднем Подонье было связано с началом активной экспансии срубного населения имен­ но на этом этапе.[335, с. 93].

По сути дела, такое заключение находится в полном соответствии с теми выводами, которые изложены мною в предшествующей главе при оценке памятников покровско-абашевского типа и их роли в сложе­ нии местной срубной культуры.

Антитезой такому пониманию се происхождения является точка зрения, сформулированная Ю.П.Матвеевым [197;

200] и А.Д.Пряхииым [286;

201]. Если еще недавно, наряду с тезисом о преобразовании доно волжской кулыуры в срубмую, ими и признавалась в этом процессе инфильтрация срубпых традиций извне [273, с,П5], то отныне процесс сложения срубного "ядра" ими локализуется в Допо-Волжском между­ речье. При этом просматривается известная категоричность в обосно­ вании своей позиции,* Авторы пишут: "Следуя нормальной логике, хо­ рошо известное и на Среднем Дону и в Среднем Поволжье скорченное на левом боку положение костяков в абашевских захоронениях и являются абашевскими, заимствованным или, вернее, унаследованным срубиым населением, а не наоборот" [286, с.47]. И далее: "В свою очередь, более логичным Представляется и положение о заимствовании такого рода обрядности доноволжским абашевским населением у прс;

[шествую­ щего поздпекатакомбного населения той же территории, чем попытки увязать это с сомнительным полтавкинско-срубным пластом иного культурного региона" [286,с. 47-48]. Тем самым авторы опровергают ими же рапсе сконструированную обрядовую цепочку перерастания аба шевской культуры в срубиую [265, с.9;

273, с. 135] и одновременно вводят в срубиую культуру генетический компонент местной катакомбнои культуры (через воспринятую абашевцами обрядовость). Но высказы­ вавшиеся мною и В.И.Погореловым такого рода предположения как раз и опровергались ими еще совсем недавно [273, с.142-143], Правда, нами имелся в виду несколько иной ход событий, подразумевавший, что сов­ сем не характерный для срсднедонскои катакомбнои культуры обряд положения скорчеппо па левом боку с ориентировкой в северном на­ правлении появился лишь па хронологическом стыке ее с покровско абашевскнм - ранпесрубпым миром, когда фиксируется сильное со­ кращение количества катакомбных памятников на Среднем Дону, свя­ занное, надо полагать, с отливом основной массы катакомбпого насе­ ления па другие территории. Не единый ли фактор лежит в основе появ­ ления нового обряда и местное ли происхождение он имеет? Свое мнение по этому поводу я уже изложил в предшествующей главе.

Кстати, приводимые исследователями материалы и Подгорен ского могильника [286], и курганов у хут. Шкарин [279, с. 8-11], на мой взгляд, совсем не иллюстрируют неумолимый переход местных аба­ шевских погребений в повое качество;

срубпое. Здесь, как и во многих других случаях, под курганами стратифицируются погребения узкого хронологического пласта - периода распространения покровско * В частности, Ю.П.Матвеем решительно требует "положить конец безудерж­ ному ! необоснованному культуротворчеетву, бесконечному дроблению..." п т.д. и т.п.

[200, е_42]. А речь-то идет всего лишь о памятниках покровско] о (покровско абашевекого, потаповского) типа, выделение которого ставит под сомнение единство содержания до поволжской абашевскоп культуры. Он полагает, что "механическое выде­ ление в самостоятельные культуры памятников переходного периода затемняет сам процесс культурогепеча, возвращает к временам примитивно-миграционных концеп­ ций" [200, с.42]. Возможно, под еловом "механическое" имеется в виду "типологическое"?

В таком случае это вполне принятый в археологии метод, а если учесть, что археологи открыли едва ли сотую часть имеющихся в реальности памятников древности, то еще долго одним аз важнейших исследовательских инструментов будет служить выделение новых и переосмысление старых археологических культур.

абашевских памятников. И нет ничего удивительного в том, что в Шкарииским кургане № 1 "более абашевское" погребение-1 являлось впускным относительно "более срубного" погребепия-2. Срубно абашевским погребениям, как показала прямая стратиграфия, предше­ ствовали срубные захоронения, не несущие абашевских черт и в курга­ нах у с. Губари в лесостепном Похоперье [176].

Не менее выразителен в этом же плане и Первый Богучарский могильник, включавший четыре кургана и исследованный нами в году. Поскольку материалы памятника готовятся к публикации отдель­ но, я ограничусь здесь их рассмотрением только в самых общих чертах.

Курганы планиграфически составляли неровную цепочку ( с неко­ торым обособлением кургана №4) на высоком водораздельном участке, поднятом над долиной левого берега р. Богу чарки на 35-40 м (близ г. Богучара Воронежской области).

Т а б л и ц а 20.

Внешние признаки Первого Богучарского могильника.

JV«№ кургана Диаметр (м) Высота (м) количество погребении 0. 1 0. 2 0. 3 31 0. 4 31x22 Первичная насыпь диамегром 16 м выявлена в кургане №2. Она связана с погребением -9, а первичная насыпь в кургане № 3 (диаметр м), связана с погребением -10. Предположительно, судя по планигра фии, основным захоронением в кургане №1 яв;

1яетея по1ребение-6. Ин­ тересны данные кургана № 4, где с могильными выкидами на уровне по­ гребенной почвы оказались захоронения 1,2,5,6,7,9, т.е. они были устро­ ены еще до возведения насыпи, а яма погребения -3 оказалась забугован ной выкидом, что предполагает синхронность этого погребения отмечен­ ным захоронениям, причем, судя по размерам и некоторым другим об­ рядовым признакам, оно являлось едва ли не определяющим в процессе возведения кургана. К сожалению, основные захоронения курганов № 2 и №3 не сохранились, по другие погребения нижнего стратиграфического горизонта принадлежат четвертой обрядовой группе подгруппы " Б " и по одному - подгруппам "А" и "В".

Интересно обратить внимание на то, что погрсбенис-6 в кургане №1 предшествует двум захоронениям третьей обрядовой группы, а еще одно захоронение четвертой группы в кургане № 2 следовало за основ­ ным по1ребением с булавой, имеющей аналогии в покровско абашевских древностях.

Таблица ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ ПОГРЕБЕНИЙ ПЕРВОГО БОГУЧАРСКОГО МОГИЛЬНИКА пншмг, 1, и |l is Ё 1 в 1й i степень скорч.

Z S Э Б 3 разморы Ж • [[ШМГ'-.НЦКЧ ? 1s ЕЕ за ямы "Ж с* В С* it о ^ Ы) с сз 11 О Л Рб 1,35x0,95 шт.

/ юв 12 О / Pfi 1.2*1,0 мет. ОС СН B Г1р e 10 :

1/3 им сн нас.

i i 1/4 Рб Hit.

с Вз ПР + V } ОС СИ Mat.

В } i/6 Вз Л сн нас. (1С } Рб 2/1 ] мат.

ев +1 Рб Пр 2/2 О 0,8x0,45 0.32 1- •i • H, Пр + 2/4 11 1,7x1,2 сн нас. f ОС п Рб 2/5 нас. [исчлененнос 2,0x1, 1.

2/6 к 1,65x1,65 в +В:

н Л канавка по периметру нас.

ев 1 2/7 О 1,0x0,65 0,15 •i Рб Л им см ) 2/8 мат. • 2/9 разрушено 0.95 4- булана п ев ВЛ а 1 2 !

сн пм 3/1 2,Ы,8 нас i 3/2 11 Рб 0,8x0,55 0. сев + !

Рб Л О 0,1 сн 3/4 0,9x0,7 ПН вев +А 3/7 О 0,2 Рб Л сн 1,15x0,7 лм п вев 0,3 + 3/8 Рб ямка R полу 1,1x0, 1.1x0,7 0.07 + Вз ;

3/9 Г) л 2.4x1.75 0,5 + \ ++ 3/Ш ) ев Л В* 3/11 нас.

+_^ п вев Вз + Л 1 сн охра им 3/12 1,65x1.5 0. п ев + + Вз Л 3/13 1,45x0,8 0,15 им сн п Вз л ев J 0,5 4/1 сн 1,4x1,2 ОС п + ев ВЛ а 0,2 - t 1 4/2 сн 1,4x1,0 ОС п ев 1 + 0,8 то Вз А 4/3 1.7x1,2 уступ. забутовка ямы СН ;

• ев + + 4/4 !1 Вз А пм 0,15 сн 1,5x1, + вев 0,3 + 4/5 0 Вз Л сн 1,4.1,0 ОС п + вев 1.9x1.3 0.35 t- + +J Рб Л 4/ + ев 1,35x0,9 0,25 •1 ' 4/7 Вз Г! сн Л ОС в 4/8 0 Рб & 1,25x0,8 0,1 Л пм Рв сев 4/9 Л 11 0,95x0.75 0,05 бронз, подвески + ев + Вз 4/10 11 1,4x0,85 0,3 Л сн ОС к ев + Л : пи Ва VH 1,25x1,25 0.15 сн брОНЗ. ипДМСКИ Совершенно идентичны по обрядовости (за исключением отме­ ченных прав обо чиых) по]ребения верхнего стратиграфического горизон­ та как между собой, так и погребениям нижнего горизонта (см.табл. 21).

То же единство обнаруживается и при сопосгавлении сосудов (рис.61-64). Особенно интересен в этом отношении курган № 4, под кото­ рым, как было отмечено, еще до сооружения насыпи быдо7строено сразу несколько погребений. Сосуды из них представлены всеми орнаменталь­ ными 1руппами, морфологическими типами и разновидностями. Соче­ таются они и в единых комплексах (1/6;

4/3;

4/6). Некоторые из этих сосу­ дов несут восточные черты как по приемам обработки поверхностей (хорошо сглажены, с подлощением), так по форме и орнаментации (рис.64,i). При этом абашевских признаков здесь фиксируется значи­ тельно меньше, чем в сосудах из верхнего стратиграфического горизонта.

Так, ракушечную примесь имеет лишь один сосуд, тогда как во впуск­ ных погребениях она отмечена у семи сосудов, С ракушечной примесью оказались и сосуды из двух погребений третьей обрядовой группы (из трех, сопровождавшихся сосудами). В целом же облик сосудов из обоих горизонтов обнаруживает полное единство. Вместе с тем нельзя не от­ метить, что во впускных погребениях несколько сосудов несут насечно ямочпый орнамент, не характерный для сосудов из нижнего горизонта.

Здесь же встречены и неорнаментированные чашки. Однако для более четкого периодизапиопиого членения погребений рассматриваемого могильника имеющихся данных явно недостаточно.

При определении хронологии памятника важное значение имеет присутствие в его керамике абашевского компонента (раковинная при­ месь, колоколовидность, косо-вертикальные расчесы на поверхностях), а также шпурового орнамента, каменного павершия булавы, бронзовых подвесок в полтора оборота, костяных бус, астрагалов, охровой посып­ ки, перекрывания ям деревом, остатков жертвенных животных на пере­ крытиях, органических подстилок. Все ЭТИ признаки в различных ком­ бинациях и по-отдельности сопутствуют погребениям покровско абашевского типа, срубным П01рсбениям первого этапа Среднего По­ волжья и второго этапа Нижнего Поволжья, включающих черты во­ сточного срубно-алакульского мира. В связи с этим в подавляющей своей части могильник может быть отнесен к началу формирования и пер­ вому этапу местной срубной культуры, в рамках которого шел активный процесс взаимодействия абашевских и срубных традиций, довольно быстро завершившийся поглощением первых.

В плане определения времени проникновения на Дон ранних срубных традиций из восточного ареала, интересно отметить и одно из погребений Второго Богучарского могильника, устроенное на уровне материка между двумя катакомбпыми курганами и с которым связана досыпка, объединившая курганы в одно ритуальное сооружение. По (ребение совершено в почти квадратной яме (1,75x1,65), ориентиро­ ванной сторонами по направлениям света (с небольшим отклонением).


Яма была перекрыта бревнами в два стоя наперекрест (рис.65, i). На пе­ рекрытой находились два осгрореберных сосуда (рис.65,4,5) и кости жерт венного животного. На органической подстилке лежал скелет взрослого человека скорчеппо т левом боку головой на ССВ. Напротив колен выявлен бронзовый нож (рис.65,г) в кожаном чехле и здесь же - баночный сосуд (рис.65,з). По сумме признаков погребение может быть вкшочено в подгруппу "А" четвертой обрядовой группы. Острореберные сосуды имеют подл о] цен ыс поверхности, сопоставляются с ранними сруб ны ми материалами Предуралья. Бронзовый нож находит аналогии в комплек­ сах ранних срубных погребений Поволжья. Таким образом, весь облик данного захоронения соответствует признакам первого этапа местной срубной культуры, причем не выпадает из контексга оценки керамиче­ ских комплексов донских памятников покровско-абашевского типа, как "престижных", гак и "рядовых".

Выдвинутая А.Д.Пряхикым и Ю.П.Матвеевым новая идея о зарож­ дении срубкою ядра в Допо-Вотжском междуречье, ставшим плацдармом для развертывания экспансии срубных традиций на обширные степные про­ странств, уязвима, на мой взгляд, не только с позиции археологической.

Она противоречит и природ] ю-гсографическим условиям того времени, характеризовавшимся крайним иссушением Закаспия и прилегающих рай­ онов, в том числе и степного Заволжья. Данный аспект еще будет затронут ниже.

Ранее предпринятое нами выделение двух этапов местной срубной культуры основано на рассмофении только погребальных памятников.

Предложенное затем 1рехэтагшое членение донской лесостепной срубной культуры А.Д.Пряхикым и Ю.П.Матвеевым с учетом материалов донских поселений, более соответствует характеру всей суммы имеющихся источни­ ков, в связи с чем такая периодизация вполне может быть принята. Важно отмстить, тю оценка содержания и первого, и второго Э'тапов по А.Д.Пряхину и Ю.П.Матвееву в целом соответствует выделенным нами двум этапам развития срубной культуры [331], и это снимает необходи­ мость вновь перечислять их признаки.

Третий этап в развитии донской лесостепной срубной культуры соответствует времени, когда фиксируется отлив с донской территории зна­ чительной часги срубкою населения. Это было время формирования, а, в какой-то степени, и развития так называемых культур валиковой керамики заключительного этапа эпохи бронзы степной и лесостепной зон Евразии.

Примечательно, что данный этап преимущественно выделяется по поселен­ ческим материалам и, видимо, не случайно то обстоятельство, что к этому времени удается отнести лишь единичные подкургапные захоронения. Тем больший интерес представляет бескурганный моги;

[ьник на месте Мосо ловского поселения. В ориентировке покойных фиксировалась неустойчи­ вость. Отмечено расчленение лрупов и даже вторичное перезахоронение [273, с. 159].

Вопрос о поздних хронологических пределах до;

тжен учитывать суж­ дения, согласно которым культура срубных племен не выходит за рамки тыс до н.э. [63;

134], Нет пока данных, которые бы свидетельствовали о существовании памятников срубной культуры позже конца II тыс. до н.э. и на донской территории [273,с.160].

Р и с. 5 5. К а р т а расположения основных памятников с р у б н о й культуры в б а с с е й н е Д о н а.

1- Старо-Юрьево;

2- БОЛОТОВА;

3- Большое Попоио;

4 - Донское;

5 - Скорняково;

6 Патриаршее;

7 - Лобаыовка;

3 - Засосенка;

9 - Частая Дубрава;

10 - Cepi-исвка;

П Липецк, телевышка;

12- Сокольскос;

13- Красное Озеро;

14 -Псрикса;

15 - Введенка;

16-Тербуны;

17 - ДальниеСолонцы;

18 - Кондряшовка;

19 - Нижняя Ведуга;

20 Курило;

2) - Кривино;

22- Первомайское лестничество;

23- Подклетное;

24 - Семи луки;

25 - Частые Курганы;

26 - Отрожка;

27 - Масловка;

28 - Рыкань;

29 - Сады;

30 Боровое;

31 - Чижовка;

32- Шилово;

33- Таврово;

34 - Новая Усмань;

35 - Софьино;

36 - OpJDffloc Болото;

37 - Красный Лог;

38 - Верхняя Маза;

39 - Скляднев;

40 Большие Ясырки;

41 - Чурилово;

42 - Мосоловка;

43- Тойда, Старая Тойда;

44 Коздоька;

45,46 - Бе^еюака;

47 - Мптрофановка;

48 - Шишовка;

49 - Шкарнн;

50 Садовое;

51 - Дрониха;

52 - Бунарки;

53 - Новый Буравль;

54- Владимировка;

55 Иванов Бугор;

56 - Павловск 2;

57 - Павловск;

58 - Павловский плодосовхоз;

59 Хохол;

60- Мастюгтшо;

61 - Прилепы;

62 - Сасовка;

63 - Русская Тростянка;

64 Марки;

65 - Стояиово;

66 - Караяшиик;

67 - Ольховатка;

68 - Верхний Карабут;

69 Россошь;

70 - Пасеково;

71 - Богучар 1;

72- Бо1учар 2;

73 - Краснодар;

74 - Лофиц кое;

75- Терсшкоао;

76 - Шелаево;

77- Власовка;

78 - Губари;

79 - Третьяки;

80 - Иль­ мень;

81 - Новомеловатка;

82 - Петропавловка;

83 - Подгорное;

84 - Ширяево;

85 Старая Криуша;

86- Новотроиикоо;

87- Пески;

88 - Нехаевский;

89 - М ^ и и ;

90 Сдащеиская;

91 - Буканоиская.

Рис.56. Мосоловское поселение.

Типы срубных сосудов (по публикациям А.Д.Пряхина).

Рис. 57. Мосоловское поселение. Глиняные литейные формы (ло публикациям А.Д.Прнхнна и Л.С. Саврасова).

1 - Д1Я топоров;

2 - для ножей;

3 - для наконечников копий;

4 - для тесел;

5 - для серпов-косарей;

6 - для стержней.

L Рис. 58. Срубные сосуды из донских погребений.

I - распределение типов сосудов по орнаментальным 1руппам;

2 - рас­ пределение сосудов разных орнаментальных групп по обрядовым груп­ пам;

3 - распределение типов сосудов по обрядовым группам.

Рис.59. Сосуды т донских срубных погребений.

а - из ранних погребений;

б - из погребений первого периода;

в из погребений второго периода (1 - Лофицкое 1/5;

2 - Сасовка 8/4;

3- Радченское 1/1;

4 - Сасовка 6/3;

5 - Павловск 17/1;

6 - Пасеково 2/6;

7 - Бунарки;

8 - Павловск 47/7;

9 - Новая Меловатка 2/7;

10 Павловск 47/5;

11 - Павловск 47/6;

12,13 - Ильмень 6/6;

14 - Пасе­ ково 2/4;

15- Ширяево 2/2;

16- Ильмень 1/6;

17- Старая Тойда, кург. №2;

18- Бунарки 1/4;

19- Пасеково 1/3;

20 - Иванов Бугор 1/7).

Рис.60. Металлические изделия из донских срубных погребений и кладов.

1 - Платава;

2 - Старая Тойда 1/8;

3 - Болотове;

4 - Радченское 1/1;

5 Верхняя Маза 1/4;

6 - Пасеково 1/4;

7- Хохол 2/3;

8,9,20 - Павловск 42/5;

10 - Репьевка;

11 - Старая Калитва;

12-17 - Терешково;

18 - Ильмень 6/7;

19 - Пасеково 5/7;

21 - Лофицкое 1/5;

22 - Старая Тойда, кург, 1;

24,25 Хохол 2/7;

26 - Пасеково 5/6;

23,28 - Стояново 1/4;

29 - Ильмень 6/5;

30 Ильмень 6/12;

31-34 - Сады 1/1;

35 - Хохол 2/5.

Рис.61. Первый Богучарскнй могильник.

1 - 1/1;

2- 1/2;

3- 1/3;

4,5 - 1/5;

6,7 - 1/6.

Рис.63. Первый Богучарский могильник.

1,2 - 3/1;

3,4 - 3/2;

5 - 3/4;

6 - 3/7;

7 - 3/8;

8 - 3/9;

9,10 - 3/10;

11 - 3/11;

12 - 3/12;

13-3/13(1-9,11-13-глина;

10-кость).

Рис.64. Первый Богучаросий могильник.

I -1/4;

2,3 - 4/2;

4,5 - 4/3;

6-8 - 4/4;

9 - 4/5 ;

10-12 - 4/6;

13 - 4/7;

14 - 4/8;

[5,16-4/9;

17-4/10(1,2,4- 15, 17 - глина;

3 - кость;

16-бронза).

Рис.65. Второй Богучарский могильник, 2/7.

1 - план;

2 - бронзовый нож;

3-5 - глиняные сосуды.

§2. П а м я т н и к и бондарихинской и белозерской культур.

Терешковский клад (рис.60,12-17) как бы маркирует начало изме­ нения этнокультурной ситуации в бассейне Среднего и Верхнего Дона в эпоху поздней бронзы. Связь этого клада с юго-западными от Дона тер­ риториями определяегся всей суммой его признаков. Интересно обра­ тить внимание и на то, что из трех типов изделий клада: серпов косарей, кельтов и бритвы, два последних вообще отсутствовали в ассор­ тименте продукции местных металлургов-литейщиков срубной культу­ ры. Нет основания, как это предполагалось ранее П.Д.Либеровым [179, с. 155-157], связывать с местными традициями и все другие виды ис­ точников Донского региона финала бронзового века. Их характер отра­ жает проникновение сюда представителей этнокультурной среды того же западного (дпепровско-донецкого) региона, а, возможно, и южного, в период отгока позднесрубного населения {209, с.21].

Известные к настоящему времени памятники финальной бронзы представлены, главным образом, поселениями. Причем все они, судя по данным топографии, а также по характеру остатков жилых сооружений, принадлежат поселкам сезонного типа.

Впервые обобщение такого рода источников было предпринято Ю.Г.Екимовым и В.И.Бесединым [100, с.79-94], выделившим к началу 80-х годов на территории лесостепного Подонья 22 поселения финаш, ной бронзы. Хотя в последующие годы число их местонахождений и уве­ личилось [105], по-прежнему наиболее яркими среди них остаются раско­ панные широкой площадью поселения Шиловское, Тавровское, Ры кань-2 (Левобережье Дона) и ЬСопанищс-2 (П равобережье Дона).


Материалы Шиловского поселения освещены в работе Ю.Г.Екимова и В.И.Бсседипа [100]. Исследователи, отметив близость керамической серии (195 сосудов) посуде бондарихинской культуры (выделенной в бассейне Северского Донца и в лесостепной полосе Лево­ бережной Украины) [122;

23], также отнесли ее к бондарихинской у типу, подразделив на три типологические группы.

Первая группа - горшковидные сосуды, наибольший диаметр ту лова у которых превышает диаметр горла. Внутри этой группы выделены горшки с сильно отогнутым венчиком и горшки с вертикальным или слабо отогнутым венчиком, иногда имеющие воротпичковые утолще­ ния.

Вторая группа - сосуды с намечающейся ребристосгыо, для кото­ рых в основном характерен довольно высокий и слабо отогнутый вен­ чик.

Третья группа - сосуды баночной формы, среди которых есть с сужающимся горлом и с отогнутым венчиком.

Все сосуды тонкостенные (0,3-0,6 см), днища плоские, часго с за­ краинами. Поверхности имеют бурый или серьги цвет, хороню загла­ жены, иногда залощены. Глиняная масса плотная, с примесью песка.

Размеры сосудов разнообразны: от больших (тарных), с диаметром гор­ ла 27-36 см и высотой до 40 см, вплоть до маленьких, высотой 8-11 см.

Почти все сосуды орнаментированы, причем, как правило, только в верхней часги гулова. Наиболее характерный элемент орнамента - вдав ления округлой, треугольной, прямоугольной формы. Иногда они нане­ сены конном обломанной палочки. Характерный признак - наличие от таких вдавлений выпуклин - "негативов" на внутренней стороне сосуда.

Иногда вдавления сочетаются с описками гребенчатого штампа, обра­ зующими ромбы, треугольники, горизонтальные, косые или зигзагооб­ разные линии. У "воротиичковых" сосудов верх, как правило, украшен сочетанием косых и перекрещивающихся линий, выполненных либо прочерчиванием, либо (что реже) зубчатым штампом. Косые насечки иногда наносились и по срезу венчика.

Ю.Г.Екимов и В.И.Беседин называют целый ряд признаков, сближающих шиловскую керамику с бондарихинской, вюиочая формы горшков с раздутым туловом, единые способы и технику орнаментации, а также технологические показатели [100, с.87-88]. В то же время они ее не отождествляют, называя такие различия, как отсутствие на шилов ских сосудах "бондарихинских" признаков: резкого сужения тулова к днищу;

четкого ребра в нижней части гулова;

орнаментальных вдавле­ ний палочкой с раздвоенным концом;

налепиых шишечек и тонкого ва­ лика с нанесенными по нему овальными вдавлепиями. В свою очередь собственно боидарихинские сосуды практически не имеют воротиичко вого оформления венчика [100, с.88].

К финальной бронзе исследователи отнесли ряд других находок с Шиловского поселения: биконические и бочонковидные пряслица, об­ ломок псалия из клыка кабана, сопоставленного с псалиями типа V по классификации К.Ф.Смирнова [349].

В целом исследователи пришли к выводу об отсутствии генети­ ческой связи между местными материалами позднесрубиого облика и материалами бондарихинского типа [100, с.93].

Тавровское поселение, исследованное Б.Г.Тихоновым в 1970 1971 гг, расположено в непосредственной близости от Шиловского, в пойме левого берега р.Воронсж на невысоком дюнном всхолмлении размерами 200x100 м. Поселение оказалось многослойным, но материа­ лы финальной бронзы концентрировались, главным образом, па одном из склонов дюны, и здесь же выявлены остатки прямоугольной построй­ ки (15x11,5 м), углубленной в материк на 0,4 м. По трем ее сторонам находились столбовые ямки, а также очажное углубление с золой. На основании ряда признаков, авторы публикации памятника Б.Г.Тихонов и Ю.Г.Екимов [361] предположили, что попройка состояла из двух раз­ гороженных частей: большей, имевшей столбовую конструкцию стен, и меньшей, перекрытие которой опиралось непосредственно на землю. В площади постройки находились части от 11 сосудов, а всею на поселе­ нии выявлены фрагменты от 61 сосуда финальной бронзы. Исследовате­ ли отмечаю]' полное тождество их материалам Шиловского поселения и датируют началом I тыс. до н.э. Среди керамических находок интересны две небольшие чашки, "сковородка", а также ложечка-льячка.

Поселение Рыкаиь-2 исследовалось Ю.П.Матвеевым в 1977 и гг. [192, с.94-102]. Оно занимало наиболее возвышенную чаегь песчаной дюны размерами примерно 200x60. м (правый берег р. Усмань, на запад­ ной окраине с. Рыкань Новоусманского района Воронежской области).

Данное поселение, как и Шиловскос, являлось многослойным. Мате­ риалы финальной бронзы представлены, помимо кремневого серпа, поч­ ти исключительно керамикой, концентрировавшейся в пределах котло­ вана постройки.

Постройка имела прямоугольную форму размером 10,8x8,4 м, глубиной в материке 0,2 м. В нее было "вписано", тоже прямоугольное, углубление (6,8 х 4,3 м). В центре постройки находилась очажная яма, а близ одной из стен - яма хозяйственного назначения. Поскольку из восьми развалов сосудов, выявленных в пределах постройки, шести, свя­ заны с малым прямоугольным углублением, то авторы публикации памятника Ю.П.Матвеев и Ю.Г.Екимов предложили интерпретировать это углубление в качестве кухонной части постройки [192, с.99].

Как и на Шиловском поселении, сосуды имеют горшковидную форму, а также орнаментальные и технологические признаки, сбли­ жающие их с боттдарихинскими. Одновременно исследователи фиксиру­ ют еще достаточно сильные срубные гончарные традиции: приземистость пропорций, сохранение ребристости в верхней части тулова, оформление венчиков закраинами, наличие в орнаменте миогорядных зигзагов, сле­ ды беспорядочных расчесов на поверхностях, и др. [192, с.102].

Весьма интересные результаты получены при раскопках автором в 1976 году стоянки Копаиище-2, расположенной на оконечности пер­ вой надпойменной террасы правого берега р.Тихая Сосна в Правобере­ жье Дона (близ станции Копапище Острогожского района Воронежской области) [325, с. 104-114]. На площади раскопа выявлены остатки жилой конструкции в виде квадратного котлована со сторонами по 4,75 м, углубленного от уровня строительного горизонта на 0,5 м. При вскры­ тии котлована встречено большое количество мелких угольков, золы и пепла от сгоревших стен и кровли, которые состояли, судя по всему, из тонких жердей, прутьев и камыша. Кровля была односкатной, на что указывает система столбовых ямок вдоль двух противоположных сторон котлована. На полу, близ одного из углов, выявлены остатки открытого очага в виде круглой линзы прокаленного песка с золой и кусочками глиняной обмазки, а близ северной сгены обнаружен слой сгоревшего дерева толщиной 0,1 ми размерами 4 х 2 м - по всей видимости, остатки лежанки. Вход в постройку располагался напротив. Недалеко от входа, с внешней стороны, обнаружен жертвенник в виде крупюй ямы, в которой системно лежали три нижние челюсти коров, а также коровья лопатка со сверленым отверстием по центру. Все имеющиеся признаки позволяют видеть в жилище временное сооружение, а его гибель связывать с по­ жаром. Над заполнением котлована при раскопках фиксировалась сте­ рильная прослойка светлой супеси, свидегельствующая о каком-то перерыве в использовании данного места под стойбище, а также позво лающая рассматривать весь материал из заполнения жилища как замк­ нутый культурно-хронологический комплекс.

На полу жилища и под лежанкой найдено шесть кремневых сер­ пов, целых и в обломках (рис.67л I-IS.IB), два обломка кремневых нако­ нечников копий листовидной формы (рис,67,17,19), кремневый скребок (рис.67,1б), глиняное грузило усеченно-конической формы (рис,67,9), заго­ товка топора из серого песчаника, имеющая ограпение с лицевой сторо­ ны и четко выделенный обушок (рис.67,ю), точильный камень, бронзо­ вая спиральная в четыре витка пронизка (рис.67,21), а также развалы от восьми сосудов (рис.67,1-я). Культурно-типологическая их близость с со­ судами рассмотренных выше памятников финальной бронзы несомнен­ на. Однако обращает на себя внимание один из сосудов (рис.67,б), имею­ щий приближающуюся к колоколовидности форму и тщательно обрабо­ танную "плетеной" штриховкой поверхность. В его облике улавливаются реминисценции абашеаских гончарных традиций, что подчеркнуто и орнаментом в виде двух нарезных линий под венчиком, оконтуренных снизу наклонными насечками зубчатого илампа, И в целом облик ма­ териалов из жилища, примыкая к кругу памятников марьяновско бондарихинского типа, сопоставляется не с самыми поздними из них, если принять во внимание орнаментальные композиции в виде "елочки", украшение среза венчика, а также тип бронзовой пронизки и форму топора, более характерных для катакомбных древностей. На основании этого весь рассмотренный комплекс ориентировочно, до по­ лучения падежных сравнительных данных, был в свое время мной дати­ рован серединой - третьей четвертью II тыс. до н.э. [325, с.113].

С другой стороны, шиловские и тавровские материалы датиру­ ются исследователями началом I тыс. до н.э. [100, с.94], равно как и ры канские -концом II- началом 1 тыс. до н.э. [192, с.102]. Совершенно не оспаривая такую датировку, хотелось бы обратить внимание па то об­ стоятельство, что ранние признаки комплекса стоянки Копанище-2 от­ сутствую! в левобережных донских поселениях Шиловскос, Рыкань-2 и других. В связи с этим можно предположить (учитывая размещение зоны формирования бопдарихинекой культуры к западу от Дона) более раннее освоение ее носителями правобережных районов Донской Лесо­ степи. При этом сам процесс освоения мог иметь многократный, диффу­ зионный характер, а из этого вполне вероятно предположение и об из­ вестной хронологической протяженности бытования материалов бонда рихинского типа на Дону.

Недавно С.И.Воловиком было высказано суждение о возмож­ ности отнесения наиболее ранних групп рассмотренного материала к малобурдковскому этапу бондарихенской культуры [67]. С этим, в прин­ ципе, можно согласиться. Вместе с тем требует более осторожной оцен­ ки определение ранней даты этих материалов, еще очень малочисленных и не обеспеченных жесткой хронологической корреляцией.

Пока говорить о значительной концентрации таких материалов на Дону не приходится;

бондарихипские местонахождения многократно уступают количеству известных здесь памятников срубкой культуры.

Другими словами, массирован ого освоения населением бондарихинской культуры территории лесостепного Дона не произошло. Вместе с тем зона их рассредоточения оказалась достаточно широкой: западнее такие материалы встречаются вдоль течения р. Оскол, а на севере - вплоть до Окско-Допского междуречья [105].

* * * При проведении работ в 1989 году на дюне Терешковский Вал [338], на одном из участков, примыкающих к площади могильника ям но-катакомбного времени, выявлены остатки двух медеплавильных печей, культурная принадлежность и время сооружения которых доку­ ментируется необычным для донской территории керамическим мате­ риалом.

Печи дошли до пас в виде скоплений кусков глиняной обмазки и медного шлака. Скопления находились в 24 метрах друг от друга на се­ верной, обращенной к реке Богучаркх стороне дюны, в толще супесча­ ных наслоений (0,25 выше уровня материка). Одно из них в значитель­ ной степени уничтожено песчаным карьером;

второе имело вид неровно прямоугольной площадки около 10 м-. Судя по характеру кусков гли­ няной обмазки, общий вес которых составил свыше 60-ти кг, печь имела прямоугольное основание, от которого был выведен конический или купольный каркас из камыша, причем лепка стенок печи па каких-то уровнях производилась и с внутренней стороны каркаса.[338].

В развалах печей найдено до полутора десятков сосудов, вос­ становленных полностью или реконструируемых графически (рис.68;

69), а также фрагментнрованный керамический материал. Сосуды несут технологическое единство: плотное с примесью песка глиняное тесто, хорошо сглаженные, нередко с подтощением, поверхности. Весьма устойчивы и их морфологические типы: бокастые горшки с плавно ото­ гнутым верхом (рис.68,4-8), высокогорлые кубковидиые сосуды (рис.бо,!-.-?), кубок {рис.69,4), корчага (рис69,»). В качестве отличительного признака можно отметить-хорошо выраженные уступы на боках у кубковидных сосудов. Корчага имеем несколько рельефных выступов при переходе горла в тулово. Орнаментированы только горшки: у одного под шей­ кой имеется валик с защипами (рис.68,з), два других украшены гладкими валиками со свиеающими копнами (рис.68,7,и), еще три сосуда в верхней половине несут ногтевые вдавления, оттиски рубчатого торца орнамен тира и вдавления, нанесенные под углом к поверхности сосуда. Все эти вдавления образуют один, два или несколько горизонтальных поясков.

Облик сосудов из развалов печен указывает на их принадлеж­ ность белозерской культуре с отдельными проявлениями бондарихин­ ской (ряды нанесенных под углом ямок) и кобяковской (хорошо выра­ женный уступ на боках сосудов) культур финального периода эпохи бронзы. Трудно пока говорить о том, где и когда взаимодействовали разнокультурные элементы названных синхронных культур, по отсюда же вытекает, что продвижение на Дон населения из юго-западных райо- нов в XII - X вв. до н.э. имело достаточно сложный путь.

Подтверждают предложеную выше культурно-хронологическую оценку и другие типы находок. В частности, в развалах печей обнаруже­ ны глиняные "колесики", служившие, вероятно, заглушками, в которые вставлялись сопла (рис.69,9,10), бронзовая ножевидная пластина с пара дельными лезвиями (рис.69,i1), плоский лопастевидный оселок с отверс­ тием на конце (рис.69,12) - изделия, характерные для белозерских ком­ плексов. Здесь же можно обратить внимание и на сходство топографи­ ческих условий и природно-географического фона дюны Терешковский Вал и белозерских поселений на Алсшкинских Песках [235], где тоже зафиксированы многочисленные следы металлургического производ­ ства, Черезвычайпо интересно отметить, что недалеко от одной из терешковских печей выявлено компактное скопление (видимо, в пределах наземной постройки, не прослеженной стратиграфически) развалов и фрагментов сосудов сабатииовского облика (рис.68,i-г). Данное обстоя­ тельство свидетельствует о неоднократности проникновения на Сред­ ний Дон представителей разных культур эпохи бронзы из пределов степного Поднепровья и низовий Волго-Донского региона.

*** Предпринятый выше обзор источников не исчерпывает имеющуюся археологическую базу для изучения бронзового века бассей­ на Дона. Ждут, в частноеги, своего объяснения материалы среднедне провской, фатьяповской, а также поздняковской культур, находки кото­ рых сопряжены не тощко с северной зоной Донского Лесостепья, но и с южными ее пределами. Специального анализа требуют и памятники КМК.

Рис.66. Материалы бондарихинского типа с Шиловсого поселения (по публикациям Ю.Г.Екимова и В.И. Ееседина).

1—11- сосуды;

12,13 - глиняные пряслица;

15 - керамическая заготовка ;

1ЛЯ пряслица;

14 - костяной псалий.

Рис.67. Стоянка Копанище 2. Комплекс вещей из бондарихинской постройки.

1-8-сосуды;

9- глиняное 1рузило;

10 - 20 - каменные изделия;

21- бронзовая пронизка.

Рис.68. Дюна Терешковский Вал.

Сосуды заклочительного этапа бронзового века.

Рис.69. Дюна Терешковский Вал.

Материалы заключительного этапа бронзового века.

1-8 - сосуды;

9,10 - глиняные "колесики";

11 - бронзовое лезвие;

12 - каменный оселок.

ГЛАВА V ПРИРОДНО-ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ СРЕДА, ЭТНОГЕНЕТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ И ОСНОВЫ ЭКОНОМИКИ Многообразная динамика природной среды не только оказывала и оказывает сильное воздействие на историю человечества, но н нахо­ дится с этой историей в закономерной взаимосвязи, что заставляет рас­ сматривать сами природные факторы в качесгве составного элемента хронологии и периодизации этапов истории, помогающего вскрывать причины изменений или смен культур в пространстве и времени [377, с.7-8].

Дон, наряду с Днепром и Волгой - крупнейшая река Восточной Европы, будучи связанным С Азовским, а через пего - с Черным морями, служил важной артерией для установления исторических контактов на­ селения своего бассейна с древними обществами Приазовья, Предкав­ казья и Кавказа - форпостами древнейших земледельческо- скотоводче­ ских и металлургических очагов. Бассейн Дона граничит на юго востоке с бескрайними полупустынными районами Прихаспия, охва­ тывает зону Степи и всю Лесостепь в меридианальном направлении, что позволяет улавливать здесь процессы, определяемые спецификой раз­ ных экологических систем. Возможности изучения проблем такого пла­ на заметно расширяются, сети учесть непосредственную географическую связь Донского бассейна с районами лесной зоны.

Бассейн Верхнего и Среднего Дона в значительной своей части (свыше 120 тысяч км 2 ) входит в зону Лесостепи и лишь на юге вклю­ чает северостспные пространства. Ландшафт лесостепной зоны - вол­ нистая равнина с густой сетью речных долин и балок. Географически здесь выделяются (с запада на восток) Восточно-Украйнская равнина с Донецким кряжем, часть Среднерусской возвышенности с Калачской возвышенностью па Правобережье Дона, Окско-Донская низменность, переходящая в Приволжскую возвышенность, а далее - Низкое и Высокое Заволжье. Единообразный ландшафт Лесостепи подчеркивается и общим направлением долин Днепра, Дона и Волги, создающим сходные ре­ гиональные ландшафтные комплексы. Так, долины правых притоков этих рек имеют, как правило, широтное направление, а долины левых притоков направлены меридианалыю. При этом последние имеют высо­ кий правый склон из коренных пород и низкий левый, сложенный из речных наносов. О степени развитости речной системы в Лесостепи можно судить по участку Дона в пределах Воронежской области, где насчитывается 588 рек длиной свыше 10-ти км [18, с. 129]. Это чрезвычай­ но существенный фактор, позволяющий предполагать легкость освоения Лесостепи водным путем не только меридианально (благодаря транзит­ ное™ больших рек), но и в широтном направлении, внутри самой лесо­ степной зоны. К примеру, верховья донского притока Иловли сближа­ ются до четырех километров с рекой Камышинкой - притоком Волги.

Это место, называемое "переволокой", исстари использовалось ДЛЯ пере­ хода из бассейна Дома в Вол су и обратно [155, с. 165].

Территорией Верхнего и Среднего Дона можно проиллюстрировать и морфологические особенности долин крупных рек Лесостепи. В верхо­ вьях долина Дона имеет небольшую глубину вреза и пологие склоны. В районе г.Епифани (Тульская область) долина расширяется до 15 км. Ни­ же, до южных Гранин Липецкой области долина сужается до зрех полутора километров. Неширокие поймы высоко подняты над уровнем воды, почти лишены озер-стариц. Здесь выявляются лишь две нижние надпойменные террасы Дона высотой 8-10 и 18-22 м. Долине свойственна переменная асимметрия коренных склонов. Они густо рассечены овра­ гами и балками. Последние имеют вид настоящих суходолов - безводных речных долин, вытянутых на 20-30 км. Южнее, па границе Липецкой и Воронежской областей, появляются Третья и четвертая террасы, а до­ лина Дона расширяется до 20-30 км, приобретая устойчивую правобе­ режную асимметрию. В пойме чаше встречаются озера-старицы. Еще ниже долина характеризуется увеличением ширины, причем высота склонов возрастает до 70-80 м, а балки придают им волнистый вид. Наи­ более значительные расширения долины приурочены к устьям Тихой Сосны, Икорца, Битюга, Черной Калитвы, Богучарки. Две нижние тер­ расы сложены песком и супесями, верхние террасы прикрыты лессовид­ ными суглинками. Лишь на юге, где Дон пересекает Калачскую возвы­ шенность, левый коренной склон становится хорошо выраженным в ре­ льефе. На северных участках значительную часть Левобережья зани­ мает ф;

повиогляциальный песчаный вал Днепровского оледенения, воз­ вышающийся над террасами па 25-40 м [214, с. 12-18].



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.