авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«С. К. С И ЗО В АХЕЙСКИЙ СОЮ З История древнегреческого федеративного государства (281-221 гг. до н.э.) ...»

-- [ Страница 3 ] --

Законы, как у ж е говорилось, принимались союзным со б р а­ нием, иногда их составляли номографы. Повиноваться им были обязаны как отдельные граж дане, т а к и целые полисы — чле­ ны федерации. С ам о собрание после и здания зак о на не имело п рава принимать противоречащие ему постановления64, так ое / / п одлеж ало отмене (Polyb. 28,7,8;

28,7,14;

38,13,7;

Liv. 32,22,3). Отметим два в аж н ы х обстоятельства: во первых, законодательны й порядок Ахейского союза был точно так им же, ка к в отдельных полисах;

во-вторых, союзные з а к о ­ ны касались, судя по имеющимся сведениям, только общ еф еде­ ральны х дел и не предписывали полисам, как реш ать их внут­ ренние вопросы.

Последний вывод в принципе относится и к делам, которые разб и р ал и сь союзным судом. П рактически все известные нам процессы были посвящены дел ам об измене ахейскому государ­ ству, под которой подразумевались: участие в м ятеже против союза и сепаратистских выступлениях, сношения с враж дебн ы м государством, подозрительная пассивность стратега в ходе во­ енной кампании65. Единственным исключением может выглядеть случай со спартанцем Хероном, которого стратег Ахейского со­ юза, прибывший в Спарту, по обвинению в убийстве «предал суду... и осудив, заклю чил в тюрьму» (Polyb. 24,7,7). Д у м а е т ­ ся все же, что уголовный суд не входил в компетенцию ф ед е­ ральны х органов, а в данном случае стратег обвинил Херона в спартанском суде и добился его осуждения. В ы раж ен и я.,.... допускаю т такое истолко­ вание. Кстати, приговор, выносимый единолично стратегом, счи­ та л с я «противозаконным» (Plut. Ar. 44,6 ) 66. Высшей судебной инстанцией союза яв л ял о сь собрание ахейцев — синод или синклит67. Вопрос о наличии в федерации особой коллегии су­ дей, по нашему мнению, является спорным. Несмотря на у т­ верждение Полибия (2,37,10), что все ахейцы имеют одних и тех ж е судей (.,. ), конкретных свидетельств о деятельности выборного федерального суда мы не имеем. Исследователи, как правило, ссылаю тся на два пас / с а ж а Полибия, где упоминаются федеральны е 68, од на­ ко в одном из них речь идет о приглаш енных с Родоса ино­ странны х арби трах (Polyb. 28,7,9 sq ), а в другом — об окру­ ж ении стратега-автократо ра Д иэя, которое «назначило судей»

/ / ^ ) д л я заранее обговоренного осуждения гипостратега С осикрата по ложным обвинениям (Polyb. 38,13,3).

П оскольку до этого «военный кабинет»69 Д и э я безо всякого су­ д а заклю чил в тю рьму ещ е нескольких человек, то и в данном случае Полибий п одразум евает то, что творился произвол и судьями оказал и сь подставные лица. Впрочем, провозглашение Д и э я стратегом-автократором д ав ал о ему «почти царскую власть» (Polyb. 38,13,7), в том числе и в судебной сфере. Т а ­ ким образом, вопрос о существовании законной федеральной коллегии судей пока следует оставить откры ты м70.

Компетенция федерального суда касалась, ка к уж е было сказано, наиболее серьезных дел, затр агив ав ш и х интересы сою­ за в целом. Поэтому приговоры, которые нам известны, преду­ с м атри вали самые тя ж е л ы е виды наказаний: см ертная казнь71, изгнание за пределы со ю за72, огромный ш траф в 30 и д а ж е 50 талантов, на практике обычно зам енявш ийся изгнанием73.

Отметим принципиально важ н ое обстоятельство: союзное соб­ рание считает себя вправе судить и ка р ать обвиненных в и зм е­ не людей, не сп раш ивая на то разреш ения полисов, чьими г р а ж ­ д ан ам и обвиняемые являлись;

приговор опять-таки не подле­ ж а л никакому утверждению на местах. Этот порядок п оказы ­ вает, что г р аж д а н е ахейских полисов рассм атрив ал и сь как л ю ­ ди, подчиненные федеральны м органам непосредственно, а не только как члены своих полисных коллективов, объединенных в союз. Т ак ж е и процедура обвинения не н у ж д ал ась в каких либо особых церемониях, отличавших союзный суд от суда в едином государстве. Обвинителем мог выступать любой г р а ж ­ данин (P au s. 7,12,2), не обязательно долж ностное лицо;

иног­ д а в один и тот ж е день на собрании и выдвигалось обвинение, и произносился приговор (Liv. 39,35,6 sqq).

К а к и другие федерации III в., Ахейский союз имел свое главное общесоюзное святилище. Оно находилось в центре Ахайи, в окрестностях города Эгия74, и бы ло местом почитания З евса Г ам а р и я («Союзного», «О бъединяю щ его»). Само имя ахейского бога75 и гл убок ая древность его культа (S trab o.

8,385) свидетельствуют о том, что некогда Г амарион я в л ял ся религиозным центром племенного союза. П осле формирования полисов и объединения их в федерацию Г ам арион стал местом проведения синодов (Polyb. 3,29,6;

S trabo. 8,385) и хранилищ ем стел с важ нейш ими договорными ак там и Ахейского союза (IvM.

39, v. 36 sq;

Polyb. 5,93,10). Таким образом, святилище Зевса Г ам ари я приобрело т а к ж е большое политическое значение, часть которого б ы л а затем отнесена и на счет города Эгия. Б ы ­ ло бы неправильным н азы вать Эгий «столицей» Ахейского сою­ з а 76: смысл устройства политического центра федерации в т а ­ ком месте, как Г ам арио н (или город-святилищ е Ферм в Это л ии ), к а к р а з и состоял в том, чтобы подчеркнуть равноправие полисов, не д а в а т ь привилегий ни одному из них. О днако б л и ­ зость Г ам ариона п р и д а в а л а Эгию все ж е особый вес в ф ед е р а ­ ции, и если после 255 г. синоды действительно проводились у ж е внутри городских стен, то именно этот полис иностранные п р а ­ вители или послы могли считать главны м в Ахейском госуд ар­ стве. Во всяком случае, Клеомен III послал г л а ш а т а я с о б ъ я в ­ лением войны именно в Эгий, несмотря на то, что стратег сою­ за в это время находился в Аргосе (P lut. Ar. 18,4).

Г амарион, несомненно, сохранял свою роль религиозного центра федерации и после того, к а к союз перерос рам ки собст­ венно Ахайи. Зевс Гамарий, «объединяю щий» бог, символизи­ ровал собой прочность союзных связей, почитание его д о к а зы ­ в ал о лояльность союзу. Власти полисов, вступающих в ф еде­ рацию, клялись его именем (Syll.3 490, v. 8 ), на союзных моне­ тах чеканилось его изображение. Н али ч ие такого общ егосудар­ ственного культа т а к ж е уподобляло Ахейский союз лю бому греческому полису, имевшему одного или нескольких богов-по кровителей. Кстати, помимо Зевса Г а м а р и я общесоюзными б о­ ж ествами яв л ял и сь Афина Г ам ари я (Syll.3 490, v. 8), а так ж е, видимо, Д е м е т р а П а н а х ей ск а я и Афина П а н а х ей ск а я (Paus.

7,20,2;

7,24,3).

Точно таким ж е символом государственного единства Ахей­ ской федерации сл у ж и л и монеты единообразного типа с оди­ наковыми и зображ ениям и. Н ум изм аты в ы деляю т «старшую» и «младшую » серии ахейских монет. С еребряны е триоболы «стар­ шей» серии на лицевой стороне имеют изображ ен и е головы З е з са Гамария, на обратной — монограмму АХ в лавровом венке.

Триоболы «м ладш ей» серии украш ены той ж е монограммой, но к ней д обавлены местные символы: в Сикионе — голубь, в Д и м е — рыба, в Коринфе — П егас и т. д. Л и ц е ва я сторона и зо б р а ж ае т голову Зевса Г ам ария, окруж енную опять-таки местными монограммами, сокращенными, а иногда и полными н азван иям и городов. Н аиб ол ее интересны медные монеты «младш ей серии»»: вновь Зевс Гамарий, но у ж е стоящий со скипетром, а на обороте — богиня, видимо, Д е м е т р а П а н а х ей ­ ская, си дящ ая на троне, и слова — «ахейцев аргивян», «ахей­ цев сикионян», «ахейцев мегалополитов» и т. д.77. « С тарш ая»

серия, как видно из этого описания, более подчеркивала единст­ во союза, « м л ад ш ая» — автономию его членов, чеканивших ф е­ д еральную монету. Н а ч а л о «младшей» серии ранее относили к так им переломным моментам ахейской истории, как в озрож д е­ ние союза в III в78, присоединение Сикиона 79, победа в Клео меновой войне80, но теперь, изучив состояние монет в кл ад ах II в., исследователи склоняются к датировке, близкой к 195 — 190 гг.81.

Полибий (2,37,10) с гордостью заявляет, что ахейцы поль­ зуются «одной и той ж е монетой», однако монетное дело союза бы ло д алеко от полной централизации. Ф едеральн ы е монеты чеканились полисами, хотя и по единому стандарту. Примерно половина городов, когда-либо входивших в Ахейский союз, че­ ка н и л а только медную союзную монету, 18 или 19 полисов во­ общ е не выпускали ф едеральн ы х монет82. П о крайней мере, часть из них, а т а к ж е полисы, чеканившие монету с союзными символами, п ро до л ж ал и выпускать и свою собственную без зн а ­ ков принадлежности города к Ахейской ф едераци и 83. Н адо по­ л агать, что д а ж е если «старш ая» серия ч екани лась на каком-то едином федеральном монетном дворе (что ещ е надо д о к а за т ь ), то и в это время монополии союза на серебряный и тем более медный чекан не сущ ествовало;

вообще монеты «старшей» се­ рии довольно редко встречаю тся в кладах. В этом отношении Ахейский союз отличался от федераций, полностью монополизи­ ровавш их выпуск серебряной монеты (Этолия, Ф ессалия II в. и т. д.). О днако само наличие ахейских монет показательно: ни в одной симмахии, в отличие от федеративны х государств, об­ щ есою зная монета не чеканилась. Таким образом, политиче­ ский смысл ахейских символов на монетах вполне ясен.

С лож нее д ать оценку этому явлению с экономической точки зрения. Если введение на территории союза единых мер и весов (Polyb. 2,37,10), безусловно, долж но было способствовать об­ легчению торговых связей внутри Пелопоннеса, где чисто а г ­ рар н ы е полисы соседствовали с ремесленно-торговыми ц ен тра­ ми, и само образование Ахейского союза принесло пользу внут­ ренней торговле, то чеканка монет с ахейскими символами пре­ сл ед о вал а, очевидно, иные цели. Монеты государств П елопон­ неса и ранее были легко взаимозам еняем ы на основе эгинского стандарта, и ахейские триоболы п родолж али ту ж е традицию.

М. Томпсон предполож ила, что ф едеральны е монеты п р ед н а зн а­ чались исключительно д ля оплаты войск Ахейского сою за84.

В озмож ны и другие мнения. Во всяком случае, есть больше ос­ нований говорить о политических, чем об экономических з а д а ­ чах чеканки монет, имеющих союзную символику.

Поскольку Ахейский союз брал на себя обязанность обеспе­ чивать безопасность полисов военными и дипломатическими средствами, он д о лж ен был иметь особую союзную казну. Ф е­ д еральны е средства шли главным образом на оплату наем ни­ ков и содерж ание собственно ахейских войск во время военных кампаний (Polyb. 5,30,5 sq;

5,91,4;

28,13,13). Иногда появлялись другие статьи расходов, требовавш ие крупных сумм. Например, сод ер ж ан ие македонской армии в Пелопоннесе в 218 г. стоило ахейц ам не менее 130— 150 тал антов (Polyb. 5,1,11 sq), выкуп рабов италийского происхождения у ахейских раб овлад ельц ев обош елся союзу примерно в 100 талантов (194 г., Liv. 34,50,6).

Определенных средств тр еб ов ал а сою зная дипломатия. Все эти расходы возм ещ ались полисами, плативш ими еж егодные взно­ сы — (Syll.3 531, v. 4;

Polyb. 4,60,4;

4,60,9;

5,30,5;

5,91,4;

5,94,9). Эти п латеж и в союзную казну были регул ярн ы ­ ми, судя по тому, что на определенный срок (несколько лет) мог предоставляться иммунитет тому или иному полису (Polyb.

24,2,3). Р азм е р взносов, очевидно, не был постоянным и зависел от нужд федерации в данный момент. В 217 г. города, получив известие о зах в ате крупной военной добычи, надеялись на д а л ь ­ нейшее облегчение налогового бремени (Polyb. 5,94,9). М еха =э ' низм сбора средств д л я уплаты нам неизвестен. Н а ­ до полагать, что ка ж д ы й город реш ал эту проблему по-своему, а федеральны е власти только следили за своевременным по­ ступлением средств от полисов85. Н аличие единого ф ед ерал ьн о ­ го подушного н ал о га86 крайне маловероятно, ибо это потребо­ в ал о бы огромного ш тата сборщиков и соответственных р ас х о ­ д ов на их содержание, да и вообще не имело бы прецедентов в Греции. Тем не менее, по крайней мере в ряде полисов, отдель­ ные г р аж д а н е были обязаны «участвовать... в уплате союзных ~ =3 I I ' I ~ t взносов» ([ ]... [ = ~ ] : : Syll.3 531,. 32 s q q ) 87. По-видимому, полисы Ахей­ ского союза, как и других федераций, об л а гал и специальным налогом на ф едеральн ы е нужды своих гр аж д а н, т. к. обычных городских доходов было недостаточно88. Д ругим и средствами пополнения ф едеральной казны была п р о д а ж а военной добычи и пленных (Polyb. 5,94,9;

5,95,12;

Liv. 28,8,10;

P lut. Ar. 24,1), a т а к ж е получение денег в дар от союзных монархов (Polyb.

22,9,3;

24,6,3). Р асп о р я ж а л о с ь расходами федерации союзное собрание, непосредственный контроль за состоянием финансов осущ ествляли стратег, дамиурги и казначей.

Д л я прочности Ахейского союза как единого государства ог­ ромное значение имела боеспособность его вооруженных сил.

5 Заказ Они состояли из собственно федеральной постоянной армии, со­ зы ваемого время от времени ополчения всех союзных полисов и небольшого ахейского флота. В относительно мирное время и в ходе тех кампаний, которые велись в основном силами других д ер ж а в, Ахейский союз ограничивался содерж анием постоянно­ го федерального войска из наемников и «эпилектов». Корпус гэ ' («отборные») состоял из молодых г р а ж д а н р азл и ч ­ ных полисов сою за89 — там служили мегалополиты, аргивяне (P olyb. 5,91,7), воины из Димы, Эгия (Polyb. 5,17,4) и других городов. Отличие эпилектов от всенародного союзного ополче­ ния зак л ю ч ал ось и в том, что этот корпус был ограничен по со­ ставу и действовал постоянно, а не только в критических си туа­ циях, и в том, что это было действительно единое ахейское вой­ ско, а не механическая сумма ополчений разли чн ы х полисов.

Численность эпилектов в конце Клеоменовой войны и в течение всей Союзнической войны, т. е. в 222— 217 гг., бы ла постоян­ ной: 3 тысячи пехотинцев и 300 всадников (Polyb. 2,65,3;

4,10,2;

5.91.6). Помимо участия в больших походах и сраж ениях, эпи л екты выполняли и свои специфические задачи. Они и до созы ­ ва, и после роспуска всеахейского ополчения находились в бое­ вой готовности, охран яли границы от внезапны х нападений в р а ­ га, несли гарнизонную службу, осущ ествляли быстрые и неож и­ д ан ны е д л я противника операции90. К ом ан довал эпилектами л и ­ бо стратег, либо по его поручению какой-то военачальник, не обязател ьн о ахеец (Polyb. 4,10,2;

5,92,10;

5,94,1;

16,37,3). Л ивий (32,25,6) сообщает, что отборное войско ахейцев вклю чало в себя представителей всех полисов, но, естественно, это не о зн а ­ чает, что каж ды й город д елегировал туда одно и то ж е число воинов. В 217 г. синклит постановил, что третья часть корпуса эпилектов д о л ж н а состоять из аргивян и мегалополитов, т. е.

г р а ж д а н двух крупнейших полисов союза (Polyb. 5,91,6 sq).

Д р у г а я постоянно действую щ ая часть ахейской армии со­ стояла из наемников, сл у ж б у которых оп лачи в ал а ф ед ер а л ьн ая к а з н а 91. К а к и прочие государства эллинистического мира, Ахейский союз не мог обойтись без наемного войска, которое у ч аствовало практически во всех военных кам п ан иях ахейцев92.

В 217 г. в ахейской армии было 8,5 тысяч наемников (Polyb.

5.91.6) — больше, чем эпилектов. Наемники т а к ж е несли посто­ янную службу: составляли гарнизоны некоторых крепостей, ох­ ран ял и территорию союза от неожиданных набегов извне ( P o ­ lyb. 2,58,3;

5,92,10;

P lu t. Cleom. 17,7).

Ахейцы вели военные действия почти исключительно на т е р ­ ритории Пелопоннеса, поэтому всенародное ополчение93 о б ъ я в ­ л ял ось довольно редко, обычно лишь в тех случаях, когда пред­ стояло нанести реш аю щ ий удар противнику (например, совер­ шить поход в Л ак о н и ю ), или, наоборот, над самим Ахейским союзом нависала серьезная угроза. В ополчение были обязаны явиться, получив приказ, все гр а ж д а н е в боеспособном возрас С= =Э /ч/ С= те ( : Polyb. 16,36,3;

P lut. Ar. 25,4). Р еш ение о созыве всеобщего граж данского ополчения принималось обыч­ но союзным собранием (Polyb. 4,7,5;

28,12,2;

Liv. 32,23,3), но это мог сделать и гегемон союза, каковым с 224 г. стал ц а р ь Македонии (Polyb. 4,67,8;

5,17,9), и ахейский стратег (Polyb.

16,36,1 sqq;

38,15,7;

P a u s. 7,12,6). Ополчением каждого полиса ZD ' ком андовали местные начальники —, один д л я пе­ хоты и один д л я конницы94. Именно они получали приказ с т р а ­ тега о выступлении в поход и вели вооруженных г р аж д а н в у к а ­ занное стратегом место (Polyb. 16,36,3;

38,15,7). Иногда, если того требовали обстоятельства, в ополчении участвовали г р а ж ­ д ан е лиш ь одного или нескольких полисов, б ли ж айш их к т е а т ­ ру военных действий (Polyb. 4,13,1;

5,95,7).

Основу ахейской армии в сражении со став л ял а ф ал а н га из гоплитов95, или т. н. «панцирных воинов» ( ) 96. Кроме фаланги, в сраж ен и ях у частвовала л егка я пехота97, в которой важ ную роль играли прославленные пращ ники из Ахайи ( P o ­ lyb. 4,61,2;

Liv. 38,29,3 sqq). Из заж иточн ы х гр а ж д а н форм иро­ в ал ас ь конница (Polyb. 10,22,9;

11,11,4;

P lut. Philop. 7,4), часть которой т а к ж е составляли наемники (Polyb. 4,37,6). О хра н я л берега Ахайи и участвовал в редких наступательны х морских операциях немногочисленный ахейский флот из нескольких д е ­ сятков военных к о рабл ей 98. Н аибольш ее значение имели сухо­ путные войска. П осле присоединения к союзу Аргоса и М ега лополя ахейцы могли выставить на поле боя солидные силы — до 20 тысяч воинов. Однако, по крайней мере до времен Ф и л о­ пемена, ахейская арм ия не снискала себе л авров в борьбе с серьезными противниками. Обычно это объясняю т тем п еч ал ь ­ ным д л я ахейцев обстоятельством, что выдаю щ ийся политик Арат, занимавш ий столько лет долж ность стратега, был совер­ шенно непригоден к роли командую щего войсками на поле с р а ­ жения. Это ф ак т общеизвестный, но не следует забы вать, что само военное дело в государстве ахейцев вплоть до реформ Ф и ­ лопемена было запущ ено до крайней степени. В то время ка к все лучшие армии эллинистического мира у ж е давно в о о р у ж а ­ лись и организовы вались по македонскому образцу, ахейское оружие было устаревшим, ф ал а н га — недостаточно сомкнутой и маневренной (P lut. Philop. 9,2 sqq). Только мегалополиты и только в 224 г. получили македонское оруж и е и македонскую выучку (Polyb. 2,65,3;

4,69,4 sq;

5,91,7). Кроме того, у си л и ва­ лось типичное д л я эпохи кризиса полиса пренебрежение к д и с­ циплине и вообще к военной службе, особенно среди богатых граж дан, служ ивш их в коннице (Polyb. 10,22,6 sqq;

Plut. Philop.

7,4). Таким образом, если сами принципы военной организации в Ахейском союзе были вполне удачными и отвечали специфи­ ке этого объединения столь разнородных п оли сов", то ф акти ­ ческое состояние армии почти до самого конца III в. было не­ удовлетворительным, что и сказалось в годы тяж ел о й войны со Спартой и ее царем Клеоменом III. Только к концу III в. т а ­ кой крупный и талантли вы й военный организатор и полководец, как Филопемен, сумел сделать ахейское войско действительно грозной боевой силой, по крайней мере, по греческим м а сш та­ бам.

В заключение этого обзора ахейского союзного устройства имеет смысл еще раз вернуться к вы сказы ван иям Полибия о том, что политический строй союза представляет собой «истин­ ную д ем ок р ати ю »100, а степень единства, достигнутая в этой федерации, позволяет уподобить ее огромному монолитному по­ лису (Polyb. 2,37,11). К ак видно из противопоставления «демо­ кратического» ахейского и «аристократического» — римского государства у П олибия (ср. 23,12,8 и 23,14,1), он имел в виду не равенство полисов в союзе (так истолковали его слова неко­ торые и ссл ед о в ате л и )101, а равенство всех гр аж дан. Мы уж е ви­ дели, что определенные ф ормальные основания д л я того, что­ бы говорить о демократичности ахейского строя, имеются: п р а ­ во всех гр аж д а н присутствовать на синодах и синклитах, п р а ­ во любого ж елаю щ его выступить и внести свое предлож ение на со б р ан и и 102, выборность всех властей и некоторые другие чер­ ты ахейского строя являлись, несомненно, демократическими.

П редполож ение о существовании имущественного ценза д ля полного права г р аж д а н с тв а в Ахейском сою зе103, видимо, безос­ новательно. Слова П а всан ия (7,16,9) о том, что римляне после завоеван и я Пелопоннеса в 146 г. «упразднили демократии и ввели правление, основанное на цензе», д о к азы в аю т скорее об­ ратное. «Д емократией» ахейский политический строй именовал­ ся и в официальных докум ентах (Syll.3 665, v. 17).

Тем не менее, полностью правы антиковеды, которые почти единодушно считают, что на практике власть в союзе находи­ л ась в руках узкого круга заж иточны х и влиятельны х граж дан, элиты полисов Пелопоннеса. В этом смысле «демократия» в Ахейском союзе была точно такой же, ка к и в обычном э л л и ­ нистическом полисе. Исход выборов долж ностны х лиц ф ед ер а­ ции зависел главны м образом от позиции имущих кругов (P o ­ lyb. 10,22,9;

Plut. Philop. 7,4), присутствие на синоде большой массы ремесленников и мелких торговцев считалось редкостным явлением (Polyb. 38,12,6), о чем свидетельствует т а к ж е приня­ тие в конце III в. закона о компетенции синклитов. Политиче­ ск ая пассивность основной части граж дан, типичная д ля э л л и ­ нистических полисов, у сугублялась в Ахейском союзе и рядом конституционных особенностей крупного федеративного госу­ дарства, которые по сути препятствовали подлинному во л еи зъ­ явлению народа. Р егул яр н ы е народные собрания проводились намного реже, чем, например, в Афинах, д а и посещение их бы ло проблемой д л я рядовых г раж дан. М егалопольскому р ем ес­ леннику или крестьянину нужно было потратить не менее ш е­ сти дней только на дорогу в оба конца, чтобы посетить синод в Эгии (Polyb. 2,55,1). Н асколько можно судить, присутствие на синодах и выполнение государственных долж ностны х о б я з а н н о ­ стей в союзе не о п ла ч и в ал о сь 104 и поэтому было доступно т о л ь ­ ко лю дям с достатком. К рай няя редкость народных собраний, огромные полномочия властей в ущерб п рав ам выборного со­ вета считались бы в V в. признаками типично аристократиче­ ского строя, однако в Ахейском союзе вполне серьезно это име­ новалось «демократией». Этот пример еще р аз доказы вает, что понятие «демократия» в эпоху эллинизм а стало очень широким и р асп л ы в ч аты м 105.

Что касается подобия Ахейского союза единому полису, то приведенный здесь обзор данных об устройстве этого объедине­ ния свидетельствует о том, что это не просто метафора. Н а л и ­ чие не только общих законодательны х и исполнительных о р г а ­ нов, но и общего г раж дан ства, союзного суда, союзных законов, постоянного войска, а т а к ж е тот факт, что центральны е органы имели дело не только с целыми полисами, но и отдельными их гр аж д а н а м и, — все это х арактери зует Ахейский союз как ед и ­ ное государство. О днако это было государство не унитарное, ка к отдельный полис, а федеративное, поскольку входившие в него города о б л а д а л и собственным государственным суверени­ тетом. Т ак считают почти все современные исследователи от Фримэна и М ищенко до Л ар с ен а и Уолбэнка. О том, насколько обоснованным яв л яется это определение, мож но будет судить, рассмотрев взаимоотнош ения центральны х органов и отдельных полисов в Ахейском союзе.

Глава ФЕДЕРАЦИЯ И ПОЛИС С Т О Р И Я роста Ахейского союза после вступления С икиона показывает, что присоединение почти к аж д ого полиса не обходилось без элем ента насилия и п р и н у ж д ен и я1. Однако в ка ж д о м случае вхождение полиса в Ахейский союз о ф о р м л я­ л о с ь как равноправны й договор двух сторон, который именуется foedus у Л и ви я (38,31,2;

38,32,8;

38,33,9). Полибий пишет, что по поводу присоединения каж д ого нового полиса воздвигалась, очевидно в Гамарионе, особая стела, где были заф иксированы усл ов и я членства полиса в союзе (Polyb. 23,4,14;

23,17,2;

24,2,3;

24,9,14)2. В частности, при вступлении в ф едерацию Спарты спе­ ц иал ьн о оговаривался зап рет в озвр ащ ать в Л ак ед ем о н и згнан­ ников (Polyb. 23,4,14;

24,9,14);

стела по поводу приема Мессе нии в союз п ред усм атривала определенные льготы этому поли I су ( ), том числе налоговый иммунитет на три года (Polyb. 24,2,3). Л и терату рн ы е источники показы ваю т, что после заклю чения договора с обеих сторон д ав ал и сь клятвы соб лю дать его, соглаш ение ратиф ицировалось постановлением союзного собрания и затем уста н а вл и в ал ась стела (Polyb.

23,17,5 sqq;

23,18,1;

24,8,5;

24,9,14;

Liv. 39,37,16;

P lu t. Ar. 35,5).

Такой порядок приема полиса в Ахейский союз п о д тв ер ж д а­ ется отрывочными текстам и двух надписей: из Орхомена (Syll. 490) и Эпидавра (SEG. XI. 401). П е р ва я из них упоминает клятву, которую д а в а л и власти союза и полиса (v. 5 sqq), с о б я­ зательством следовать в будущем всем полож ениям, имеющим ~ ГЭ СГ, ся «на стеле, в соглашении ( ) и в псефисме, принятой Ахейским союзом» (v. 9 sq). В то рая надпись т а к ж е говорит о «стелах» (v. 12) и каком-то постановлении, к а саю ­ щ ем ся ахейцев и Орхомена (v. 2). К а к а я именно стадия про­ цесса присоединения к союзу отраж ен а в самих этих докумен­ тах, неясно. Л ибо эти надписи представляли собой копии ахей­ ской псефисмы, либо, скорее, самой стелы. Н ачальн ы е строки, частично уцелевшие на камне из Эпидавра, даю т некоторое представление о гарантиях, которые д ав ал и сь полису при вступ­ лении в федерацию. Ахейцы брали на себя обязательство не зан и м ать Эпидавр гарнизоном и, очевидно, не менять го су д ар ­ ственный строй этого полиса3;

д ал ее в каком-то контексте речь идет о городских или ф едеральны х судах и зак он ах (v. 8 sqq).

Со строки 15 и до конца сохранившейся надписи излагались у с­ л овия урегулирования территориального спора Эпидавра с К о­ ринфом, к тому времени уж е вступившим в Ахейский союз.

Н адпись из Орхомена, наоборот, содерж ит в себе только з а ­ ключительную часть такого ж е документа. Здесь сохранились:

упоминание о ш тр а ф е в 30 тал анто в или д а ж е смертной казни по судебному приговору ахейцев, очевидно, д л я того, кто пред ­ л о ж и т нарушить договор (v. 1 sq q);

перечень тех представите­ лей союза и полиса, которые обменялись клятвами, и текст с а ­ мой клятвы (v. 5 sqq );

запрет в течение 20 лет отчуж дать к л е ­ ры ахейских поселенцев в Орхомене (v. И sqq);

запрет пресл е­ д овать судом за прошлые дела Н еар х а (скорее всего, бывшего т и р ан а) и его сыновей (v. 14 sqq);

угроза суда д ля похитите­ лей золотой статуи Ники из М егалополя, укрывшихся в О р х о ­ мене (v. 17 sqq).

Таким образом, об язательства союза и полисов при вступ­ лении их в федерацию известны нам лиш ь в общих чертах, при­ чем б ольш ая часть имеющихся сведений о содерж ании стел о т­ носится к второстепенным д еталям, специфическим д ля к а ж д о ­ го полиса — Спарты, Мессении, Эпидавра, Орхомена. Тем не менее, отрывки надписи из Эпидавра показы ваю т, что на стеле фиксировались и фундаментальные, долговременные гарантии прав полиса, вступившего в союз4. О днако судить об этих п р а ­ вах и соблюдении их союзными органам и мы можем, только изучив фактическое положение дел.

Ахейские полисы и в рам ках союза сохраняли многие п риз­ наки государственного суверенитета. Во-первых, они продол ­ ж а л и жить по собственным законам и и здавал и новые, регу­ лировавш ие внутреннюю ж изнь г раж дан ской общины и некото­ рые связи ее с внешним миром, разумеется, не подрывающие единства внешней политики сою за5. Во-вторых, ка к у ж е гово­ рилось, ф едеральны й суд р а зб и р ал исключительно дела, к а с а в ­ шиеся интересов союза в целом, в то время ка к тяж бы местно­ го значения, например дела фальшивомонетчиков, нарушителей местных законов и постановлений и т. п., рассм атривали сь в судах полисов. П ри этом выносились приговоры: см ертн ая казнь (Syll.3 530;

P a u s. 7,12,8), изгнание (P lut. Philop. 13,7), конфискация имущ ества (P lut. Ar. 44,5), уп л а та ш траф а (IG.

V. 2. 433, v. 13 sqq;

GDI. 1615, v. 9), тюремное заключение ( P o ­ lyb. 24,7,7), атимия, действие которой распространялось на весь Ахейский союз (GDI. 1615, v. 11). В-третьих, известную обособ­ ленность сохраняли контингенты ахейских полисов в союзном ополчении, ком андовали ими, как мы уж е видели, местные ко­ мандиры. Более того, отдельные полисы имели право содер­ ж а т ь свои наемные отряды и использовать их д ля самообороны (Polyb. 4,60,9 sq, ср.: Syll.3 600, v. 17). В-четвертых, внутри по­ лисов сущ ествовала местная налоговая система, отдельным л и ­ цам по решению полиса мог д ав ать ся иммунитет (SEG. XI. 1107, v. 6 sq).

В аж нейш им признаком суверенитета являлось понятие по­ лисного г раж дан ства н аряду с общесоюзным. Такое «двойное граж дан ство » исследователи справедливо считают главной от­ личительной чертой греческих федераций, подобных Ахейскому союзу6, поскольку оно невозможно ни в независимом полисе, ни в симмахии. Вступая в федерацию, сикионяне, коринфяне, ме галополиты «становились ахейцам и»7, т.

е. приобретали новый этникон8 и вместе с ним п рава гр аж д а н с тва в Ахейской ф ед е­ рац и и 9. О том, что союзное граж данство — реальное понятие, которое влекло за собой определенные права и обязанности, свидетельствуют отдельные факты предоставления ахейской «политии» иностранцам. В 167 г. делосцы, б еж авш и е с родного острова «в Ахайю», были внесены в списки ахейских г р а ж д а н ( ) и на этом основании собирались судиться с аф и н ян ам и согласно нормам ахейско-афинского правового сог­ л аш е н и я (Polyb. 32,7,3). В 185 г. у ж е упоминавш ийся К ассандр с Эгины участвовал в заседании ахейского синода явно в ка ч е­ стве федерального г раж да н и н а, ибо его остров с 210 г. уж е не входил в Ахейский союз (Polyb. 22,8,9 sqq). Ахейское г р а ж д а н ­ ство было предоставлено в 165 г. К ассандру из Троады (Syll.a 665, v. А, 10), на этот раз, правда, скорее символическое10. Д р у ­ гой вопрос: можно ли было реали зовать ахейские г р аж д а н с к и е права, не записавш ись предварительно в гр аж дан ски й коллек­ тив какого-либо полиса в Ахейском союзе?1 Ответить на него трудно, поскольку в источниках по Ахейскому союзу ни о су­ ществовании «чисто ф едеральны х» граж дан, ни о порядке о б я ­ зательной н атурализации их в каком-либо полисе12 сведений нет. Н о само понятие союзного г раж дан ства у ахейцев имело под собой вполне реальны е основания13.

В то ж е время полисы, вступая в союз, сохраняли и собст­ венные обособленные граж д а н с ки е коллективы: иначе они пере­ стали бы существовать как полисы. Они самостоятельно конт­ ролировали состав своей граж данской общины, пополняли ее новыми членами, лиш али отдельных людей гр аж д а н с к и х прав, причем эти решения яв л ял и сь окончательными и автоматически приводили к дарованию или лишению федерального г р а ж д а н ­ с т в а 14. Г р аж д ан е союза по-прежнему назы вали своей родиной / ( ) не всю федерацию, а только свой полис15. Внутри сою­ за они именовались «сикионянами», «коринфянами», «мегало политами»;

а за рубеж ом — «ахеец из Сикиона», «ахеец из Эгиры», «ахеец из Аргоса» ( I G II2. 2314, v. 17;

2316;

v. 6;

XII. 9.

1187, v. 34). Н а монетах с ахейской символикой, как уж е гово­ рилось, чеканились надписи: «ахейцев сикионян», «ахейцев аргивян» и т. д. Это реально о т р аж ал о сущ ествование «двойно­ го» — в полисе и в союзе — граж данства.

Д о какой степени г раж дан ски е общины Ахейского союза ос­ тав ал и сь обособленными друг от друга, мож но судить на при­ мере списка жителей Эпидавра, погибших в битве на Истме в 146г. (IG. IV.2 1.28). В списке сн ачала перечисляются г р а ж д а ­ не Эпидавра с указан ием филы, а затем, без такого у казан ия — I I (v. 59), т. e. гр а ж д а н е других ахейских полисов, живш ие в Эпидавре, наравне с метеками. Несомненно, они не имели в этом городе полных политических прав, п о­ скольку не были приписаны к филам. То ж е можно ск азать и о любом другом полисе Ахейского со ю за16. С лож нее ответить на вопрос о том, имели ли ахейцы, п рож ивавш ие за пределами сво­ его полиса, какие-то привилегии по сравнению с обычными ме­ теками в том городе союза, где они обосновались. В Халкид ском союзе IV в. г р а ж д а н е федерации имели в любом полисе Халкидики права приобретения земельной собственности — ID, =Э f — и заклю чения законного б р ак а — (Хеп.

Hell. 5,2,19). Относительно других федераций IV и III вв. таких данны х нет. Мнения исследователей по этому поводу р азд е л и ­ лись — одни считают пример Халкидики типичны м17, другие это осп ар и в аю т18. Р я д надписей, в которых г р а ж д а н е одного горо Z' D д а федерации получаю т в другом индивидуальное право 19, казалось бы, свидетельствует, что ф едеральное г р а ж ­ данство само по себе такого права не д ав ал о. О днако в грече­ ских декретах люди нередко символически н агр аж д а ю т ся теми правами, которые у ж е и так им пр ин ад л еж ат. Что касается Ахейского союза, то отрывочные сведения, имеющиеся у нас, не позволяют с уверенностью утверж дать, что ахейцы имели ' ' = права и на всей территории сою за20. Вопрос этот слишком важен, чтобы считать его окончательно реш ен­ ным и д ел ать категорические выводы на основе спорных д о к а ­ зательств. В любом случае следует отметить, что и в этом от­ ношении создание федераций отвечало интересам собственни =' э ков, которые гораздо легче могли получить право в по­ лисе своего союза, чем в другом государстве.

Вернемся, однако, к вопросу о соотношении прав ф ед ер а­ ции и полисов. Д о сих пор речь шла главны м образом о п риз­ н аках суверенитета полисов в Ахейском союзе. В научной л и ­ тературе п реобладает мнение, что ахейские полисы п ользова­ лись значительной свободой и самостоятельностью, вм еш ател ь­ ство центральных органов в их внутренние д ел а допускалось только в крайних сл уч аях 21. Впрочем, некоторые исследователи, особенно А. Д ж ован ни н и, даю т иную оценку отношениям ф е­ дерации и полисов в Ахейском и подобных ему государствах:

союз контролировал почти все сферы ж изни каж д ой г р а ж д а н ­ ской общины22, «власть центральных органов над членами сою­ за не зн ал а ограничений»23. Ф. Г. М ищенко предположил, что разн ы е полисы о б л а д а л и различной степенью самостоятельно­ сти в зависимости от со держ ан ия того или иного договора го­ ро д а с ф едерацией24. Такое несовпадение точек зрения во мно­ гом объясняется неоднозначным х арактером фактов, на основе которых можно д е л а т ь выводы по этому вопросу.

С одной стороны, имеется ряд свидетельств о том, что поли­ сы Ахейского союза, подобно полисам в эллинистических мо­ нархиях, подчеркивали свою самостоятельность, о б р ащ а ясь к центральны м орган ам не иначе, ка к с помощью посольств, от­ п рав л яем ы х «к ахейцам», словно в иностранное государство25.

К огда ахейцы поставили гарнизон и поселили колонистов в Мантинее, это было сделано, с формальной точки зрения, в от­ вет на просьбу правящ ей в этом полисе группировки (Polyb.

2,58,1). Точно т а к ж е по предложению местных властей ахей­ ский отряд был выведен из Кинефы (Polyb. 4,17,7 sqq). П ока ко­ ринфяне не перешли на сторону враж дебной Спарты, Арат и другие руководители союза «не осмеливались» вернуть Акро коринф М акедонии «против воли коринфян» (Polyb. 2,51,6).

С другой стороны, гарнизон А крокоринфа с самого н ач ал а состоял из «ахейцев», на подмогу ему в р а зг а р Клеоменовой войны были направлены всадники и наемники д л я подавления возможного м ятеж а (Polyb. 2,52,4;

P lu t. Ar. 24,1;

40,5;

Cleom.

17,7). И в том, и в другом случае сами коринфяне были прос­ то поставлены перед фактом. Когда Филипп V в 218 г. передал ахейцам захваченную им Псофиду, в городе немедленно был поставлен ахейский гарнизон во главе с сиконянином Просла ем (Polyb. 4,72,9). С некоторыми полисами союзные власти об­ ходились не как с равноправны ми членами федерации, а к а к с зависимыми общинами. Подобно египетским, пергамским и другим эллинистическим царям, они ставили во гл аве таких полисов, как Кинефа и Псофида, полномочных представителей I ~ ' с D I ~ союза с титулами « » или «о » (Polyb. 4,17,5;

4,72,9)26. Поселение ахейских клерухов в М антинее (Polyb. 2,58,1) и Орхомене (Syll.3 490, v. И sqq), хо­ тя и с формального согласия этих полисов, т а к ж е ставило их в несколько приниженное положение по сравнению с другими. В годы II М акедонской войны Аргос, недовольный заключением ахейско-римского союза, был вынужден принять федеральный гарнизон (Liv. 32,25,6 sqq). В Мантинее А рат д а р о в а л местное г раж дан ство какой-то части метеков (P lu t. Ar. 36,2)27. Вопрос о возвращ ении изгнанников, крайне болезненный д ля любого полиса, реш ал ся только союзными о р ган ам и 28. П редставители ф едеральны х властей иногда активно вмеш ивались во внутри полисные конфликты. Арат в 217 г. по решению союзного соб­ рания был отправлен в М егалополь в качестве посредника д л я урегулирования возникшего там спора двух группировок по р я ­ ду политических вопросов, касавш ихся только этого полиса ( P o ­ lyb. 5,93,1 sqq). У ж е упоминавш ийся сп ар танец Херон в 180 г.

был осужден за уголовное преступление после вмеш ательства ахейского стратега (Polyb. 24,7,7). Д ругой стратег союза поме­ ш ал мегалополитам привести в исполнение их приговор об изг­ нании Филопомена (P lu t. Philop. 13,7).

Не менее п оказательны и факты, относящ иеся к сфере со­ циальной и экономической жизни ахейских полисов. В годы Сирийской войны Ахейский союз запретил входящ им в него по­ лисам вывозить хлеб за пределы ф едерации (SEQ. XI. 1107, v. 15). В преддверии Ахейской войны, в 147 и 146 гг., союзные стратеги-автократоры Критолай и Д и эй п рик азы вал и полисам приостановить долговы е тяж б ы и взы скание долгов, освобо днть определенное количество рабов и включить их в ополче­ ние (Polyb. 38,11,10;

38,15,3). П равд а, последний пример не мо­ ж ет считаться типичным, поскольку никогда ран ьш е за всю ис­ торию Ахейского союза подобных мер не принималось, да и с а ­ ма ситуация была исключительной.

Все перечисленные случаи в м еш ательства центральных со­ юзных органов во внутреннюю ж и зн ь ахейских г р аж дан ски х общин могут создать впечатление, что полисы в Ахейской ф е­ д ерации не имели никаких гарантий автономии и тем более суверенитета. О д н ако упоминание о так их г аран ти ях в н адпи ­ си из Э пидавра (S EG. XI. 401), о которой у ж е ш л а речь в этой'!

главе, д о к азы в ает обратное. Очевидно, прав Ф. Г. Мищенко, утверж давш ий, что степень свободы полисов союза была не­ одинаковой. Если Эпидавру была д ан а г ар ан ти я не зан и м ать город ахейским гарнизоном, то, например, Коринфу такого обе­ щ ани я ахейцы д ат ь не могли: слишком большое стратегиче­ ское значение имел Акрокоринф, чтобы доверить его охрану самим коринфянам. О днако не следует заходить слишком д а л е ­ ко и п р едполагать какую-то разницу в таких правах, как соб­ ственная юрисдикция полиса, право регулировать состав г р а ж ­ данского коллектива и т. п. Здесь д олж н о было сущ ествовать единообразие29. Трудно сказать, что конкретно фиксировалось на стелах, а что просто считалось само собой разруш аю щ и м ся, обычным порядком вещей. Во всяком случае, все приведенные здесь примеры показы ваю т, что вм еш ательство союзных о р га ­ нов во внутренние д ел а полисов явл ял о сь скорее исключением, чем правилом. Видимо, при этом нередко н аруш али сь п р ав а членов федерации: в сложной обстановке, в кризисных си ту а­ циях обычные нормы взаимоотношений союза и полиса соблю ­ д а т ь было очень трудно. Например, как мы у ж е видели, г р а ж ­ д ан ски е общины самостоятельно выносят самы е суровые при­ говоры по судебным д елам, не о ж и д ая никакой реакции сою з­ ных органов. Но, когда местный приговор грозил союзу поте­ рей такого политика и полководца, как Филопемен, власти ф е­ дерац и и прибегли к самы м крайним средствам, чтобы спасти его от изгнания. Полисы сами определяли, кому предоставлять г р аж д а н с к и е права, однако, когда возникла необходимость срочно усилить «ахейскую» партию в Мантинее, А рат каким-то образом заставил мантинейских г р аж д а н принять в свои ряды целую группу метеков. В полисах р азм ещ али сь гарнизоны и по­ селялись клерухи, когда возникала опасность м я теж а или и з­ мены одного из городов союзу. Словом, более жесткий конт­ роль федерации над полисами п редставлял собой явление вы ­ нужденное и, к а к правило, временное. Здесь т а к ж е действовал тот ж е принцип р азд ел ен и я сфер компетенции сою за и полиса:

все, что затр аги в ал о интересы федерации в целом, п о дл еж ал о решению центральны х органов, остальное считалось внутренним делом полисов.

Р уководствуясь этим ж е принципом, ахейские власти иногда вмеш ивались и в отношения меж ду общинами. Сохранились сведения о порядке разреш ен и я территориальны х споров м е ж ­ д у ахейскими полисами. П оскольку эти проблемы носили весь­ ма щепетильный х ар а к тер и могли вы звать серьезные конф­ ликты, угрож авш ие целостности и единству союза, ф ед ер а л ь ­ ные органы считали себя вправе в подобных случ аях выступать в роли арбитра. Ахейцы н азн ачали третейских судей (Syll.3. 471, v. 4 sq;

Syll.3 665, v. 2,14 sqq;

IV.2 1.72, v. 7), ахейский синод, принимал окончательное решение (I. v. 0. 46, v. 56 sq;

ср.: Liv.) 38,33,8;

P au s. 7,12,4). Неповиновение к а рал ось ш траф ом (Syll. 665, v. 5,55)30. Посредничество союза ока зал о сь эффективным средством д ля п оддерж ан ия мира в отношениях м еж д у поли­ сами, постоянно п редъявлявш и м и друг другу территориальны е претензии. Возможно, определенную роль в урегулировании т я ж б и м еж ду отдельными гр аж д а н а м и разны х ахейских поли­ сов играли федеральны е органы или принятые в союзе нормы31.

Относительно внешнеполитической активности полисов Ахейского союза мы т а к ж е можем сказать, что она д о пу ска­ л ась ф едеральны ми орган ам и ровно настолько, насколько не противоречила общеахейской внешней политике. Н еизвестны й, безусловно, не допускались случаи самостоятельного н ачала во­ енных действий против иностранного государства одним из ахейских полисов. Д иплом атические акции, которые могли бы иметь серьезные последствия д ля всего союза, в принципе бы ­ ли дозволены полисам, но только с санкции союзного собран и я32.

Ф едерация не препятствовала своим членам п одд ерж ивать д в у ­ сторонние отношения с союзными государствами. В годы сою­ за ахейцев с М акедонией царь Антигон Д осон принял участие в урегулировании внутренних проблем М егалополя, поручив фи лософу-перипатетику П ританиду составить законы д ля этого города (Polyb. 5,93,8). Д ругой союзник ахейцев — Аттал I по­ мог Сикиону материально, за что удостоился от этого полиса всевозмож ны х почестей (Polyb. 18,16,1 sqq;

Liv. 32,40,8 sq). В о­ обще, почетные постановления ахейских городов в честь иност­ ранных монархов или послов издавались вполне самостоятельно, но всегда соответствовали официальной позиции всего союза в отношении того или иного государства (IG. IV.2 1,60,589,590;

SEG. XI. 1089). То ж е самое можно с к азать и о столь важ ном в гл азах греков акте, как признание нового панэллинского празд ни ка или асилии храм а. Не только союз в целом, но и от­ дельны е полисы принимали феоров из других государств, о д н а ­ ко при этом их реш ения совпадали с мнением всей федерации (Syll.3 559;

IvM. 39,40,41,42;

SEG. XII. 371, v. 41 sqq). Д ругие посольства, не имевшие политического хар а к тер а, та к ж е могли посещ ать отдельные полисы Ахейского союза (Polyb. 2,12,7)33.

Ахейские полисы участвовали в ул аж и в ан и и споров между гре­ ческими государствами (P au s. 7,11,4) и сами п риглаш али ино­ странных арби тров34. В случае пограничного спора или конф ­ л и к та меж ду ахейским и неахейским полисами Ахейский союз мог предоставить своему городу возможность самостоятельно договориться с противной стороной (IG. IV.2 76/77) либо мог ок а з а т ь ему помощь, участвовать в переговорах о приглашении третейских судей и присылать делегацию д л я поддерж ки т р е ­ бований своего полиса во время а р б и т р а ж а 35. Известен д а ж е т а ­ кой любопытный факт: Мегары, входившие в Ахейский союз, проявили инициативу и выступили своеобразны м посредником в конфликте меж ду ахейцами и беотийцами (Polyb. 22,4,17), ви­ димо, по просьбе последних, т. к. М егары не т а к давно были частью Беотии36. Все эти примеры показы ваю т, что и в м е ж д у­ народных отношениях ахейские полисы иногда могли выступать в качестве почти самостоятельны х государств, но лиш ь до тех пор. пока эта самостоятельность не у г р о ж а л а единству союза.

Таким образом, подчинение полисов союзным органам не озн ач ал о их полного бесправия. Там, где это было возможно, д ел ал и сь уступки тради ци ям полисного п арти куляри зм а, но з а ­ то пресекались лю бы е попытки сепаратных действий. В целом т а к а я система гибкого сочетания единства и автономии ф ун к­ ционировала вполне успешно. Д л я Ахейского союза, как и д л я других эллинистических федераций, х ар а к тер н а относительная прочность внутренних связей, преобладание центростремитель­ ных тенденций над центробежными. Выполнение союзных реш е­ ний было нормой, своеволие полисов — довольно редким ис­ ключением. Больш е всего хлопот ахейцам доставл ял и крупные полисы с богатой историей независимого существования. П о ­ пытка вовлечь в союз Афины о к а зал ас ь неудачной, присоедине­ ние Спарты во II в. принесло федерации гораздо больше вреда, чем пользы. М ал ы е полисы вели себя намного лояльнее. В еро­ ятно, поэтому ахейцы использовали любую возможность д ля то­ го, чтобы расчленить крупный полис на ряд мелких или хотя бы признать самостоятельность отдельных поселков ( ) и возвести их в ранг автономных граж дански х общин. Н ель зя сказать, чтобы это было обязательны м правилом при вступле­ нии каж дого нового полиса в Ахейский союз37: обычно целост­ ность присоединяемого государства сохранялась, а небольшие сам оуправляю щ иеся общины по-прежнему входили в его состав в качестве (IQ. IV. 497, 498, 757;

IV.2 1. 621;

SEG. 1. 312).

Разум еется, если ранее такой поселок был за н я т ахейцами и затем стал полисом Ахейского союза, то возвратить ему зав и ­ симый статус было у ж е невозможно38. Прочие т а к ж е мог­ ли отделяться от крупных полисов, но процесс этот происходил постепенно. Например, при вступлении Мессении в Ахейский союз в 191 г. выделились в качестве самостоятельны х общин М офона, Колониды и К ор она39, а в 182 г., когда после неудач­ ной попытки вернуть себе независимость Мессения бы ла при­ нята вновь, от нее отделились Абия, Фурия и Ф ары (Polyb.

23, 17, 2). М егалополь вошел в союз в 235 г., м еж ду 222 и 205 гг.

от него отделился М ефидрий (Syll.3 559, v. 61;

ср.: Polyb. 4, 10, 10), а уж е во II в. по инициативе Филопемена — целый ряд не­ больших общин (P lut. Philop. 13, 8). При неизвестных нам об­ стоятельствах Паги стали независимы от М егар, а Тенея — от К о р и н ф а40, Асхей и Фриунт в Ахайе из поселков превратились в города (IG. IV.2 1. 73, v. 28;

SEG. XV. 254, v. 2, 4). Ахейцы всегда охотно п оддерж ивали претензии мелких общин на авто ­ номию, поскольку, во-первых, их голоса в союзном собрании д о л ж н ы были служ ить дополнительной опорой федеральном у руководству, а во-вторых, ослабляли сь крупные полисы с их подчас опасным влиянием на внешнеполитический курс со ю за41.

Н аско л ько та к а я политика была сопряж ена с нарушением по­ лисного суверенитета, неясно, т. к. в отдельных слу ч аях могло быть получено согласие полиса на отделение от него небольшой общины. Однако пример М егалополя свидетельствует о во зм о ж ­ ности и откровенно насильственного р азд ел а крупного полиса по требованию части его г р а ж д а н (P lut. Philop. 13,8) реш ени­ ем федерального собрания. Впрочем, в период 281 — 221 гг. т а ­ кие ф акты неизвестны.

Принципиально в аж н ы м показателем самостоятельности и самобытности каж дого из ахейских полисов явл яется степень своеобразия его политических институтов. Многие исследовате­ ли у ж е вы сказы вали свое мнение по поводу того, насколько д о л ж н а была измениться конституция полиса, вошедшего в Ахейский союз, и каковы могли быть причины такого измене* ния.


Почти все об р ащ а ю т внимание на черты определенного сходства городских учреждений в Ахейской федерации, но по разн ом у оценивают это обстоятельство. Одни предполагают, что унификация полисных конституций бы ла следствием соответст­ вующих требований со стороны сою за42. Д р у ги е считают, что тенденция к единообразию возникла спонтанно, а союз воздей­ ствовал на своих членов лиш ь силой п рим ера43. X. Свобода, наиболее детально изучавший политический строй ахейских по­ лисов, зан ял компромиссную позицию и объяснил одни черты сходства городских учреждений постепенным, ненасильствен­ ным процессом ассимиляции, другие — обязательн ы м и условия­ ми, которые п ред ъяв л ял и сь новым членам сою за во время их вступления в федерацию. Именно по настоянию союза, считает Свобода, в полисах распространились долж ности дамиургов и обычай предварительного рассмотрения решений собрания в коллегии 44. Наконец, А. Эймар вообще не верит в какую-либо, насильственную или нет, унификацию полисных конституций в Ахейском союзе и полагает, что скорее союзные учреждения были заимствованы у большинства полисов, чем наоборот45.

О б р ащ аяс ь к этому сюжету, следует п р еж д е всего отметить, что абсолютного единообразия конституций в полисах Ахейско­ го союза, в отличие, например, от Беотийской ф е д е р а ц и и III в.46, не существовало. Р азум еется, в любом полисе функционирова­ ло народное собрание47, действовал выборный совет (, )48, но эти органы типичны д л я греческого полиса вооб­ ще. Целы й ряд старинных традиций в политическом устройст­ ве сохранялся полисами и в ахейский период. Например, город­ ским эпонимом в М егариде, ка к и в прежние времена, о с та в а л ­ ся «басилей»;

в Д и м е — феокол, то ли магистрат, то ли ж рец;

в Эпидавре — ж р е ц Асклепия (Syll.3 471, 529, 530;

SEG. X III.

327). В Д и м е сущ ествовали своеобразные долж ности «проста­ та», ведущего народное собрание, и «общественных страж ей »

() — хранителей либо местного ар хи в а49, либо казны полиса (Syll.3 529, 520). В Аргосе по-прежнему важ ную роль играла коллегия стратегов50, которые отсутствовали, н а ­ пример, в Д и м е и вообще не упоминаются в надписях из д р у ­ гих полисов времен их участия в Ахейском союзе. Этот список мож но было бы продолжить, если бы многие надписи, относя­ щиеся, вероятно, к ахейскому периоду истории различны х поли­ сов, поддавались бы абсолютно точной датировке. В любом сл у­ чае совершенно ясно, что полной унификации муниципальных учреждений в Ахейском союзе не было, вступление полиса в федерацию не в лекло з а собой ломки его старинных го судар­ ственных форм.

Впрочем, столь ж е несомненны и черты сходства в полити­ ческом устройстве членов Ахейского союза. П р е ж д е всего о б р а ­ щ а ет на себя внимание то обстоятельство, ч т о как в ф ед ер а­ ции, та к и во многих полисах существовали коллегии д ам и у р ­ гов51. В предыдущей главе уж е ш ла речь о большом значении этих магистратов в ахейской политической системе. К таком у ж е выводу приводит изучение тех надписей, которые позволяют судить о функциях полисных дам иургов52. Они вели народное собрание (Syll.3 549, v. 4 sq;

736, v. 117 sqq;

IG. IV. 479, v. 4 sq;

SEG. III. 312, v. 5), получали официальные письма, ад ресован ­ ные полису (IG. v. 2. 367, v. 1 sqq, 24 sqq), выполняли опреде­ ленные судебные функции (IG. IV.2. 1. 76/77, v. 33 sqq;

V. 2. 357, v. 178 sqq), контролировали использование общественных иму щ еств 53, взимали ш тр а ф ы 54, отвечали за установление каменных плит с текстом декретов55, часто являли сь эпонимами56, руково­ дили церемониями на местных праздниках (IG. IV.2 1. 66, v. 61 sq ). Нередко именно распространение этих коллегий с их широкими полномочиями приводится как пример копирования федеральной конституции на местах57. Впрочем, никто не мо­ ж е т отрицать и того обстоятельства, что дамиурги, занимаю щ ие высокое положение в полисах, известны в Пелопоннесе и по свидетельствам архаической и классической эпох. Д ам и у р гам и традиционно именовались магистраты в А хайе58, А ркадии59, А рголиде (IG. IV. 506;

SEG. XI. 314, 336), Трезене (IG. IV.

764), Элиде (SEG. XV. 241;

IvO. 2, 3, 4, 11, 17;

Thuc. 5, 47, 9 ). С ледовательно, в большинстве ахейских полисов эта м аги­ стр а ту р а была не заимствованной, а исконной. В частности, нас не д олж н о удивлять то, что в период сущ ествования Ахейско­ го союза дамиурги упоминаются в городах Ахайи Д име, Эгии и Тритее60, в аркадском М егалополе (IG. V. 2. 443, v. 28;

IvO.

46, v. 32), которому, кстати, ранее п р и н ад л еж а л а А лифера с ее дамиургами, никакого отношения к ахейским влияниям не имевшими (SEG. XXV. 447), в аркадском, а затем ахейском Клейторе в надписи у ж е римского времени (IG. V. 2. 367, V l.sq q ). В ахейский период п родолж али сущ ествовать д а м и ­ урги в Jlycax (IG. V. 2. 395, v. 1 sqq) и Трезене (IG. IV2 1.

76/77, v. 33).

Исходя из многочисленных д о казательств доахейского про­ исхождения дамиургов в Пелопоннесе, мы можем теперь под­ вергнуть серьезному сомнению предположения X. Свободы и других исследователей о том, что ахейцы насильственно внед­ ряли эту магистратуру в полисах своего союза. С вобода сс ы л а­ ется на пример следующих членов Ахейской федерации: Паги и Эгосфены в Мегариде, Трезен, Гермиона, Аргос, С парта и Мес сения61. Из этого списка следует сразу ж е исключить Аргос и Трезен, где дамиурги, к а к мы видели, входили в число город­ ских магистратов задолго до вступления этих полисов в Ахей­ ский союз. То ж е самое можно ск азать о Мессении. Д ек р е т о мистериях из Андании, составленный у ж е после римского з а ­ воевания Пелопоннеса, отводит дам и ургам определенную роль в организации этого религиозного действа (Syll.3736, v. 116sqq), однако нельзя утверж дать, что эта коллегия возникла здесь лиш ь во II в., когда Мессения вошла в Ахейский союз. Д ам и урги упоминаются в мессенской надписи (IG. V.l. 1425, v. 16 sq), палеограф ические особенности которой указы ваю т на более раннюю датировку: IV в. или самое позднее, начало III в.02. Что касается Гермионы, то декрет IG. IV. 679 с упоми­ нанием дамиургов, единственным в эпиграф ике этого города, не поддается точной д ати ровке и может относиться и к до ахейскому времени (он был издан в III или II вв.), Кроме того, помимо ахейского влияния на институты этого полиса, нужно п ринимать во внимание и местные традиции Арголиды и Актэ:

в соседних Аргосе и Трезене, ка к у ж е говорилось, дамиурги бы ­ л и городскими м агистратам и еще до расцвета Ахейского союза.

Несколько слож нее обстоит дело с дам и у ргам и Мегариды.

Зд есь дамиурги известны по надписи ахейского периода из Эгосфен IG. VII. 223 (v. 19) и по вотиву из М егар «Д амиурги Афродите» (IG. V II. 41), который палеограф ически датируется I I I или II в. Отметим, кстати, что неизвестны дамиурги Паг, а п редположение Свободы об ахейском воздействии на консти­ туцию этого города основано на м аловероятной конъектуре Д иттенб ергера [ ] в его издании у ж е упоминав­ шегося декрета об а р б и т р а ж е (IG. VII. 188, v. 2 sq), отвергну­ той в чтении Л. Р о бер а (SEG. XIII. 327). Тем не менее, с р а в ­ нительно позднее появление в М егариде упоминаний о дамиур гах нуж дается в объяснении. Некоторые исследователи счита­ ют, что ахейцы учредили эту м агистратуру во всей М егарид е63, другие в этом сом неваю тся64. В пользу последнего мнения го ­ ворит наличие д амиургов в Херсонесе Таврическом (Syll.3 360, v. 14 sqq, 23 sqq, 44 sqq), основатели которого — гераклеоты — вели свое происхождение из Мегар, а т а к ж е неопределенная д ати ро вк а мегарского посвящения «Д амиурги Афродите». О д ­ нако, на наш взгляд, непоследовательно было бы отрицать ахейское влияние в случае с М егарам и и принимать его в сл у ­ ч ае с Эгосфенами65: этот полис М егариды отпочковался от М е­ гар уж е в эллинистическую эпоху, сохранив городские у ч р е ж ­ дения мегарского типа, например, эпонимную долж ность «ба силея» (IG. VII. 223). Если мегарские дам иурги представляли собой древнюю местную магистратуру (что вполне вероятно), то и дамиурги в Эгосфенах вряд ли могли быть ахейским ново­ введением.

Очень спорным представляется т а к ж е мнение об ахейском происхождении д амиургов О рхомена66, которые т а к ж е п о я в л я ­ ются в местных надписях сравнительно поздно67. Сведения об исконном хар а кт ер е этой магистратуры в Аркадии, в том чис­ ле в Аркадском союзе IV в. и в соседней М антинее, з а с т а в л я ­ ют усомниться: не является ли чистой случайностью отсутствие упоминаний об орхоменских д ам и ургах до III в.? Тем не менее, зам ен а феаров в роли эпонимов дамиургами в годы, последовав­ шие за временным вступлением Орхомена в Ахейский союз68, весьма показательна в том смысле, что значение этой коллегии могло заметно возрасти в ахейский период. П роследить это я в ­ ление на эпиграфическом м атери але возможно только в Орхо мене, но в принципе оно вполне могло быть результатом ахей ­ ского влияния и на конституции некоторых других полисов. Н а ­ пример, в Мессении III в. высшими м аги стратам и яв л ял и сь эфоры (Polyb. 4, 4, 2;

4, 31, 2), а во II в., после вступления этой области в Ахейский союз, они перестают упоминаться;

позднее здесь руководят народным собранием дамиурги (Syll. 736, v. 116 sq ), возможно, сменившие в этой роли эфоров. В Эгосфенах, когда они входили в Беотийский союз, за установ­ ление стелы с декретом отвечали полемархи (IG. VII. 207, 208), а в ахейский период ту ж е важную зад ач у стали выполнять дам иурги этого города. О днако нельзя утверж дать, что д а м и ­ урги повсеместно, д а ж е там, где они считались второстепенны­ ми магистратами, становились главными долж ностны ми лицами полисов: скажем, в Аргосе высшими м агистратам и по-прежне­ му оставались стратеги69, а дамиурги в источниках эллинисти­ ческого времени вообще не упоминаются. Что ж е касается н а ­ сильственного внедрения этой коллегии магистратов ахейцами, то похоже, что такой ф ак т имел место лишь од наж д ы — в С п а р ­ те70, но о мерах, предпринятых ахейцами в отношении этого полиса, предстоит особый разговор.


Следующий государственный орган, сущ ествовавший в р а з ­ ных городах Ахейского союза, — коллегия полемархов. В ряд ли можно утверждать, что и полемархи появились в союзных полисах б лагодаря ахейцам. Во-первых, в самой Ахейской ф е­ дерац и и м агистратура с таким названием неизвестна. Во-вто рых, полемархи — древнее название общинных военачальников, в а ж н а я м агистратура в ар кад ски х полисах М антинее (Thuc. 5, 4 7,9 ), Фигалее (Polyb. 4, 79, 5), Кинефе (Polyb. 4, 18, 2 sqq ), а т а к ж е во Флиунте (Athen. 5, 210 В ), т. е. повсеместно в до ахейском Пелопоннесе. В области коренных ахейцев п олем ар ­ хи известны только в III в.71, но эта магистратура, несомненно, сущ ествовала здесь и ранее, ибо трудно предположить, что ф е ­ д ер ац и я н а в я за л а городам Ахайи ар кад ски е учреждения.

X. Свобода и Г. Ш ефер предполагают, что в годы сущ ествова­ ния Ахейского союза коллегия полемархов бы ла учреждена, по примеру ахейских и арк ад ски х полисов, в Трезене и Мессении72.

П ол ем ар хи фигурируют в надписи Трезена ахейского времени (TG. IV.2 1. 76/77, v. 33 sqq) и в д екретах послеахейского, т. е.

римского периода, обнаруж енны х в Мессении (Syll.3 736, v. 160 sqq;

IG. V. 1. 1379, v. 10). Существует определенная ве­ роятность возникновения здесь этой к о л л е г и и по образцу поли­ сов Ахайи, однако полной уверенности в том, что имело место заимствование именно у ахейцев, нет. М ож но привести неко­ торые другие объяснения, например, п р е д п о л о ж и ть, что поле­ мархи в Мессении появились еще в IV в. б л а го д а р я беотийско­ му влиянию на только что получившее независимость госу д ар­ ство. Что касается Трезена, то нельзя н е учитывать, что п оле­ мархи сущ ествовали в полисах А р го л и д ы : Флиунте (Athen. 5, 210 В ), Аргосе или К леонах (SEG. X X I I I. 178, v. 3) еще до при­ соединения к Ахейской федерации, и м о ж н о предположить то ж е самое и д л я соседнего Трезена. О т н о си тел ь н о функций этих магистратов отметим, что в элл и н истическо-ри м скую эпоху они перестали быть предводителями войск, зан и м аясь в основном делами, связанны ми с городской ю сти ц ией, — это явствует из упомянутых выше надписей.

Следы унификации городских у ч р е ж д е н и й союза X. С вобо­ да усм атривает и в том, что еще до р и м с к о г о завоеван и я в поли­ сах ахейцев, ка к он считает, н ач ал ась зам ен а, обычного гре / ческого выборного совета () другим типом город­ ского совета, хар актерн ы м д л я т и м о к р а т и ч ес к и х конститу­ ций римской эпохи (), п р и ч е м не исключает воздей­ ствия федерации на полисные и н сти туты и в этом отношении73.

О днако надписи, привлекаемы е этим и с с л ед о в ате л е м в под­ д ер ж к у такого утверж дения, п р а к ти ч е с к и все относятся у ж е к римскому времени, что зас тав л яет о тн ести подобную зам ену н азвания и сопутствующие ей п ер ем ен ы в формировании сове­ тов ко времени «устроения» П е л о п о н н е с а ри м лян ам и в 146 г.

или позж е74. Единственный документ, к о т о р ы й мож ет относить­ ся и к ахейскому периоду — уж е у п о м и н а в ш а я с я надпись II в.

об ар б и тр аж е П атр в конфликте м е ж д у Фурией и М егалополем (SEG. XI. 9 7 2 )75. Но именно п о сто ян н ы е упоминания о «синед рах» сб л и ж аю т ее с похожими д е к р е т а м и римского времени и дел аю т «ахейскую» д ати ровку м а л о в ер о я т н о й. То ж е самое от­ носится к документам, которые в о о б щ е трудно дати р овать к а ­ ким-либо определенным периодом (IG. У. 2. 263, 434 А).

X. Свобода о б р ащ а ет т а к ж е в н и м а н и е на распространен­ ность в ахейских полисах советов или коллегий под названием «герусия», однако оставляет вопрос об ахейском влиянии в д а н ­ ном случае откры ты м76. Д ж. Н и кк о л и н и, напротив, считает т а ­ кое влияние очевидным77, в то время как В. Ш ван полагает, что герусия была исконным у ч р еж д ен и ем во всех полисах, где она встречается в ахейское врем я78. В о п р о с этот сложен потому, что ф ед ерал ьн ая «герусия», как было ск азан о в предыдущей главе, упоминается в источниках всего один раз (Polyb. 38, 13, 1), причем этот термин мог обозначать совокупность д олж н ост­ ных лиц союза, а не какой-то особый орган. Что касается «ге русии» в городах Пелопоннеса, то она походит скорее на кол­ легию магистратов с титулами «геронтов». В Д и м е геронты взи­ мают ш траф (GDI. 1615, v. 9 sqq), в надписях римского в рем е­ ни из М егалополя, Мессении и Орхомена геронты могут быть эпонимами (IG. V. 2. 443, v. 2), утверж д ать ценз претендентов на выборах (Syll.3 736, v. 47), выступать в роли свидетелей акта манумиссии (IG. V. 2. 345, v. 10). Везде их, как кажется, сравнительно небольшое число. З а отсутствием более точных сведений воздерж имся от решительных суждений, однако з а ­ метим, что «герусия» обычно характерн а д ля конституций рим­ ского времени, когда она выполняет функции исполнительного комитета городских «синедрионов»79. То ж е самое касается го­ родского секретаря ( ), который приобретает большое значение именно в римский период, опираясь на п р ед став л яе­ мый им совет, роль которого значительно возросла после 146 г.80. Считать секретаря влиятельной фигурой у ж е в ахей­ ских полисах вслед за X. Свободой81 не следует, и тем более нельзя усм атривать здесь влияние федеральны х порядков82. С одной стороны, мы у ж е видели, что роль союзного секретаря после 255 г. трудно н азв ать значительной, с другой стороны, городские секретари яв л ял и сь эпонимами и вообще важ н ы м и лицами только в д екретах римского времени (S y ll3. 735, 684;

IG. V. 1. 1392, 1402;

V. 2. 439).

О зн ачает ли все изложенное выше, что участие в Ахейском союзе вообще никак не отразилось на конституциях полисов?

С нашей точки зрения, такое утверждение было бы крайно­ стью: по меньшей мере два схожих явления в городских уч­ реж дени ях ахейцев объясняю тся именно воздействием примера союзной конституции. Во-первых, только к ахейскому и более позднему времени относятся упоминания о коллегиях номогра фов в полисах Пелопоннеса: М егалополе (S u ll3. 559, v. 47 sqq;

IG. V. 2. 433, v. 9), Гермионе (IG. IV. 679, v. 23 sqq), С парте (IG. V. 1. 7, v. 1 sq), Teree (IG. V. 2. 24, v. 4 sq), Фурии (SEG.

XI. 972, v. 29 sqq). П римечательно не только сходство этих го­ родских коллегий с общесоюзной, но и распространение имен­ но в ахейский период стереотипных формулировок, кочующих из постановления в постановление: «пусть номографы занесут это решение в законы »83. М ожно согласиться с теми, кто у см ат­ ривает в этом прямое заимствование ф едеральны х порядков на местах84. Н адо полагать, что внедрение коллегий номографов в ахейских полисах происходило не без определенной цели, т а ­ кой, например, как усложнение процесса принятия местных з а ­ конов, что отвечало бы интересам консервативно настроенных собственников.

Во-вторых, целый ряд полисных декретов ахейского време­ ни показывает, что города переняли и характерн ы й д л я сою з­ ных собраний обычай внесения проектов решений () на рассмотрение народа не советом, как обычно было в Г ре­ ции, а непосредственно магистратами, объединенными поняти­ ем. М ож ет быть, это не было обязательны м п р ав и ­ лом, как посчитал Э. Д ж о н с 85, но ко II в. стало весьма устой­ чивой традицией. свое предварительное мнение в ы ­ ск азы ваю т народному собранию в М ега рах (IG. VII. 15), Эгос фенах (IG. VII. 223), Трезене (IG. IV 753, 756);

по другому по­ воду упоминаются в надписях Д им ы (Syll.3 531, v. 29 sq) и Спарты времен ее участия в Ахейском союзе (IG. V. 1. 4, v. 4).

Подчеркнем, что почти у всех этих документов д атировка со­ вершенно над еж н ая, поэтому сомнений быть не может: не то л ь ­ ко ь федеральном, но и в городских собраниях зак о н од ател ьн ая инициатива постепенно становилась привилегией объединенных в единое целое магистратов. Одна и та ж е терминология, схо­ жесть формулировок свидетельствует о том, что федерация сы грала н ем аловаж ную роль, хотя бы в качестве примера, в распространении этого явления86. Социальный смысл его впо л ­ не очевиден, та к что и в этом отношении Ахейский союз спо­ собствовал стаби ли зац ии р еж и м а эллинистической « д ем ок р а­ тии» в полисах Пелопоннеса. Отметим, что усиление роли отодвигало городской совет на второй план, что, к а к мы видели, было характерн о и д л я федерального зак о н о д ате л ь ­ ного процесса87.

Таким образом, мы не имеем почти никаких свидетельств о насильственной реорганизации древних политических уч р еж д е­ ний в полисах, вошедших в Ахейский союз. Наоборот, вся м а с­ са фактов за с т ав л я ет предполагать, что в целом полисные кон­ ституции не подвергались изменениям, а некоторые, хотя и д о ­ вольно важные, новшества внедрялись скорее всего не д и р е к ­ тивным путем, а спонтанно и постепенно. Исклю чение п р едстав­ ляли собой только действия ахейцев в отношении Спарты пос­ ле подавления м я теж а в 188 г.88. С п а р тан ц а м было приказано, «чтобы они отменили законы и обычаи Л и ку р га и привыкли к ахейским законам и учреждениям» (legibus institutisque: Liv.

38, 34, 3;

ср.: 38, 34, 9;

39, 33, 6;

39, 36, 4;

39, 37, 1;

39, 37, 6).

Речь ш ла не только об отмене ликурговой системы воспитания Z5 ' ( ), как п о л а г ал а К. К р ай м з89, но и о существенных пе­ ременах в государственном строе90, т. к. традиционную консти­ туцию Филопемен в С парте «уничтожил» ( ­ : Plut. Tit. 22, 6). В частности, именно тогда появилась долж ность «эпидампурга» и традиция объединения магистратов в коллегию. Перемены, произведенные ахейцами в конституции Спарты, просуществовали недолго, видимо, до 183 г. (Polyb. 23, 4, 5;

Liv. 45, 28, 4). Причиной этого исклю ­ чительного акта можно считать наличие постоянной угрозы б л а ­ гополучию и единству союза со стороны воинственной Спарты и стремление Филопемена р аз и навсегда покончить с таким поло ж ен ием 91. Помимо срытия стен, изгнания наемников, по­ л учивш их граж данство при Набисе, отмены военизированной = ' ахейцы п остарались подорвать мощь С парты и путем перемены государственного строя. Вероятно, это было сделано д л я закрепления власти за «благомы слящ ими» элементам и г р аж д а н с к о го коллектива и устранения каких-то органов са м о ­ управления, которые были связаны с военной организацией С парты.

П ример расправы со Спартой в 188 г. показател ен в том смысле, что наиболее реш ительное вторжение союза в сферу прерогатив полиса происходило именно в случае измены той или иной общины. Изменой считался просто выход из ф ед ер а­ ции без санкции союзных органов92, а тем более начало воен­ ных действий против ахейцев либо добровольный переход на сторону их врага. Юридической основой д л я обвинений в из­ мене и последующих к ар ател ьн ы х мер являли сь договорные о б язате л ьс т в а полисов, заф иксированны е на стелах: вступление в Ахейский союз было связано с клятвам и в вечной верности {in a e te rn a m m em oriam : Liv. 39, 37, 16). Если полис н аруш ал свое обязательство, союзные органы считали себя у ж е ничем не связанны ми и об ращ али сь с вновь приобретенным полисом к а к с побежденным врагом, диктуя ему безоговорочно свои ус­ ловия. Иногда государство, силой возвращ енное в Ахейский со­ юз, н аказы в ал ось крайне жестоко, чему свидетельством служ ит судьба Спарты в 188 г. и особенно тр аги ческая участь М ан ти ­ неи в конце Клеоменовой войны.

Весь изложенный в этой главе материал подводит нас к от­ вету на д ва исключительно важ н ы х вопроса: о том, насколько прочным и жизнеспособным государственным объединением о к а з а л с я в итоге Ахейский союз, и о том, насколько право м ер ­ но современные исследователи назы ваю т его ф едеративны м го­ сударством. Н ам каж ется, вопреки не раз в ы сказанн ом у в оте­ чественной исторической литературе мнению, что возникновение Ахейского союза и столь долгое его существование в III и II вв., насильственно прерванное римлянами, явилось наиболее у д ач ­ ным ответом пелопоннесских греков на изменение исторической обстановки в эллинистическую эпоху. Именно такой способ ин­ теграции полисов в единое целое помог им приспособить свое сущ ествование к новым внешним и внутренним условиям и обеспечить возможность сравнительно мирного развития при стабилизации внутренней обстановки д л я большей части П е л о ­ поннеса, по крайней мере к концу III в. С одной стороны, Ахей­ ский союз не подрывал традиционные полисные устои, которые в III — II вв., д а и позже, отнюдь не были отживш им свое в р е­ м я наследием прошлого. Наоборот, в составе федерации, где прово згл аш ал ось полное равенство ее членов, где полисы со­ хр ан ял и значительную часть своих суверенных прав и древних местных традиций, где г аран ти ров ал ась самостоятельность м а ­ л ы х и сравнительно слабы х гр аж дан ски х общин, полисный строй охранялся наилучшим образом. С другой стороны, Ахей­ ский союз имел достаточно сильную централизованную о рган и ­ зацию д ля того, чтобы противостоять п артикуляризму, с е п а р а ­ ти зм у и взаимной в раж де, столь хар актерн ы м д л я межполис ных отношений в Элладе. Самостоятельность отдельных о б ­ щ и н — членов ф едерации никогда не п рости ралась до того, чтобы помеш ать союзу вести согласованную единую внешнюю политику или наносить серьезный ущерб интересам союза в це­ лом. К ак мы у ж е видели, попытки такого рода пресекались, иногда д а ж е вопреки традиционным нормам взаимоотнош е­ ний между федерацией и полисом, или, если дело доходило до откровенного м ятеж а, жестоко карались. Вообще трудно в ы ­ явить такие особенности политической структуры, которые поз­ воляли бы какому-либо полису не считаться с общесоюзными реш ениями и вести свою политическую линию. М ногообразие примеров, демонстрирую щих различную степень контроля сою­ з а над полисами в то или иное время, в том или ином месте, говорит об определенной гибкости внутренней политики ф ед е­ ральны х органов, т а к ж е способствовавшей устойчивости союза.

Р азумеется, можно найти достаточно свидетельств о борьбе отдельных полисов против тех или иных аспектов федеральной политики. Р ан ее уж е говорилось о том, что и присоединение но­ вых членов к союзу было обычно сопряж ено с применением си­ лы. Однако исторически перспективные явления и тенденции не т а к часто пробиваю т себе дорогу абсолютно ненасильственным способом. Н а примере Клеоменовой войны, речь о которой пой­ дет в следующей главе, мы п остараемся показать, что кризис­ ные ситуации в Ахейском союзе возникали не из-за слабости и непрочности самого этого объединения, а из-за вполне конкрет­ ных исторических обстоятельств. В конечном итоге интеграция пелопоннесских полисов (за исключением Спарты с ее неист­ ребимым стремлением к независимости) о к а за л а с ь настолько прочной, что г р а ж д а н е почти всех полисов союза вы разили го­ товность начать самоубийственную войну с Римом ради с о х р а­ нения целостности союза. П ок азателен и другой факт: когда Ахейский союз, распущенный римлянами, был вновь в о зр о ж ­ ден, но уж е под верховной властью Рима, в него вошли не только полисы коренной Ахайи, но и снова ряд областей за ее пределами: стремление к единству переж ило д а ж е гибель ф е­ дерации в 146 г.93. Ф едеральны й ка ле н д ар ь с ахейскими н а з в а ­ ниями месяцев был повсеместно принят полисами и до, и после 146 г., а кое-где сохранился д а ж е в императорскую эпоху94. К о ­ нечно, в III в. та к а я степень интеграции полисов союза в еди­ ное целое еще не была достигнута, д ля этого требовалось опре­ деленное время. Но и история рассматриваемого здесь перио­ д а (281 — 221 гг.) п оказы вает достаточную силу центростреми­ тельных тенденций в Ахейской федерации, объясняемую не в последнюю очередь теми социальными причинами, о которых ш ла речь в начале этой работы.

Теперь остановимся на вопросе о типологическом определе­ нии Ахейского союза как федеративного государства. Этот т е р ­ мин, заимствованный из современного политического лексикона, используется исследователями в отношении Ахейского и подоб­ ных ему союзов отчасти из-за отсутствия точного н азвания д л я таких объединений у греческих авторов и в эпиграфике. Ч а щ е всего употребляемые д л я обозначения Ахейского союза рас I ' ZD ' ' плы вчатые термины (н арод ), (о б щ н о сть ), (общее государство),,, (объединение) не позволяю т отличить такой тип союза от симахий, племенных объединений и других политических явлений античности. Более точен термин, п ояв л я­ ющийся только в эллинистическое время и означаю щ ий «союз с общим граж данством »95. О днако и он не всегда применяется только к союзам наподобие Ахейского, иногда этим ж е словом обозначается исополития двух полисов, т. е. двусторонний о б ­ мен граж дански м и правам и (IG. XII. 2. 59, v. 12;

Polyb. 18, 2, 4;

18, 14, 3). Поэтому некоторые немецкие антиковеды, исполь­ зуя этот термин, уточняют его следующим образом: «ф ед ера­ ти вн ая симполития» (b u n d e s sta a tlic h e S y m p o litie )96. Это, ко­ нечно, более правильное определение, нежели просто «симполи­ тия»97, но, с нашей точки зрения, вообще нет необходимости переносить это древнегреческое слово в современный научный я зы к 98. Уже с конца XVIII в. подавляю щ ее большинство исто­ риков именует Ахейский союз «федерацией», «конфедерацией», «федеративным государством», не усм атри вая принципиальной разницы между федеративными государствами древности и нового времени. Современная ф едерация представляет собой «форму государственного устройства, при которой несколько го­ сударственных образований, юридически о б ладаю щ и х опреде­ ленной политической самостоятельностью, образую т одно со­ юзное государство»99. Р а зв е не то ж е самое мы видим и в сл у­ чае с Ахсйским союзом? То, что он явл ял ся единым государст­ вом, убедительно подтверж дается фактами, приведенными в предыдущей главе: общее граж данство, союзные зак он од ате л ь ­ ные, исполнительные органы, суд, законы, постоянное союзное войско, ахейские эмблемы на монетах, обязательность союзных решений для полисов, возможность взаимодействия ц ен трал ь­ ных органов не только с целыми полисами, но и с отдельными их гр аж данам и, существование гр а ж д а н Ахейского союза, не являвш ихся г р аж д а н а м и какого-либо из ахейских полисов, ком­ пактность территории и т. д. Теперь требуется доказать, что это было именно федеративное, а не унитарное государство.

Последнее предположение не так давно было вы сказано в монографии А. Д ж о в а н н и н и 100, который считает этносы, как он именует такие союзы, унитарными, полностью ц ен трали зован ­ ными государствами наподобие Аттики или М акедони и 101.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.