авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

«А.С. Павлов Экстремальная работа и температура тела Монография Донецк - 2007 УДК: 612.57.017.6:159.944 ББК: 28.903 П 12 ...»

-- [ Страница 3 ] --

Все резервы, включаемые при значительной интенсифи кации деятельности человека, можно обозначить как функ циональные. Они представляют собой скрытые возможности ор ганизма, заключающиеся:

1) в возможностях изменения интенсивности и скорости протекания энергетических и пластических процессов обмена на клеточном и тканевом уровнях;

2) в изменении интенсивности и скорости протекания фи зиологических процессов на уровне органов, систем и организма в целом;

3) в увеличении физических (сила, быстрота, выносливость) и улучшении психических (осознание цели, готовность бороться за ее достижение и т. д.) качеств;

4) в способности к выработке новых и совершенствованию старых двигательных и тактических навыков.

При такой характеристике функциональных резервов они могут быть подразделены по своему происхождению на два больших класса: биологические и социальные. К биологическим резервам следует отнести биохимические и физиологические со ставляющие. Первые из них определяют скорость протекания и объем биохимических процессов, связаны с экономичностью и интенсивностью энергетического и пластического обменов и их регуляцией, вторые - связаны с интенсивностью и длительно стью работы органов и систем организма и их нейрогуморальной регуляцией. Последнее находит выражение в таких физических качествах, как сила, быстрота и выносливость. Таким образом, биохимические резервы связаны в основном с клеточным и тка невым уровнями, в то время как физиологические - с органным и системным. Иными словами, под физиологическими резервами понимаются возможности органов и систем органов так изме нять интенсивность своих функций, а также взаимодействие ме жду ними, что достигается некоторый оптимальный для данных конкретных условий уровень функционирования организма. Ма териальными носителями физиологических резервов являются механизмы поддержания гомеостаза, переработки информации и координации вегетативных функций и двигательных актов, а ис полнителями - соответствующие органы. Это - обычные меха низмы регуляции физиологических функций, которые в процессе приспособления организма к изменчивым условиям внешней среды и для нивелирования сдвигов во внутренней среде исполь зуются им в качестве резервов адаптации.

К социальным резервам следует отнести психические (психологиче ские) и спортивно-технические (профессиональные) резервы. Первые свя заны с социальной мотивацией деятельности, а вторые — с организацией тактико-технических особенностей двигательной деятельности. По мне нию И.П.Волкова и Е.Н.Суркова (1984), психологические резервы следу ет рассматривать как переходное звено функциональных возможностей в деятельности спортсмена, которое соединяет его организм с окружающей средой, репрезентируемой системами «тренер-спортсмен», «спортсмен команда», «спортсмен-зритель» и т.д. Это дает основание рассматривать психологические резервы спортсмена в аспекте психологических проблем надежности его деятельности, под которой понимается интегральное ка чество эффективно и стабильно выполнять поставленные задачи в экс тремальных условиях тренировок и ответственных соревнований.

Физиологические резервы могут быть классифицированы:

1. По уровням организации могут быть выделены резервы клеточные, тканевые, органные, системные, а также и резервы целостного организма. Т.е. можно выделить физиологические ре зервы клеток (мышечных, нервных и т.д.), тканей (нервной, мы шечной, железистой и т.д.), органов (сердца, легких, почек и т.

д.), систем органов (сердечно-сосудистой, дыхательной, выдели тельной и т.д.) и приспособительных (адаптивных) резервов це лостного организма.

Клеточный и тканевой уровни физиологических резервов обеспечивают адаптацию к длительно действующим факторам.

Резервы организменного и системного уровней обеспечивают не посредственный переход от покоя к интенсивной мышечной дея тельности, оказывают противодействие неблагоприятным факто рам внешней среды. Резервы, функционирующие на уровне цело стного организма, обеспечивают координацию работы вегетатив ных и анимальных (соматических) систем, интегрируя ее в при способительную реакцию организма.

2. По физическим качествам:

а) физиологические резервы силы — это включение допол нительных двигательных единиц в мышце, синхронизация возбу ждения двигательных единиц в мышце, своевременное выторма живание мышц-антагонистов, координация (синхронизация) со кращения мышц-агонистов, изменение (повышение) энергетиче ских ресурсов мышечных волокон, переход от одиночных сокра щений мышечных волокон к тетаническим, переход в сокращение из положения оптимального растяжения мышечных волокон;

б) физиологические резервы быстроты (скорости) — это время проведения возбуждения через синапсы, синхронизация возбуждения двигательных единиц, быстрота перехода возбуж дения в сокращение, быстрота укорочения мышечных фибрилл, скорость переработки информации в соответствующей ситуации;

в) физиологические резервы выносливости — это мощ ность механизмов, обеспечивающих устойчивость гомеостаза, резервы энергетических веществ в организме и возможность их использования, процессы биоэнергетики (анаэробные и аэроб ные возможности организма), скорость включения нервно гуморальных механизмов регуляции гомеостаза, координация работы анимальных и вегетативных систем. В свою очередь, мощность механизмов регуляции гомеостаза зависит от следую щих факторов: деятельность сердечно-сосудистой системы (ударный и минутный объем крови), деятельность респиратор ной системы (дыхательный и минутный объемы вентиляции, скорость диффузии СО2 и О2 через альвеолярную мембрану), ки слородная емкость крови (количество эритроцитов, свойства ге моглобина и его количество), емкость буферных систем и ще лочного резерва крови, работа выделительной системы (потовые железы, почки, обеспечивающие регуляцию водно-солевого об мена), работа системы терморегуляции (потоотделение, расши рение кожных сосудов, увеличение скорости кровотока в них), чувствительность организма к гипоксии, сдвигу ионных и осмо тических концентраций, перегреванию и охлаждению, коорди нация работы анимальных и вегетативных систем, которая под разумевает быстрое включение нервно-гуморальных механизмов регуляции гомеостаза, обеспечение длительной работы этих ме ханизмов и быстрое включение систем, регулирующих восста новление после прекращения деятельности.

3. По характеру (мощности, длительности) выполняемой ра боты:

а) физиологические резервы, мобилизуемые при работе максимальной мощности, которые относятся преимущественно к клеточным резервам, к резервам поддержания гомеостаза и энергетики (АТФ, КРФ), а также к резервам скорости перехода возбуждения с нервной клетки на нервную или мышечную клет ку (активность холинэстеразы, скорость деполяризации и репо ляризации мембран);

б) физиологические резервы, мобилизуемые при работе суб максималыюй мощности, которые относятся по преимуществу к тканевым резервам поддержания гомеостаза (буферные системы и резервная щелочность крови) и энергетики (гликолиз);

в) физиологические резервы, мобилизуемые при работе большой мощности, которые относятся по преимуществу к ор ганным и системным резервам поддержания гомеостаза (пре дельное усиление работы, прежде всего кардиореспираторной и терморегуляторной систем) и энергетики (аэробные процессы, резерв глюкозы);

г) физиологические резервы, мобилизуемые при работе умеренной мощности, которые относятся по преимуществу к ре зервам целостного организма для поддержания гомеостаза (тер морегуляция, водно-солевой обмен) и энергетики (переключение на преимущественное использование жиров, глюкогенез).

4. По очередности мобилизации физиологические резервы могут быть условно подразделены на три эшелона. Первый эше лон физиологических резервов (в виде усиления деятельности органов) мобилизуется сразу же при переходе от состояния от носительного покоя к привычной деятельности, до появления чувства усталости. Мобилизация резервов первого эшелона не вызывает трудностей у организма, а ее механизмом является система условных и безусловных рефлексов.

Второй эшелон физиологических резервов мобилизуется при возникновении чувства усталости, когда организм попадает в экстремальную ситуацию, связанную с резким изменением усло вий среды, а также при изменениях во внутренней среде организ ма, связанных с физическими усилиями. Этот эшелон резервов может быть условно разделен на две части моментом произволь ного отказа от продолжения работы в связи с появлением непри ятных, часто болевых ощущений. Вторая половина этого эшелона резервов, как правило, включается в процессе адаптации к сорев новательным нагрузкам, при высокой мотивации победы в состя заниях. По-существу, использование этой зоны резервов и харак терно для спортивных достижений высокого класса.

Механизмом мобилизации этого эшелона резервов являются не только комплексы условных и безусловных рефлексов с обыч ным включением в работу желез внутренней секреции, но и эмо ции, которые могут рассматриваться как механизм экстренной мобилизации физиологических резервов второго эшелона. Резер вы этой очереди эшелона могут быть охарактеризованы энерго тратами и состоянием физиологических функций при работе до произвольного отказа от ее выполнения.

Однако, поскольку резервы организма не используются полностью никогда, то должен быть выделен третий эшелон ре зервов, которые используются организмом только в борьбе за жизнь в агональном состоянии.

В настоящее время едва ли можно сказать что-либо опреде ленное об этих резервах. Можно предположить, что они состав ляют большую часть резервов организма. Что они не использу ются, то ли потому, что включаются слишком медленно и по этому не могут быть реализованы за то время, в течение которо го человек произвольно отказывается от дальнейшей работы, то ли в связи с тем, что у организма нет навыков в их мобилиза ции (но они могут быть выработаны). В принципе, эти резервы могли бы быть изучены после автоматического, непроизвольно го отказа (обморока). Однако по вполне понятным причинам та кого рода исследования не проводились.

В реальной жизни, как ранее описано, все же накоплено большое количество случаев такой «гипермобилизации» - функ циональных резервов, что приводила к сохранению жизни.

Совершенно очевидно, что приведенное деление весьма схематич но и очень условно, так как четкой границы между резервами упомяну тых выше эшелонов проведено быть не может. Однако оно удобно, так как физиологию экстремальных состояний интересуют в первую оче редь резервы второго эшелона, которые реализуются в соревновательной деятельности, и механизмы постепенного перехода части резервов вто рого эшелона в первый, то есть из плохо освоенных организмом в хоро шо освоенные, а также освоение организмом хотя ба части резервов третьего эшелона.

5. По уровням «интеграции» могут быть выделены резервы, мобилизуемые в виде систем, адекватных задачам и особенно стям конкретных видов мышечной деятельности. Интеграция ре зервов отдельных органов и их систем основывается на вовлече нии каждого компонента в системную реакцию, содействующую достижению конкретного результата. На данном уровне инте грации системообразующим фактором выступает, как правило, результат. Однако, поскольку активность индивида не может быть ограничена рамками узкой специализации, что противоре чило бы возможности адаптации к широкому спектру двигатель ной активности, можно говорить о возможностях формирования в организме множества систем мобилизации резервов, каждая из которых завершается своим приспособительным результатом, обеспечивая в совокупности определенную мышечную актив ность. Поэтому может быть выделена метасистема физиологиче ских резервов, которая определяет весь диапазон его двига тельных возможностей. На этом уровне системообразующим фактором выступает не частный результат, а наилучшее положе ние в целом «континууме» результатов.

6. По степени специфичности физиологические резервы мо гут быть подразделены на общие (неспецифические) и специаль ные. Первые реализуются через общие для всех видов деятель ности качества - силу, быстроту и выносливость, вторые - через навыки в специальной (для данного вида деятельности) коорди нации движений, выносливости, быстроты и силы.

По нашему мнению, в большинстве случаев в чрезвычайно опасных ситуациях превалирующим качеством для спасения явля ется «быстрота», может ее разновидности (быстрота оперативного мышления, быстрота действий, скорость «убегания» или «нападе ния»). Но, как показывает практика, другие перечисленные выше способности нередко оказываются также востребованными и обеспечивают (увеличивают) вероятность выживания.

3.7. Резюме. Размышления В настоящей главе описаны сведения о распространенности экстремального труда и уровнях функционального напряжения в условиях, опасных для жизни. Оказывается, что все больше нака пливается сведений (и в научно-популярной и в научной литера туре) о выживаемости людей в безнадежных ситуациях. Описаны «рекорды» работоспособности, фиксируемые учеными. Эти практические рекорды превышают прежние представления науки о человеческих возможностях. Все чаще описываются феномены резкого повышения различных видов работоспособно сти человека в безнадежных условиях, что, в конечном итоге, приводит к спасению жизни.

В наших исследованиях, выполненных в рамках докторской диссертации, доказано, что во многих случаях в экстремальных состояниях может происходить (или не происходить) такое на рушение (изменение?) теплового гомеостаза, которое сопровож дается существенным (почти в полтора раза) увеличением всех показателей работоспособности.

Возникает предположение, что иногда в экстремальной ситуации в психике человека, а точнее - в его концептуальных представлениях, может происходить «извлечение» такой про граммы, которая имеется в «анналах памяти» готовая, вырабо танная ранее в процессе эволюции, и которая приводит к акти визации физических и психических возможностей индивида.

ГЛАВА 4. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ СТРЕСС И РАБОТОСПОСОБНОСТЬ 4.1. Физиологические сдвиги при нервно-эмоциональном напря жении.

4.2. Эмоции, здоровье и выживаемость.

4.3. Теории стресса.

4.4. Резюме. Размышления.

Нередко отношение человека к предмету, действию или фак тору выходит за пределы привычных рамок, тогда наблюдается общее возбуждение организма, т.е. соматовегетативной сферы, которое проявляется в повышении Т тела, активизации работы сердца и т.п. В отдельных же случаях (их в «эпоху НТП» стано вится все больше) индивид или группа людей сталкиваются с не обходимостью спасать свою жизнь (в этой книге об этом приве дено много фактов), тогда эмоциональная окраска таких пережи ваний, вероятно, резко отличается от всех остальных эмоций.

В круг наших интересов входили не эмоции вообще. Про блема эмоций довольно широка и имеет весьма солидный возраст (более 100 лет). И мы не будем останавливаться на тех концепци ях, которые изложены не только в учебниках (в частности, «Ос новы психофизиологии», отв. Ред. Ю.И.Александров, 1998), но и популярной литературе. Кстати, среди всей информации по «эмо циям» наиболее интересна концепция потребностно информационной теории, разработанная в 1964 - 1986г.г.

П.В.Симоновым (Simonov P.,1975, 1984). Но нас интересовали не функции эмоций (подкрепляющая, переключающая, компенса торно-замещающая, коммуникативная);

они у нас не могли пред ставить объект исследования. Объектом же нашего исследования (или даже целью) является стресс, как таковой. Причём стресс, связанный с опасностью для здоровья и/или жизни. А стресс, без условно, не может проходить без эмоций. Исходя из этого и бу дет вестись дальнейшее изложение. (Если же говорить о функци ях эмоций, то, по нашему мнению, можно было бы выделить еще одну - «антилетальную» или «некрофобическую»).

Вообще-то, понятно, что эмоции, показывая наше отноше ние к чему-либо, обязательно изменяют работоспособность. В основном повышают её. Так принято считать в народе, да и пси хология с этим согласна. Однако, если вникнуть глубже, причём под углом зрения нашей работы, то можно задать такие вопросы, на которые трудно ответить. В частности:

- что увеличивается при эмоциях – сила или точность? – Вари анты ответов: а) и сила и точность;

б) сила увеличивается, а точность уменьшается;

в) сила уменьшается, а точность уве личивается;

г) все зависит от уровня и «знака» возбуждения;

- какие виды работоспособности больше увеличиваются, а какие меньше? – Варианты ответов: а) показатели физической работо способности увеличиваются, а умственной уменьшаются (или без изменений);

б) привычная работа улучшается, а непривычная ра бота ухудшается, а может и ускоряется, но имеет больше ошибок;

в) умственная работоспособность увеличивается (или её разно видности, в частности, оперативное мышление улучшается, а внимание ослабевает), а показатели физической работоспособно сти остаются без изменений;

г) все зависит от уровня и «знака»

возбуждения.

Таким образом, можно утверждать, что, несмотря на дости жения науки, нерешённых вопросов в этой проблеме гораздо больше, чем решенных.

Многие исследователи стресса выделяют отдельное понятие “эмоциональный стресс”, на характеристиках которого мы оста новимся ниже.

4.1.Физиологические сдвиги при нервно–эмоциональном на пряжении Название “эмоциональный стресс” весьма условно, так как любое напряжение, т.е. стресс, всегда переживается эмоциональ но. «Эмоции есть вкус и аромат жизни!”. “Без стресса нет жиз ни!” В данном разделе нами будут в основном описаны те ситуа ции, в которых 2-я сигнальная система играет ведущую роль (“второсигнальный стресс”).

Сейчас уже стало понятным, «почему» и «как» любое эмо циональное состояние (напряжение) сопровождается значитель ными вегетативными сдвигами в организме.

Н.П.Неверева и соавт. (1996) предложили комплекс мето дов (математический анализ сердечного режима, антропометри ческие измерения, оценка физической работоспособности, энер гетического обмена, уровня психо-эмоционального напряжения) для изучения уровней напряжения организма студента в процессе обучения в педагогическом вузе и в дальнейшем, на протяжении всего периода профессиональной деятельности учителя. Показа но, что указанные тесты в 20 – 30% случаев позволили выявить достаточно выраженное напряжение адаптационных меха низмов, которое авторы расценили как приспособительное к ус ловиям труда студентов и педагогов. Особенно существенные сдвиги были обнаружены в экзаменационную сессию.

Е.А.Умрюхин, Е.В.Быкова, Н.В.Климина (1996) изучали энергообмен и вегетативные функции у студентов при учебной и экзаменационной нагрузках, и обнаружили, что после сдачи эк замена ЧСС повышается до 83.4±1.9 уд/мин, дыхательный коэф фициент увеличивается с 0.84 до 0.90 (Р 0.001), а Т тела акси лярная достигает в среднем 37.98±0.07°С.

Работа Фудина Н.А., Тараканова О.П., Классиной С.Я.

(1996) посвящена изучению влияния музыкальных воздействий на функциональное состояние студентов перед экзаменом и на эффективность выполнения ими тестовой операторской деятель ности. Выявлено, что экзамен является фактором психоэмоцио нального напряжения студентов. Их эмоциональное состояние отражается в вегетативных реакциях, обусловленных выражен ной активацией симпатического отдела вегетативной нервной системы. Устранение стрессорного фактора (сдача экзамена) ве дёт к значимому снижению исходного уровня симпатической ак тивации, вплоть до нормализации тонуса. При этом наиболее вы раженные реакции отмечались со стороны сердечно–сосудистой системы. Однако всё это сопровождалось рядом таких неблаго приятных последствий, как снижение работоспособности и ак тивности обследуемых.

Отдельные исследователи (Шангин А.Б., Шостак В.И., 1996), не изучая Т-изменений, выявляли характер взаимодействия показателей деятельности кардиореспираторной системы, уровня экскреции катехоламинов и реактивной тревожности во время психоэмоционального стресса, вызванного экзаменом, и в фоно вый период. Заключение авторов: наиболее важным фактором, определяющим изменения в системе кровообращения при экза менационном стрессе, является увеличение экскрекции адре налина, вызванное тревогой перед значимой для обследуемых ситуацией. Реакция на данный вид стресса со стороны дыхания проявляется преимущественно в увеличении частоты дыхания и незначительных сдвигах в газообмене. Структура и сила как внутри -, так и в межсистемных связях претерпевают изменения в сторону увеличения значимости межсистемных связей и умень шения количества внутрисистемных связей в период психо эмоционального напряжения.

Н.Я.Волкинд в ряде работ (1972,1982,1985) показал, что сдача экзаменов создает высокое нервноэмоциональное напряже ние, оказывающее глубокое влияние на многие системы организ ма студентов, в том числе на сердечно–сосудистую систему: уве личивается ЧСС, растет кровяное давление, изменяется ЭКГ, по вышается тонус сосудов.

В литературе имеется огромное количество работ, в которых приведены сведения о пределах изменения различных показате лей функционального состояния организма у людей различного возраста в условиях больших физических нагрузок, рассматри ваемых как эмоциональный стресс. В частности, А.Б.Коган и П.Н.Ермаков (1987) изучали ЭЭГ–показатели функциональных состояний обследуемых спортсменов в условиях предельных или околопредельных режимов выполнения задания. Результаты ис следований показали, что при выполнении упражнения «шива ри», в период настройки, для функционального состояния рабо чих механизмов мозга характерно наличие медленноволновой ак тивности (преимущественно в лобных отделах) с правосторонней асимметрией (по мощности ЭЭГ) и высоким уровнем межполу шарной когерентности. После успешного выполнения задания происходит смена знака асимметрии и повышение внутриполу шарной когерентности. При этом отмечается значительное на пряжение всех систем организма по показателям, артериального давления, частоты дыхания. В частности, в первые 10сек. после выполнения успешного удара частота сердечных сокращений достигала у всех испытуемых 180-200 ударов в минуту, артери альное давление - 170/90 - 200/100 мм рт. столба., а частота ды хания увеличивалась в 3 – 3,5 раза. Сопоставление приведенных результатов с данными литературы дает основания авторам вы сказывать предположение о ведущей роли лобных отделов коры мозга, и, в частности, его правой половины, в формировании осо бых функциональных состояний в экстремальных условиях дея тельности. При этом наиболее оптимальное приспособление ор ганизма к этим условиям осуществляется различными по своей структурно-функциональной организации психофизиологиче скими механизмами, существенным моментом которых является взаимоотношение активирующих влияний ретикулярной форма ции и лимбических структур.

В монографии Р.А.Тиграняна (1990) «Гормонально метаболический статус при экстремальных воздействиях» осве щены многие модели экстремальных состояний (главным обра зом внешних воздействий), и имеются сведения о влиянии эмо ционального стресса на функциональное состояние организма.

Заключено, что эмоциональный стресс, вызванный сдачей экза мена, сопровождается значительными изменениями уровня раз ных гормонов и биоактивных соединений в крови студентов, причем эти изменения зависели от исходного уровня исследова ных соединений перед экзаменом. На основании полученных данных автор сделал вывод, что простагландинам принадлежит ведущая роль в механизмах возникновения адекватных реакций сердечно-сосудистой системы для поддержания гомеостаза в ус ловиях использованной модели эмоционального стресса. При этом создается впечатление о том, что именно прстагландины участвуют в развитии начальных реакций организма в ответ на воздействие стрессора, с последующим вовлечением других сис тем для коррекции наступающих изменений.

Представляется интересной мысль, высказанная Л.С.Бачурихиной и соавт. (1972) о том, что «включающееся в комплекс системных защитно-приспособительных реакций эн докринное звено приобретает важнейшее функциональное зна чение в перестройке всей системы управления, направленной на создание нового уровня гомеостазиса»

Нашими исследованиями также показано, что эмоциональ ное напряжение организма лекторов (преподавателей вузов), вы званное чтением лекций населению по линии общества «Знание», также является эмоциональным стрессом и сопровождается дос таточно значительными сдвигами физиологических функций. В частности, мы обследовали 10 человек опытных лекторов, регу лярно выезжающих в районы для чтения лекций сельскому и го родскому населению.

До начала лекции и тотчас после неё регистрировали обще принятыми методами следующие показатели: ЧСС, систоличе ское и диастолическое артериальное давление, Т тела в прямой кишке, точность и лабильность нервных процессов, кистевая мышечная сила.

Исследования проводились осенью, в различное время дня, возраст лекторов составлял 30-45 лет. Продолжительность лек ции - от 50 до 65 мин, количество слушателей - от 30 до 100 че ловек. Обследуемые лекторы по данным обычного медицинского осмотра не имели тех отклонений в состоянии здоровья, которые не соответствовали бы их профессиональной пригодности.

Средние данные функционального состояния организма лекторов до и после выступления представлены в таблице 4.1.

Таблица 4.1.

Изменение физиологических показателей у лекторов под влияни ем выступления перед аудиторией №/№ Показатели До выступ. После выступ Прирост- Р 4 - 10 0, 1. Пульс, уд/мин 76 - 80 80 - 2. Систолич. давление, мм 115 - 120 140 - 150 25 - 30 0, 20 0, 3. Диастолич. давление, мм 70 - 80 90 - 4. «Точность», кол-во откл.

-2 + 1 0, от «0» из 5-ти попыток 8 - 9 6 - 5. Т-ра ректальная, °С 0,5 0, 37,4 - 37,6 37,9 - 38, 6. Лабильность, кол-во попа 0, даний из 25 попыток 23 - 25 25 - 25 0, 7. Кистевая мыш. сила, кг 45 - 51 46 - 52 Как видно из приведенной таблицы 4.1, устное выступление перед аудиторией вызывает определенное напряжение физиоло гических систем лектора. Учащается работа сердца, увеличива ется кровяное давление, повышается Т тела и т.п. Наиболее су щественные изменения наблюдались в организме лектора по дан ным сердечно-сосудистой и терморегуляторной систем. Что каса ется соматических сдвигов (изменения в нервной и мышечной системах), то они не носили достоверного характера.

На наш взгляд, одни зарегистрированные изменения «вегетатики»

- безвредны для организма здорового /только здорового/ человека, к ним относятся: прирост ЧСС /на 10 ударов в минуту/ и небольшое повыше ние Т тела (на 0,5°С);

другие – повышение артериального давления – мо гут вызвать неблагоприятные последствия. Последние обстоятельства необходимо учитывать лицам, имеющим предрасположенность к сер дечно – сосудистым заболеваниям, находящимся в состоянии утомления перед лекцией.

На основании проведенных исследований мы сделали вывод о том, что труд лектора в процессе выступления можно рассмат ривать как стресс, который может характеризоваться существен ными психофизиологическими сдвигами в организме. По видимому, есть смысл соответствующим организациям при оформлении лектора на работу (либо перед непосредственным направлением его для чтения лекции в организации) учитывать его состояние здоровья.

Факты о возможности неблагоприятных сдвигов в организ ме лектора во время выступления, видимо, необходимо учесть органам врачебного контроля, в плане разработки противопока заний к устным выступлениям перед аудиторией.

Таким образом, можно констатировать, что все те авторы, которые изучали изменения в организме при различных видах стресса, отмечали порой существенную гипертермию, доходя щую до 39 - 40°С. Если признать, что экстремальные состояния всегда сопровождаются повышением Т тела, то возникают два естественных вопроса: почему? И зачем?

4.2. Эмоции, здоровье и выживаемость Во многих случаях эмоциогенный стресс (то ли чисто вто росигнальный, то ли с элементами первосигнальной этиологии) может далеко выходить за пределы «эмоционального гомеоста за» (либо по интенсивности, либо по продолжительности), тогда временная мобилизация гормонального обеспечения энергетиче ских ресурсов сменяется общим истощением организма, и это становится основой развития различных патологических состоя ний (начиная с неврозов).

Поэтому представляется важным освещение вопроса: «Как влияют эмоции на работоспособность человека?» – По этому поводу Седов А.В.

(1985) писал, что эмоции могут быть как возбуждающими (радость, ненависть, гнев), так и угнетающими (тоска, боязнь, стыд, разочарование и т. д.) Поэтому они способствуют усилению или ослаблению умствен ной и физической работоспособности. В состоянии сильного возбужде ния человек способен совершать огромные мышечные усилия, решать сложнейшие умственные задачи. В этих ситуациях эмоциональное воз буждение помогает организму мобилизовать резервы и наиболее целе сообразно приспособиться к необычайной обстановке. Эмоции радости, восторга, гнева, злобы и т.п. повышают мышечный тонус, увеличивают СИЛУ и работоспособность мышц (но могут и дезорганизовать поведе ние).

И, наоборот, - при отрицательных эмоциях (печаль, страда ние, страх, и т.д.) у человека может появиться апатия, снизиться мышечный тонус и уменьшиться работоспособность. Но это - не во всех случаях. Здесь, как об этом будет излагаться ниже более подробно, уместно говорить о той стратегии поведения в экстре мальных ситуациях, которая сложилась у каждого индивида в процессе жизнедеятельности и которая, в свою очередь, как пока зали данные литературы, основанные на специальных психофи зиологических и эндокринологических исследованиях, обуслов лены в значительной мере наследственными факторами.

Исследованиями Ведяева Ф.П., Воробьевой Т.М. (1983) в моногра фии “Модели и механизмы эмоциональных стрессов” показано, что в – 75% случаев такие заболевания как гипертоническая болезнь, ин фаркт миокарда, язвенная болезнь желудка и 12-перстной кишки, невро зы, “психогенный” диабет развиваются на фоне отрицательных эмоци ональных состояний. В главе “Эмоциональные стрессы – актуальная ме дико-биологическая и социально-психологическая проблема” авторы по дытожили свои результаты в разработке нейрофизиологического аспекта проблемы эмоциональных стрессов. Авторы полагают, что ключевым интегрирующим аппаратом, который обусловливает единство различных видов человеческой деятельности, является такая категория нейропсихо логических явлений, как эмоции. В результате развития этой проблемы современной нейропсихологии возникло учение об эмоциональном фоне, о положительных и отрицательных эмоциях. Разработка этой проблемы с позиций идей нервизма привела к объективному доказательству наличия материального (анатомо-физиологического) субстрата эмоций.

Опыт разработки проблемы эмоций (Губачев Ю.М. и соав торы, 1976) способствовал формированию качественно новых представлений о социально-психологической природе таких со стояний человека как радость, удовольствие, комфорт, счастье, восторг, а также им противоположных (по содержанию) состоя ний - горе, обида, печаль, страх, стыдливость, аффект, отчаяние, безысходность, страдание.

Нужно отметить, что теория эмоций П.К.Анохина (1974, 1975, 1979) учла многие современные идеи и представления о механизмах работы мозга и является наиболее полной. По его мнению, еще в прошлом веке эмоции человека были разделены на «положительные» и «отрицательные». Положительные эмоции отражают благоприятное состояние организма, приятные ощущения как результат удовлетворения биологических и социальных потребностей;

отрицатель ные эмоции - наоборот, и они длительно удерживаются в ЦНС и могут пе реходить в «застойное» состояние.

Небезынтересно, что еще Ч.Дарвин (1872) изучал эмоцио нальные выразительные движения. На основе сравнительных ис следований эмоциональных движений млекопитающих он создал «биологическую концепцию эмоций». Согласно «концепции»

выразительные эмоциональные движения рассматривались как рудимент целесообразных инстинктивных действий, сохраняю щих в какой-либо степени свой биологический смысл, и, вместе с тем, выступающих в качестве биологически значимых сигналов для особей не только своего, но и других видов.

Эмоциональное возбуждение обостряет не только физиче ские, но духовные и интеллектуальные возможности человека. В экстремальных же ситуациях эмоциональное напряжение дости гает предела.

Известен случай с французским математиком Эваристом Галуа, прожившим всего около 22 лет и вошедшим (впоследствии) в число 13-ти «гениев» математики всех времен. Накануне смерти, будучи тяжело ра неным на дуэли, он сделал блестящее открытие. Вот как описывается это событие в книге Ц.П.Короленко и Г.В.Фроловой «Чудо воображения».

Ночь накануне смерти Галуа провел в лихорадочном состоянии - спешно, непоследовательно, отрывочно ложились на бумагу его математические идеи: ученый торопился передать их в письме к другу. (Потом его работа по высшей алгебре была отклонена Академией наук как «неясная».). Не многие друзья верили в гений молодого Галуа и настойчиво продолжали дальнейшие исследования, в основу которых легли предсмертные идеи ученого. Позже определилось: Галуа изложил теорему, которую смогли сформулировать и использовать только через 25 лет, когда математиче ское мышление стало достаточно развито.

Заслуживает внимания дальнейшее развитие информаци онной теории эмоций, сделанное Г.И.Косицким. В понятие эмоционального напряжения он, кроме устранения дефицита ин формации, вкладывает приобретение необходимой энергии и времени для достижения поставленной цели. Г.И.Косицкий раз личает четыре фазы эмоционального напряжения. Первая фаза характеризуется мобилизацией физиологических функций, так сказать, в разумных пределах. Если действия человека уже начинают противоречить здравому смыслу, то это значит, что на ступила вторая фаза эмоционального напряжения. Третья фаза характеризуется угнетением физиологических функций: человек впадает в состояние эмоционального шока. Наконец, четвертая фаза - это уже невроз, который может привести к обострению различного рода заболеваний.

Можно привести немало примеров компенсаторного значения эмоций. Так, ярость помогает человеку бороться даже в тех условиях, где У него на успех «один шанс из тысячи». Чувство тревоги удерживает от необдуманных поступков, когда опасность еще, как говорится, не смотрит в лицо. Воодушевление, трудовой энтузиазм позволяют достиг нуть результатов, которые «трезво мыслящему», неэмоциональному че ловеку кажутся недостижимыми. Английский философ Ф.Бекон считал, что мы можем ровно столько, сколько знаем. Сегодня к этому можно сделать существенное добавление: мы можем столько, сколько знаем, плюс то, что мы еще не знаем о резервах нашего организма, в частно сти, резервах эмоционального напряжения.

При недостатке информации, необходимой для организации ус пешной защиты от какой-либо опасности, у человека может возникнуть чувство страха. Чувство страха иногда бывает полезно вызывать у себя и произвольно. Например, молодой английский пловец Стив Холланд счи тает, что установил два своих мировых рекорда на дистанциях 800 и 1500м благодаря тому, что развивал «скорость страха». Во время спор тивных состязаний он постоянно внушал себе, что за ним гонится акула.

Угнетающие эмоции могут быть настолько сильными, что человек не в силах бывает с ними справиться. Страх иногда при водит человека в состояние оцепенения. Вот, например, как опи сывает чемпион мира по парашютному спорту В.Г.Романюк пер вый прыжок одного врача: “Когда самолет набрал нужную высо ту и пришел в зону прыжков, я подал команду приготовить ся…Врач вылез на крыло и встал на самом краю…Пошел! – ско мандовал я. Но врач, казалось, не слышал команды. Он застывшим взгля дом смотрел на бездну у своих ног и не двигался. Вернитесь в кабину! – крикнул я. Но он оставался в прежней позе, видимо, боясь пошевелиться.

“Вытяжная веревка все равно откроет ему парашют”, - вспомнил я, и резко положил машину на левое крыло, дав мотору полный газ. Врач сорвался с крыла самолета и камнем пошел вниз. Парашют его раскрылся благодаря натяжной веревке. Сам он не сделал даже попытки выдернуть кольцо. Та кое поведение парашютиста я видел впервые. Приземлился он благопо лучно. На старт пришел бледный, но довольный. Не сердитесь на меня? – спросил я его после полетов. Откровенно говоря, я плохо помню, как там, в воздухе, все произошло, - признался он”.

Д.О.Хеббу удалось экспериментальным путем получить кривую, выражающую зависимость между уровнем эмоцио нального возбуждения человека и успешностью его практи ческой деятельности (рис. 4.1.).

Рис. 4.1. Кривая Хеббу Представленная на этом рисунке кривая показывает, что между эмоциональным возбуждением и эффективностью дея тельности человека существует криволинейная, «колоколооб разная» зависимость. Для достижения наивысшего результата в деятельности, нежелательны как слишком слабые, так и очень сильные эмоциональные возбуждения. Для каждого человека имеется оптимум эмоциональной возбудимости, обеспечиваю щий максимум эффективности в работе.

Оптимальный уровень эмоционального возбуждения, в свою очередь, зависит от многих факторов: от особенностей выпол няемой деятельности, от условий, в которых она протекает, от индивидуальности включенного в нее человека и от многого дру гого. Слишком слабая эмоциональная возбужденность не обеспе чивает должной деятельности, а слишком сильная разрушает ее, дезорганизует и делает практически неуправляемой.

У человека в динамике эмоциональных процессов и состоя ний не меньшую роль, чем органические и физические воздейст вия, играют когнитивно-психологические факторы. В связи с этим были предложены новые концепции, объясняющие эмоции у че ловека динамическими особенностями когнитивных процессов.

Одной из первых подобных теорий явилась теория когни тивого диссонанса Л.Фестингера. Согласно ей положительное эмоциональное переживание возникает у человека тогда, когда его ожидания подтверждаются, а когнитивные представления воплощаются в жизнь, т.е. когда реальные результаты деятель ности соответствуют намеченным, согласуются с ними, или, что «то же самое», находится в консонансе. Отрицательные эмоции возникают и усиливаются в тех случаях, когда между ожидае мыми и действительными результатами деятельности имеется расхождение, диссонанс, несоответствие. Субъективно состояние когнитивного диссонанса обычно переживается человеком как дискомфорт, и он стремится как можно скорее от него избавить ся. Выход из состояния когнитивного диссонанса может быть двояким: или изменить когнитивные ожидания и планы таким образом, чтобы они соответствовали реально полученному ре зультату, или постараться получить новый результат, который бы согласовывался с прежними ожиданиями.

Шехтер показал, что немалый вклад в эмоциональные про цессы вносят память и мотивация человека. Его концепция полу чила название когнитивно-физиологической.

Гельгорн Э., Луфборроу Дж. в работе “Эмоции и эмоцио нальные расстройства. Нейрофизиологическое исследование” (1966) много внимания уделяли вопросам формирования эмоции:

роль гипоталамуса в этом процессе, соотношение гипоталамуса и ретикулярной формации, гипоталамуса и коры, гипоталамуса и вегетативных процессов, служащих компонентами эмоциональ ного выражения. Показано, что лимбическая система играет роль своеобразного посредника между гипоталамусом и корой больших полушарий, определяя качество эмоционального со стояния, осознаваемого на уровне коры мозга.

Решающей чертой эмоционального состояния является его интегративность, его исключительность по отношению к другим состояниям и другим реакциям. Эмоции охваты вают весь организм, они придают состоянию человека оп ределенное биологическое качество.

Именно благодаря эмоциям организм оказывается чрезвы чайно выгодно приспособленным к окружающим условиям, по скольку он, даже не определяя форму, тип, механизм и др. пара метры воздействия, может со спасительной быстротой отреаги ровать на него определенным эмоциональным состоянием, сведя его, так сказать, к общему биологическому знаменателю, т.е. оп ределить, полезно или вредно конкретное воздействие. В книге Гельгорна Э. и Луфборроу Дж. сформулирована биологическая теория эмоций.

Однако, по мнению П.К.Анохина, приведенным в книге све дениям присущ один общий недостаток. Они не рассматривают эмоциональные состояния как продукт эволюции, как закономер ное и объективное явление природы, как приспособительный фак тор в жизни животного. П.К.Анохин пишет: “Как же ЦНС “узна ет” о том, что какой-либо жизненно важный акт совершил на пе риферии все в надлежащей последовательности и полноценном виде (утоление голода, жажды, опорожнение тазовых органов т.

п.)? - Для этого существует обратная афферентация. Оценка ак та в целом невозможна без точной информации о результатах ка ждого из посланных по афферентной системе возбуждений. Такой механизм является абсолютно обязательным для каждой функции, и его отсутствие было бы гибельным для организма”.

Следует понимать, что во многих случаях (их количество особенно увеличилось в настоящее время) даже у отлично подго товленных индивидов (или контингентов) при попадании в экс тремальные ситуации, к которым они готовились на протяжении длительного времени, возникает такой эмоциональный стресс, который выходит за рамки привычных возможностей человека (из-за опасности для жизни).

Так В.И.Лебедев (1989, с.22) полагает, что «при работе в ус ловиях лимита и дефицита времени мобилизуются внутренние резервы человека, приводится в действие ряд механизмов, при званных обеспечить преодоление возникающих трудностей, и происходит перестройка способа деятельности».

У многих «экстремальных» профессий ведущее значение в работе принадлежит нервно-психическому напряжению.

Д.И.Писарев обнаружил наличие вегетативных неврозов у 75% курсантов и 55% лётчиков (цит. по В.И.Лебедеву, 1989). Как пи шет А.И.Северский, лётчик утомляется, потому что во время полё та ему приходится с напряженным вниманием следить за показа ниями многих приборов, за внешней обстановкой, оценивать всё это и быстро решать ряд возникающих задач (Северский А.И.,1965). У части лётчиков наблюдались гипертонические кри зы и развивались функциональные нарушения нервной системы.

Наблюдения К.Лагара за 60 опытными лётчиками, трени рующимися на лётных тренажёрах, показали, что в период «слепо го» полёта, т.е. полёта по приборам, моделируемого на тренажёре, у каждого третьего обследуемого частота сердечных сокращении достигала 140, а у отдельных пилотов превышала 190 уд/мин.

По данным А.И.Киколова (1967), у диспетчеров железнодо рожного транспорта и гражданской авиации, у которых также лишь с помощью приборов происходит восприятие перемещающихся в пространстве транспортных средств, во время работы ЧСС возрас тала, в среднем на 13 уд/мин, артериальное давление увеличива лось на 26мм. рт. столба, значительно повышалось содержание са хара в крови. Причём и на следующий день показатели не прихо дили в норму. При многолетней работе у них развивалось состоя ние эмоциональной неуравновешенности (повышенная нервоз ность), нарушался сон, появлялись боли в области сердца. Такая симптоматика в ряде случаев перерастала в выраженный невроз.

Г.Селье также отмечал, что 35% воздушных диспетчеров страдают язвенной болезнью, вызванной нервным перенапряжением во вре мя работы с информационными моделями.

Известно, что в обычном горизонтальном полёте на совре менном самолёте-истребителе у многих пилотов ЧСС повышает ся до 120 и более уд/мин, а при переходе на сверхзвуковую ско рость и пробивании облаков достигает 160 с резким учащением дыхания и повышением артериального давления до 160 мм рт.

столба и выше. Пульс Н.Армстронга (астронавта) во время ма невра по «прилунению» составлял в среднем 156, превышая ис ходную величину почти в 3 раза.

В моменты дозаправки самолёта в воздухе ЧСС у лётчиков возрастает до 160-186 уд/мин, а частота дыхания доходит до — 50 раз/мин, что в 2 – 3 раза больше, по сравнению с обычной.

Т тела повышается на 0,7 – 1,20. Отмечаются исключительно вы сокие цифры выброса аскорбиновой кислоты (в 20 и даже в раз выше нормы). Аналогичные сдвиги наблюдаются и У космо навтов во время стыковочных операций. Так У американского ас тронавта Г.Купера при осуществлении маневра по стыковке кос мического корабля «Дженими -II» с ракетой-мишенью «Аджена»

пульс участился до 180 уд/мин.

Особенно высокая степень риска погибнуть в результате катастрофы у лётчиков, испытывающих новые образцы летатель ных аппаратов. Американский лётчик-испытатель У.Бриджмен писал, что во время освоения реактивных самолётов только на военно-воздушной базе Эдвардс за 9 месяцев погибли 62 летчика испытателя. Сам он также потом погиб в испытательном полёте.

Примером аварии во время космического полёта может служить случай с американским кораблём «Апполон-13», стар товавшим к Луне II апреля 1970 года. 14 апреля на корабле, нахо дящемся на расстоянии 328 тыс. км от Земли, взорвался баллон с жидким кислородом, осколками был поврежден второй баллон. А так как этот кислород использовался для работы батарей топ ливных элементов, составляющих главный источник электро энергии основного блока корабля и систем жизнеобеспечения, то экипаж оказался в критическом положении. Недостаток электроэнергии сразу же отразился на работе системы Т регуляции: внутри корабля - Т упала до 5°С. Все это происхо дило, когда «Апполон-13» приближался к Луне. Только благода ря находчивости и мужеству астронавтов корабль, облетев луну на расстоянии 250км, вернулся на Землю.

Американский астронавт С.Карпентер, проработав около месяца в подводной лаборатории «Силаб-2»,заявил, что «морские глубины даже враждебнее человеку, чем космос». Только во вре мя 2-й Мировой войны 50 подводных лодок ряда зарубежных стран погибли не в бою, а из-за неисправности в различных сис темах и агрегатах. И в послевоенный период имели место аварии на подводных аппаратах (на 26 батискафах) и на дизель электрических подводных лодках Англии, США, Франции, ФРГ, Японии и др. стран, нередко сопровождавшиеся гибелью людей.

На первой атомной лодке «Наутилус» во время плавания было обнаружено 159 дефектов. Подводной лодке «Хелибат»

пришлось экстренно всплыть из-за течи в прочном корпусе. На «Тритоне» произошёл взрыв, повлекший за собой пожар и поте рю управляемости. Авария реактора произошла на подводном ра кетоносце «Теодор Рузвельт». Когда подводная лодка «Скейт»

совершала переход подо льдами Северного Ледовитого океана, у неё отказал главный конденсатор. Лодка не погибла только бла годаря тому, что случайно удалось найти полынью в арктических льдах, всплыть на поверхность и произвести ремонт.

На зарубежных арктических станциях в послевоенный период (до 1959 года) в результате несчастных случаев (пожаров, падения в трещины, замерзания, отравления и других причин) погиб 81 человек и только 4 человека умерли от соматических заболеваний. 3 августа 1960 года на станции «Мирный» во время пожара погибли 8 человек.

Участник 1-й экспедиции на Луну М.Коллинз рассказывал:

«Там, в космическом пространстве, постоянно ловишь себя на мысли, которая не может не угнетать… Путь на Луну был хруп кой цепочкой сложных манипуляций. На каждого участника поле та ложились огромные, порой нечеловеческие нагрузки – нервные, физические, нравственные. Космос не прощает даже малейших ошибок. А ты рискуешь главным – своей жизнью и жизнью това рищей... Это слишком большое напряжение, от которого не уй дёшь и 10 лет спустя (Литературная газета, 1980,1 января, с.13)».

И вот как сложилась дальнейшая судьба «величайшей тройки – Нейла Армстронга, Эдвина Олдрина и Майкла Коллинза. Армст ронг уединился на вилле в штате Огайо и всячески старается со хранить положение «добровольного изгнанника». Олдрин через года после полёта почувствовал, что нуждается в помощи психи атра. Трудно поверить, что в 46 лет он превратился в непрерывно трясущегося человека, погруженного в глубокую депрессию. Он утверждает, что стал таким вскоре после своей «прогулки» по Лу не. Коллинз, который несколько суток дежурил на орбите и ждал там возвращения товарищей, возглавляет национальный музей воздухоплавания и космонавтики, открытый в 1976 году.

Во время полёта к Луне космического корабля «Апполон 10» на селеноцентрической орбите основной блок корабля и лун ный спускаемый аппарат разделились. И вдруг спускаемый аппа рат начал вращаться вдоль продольной оси. У астронавтов воз никла иллюзия, что они стремительно падают на Луну. Сернан от неожиданности растерялся. Только находчивость и мастерство Стаффорда помогли избежать катастрофы. Он быстро включил ручное управление и стабилизировал спускаемый аппарат.

Космонавт Г.С.Шонин писал (1976): «Из двадцати человек «Гагаринского набора» в Центре подготовки космонавтов про должают работать (на 1975г.) только восемь. Кто погиб в космо се, кто - в воздухе, кто - на земле. У одних не выдержали нервы, других подвело здоровье».

Изложенные в настоящем разделе данные о влиянии эмо ционального стресса (носящего, главным образом, аутогенный характер) на организм человека позволяют считать, что эмоции мобилизуют вегетативную сферу и усиливают энергетику трени рованного организма, выполняющего привычную работку;

это, в конечном итоге, увеличивает работоспособность, резко повышая, тем самым, вероятность выживания в опасных условиях. Однако длительный либо «чрезмерный» по интенсивности эмоциональ ный стресс всё же истощает организм и может лежать в основе различных патологических изменений (начиная с неврозов).


В плане вышеизложенного будет уместным изложить ниже по близкому нам вопросу представления интенсивно развиваю щейся в последние годы психофизиологии. В ней одним из прак тических разделов повышения эффективности деятельности яв ляется проблема саморегуляции (Конорски Ю.,1970;

Котик М.А., Емельянов А.М.,1985). Там при оценке адаптации человека к экстремальным условиям деятельности (напоминаем, что у нас рассматриваются предельные и запредельные условия) выделены типы саморегуляции психофизиологического состояния, как при надлежность к определенному виду психической деятельности.

Показано, что успешность определяется (обусловливается) взаи модействием 2-х механизмов: на психологическом уровне - меха низма экстра-интраверсии, который обеспечивает поведенческую и эмоциональную вариативность, и на физиологическом - опре деленного типа вегетативной регуляции (эрго-трофотропного), ответственного за энергетическое обеспечение психической деятельности (Дикая Л.Г.,1990;

Дикая Л.Г. и соавт.,1994).

У лиц с гармоничным стилем (экстравертов с высокой энер гетикой) оба фактора работают как один слаженный механизм, у них достаточно жизненных сил, чтобы активно взаимодейство вать с окружающим миром. Иная тактика - у лиц с экономным стилем саморегуляции (интравертов с низкой энергетикой). Эти испытуемые, имея слабые энергетические ресурсы, осторожны, стараются не тратить свои эмоции понапрасну, и если им прихо дится работать в условиях, требующих больших энергетических затрат, то у них быстро развиваются состояния утомления, де прессии и психического истощения. Однако в комфортных усло виях этот стиль саморегуляции может быть для них оптималь ным. Совсем другая картина наблюдается в группе интровертов с эрготропным реагированием. Будучи не очень «активными» в по ведении и имея большие резервы, они как бы накапливают ресур сы и поэтому только в напряженных условиях могут позволить себе выплеснуть эмоции наружу, не ухудшая своего состояния.

Их стиль саморегуляции, который определен авторами (с.378) как накопительный, также приближается к оптимальному. В наибо лее сложной ситуации оказываются экстраверты с трофотропным реагированием, представители затратного стиля. Обладая низки ми энергетическими ресурсами, в своем поведении они затрачи вают массу энергии, что делает их стиль саморегуляции наиболее неэффективным и неоптимальным. Знание индивидуального сти ля позволяет более успешно осуществлять регуляцию психофи зиологического состояния и разрабатывать индивидуально ориентированные системы обучения методам саморегуляции.

На наш взгляд, вышеизложенные представления психофи зиологии не могут распространяться на поведение индивидов в борьбе за жизнь. Очень может быть, что со временем, когда не только специалисты, а и большинство населения поймут, что сейчас насильственной смертью погибает в 10 - 15 раз больше людей, чем «нормальной» (физиологической), будет выделена как самостоятельная наука, именуемая как «экстремальная психофизиология» либо «экстремология».

4.3. Теории стресса Дата открытия стресса Гансом Селье известна точно - 4 июля года, когда вышла его статья «Синдром, вызываемый различными по вреждающими воздействиями». В ряде своих работ Г.Селье показал не зависимость процесса приспособления от характера раздражителя или нагрузки. Термин «стресс» в значении «неспецифическое напряжение в живой материи», отражающееся на функциях эндокринных желез, или «сумма всех сил, действующих на живую систему против равновесных со стояний» впервые был употреблен Г.Селье и Т.МакКвоуном (1935).

Общий адаптационный синдром имеет по Г.Селье (1950,1960) определенные и теперь уже хорошо известные ста дии: реакция тревоги, стадия резистентности и стадия истощения.

Ради справедливости надо отметить, что начало экспери ментального изучения стресса, фактически положил А.А.Богомолец (1905,1909). Он впервые установил, что при са мых разных формах мобилизующего воздействия (фарадизация, дифтерийная интоксикация, мышечное напряжение, ботулизм, беременность, введение стрихнина, пилокарпина, цитотоксиче ских антител) в коре надпочечников происходят гистологические изменения, отражающие усиление секреции и сопряженные с на коплением некой «липоидной субстанции».

Впоследствии идея интегрированного неспецифического от вета организма на опасность получила блестящее развитие на страницах классических трудов У.В.Кеннона «Телесные измене ния при боли, голоде, страхе и гневе» (1915) и «Мудрость тела»

(1932). В них автор обосновал роль автономной нервной системы и, особенно, ее симпатического отдела и катехоламинов, а значит и мозгового вещества надпочечников, в мобилизации организма при отрицательных эмоциях.

Р.Лазарус развил учение о стрессе (1956,1970): выдвинул концепцию, согласно которой разграничивается «физиологи ческий стресс», связанный с реальным раздражителем, и «психический (эмоциональный) стресс», при котором чело век (на основе индивидуальных знаний и опыта) оценивает предстоящую ситуацию как угрожающую, трудную.

В попытках многих авторов, предлагающих определение понятия «стресс», в большей мере идет речь именно об эмо циональном стрессе. Саnnon (1929), например, характеризовал стресс на угрожающий стимул как целесообразную реакцию, создающую в организме оптимальные условия для последую щей борьбы или бегства. Арнольд (цит. по Лазарусу, 1970) оп ределял рассматриваемое понятие как любое условие, которое нарушает нормальное функционирование организма. По Леви (1972), это характер психологической реакции, которая подго тавливает организм к действию. Лазарус (1970) считал, что стресс имеет отношение только к актам в такой окружающей среде, которая чревата вредом или угрозой вреда. И, наконец, по Селье (1960), стресс - это совокупность общих черт в реак циях живых организмов на стимулы, имеющие тенденцию на рушать динамический гомеостаз психологических, биохимиче ских и физиологических процессов.

В определениях одних ученых стресс - это обязательное нарушение и вред (Арнольд, Лазарус и др.), других - это лю бая реакция, нарушающая гомеостаз (Селье, Леви и др.).

С.А.Разумовым (1976) сделана попытка условного под разделения стрессоров, непосредственно или косвенно уча ствующих в организации эмоционально-стрессовой реакции у человека, на четыре группы. К первой группе относятся стрессоры активной деятельности, в том числе экстремаль ные стрессоры (участие в боевых действиях, космических полетах, испытание новой техники, работа сапёров, спелеоло гия и т.п.), работа с информационной перегрузкой при дефици те времени, соревнования, конкурсы. Ко второй группе отно сятся стрессоры оценок: а) старт-стрессоры (предстоящие со стязания, защита диссертации, предоперация, воспоминания пережитых событий), б) стрессоры побед или поражений (по беда В соревновании, конкурсе, признание изобретения, успех в искусстве, крупный проигрыш, болезнь или смерть любимого человека и т.п.), в) стрессоры зрелищ (спортивные зрелища, остро-сюжетные фильмы, захватывающие театральные пред ставления). К третьей группе относятся стрессоры рассогласо вания деятельности: стрессоры разобщения (конфликты в се мье, на работе, неожиданное известие), стрессоры ограничений (сенсорная или мускульная депривация, тюремная изоляция, сексуальная дисгармония, голод, жажда). К четвертой разно видности относятся физические и природные стрессоры (мышеч ные нагрузки, хирургические вмешательства, медицинские про цедуры, травмы, темнота, яркий свет, неприятный звук, вибрация, качка, высота, холод, жара, землетрясения).

Надо понимать, что наличие стрессора еще не всегда обу славливает развитие стрессовой реакции. Например, не каждый человек вздрагивает при выстреле, некоторые люди страшатся новизны и изменения своего статуса, другие - наоборот: стре мятся к новому и неизведанному. Имеются люди, которые соз нательно ищут стресса в форме приключения и, кажется, полу чают от этого удовольствие.

В определенных условиях эмоциональные стрессоры об ладают огромной мощностью своего воздействия на орга низм. Ещё Cannon (1957) описывал случаи смерти совершен но здоровых людей из отсталых племён после нарушения ими запрета проклятия, объясняя подобную смерть шоком от крайнего эмоционального возбуждения. Аналогичные наблю дения описал Рейчэр (1957): он вызывал мгновенную смерть вполне здоровых животных (крыс), внезапно помещая их в ме шок и плотно (но не сильно) обхватывая рукой или опуская в со суд с водой. У многих крыс при этом наблюдалась брадикардия и остановка сердца в диастоле. В этих условиях автор считал глав ной эмоцией безнадежность нахождения выхода из создав шейся ситуации, а не эмоцию активного ужаса.

Несмотря на многочисленные мнения в психологии до сих пор не сложилось единой теории стресса, а само понятие стресса продолжает оставаться расплывчатым и многозначным.

В свое время наибольшие симпатии завоевала теория стресса, предложенная Лазарусом. Основным понятием её яв ляется интеллектуальный процесс оценки, позволяющий индивидууму анализировать значение действующего раз дражителя и решать вопрос о его возможном вреде. Эта тео рия, по сути, - первая собственно психологическая концепция стресса - получила название когнитивной (познавательной) теории стресса.

Интересна точка зрения французского учёного П.Фресса, по лагавшего, что стрессогенным моментом является не сама по себе ситуация, а отношения в этой ситуации между мотивами и воз можностями субъекта действовать адекватно им. В зависимости от степени соответствия мотивации возможностям индивидуума все стрессогенные условия П.Фресс подразделяет на две группы. Пер вую составляют условия, при которых объект не способен, не уме ет или просто не готов действовать (новизна, необычность, вне запность ситуации). Вторую группу составляют: сверхсильная мотивация, вызывающая сверхсильное волнение, либо повышен ное напряжение, либо разрядку возбуждения (в форме радости, смеха и т.д.). Особенно сказывается сверхсильная мотивация в социально значимых ситуациях, в условиях конфликта.


Холт с соавторами (1970), перечисляя показатели стресса, различают физиологический, поведенческий и психологиче ский уровни.

Многие ученые, изучающие состояние стресса, судят о нем по выделению адреналина и норадреналина, частоте сердечных сокращений и субъективным реакциям испытуемых (самооценке, самочувствию и настроению). И вообще, следует отметить, что наибольшее значение большинство учёных придают именно ре гистрации и анализу гуморальных реакций.

Весьма интересна трактовка стресса, предложенная В.В.Суворовой (1975). Одним из её основных положений являет ся гипотеза о зависимости вида стресса от «места приложения стрессовых воздействий», т.е. от того субстрата, где возникает реакция на эти воздействия. В зависимости от этого она выделяет стресс периферический, который наступает при нарушении го меостаза от воздействий (температурных, болевых, химических, радиоактивных, и т.д.) на периферические органы и ткани, и развивается по типу общего адаптационного синдрома, и стресс церебральный, который наступает при отрицательном воздей ствии на функции второй сигнальной системы и процессы высшей нервной деятельности. В соответствии с этим выделя ется два его вида - второсигнальный и первосигнальный.

Как и большинство исследователей стресса, В.В. Суворова разделяет негативную позицию в оценке состояния стресса, считая, что стресс - это чрезвычайное состояние, которое необ ходимо преодолеть, из которого необходимо выйти. Стресс не характеризуется популярностью - он, как правило, отрицателен.

Вполне понятно, что стресс необходимо дифференциро вать от других близких состояний, например, тревожности, фрустрации, дискомфорта и др. Но разграничение стресса и эмоциональных состояний довольно сложно, и даже не всегда представляется возможным.

Много лет в психологии доминировало понимание стресса как состояния, вызывающего понижение функционального уровня. Значительное число исследований посвящено изучению стресса как фактора, отрицательно действующего на психиче ские функции и деятельность индивидума, а также дезоргани зующего его поведение.

Сравнительно недавно стали говорить о двух формах влия ния стресса - повышающего функциональный уровень деятель ности человека («стресс льва») и понижающего его («стресс кролика»). Обнаружено, что у льва в надпочечниках обнаружи вается преимущественно норадреналин, а у кролика - адреналин.

Возникла гипотеза о том, что при эмоциях, связанных с необхо димостью задержать их внешние проявления, усиливается выде ление адреналина (гормона кролика);

а при эмоциях, связанных с выраженным внешним проявлением (агрессивная реакция, со провождающаяся яростью, гневом, злостью), выделяется норад реналин (гормон льва).

М.Франкенхойзер (1967) пыталась объяснить различное влияние одной и той же стрессовой ситуации на разных людей от носительным усилением выделения адреналина в период стресса.

Тревога и избегание (тормозные форма стресса) наблюдаются У «кроликов», агрессивная форма (возбудимая форма стресса) - ха рактеризует «львов». Было высказано предположение о том, что это - обусловлено различиями в такой черте личности, как тре вожность. Но эта гипотеза в дальнейшем не получила экспери ментального подтверждения (М.Франкенхойзер, 1970).

Отдельными исследователями давно выдвигалась мысль о роли сознания в гормональном обеспечении стрессовых ре акций (Лазарус, 1970). В частности, стресс, связанный с уми ранием, у многих людей (как и животных) является главным условием, его создающим. Хотя имеется немало случаев, ко гда смерть не кажется чем-то страшным. Работы Шнейдемана (1913), Фейфеля (1959), Диггори и Рофмана (1961) показыва ют, что смерть имеет различное психологическое значение для разных людей и, повидимому, меняется и та основа, на кото рой вырастает страх смерти.

Агрелль Я. (1970) в своей работе «Стресс: его военные по следствия - психологические аспекты проблемы» писал нижесле дующее: «Страх в бою - это вполне обычное явление, его испы тывают от 80 до 90% солдат. Кроме того, имеется целый ряд ве гетативных симптомов: недомогание, боли в желудке, чувство усталости, головокружение, потливость. По проверенным аме риканским данным, у 25% бойцов в обстановке боя бывает рвота, а недержание кала и мочи - у 10-20% Маршалл также обнаружил, что в обстановке боя только 25% американских солдат использовали своё оружие, и это все гда были одни и те же лица. Л.Люнгберг описывал, что после высадки в Северной Африке и Нормандии иногда случалось так, что каждый второй человек, достигший сборного пункта баталь она, и, не будучи раненым, тем не менее, не мог продолжать сражаться в связи с психическими нарушениями.

Обобщая взгляды многих авторов на сущность психологи ческого стрессора, можно сказать, что стрессогенная ситуация предъявляет человеку требования, воспринимающиеся им либо как превосходящие его возможности, что ведет к дистрессу, либо как позволяющие реализовать свои возможности, ответить на эти требования, и благодаря этому достигнуть желаемых по следствий. При этом играет роль как субъективная неопреде ленность требований и возможности им отвечать, так и субъек тивная значимость последствий ответа.

Обсуждая проблемы стресса нельзя не остановиться на спортивном стрессе, который, по мнению многих современных исследователей, стоит на одном уровне с другими разновидно стями стресса. Нередко ставился вопрос: почему спортивный и физиологический стрессы сопровождаются в большинстве слу чаев положительными эмоциями? (Б.Е.Мельник и М.С.Кахана, 1981).

Отдельные авторы указывают о том, что организм живот ных значительно легче переносит стрессовые ситуации, объясняя это тем, что животные немедленно используют стрессовую энергию на реализацию физических реакций, обычно связанных с бегством или нападением. Человек же этой возможности в большинстве случаев не имеет, точнее он не может реализовать стрессовую энергию сразу, поэтому его физиологические систе мы долгое время могут работать на «повышенных» оборотах.

Не поэтому ли психические стрессы играют важную роль в возник новении гипертонической болезни!? При прочих равных условиях распро страненность гипертонической болезни среди работников умственного труда более высокая, нежели среди людей других профессий. У док торов и кандидатов наук она составляет 10,17%, у инженеров 6,63%, у лаборантов - 4,48%.

От стресса уйти невозможно. Предупредить его также поч ти никогда нельзя. Но человек может регулировать свои стрес совые реакции. Как? - Дело в том, что при любом воздействии на организм может возникать одна из двух реакций - активная (борь ба) или пассивная (бегство или примирение). В монографии «Ме дико-биологические формы стресса» Б.Е.Мельник и М.С.Кахана описывают, что с двумя формами стрессовых реакций связаны две группы гормонов, совершенно противоположных по своему дей ствию на организм. Одна группа – «кататоксичные» гормоны выделяются при ситуации, когда организму надо бороться, сра жаться, другие гормоны – «синтоксические» – диктуют орга низму противоположную команду «сражаться не надо!» По этому мы правильно должны оценить ситуацию, поскольку от этого зависит, какая группа гормонов включается.

В своей работе «Элементы теории экстремального со стояния организма» И.А.Ерохин (1993) полагал, что экстре мальное состояние характеризуется, по крайней мере, тремя основными (качественными) признаками: I.Предельным на пряжением функциональных механизмов срочной адаптации, угрожающим их срывом и необратимой компенсацией, 2.Вовлечением в адаптационно-компенсаторную реакцию «тыловой зоны обороны» организма - базисных процессов обеспечения стабильной жизнедеятельности, осуществляемой на клеточно-молекулярном уровне, 3.Принципиальной допус тимостью благоприятного исхода. Последний признак вытека ет из отличия экстремального состояния организма, разжи гающегося внезапно, на фоне относительно стабильной жиз недеятельности.

Сравнительно недавно сложилась также довольно стройная эндотоксиновая теория развития экстремального состояния ор ганизма и его последствий (Пермяков Н.К., Яковлев М.Ю.,1989;

Яковлев М.Ю.,1987). Клинический образ экстремального состоя ния, сложившийся в субъективном сознании на основе практиче ского опыта, настойчиво ассоциируется с острым энергетиче ским кризисом. Представляется, что именно энергетический кризис, создавая угрозу острого истощения и необратимого сры ва механизмов срочной адаптации, заставляет организм идти на крайнюю меру – временное торможение базисных процессов стабильной жизнедеятельности (т.е. повседневного, текущего тканевого метаболизма, в самом широком смысле этого понятия) в интересах достижения сиюминутной цели - выживания в экс тремальной ситуации. И единственный путь продлить существо вание целостной биосистемы - это мобилизация глубинных внутренних резервов. Резервы, видимо, могут быть получены за счёт торможения базисных процессов стабильной жизнедеятель ности путём резкого смещения в них термодинамического рав новесия В сторону энтропии, с одновременной активацией алго ритмов репродукции целевых энергоносителей для подкрепле ния срочной адаптационной компенсаторной реакции»

Биоэкономический методологический подход при оцен ке экстремальных состояний предполагает следующее. Во первых, выработка в организме наиболее экономичных, ли шенных побочных эффектов, алгоритмов срочной адаптации к действию сильных и сверхсильных раздражителей, что в опре деленных пределах может достигаться целенаправленной тре нировкой. Во-вторых, биоэкономический подход создает убе дительное дополнительное обоснование раннего начала лечеб ных мероприятий по поддержанию срочной адаптационно компенсаторной реакции до вовлечения в неё базисных метабо лических процессов. В третьих, проявляется целесообразность перевода организма, переживающего экстремальное состояние, на более экономичный режим жизнедеятельности путем созда ния искусственного гипобиоза, наиболее физиологичные мето ды которого нуждаются в специальном изучении. В четвёртых, биоэкономический подход побуждает оценивать сам факт перенесенного экстремального состояния любого ге неза как возможную причину развития эндогенных заболеваний иммунного, онкологического или метаболического плана на протяжении всего последующего жизненного цикла организма.

В своей монографии «0нтогенетические и генетико эволюционные аспекты нейроэндокринной регуляции стресса»

Е.В.Науменко, М.Вигаш, А.Л.Поленов (1990) предполагали, что «стресс, по-видимому, выполняет роль своеобразного «по средника» между средой и генетическим аппаратом. Резкие изменения среды, провоцируя состояние стресса, мобилизуют скрытую генетическую изменчивость, что, в свою очередь, об легчает поиск и отбор наиболее адаптивных вариантов. Генера лизованное расширение диапазона изменчивости связано с во влечением в сферу стрессорных реакций новых нейроэндок ринных систем регуляции и непосредственным влиянием гор монов стресса на геном. Свойства организма, в том числе и его стрессорная активность, являются результатом взаимодействия генотипа и среды. Из средовых влияний наиболее важными в опре делении признаков взрослого организма оказываются условия его раннего онтогенеза, когда организуются процессы, в частности, механизмов, обеспечивающих стрессовую реакцию, протекают наиболее быстрыми темпами, и потому могут быть легко измене ны или модифицированы внешними воздействиями.

Соотношения генотипической вариабельности и феноти пической имеют сложный характер. Особенно это касается со отношений между силой стрессорной реакции и выраженностью генотипической изменчивости различных признаков (Маркел ло,1987). Можно думать, что в наибольшей мере способствует проявлению генотипической изменчивости средний уровень стресса, большая же интенсивность стресса, так же как и ее снижение до минимума (в состоянии покоя), сопровождается уменьшением проявления генетических различий. Влияние стресса на проявления генетического разнообразия может быть усилено при условии действия стрессирующей стимуляции в раннем онтогенезе, на который приходятся критические пе риоды развития основных физиологических систем.

Таким образом, можно согласиться с ранее высказанными представлениями Д.К.Беляева (1972, 1974, 1979) о важной роли стресса в эволюционном процессе. То есть, можно с большей долей вероятности полагать, что резкие изменения среды, прово цируя состояние стресса, мобилизуют генетическую изменчи вость, что облегчает поиск и отбор наиболее адаптивных в дан ных условиях вариантов. Генерализованное расширение диапазо на изменчивости связано с вовлечением в сферу стрессорных ре акций центральных нейроэндокринных регуляторных систем.

Другим источником генетической изменчивости может быть не посредственное влияние гормонов стресса на геном с после дующим изменением вероятности мутаций и рекомбинаций.

И.П.Анохина (1988) при изучении особенностей функцио нирования катехоламиновой системы у крыс с различной устой чивостью к стрессу и у больных с психогенными депрессиями обнаружила, что важным фактором индивидуальной устойчиво сти в условиях эмоционального напряжения является генетиче ски детерминированная активность ферментов синтеза кате холаминов, в первую очередь, дофамин-бета-гидроксилазы.

Врожденная активность животных обеспечивает адаптацию к чрезвычайной ситуации. Однако автором высказано предположе ние о том, что эта черта может развиваться в течение жизни под воздействием окружающей среды.

Значительный вклад в расширение представлений о стрессе внес Ф.З.Меерсон и соавт. В частности, в монографии «Адапта ция к стрессорным системам и физическим нагрузкам» (1988) Ф.З.Меерсон и М.Г.Пшонникова писали о том, что в настоящее время структура заболеваемости принципиально изменилась.

Инфекционные заболевания отодвинулись, а главное место стали занимать «эндогенные»: рак, ишемия, язвенная болезнь, диабет, психические болезни. Резко изменился психогенный фонд.

Большинство людей и животных, поставленных в безвыходные стрессовые ситуации, не погибают, а приобретают резистент ность. Поэтому стали все больше говорить о стресс лимитирующих факторах.

Но реакция организма на стрессовые воздействия обеспечи вается не отдельными органами, а организованными определен ным образом и соподчиненными между собой системами. Можно говорить о становлении в головном мозге функциональной сис темы - системы временных связей, которая становится основой новых навыков и поведенческих реакций. В частности, таким процессом является активация синтеза нуклеиновых кислот и белков, возникающая в клетках, ответственных за адаптацию систем, обеспечивающая тем системного структурного «следа».

Рост количества и - РНК, на которых интенсивно протекает синтез клеточных белков, приводит к тому, что увеличивается масса структур, а следовательно и функциональных возможно стей клетки, что составляет основу «долговременной» адаптации.

На основании этих и других фактов механизм, через который функция регулирует количественный показатель активности ге нетического аппарата - скорость транскрипции, был обозначен Ф.З.Меерсоном (1963) как взаимосвязь между функцией и ге нетическим аппаратом клетки. В результате возникают две це пи явлений: I.Мобилизация функциональной системы, которая доминирует в адаптации к данному конкретному фактору, на пример, к физической нагрузке, холоду, недостатку кислорода;

2.Совершенно неспецифическая, возникающая при действии лю бого нового или сильного раздражителя, стандартная активация стресс-реализующей системы.

Небезынтересны взгляды К.В.Судакова о влиянии стрессо вых состояний на системную интеграцию функций человека, его работоспособность и здоровье (1996). Автором изучались с пози ций теории функциональных систем те отдельные результаты (кванты) функционирования организма в условиях психоэмоцио нального стресса, каждый из которых определяется совокупной деятельностью функциональных систем поведенческого и го меостатического уровней.

Имелись попытки установить акценты классической кон цепции стресса с позиций общей теории функциональных систем.

В частности, в статье К.В.Судакова «Новые акценты классиче ской концепции стресса: обзор» (1997) приведены данные, де монстрирующие развитие классической концепции стресса, предложенной Г.Селье. Показана трансформация общих пред ставлений о стрессе в проблему эмоционального стресса, как первичной эмоциогенной реакции человека и животных на дей ствие стрессоров. С позиций общей теории функциональных сис тем, предложенной П.К.Анохиным, обоснована ведущая роль конфликтных ситуаций в генезисе эмоциональных стрессов. В отличие от представлений Г.Селье о неспецифичном характере общего адаптационного синдрома стресса, постулируются поло жения о специфическом проявлении стресса в деятельности раз личных функциональных систем организма. Автором на основа нии многолетних собственных экспериментальных исследований обоснованы новые представления о необходимости индивиду ального подхода к изучению различных показателей стресса, включая активацию ранних генов и перекисное окисление липи дов;

о первичности изменений функций мозга при стрессе, поро ждающих психосоматические нарушения;

о роли лимбико ретикулярных структур мозга в формировании “застойного” эмо ционального возбуждения как основы психопатологии;

о роли олигопептидов в механизмах формирования устойчивости к эмо циональному стрессу.

Важный интерес имеют представления Д.А.Жукова о том, что реакция особи на неконтролируемое воздействие зависит от стратегии поведения (1996). Автор показал, что крысы «КНА» и «КЛА» различаются по целому ряду поведенческих характерис тик, что позволяет говорить о двух стратегиях приспособитель ного поведения – активной (КНА) и пассивной (КЛА). Крысы с активной стратегией поведения устойчивы к стрессорному воз действию, если они могут контролировать ситуацию. Реакция крыс с пассивной стратегией поведения не зависит от фактора контролируемости ситуации.

Небезынтересны данные В.Г.Шаляпиной о нейроэндокрин ной регуляции стресса. В статье “Функциональные качели в ней роэндокринной регуляции стресса” (1996) на основании данных литературы и многочисленных собственных исследований утве рждается мнение автора о централизированном управлении эндо кринными функциями при стрессе и поведенческой обусловлен ности нейроэндокринных реакций на внешние воздействия. При чем все это зависит от общей возбудимости мозга. Имеются ос нования убеждать в том, что гормональный ответ зависит не то лько от природы стресса, но и от субъективной оценки стресс ситуации, а также индивидуальной стратегии субъекта во вре мя стресса (Е.В.Науменко, 1990). О последнем свидетельствуют также и многочисленные генетические исследования, выполнен ные Н.Н.Дыгало, Н.С.Юдиным, Т.С.Калининой, Е.В.Науменко (1990) на животных с различным приспособительным поведени ем и стрессорной реакцией основных эндокринных систем.

Таким образом, стресс выполняет роль посредника между средой и генетическим аппаратом.

Н.В.Дмитриева и О.С.Глазачев в статье “Концептуальные подходы к диагностике стресс-индуцированных функциональных нарушений у человека в условиях производственной деятельно сти” (1997) при диагностике стресс-индуцированных состояний у человека рассматривали механизмы развития адаптационного си ндрома в этих условиях. Они указывали, что возникновение синхронизации при напряжении, активной деятельности озна чает синергию поведения отдельных физиологических механиз мов кардиореспираторно-гемодинамической системы. Т. е. на блюдается качественное изменение системы: она становится фу нкционально единой и дает новый результат – многократное уве личение снабжения тканей кислородом, питательными вещества ми. При срыве адаптационных процессов, их истощении наблю даются десинхронизация автоколебаний и дисбаланс внутри- и межсистемных связей в автоколебаниях.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.