авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Федеральное агентство по образованию РФ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Тюменский государственный нефтегазовый ...»

-- [ Страница 2 ] --

социальной практики, действия, поведения. Во-вторых, идеи, значения, ценности могут определять ситуацию в той мере, в какой они активно разделяются субъектами деятельности или пассивно признаются. Близость в этих моментах понятия «репрезентативная культура» понятию «этос» связана с тем, что этос (а) существует всегда в конкретных социокультурных рамках и (б) особенности ста новления этоса как феномена, занимающего промежуточ ный уровень между нравами и идеалами, выражаются в тех ценностях и значениях, которые разделяются субъекта ми деятельности. И в этой связи можно говорить, например, либо о развитии этоса, либо о «сворачивании» этоса до уровня нравов в рамках конкретной институции.

В своем обосновании направления «социология духа»

как области социологического исследования К. Манхейм, специально не рассматривавший понятие «этос», сформу лировал тезисы, которые, на наш взгляд, могут быть при менимы для понимания природы этоса. Речь идет о возмож ности трактовать этос как единство духа и практической де ятельности.

С точки зрения К.Манхейма, «дихотомия научного ана лиза на две сферы – науку о формах социации (по опреде лению Зиммеля) и социологию идей – не означает наличия в реальном мире двух объективно существующих реаль ностей, хотя требования академической специализации порой делают такое размежевание предметов исследова ния целесообразным…. Однако в конечном счете дуализм действительности, разделенной на царство идей и царство социальных отношений, царство вещей, должен вылиться в целостный взгляд на первоначальную природу человечес кой реальности, на основе которой были выделены в виде абстракций два аспекта социологии»95. В таком ключе автор определяет цель социологии духа: «исследование духовных Манхейм К. Эссе о социологии культуры // Манхейм К. Избранное:

Социология культуры. М.;

СПб.: Университетская книга, 2000. С. 24.

процессов и их значений в том социальном аспекте, в котором они осуществляются»96.

ОСОБО следует выделить институционально оформ ляющееся в современном отечественном научном дискурсе направление «социология морали»97 - в своем предмете оно имеет значимые аспекты, совпадающие с отдельными аспектами этосного подхода.

Прежде чем выделить такого рода аспекты, попытаем ся кратко охарактеризовать структуру и предметное содер жание данного направления, опираясь на некоторые совре менные исследования.

Определяя координаты «социологии морали» в стру ктуре теоретического социологического знания, В.М. Соко лов относит это направление к отраслевым социологичес ким теориям. Соответственно определяется им и предмет исследования: «мораль как составная часть, компонент социальной системы»98. В структуре этого предмета выделяются: влияние общественных условий на «производ ство» морали, ее функционирование в общественных отно шениях;

воздействие морали на социальные отношения и условия;

«взаимодействие морали с другими видами со циальной регуляции поведения людей»;

«нравственные ас пекты "механизмов" социализации человека»;

«специфика Манхейм К. Указ.соч. С. 89.

См., напр.: Соколов В.М. Социология нравственного развития ли чности. М.: Политиздат, 1986;

Он же: Социология морали – реальная или гипотетическая? // Социологические исследования. 2007, № 8;

Парамонова С.П. Динамика морального сознания (Введение в социологию морали). Пермь: Перм. гос. техн. ун-т, 2006;

Кирилина Т.Ю. Становление социологии морали как специальной социологи ческой теории: монография. М.: ГОУ ВПО МГУЛ, 2009;

Бачинин В.А.

Метасоциологические проблемы: изучение морали // Социоло гические исследования. 1995. № 11. С. 104-108;

Беляева Е.В. Ме таморофозы нравственности: динамика исторических систем нрав ственности. Минск, 2007. и др.

Соколов В.М. Социология морали – реальная или гипотетичес кая? С. 81.

нравственности отдельных групп»;

«различные виды социально-групповых аномалий в нравственной жизни общества»99. Автор характеризует социологию морали как «непосредственную эмпирическую основу этики», отмечая, что этика «выступает по отношению к социологии морали как ее метатеория»100. Методологические основания иссле дований социологии морали, как можно понять, находятся в сфере социологических парадигм.

Подчеркивая междисциплинарный характер социоло гии морали, Т.Ю. Кирилина определяет в качестве теоре тической и методологической базы данного направления теоретические положения этики. Из четырех уровней знания, выделяемых в структуре социологии морали, об щефилософский уровень назван первым101. Второй уро вень знания в структуре социологии морали представлен категориями теоретической социологии. Третий уровень описывается феноменами, принадлежащими сферам как этического, так и социологического знаний: моральная ат мосфера, моральная ответственность, ценностные миры социума, ценностные ориентации нравственная социали зация. Четвертый уровень представлен эмпирической социологией.

Характеризуя социологические координаты предмета исследования, Т.Ю. Кирилина проводит следующее разли чение: предметом социологии морали, в отличие от этики, является не то, каким должны быть нравы и мораль в обществе, а то, какими они являются на самом деле, каково их реальное функционирование в обществе102.

Соколов В.М. Социология морали – реальная или гипотетическая?

С. 82.

Указ.соч. С. 82.

Кирилина Т.Ю. Теоретико-методологические основы социологии морали: Монография. Ярославль-Королев МО: Изд-во «Канцлер», 2009.

Кирилина Т.Ю. Указ.соч. С. 65.

Исходя из определения социологии морали как отра сли социологического знания, исследующей социальный институт морали, С.П. Парамонова считает ее объектом «социальные группы общества как субстрат, носитель морали», а предметом - «группы, структурированные по типу морального сознания»103. Исследование динамики «морального сознания», как отмечает С.П.Парамонова, предполагает «выявление контуров ценностных миров социума», которые в свою очередь характеризуют «этос групп, выделенных по типу морального сознания»104.

Если соотнести представленные выше подходы в опре делении предмета социологии морали, можно заключить, что общим для них в понимании ее предмета является выделение нравственных аспектов той или иной (от общества в целом, до индивида) социальной практики.

Различия в определении предмета социологии морали, как можно заметить, связаны с особенностями операционали зации феномена морали. В.М.Соколов, рассматривая мо раль как составную часть, элемент социальной системы, идентифицирует социологию морали как «эмпирическую основу этики», а Т.Ю. Кирилина, исследуя функциональные особенности морали в обществе, обозначает социологию морали как «эмпирическое описание этики».

Аспект, близкий к этосному подходу, содержится, на наш взгляд, в позиции С.П. Парамоновой. При определении предмета исследования социологии морали С.П. Парамо нова называет одну из концептуальных категорий пред мета исследования – ценностных миров социума – «ком муникативным способом самосохранения и саморазвития общества»105.

Парамонова С.П. Динамика морального сознания (Введение в социологию морали). Изд-е 2-е, дораб. и дополн. Т. I, ч. I. Пермь:

Перм. гос. техн. ун-т, 2006. С. 13.

Указ. соч. С. 54.

Указ. соч. С. 58.

Рассматривая этос как ресурс самоопределения ин ституции, общности, мы полагаем, что развитие такого ресурса возможно в процессе коммуникации субъектов (членов сообщества, институции), направленной на само познание и рефлексию ситуации в координатах «здесь и сейчас». В характеристике развития и саморазвития этоса через процесс коммуникации имеют место «переклички»

разрабатываемых нами концептуальных предпосылок социологии этоса с позицией С.П. Парамоновой.

В то же время основная категория ее исследования «динамика морального сознания», трактуемая как социоло гический аналог понятия «этикотворчества», не может быть воспринята нами как семантически и этимологически близкая этосному подходу. Например, рассматриваемое нами воплощение этосного подхода в проектировании эти ческого кодекса университета трактуется прежде всего как социальное конструирование реальности.

В предлагаемой нами трактовке этосный подход, обла дающий определенным потенциалом в исследовании ин ституций и общностей, в природе которых значимую роль играет элемент саморегулирования, не является синони мом социологии морали. Как нам представляется, мораль проявляется в «ткани» социальной коммуникации примерно так же, как в характеристике знака с позиций семиологи ческого подхода «означаемое» проявляется в «означающем».

В этой связи уместно обратиться к позиции Г.С.Баты гина, широко цитируемой в связи с обсуждением возможно стей эмпирической социологии в исследовании морали. Как известно, Г.С.Батыгин говорил о методологических и ме тодических противоречиях в изучении «фактов моральной жизни» средствами эмпирической социологии, разрешение которых пока представляется делом довольно трудным106.

См.: Батыгин Г.С. Как невозможна социология морали // Оправ дание морали. Сб. научных статей / Под ред. В.И.Бакштановского, Обратим внимание на два из выделенных исследователем противоречий.

Первое из них связано с дуализмом понимания мора ли как социологического феномена «…С одной стороны, мораль является надындивидуальной реальностью и пред стает как “вещь”, отграниченная от свободного волеизъяв ления. С другой – моральное действие возможно только как действие трансцендентального “Я”».

Второе противоречие Г.С.Батыгин связывал с пробле мой валидности социологического инструментария: «Сос тояния сознания, которые можно назвать моральными (совесть, честь, стыд, доброе и злое намерения, самоотвер женность, подлость, зависть, злоба, ресентимент), скрыты от самого сознания почти непроницаемым экраном защит ных механизмов (рационализацией, трансфером, вытес нением, проекцией, замещением). Даже если человек соз нает свое моральное состояние, он должен владеть ди скурсивными средствами, чтобы найти им адекватные опре деления. Но конструирование моральных фактов как раз та ково, что заставляет давать им неадекватные определе ния»107.

Разумеется, представленные выше (2.1.1 – 2.1.3.) ха рактеристики этоса далеко не в полной мере описывают исследовательское поле интерпретаций и применения данного понятия.

Во-первых, социальная антропология, история, право ведение, социальная география и другие научные дисциплины применяют данное понятие, в большей или А.Ю. Согомонова. Москва-Тюмень: Центр прикладной этики, НИИ прикладной этики ТюмГНГУ, 2000. С. 108-119.

См.: Батыгин Г.С. Как невозможна социология морали. С. 113 114. Вероятно, в дальнейших исследованиях Г.С. Батыгин развернул бы свою позицию и в отношении того, «как возможна социология морали». Предпосылкой к такому предположению является интерес исследователя к работам американского социолога И.Гофмана.

меньшей степени занимаясь конкретизацией его смысла и значения.

Во-вторых, анализ опыта конкретных исследований этоса в институционализированных сферах дает возмож ность выделить некоторые социальные ситуации, в которых актуализируется обращение к этосным феноменам. Речь идет, прежде всего, об исследовании социальных явлений в ситуации дестабилизации социального порядка, вызван ной глубинными социальными изменениями. Такого рода исследования носят преимущественно поисковый характер, когда социальные связи и отношения, составляющие его предмет, являются во многом латентными, проявляясь лишь через некоторые опосредованные характеристики объекта. В то же время предварительно можно зафик сировать ряд конкретно-тематических направлений этосных исследований.

Речь, например, идет об исследовании этоса среднего класса как локальной общности городских профессио налов108;

ситуации становления предпринимательства как специфического вида деятельности109;

процесса создания и развития локального научного сообщества110;

формиро вания региональной социальной общности111;

этоса транс формирующегося российского общества112.

См.: Бакштановский В.И., Согомонов Ю.В. Этос среднего класса:

нормативные модели и отечественные реалии.

См.: Батыгин Г.С. Бизнес и/ или мораль // Этика Севера. Сб. на учных трудов. Томск: ИПОС СО РАН и Центр прикладной этики, 1992.

См.: Водичев Е.Г., Куперштох Н.А. Формирование этоса научного сообщества в Новосибирском Академгородке, 1960-е годы. [Элект ронный ресурс]. URL: www.nir.ru/sj/sj/sj4-01 (дата обращения 14.02.2008).

См.: Ганопольский М.Г. Региональный этос: истоки, становление, развитие. Тюмень: ТюмГНГУ, 1998.

См.: Пригожин А.И. Российский этос: обогащение или лечение // Общественные науки и современность. 2006. № 2. С. 29-40.

В ЦЕЛОМ обращение к работам из сферы социогу манитарного знания, содержащим интерпретации понятия этоса и семантически близких ему понятий, дает основания зафиксировать «предметно-смысловые оси» понятия «этос» как инструмента познания и объяснения процессов социокультурной трансформации институции и общности.

В этической интерпретации понятия «этос», на наш взгляд, акцентируется его способность ориентировать спе циализированную (особую) деятельность на ее предназна чение в обществе и побуждать субъекты деятельности к са мовозложению ответственности за ее результаты. Для на шего подхода важна интерпретация этоса как реально-дол жного в деятельности субъекта.

В социологической трактовке понятия «этос» акцен тируется его способность ориентировать социальные субъ екты – преимущественно профессиональное сообщество – на осуществление институционализированной деятельно сти адекватно ее предназначению в обществе. В этосе со держится «скрепляющее» профессиональное сообщество свойство формировать и поддерживать систематическую социальную практику в соответствии с предназначением социального института.

2.2. Как возможна социология этоса: концептуали зация гипотезы Социологическая концептуализация этоса предпола гает выделение необходимых признаков, позволяющих описать феномен этоса и предпринять рабочее определе ние этоса.

В самом общем виде мы определяем этос как цен ностный культурный код, элемент нормативно-ценностной системы специализированной, профессиональной и над профессиональной деятельности, характеризующий реал ьно-должное в такой деятельности.

Этос – ориентир и регулятор современных институцио нализированных практик в координатах «здесь и сейчас».

Этос выделяет институцию как специфическое социо культурное поле, выступая ресурсом поддержания иден тичности институции в ситуации ее самоопределения.

2.2.1.Этос как социокультурное поле реально-должного Как было отмечено выше, предпосылкой концептуа лизации гипотезы о возможности социологии этоса являет ся разработанное В.И.Бакштановским и Ю.В.Согомоновым направление этико-прикладного знания, в рамках которого понятием «этос» обозначается реально-должное, выходя щее за полюсы стихийного состояния нравов, с одной сто роны, строгого порядка идеально-должного, с другой.

В рамках формирующейся социологической концеп ции этоса ориентир реально-должного выполняет - как и в этико-прикладном подходе – две взаимосвязанные функ ции: одна из них работает на удержание ценностей инсти туции в трудных для нее обстоятельствах, а другая – на ее развитие.

В нашем понимании этико-прикладного подхода обе функции акцентируют роль этосного подхода в трансфор мирующемся обществе, в ситуации кризиса и поиска иден тичности институций и общностей.

Установка на реально-должное - способ совместить ригоризм и реалистичность ценностных ориентиров, прео долевая как завышение, так и занижение требований исхо дя из особенностей ситуации в обществе.

Ориентир реально-должного отражает взаимосвязь практикуемых общностью/институцией норм, ценностных установок, восходящих к природе институции, и вызовов современности.

Ориентир реально-должного препятствует легитима ции оправданий патоса - признания падения нравов нор мой, и тем самым поддерживает тех субъектов, которые являются приверженцами ценностных ориентиров профес сии.

В социологической концепции этоса конкретизация характеристики реально-должное происходит в нескольких направлениях.

Во-первых, этос задает ценностно-нормативные ориен тиры деятельности в ситуации здесь и сейчас (П.Бергер, Т.Лукман). Причем, речь идет не о технологических инструкциях, но об ориентирах, которые институция своим предназначением задает профессии, а профессия своим предназначением - институции.

Во-вторых, этос характеризует отношения связаннос ти: формы (способа существования институции в со циальном пространстве), способа деятельности (базовой профессии институции) и «духа» (определенного строя мы шления, духовной движущей силы, складывающейся в си туации отношений адекватности формы и способа дея тельности - М.Вебер).

В-третьих, этос формирует принципы избирательного восприятия признаков реальности, способные не только ее подтвердить или укрепить, но и трансформировать. Таким образом, этос участвует в построении возможного буду щего институционализированной социальной практики, конструируя будущее в настоящем предполагаемого мира (З.Бауман).

2.2.2. Этос как ориентир самопознания профессии в координатах здесь и сейчас Этос «пронизывает» такие институты современного общества, признаком которых является наличие высоких профессий113.

Характеристика высокая выделяет особые профессии, которым общество намеренно задает не просто «функ цию», но миссию. И вместе с такой избранностью - сверх нагрузку. Не от «работодателя», а от собственного понима ния профессионалами природы их деятельности.

См. Самоопределение университета: путь реально-должного. Гл.

2., параграф 1.3.

Установка на служение в высокой профессии предпо лагает, что профессионал не просто исполняет работу в рамках элементарной порядочности, которая обращена к каждому человеку, но готов поднять планку моральных требований к себе. Сознавая, что мотивация высоких про фессий – не просто «жизнь за счет профессии», но во многом «работа на вечность».

Этосный подход обладает определенным потенциалом в исследовании высоких профессий благодаря тому, что в природе таких профессий значимую роль играет элемент саморегулирования, предполагающего самопознание, само определение и профессионально-нравственное развитие профессионала. Механизм саморегулирования поддержи вает и развивает этическую автономию профессии, опира ясь на заложенное в природе профессии свойство само возложения ответственности, на феномен самообязатель ства как осознанного решения относительно сложившихся в профессии нравов и характеризующих профессию нрав ственных норм.

Потенциал этосного подхода связан с поддержанием и развитием коммуникативных практик, с систематическими процессами коммуникации членов сообщества, институ ции, направленными на самопознание и рефлексию ситуа ции в координатах здесь и сейчас.

Для социологического исследования этоса необходи мыми условиями являются: наличие публичного дискурса в отношении предназначения профессии и/или институции, с одной стороны;

организация специализированного (в коор динатах реально-должного) дискурса опыта деятельности профессии и/или институции – с другой.

2.2.3. Этос как неформализованный регулятор инсти туционализированной социальной практики Социологическое исследование этоса предполагает анализ влияния неформализованных особенностей инсти туционализированной деятельности на ситуацию в высоких профессиях. В основе такого рода анализа лежит идея Э.Гидденса: институциональная идентичность оформляется и поддерживается взаимосвязью структуры и дея тельности114.

Согласно автору, социальные практики «обладают не "структурами", но структуральными свойствами, а структура как образец социальных отношений, существующий в оп ределенное время и в определенном пространстве, прояв ляется посредством подобных практик и как память фик сирует направление поведения компетентных субъектов деятельности»115.

Соответственно, институционализированная деятель ность регулируется, с одной стороны, структуральными свойствами, поддерживающими данный вид социальной практики в пространственно-временной протяженности, а с другой – профессионально-нравственными основаниями базовой профессии институции. На наш взгляд, в совокуп ности это и формирует «высшую цель» социального инсти тута, его предназначение, миссию в обществе и, соответ ственно, ориентиры его самоопределения в современности.

В этосе воплощается связь структуральных свойств и деятельности институции. Так, например, в исследовании ситуации становления этоса университета (см. 6.3.4.) данная особенность «структурирования» социальной прак тикой образа институции обнаруживает себя в характери стике «дух университета». Именно «дух университета» сим волизирует не внешнее, а внутреннее положение структу ры университета как институции по отношению к научно образовательной деятельности.

В целом представленная выше попытка концептуа лизации гипотезы о возможности социологии этоса позво ляет сделать несколько выводов в отношении сферы и особенностей ее применения.

Гидденс Э. Устроение общества: Очерк истории структурации. М.:

Академический проект, 2003. С. 71.

Указ.соч. С. 59.

1. Социологическое исследование этоса мотивиру ется, прежде всего, ситуацией кризиса идентичности, воз никающего вследствие давления на профессию и/или институцию противоречивых ценностных систем, порож дающих неопределенность профессионально-нравствен ных ориентиров.

2. Потенциал этосного подхода особо значим в социо логических исследованиях ситуаций трансформаций в эко номике, политике, образовании, социальной жизни и т.д., направленных на описание стимулов, значимых для про дуктивной деятельности с использованием собственных культурных ценностей, выявленных и сформулированных действующими субъектами.

3. Потенциал этосного подхода реализуется через диагностику ситуации самоопределения профессии и/или институции и проектно-ориентированный ресурс поддер жания институциональной идентичности.

4. Анализ ситуации в профессии и/или институции производится через конструирование специализированного дискурса. Такой дискурс «определяет ситуацию», констру ируя актуальные профессионально-этические нормы: сох раняющие дух высокой профессии;

приводящие к утрате этого духа и переходящие в нормы патоса;

необходимые для удержания идентичности профессии в современных условиях общества.

5. Эффективность формирования специализирован ного дискурса связана с выделением в социокультурном поле актуальных дилемм самоопределения профессии и/или институции. Такого рода дилеммы фиксируют поляр ные точки профессионально-этического континуума, за границами которого профессия утрачивает свою иден тичность. Например, дуализм корпоративной самоиден тификации университета: «корпоративные ценности высо кой профессии или корпоративная этика хозяйствующего субъекта?»;

журналистская профессия: «сервисное ремес ло на информационном рынке или гражданственность высокой профессии?» и т.п. Выделение такого рода дилемм – конкретизация ситуации самоопределения, и, тем самым, способ конструирования ориентиров самоопределения профессии и/или институции в формате реально-должного.

Часть вторая СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ЭТОСА УНИВЕРСИТЕТА:

АНАЛИЗ СЛУЧАЯ Глава Социологическое исследование этоса университета:

методология и методы Представленная в 2.2 характеристика этоса как ориен тира и регулятора современной институционализированной социальной практики в соответствии с ее предназначением в координатах «здесь и сейчас» содержит отсылку к объекту данного исследования - научно-образовательной деятельности университета.

Как известно, современная научно-образовательная деятельность является объектом множества дисциплинар ных подходов: кроме педагогического, практикуются «пси хология образования», «философия образования», «социо логия образования», «стратегический менеджмент образо вания» и т.д. Очевидно, что каждое из дисциплинарных направлений имеет свои предметные области. Но и в рамках каждого из направлений предпринимаются иссле дования, избирающие свой конкретный предмет.

Предметом данного исследования являются норма тивно-ценностные ориентиры базовой профессии научно образовательной деятельности университета – преподава теля. Именно профессионально-нравственные ориентиры этой профессии – в целом процесс научно-образовательной деятельности университета образуется коммуникациями трех субъектов: университетского преподавателя/исследо вателя, студента и университетского администратора – являются, как мы полагаем, ориентирами в самоопределе нии современного университета.

Анализ потенциала этосного подхода требует уточне ния «интервала эффективности» в его применении. Попыт ка операционализации научно-образовательной деятель ности университета с позиций этосного подхода – проблематизация некоторых аспектов реально-должного – не является «социологическим взвешиванием морали».

Речь не идет об измерении степени отклонения «реальнос ти» от «должного» с точки зрения ее соответствия мораль ному идеалу. Наша задача заключается в том, чтобы попы таться методологически и методически обеспечить перевод на язык социологии этоса университета как предмета ис следования и этосного подхода как способа исследования.

И тем самым описать возможность социологии этоса.

3.1. Методологический потенциал концепции социо культурного поля в исследовании этоса универси тета Этос выступает ресурсом поддержания идентичности институции в ситуации ее самоопределения, выделяя институцию как специфическое социокультурное поле.

3.1.1. Аналитические характеристики «социокультур ного поля»

Исследование этоса университета предполагает уточне ние смысла понятия «ситуация университета».

В социологии понятие «ситуация» получило распро странение в связи со сменой парадигмы определения об щества - при переходе от системно-организмических моде лей описания общества к его процессуальному видению и «дематериализации социальной реальности»116.

Данное понятие применяется в исследованиях, опреде ляющих общество, общность, группу не как жесткую сис тему, а как мягкое поле взаимоотношений, связывающих См.: Чеснокова В.Ф. Язык социологии: курс лекций. М.: ОГИ, 2010.

«идеи, мысли, верования, индивидов, которые помогают поддерживать или противостоять друг другу»117.

В исследовании университетского этоса понятие «ситуация университета» применяется для дискурсивного выделения в практике научно-образовательной деятель ности взаимной обусловленности ценностных установок, объективно значимых для ее осуществления, а также цен ностных установок, с учетом которых планируется и осуще ствляется деятельность университетских преподавателей, оцениваются ее результаты в ситуации здесь и сейчас118.

Методологически значимой для характеристики ситуа ции университета является концепция социокультурного поля, разработанная П. Штомпкой119.

Социальная реальность, в соответствии с данной кон цепцией, рассматривается как специфическое сплетение четырех видов тканей, возникающих в обществе: идеи, правила, действия, интересы, которые соединяют людей друг с другом. Первый из них (верования, доказательства, дефиниции) – идеальное измерение социокультурного поля – маркируется как «социальное сознание» поля. Второй вид (ценности, нормы, предписания, идеалы) обозначается как «социальные инструкции» поля. Два данные вида социальных тканей, как отмечает П. Штомпка, участвуют в формировании культуры. Третий вид (взаимосвязанная сеть действий) – интеракционное измерение поля – именуется «социальной организацией». Четвертый вид – измерение поля по шкале возможностей с точки зрения жизненных шансов, интересов, доступа к ресурсам (взаимосвязанные сети интересов) – характеризуется как его «социальная иерархия»120.

Штомпка П. Социология социальных изменений. М.: Аспект Пресс, 1996. С. 29.

См.: Чеснокова В.Ф. Язык социологии. С. 201.

См.: Штомпка П. Указ.соч.

Указ.соч. С. 27.

Социокультурное поле подвергается изменениям на каждом уровне: исчезают старые и возникают новые идео логии, по-иному формулируются идеи;

пересматриваются некоторые нормы и правила;

открываются иные каналы коммуникации, создаются новые коммуникативные сети;

изменяются статусные иерархии, происходит перегруппи ровка возможностей и интересов. Изменения социо культурного поля происходят непрерывно: два состояния поля, почти совпадающие по времени, имеют качественно различные состояния121.

Свою трактовку концепции социокультурного поля как методологического принципа определенного типа иссле дований, применимого для анализа любого типа социаль ных объектов (мезоуровень), предлагает В.И. Ильин.

Исследователь характеризует социокультурное поле как «относительно автономный участок социального простран ства, обладающий надындивидуальной реальностью, порождаемой прямым или косвенным взаимодействием»122, и выделяет четыре его аналитические характеристики:

ресурсы поля (преимущественно – материальная среда взаимодействия);

культурную программу (смыслы, которые вкладывают люди в свою деятельность);

язык поля (правила интерпретации знаков, символов, норм);

границы поля и режим их поддержания (ключевая характеристика поля, фиксирующая способы сохранения его границ и место их прохождения).

Концепция социокультурного поля П. Штомпки и ее конкретизация В.И. Ильиным эффективно работают на ис следование этоса университета. Ситуация университета в эмпирическом исследовании его этоса описывается как переплетение идей, правил, действий, интересов, соединя ющих людей в его социокультурном поле. Признаки этоса конкретного университета, как мы полагаем, содержатся в Штомпка П. Указ.соч. С. 30.

Ильин В.И. Драматургия качественного полевого исследования.

СПб.: Интерсоцис, 2006. С. 32.

таких характеристиках поля, как «социальные инструкции»

в их связи с «социальным сознанием» и «социальной иерархией» (П. Штомпка), а также «культурная программа»

поля, «границы поля и режим их поддержания»

(В.И.Ильин).

Профессионально-нравственные ориентиры базовой профессии научно-образовательной деятельности универ ситета, выраженные в его Идее, способные, с одной сто роны, поддерживать его институциональную идентифи кацию, а с другой – ориентировать развитие университета в современном трансформирующемся обществе, задают определенные координаты объяснения и описания смысла его деятельности («социальное сознание поля»).

Ценностные установки, социальные нормы, ориенти рующие и регулирующие практику научно-образовательной деятельности, можно квалифицировать как «социальные инструкции» социокультурного поля университета. «Соци альные инструкции» (нормативное измерение поля) свя заны с его «культурной программой» – смыслами, которые вкладывают в свою профессиональную деятельность уни верситетские преподаватели и исследователи. В свою оче редь «культурная программа» испытывает влияние такого фактора, как определение университетскими преподавате лями своей позиции в «социальной иерархии» поля.

Если рассматривать выделенные выше характерис тики социокультурного поля как концептуальные перемен ные социологического исследования этоса университета, возникает важная методическая проблема поиска эмпири ческого содержания таких переменных. В этой связи актуа лизируется задача определения объекта анализа.

3.1.2. Дискурс как объект анализа Эмпирические характеристики социальных тканей со циокультурного поля университета можно зафиксировать в специально организованном дискурсе. Речь идет о дискурсе (как социальной практике123, формирующей реальность), возникающем в микро-контексте124, то есть с определенны ми участниками и в координатах здесь и сейчас.

Наличие общности языка и определенность границ дискурсивного поля, за которыми зона понимания смыслов, значений и символов, применяемых в рамках поля, пере ходит в зону их неполного понимания или непонимания вообще, являются необходимыми условиями для возни кновения текстов – объекта анализа при исследовании этоса университета. Такие тексты не закреплены за пред ставителями отдельных групп, а представляют собой транс крибирование коммуникаций, предметом которых является рефлексия ситуации университета с позиции реально должного.

Через дискурс актуализируются проблемные аспекты соотнесения профессионально-нравственных ориентиров реально-должного с практикой базовых профессий научно образовательной деятельности университета. В процессе такого соотнесения, как мы полагаем, и конструируется (определяется) этос конкретного университета.

Взаимодействие ориентиров реально-должного профес сии университетского преподавателя и практического опы та профессиональной деятельности можно квалифициро вать как «социальное сознание» поля университета (когда речь идет о современном университете как социальном институте) и как «границы» его социокультурного поля (когда речь идет о конкретном университете). Соответст венно, социологическое исследование этоса университета предполагает, с одной стороны, создание публичного дис См., напр.: Филиппов А.Ф., Фомина В.Н. Дискурс // Современная западная социология. Словарь. М.: Политиздат, 1990. С. 86-87;

Фуко М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук / Пер. с фр. В. П.

Визгина и Н. С. Автономовой. СПб.: А-cad, 1994.

См. Тичер С., Мейер М., Водак Р., Ветер Е. Методы анализа текс та и дискурса / Пер. с англ. Харьков: Изд-во Гуманитарный Центр, 2009.

курса в отношении предназначения современного универ ситета, с другой – организацию специализированного (в координатах реально-должного) дискурса как рефлексию опыта научно-образовательной деятельности конкретного университета.

3.1.3. Экспертная система Существенная методологическая задача социологичес кого исследования этоса университета – конструирование экспертной системы125. Данная система задает границы дискурсивного поля, в рамках которого осуществляется рефлексия ситуации самоопределения университета.

Формирование репрезентативной экспертной системы и актуального публичного дискурса самоопределения уни верситета предполагает структурирование экспертизы на внешнюю и внутреннюю. Экспертиза внутренняя – дея тельность профессионалов, которые знают, чувствуют, «проживают» этос сообщества и/или институции «изнут ри»126. Экспертиза внешняя – деятельность профессиона лов, которые видят сообщество или институцию, их дея тельность и нравы «со стороны».

Значимыми критериями выбора субъектов внутренней экспертизы, являются: социальное время вхождения уни верситетского преподавателя в профессию (например, вре мя: советское, переходное, постсоветское);

должность в организации;

достижительная позиция в отношении проек тирования собственной профессиональной биографии эксперта в данной институции (достигнутая, достигаемая, Самоопределение университета: путь реально-должного.

Коллективная монография. Тюмень: НИИ прикладной этики ТюмГНГУ, 2008. С. 472-478.

См.,напр.: Батыгин Г.С. Лекции по методологии социологических исследований. М.: Аспект-Пресс. 1995;

Бакштановский В.И., Сого монов А.Ю. Конфликт инноваций и традиций: дилеммы, ценностные суждения, выбор. Тюмень: ИПОС СО РАН;

Бакштановский В.И., Согомонов Ю.В. Введение в прикладную этику. С. 178-200.

предполагаемая);

опыт участия в проектах, посвященных профессионально-этическому самоопределению сообщест ва / институции т.д.

Алгоритм деятельности внутренней экспертизы:

пилотаж проблемной ситуации самоопределения универси тета с публикацией материалов экспертного опроса;

выявление актуальных проблем практики научно-образо вательной деятельности и точек роста – потенциала для ценностного самоопределения университета;

конкретизация ориентиров самоопределения университета в координатах реально-должного.

Субъекты внешней экспертизы – исследователи проб лем развития современного образовании, в том числе выс шей школы. Значимым критерием для выбора субъектов внешней экспертизы является специализация потенциаль ных экспертов в научных дисциплинах, приоритетных с точки зрения гуманитарного характера экспертизы: со циальной философии, моральной философии, прикладной этики, психологии, социологии, культурологии и т.д. Алгоритм внешней экспертизы: экспертиза концептуа льных оснований идеи, гипотезы ситуации самоопределе ния современного университета;

анализ опыта исследова ний в сфере гуманитарной экспертизы проблем и См.,напр.: Асмолов А.Г. «…Либо стать проводниками “культуры полезности” и через образование вести штамповку личности, либо заняться построением на территории образования такой орга низации жизни,которая помогла бы каждому человеку найти себя, достичь профессионального и личного успеха»;

Гусейнов А.А.

Имя обязывает;

Гудков Л.Д. Назначение университета;

Клямкин И.М.

Университет и государство: о соотношении частных и общих (сис темных) проблем в современной России // Самоопределение университета: нормативные модели и отечественные реалии. Ведо мости. Вып. 27, специальный. Тюмень: НИИ ПЭ, 2005.

перспектив развития современного университета, как собственных, так и коллег;

«экспертиза экспертизы»128.

Каждый из этапов алгоритма внутренней и внешней экспертиз предполагает публикацию текстовых материалов, которая является одним из способов непосредственного или опосредованного вовлечения в дискурс более широкого круга университетских преподавателей.

3.2. Социологические методы эмпирического исследования этоса университета В исследовании этоса университета применяются как качественные, так и количественные методы. Валидность социологического инструментария здесь обеспечивается соединением потенциалов качественных и количественных методов: интервью (фокусированного группового, полуфор мализованного индивидуального, биографического), вклю ченного наблюдения, экспертного опроса, качественного контент-анализа, анкетного опроса.

Существует мнение о нецелесообразности деления методов на количественные и качественные: их объединяет общность целей, а разница между ними заключается лишь в числе объектов исследования. На наш взгляд, продук тивнее позиция, согласно которой важно иметь в виду «пределы разумных допущений» (В.Я.Ядов) в применении тех и других методов.

Как известно, отличия качественного и количествен ного подходов в социологическом исследовании конструи руются и по различным основаниям. Так, например, одно из общеизвестных различений заключается в том, что качественный подход позволяет изучать социальные фено мены наиболее полно и комплексно, в то время как коли чественный подход дает возможность исследовать лишь некоторые особенности социальных фактов наиболее Гипотеза для экспертизы // Самоопределение университета: нор мативные модели и отечественные реалии. Ведомости. Вып. 27, специальный.

тщательно. Другие исследователи связывают различия двух типов методов с особенностями стратегий, полагая например, что для поисковой стратегии подходит скорее качественный подход, а для описательной – количествен ный129.

Собственно качественный подход в настоящее время характеризуется многообразием методологических обосно ваний130. Среди попыток типологизации методологических установок внутри качественного подхода выделим два нап равления. Первое – сосредоточено на особенностях позна вательных языков исследования (представление о языке трактуется как представление о некоторой форме жизни)131.

Второе – акцентирует внимание на методологических уста новках исследователя, его гражданской позиции, представ лении об образе результата исследования и языка пред ставления этого результата. В соответствии с этим выде ляются типы качественного исследования: научное, гума нистическое, ситуационное, арт-направление132.

См, напр.: John Gerring. Case study research: principles and practices. Cambridge: Cambridge University Press, 2007.

См., напр.: Новые социальные движения в России (по мате риалам российско-французского исследования). М.: Прогресс-Комп лекс, 1993;

Семенова В.В. Качественные исследования: введение в гуманистическую социологию. М.: Добросвет, 1998;

Страусс А., Корбин Дж. Основы качественного исследования: обоснованная теория, процедура и техника. М.: Эдиториал УРСС, 2001;

Готлиб А.С. Введение в социологическое исследование. Качественный и количественный подходы. Методология. Исследовательские прак тики. М.: МПСИ, 2005;

Ильин В.И. Драматургия качественного полевого исследования. СПб.: Интерсоцис, 2006;

Мазлумянова Н.Я.

Биографические интервью с российскими социологами: методико методологические аспекты // Социологический журнал. 2007, № 2.

С.88-108.

См.: Gabrium J. F., Holstein J. A. The New Language of Qualitative Method. New York ;

Oxford: Oxford University Press,1997.

Готлиб А. С. Введение в социологическое исследование: качест венные и количественные подходы. Методология. Исследователь ские практики. М.: МПСИ, 2005.

Опираясь на опыт многолетнего исследования этоса университета, мы можем сделать вывод, что не только потенциал качественной методологии133, но и методология количественного исследования является значимой в описа нии такого специфического предмета. Обнаружение, кон кретизация и описание этосных признаков требуют систем ного применения качественных и количественных методов.

В ЭМПИРИЧЕСКОМ исследовании этоса университета целесообразно выделить три этапа: определение ситуации университета;

анализ дискурса;

анализ направления разви тия дискурса – каждый из которых предусматривает приме нение определенных методов.

Начальный этап предполагает определение ситуации университета. Цель этапа - выявление дискурсивных гра ниц социокультурного поля университета в координатах реально-должного.

Важная задача, стоящая перед исследователем на данном этапе, – «вхождение» в исследуемое поле. Ее ре шение во многом обусловлено адекватностью структури рования внутренней экспертизы признакам объекта иссле дования. Социологические методы, применяемые на этом этапе, – индивидуальное полуструктурированное интервью, биографическое интервью, качественный контент-анализ.

Полуструктурированное интервью направлено не то лько на расширение спектра интерпретации исследуемой этосной проблематики, ее конкретизации в вопросах для следующих опросных инструментов, но и на уточнение проблемных зон реально-должного ситуации университета, тематически зафиксированных в вопросах интервью, и вы явление новых актуальных зон. В этой связи особого вни мания заслуживает момент интерпретации экспертом за Ранее в обосновании методов исследования этоса университета мы концентрировали свое внимание на потенциале качественной методологии. См.: Богданова М.В. Становление этоса универси тета: анализ случая. Тюмень: НИИ прикладной этики ТюмГНГУ, 2008.

С. 70-71.

данного вопроса, понимания его смысла. Следует отметить, что обращение к участнику интервью – университетскому преподавателю как к эксперту – подчеркивает его роль в интервью и особенности предмета обсуждения. Универси тетскому преподавателю предстоит найти в памяти инфор мацию, необходимую для актуализации в сознании образа ситуации, к которой требуется отнестись (удерживая в памяти свою позицию эксперта), и оценить или охарак теризовать ситуацию. Поэтому первые вопросы в интервью сосредоточиваются на профессиональной биографии эксперта.

Качественный контент-анализ текстовых материалов дает возможность уточнить и расширить актуальные зоны повышенной профессионально-нравственной напряжен ности в практике научно-образовательной деятельности университета.

Особая забота «полевой» работы на первом этапе исследования заключается в контролировании возникнове ния эмерджентных переменных (этосная проблематизация чаще всего не является актуальной в повседневной прак тике научно-образовательной деятельности).

Второй этап эмпирического исследования этоса университета предполагает анализ дискурса об ориентирах самоопределения университета. Его цель – описание «культурной программы» социокультурного поля универ ситета: смыслов и значений, которые придают университету и вкладывают в свою профессиональную деятельность университетские преподаватели.

Социологические методы, применяемые на этом этапе – структурированное индивидуальное интервью и анкетный опрос. Эмпирические материалы данного этапа исследо вания этоса университета содержат описание взаимосвязи между профессией и институцией, дескриптивные признаки трансформаций в идентичности: базовой профессии научно-образовательной деятельности и университета как институции134.

Третий этап предполагает исследование направлений развития дискурса о профессионально-нравственных ори ентирах и нормах научно-образовательной деятельности университета. Его цель – описание актуальных признаков (практикуемых и предпочитаемых) такой характеристики социокультурного поля университета, как «социальные инструкции». Социологические методы, применяемые для эмпирического исследования на этом этапе, – фокус групповое и индивидуальное интервью.

В отношении фокус-группового исследования, исходя из нашего опыта, следует сделать следующее замечание.

Как известно, одно из правил организации фокусиро ванного группового интервью заключается в том, что среди участников фокус-группового исследования по данной теме не должно быть участвовавших ранее в фокус-групповом интервью на аналогичные темы: велика вероятность утра ты в дискурсе фокус-группы признаков достоверности135.

В исследовании этоса университета это правило не безусловно. Участники фокус-групп, задачей которых явля ется этосная проблематизация текста (например, проекта этического документа), должны обладать опытом «распоз навания» этически напряженных ситуаций в практике своей профессиональной деятельности. И наличие такого опыта у участников фокус-групп является условием понимания смыслов, значений и символов, применяемых в орга низации обсуждения на фокус-группе. В этой связи фор мирование состава фокус-групп в этосном исследовании предполагает участие экспертов, погруженных в рефлексию См.: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реаль ности. Трактат по социологии знания. М.: «Academia-Центр».

«МЕДИУМ», 1995. С. 300.

См., напр.: Мертон Р., Фиске М., Кендалл П. Фокусированное ин тервью / Пер. с англ. Т.Н.Федоровской;

под ред. С.А.Белановского.

М., 1991.

ситуации университета.

Данные каждого из этапов эмпирического иссле дования могут содержать описания всех выделенных на ми характеристик социокультурного поля университета. В то же время некоторые из этих характеристик, например, «культурная программа», могут быть прояснены более или менее определенно лишь по результатам всех трех этапов эмпирического исследования этоса университета.

Глава Ситуация университета в координатах этоса:

этап «смены имени» (от «института» к «университету») 4.1. Траектория пути Основной материал для исследования этоса конкрет ного университета может дать рефлексия пути, пройден ного им этапа становления («смены имени») до самоопре деления в ситуации, когда вызовы современности актуали зируют необходимость его «самоописания» в «многоголо сье» действующих институций высшей школы.

В интерпретации понятия «рефлексия» практикуются два подхода, имеющих общее значение – деятельность са мопознания. В соответствии с одним из них, рефлексия, в том числе и рефлексия биографии, обозначается как де ятельность мышления, направленная на познание своих собственных действий, совершенных в прошлом136. В соот ветствии с другим подходом, самопознание является неотъ емлемой составляющей процесса самоопределения, сред ством проектирования собственной биографии.

Текстовые материалы, содержащие рефлексию уни верситетскими преподавателями своей индивидуальной и коллективной практики профессиональной деятельности дают основу для анализа пройденного университетом пути и определения ориентиров дальнейшего пути.

Такого рода рефлексия представлена в эмпирических социологических исследованиях НИИ ПЭ, направленных на описание ситуации становления и развития универси тетской институции – Тюменского государственного нефте газового университета.

Мы не рассматриваем здесь подход, в соответствии с которым рефлексия определяется как способность занять позицию иссле дователя по отношению к поступкам и мыслям другого человека.

См., напр.: Лефевр В.А. Конфликтующие структуры. М.: «Советское радио», 1973.

Следует отметить, что начало социологических иссле дований НИИ ПЭ совпадает с ситуацией переименования Тюменского индустриального института (далее ТИИ) в Тю менский государственный нефтегазовый университет (да лее ТюмГНГУ) в 1995 году.

Материалы исследований проблем становления уни верситета и его дальнейшего самоопределения достаточно полно и последовательно представлены в выпусках журнала «Ведомости», издаваемого НИИ ПЭ ТюмГНГУ. На страницах этого журнала содержатся как аналитические статьи, так и сами текстовые материалы рефлексии ситуации университета в трех условных точках траектории его пути, отражающих три этапа самопознания.

Первая условная точка траектории – 1996 год. Реф лексию в этой точке можно маркировать как самопозна ние в ситуации привнесения в социокультурное поле инсти туции нового культурного значения – имени «универси тет»137. Университетскими преподавателями была предпри нята попытка конкретизации грядущих перемен исходя из накопленного институцией культурного капитала138.


Вторая условная точка траектории пути – 2006 год. В рефлексии ситуации, условно названной «Десять лет спус тя», акцентированы проблемные аспекты проживания присвоения имени «университет». Самопознание в этой точке представляет собой попытку университета «огля нуться на дела свои» – посмотреть, как происходило во площение имени «университет» в системе внутриунивер Здесь мы не рассматривали ситуацию «смены имени» с точки зрения экономической эффективности: когда наименование «униве рситет», как уже отмечалось в главе 1, означает возможность пре тендовать на более высокий статус образовательной институции в системе высшего образования, и, соответственно, повышает уро вень государственного финансирования.

См. напр.: Успешные профессионалы: вчера, сегодня, завтра.

Ведомости. Вып. 3 / Под. ред. В.И.Бакштановского, Н.Н.Карнаухова.

Тюмень: НИИ ПЭ, 1996;

Этика дела. Ведомости. Вып.7. Тюмень:

НИИ ПЭ, 1997.

ситетских взаимосвязей и в научно-образовательной дея тельности139.

Материалы биографии в отмеченных выше двух точ ках траектории пути институции содержат некоторые харак теристики процесса становления этоса университета.

Третья условная точка траектории пути университета – 2008-2009 гг. Рефлексия ситуации университета на дан ном этапе140 акцентирует проблему самоопределения как конкретизацию образа институции в процессе проектиро вания ее миссии и профессионально-этического кодекса.

Материалы биографии в этой символической точке пути институции содержат некоторые признаки развития этоса университета.

Наличие текстовых материалов рефлексии универси тетскими преподавателями ситуации университета в опре деленных точках биографии ТюмГНГУ создали необходи мую эмпирическую базу для исследования этоса конкрет ного университета.

Собственно биографический эскиз – своего рода «исто рию вопроса» становления и развития институции высше го образования сначала под именем «Тюменский индустри альный институт им. Ленинского комсомола», а затем «Тюменский государственный нефтегазовый университет» – можно представить, опираясь на документы, содержащие биографические сведения. Для ТюмГНГУ такими докумен См. напр.: НИИ прикладной этики. Десять лет спустя: новая ситуация самоопределения университета. (Аналитический обзор экспертного опроса) // Свобода и/или справедливость. Ведомости.

Вып. 28. Тюмень: НИИ ПЭ, 2006. С. 216-290.

См.: Богданова М.В. Этос научно-образовательной деятельности как предметное поле формирования миссии университета (по материалам фокус-группового исследования) // Миссия университе та. Ведомости. Вып. 30. Тюмень: НИИ ПЭ, 2007. С. 114-152;

Бог данова М.В. «В отсутствии полного алиби»: проектирование этичес кого кодекса как определение ситуации университета и комму никативная практика // Практичность морали, действенность кодек са. Ведомости. Вып. 36. Тюмень: НИИ ПЭ, 2010. С. 119-144.

тальными источниками являются выпуски справочно информационного издания «Летопись Тюменского госу дарственного нефтегазового университета»141. Наряду со сведениями документального и статистического характера, значимой для описания биографии ТИИ-ТюмГНГУ явля ется публичная рефлексия университетскими интеллектуа лами своего жизненного и профессионального пути. Такого рода рефлексию содержат, например, материалы иниции рованного НИИ ПЭ проекта «Жизнь в профессии», целью которого являлось исследование связи между разверты ванием, проектированием индивидуальных биографий и биографии институции142.

Какова предыстория становления Тюменского государ ственного нефтегазового университета? У истоков ТюмГНГУ был учебно-консультационный пункт заочного факультета Уральского политехнического института, созданный в 1956 г.

в г. Тюмени143. Через восемь лет (в 1964 году) на базе учебно-консультационного пункта организуется Тюменский индустриальный институт им. Ленинского комсомола (далее ТИИ)144. Через тридцать лет (в 1995 году) Тюменский инду стриальный институт переименовывается в Тюменский государственный нефтегазовый университет. На первом этапе после переименования научно-образовательная дея тельность осуществлялась университетом на 9 факульте тах 49 кафедрами по 34 специальностям. Профессорско См., например: Летопись Тюменского государственного нефтега зового университета (1994-1998гг.). Вып.1. Тюмень: ТюмГНГУ, 1999;

Летопись Тюменского государственного нефтегазового университета (2007 г.). Вып.10. Тюмень: ТюмГНГУ, 2008.

См.: Жизнь в профессии: «истории успеха» университетских интеллектуалов. Ведомости. Вып. 31, специальный. Тюмень: НИИ ПЭ, 2007.

Копылов В.Е. 50 лет УКП – ТИИ – ТюмГНГУ // Летопись ТюмГНГУ.

Вып. 8. Тюмень: ТюмГНГУ, 2006. С. 633-644.

См.: Как это было. Вехи истории // сайт ТюмГНГУ. URL:

www.tsogu.ru/university/history/folder.2006-09-26.8250195082 (дата обращение 15.05.2008).

преподавательский состав университета – 583 препода вателя.

В 2009 году, через 15 лет после «смены имени» (и статуса), в структуре университетского комплекса Тюмен ского государственного нефтегазового университета 7 учеб ных институтов в г. Тюмени, 68 кафедр, общая численность профессорско-преподавательского состава 799 преподава телей. В составе университетского комплекса 18 филиа лов, 14 учреждений начального и среднего профессио нального образования.

Особенности становления ТюмГНГУ, обеспечившие уникальность его биографии, – открытие природных ресур сов на Тюменском Севере;

интенсивное индустриальное развитие как страны в целом, так и Тюменского региона;

появление во вновь созданном вузе различных научных школ в лице приехавших преподавателей, представляющих ведущие российские университеты и институты.

Этос ТюмГНГУ имеет свои истоки в «доуниверситет ской» эпохе - его основания закладывались научно-образо вательной деятельностью ТИИ, в профессорско-препода вательский состав которого вошли выпускники универси тетов Москвы, Томска, Новосибирска, Уфы, С-Петербурга, Екатеринбурга и т.д. Уже в 70-е годы двадцатого века они привнесли в ТИИ дух своих alma mater. Атмосферу ТИИ в этот период отличали активный исследовательский поиск, стремление к истине, творческий характер научно-образо вательной деятельности, взаимопонимание и неформаль ный характер внутри институтских коммуникаций. Так, в ТИИ был создан Студенческий научный центр145. Осущест вляемые Центром научные исследования, научно-техничес кие проекты, совместно с передовыми в то время россий скими центрами, получили свое дальнейшее развитие и оформление в диссертационных исследованиях выпуск ников ТИИ. Именно работа в этом Центре определила См.: Архив // Летопись Тюменского государственного нефтега зового университета. Вып. 8. Тюмень: ТюмГНГУ, 2006. С. 730-733.

профессиональную стезю многих его членов в качестве преподавателей, и сегодня многие из них являются веду щими преподавателями выпускающих кафедр ТюмГНГУ.

Благодаря творческой энергии молодых интеллектуа лов из числа профессорско-преподавательского состава, в Тюменском индустриальном институте было создано одно из первых в стране учебное телевидение146. Его важнейшая функция – возможность включения в учебный процесс сту дентов-заочников, работающих на огромном расстоянии от ТИИ, на Тюменском Севере, в трудовых коллективах, фор мирующих нефтегазовый комплекс области.

Вряд ли необходимо обстоятельно доказывать, что Ин дустриальный институт представлял собой благоприятное социокультурное пространство для проектирования своих биографий как молодыми – приехавшими – преподавате лями, так и его выпускниками, ставшими преподавателями.

Но может возникнуть вопрос: если выпускники извест ных российских университетов уже во времена создания ТИИ формировали социокультурное пространство для ста новления университетского духа, стоит ли сегодня обсуж дать тему становление этоса университета после преобра зования ТИИ в ТюмГНГУ? Разве потенциал питомцев веду щих российских вузов был недостаточен для естественного развития университетского этоса в ТюмГНГУ?

Наша версия: выпускники ведущих университетов ско рее создавали в социокультурном пространстве ТИИ свое См., напр.: Бобер Л.П. Учебное телевидение в вузе (1964-1994) // Летопись… 2001г. Вып.4 Тюмень: ТюмГНГУ, 2002. С. 246-252;

Афа насенкова М.М. Учебное телевидение в вузе // Летопись… 2002г.

Вып. 5. Тюмень: ТюмГНГУ, 2003. С. 275-278;

Орлова Л.Г. Учебное телевидение. Как мы начинали // Летопись… 2002г. Вып. 5. Тюмень:

ТюмГНГУ, 2003. С. 278-283;

Бобер Л.П., Копылов В.Е. Первое в Сибири учебное телевидение (История и опыт Тюменского индуст риального института) // Летопись... 2006г. Вып. 9. Тюмень: ТюмГНГУ, 2007. С. 572-578.

го рода персональные «польдеры»147 – зоны ближайшего развития для себя, своих коллег и учеников. Однако для поддержания таких зон (без них профессия университет ского преподавателя вряд ли вообще возможна) и их сис темного расширения в ситуации трансформирующегося университета был необходим институциональный ресурс.

Одно из условий формирования такого ресурса – развитие рефлексии ситуации университета в координатах этоса.

4.2. Самопознание университета в ситуации «смены имени»: от «института» к «университету» (по мате риалам экспертного опроса) Как уже было отмечено выше, попытка описания этоса ТюмГНГУ предпринята в связи с привнесением в социо культурное поле ТИИ нового – университетского – статуса, имеющего закрепившееся в культуре значение.

Для выявления особенностей этоса ТюмГНГУ был предпринят анализ инициированных НИИ ПЭ дискурсов о пути университета.

На этапе переименования Тюменского индустриального института в Тюменский государственный нефтегазовый университет был открыт исследовательский проект, целью которого являлось инициирование процесса самопознания университета. Рефлексия нового имени предполагала вы бор позиции в отношении альтернативы «"смена имени" – или "смена вывески"»;


соотнесение перемены имени с Идеей университета (конструирование идеального образа университета), с одной стороны, и анализ реальной ситуа ции – с другой.

Рефлексия ситуации университета в процессе движения от формального статуса к осмыслению смены ценностных ориентиров научно-образовательной деятельности была См. о значении понятия «польдер»: Казаков Ю.В. На пути к про фессионально-правильному. Российский медиа-этос как территория поиска. М.: Центр прикладной этики, 2001. С. 411.

организована в формате внутренней экспертизы. Этот формат предполагал серию проблемных семинаров на кафедрах и в подразделениях университета148 и экспертный опрос.

Программа опроса149 была сосредоточена на таких гра нях ситуации становящегося университета, которые харак теризовали как институциональный ресурс, так личностный потенциал профессорско-преподавательского коллектива на стартовом этапе трансформации, связанной со «сменой имени».

Состав экспертов был сформирован из представителей четырех должностных позиций: рядовой преподаватель, заведующий кафедрой, декан, проректор. Каждая позиция, соответственно, была представлена двумя экспертами.

Экспертам предстояло: соотнести личные стратегии успеха со стратегией успешного развития университета;

опреде лить влияние стиля и символов вузовской власти на судьбы успешных профессионалов;

охарактеризовать силу и/или слабость университетской солидарности;

выявить сходство и/или различие идеального образа университета и образа реального.

Анализ материалов опроса150 ограничим здесь двумя тематическими линиями, первая из которых – «болевые точки» и «точки роста» реальной ситуации становящегося университета, а вторая – идеальный образ университета («настоящего университета»). Эти тематические линии да ют возможность увидеть обстоятельства, в которых начи нался процесс перехода ТИИ в новый статус. Перехода, См., напр.: Ушел ли поезд? Проблемный семинар кафедр философии, социологии, истории и культуроведения // Российская модель успеха. Ведомости. Вып. 6.Тюмень: НИИ ПЭ, 1996. С. 9-21.

См.: Ситуация университета: идеальный образ и образ реально сти (Внутренняя экспертиза) // Этика дела. Ведомости. Вып. 7. Тю мень: НИИ ПЭ, 1997. С. 170-172.

См. тексты интервью в рубрике «Миссия университета: гумани тарное консультирование, стратегии развития» // Этика дела. Ведо мости. Вып. 7. С. 172 -246.

важно подчеркнуть, в котором смена статуса совпала с си туацией вхождения отечественной системы высшего об разования в рыночные условия. На этом этапе еще не было ясно, как изменятся характер, направленность, смысл дея тельности конкретного сотрудника кафедры, факультета – отсюда и опасения, и неопределенность ожиданий от пе реименования институции. В целом в дискурсе доминиро вали критические суждения.

ПЕРВАЯ тематическая линия – суждения участников эк спертного опроса, содержащие характеристики «болевых точек» и «точек роста» ситуации, в которой становящемуся университету предстояло освоение нового имени, ситуации «между выживанием и развитием».

Как показывает анализ суждений экспертов, для началь ного этапа трансформации института в университет были характерны две взаимосвязанные тенденции: (а) усиление материального расслоения внутри коллектива университета и (б) ослабление солидаристических связей. Вторая тен денция весьма значима, если рассматривать процесс ста новления университета не только как бюрократическую перестройку, но и как процесс формирования духа универ ситета, принятие коллективом университетских ценностей.

«Время еще не раскололо коллектив университета на бедных и богатых, но скоро, видимо, это произойдет», – такое определение ситуации сделал заведующий кафед рой, председатель профсоюзного комитета ТюмГНГУ (В.Д.).

Другой эксперт, заведующий кафедрой на факультете геологии, отметил взаимосвязь двух тенденций: «связи между коллективами ослабли, мы разделились на группы как по уровню финансирования, так и по возможностям человеческого общения», и противопоставил эту ситуацию временам ТИИ: «когда я был деканом, сотрудничал с коллегами с других факультетов, мы работали над общи ми программами, а сейчас лишь бы самому продержаться, свой коллектив поддержать» (В.М.).

Актуальность задачи «продержаться» подтверждена на блюдением председателя профкома преподавателей, под черкнувшим малообеспеченность половины сотрудников университета: «Я каждый день сталкиваюсь с малообеспе ченными сотрудниками (таковых у нас больше половины), с людьми, которые не знают, как заработать и на что жить. Можно, конечно, сказать им: "ищите возможности".

Но как может библиотекарь с высшим образованием, ко торая с утра до вечера на работе, еще где-то зарабо тать?» (В.Д.).

Ослабление солидаристических связей участники «вну тренней экспертизы» связывали и с тенденцией усиления роли гуманитарного направления, контрастирующей с тра диционным для ТИИ доминированием технических кафедр.

Суждение профессора кафедры: «Представляется, что в ситуации такого статусного и финансового разъедине ния гуманитарного и технического направлений в одном университете объективно сложно говорить о внутриуни верситетской солидарности» (В.К.).

В диагностическом суждении следующего эксперта, проректора по учебно-воспитательной работе, зафиксиро вана такая особенность ситуации, как слабая степень публичных коммуникаций между инициировавшим транс формацию высшим менеджментом университета и базо выми субъектами научно-образовательной деятельности, университетскими преподавателями – «между управленца ми, преподавателями и студентами как потенциальными единомышленниками». В итоге идеи, рожденные на заседа ниях ректората, ученого совета, «не доходят до кафедр, ря довых преподавателей, тем более до студентов». Одну из причин эксперт усматривал в отсутствии акций, сплачи вающих коллектив: «у нас практически нет общеунивер ситетских собраний, конференций преподавателей, сот рудников» (В.С.).

Еще одна «болевая точка» ситуации перемен, зафикси рованная в суждениях экспертов, – изменение содержания и перераспределение властного ресурса в университете. По мнению одного из экспертов, в основе этого ресурса теперь уже не авторитет профессионала в науке и педагогике, а «возможность распоряжаться финансами» (А.Б.).

Как весьма важную «болевую точку» ситуации универ ситета эксперты называли (с разной степенью оптимизма) проблему возраста университетских кадров. Один из экс пертов, выражая надежду на грядущие изменения к лучше му («думаю, что через два-три года у нас в науке будет и молодежь»), отмечал, что «в университете преобладает старшее поколение. А молодежи мало. Годы идут. Нужна смена, нужна молодежь» (В.К.). Близкое по содержанию су ждение: «Люди, которые сейчас работают на факульте те, уйдут на пенсию, и кто останется? Ведь и все мои ассистенты – “краснокорочники” – тоже уйдут в течение года-двух. Что с нашим университетом тогда будет?»

(А.Б.).

И еще одно подобное суждение: «одна из проблем, ко торую надо решить в университете, – проблема кадров.

У нас достаточно квалифицированный профессорско преподавательский состав, но если посмотреть на возраст профессоров, то он приближается к шестидеся ти годам. Что касается ведущих доцентов – пятьдесят пять – пятьдесят восемь лет. Молодежь с трудом оста ется в нашем вузе. Даже закончившие аспирантуру ухо дят в коммерческие структуры» (А.Л.). Насколько суждение подобное? В нем можно отметить не только указание на малую долю молодежи среди профессорско преподавательского состава, но и привлечение внимания к уходу подготовленных молодых специалистов из универ ситета.

Акцентирование экспертами проблемы «возраста кад ров» дает основание выделить особую проблему: насколько университет на начальном этапе реформирования мог рас сматриваться молодыми сотрудниками серьезным шансом успешного проектирования своей профессиональной и жизненной биографии.

В качестве констатации сложности реализации такого шанса – суждение ассистента кафедры: «Проектировать “линии профессионального роста” для разных сотруд ников университета, будучи ассистентом, сложно. Навер ное, заведующий кафедрой работает здесь ради своей научной идеи, школы, направления;

он может этим зани маться более или менее свободно, попутно ему легче решать и финансовые проблемы. Декан, наверное, тоже работает, имея свой научный интерес, но это может быть еще и призванием. Преподавателям в большинстве своем просто некуда деться, хотя среди них есть очень сильные, опытные профессионалы. Наверное, преподав ателю сложнее всего сейчас выстраивать свою “линию роста” в университете, да и нет особого желания это делать» (А.И.).

Представляется естественным для начального этапа трансформации института в университет, что среди «боле вых точек» ситуации становления университета была наз вана неопределенность предстоящих изменений в содер жании образования: «Мы познакомились с зарубежным опытом образования, в том числе с многоуровневой сис темой – бакалавр, магистр, исследователь. Прежде у нас была отличная школа инженеров, а вот теперь кому-то хочется ее изменить по зарубежному образцу. Не полу чится ли хуже? Мы будем готовить дипломированного бакалавра, более или менее образованного в общетех нических, гуманитарных, естественных дисциплинах, а собственно по специальности подготовленного плохо?!»

(А.Б.). Суждение эксперта позволяет увидеть и обеспокоен ность неопределенностью назначения университета: рань ше «у нас была отличная школа инженеров, а что будет сегодня?».

Особое место в экспертизе ситуации принадлежит суж дениям экспертов, стремящихся определить положение университета с помощью предложенной авторами проекта условной «лестницы успеха». При этом показательны как суждения, фиксировавшие «болевые точки» сложившейся ситуации, так и суждения, содержащие попытки определить «точки роста» ситуации становящегося университета.

Одна из характеристик положения университета на такой «лестнице»: «Мы (коллектив университета и сред ний, и высший менеджмент, который организует работу коллектива) сейчас находимся в положении, когда еще не упали в пропасть, но и никуда еще не поднялись. Мы как бы на равнине – какими были, такими и остались: намного хуже не стало, но и лучше тоже. Пять лет назад мы нахо дились на этой же ступени, никуда не упали и никуда не поднялись. Мы говорим, что выжили, хотя все еще про должаем выживать. Если в этом году нам удастся под няться на ступеньку в решении какой-то важной задачи, например, в формировании корпоративного духа, тогда можно будет сказать, что мы начали подъем. Я думаю, что через пять лет, безусловно, станет лучше» (О.Д.).

В суждениях другого эксперта выделяется задача пере хода от ситуации выживания к ситуации развития: «Пять шесть лет назад перед нами очень серьезно стояла проб лема выживания... Эту проблему мы во многом решили, теперь надо не просто выживать, а идти дальше» (В.М.).

Что значит «идти дальше»? По мнению этого эксперта, «если применить схему “наилучшее-наихудшее” стечение обстоятельств к сегодняшнему этапу развития универ ситета, то, чтобы избежать наихудшего стечения обстоятельств, следует пересмотреть генеральную по зицию относительно современных специализаций - тех, которые сейчас более нужны….

Дело в том, что сейчас происходит переоценка цен ностей, связанная с нашим вхождением в новую экономи ческую систему (даже не знаю, как ее назвать, нет у нее пока названия, а все эти “-измы” – капитализмы, социализ мы – это не то). В этой жизни наш университет должен найти свою нишу. Как? Так, чтобы наши специалисты бы ли нужны. Востребованность тех специальностей, к которым мы привыкли, во многих случаях сейчас уже под вопросом. Часто наши ребята работают не по специаль ности. Для того чтобы найти свою нишу в новых эко номических условиях, университету нужны новые спе циализации. Например, сейчас в геологии на первое место выходят правовые вопросы – горное право, недрополь зование, лицензирование».

ПЕРЕХОДЯ к аналитическому обзору суждений экс пертов в рамках второй тематической линии, следует ука зать, что, отмечая неопределенность ближайшего будущего, эксперты одновременно наметили некоторые контуры для соотнесения становящегося университета с образом «на стоящего университета».

При этом возникшая в дискурсе экспертов метафора «настоящий университет» не была синонимом Идее уни верситета. Речь шла скорее о соотнесении становящегося университета с образом университета, сконструированном исходя из опыта и представлений участников экспертных интервью, сложившимися в их сознании образами других университетов и образом Индустриального института в период его расцвета. Видимо, поэтому в конструировании образа «настоящего университета», наряду с очевидными атрибутивными признаками статуса университета, нередко формулировались требования, которые вполне можно предъявлять любому вузу, стремящемуся совершенст вовать свою работу.

Недостаток опыта рефлексии практики профессиональ ной деятельности в статусе университета проявился в том, что экспертиза дала скорее штрихи к желаемому образу университета, правда, штрихи весьма содержательные.

Примечательно суждение эксперта, декана факультета гео логии, прокомментировавшего идею своего коллеги В.Ш.:

«нужно быть умными по-новому»: «Мы – доценты, профес сора, есть среди нас и академики - конечно, прошли боль шую школу жизни, но мы умные по-старому, а надо быть умными по-новому, чтобы молодое поколение “вводить” в нишу современной жизни» (В.М.).

Необходимость «думать по-новому» – только одна сто рона дела. Другая сторона – степень готовности к такого рода необходимости. Об этом рассуждает заведующий кафедрой: «Сейчас мы попали в ситуацию, когда многое зависит от нас, но мы часто не готовы к этому. В то же время мы сегодня уже более готовы к ситуации неопре деленности, чем пять лет назад – перестав надеяться на кого-то, рассчитывая только на себя» (В.К.). Своеоб разное подтверждение своей точки зрения эксперт находит в опыте коллег. «Не слишком ли много черного цвета в моем рассказе? Читаю в "Ведомостях НИИ ПЭ" интервью с Силиным, Барбаковой – у них все нормально. Видимо, потому, что сфера их деятельности сейчас престижна, и они, конечно, чувствуют себя лучше. Но нужно отдать им должное – они оказались расторопными людьми и смогли многое сделать. Ведь когда есть возможности – это еще не все, нужно уметь их использовать».

Фундаментальная подготовка студентов и научные ис следования – главное отличие «настоящего университета»

от института, полагает проректор: «Университет отлича ется от института, главным образом, усилением фунда ментальной составляющей учебных планов и состоянием научных исследований, сращиванием их с учебным про цессом… Настоящим университетом мы станем только тогда, когда на должный уровень поднимем состояние научной работы» (И.К.).

Характеризуя желаемый образ университета, один из экспертов полагает, что студента необходимо изначально ориентировать на образ специалиста. Поэтому в универси тете должны быть созданы условия «для того, чтобы сту дент, стремясь к модели специалиста, кроме чисто тео ретических знаний по профессии мог нарабатывать и практические навыки, умение работать в коллективе»

(В.С).

Об условиях, необходимых для соответствия «настоя щему университету», – рассуждение еще одного проректо ра: «Главная мысль, которой я заряжен, – сформировать в университете механизм мотивации такой деятельности, которая позволяла бы жить безбедно. С точки зрения идеального университета формирование такого механи зма создаст ситуацию, когда крутятся все: заведующие кафедрами, преподаватели, доценты, деканы, а ректо рат только сдерживает их начинания – “это нельзя, по тому что противозаконно”, “этого делать не будем, по тому что не время” и т.д. Если бы была такая иници атива снизу и каждый стремился бы что-то сделать, в университете было бы все совершенно по-другому.

Важно создать такую атмосферу, в которой каждый член университета нечто инициировал, и такие инициа тивы вели бы к успеху всего коллектива. К сожалению, у нас этого сейчас нет. Кстати, это имеет прямое от ношение к формированию корпоративного духа. Первое, что мы должны сделать – поискать, у кого есть какая струнка, и как менеджерам надлежит на ней поиграть»

(О.Д.).

Штрих к образу «настоящего университета», особенно важный в условиях конкуренции, создаваемой множеством вузов, открывающих свои филиалы на Тюменском Севере, эксперт-декан обозначил так: «В нашем университете должны быть собраны уникальные кадры, которые бы определяли весь технологический уровень добычи нефти, газа и поиска сырья» (А.Б.).

Один из экспертов, молодой преподаватель, решил обсуждать не столько «идеальный образ» университета, сколько «более или менее нормальное состояние». В своем понимании «нормы» он выделил несколько аспектов. Один из них: «если бы зарплаты в университете были хотя бы на уровне средних по Западной Сибири, тогда преподава телю было бы легче строить планы на будущее..., можно было бы сосредоточиться на научной и преподаватель ской деятельности. В этом случае, наверное, и средний возраст преподавателей “помолодел” бы, а благодаря кон куренции оставались бы лучшие люди, заинтересованные в своем профессиональном росте». Другой аспект: «Вряд ли можно говорить об университете как о единой коман де, но кафедра, по-моему, должна быть такой» (А.И).

АНАЛИЗ экспертного дискурса дает основание для выделения некоторых особенностей ситуации университета на этапе его становления.

Прежде всего, следует подчеркнуть, что становящийся университет обладал большим интеллектуальным ресур сом, созданным во времена Тюменского индустриального института, и в обстоятельствах того времени встала проб лема поддержания и развития этого ресурса. Особого вни мания заслуживает обозначившаяся в экспертном дискурсе тема становящегося университета как шанса для проек тирования профессиональной и жизненной биографии его сотрудников.

Актуальной для этапа становления университета явля лась проблема материальных ресурсов («все еще продол жаем выживать»). Хотя эта проблема являлась актуальной для большинства российских вузов и университетов в сере дине девяностых годов, однако важно, как она была страте гически конкретизирована для ситуации ТюмГНГУ: создание мотивации к предпринимательской деятельности для всех сотрудников рассматривалось как самая важная «точка рос та» университета в этот период.

Еще одну, проявившуюся в экспертном дискурсе «боле вую точку» становящегося университета можно условно на звать «исчезновение духа единой общности». В суждениях экспертов зафиксированы признаки перехода от внутри университетской солидарности, основанной на отношениях общности (Ф. Теннис), поддерживаемых традициями, дове рием, эмоциональной близостью и т.д., к типу внутри уни верситетской солидарности, основанной на отношениях, поддерживаемых контрактной системой.

Если образ «реального университета» описывался экс пертами с точки зрения особенностей внутривузовской жиз ни через акцентирование в ней «болевых точек», то образ «настоящего университета» содержал такие штрихи: фун даментальность образования, его современность, высокий уровень научных исследований, уникальные кадры профес сорско-преподавательского состава.

Как уже отмечалось выше, образ «настоящего универ ситета» определялся не столько через соотнесение с идеей университета, сколько опирался на опыт и знания вопло щенного где-то, в том числе и в ТИИ, высокого стандарта научно-образовательной деятельности. Следует еще раз подчеркнуть, что в 1996 году конструирование образа «настоящего университета» происходило в ситуации еще только формирующегося у коллектива опыта профессиона льной деятельности в новом – университетском – статусе.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.