авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |

«Федеральное агентство по образованию Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Ивановский государственный энергетический ...»

-- [ Страница 7 ] --

Однако есть в фундаментальных взаимодействиях ряд моментов, которые никак не укладываются в понятие здравого смысла. Например, в отличие от теплового поля, здесь квантуется не столько область определения метрики поля, сколько само понятие области, то есть понятие пространства-времени.

Особенность этих полей в их фундаментальности, глубже их никакой физиче ской реальности не существует. Понять это можно, только если удастся сопо ставить эти поля с другими полями, такими же фундаментальными и неразло жимыми, но более знакомыми нашему рассудку. Для поиска этих аналогий бесполезно идти еще дальше вглубь материи. Тогда попробуем идти в обрат ном направлении, где в пределе противоположности переходят друг в друга.

Примером поля с достаточно сложными механизмами формирования мет рики является так называемое биополе, о существовании которого до сих пор спорят ученые и экстрасенсы, пытаясь найти особые «флюиды», исходящие от всех живых существ. Их ошибка в том, что они ищут нечто фундаментальное, что-то вроде электромагнетизма. На самом деле биополе представляет собой результат действия сложной совокупности факторов среды.

В настоящее время понятие биополя во многом мистифицировано. Им широко пользуется огромная армия экстрасенсов и магов, зачастую не пони мающих сути феномена, на который они пытаются воздействовать. Ввиду спе цифики вопросов, связанных с тайнами человеческого организма, к рацио нальным моментам теории биополя примешано значительное количество ошибок, заблуждений и откровенного шарлатанства. Ситуация усугубляется тем, что при наличии субъективных свидетельств в пользу существования ка ких-то тонкоматериальных оболочек вокруг человеческого тела, долгое время совершенно отсутствовала техническая база для объективной регистрации данного феномена. Положение несколько изменилось после того, как был изобретен метод фотографии в высокочастотных электромагнитных полях (метод Кирлиан), позволивший визуализировать картины, наблюдаемые экс трасенсами. Правда, мы увидели не столько само биополе, которое увидеть невозможно, сколько некоторые наиболее эффектные проявления этого поля.

Как и любое другое поле, биополе по определению представляет собой упорядоченную пространственно-временную неоднородность в окрестности биосистемы, оказывающую координирующее влияние на все ее подсистемы.

Понятие биополя впервые появилось в связи с научным опытом по пере садке различных групп клеток развивающегося эмбриона. На первых стадиях развития, когда эмбрион представляет собой пока еще слабо дифференциро ванную колонию клеток, части зародыша, из которых в норме формируются одни органы, будучи пересаженными на новое место, дают начало другим ор ганам, то есть тем, которые должны образоваться в данном месте. Такое разви тие получило название зависимой дифференцировки (под дифференцировкой понимается формирование разнообразных структур и частей тела из относи тельно однородного клеточного материала зародыша).

Пересаженные клетки, которые, как мы знаем, должны дать начало опре деленным органам внутри организма, успешно приживаются на новых местах, и эмбрион продолжает свое нормальное развитие. Идея опыта состоит в по пытке «перестроить» организм по своему усмотрению. Но по какой-то при чине пересаженные клетки «догадываются» о перестановке и «переспециали зируются» на новые функции в соответствии со своим новым положением внутри организма. То есть функции, которые должны выполнять клетки ор ганизма, определяются не столько происхождением данных клеток, сколько их пространственным расположением по отношению к другим подсистемам организма. Само пространство внутри организма диктует клеткам, как они должны быть специализированы.

Справедливости ради надо отметить, что если дифференцировка клеток уже началась, то есть вступил в полную силу механизм формирования органа, то пересадка зачатков органа в другую область зародыша не меняет его разви тия, так как характер его уже определен. В таких случаях говорят о независи мой стабильной дифференцировке. В развитии органов обычно наблюдается переход от зависимой дифференцировке к независимой.

Таким образом, формирование организма чем-то направляется. Сейчас природа этого феномена практически изучена. Выяснилось, что дифференциа ция клеток эмбриона направляется составом ферментов (биологических ката лизаторов), который, в свою очередь, зависит от той физической и химической среды, в которой развивается клетка, от соседей, которые ее окружают и т.п.

Вообще говоря, генотип, направляющий процесс формирования организ ма, во всех клетках одинаков. Но «в протекании биохимических процессов, связанных с реализацией генотипической информации, существенную роль играет и среда, чем обусловлено появление фенокопий и всей модификацион ной изменчивости» [39, с. 153]. Это и приводит к различиям в специализации отдельных групп клеток. Поэтому о биополе уже не вспоминают. Однако если термин «поле» использовать в широком смысле, как особенность пространства (среды) оказывать силовое воздействие на элементы определенной природы, то ничего не изменилось.

Действие биополя аналогично действию любого другого физического по ля. Разница лишь в объектах, на которые воздействуют эти поля. Любое поле можно представить как особенность метрики собственного пространственно временного континуума системы. И не важно, чем реализуется эта метрика, – каким-то фундаментальным явлением, подобно гравитации, или же вполне понятным физико-химическим механизмом.

Так, метрика биополя может формироваться с помощью так называемой внутренней среды организма, под которой понимается «комплекс жидкостей (крови, лимфы, тканевой жидкости), омывающих клеточные элементы и при нимающих определенное участие в питании и обмене органов и тканей»

[24, с. 20]. «Внутренняя среда – понятие интегративное, единое и неделимое. И кровь, и лимфа, и тканевая жидкость составляют биологическое целое, разби вать которое на две отдельные внутренние среды (кровь и тканевая жидкость) не только невозможно, но и недопустимо» [24, с. 25].

Клетки организма выделяют в окружающую для них среду вещества, яв ляющиеся продуктами их жизнедеятельности, так называемые метаболиты, которые нередко «обладают необычайной физиологической активностью и способны вызывать длинную цепь жизненных процессов, возбуждение нерв ных элементов, образование новых химических соединений и специфических веществ» [24, с. 50]. Эти вещества переносятся по организму, создавая в раз личных его участках специфические условия, которые в свою очередь суще ственно влияют на жизнедеятельность клеток в этих участках, точнее, на то, какие именно гены активируются в хромосомах в данной клетке в данный мо мент времени. От состава активных генов зависит ферментный состав клетки.

Каждый фермент определяет какой-то признак клетки, формируя ее специали зацию, то есть способ ее существования, ее жизнедеятельность. Таким образом замыкается цепь обратной связи, диктующая клеткам варианты их поведения из возможного набора вариантов, предусмотренных генетической программой.

Характер внутренней среды организма определяет не только процесс дифференцировки клеток организма, те же механизмы положены в основу гу морально-гормональной системы регуляции физиологических процессов, ко торая наряду с нервной системой составляет основу гомеостаза многоклеточ ного организма, то есть системы стабилизации всей его внутренней жизни, которая «является результирующей алгебраической суммой бесконечного чис ла необычайно сложных взаимодействующих и взаимозависимых (цепных) процессов, протекающих как в целостном организме, так и на органном, кле точном и молекулярном уровнях» [24, с. 39].

Таким образом, состав внутренней среды является той метрикой, которая координирует всю жизнедеятельность организма, соотнося ее с генетической программой и условиями внешней среды. Для внутренней среды характерно явление суперпозиции, то есть объединения (наложения) отдельных факторов влияния в единую целостность. Через механизмы обратной связи условия внутренней среды организма однозначно определяют характер влияния среды на специфику жизнедеятельности клеток. В свою очередь сами клетки влияют на характер среды. Все это убедительно показывает, что внутренняя среда ор ганизма обладает всеми характерными чертами физического поля.

Нечто подобное характерно и для биосистем, стоящих на более высоких уровнях природной системной иерархии. Например, личинка рабочей пчелы и личинка пчелиной матки изначально ничем не отличаются друг от друга. Но они помещены в разные условия: у будущей матки более широкая ячейка, в которой она развивается, ее пищевой рацион включает в себя «пчелиное мо лочко», чего лишены будущие рабочие пчелы и т.п. В результате развиваются особи, существенно отличающиеся по своему строению [59]. Опять же среда однозначно диктует направление вектора развития.

Аналогичные процессы наблюдаются и в жизни экосистем, что отражено в теории естественного отбора. В природе действует правило соответствия условий среды генетической предопределенности организма: «вид организмов может существовать до тех пор и постольку, поскольку окружающая его среда соответствует генетическим возможностям приспособления этого вида к ее колебаниям и изменениям» [45, с. 73]. Для каждого вида организмов на разных фазах развития особей можно выделить оптимальный диапазон изменения факторов среды (температура, влажность, освещенность, химический состав среды, наличие хищников, конкурентов и т.п.), в пределах которого данный вид чувствует себя достаточно комфортно и в максимальной степени реализу ет свой биогенетический потенциал, то есть свободно размножается. За преде лами зоны оптимума лежат зоны угнетения, вплоть до критических точек, за пределами которых организмы данного вида существовать не могут. В зонах угнетения данный вид существует в «фоновом» состоянии, не влияя суще ственно на жизнь экосистемы. Но когда условия среды станут более благопри ятными, данный вид выходит на первый план, определяя специфику внутрен ней жизни экосистемы на данный момент времени.

Все это делает живые существа зависимыми от условий среды. Но они са ми могут изменять среду в определенных пределах, например выделяя в нее вещества, способные значительно повлиять как на них самих, так и на другие виды живых существ, стимулируя их жизнедеятельность, либо, наоборот, по давляя. Это формирует особый порядок в жизни экосистем, сравнимый с фа зами развертывания генетической программы многоклеточного организма.

Ярким примером этого являются так называемые сукцессии (от латинского сукцессио – преемственность, наследование). Так, например, гетеротрофная сукцессия, наблюдаемая при разложении мертвого дерева, характеризуется последовательностью фаз: «Первыми на мертвом, чаще ослабленном, дереве поселяются насекомые короеды. Далее их сменяют насекомые, питающиеся древесиной (ксилофаги). К ним относятся личинки усачей, златок и др. Одно временно идут смены грибного населения. Они имеют примерно следующий порядок: грибы-пионеры (обычно окрашивают древесину в разные цвета), грибы-деструкторы, способствующие появлению мягкой гнили, грибы гумификаторы, превращающие часть гнилой древесины в гумус. На всех ста диях сукцессии присутствуют также бактерии. В конечном счете органическое вещество в основной массе разлагается до конечных продуктов: минеральных веществ и углекислого газа» [10, с. 69]. То есть одни виды выполняют свою часть работы и уходят, их сменяют другие, для которых первые соответству ющим образом подготовили среду.

Нечто аналогичное, но в больших масштабах, происходит и в процессе ав тотрофных сукцессий. Так, заброшенное поле с истощенной почвой сначала покрывается водорослями и лишайниками, затем травами, кустарниками, по том начинают расти березы и осины, которые постепенно вытесняются елью, после чего экосистема достигает стадии климакса, то есть зрелости. Затем приходит старость, так как под темным пологом елового леса новая поросль просто не в состоянии развиваться. Старый ослабленный лес погибает либо от вредителей, либо от пожара или бурелома. На его месте начинается новый лес [2, 10]. Так в упрощенных чертах выглядит жизненный цикл практически лю бого леса средней полосы России.

Таким образом, развитие любой биосистемы представляет собой един ство совокупности организмов и среды их обитания. Жизнедеятельность ор ганизмов направляется средой, но сама среда является результатом жизнедея тельности организмов. И если в качестве элементов системы выступают живые организмы, то среда их существования имеет все свойства физического поля, определяющего отношения живых организмов друг с другом и с биосистемой в целом, причем эта целостность воплощается именно в понятии поля.

В чем же природа поля? Из всего сказанного видно, что любая природная система, будь то система электрических зарядов или живой организм, пред ставляет собой единство источников поля той или иной природы и среды, которую они формируют, которую мы собственно и называем физическим полем. Эта среда оказывает активное воздействие на сами источники, за ставляя их определенным образом менять свое отношение к системе в целом.

Влияние какого-то источника на среду состоит в том, что он отдает в эту среду нечто, что несет информацию о процессах, происходящих внутри данного ис точника (например, метаболиты). Эта информация накладывается на ту ин формацию, которая уже содержится в среде, формируя единый информацион ный комплекс. Соприкасаясь со средой, все источники оценивают информа цию, находящуюся в среде, и соответствующим образом на нее реагируют.

Причем характер реакции в зависимости от характера среды определяется про граммой, хранящейся в генетической (процедурной) памяти данного источни ка, на которую накладывает корректирующее воздействие содержимое приоб ретенной (упругой) памяти. Таким образом, не только источники определяют характер среды, но и среда активно влияет на поведение источников.

Если учесть принцип повышения степени идеальности (в живом организ ме, например, этот принцип доведен до совершенства), то следует признать, что среда заполняется вовсе не столько какими-то факторами физического воздействия, сколько знаками, то есть материальными конструкциями, несу щими в себе в закодированном виде какую-то информацию. Сами источники имеют соответствующие дешифраторы подобной информации. Даже если воз действие среды трудно признать знаковым (например, факторы экосистемной среды: освещенность, температура, влажность и т.п.), все равно каждое из воздействий среды оказывается достаточно направленным, что подтвер ждается похожестью адаптаций разных видов живых существ в разных ре гионах земли к одинаковым природным условия. Действие принципа опти мальности приводит к тому, что из разных вариантов приспособительных реакций к факторам среды выбираются самые лучшие. И набор таких лучших вариантов для каждой совокупности факторов среды определен однозначно, возможно даже, что решение – единственное. Поэтому любое действие фак торов среды можно считать знаковым.

Главной особенностью знака является наличие смысла, благодаря которо му знак служит интересам системы в целом. Если строение метаболитов дей ствительно несет определенный смысл, влияющий на физиологию организма в целом (это подтверждается существованием генного кода), то существует ли какой-то знаковый смысл, например, в проявлениях стихии (ураганы, засухи, наводнения и т.п.), которые существенно корректируют внутреннюю жизнь биосферы? Или же стихия слепа?

Если бы живые организмы вообще не влияли на среду, тогда, вероятно, можно было бы говорить о слепоте стихии. Однако В.И. Вернадский убеди тельно показал, что жизнь является мощной средообразующей силой [8]. Если бы на Земле не было жизни, то условия на ней были бы очень похожими на условия Венеры, разве что температура на поверхности была бы чуть пониже, всего 29050 С, и это при полном отсутствии кислорода [39, т. 1, с. 37].

Среда – это неотъемлемая составляющая глобальной биосистемы под названием биосфера, аналогичная внутренней среде живого организма. По этому среда координирует внутреннюю жизнь биосферы так же, как внутрен няя среда организма координирует его физиологию. Об этом свидетельствует огромное количество обратных связей, поддерживающих биосферный гомео стаз, глобальных круговоротов веществ, объединяющих в единую целостность отдельные экосистемы, единый алгоритм преобразования энергии и т.п.

Да и нельзя сказать, что стихия бьет вслепую. В настоящее время она бьет по нам, людям. Это мы практически уничтожили лесной покров планеты, чем вызвали нарушение водного баланса материков, то есть обмеление рек, разру шение локальных круговоротов воды. Все это ведет к засухам. Что же касается дождей циклонического характера, приносимых с океана, то выпавшие осадки, не задерживаясь в почве, сливаются в реки, вызывая ниже по течению крупные наводнения. И это при том, что мы уже подняли среднюю температуру атмо сферы по сравнению с доиндустриальной эпохой в среднем где-то на 0,6–2 С.

Поэтому и море штормит сильнее, и циклонов больше, и полярные шапки гро зят растаять. Среда откликается на любое наше воздействие на нее включени ем механизмов обратной связи. Все закономерно.

Поэтому у воздействия среды есть смысл. Это значит, что биополе имеет знаковую природу, то есть помимо внешней стороны поля, проявляющей себя в совокупности материальных процессов, оно имеет свое представительство и в мире идей, где в единое целое объединяется система знаковых смыслов.

Можно ли подобное заявление обобщить и на фундаментальные поля?

Наверное, можно. Особенно если учесть, что виртуальные частицы, поддержи вающие фундаментальные взаимодействия, являются типичными знаками. Но что из себя представляет среда, переносящая эти знаки? Может, это гипотети ческий эфир? Чтобы ответить на эти вопросы, надо рассмотреть группу полей, еще более сложных, чем биополе, но по-своему элементарных, по свойствам очень близких к фундаментальным взаимодействиям. Речь идет о психиче ском, ментальном и тому подобных полях, о существовании которых совре менная наука просто молчит.

3.5. Природа энергии Если любое поле действительно имеет знаковую природу, то можно ска зать, что существует лишь одно поле – информационное, которое в зависи мости от сложности системы, на основе которой оно формируется, может иметь большую или меньшую сложность проявлений.

Наиболее ярко информационная природа видна в механике ментального поля, под которым мы будем понимать особого рода среду, которая форми руется в человеческом социуме в связи с мыслительной деятельностью людей.

Основным каналом информации, поддерживающим ментальное поле, является человеческая речь. Знаки (слова) стилизировались до такой степени идеализа ции, что их можно считать носителями смысла в чистом виде. Кроме слов, в качестве знаков могут выступать практически любые творения человеческих рук, воплощающих в себе определенные идеи. Характер среды, хранящей и переносящей знаки ментального поля особой роли не играет. То есть роль ма териальной составляющей знака сведена до минимума и значительно акценти рована его смысловая составляющая. Это наиболее четко проявляется, когда данные знаки приобретают форму печатных слов, жестов языка глухонемых, бинарных конструкций компьютерных файлов и т.п. То есть ментальное поле без особых допущений можно считать знаковым полем, или полем смыслов.

Его оторванность от мира материи настолько существенна, что это порождает в человеке ощущение абсолютной разделенности мира материи и мира идей, вызывая массу споров о том, какой из этих миров первичен, а какой вторичен.

Ментальное поле имеет обменную информационную природу. Его кван тами являются идеи, облаченные в словесные или другие знаковые конструк ции. Его источниками являются люди, точнее, их внутренние миры, микро космы. Находясь в постоянном общении друг с другом, совершая поступки, связанные с этим общением, люди создают вокруг себя особую информацион ную среду, несущую в себе отпечатки (воплощения) их внутренних миров.

Даже когда не звучит словесная речь, ментальная среда дает о себе знать в ви де творений человеческих рук, воплощающих в себе идеи творцов. Любая вещь, сделанная человеческими руками, является знаковой конструкцией, ко торая может многое рассказать тому, кто владеет соответствующим кодом.

Так, один человек, прослушав какое-то музыкальное произведение, может сказать лишь о том, нравится оно ему или нет, другой может, например, оби деться на композитора, посчитав, что благодаря ему прозвучало нечто вуль гарное и непристойное. Но ведь музыка – это набор звуков! Нет, музыка, со зданная человеком, представляет собой информационную конструкцию, пол ную знакового смысла, понятного массе других людей. Музыка является од ной из составляющих ментального поля человечества.

Поэтому, когда я прихожу в университет, даже когда в нем еще почти ни кого нет, я чувствую, что нахожусь в храме науки. В таких случаях говорят, что сам воздух в таких местах пропитан соответствующим духом, в данном случае – духом науки. Конструкция здания, окраска стен, плакаты на них, объ явления, даже царапины, кем-то оброненная шпаргалка – все это собирается в единый информационный комплекс, определенным образом воздействующий на любого человека, особенно на того, для которого именно эта среда является средой своего существования, где с каждой царапиной связаны определенные воспоминания. Особенно сильно влияет эта среда, когда университет живет своей будничной жизнью, когда по коридорам ходят люди, озабоченные соот ветствующими проблемами, несут в руках какие-то бумаги, слышны обрывки разговоров и многое-многое другое, о чем мы можем совершенно даже не до гадываться, но что таинственным образом формирует в любом человеке, по павшем сюда, особый характерный настрой.

В ментальном поле книга в руках может излучать гораздо больше, чем, например, лампочка под потолком. Излучать информацию может даже нари сованная на стене фигура, форма здания и т.п. А некоторые слова (колебания воздуха), сказанные мне в трамвае, могут очень сильно ранить меня. Зато дру гие слова могут придать мне огромную энергию. В ментальном поле все не так, как мы привыкли в физике. Здесь эффект достигается не количеством джоулей энергии, а смыслом передаваемой информации.

Нельзя сказать, что ментальная энергия не существует. Наверное, ее мож но даже померить в джоулях. Правда, найти соответствующий механический (энергетический) эквивалент ментала, как это было сделано Джоулем с тепло той, очень сложно – слишком различаются внутренние миры людей. Но слож но не значит невозможно. Теоретически для этого нет никаких запретов.

Что такое энергия? По определению – это способность совершать работу.

Это то, что лежит в основе всех природных процессов. Любой процесс проте кает в направлении роста энтропии, неопределенности. Чем больше разность энтропий между конечным и исходным состояниями системы, тем интенсив ней протекает процесс, следовательно, в исходном состоянии системы была накоплена большая энергия.

Как мы видели, любое информационное взаимодействие сопровождается конкретизацией идеи, переносимой информационной конструкцией, то есть локальным уменьшением энтропии в сфере идей, за счет чего в сфере материи протекают реальные процессы. По сути дела, это и есть рождение ментальной энергии.

Как же тогда быть с законом сохранения энергии? Как мы уже говорили, к свободной энергии, рожденной упорядочением ранее разупорядоченной энер гии, закон сохранения не применим.

Ментал может и не порождать вовсе новой полной энергии. Однако в мире идей произошли процессы конкретизации смысла. Это значит, что с другой стороны знакового барьера определенная, достаточно малая порция энергии стала носителем конкретного смысла. Именно эту порцию энергии можно счи тать ментальной энергией в узком смысле.

Одно дело, когда я просто двигаю рукой;

другое дело, когда я этой же ру кой нажимаю на кнопку, приводящую в движение процессы, высвобождающие огромные энергии, абсолютно не сравнимые с силой моего нажатия. Малая осмысленная энергия может управлять большими неосмысленными энергия ми, одновременно придавая смысл этим энергиям. На этом принципе основано действие любого усилителя мощности. Таким образом, вкладывая смысл в большие потоки энергии, ментал упорядочивает их, то есть повышает их каче ство, порождает свободную энергию. Количество порожденной свободной энергии, то есть той порции полной энергии, качество которой повысилось вследствие организующего влияния ментала, можно считать энергетическим эквивалентом ментала, или ментальной энергией в широком смысле.

В чем секрет силы мысли, то есть осмысления? Осмысленная энергия ис пользует неравновесные состояния системы, направляя их в соответствии с наперед заданной программой. Особенность неравновесных состояний в том, что любое слабое воздействие на систему способно упорядочить большие по токи энергии (песчинка, падающая на кучу песка, находящуюся на границе устойчивости, способна вызвать лавину в том направлении, в котором движет ся песчинка). Ментальная (а также психическая, биохимическая и пр.) энергия очень слаба, но она осмыслена, поэтому способна упорядочивать неравновес ные силовые процессы, которые воспроизводят заложенную в ней программу.

Таким образом, идея воплощается в физических процессах актуального мира.

Поэтому все живые организмы представляют собой неравновесные систе мы. Только здесь слабые энергии наподобие ментальной способны усилиться большими потоками других видов физической энергии. Особенность высоко качественных энергий в том, что они содержат в себе программу воздействия на силовые потоки, так что эти потоки не разрушают саму систему. Кроме то го, они долго не затухают, воспроизводя неустойчивое состояние, держа си стему постоянно вдали от равновесия. И самое главное, они реализуют идею, заложенную в программе.

В понятие ментала помимо энергетической составляющей входит струк турная составляющая. Сама программа, которая ложится на энергетические потоки, придавая им осмысленность, хранится в системной структуре. Струк тура организует информационный процесс, обеспечивая пересечение смыслов, рождая тем самым малые потоки осмысленной энергии и затем усиливая их до значений, способных осуществить весомое воздействие на мир. То есть имен но через структуру реализуется процесс переноса идеи на энергетические по токи, то есть процесс воплощения идеи в актуальном мире.

Если верна гипотеза о том, что Вселенная родилась путем дифференциа ции исходного Ничто, то следует признать, что изначально она была абсолют но пуста и в ней не было ни одной порции актуальной энергии хотя бы пото му, что не существовало ни одного актуального носителя этой энергии, кроме разве что самого Ничто. В то же время из этого Ничто можно создать целую Вселенную и заполнить ее энергией, чему мы являемся живыми свидетелями.

Правда, суммарная энергия всей Вселенной до сих пор, по-видимому, равна нулю. Но в локальных областях Вселенной феномен энергии существует.

Пусть разные виды энергии в целом уравновешивают друг друга, но каждый из этих видов реально существует. Значит, энергия когда-то как-то нарожда лась. Но мы знаем и о законе сохранения энергии, что окончательно возводит данный вопрос в ранг парадокса.

Хотя никто еще не доказал закона сохранения энергии, он является эмпи рическим обобщением, которое выполняется в любых наблюдаемых нами процессах. Он вытекает из объективных симметрий, по которым строится при рода. Однако Вселенная, помимо симметричной составляющей, содержит и элемент асимметрии, наиболее ярко проявляющейся в живой природе. Для потока электричества в законе Гаусса тоже справедлив закон сохранения (не прерывности), но только для областей, не содержащих электрических зарядов, которые являются источниками данного потока. Может быть, нечто подобное происходит и с энергией? Может быть, существуют все-таки истинные источ ники энергии, в которых нарушаются законы симметрии мира?

В самом названии потенциальной энергии присутствует отголосок мира потенциальных возможностей, хранящий в себе бесконечность того, что воз можно по сравнению с тем, что актуально существует. Количество потенци альной энергии можно оценить лишь количеством кинетической энергии, ко торая выделится при определенных условиях.

Существует два способа реализации потенциальной энергии: разрушение неустойчивых структур и создание (синтез) более устойчивых (энергетически выгодных) структур с высвобождением энергии связи в форме кинетической энергии движения элементов системы. Оба являются вариантами одного спо соба: какой бы устойчивой ни была структура, ее можно разрушить (или де формировать) с помощью определенного большего или меньшего количества кинетической или потенциальной энергии и на ее основе создать более устой чивую структуру, чем была раньше. Количество кинетической энергии, выде лившееся при этом, не только компенсирует затраты на разрушение, но и уве личит количество кинетической энергии Вселенной.

Типичным примером в этом отношении является термоядерный синтез.

Однако этот феномен справедлив не только в случае ядерных процессов. Это один из глобальных принципов Вселенной. Даже если в единую целостную систему объединяются люди, высвобождается определенное количество пси хической (или ментальной) энергии (например, в форме свободного времени), которая может быть использована на достижение определенных успехов в плане преобразования мира.

Если в процессе нашей мыслительной деятельности нам удалось создать более устойчивую структуру, в результате чего высвободилась определенное количество энергии связи, так что общее количество кинетической энергии в мире возросло на величину E, это и будет еще одним энергетическим эквива лентом ментала, то есть ментальной энергией.

Так как в любой упорядоченной структуре, сохраняющей свою целост ность, воплощена какая-то идея (программа поддержания системного един ства, системообразующий фактор), то можно сказать, что именно воплощение идеи в системной структуре высвобождает энергию связи. И совсем не важно, является ли эта идея принадлежностью ментального поля или какого-то друго го поля с более простой структурой. То есть идея, заложенная в структуре си стемы, вполне определенно соответствует некоторой порции физической энер гии, высвобожденной благодаря воплощению данной идеи.

Все это говорит о том, что идея и то, что мы понимаем под энергией, могут иметь одну и ту же природу. Может быть, они даже тождественны?

Или они являются лишь разными сторонами, формами чего-то одного? Неда ром же энтропию называют тенью энергии [2, с. 4–13].

Не случайно количество энергии оценивается квадратом степени неравно весия, что может служить мерой количества информации (негэнтропии), запа сенной в данном состоянии. Как мы уже говорили, степень конкретности смысла, сосредоточенного в информации, определяется квадратом от количе ства информационных конструкций. Вполне возможно, что энергия является именно мерой конкретности смысла информации, запасенной в системе.

Можно ли определить, чему равно количество потенциальной энергии во Вселенной? Для этого надо знать, сколько в мире неустойчивых структур и сколько есть возможностей создать структуры энергетически более выгодные, чем мы имеем на данный момент времени. Самой неустойчивой структурой является Ничто, при разрушении которого можно извлечь бесконечное коли чество энергии. Правда, это справедливо пока разве что в форме гипотезы.

Что касается энергии, которая может быть выделена при синтезе энерге тически более выгодных структур, то здесь природа также не имеет ограниче ний. Синтез любой устойчивой упорядоченной структуры сопровождается высвобождением определенного количества энергии связи. Пока во Вселенной идет глобальный эволюционный процесс, пока в ней создаются все более сложные структуры, будет высвобождаться энергия связи. Каковы потенции Вселенной в этом направлении? По всей вероятности, они бесконечны. Значит, бесконечен запас потенциальной энергии Вселенной. Там, где речь идет о ка кой-то бесконечности, мы обычно говорим о наличии неопределенности.

Можем ли мы вообще говорить о наличии потенциальной энергии, напри мер в том случае, если мы даже не знаем, существует ли такая структура, ко торая способна объединить данный набор элементов в систему с выделением определенного количества энергии связи? Более того, об этом не знает пока и сама природа. Только в процессе виртуального поиска («пробного нащупыва ния») природа однажды найдет этот вариант, но пока он не существует даже в проекте, существует только его возможность, вероятность, которая может быть и нулевой.

Легко рассуждать о потенциальной энергии, когда мы регулярно наблюда ем падающие на землю тела (здесь энергия связи выделяется в форме кинети ческой энергии движения тела). Эти явления многократно повторяются. Ско рость поиска природой решения значительно превышает возможности наших ментальных процессов. Нам кажется, что природа находит решение момен тально, что она с самого начала знала его. А как быть, если результат поиска заранее неизвестен? Можем ли мы говорить о какой-то мере неравновесия данного состояния по отношению к какому-то призрачному, вероятностному состоянию, которое однажды будет найдено? Может быть, потенциальная энергия возникает только в тот момент, когда природа находит вариант более устойчивой структуры, чем исходное состояние? А до этого? До этого понятие потенциальной энергии, по-видимому, просто не определено.

Таким образом, наиболее точная оценка количества потенциальной энер гии во Вселенной – это полная неопределенность. Что же касается исходного Ничто, то его потенциальная энергия не определена настолько, что ее количе ство может быть равно и нулю, и бесконечности одновременно.

Действительно, можно считать, что Ничто не обладало никакой потенци альной энергией. Но в том-то и состоит главный парадокс мира потенциаль ных возможностей, что чем меньше актуальной реальности содержит Вселен ная, тем меньше связей наложено на эту реальность, тем свободней она для воплощения возможностей, тем больше ее потенции.

А вот о количестве кинетической энергии во Вселенной можно говорить более определенно. Оно равно тому количеству энергии связи, которое выде лилось в процессе синтеза устойчивых структур (в процессе агрегации) за все время существования Вселенной.

Как же тогда быть с законом сохранения энергии? Конечно же, он дей ствует. Выделившаяся однажды в процессах синтеза устойчивых структур энергия никогда никуда не исчезает. Она может временно аккумулироваться в неустойчивых и малоустойчивых структурах, потом обратно возвращаться в свободное состояние. Но уничтожить ее невозможно. А вот создать энергию можно. Правда, лучше все-таки говорить не о создании, а о высвобождении энергии в процессе системного синтеза. Это более привычно.

3.6. Я Любую устойчивую систему можно представить в виде совокупности не устойчивых (неравновесных) подсистем, каждая из которых стремится к рав новесному состоянию. Идея (программа), заложенная в устойчивой системе, связывает эти неустойчивые подсистемы друг с другом в единую целостность так, что стремление к равновесию одной подсистемы поддерживает стабиль ное неравновесное состояние другой подсистемы, которая в свою очередь поддерживает неравновесие следующей подсистемы и т.п. В результате каж дая из подсистем существует стабильно в состоянии, далеком от равновесия, притом вся система в целом оказывается достаточно устойчивой, то есть нахо дится в одном из равновесных состояний.

Примером тому может служить многоклеточный организм. Каждый его орган, каждая клетка может существовать только в условиях организма, то есть в очень узком диапазоне изменения факторов среды. Значит, они облада ют очень малой устойчивостью. Но весь организм в целом способен выдержи вать очень резкие колебания факторов среды, обладая по сравнения с каждой своей клеткой очень большой устойчивостью. Еще большей устойчивостью обладает экосистема, состоящая из подобных организмов. Что же касается глобальной экосистемы, биосферы, то ее устойчивость позволяет ей существо вать, непосредственно контактируя с открытым космосом. Устойчивость био сферы такова, что можно говорить о принципиальной невозможности погу бить жизнь на планете. Можно существенно изменить ход эволюционного процесса, но практически никакое внешнее или внутреннее воздействие не способно остановить экспансию жизни.

Причем наблюдается интересная закономерность: чем более дифференци рована система, тем более она устойчива, хотя для каждой из ее подсистем справедливо обратное утверждение: чем более дифференцирована система, тем менее устойчивы ее подсистемы. В экологии эта закономерность вылива ется в закон необходимого разнообразия Эшби (разнообразие видов – синоним устойчивости экосистемы [10, с. 72]) и правило прогрессирующей специализа ции Ш. Депре (группа, встающая на путь специализации, как правило, в даль нейшем развитии будет идти по пути все более глубокой специализации [45, с. 69]). Это приводит к тому, что любая экосистема эволюционирует к состоя нию с большим разнообразием видов, каждый из которых все более стенобио нтен, то есть имеет узкие диапазоны адаптации к факторам среды. В результа те тропические джунгли или коралловые рифы представляют собой экосисте мы с богатым разнообразием стенобионтных видов, настолько зависимых друг от друга, что вся экосистема – это единый живой организм, устойчивость ко торого позволяет ему существовать в условиях крайне скудного поступления извне необходимых для жизни веществ.

В микромире аналогами подобных стенобионтных структур являются кварки, из которых, как известно, состоят адроны, в частности нуклоны.

Обособленное существование кварка невозможно ввиду его абсурдных с точки зрения Вселенной свойств, таких, например, как дробный электрический за ряд, неподчинение принципу Паули и т.п. Однако системы кварков, например протоны, могут устойчиво существовать длительное время (порядка 1032 лет).

Нейтрон, являющийся одним из основных «кирпичиков» атомных ядер, в сво бодном состоянии может существовать лишь около 15 минут. В то же время в составе атомных ядер нейтроны существуют практически со времени рожде ния Вселенной [60, с. 130–172].

В этих закономерностях кроется один из принципиальных моментов, ко торой позволяет существовать самой Вселенной, построенной из такой не устойчивой субстанции, как Ничто. Оказывается, есть возможность связать друг с другом некоторые неустойчивые (виртуальные) проявления реальности так, что они будут регулярно воспроизводить себя, поддерживая друг друга, создавая в целом нечто устойчивое, что мы воспринимаем в форме актуаль ной реальности.

Противоречивая сущность Ничто допускает наличие в нем доли абсурда, флуктуируя виртуальными структурами, в частности виртуальными частица ми, но, возможно, и не только частицами. Если определенным образом связать подобные флуктуации, заставив их регулярно воспроизводить друг друга, то мы получим стабильную актуальную структуру. Для этого нужно установить строгую последовательность таких явлений, четко подобрать их параметры. То есть нужна программа взаимодействий отдельных явлений – идея. Только наличие идеи способно упорядочить Ничто, в то же время четко оттенив аб сурдность самого факта существования подобного порядка.

Если в реальности подобного рода что-то изменится (любая непредусмот ренная программой флуктуация, случайность), то, ввиду крайней неустойчи вости каждого из отдельных процессов, данное изменение волной распростра нится на все эти процессы, деформируя форму их протекания. В этих условиях параметры каждого локального процесса должны быть откорректированы та ким образом, чтобы вся реальность в целом не утратила устойчивости, то есть должна быть откорректирована сама идея, программа взаимосвязи. Поэтому в соответствии с принципом оптимальности каждая локальная подсистема в этих случаях реализует свой поиск оптимального решения. Определяющим моментом здесь является принцип подобия части и целого: если параметры какого-то явления вышли за допустимые пределы, грозя разрушением всей целостности, то данное явление исключается из процессов взаимного поддер жания неустойчивых состояний. Растущее внутреннее разнообразие позволяет дублировать многие явления, так что исключение из реальности того или ино го явления мало влияет на устойчивость системы в целом.

Таким образом, каждое относительно локальное явление реальности должно постоянно потреблять информацию о состоянии всей системной целостности из окружающей среды и само поставлять в окружающую среду информацию о себе.

Огромное значение в плане упорядочения реальности имеет свойство иерархичности. Каждый программист знает, что невозможно написать слож ную программу, если она плохо структурирована. Приходится держать в голо ве информацию об огромном количестве переменных, связывая их сложными запутанными алгоритмами. Гораздо проще работать, если удастся дифферен цировать исходную идею, воплощаемую в программе, разбить ее на фрагмен ты, каждый из которых реализуется простым программным кодом, повторяю щимся в аналогичных фрагментах. Затем уже эти фрагменты связываются друг с другом всего несколькими знаковыми переменными, каждая из которых ко дирует некоторую особенность поведения данного фрагмента. С помощью этих переменных можно сообщать данному фрагменту свою «волю», которую он однозначно реализует. Сами фрагменты могут быть организованы в более укрупненные фрагменты и т.д.

По такому же принципу устроен любой живой организм, состоящий из от носительно обособленных подсистем (тканей, органов, клеток и т.п.), каждая из которых ориентирована на выполнение определенной функции, необходи мой для поддержания системной целостности. Такую систему проще скоорди нировать. Каждая подсистема «делит» мир на внешний и внутренний. Внеш ний мир поставляет для нее информацию, содержащую в себе требования о корректировке ее поведения. Сама подсистема поставляет во внешний мир требования о корректировке внешней среды. Получив информацию из внеш него мира, данная подсистема транслирует ее в соответствующие параметры внутренней среды, требуя тем самым от нижестоящих подсистем выполнения определенных функций и контролируя результат выполнения по реакции этих подсистем на предъявленные требования. В свою очередь нижестоящие под системы через ту же внутрисистемную среду могут сообщать вышестоящей подсистеме свои требования, которые та должна либо игнорировать, либо по стараться выполнить путем соответствующей координации поведения отдель ных подсистем. Если это не удается, то для выполнения требований нижесто ящих подсистем приходится выставлять требования на вышестоящий иерар хический уровень.

Такая организация позволяет длительно и устойчиво существовать сово купности неустойчивых элементов. При этом требования высших уровней для низших является законом, а требования низших для высших – просьбой.

Просьба может быть очень требовательной, особенно если она усиливается множеством аналогичных просьб других аналогичных подсистем. Живое су щество, например, воспринимает такую просьбу в форме боли, которую мож но, конечно, игнорировать, но далеко не всегда, лучше что-то предпринять, чтобы гармонизировать внутреннюю жизнь.

Есть еще один выход: принять болеутоляющее лекарство, которое разру шит знаковые вещества, несущие в себе просьбу внутренних подсистем. Но тогда внутренние подсистемы окажутся предоставленными самим себе, бу дучи лишенными координирующего влияния системной целостности. Систе ма, построенная из неустойчивых элементов, может существовать только за счет четкой координации их деятельности. Иначе всей системе грозит разру шение.

Вся Вселенная представляет собой единую иерархическую систему, в ос нове которой лежат крайне неустойчивые проявления реальности, полупри зрачное существование которых вообще возможно только благодаря глобаль ной неопределенности, царящей на микроуровне. Только сложная и в тоже время четко упорядоченная иерархическая организация данной реальности позволяет ей существовать. Ни один уровень этой иерархии не является само достаточным, все подчинено единой цели, единой идее.

Есть в этой системе место и человеку, который ни в коей мере не свободен от требований Вселенной. Свобода его поведения значительно ограничена уз кими рамками той функции, ради которой он создан. У нас есть свое предна значение. В этом мире нет ни одного проявления реальности, не несущего в себе определенной задачи во благо системной целостности и не подчиненного высшим иерархиям.

В то же время любая относительно обособленная подсистема обладает определенной самостоятельностью, автономностью. Высшие иерархии отно сительно слабо вмешиваются во внутреннюю жизнь этих подсистем. Имеется также определенная свобода и в проявлении внешних реакций. Требования, воспринимаемые данной подсистемой из внешней среды, регламентируют лишь некоторые целевые показатели, которые должна реализовать данная под система. Как она это будет делать, какие механизмы задействовать для дости жения требуемой цели, данная подсистема должна решить сама.

Это напоминает хорошо отлаженное предприятие, где начальник ставит подчиненным цели, исходя, во-первых, из стратегии предприятия, и, во вторых, из знания возможностей своих подчиненных. При этом начальник во все не должен указывать подчиненным, как они должны достигать поставлен ных им целей. Зато он должен учитывать требования подчиненных в плане снабжения их всем необходимым для осуществления ими своих функций.

Высшая для элементов данного системного уровня иерархия может быть более или менее однозначно ассоциирована с одной из подсистем данной си стемы. В государстве это может быть монарх или президент, в стае – вожак, в пчелином улье – матка, в многоклеточном организме – мозг, в клетке – хромо сомы и т.п. Чем четче дифференцирована система, тем более явно в ней оформляются элементы, отвечающие за координацию внутрисистемной жиз ни. Данные элементы вовсе не являются высшей иерархией в прямом смысле, это обычные элементы системы. Но они являются представителями, провод никами воли высшей иерархии, наиболее тесно связанными с ней, более тонко чувствующими требования высшей иерархии и транслирующими эти требова ния на язык внутрисистемных взаимодействий. Для этого в их собственных структурах, как правило, более развиты те подсистемы, которые отвечают за связь с высшей иерархией. Но что представляет собой сама высшая иерархия?

Внешне система представляет собой совокупность взаимодействующих друг с другом элементов. Каждый элемент имеет свои свойства, свое место, в соответствии с которым он реализует свою долю общесистемной программы.

Как уже говорилось, программа записана в пластической памяти системы, то есть частично разбросана по свойствам элементов системы, частично реализо вана в текущем взаимном расположении элементов по отношению друг к дру гу (в структуре), частично может быть записана в каком-то элементе системы, отвечающем за системную целостность (своего рода генный аппарат), частич но диктуется условиями внешней для всей системы среды. Несмотря на такую разбросанность, программа представляет собой единую целостность. В наибо лее полной мере эта целостность проявляет себя в структуре поля, заполняю щего внутрисистемную среду. Именно поле следует считать воплощением целостности системы, то есть воплощением высшей иерархии.

Поле, как мы видели, в общем виде представляет собой совокупность ма териальных знаковых структур, в которых воплощены идеи (смыслы). Смысл является обобщением, несущим в себе виртуальные варианты возможных про явлений данного смысла, варианты различных его оттенков. Слияние знаков в пределах одной информационной среды приводит к слиянию смыслов, кото рое самопроизвольно образует пересечение, являющееся смыслом, степень конкретности которого зависит от степени взаимоувязки знаковых процессов, воплощенных в поле (в окружающей среде).

Являясь активным по отношению к элементам системы и направляя соот ветствующим образом внутрисистемные процессы, поле полностью определя ется структурой этих элементов. Оно зависит также от того, какой информаци ей пополняют его элементы, сливая эту информацию в окружающую среду, обеспечивая тем самым целостность всей системы. Именно смысловая целост ность системы в идеальной сфере является основой единства и целостности системы также и в материальной сфере.

Несмотря на то что поле представляет собой единую целостность, в общем случае оно неоднородно. Разные локальные области поля могут иметь разные метрики. Поэтому решение, полученное в результате пересечения смыслов, хотя и обладает высокой степенью конкретности, тем не менее является доста точно сложным, то есть представляет собой сложнодифференцированную иде альную структуру, которая организует материальный процесс, также характе ризующийся соответствующей сложностью.

Пересечение смыслов аналогично самопроизвольному решению системы уравнений, дающему наиболее оптимальный вариант протекания процессов.

То есть именно поле, точнее, его смысловая составляющая, является основой механизма принципа оптимальности.

Следует отметить, что не каждая полевая структура (знаковая система) представляет собой единую целостность. Говоря об аналогии системы идей с системой уравнений, не следует забывать, что не каждая система уравнений имеет конечное решение. Существуют системы, не имеющие решения или же с бесконечным количеством решений. Система идей (смыслов), организован ная по аналогии с такими системами уравнений, не обладает конкрентностью, способной породить свободную энергию для поддержания целостности.

Чем меньше зависимость системы от внешней среды, чем меньше пара метров, посредством которых среда координирует поведение системы, тем существенней взаимоувязка всех внутренних процессов данной системы, поз воляющая ей устойчиво существовать в этом неустойчивом мире. Это значит, что система идей, лежащая в основе взаимоувязки процессов, имеет достаточ но конкретное решение, которое тем более конкретно, чем больше самостоя тельность данной системы.


А может быть и наоборот, чем существенней конкретность общесистем ной идеи, тем больше ее самостоятельность в этом мире, тем более явно про сматривается ее целостность. Конкретность идеи придает осмысленность внутрисистемным процессам, направляя их в соответствии с программой, содержащей детализацию данной идеи, которая не только поддерживает устойчивость совокупности неустойчивых процессов, но и является матери альной стороной существования самой идеи. В этом и состоит основа коорди нирующей деятельности общесистемной идеи.

Каждый элемент системы на себе ощущает это корректирующее влияние системной идеи. В высокоорганизованных системах, где достигнута высокая степень функциональной специализации отдельных подсистем, за непосред ственную связь с общесистемной идеей отвечают соответственным образом специализированные элементы, которые организуют внутрисистемную среду (поле) так, что все остальные подсистемы голос общесистемной идеи воспри нимают только в форме факторов среды.

Процесс этот проще всего рассмотреть на примере человеческого обще ства как некой достаточно хорошо организованной природной системы. Об щечеловеческая идея хранится в едином биополе, одна из составляющих кото рого – ментальное поле – является высшей формой организации психического поля. Психическое поле эволюционно древнее, чем ментальное. Знаковая си стема этого поля понятна не только людям, но и высшим животным, особенно теплокровным. Движения тела, выражения глаз, крики, следы когтей на дере ве, кровь на земле, тропа в лесу – все это может нести в себе знаки, вызываю щие вполне определенные эмоциональные состояния у самых разных видов животных. В этих знаках также воплощаются определенные идеи, которые хотя и несколько отличны от идей ментального плана, но все же достаточно близки им. Это тот канал информации, на основе которого мы можем пони мать язык животных, трансформируя психические образы в свои ментальные конструкции. Можно подумать, что психические идеи менее конкретны, чем идеи ментала. Это верно только по отношению к тем, кто забыл смысловой код психополевых структур. Идеи, заложенные в полевых структурах более глубокого плана, еще менее понятны с точки зрения их трансформации в мен тал, то есть с позиций рассудка.

Поиск пересечения смыслов знаковых конструкций ментального (как и любого другого) поля происходит вовсе не так, как решение системы уравне ний в компьютере. Когда два человека обмениваются информацией друг с другом, они пытаются найти взаимопонимание. Только в этом случае разговор становится достаточно интересным. Взаимопонимание – это и есть пересече ние менталитетов двух людей. Люди регулярно общаются то с одним челове ком, то с другим, в результате со временем возрастает степень единения всего социума, рождается то, что называется общественным мнением, которое пред ставляет собой нечто, аналогичное среднему арифметическому по всем мента литетам конкретных людей. Именно здесь воплощается общесистемная идея.

Если общество достаточно аморфно, то общественное мнение может во плотиться практически в любом человеке, чей менталитет по каким-то причи нам оказался наиболее близок общесистемной идее. Ввиду своего подобия с общесистемной идеей, в его менталитете будет построено наиболее сильное пересечение с этой идеей, что даст ему уверенность в себе, то есть психиче скую силу. В результате его поведение будет таким, как будто он знает, что нужно делать. Эта внутренняя сила легко передается другим людям, для кото рых данный человек становится лидером. Чем менее стабильно общество, тем большие массы людей будут консолидироваться вокруг такой сильной лично сти. Каждый человек по принципу подобия корректирует свою точку зрения, свой менталитет, приводя его в состояние наибольшей близости к менталитету выразителя общественного мнения. Это еще больше усиливает влияние лидера и степень его воздействия на массы. Одновременно растет и степень конкрет ности общественного мнения, пока однажды оно не достигнет высшей ступени консолидации, когда все как один. Это и есть акт воплощения идеи, то есть актуализация.

Актуализация – это событие в жизни общества, дающее ему жизненную силу благодаря высокой степени конкретизации народных чаяний (понижение энтропии), после чего оно совершает новый существенный этап в своей исто рии, достигая тем самым той цели, которая изначально присутствовала в идее.

После этого приходит время следующего акта. Изменившиеся условия требу ют новых способов координации общественной жизни. Меняется обществен ное мнение, общесистемные цели, тот, кто только что был лидером, теряет связь с общесистемной идеей, утрачивает силу, популярность его падает. В то же время уже где-то нарождается новый лидер, тонко чувствующий веяния времени на современном этапе. Зарождается механика поиска направления, в котором общество сделает свой следующий исторический шаг.

И так шаг за шагом, каждый из которых остается в памяти общества, рас сеиваясь по менталитетам отдельных людей. Каждый человек хранит свою точку зрения на свершившееся однажды событие. Но если однажды общество захочет вспомнить вновь об этом событии, будет брошен кличь, и тогда обще ство, собравшись у своих мемориалов, опять заговорит на разные голоса, вспоминая прошедшие события, и вся эта многоголосица сложится в единый голограммный паттерн, заново воспроизводя следы истории.

Типичным примером подобного рода воплощения системной идеи в при родных системах является так называемый эффект стаи. Известно, что косяк рыб ведет себя как единое целое. Все особи двигаются в одном направлении, одновременно поворачиваются, причем синхронность их поведения иногда просто шокирует наблюдателей. Существует множество гипотез о природе такого поведенческого однообразия. Наиболее простой и реалистичной гипо тезой является та, что причиной всему – инстинкт подражания: косяк послуш но следует за особью, которая в данный момент ведет себя так, будто знает, что делать;

в следующий момент право лидерства может перейти к другой особи, и тогда стая резко меняет направление движения, при этом каждый, не видя непосредственно лидера, ориентируется на своего соседа, который по отношению к нему ведет себя более уверенно.

Процесс воплощения идеи происходит более просто и более интенсивно, если социум четко дифференцирован и структурирован. Службы оценки об щественного мнения собирают и анализируют информацию, в обработанном виде эта информация поставляется на стол начальника, над которым есть еще начальник и т.д. В конце концов в достаточно конкретном виде вся информа ция по ситуации в обществе поставляется на стол самого главного начальника (монарха, президента, госсекретаря и т.п.). В данный момент общесистемная идея достигает высшей степени конкретизации. Высшему начальнику остается только принять высочайшее решение, разрешающее воплощение идеи, после чего закручивается исполнительная механика. Конечно, сам высший началь ник может наложить свой отпечаток на воплощение общесистемной идеи, например поставив запрет на какой-то достаточно очевидной акции. Такие начальники определенным образом устраняются от власти, для чего структу рированное общество создает соответствующие, вполне законные, механизмы.

Высший начальник не должен иметь ничего личного, вся его жизнь должна быть посвящена делу воплощения общесистемной идеи.

Нечто подобное доведено до определенного, генетически закрепленного совершенства у социальных насекомых. Еще более четко это реализовано в многоклеточных организмах, особенно тех, которые обладают развитой нерв ной системой и мозгом. Система рецепторов собирает информацию о состоя нии внешней и внутренней среды. После анализа, проводимого мозговыми структурами, принимается решение, которое по системе эффекторов доводит ся до непосредственных исполнителей.

Здесь настолько все детализировано, что очень трудно найти, где именно и как именно общесистемная идея проникает в мир материи. То есть структу рирование – это такое явление, когда идея срастается с материей, воплоща ясь в системной структуре, так, что их уже невозможно разделить.

Конечно, в жизни социума свершаются и более мелкие события, которые тоже откладываются в памяти народа, может быть, не всего социума, а какой то одной области, одного города, коллектива, семьи. Каждая более или менее обособленная группа имеет свою историю, свое единое информационное поле, то есть может проявлять себя как единая целостность, причем более мобиль ная, чем весь социум. Человек может входить одновременно в несколько соци альных групп, каждая из которых объединяет людей, акцентируя тот или иной аспект жизни социума. Более того, человек просто не может не быть принад лежностью той или иной социальной группы или же нескольких групп. Это было бы равносильно замкнутой системе, которая в соответствии со вторым законом термодинамики рано или поздно теряет упорядоченность своей орга низации, о чем свидетельствует опыт людей, волею случая оказавшихся на необитаемом острове без надежды вернуться в социум. Многие из этих людей теряют рассудок, являющийся одним из механизмов социальных отношений.

Любая социальная группа, имея свое информационное поле, придающее ей целостность, создает свою историю в форме последовательности актов сборки (редукции) виртуальных вариантов, то есть в форме последовательно сти актуальных событий, каждое из которых фиксируется в памяти данной группы, точнее, ее участников, с использованием голограммных принципов.


Каждый акт сборки есть событие, конкретизирующее групповое мнение до состояния, аналогичного мнению одного человека, но многократно усиленного по принципу резонанса ввиду многочисленности группы, которая в данный момент является группой единомышленников.

Это тот момент, когда на короткое мгновение рождается нечто целостное, компактное, конкретное, индивидуальное – особая вспышка, известная каждо му человеку, с которой он отождествляет свое «Я». В данном случае рождает ся не человеческое Я, а Я социальной группы. Последовательность таких актов рождения Я формирует то, что мы привыкли называть коллективным сознани ем, не наделяя, однако, его тем, что свойственно любому сознанию, то есть индивидуальностью, личностным фактором.

Помимо ментального поля, в слиянии группы в единое целое участвует и психическое поле, в котором воплощается чувственно-эмоциональная сторона жизни людей. Вероятно, есть и другие проявления единства людей, идущие где-то на бессознательном уровне. Все это вместе можно назвать единым ин формационным полем, метрика которого очень сложна. И чем сложнее меха низмы поля, тем сложнее и богаче Я, рожденное на базе данной группы.

Для обозначения такого Я у мистиков имеется свое название – эгрегор.

Так, Даниил Андреев в «Розе Мира» пишет: «Эгрегоры – здесь – иноматери альные образования, возникающие из некоторых психических выделений че ловечества над большими коллективами: племенами, государствами, некото рыми партиями и религиозными обществами. Они лишены монад, но облада ют временно сконцентрированным волевым зарядом и эквивалентом созна тельности» [3, с. 294].

Эгрегор – это целостное образование, объединяющее систему в единое целое, придавая ей свойства живого организма. Его присутствие мог ощутить каждый, кто находился когда-либо в месте скопления людей, объединенных какой-то целью, например на театральном представлении. Любой артист, лю бой лектор, любой политик знает, что такое дух аудитории, почувствовав ко торый, можно «войти в него», слиться с ним, стать его выразителем и тем са мым управлять аудиторией. Эгрегор частично подчиняет себе людей, частично лишает их воли, направляя все их внимание на определенные вещи. Чтобы выйти из-под его влияния, надо, по крайней мере, вернуть свое внимание на себя, оценить все людское собрание сторонним взглядом. Это не так просто, о чем свидетельствуют случаи проявления так называемого эффекта толпы, ко гда нормальные, в общем-то, люди крушат все на своем пути, немало потом удивляясь, как они до этого опустились.

Ярким примером силы национально-государственного эгрегора является фашистская Германия, объединившая в единую целостность весь народ, заста вив его совершать то, что впоследствии не могло уложиться в их понимании.

Не менее сильным был и эгрегор советской власти. Эгрегор борется за свое самосохранение, ему не просто противостоять даже в своем внутреннем мире.

Однако нельзя считать, что все эгрегоры – враги. Это способ существова ния социума. Сознание человека не может не являться одновременно частью множества эгрегоров. Самые прекрасные движения человеческой души не смогут реализовать себя, не сформировав свой эгрегор и не заручившись его силой. «Истинно говорю вам, что если двое из вас согласятся просить о всяком деле, то чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного, ибо где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди них» [Мф. 18:19-20].

Описанная механика в том или ином виде свойственна практически всем полевым процессам. Поэтому любая система формирует нечто, аналогичное эгрегору, воплощающее в себе системную целостность в той или иной степе ни конкретизации.

К этому же классу явлений относится и эффект стаи. Например, стая птиц представляет собой не просто множество особей, это организм, ведущий себя как одно целое. Известны случаи, когда стаи птиц, не сумев сманеврировать, врезались в землю. Каждая птица в отдельности могла бы изменить направле ние полета, но стая птиц – это массивное нечто, обладающее гораздо большей инертностью, чем каждая птица в отдельности. Одинокая птица даже не знает, куда ей лететь в период сезонных миграций. Это знает только стая в целом, которая окружена единым электростатическим (и не только электростатиче ским) полем, помогающим в полете каждой особи. Именно это поле каким-то образом взаимодействует с магнитным полем Земли, определяя маршрут поле та. Особенно явно стайный эффект проявляется у угрей, мигрирующих с одно го континента на другой по одним и тем же путям, причем каждая особь про ходит этот путь всего один раз в жизни.

Конечно же, секрет стайного эффекта лежит в строении, инстинктах, при обретенном опыте каждой особи. Но это лишь свернутая голограммная матри ца, содержащая возможные варианты поведения. Эта матрица отличается от того голограммного паттерна (картинки), который строится на ее основе, так же как строение целостного организма отличается от строения молекулы ДНК.

Эта матрица определяет способ формирования единого информационного по ля стаи, все особи которой подобны друг другу, а значит, есть множество пу тей для построения обобщений в форме пересечения смыслов знаков, которы ми обмениваются друг с другом члены стаи. Стайный эффект не является про сто суммой свойств всех особей стаи. Это нечто, совершенно самостоятельное, неразложимое по отдельным особям, то есть это как раз то, что мы называем эмерджентностью.

Особенно сильные эгрегоры характерны для социальных насекомых, например муравьев, организованность и сплоченность которых настолько ве лика, что их колонии с трудом подходят под само понятие колония, скорее, это единые живые организмы. Стилизация знаковых систем здесь настолько вели ка, что по многим параметрам не уступает степени стилизации человеческой речи. Настолько же сильным является и представительство этих знаковых си стем в идеальной сфере мироздания. Лидерство, определяющее собой центр сборки коллективного сознания, здесь закрепляется за определенными особя ми по праву рождения. Это способствует более четкой конкретизации опти мального для данной системы решения, то есть порождает более яркий эффект индивидуальности.

Обладают ли подобными эгрегорами колонии одноклеточных существ? По всей видимости, да. Свидетельством тому является наше человеческое Я, ко торое представляет собой нечто, подобное высокоорганизованному эгрегору колонии одноклеточных существ, являющейся телом человека. К такому со стоянию в процессе эволюции стремятся все устойчивые эгрегоры.

Таким образом, целостные полевые структуры (эгрегоры), обладающие аналогом индивидуальности, которую мы будем называть «Я», характерны для всего живого мира, который они организуют в стройные упорядоченные структуры.

Насколько близка аналогия эгрегора с человеческим Я? Скорее всего это определяется степенью самостоятельности данной локальной подсистемы Вселенной, степенью того, насколько она в состоянии обособиться от осталь ной Вселенной, насколько она способна сама поддерживать свою целостность без излишнего корректирующего влияния высших иерархий, то есть насколько конкретна общесистемная идея.

Среди многоклеточных живых существ четко осознанным Я обладает только человек. Однако это было не всегда. Человек не сразу осознал свою индивидуальность. До сих пор в некоторых изолированных от цивилизации племенах люди не могут выделить себя из эгрегора племени. Здесь под словом Я понимается не столько конкретный человек, сколько все племя, то есть об щество, социум. Человек живет интересами племени, отождествляет себя с этими интересами;

его Я и Я всего племени – это почти одно и то же.

В то же время современное цивилизованное общество предоставляет нам богатый набор вариантов человеческого Я, отличающихся друг от друга раз ной степенью концентрации. Многие, особенно дети, отождествляют свое Я со своим физическим телом. По ходу взросления наше Я все больше локализует ся в области головы. Глядя на свои руки, мы уже не считаем это частью своего Я. Мы говорим: «Это часть моего тела, это инструмент моего Я». Таким обра зом, мы выносим свое Я в области, находящиеся гораздо глубже, чем наше физическое тело, как бы отстраняемся от своего тела. Значит, Я и мое тело – это не одно и то же.

Являются ли мои эмоции частью моего Я. Мы знаем, что иногда человеку удается выйти и за пределы эмоций. Особенно это характерно для тех, кто жи вет не эмоциями, а рассудком. Конечно, они не лишены эмоций, но эмоции являются для них чем-то подчиненным, сторонним, то есть инструментом Я, таким же, как и физическое тело, но более тонким. Иногда человек чего-то пугается, но его рассудок, мгновенно анализируя ситуацию, говорит, что опас ности не существует. Если быть внимательным, то в этот момент можно во очию убедиться в том, насколько сторонним может быть для человека ощуще ние страха. Обладая определенной инерцией, эмоции приводят в действие многие механизмы, составляющие ощущение страха: непроизвольно напряга ются мышцы, возникает дрожь, приподнимаются волосы и т.п. Если распро странить свое Я на сферу эмоций, то все это довольно неприятно, о чем знает каждый, кто когда-либо чего-либо очень пугался. Если же Я выступает в роли стороннего наблюдателя, то это даже интересно.

Вот за пределы боли выйти гораздо сложнее, хотя, как известно, суще ствуют и такие люди. Так, например, известный советский психолог Лурия детально исследовал и описал человека, который в числе прочего мог спокой но сидеть в стоматологическом кресле, представляя, что выходит из своего тела и наблюдает за этой процедурой со стороны.

Большинство современных людей связывают свое Я с рассудком. Это до статочно большое достижение в плане концентрации Я. Однако и это не пре дел. Ментальная структура человека является таким же инструментом Я, как и чувственная и физическая структуры. Выход за пределы ментала очень сложен и удается только в состоянии высокой степени сосредоточенности и отрешен ности от внешнего мира, которое называется медитацией. Когда Я становится сторонним созерцающим наблюдателем, ментал, лишенный волевого органи зующего начала, начинает жить сам по себе, флуктуируя мысленными зри тельными образами, словесными фразами и т.п.

Возможно и обратное движение человеческого Я в сторону большего охвата реальности. Например, почти всем знакомо чувство привязанности к вещам. Представьте себе вещь, которая вам дорога, например машину, деньги на которую вы копили несколько лет, которая хранится вами с выполнением всех мер предосторожности. Вы объезжаете на ней каждую кочку, вы чувству ете каждое ее биение, каждый шум в ее двигателе, ее руль стал продолжением ваших рук, педали – продолжением ваших ног, и вдруг... вы ощущаете жест кий удар, в результате которого, возможно, уже отвалился «ваш» глушитель.

Мало кто из автомобилистов не ощутит настоящую боль от этого удара.

Свое Я можно распространить и на высшие системные иерархии. Так, например, никогда не получится хорошего политика из того, кто не распро страняет свое Я на все общество, кто не ощущает боли от ударов, наносимых по этому обществу, чьи страдания и радости не тождественны настроениям общества в целом. Только тот, кто может «слить» свое Я с эгрегором обще ства, способен стать настоящим выразителем общесистемной идеи, заявляя:

«Я и государство – одно».

Таким образом, феномен Я характерен не только для человека. Однако среди многоклеточных существ Я присуще в полной мере скорее всего только человеку, в чем и состоит его уникальность и подобие высшим иерархиям.

Кроме человека, в известной нам окрестности Вселенной такой степенью са мостоятельности и выделенности из мира обладают, по-видимому, только эко системы да некоторые крупные колонии живых существ. И то не все, а лишь наиболее самостоятельные. Это и делает нас подобными языческим богам, в виде которых человек представлял когда-то идеи, управляющие миром на уровне надсистем, делая их похожими на себя, наделяя их своим Я и всеми другими качествами, присущими человеческой личности.

В этом, по-видимому, и состоит основной аспект подобия человека Твор цу. Поднимаясь вверх по лестнице иерархии природных систем, мы обязатель но в пределе придем к самой глобальной системе, которую мы называем Все ленной. Это самая самостоятельная из всех возможных систем. То, что она существует уже миллиарды лет, строя себя из флуктуаций неопределенности микромира, говорит о высшей степени конкретности общесистемной идеи, способной породить Я такой концентрации, которая человеку абсолютно не доступна. Никогда человек не станет равным Творцу. Никогда ему не понять величие Творца. Однако человек может расширить свое Я до высшей степени подобия с Творцом, чтобы однажды вслед за Сыном Божьим сказать: «Я в От це и Отец во Мне» [Ин. 14:11].

3.7. Гипотеза Геи «Тот факт, что химия атмосферы и сильно забуференная физическая среда Земли резко отличаются от условий на любой другой планете Солнечной си стемы, привел к созданию гипотезы Геи, согласно которой организмы, особен но микроорганизмы вместе с физической средой, образуют сложную систему регуляции, поддерживающую на Земле условия, благоприятные для жизни»

[39, т. 1, с. 36]. То есть сообщества живых организмов и среда их обитания развиваются как единое целое.

В такой формулировке эта гипотеза сейчас практически ни у кого не вы зывает возражений. Однако ее можно расширить. Известно, что в биосфере все тесно взаимосвязано и взаимообусловлено. Только это позволяет длительно и устойчиво существовать на планете таким системам, которые не смогли бы существовать на другом объекте Солнечной системы. Явная стенобионтность (узкие границы существования) и неустойчивость каждой такой системы в совокупности с устойчивостью и относительной независимостью от космиче ских факторов биосферы в целом говорят о том, что биосфера представляет собой высокоорганизованный организм, в котором не исключено наличие личностного фактора.

В недрах Земли также идут упорядоченные процессы, о чем свидетель ствует, в частности, наличие магнитного поля, движение материковых плит и т.п. Известно, что Земля активно влияет на процессы в биосфере (согласно статистическим данным, количество землетрясений, извержений вулканов и прочих катаклизмов в местах локальных военных конфликтов возрастает).

В совокупности с вышесказанным следует вывод: планета представляет собой грандиозный организм со всеми особенностями, свойственными живым организмам, где каждой подсистеме (в том числе и человеческому обществу) соответствует определенное место и особая роль, которую должна играть данная подсистема ради сохранения системной целостности.

Принцип Реди гласит: все живое происходит от живого. Из этого следует парадоксальный вывод, который по сей день вызывает массу споров в ученой среде: жизнь не может возникнуть вследствие самоорганизации. Любое жи вое существо имеет живого родителя, причем подобного ему самому, о чем свидетельствует и биогенетический закон. Данный парадокс снимается просто, если исходить из предположения, что Земля есть живое существо. Только та самоорганизующаяся система приобретает возможность длительного устойчи вого существования, которая наследует в своей структуре подобие со структу рой планеты (подобие может быть формальным, не обязательно физическим и не обязательно полным).

Сама планета несет в себе подобие с еще более грандиозными астрономи ческими системами, в том числе и с Вселенной в целом. Как любое живое су щество, планета рождается, развивается, достигает зрелости, старится и уми рает. Сам процесс «планетогенеза», как и любой системогенез, является ре зультатом противоречивого единства закономерной составляющей, отражен ной в своего рода генетической программе планеты, и совокупности воздей ствий на эту программу разного рода внешних и внутренних факторов, направляющих и корректирующих процесс развертывания генетической про граммы.

Генетическая программа любой биосистемы хранится в структуре молекул ДНК, каждый фрагмент (ген) которых, кодирует состав того или иного белка.

В зависимости от состава внутренней среды организма в окрестности данной клетки активируются разные гены, следовательно, синтезируются разные бел ки, что определяет специфику эволюционного пути данного типа клеток. Та ким образом, генетическая программа представляет собой именно программу, которая не жестко направляет процесс эволюции, а регламентирует, что делать при возникновении тех или иных условий.

В генетической программе биосистемы содержится исчерпывающий набор реакций на различные требования среды. В то же время иногда возни кают ситуации, не предусмотренные программой. Тогда запускается механизм оптимизационного поиска верного решения. Если решение найдено, то меха низмы отбора обязательно закрепят его в форме соответствующего фрагмента ДНК. Таким образом, генетическая программа постоянно развивается и со вершенствуется.

Все клетки данного многоклеточного организма (кроме симбионтов) со держат одинаковый набор молекул ДНК. Это основа целостности организма.

Разные организмы, а тем более разные виды организмов содержат разные наборы ДНК. Каждый такой набор определяет специфику той функции, кото рую данный вид организмов будет выполнять в составе биосферы, участвуя тем самым в поддержании ее устойчивости. Тем не менее в основе каждого генотипа любого вида живых организмов лежит нечто общее, что можно с полным правом назвать генетической программой жизни в целом. Эта про грамма определяет набор возможных реакций на внешние воздействия, по рождая в ответ на них новые генотипы, соответствующие новым видам живых существ.

В чем суть этой программы, где она хранится? Она также хранится в мо лекулах ДНК. Но определяющую роль в данном контексте играет не столько строение молекулы ДНК, сколько ее потенциальные возможности, то есть та идея, которая заложена в самом факте возможности программирования строе ния живых существ с помощью молекул ДНК. То, что такая молекула вообще могла возникнуть в процессе эволюции планеты, было изначально «разреше но», когда были созданы сложные органические молекулы, но главным обра зом, когда был найден или создан генетический код как совокупность опреде ленных соглашений. То есть генетическая программа жизни «записана» в свойствах органики, на которую наложена идея генетической кодировки.

Сами свойства органики вытекают из фундаментальных свойств атомов, элементарных частиц и т.д. Эти свойства позволяют организовать недра пла неты, сформировать минеральное царство и дать начало жизни. Именно они в совокупности со специфическим составом химических элементов, из которых формировалась планета, составляют ее генетическую программу, которая в соответствии с внешними условиями однозначно диктует ход эволюционного процесса. Такая программа имеет полный набор возможных реакций на все воздействия космоса.

С другой стороны, мы совершенно не знаем, как устроены недра планеты.

Нет ли там каких-то специфических образований, однозначно направляющих ход эволюционного процесса? Есть основания воспользоваться для понимания хода эволюционного процесса аналогией планеты с многоклеточным организ мом, состоящим из подсистем, обладающих единой генетической программой.

Если бы клетки многоклеточного организма умели рассуждать и наблю дать свою историю, они заметили бы, что в их мире все меняется, что были времена, когда в организме господствовали совсем другие виды клеток.

Например, когда-то зарождающийся организм человека имел жабры, которые впоследствии атрофировались. За время эмбриогенеза в развивающемся орга низме формируются, а затем отмирают многие подсистемы, которые были ха рактерны для соответствующих стадий филогенеза данного вида организмов.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.