авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

«ФГБОУ ВПО «САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» На правах рукописи ...»

-- [ Страница 6 ] --

Заключение История литературоведческого осмысления творчества Хорхе Манрике насчитывает уже около полутора веков. За этот период был создан корпус критических исследований, который в десятки раз превосходит небольшой объем произведений поэта. Вместе с тем в русской культуре он занимает положение «большого неизвестного», т.к., с одной стороны, принят как значительная литературная фигура — его имя непременно сопровождают эпитетами «великий», «гениальный» и проч. — но, с другой — критическая рецепция творчества Манрике столь ограничена по объему, что не позволяет создать его более или менее целостный образ. Однако потребность в адекватной оценке поэзии Манрике в контексте средневековой литературы и желание включить ее в культурный горизонт русского читателя, безусловно, существует, о чем красноречиво свидетельствует регулярность появления новых переводов его заглавного произведения — «Строф на смерть отца»: начиная с первых десятилетий XX в., они выходят с периодичностью примерно в 20 лет (от 1918 г. до 2011 г.) — и это только те из них, что были опубликованы. В условиях такого напряженного дисбаланса между читательской потребностью и неотрефлексированностью в литературоведении представляется, что в будущем критическая рецепция творчества Хорхе Манрике будет углублена.

Целью данной работы не было хоть сколько-нибудь целостное описание Манрике как литературной фигуры — это задача, требующая более глубоких разработок, коллективных усилий, апробации временем. Настоящая диссертация была создана как попытка поставить вопрос о некоторых аспектах проблематики творчества поэта, в частности, о соотношении его с испанским литературным контекстом XV в. — безусловно, не во всей его полноте, но в определенных точках наиболее сильной пульсации.

Центральным произведением Хорхе Манрике, которое неизменно актуализировало его имя в различные исторические эпохи, стали «Строфы на смерть отца» (после 1476 г. – до 1479 г.), для которых «малый круг» его произведений составляет «внутренний» контекст, важный для более глубокого осмысления этого центрального текста. Такая актуальность чужда исторической конъюнктуре и обусловлена внутренней понятностью художественного языка, способностью к эстетическому диалогу, который это произведение с его универсальной проблематикой способно устанавливать с читателями различных культурных периодов.

Диалог этот в силу многообразия своих воплощений не поддается полному и законченному описанию, но отдельные черты эстетического единства все же можно выявить или по крайней мере предпринять такую попытку. «Строфы на смерть отца» Хорхе Манрике относятся к подобным произведениям. Их художественная безупречность еще более оттеняется при рассмотрении в контексте современной автору литературы. Критики неоднократно повторяли, что «Строфы…» Манрике глубоко укоренены в традиции и используют только самые ее распространенные элементы, но в то же время текст ее синтезирует, становится вершинным ее воплощением за счет особого расположения этих элементов. Из-за такого прямого обращения к культурной традиции, работы с самыми повторяющимися ее константами при изучении творчества Хорхе Манрике важно особенно пристально рассматривать те механизмы художественного переосмысления традиционной материи (внутри историко-литературного контекста), которые и определяют эстетическое своеобразие творчества поэта, прежде всего «Строф». Такая необходимость была обозначена уже в классическом исследовании Педро Салинаса, само название которого («Хорхе Манрике, или традиция и оригинальность») поставило, по убеждению автора этой диссертации, ключевые задачи для всего последующего «манрикеведения».

В рамках данной работы были рассмотрены некоторые аспекты соприкосновения творчества Хорхе Манрике с современным ему культурным пространством. В первой главе был дан вводный обзор «малого круга» текстов поэта, представленный в основном любовной лирикой, и намечены наиболее очевидные точки его схождения (мотивное, тематическое единообразие) с кастильской линией куртуазной поэзии, которая получила в XV в. очень широкое распространение. С существующей исторической дистанции кажется очевидным, что «Кансьонеро» Хорхе Манрике обладает в сравнении со «Строфами…»

гораздо меньшим потенциалом смыслообразования при контакте с читателями более удаленных эпох и культур, о чем свидетельствует хотя бы сравнение интенсивности их художественной рецепции — в отношении «Строф…» она всегда была несравненно более активной. Но при всей своей типичности в рамках литературного процесса XV в. «малый круг» произведений Манрике как бы в миниатюре воплощает основную специфику его художественного языка, и сопоставление этих двух пластов творчества позволяет в конечном итоге создать более целостный образ творчества поэта.

Одной из констант поэзии Хорхе Манрике — образу смерти — была посвящена вторая глава. Ее настойчивое присутствие как в «Кансьонеро», так и в «Строфах…» стало причиной того, что Манрике иногда называли «поэтом смерти». Отдельный интерес представляет мотив «человека перед лицом смерти», который был распространен в эпоху Позднего Средневековья. Одним из наиболее выразительных его воплощений стала «Пляска Смерти», синкретический жанр, сформировавшийся в европейской культуре в XIV-XV вв. Его образный инвариант — встреча человека с персонифицированной Смертью — внешне схож с заключительным эпизодом «Строф…», в котором Смерть приходит к магистру.

Тем не менее их изобразительные функции диаметрально противоположны:

насколько силен нравоучительный пафос «Пляски Смерти», настолько же панегирична эта сцена в контексте поэтического единства «Строф…». «Пляска…»

дает обобщенные типы людей и утверждает ничтожность каждого из них перед лицом вечности, в то время как в тексте Манрике встреча магистра со Смертью (а приходит она не неожиданно, как в «Пляске…», а предваряет визит стуком) становится кульминацией панегирика, главная цель которого — продлить жизнь конкретного человека — Родриго Манрике, пусть даже только в литературном пространстве. Вместе с тем поэт не отказывается от макабрической традиции, но подчиняет ее общему хвалебному замыслу: образ гневной, безжалостной, нежданной смерти соотнесен с другими человеческими фигурами произведения.

Столкновение этих двух векторов — смерти как низвержения и смерти как вознесения — оттеняет и максимально укрупняет панегирик. Художественное решение Манрике и глубина трактовки традиционного образного инварианта представляет собой уникальное явление в литературе того периода.

Некоторые черты жанрового своеобразия «Строф…», а именно специфика соединения в них «нравоучительного» и «панегирического» начал, были проанализированы в третьей главе данной работы. Манрике находился внутри средневековой традиции «посмертных посвящений» и позаимствовал саму структуру подобных произведений, их топосы и устойчивые формулы.

Непосредственной средой создания «Строф…» была линия кастильских стихотворных текстов «на смерть» известных людей конца XIV-XV вв. Общие, традиционные элементы, с которыми работали и Манрике, и его современники, в «Строфах…» оркеструются таким образом, что каждый из них звучит отдельным панегирическим аккордом: даже традиционные дидактические темы о бренности человеческого существования за счет их соотнесения с фигурами антитетичными по отношению к Родриго оттеняют правильность, праведность и образцовость его жизни и смерти. Трактовка у Манрике мотива посмертной славы претерпевает резкое обновление по отношению к заурядному литературному процессу. В читательском сознании эта концепция «трех жизней» (земной, во славе, вечной), так и осталась на века связана с именем Хорхе Манрике, хотя сама мысль о величии посмертной славы, восходящая к Античности, в испанском Средневековье была актуализирована даже не им самим. Некоторые современники Манрике также становились перед проблемой сочетания панегирической мысли о посмертной славе и христианской дидактической мысли о том, что существует единственная истинная жизнь — жизнь вечная.

Своеобразие трактовки Манрике состоит в том, что он их не сталкивает, но как бы разносит в разные плоскости: истинна только небесная жизнь, и туда, в вечность, отправился магистр;

но здесь, в потоке времени, в бренности человеческого существования, жизнь во славе становится абсолютом — и при таком расположении обе эти идеи в художественном пространстве «Строф…»

функционируют как панегирические.

Некоторые черты композиционного и архитектонического своеобразия «Строф…» были освещены в заключительной главе настоящей диссертации.

Анализ этого глубинного уровня позволяет ярче высветить, как основные идейные комплексы произведения акцентируются посредством особого расположения художественных элементов, внутреннего ритма текста. В дополнение к обзору существующих интерпретаций были даны некоторые соображения относительно постепенного «оплотнения» фигур Смерти и Родриго, а также тех образных и тематических контрастов, которые позволяют максимально оттенить фигуру магистра и усилить основной — панегирический — пафос произведения.

Эстетическая глубина такого произведения, как «Строфы на смерть отца»

Хорхе Манрике, по своей природе неисчерпаема и открывает множественные пути для все новых трактовок. Выявление векторов схождения с внешним культурным контекстом, а также изучение внутренних, только данному тексту присущих законов существования помогает составить более полный образ не только художественного произведения и его взаимодействия с современной ему эпохой, но и самой эпохи как большого языка, воплотившегося в индивидуальной речи художника. «Строфы…» Манрике обладают характерной для больших явлений культуры способностью не только вступать в диалог с читателем, но и вызывать в нем настойчивую потребность в этом диалоге. Таким внутренним потенциалом объясняется интенсивность художественной рецепции «Строф…». С самых ранних пор они составляли «живой» и непосредственный литературный контекст не только для испаноязычных писателей, но и для тех авторов, которым приходится преодолевать неизбежное сопротивление неродного языка: так, И.

Бродский называл «Строфы…» «одним из самых любимых стихотворений на свете»1 — в подобных свидетельствах видны отблески тех незаметных на первый взгляд внутренних токов, которые определяют диалогичность культур, их Бродский И.А.Пересеченная местность. Стихи с комментариями. М.: Независимая газета, 1995. С.159.

взаимодействие и взаимоформирование. Творчеству Хорхе Манрике как одному из ярких феноменов испанской литературы и культуры вообще еще только предстоит адекватное осмысление в отечественной науке.

К основным выводам данной диссертации можно отнести следующие:

«Малый круг» («Кансьонеро») Манрике и «Строфы на смерть отца»

представляют собой тесное поэтическое единство и связаны формальным образом (строфика), стилистической спецификой (контрастность, отсутствие полутонов, риторичность и т.д.), устойчивыми изобразительными моделями (диалог с аллегорической фигурой). Условно они представляют своеобразную проекцию «регистров» художественного языка «ученых» авторских «кансьонеро» XV в.:

куртуазного, морально-философского, шуточного — и работают с их типичными конвенциями. Так, в шуточной поэзии Манрике религиозная тематика пародийно снижается;

в любовной — приобретает традиционные очертания концептов куртуазной «религии любви»;

в «Строфах…» — наполняется высоким христианским пафосом.

В сравнении с текстом кастильской «Пляски Смерти» очевидно, что при интерпретации известного средневекового мотива «человек перед лицом смерти»

Хорхе Манрике дает две его трактовки, которые представлены в двух типах «встреч»: сцена прихода персонифицированной Смерти к магистру (смиренная, христианская кончина) и описание смерти других персонажей (неожиданная, гневная смерть в духе макабрической традиции). Они образуют оппозицию, которая усиливает панегирический пафос заключительного эпизода (смерти магистра).

Манрике снимает характерный для иконографии «Пляски Смерти», «Триумфов Смерти» и т.п. образ разложения тела, актуализированный в середине XIV в. Вместо него он показывает разложение образа человека, памяти о нем (безымянность персонажей «ubi sunt?», современников самого автора).

Хорхе Манрике работает в контексте длительной традиции «посмертных посвящений» с характерными для нее топосами и художественными элементами.

«Строфы…» существуют в жанровом поле, где соприкасаются зоны «панегирического» и «дидактического». Своеобразие трактовки Манрике состоит в том, что он полностью и подчеркнуто снимает «плачевое» начало, которое несет мощный панегирический потенциал, но противоречит религиозной доктрине.

Через утверждение полного соответствия образа магистра «христианскому идеалу» он добивается того, что дидактика в произведении начинает выполнять роль панегирика. Такое разрешение проблемы примирения «плачевого»

(панегирического, но ощущаемого как «языческое») и «христианского»

(«истинного», но снижающего панегирический элемент за счет утверждения неуместности скорби об умершем) уникально для кастильской поэзии XV в.

Проблематика концепции «посмертной славы» у Манрике, как и у его испанских современников (Диего дель Кастильо, Карвахалес, Гомес Манрике и др.), решена следующим образом: жизнь во славе, в памяти людей относится к сфере земного, хотя она и «лучше» обычной жизни;

однако слава конечна.

Специфика подобного представления отчетливо предстает в сравнении с гуманистической концепцией Ф. Петрарки (особенно ярко в «Триумфах»): земная слава конечна, но через преодоление смерти она входит в измерение вечности и сама становится вечной.

Известно, что основным принципом архитектонического построения «Строф…» является движение от общего к частному. Были выявлены некоторые дополнительные особенности. С движением текста происходит «оплотнение»

фигуры Смерти, описание его динамики таково: строфы 1-22 (смерть как всеобщая сила, наиболее отдаленная точка зрения);

строфы 23-33 (обращение к смерти, приближение к ней);

строфы 34-39 (воплощение образа смерти, ее персонификация). Внутренний ритм текста постепенно учащается, по длине части соотносятся следующим образом: 22 — 11 — 6 (финальная строфа разрешает конфликт смерти и смыкается с началом через мотив памяти) — вторая часть вдвое меньше первой, а третья – почти вдвое меньше второй.

Кроме того, в тексте происходит параллельное «оплотнение» фигуры магистра: в строфе 1 намечен абрис его имени (замечание В. Н. Топорова);

в строфе 25 впервые названо его имя;

в строфе 38 вводится его фигура — движение происходит от звука к слову, а затем к пластическому образу.

Воплощенная фигура становится конечной точкой вектора изображения человека: в начале текста человек представлен как абстрактная единица, затем вводятся персонажи «ubi sunt?», в конце — Родриго, т.е. конкретный человек, которому дается слово. В заключительной сцене проявлена двойная природа художественного образа Родриго: он представлен как конкретный человек, отец, которого поэт «воскрешает» в литературном пространстве (а значит, в памяти) и как человек вообще — сын (христианин), возвращающийся к Отцу (Богу).

Архитектоника текста выстроена на сети перекличек, повторений и контрастных сопоставлений, что реализуется на нескольких художественных уровнях: собственно лексическом (анафоры, полиптотон и т.п.);

образном (образ «обманчивого мира»;

противопоставления наподобие «удовольствия» — «муки»

и т.п.);

мотивном (мотив движения);

тематическом (повторение в монологе Смерти основных тем).

Образ Родриго также конструируется по указанным принципам (перекличек, повторений, контрастов). Ключевой механизм панегирического описания магистра основывается на выстраивании противопоставлений с другими персонажами (в особенности Альваро де Луной): так, например, Манрике включает в их описание одинаковые или схожие лексические обороты, но при этом помещает их в диаметрально противоположный по интонационной окраске контекст (хвалебный, мажорный или элегический, минорный). В оркестровке панегирика отцу поэт задействует различные художественные средства: прямое описание (называние достоинств);

контрастное противопоставление;

кульминационной точкой становится сцена встречи магистра со Смертью, где дается не описание достоинств Родриго (через слово), а их непосредственное представление (через образ).

Библиография Manrique J. Obra completa / edicin, prlogo y vocabulario de Augusto Cortina.

1.

— Madrid: Espasa-Calpe, 1979. — 144 p.

Манрике Х. «Мир, ты всех нас убиваешь…» / пер. А. Гелескула // 2.

Жемчужины испанской лирики. — М.: Художественная литература, 1990. — С.

20.

Манрике Х. Стансы на смерть отца / пер. И.Тыняновой // Европейские поэты 3.

Возрождения. — М.: Художественная литература, 1974. — С.529-542.

Манрике Х. Стансы на смерть отца, капитана дона Родриго / пер. О. Румера 4.

// Испанская поэзия в русских переводах: 1789-1980. — М.: Радуга, 1984. — С.575-578.

Манрике Х. Строфы на смерть отца — дона Родриго Манрике, магистра 5.

ордена Сантьяго / пер. Н. Ванханен // Поэзия испанского Возрождения. — М.:

Художественная литература, 1990. — С.39-53.

Манрике Х. Строфы, которые сложил дон Хорхе Манрике на смерть 6.

магистра ордена Сантьяго дона Родриго Манрике, своего отца / пер. О. Савича // Поэты Возрождения. — М.: Правда, 1989. — С.437-451.

Манрике Х. Строфы на смерть отца / пер. В. Капустиной // Северная Аврора.

7.

— 2011. — №13. — С. 228-232.

Манрике Х. На смерть дона Родриго, рыцаря ордена св. Иакова, его отца / 8.

пер. И. Эренбурга // Тень деревьев. — М.: Прогресс, 1969. — С.187-194.

Аверинцев С.С. Поэтика ранневизантийской литературы. — М.: Coda, 1997.

9.

— 343 с.

Арьес Ф. Человек перед лицом смерти / пер. В. Ронина. — М.: Прогресс, 10.

1992. — 528 с.

Бахтин М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура 11.

средневековья и Ренессанса. — М.: Художественная литература, 1990. — 543 с.

Бицилли П.М. Элементы средневековой культуры. — СПб.: Мифрил, 1995.

12.

— 244 с.

Веселовский А. Н. Историческая поэтика. Л.: Художественная литература, 13.

1940. — 648 с.

Грибанов А. Заметки по поводу третьей стансы из «Станс на смерть отца»

14.

Хорхе Манрике // Natale grate numeras?/ сб. статей. — СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2008. — С.208-213.

Гуревич А.Я. Избранные труды. Т.2. Средневековый мир. — М.–СПб.:

15.

Университетская книга, 1999. — 560 с.

Даркевич В.П. Народная культура Средневековья. Пародия в литературе и 16.

искусстве IX-XVI вв. — М.: ООО «ИТИ ТЕХНОЛОГИИ», 2004. — 328 с.

Жаворонкова Е.А. Лексические особенности «Coplas…» Хорхе Манрике // 17.

Принципы и методы лексико–грамматических исследований. — Л.: Изд-во ЛГПИ им. А. И. Герцена, 1972. — С. 59-61.

Зюмтор П. Опыт построения средневековой поэтики / пер. И. Стаф. — 18.

СПб.: Алетейя, 2003. — 544 с.

Ильина. Н.А. Мифологема смерти в испанской культуре // Россия и Запад:

19.

диалог культур. — М.: Издательство МГУ, 1996. — С.631-643.

Испанская эстетика. Ренессанс. Барокко. Просвещение. — М.: Искусство, 20.

1977. — 695 с.

Карсавин Л.П. Культура Средних Веков. — М.: Книжная находка, 2003. — 21.

222 с.

Келли Д. Испанская литература. — М.: Государственное издательство, 1923.

22.

— 342 с.

Ле Гофф Ж. Цивилизация Средневекового Запада. — Екатеринбург: У 23.

Фактория, 2005. — 559 с.

Маль Э. Религиозное искусство во Франции XIII века. — М: Институт 24.

философии, теологии и истории св. Фомы, 2008. — 552 с.

Мейлах М. Б. Язык трубадуров. — М.: Наука, 1975. — 240 с.

25.

Менендес Пидаль Р. Избранные произведения. Испанская литература 26.

Средних веков и эпохи Возрождения. — М.: Издательство иностранной литературы, 1961. — 772 с.

Нессельштраус Ц. Г «Пляски смерти» в Западноевропейском искусстве XV 27.

в. как тема рубежа Средневековья и Возрождения // Культура Возрождения и Средние века. — М.: Наука, 1993. — С.141-148.

Новикова О.А. Ubi sunt в плачах испанской поэзии // Сервантесовские 28.

чтения. — Л.: Наука, 1988. — С.38-43.

Панофский Э. Ренессанс и «ренессансы» в искусстве Запада. — СПб.:

29.

Азбука-классика, 2006. — 544 с.

Панофский Э. Этюды по иконологии. — СПб: Азбука-классика, 2009. — 30.

430 с.

Пастуро М. Символическая история европейского средневековья / пер.

31.

Е.Решетниковой. — СПб: Александрия, 2012. — 448 с.

Пастушкова Н. А. Трансформация куртуазной модели отношений 32.

«влюбленный-дама» в сентиментальных повестях Диего де Сан Педро // Вестник РГГУ. Сер.: Литературоведение. Фольклористика. — 2008. — №9. — С. 192-203.

Плавскин З.И. Литература Испании IX-XV вв. — М.: Высшая школа, 1986.

33.

— 176 с.

Плавскин 3. И. Роль двуязычия в литературном творчестве (на материале 34.

языков Пиренейского полуострова) // Культура народов Пиренейского полуострова. — Л.: Наука, 1983. — С.45-61.

Поэзия трубадуров. Антология галисийской литературы — СПб.:

35.

Издательство СПбГУ, Алетейя, 1995. — 240 с.

Пятнадцатый век в европейском литературном развитии. — М.: ИМЛИ РАН 36.

«Наследие», 2001. — 340 с.

Сапрыкина О. Л. О некоторых особенностях поэтического языка 37.

галисийско-португальских трубадуров (XII—XIV вв.) // Западноевропейская средневековая словесность — М.: Изд-во МГУ, 1985. — С. 74—76.

Синюков В. Тема «Триумфа Смерти». К вопросу о соотношении символа и 38.

аллегории в искусстве позднего европейского средневековья и итальянского Треченто // Искусство и культура Италии эпохи Возрождения и Просвещения. — М.: Наука, 1997. — С.30-41.

Словарь средневековой культуры / под ред. А.Я. Гуревича. — М.:

39.

РОССПЭН, 2003.— 632 с.

Смирнов А.А. Средневековая литература Испании. — Л.: Наука, 1969. — 40.

с.

Стрельцова Е.Ю. Образ смерти как отражение каталанской и испанской 41.

средневековой традиции XV-XVI вв. // Актуальные проблемы языкознания. Вып.

2. — М.: Издательство Московского Университета, 1998. — С.237-242.

Тикнор Д. История испанской литературы. Т. 1. — М.: К.Т. Солдатенков, 42.

1883. — 435 с.

Топоров В.Н. К исследованию анаграмматических структур // Исследования 43.

по структуре текста. — М.: Наука, 1987. — С.193-238.

Топоров В.Н. «Строфы на смерть отца…» Хорхе Манрике: попытка 44.

интерпретации // Западноевропейская средневековая словесность. — М: Изд-во МГУ, 1985.— С.100-106.

Хёйзинга Й. Осень Средневековья. — СПб: Издательство Ивана Лимбаха, 45.

2011. — 768 с.

Хрестоматия по западноевропейской литературе. Эпоха Возрождения / сост.

46.

Б.И. Пуришев. — М.: Учпедгиз, 1937. — 784 с.

Человек XV столетия: грани идентичности / под ред. А.А. Сванидзе и В. А.

47.

Ведюшкина. — М: Институт всеобщей истории РАН, 2007. — 300 с.

Штейн А.Л. История испанской литературы. — М.: Филология, 1994. — 48.

605 с.

Эспигарес А.Ф. «Трены» Кохановского и «Коплас» Манрике: диалог 49.

культур // Семиозис и культура. — Сыктывкар: Издательство КГПИ, 2006. — С.85-91.

Якушкина Т.В. Итальянский петраркизм XV-XVI веков: традиция и канон.

50.

— СПб.: СПбГУКИ, 2008. — 336 с.

Ярхо Б. И. Поэзия Каролингского Возрождения. — М.: Издательский центр 51.

РГГУ, 2010. — 318 с.

Ястребицкая А.Л. Западная Европа 11-13 вв. — М.: 1978. — 176 с.

52.

A Handbook of the Troubadours / ed. by F. R. P. Akehurst and J. Davis. — 53.

Berkley: University of California Press, 1995. — 508 p.

Aguirre M. La lrica castellana hasta los siglos de oro. T. I. — La Habana:

54.

Editorial Arte y Literatura, 1977. — 689 p.

Alexiou M. The ritual lament in Greek tradition. — Lanham: Rowman & 55.

Littlefield publishers, 2002. — 293 p.

Alborg J. L. Historia de la literatura espaola. Edad Media y Renacimiento. — 56.

Madrid: Gredos, 1972. — 1082 p.

lvarez Pellitero A. M. La Danza de la muerte entre el sermn y el teatro // 57.

Bulletin Hispanique. —1991. — №1. — P.13-29.

Amador de los Ros J. Historia crtica de la literatura espaola. T. 7. — Madrid:

58.

Imprenta a cargo de Joaquin Muoz, 1865. — 603 p.


Baruque J. V. La dinasta de los Trastmara. — Madrid: Ediciones El Viso, 2006.

59.

— 312 p.

Beltrn R. La noria con arcaduces (cimera de Jorge Manrique) y otras doce 60.

in enciones poticas en “ irant lo lanc” // e ar hablar a los textos: homena e a Francisco Mrquez Villanueva. — Sevilla: Publicaciones de la Universidad de Sevilla, 2005. — P. 135-152.

Borges J. L. Las coplas de Jorge Manrique // Borges J. L. El idioma de los 61.

argentinos. — Madrid: Alianza, 1998. — P. 84-90.

Briesemeister D. The Consolatio Philosophiae of Boethius in Medieval Spain // 62.

Journal of the Warburg and Courtauld Institutes. — 1990. — Vol. 53. — P. 61-70.

Buceta E. Dos papeletas referentes a las Coplas de Jorge Manrique // Bulletin 63.

Hispanique. — 1927. — № 29. — P. 407-412.

Bumke J. Courtly Culture: Literature and Society in the High Middle Ages. — 64.

Berkley: University of California Press, 1991. — 770 p.

Bustos Tuler A. La huella de Jorge Manrique en la poesa de Juan del Encina // 65.

Actas del XIII Congreso Internacional de la Asociacin Hispnica de Literatura Medieval. — Valladolid: Universidad de Valladolid, 2010. — P. 469-483.

Camacho Guizado E. La elega funeral en la poesa espaola. — Madrid: Gredos, 66.

1969. — 423 p.

Cancionero castellano del siglo XV / ordenado por R. Foulch-Delbosc. T. 1. — 67.

Madrid: Casa Editorial Bailly-Bailliere, 1912. — 771 p.

Cancionero castellano del siglo XV / ordenado por R. Foulch-Delbosc. T. 2. — 68.

Madrid: Casa Editorial Bailly-Bailliere, 1915. — 789 p.

Cancionero de Juan Alfonso de Baena. — Madrid: Imprenta de La Publicidad, 69.

1851. — 732 p.

Cancionero de Lope de Stiga. — Madrid: imprenta y estereotipia de M.

70.

Rivadeneyra, 1872. — 483 p.

Cancionero general de Hernando del Castillo. T. 1-2. — Madrid: Imprenta de 71.

Miguel Ginesta, 1882. — 665 p.;

659 p.

Coleccin de los mejores autores espaoles. T. 51. — Paris: Baudry, 1851. — 72.

412 p.

Carmona F., Hernndez C., Trigueros J. Lrica romnica medieval. T. 1. — 73.

Murcia: Univesidad de Murcia, 1986. — 611 p.

Cirlot V. Antologa de textos de literaturas romnicas: (siglos XII-XIII). — 74.

Barcelona: Universitat de Barcelona, 1994. — 199 p.

Clarke D. Miscellaneous Strophe Forms in the Fifteenth-Century Court Lyric // 75.

Hispanic Review. — 1948. — № 2. — P. 142-156.

Clarke D. he ifteenth Century “Copla de pie quebrado” // Hispanic Re iew. — 76.

1942. — № 4. — P. 340-343.

Compagno F. La lrica amorosa de Jorge Manrique: tpicos y lenguaje // 77.

eHumanista. —2008. — №11. — P. 121-135.

Cortijo Ocaa A. Notas a prop sito del “Con ite burlesco” de Jorge Manrique a 78.

su madrastra // Revista de Filologa espaola. — 2003. — № 1. — P. 133-144.

Cruz-Senz M. S. The Marques de Santillana’s Coplas on Don Alvaro de Luna 79.

and the Doctrinal de privados // Hispanic Review. — 1981. — № 2. — P. 219-224.

Curtius E. R. European literature and the Latin Middle Ages. — Princeton:

80.

Princeton University Press, 1973. — 662 p.

Curtius E. R. Jorge Manrique und der Kaisergedanke // Zeitschrift fr 81.

Romanische Philologie. — 1932. — №52. — P. 129–151.

Deyermond A.D. A literary history of Spain. The Middle Ages. — London:

82.

Ernest Benn Limited, 1971. — 244 p.

Deyermond A.D. l ambiente social e intelectual de la “ an a de la muerte” // 83.

Actas del Tercer Congreso Internacional de Hispanistas. — Mxico: Asociacin Internacional de Hispanistas, El Colegio de Mxico, 1970. — P. 267-276.

Deyermond A.D. La Defunzin del noble cavallero Garcilaso de la Vega, de 84.

Gmez Manrique // Dicenda: Cuadernos de filologa hispnica. — 1987. — №6. — P.

93-112.

Diccionario de literatura espaola / Dirigido por G. Bleiberg y J. Maras. — 85.

Madrid: Revista de occidente, 1964. — 1036 p.

Dez de Revenga Torres F. J. Jorge Manrique o la serenidad ante la muerte // 86.

Monteagudo. — 1979. — № 66. — P. 45-49.

Dez de Revenga Torres F. J. Jorge Manrique y la Generacin del 98 // 87.

Monteagudo. — 1976. — № 54. — P. 4-14.

Domnguez F. A. Body and Soul: Jorge Manrique's “Coplas por la muerte de su 88.

padre” 13:145-156 // Hispania. — 2001. — №1. — P. 1-10.

Dutton B. Los Cancioneros del siglo XV: problemas de su estudio // Actas del 89.

cuarto Congreso Internacional de Hispanistas. Vol. 1. — Salamanca: Universidad de Salamanca, 1982. — P. 435-444.

Estudios sobre el Cancionero General (Valencia, 1511): poesa, manuscrito e 90.

imprenta. — Valencia: Publicacions Universitat de Valncia, 2012. — 742 p.

Fernndez Alonso M. Una visin de la muerte en la lrica espaola: la muerte 91.

como amada. — Madrid: Gredos, 1971. — 449 p.

Garca M. La elega funeral // Cancionero General. — 2003. — №1. — P.51-69.

92.

Garca Jimnez E. La poesa elegaca medieval: un discurso epidctico // 93.


Cuadernos de investigacin filolgica. — 1993-1994. — № 19-20. — P. 7-26.

Garca Lpez J. Historia de la literatura espaola. — Barcelona: Vicens-Vives, 94.

1961. — 663 p.

Gerli E. M. a “religi n de amor” y el antifeminismo en las letras castellanas del 95.

siglo XV // Hispanic review. — 1981. — Vol. 49. — P. 65-68.

Gertsman E. Visualizing Death. Medieval plagues and the macabre // Piety and 96.

plague: from Byzantium to the Baroque. — Kirkland: Truman State University press, 2007. — P.63-89.

Gilman S. res retratos de la muerte en las «Coplas…» de Jorge Manrique // 97.

Nueva revista de Filologa hispnica. — 1959. — № 3-4. — P.305–323.

Gladys I. L. Ubi sunt Jorge Manrique y Jorge Lus Borges? Recreacin borgiana 98.

de una frmula medieval tradicional // Revista de Literaturas Modernas. — 1999. — №29. — P. 203-209.

Goodland K. Female mourning and tragedy in medieval and Renaissance English 99.

Drama: from the raising of Lazarus to King Lear. — Hampshire: Ashgate, 2005. — p.

100. Green O. Courtly Love in the Spanish Cancioneros // PMLA. — 1949. — № l. — P. 247-301.

Green O. Spain and the western tradition. The Castilian mind in literature from El 101.

Cid to Calderon. — Madison: University of Wisconsin Press, 1964. — 329 p.

102. Herrero B. B. Los usos funerarios en la Alta Edad Media. Tradicin cristiana y reminiscencias paganas // Medievalismo. — 1996. — №6. — P. 33-62.

103. Historias y ficciones. Coloquio sobre la literatura del siglo XV. — Valencia:

Universitat de Valncia, 1992. — 366 p.

104. Infantes V. Las danzas de la muerte: gnesis y desarrollo de un gnero medieval (siglos XIII-XVII). — Salamanca: Universidad de Salamanca, 1997. — 457 p.

105. Kinch A. Imago Mortis: Mediating Images of Death in Late Medieval Culture. — Leiden: Brill, 2013. — 318 p.

106. Kurtz L.P. The Dance of death and the macabre spirit in European literature. — New York: Columbia University, 1934. — 301 p.

107. Lacarra de Miguel J. M. Ideales de la vida en la Espaa del siglo XV: el caballero y el moro // Aragn en la Edad Media. — 1983. — №5. — P. 303-319.

108. La Danza de la Muerte. — Paris: Librera espaola de Denn Schmitz, 1856. — 41 p.

109. Laurence J. La muerte y el morir en las letras ibricas al fin de la Edad Media // Actas del XII Congreso de la Asociacin Internacional de Hispanistas. T. 1. — Birmingham: Department of Hispanic Studies, The University of Birmingham, 1998. — P. 1-26.

110. Lema-Hincapi A. Borges y el medioevo literario de Espaa // Bulletin Hispanique. — 2007. — № 1. — P. 205-233.

111. Lida de Malkiel M. R. Estudios sobre la literatura espaola del siglo XV. — Madrid: Ediciones J. Porra Turanzas, 1978. — 417 p.

112. Lida de Malkiel M. R. La idea de la fama en la Edad Media castellana. — Mxico: Fondo de cultura econmica, 2006. — 370 p.

113. Lpez Castro A. El estoicismo de las Coplas de Jorge Manrique // Cuadernos para investigacin de la literatura espaola. — 1990. — №12. — P.175-212.

114. Lpez Estrada F. Introduccin a la literatura medieval espaola. — Madrid:

Gredos, 1970. — 342 p.

115. Losa Serrano P. Vida y obra de Jorge Manrique en torno a la figura del I Conde de Paredes, fundador del Seor o de las “Cinco Villas”, de la Sierra de Alcaraz // Ensayos. — 1988. — №2. — P. 111-119.

116. Luquiensa F. B. he “Roman de la Rose” and medie al Castilian iterature // Romanische Forschungen. — 1907. — №1. — P. 284-320.

117. Machado A. Antologa comentada (Poesa y Prosa) / ed. Francisco Caudet — Madrid: Ediciones de la Torre, 1999. — 355 p.

e e 118. Mle E. L'Art religieux du XII au XVIII sicle. — Paris: Librairie Armand Colin, 1946. — 216 p.

Mancini G. Esquema para una lectura de las Coplas de Jorge Manrique // La 119.

Palabra y el Hombre. — 1976. — № 17. — P. 55–63.

120. Marino N. Jorge Manrique's “Coplas por la muerte de su padre”: a history of the poem and its reception. — Woolbridge: Tamesis, 2011. — 214 p.

121. Martnez-Gil F. La muerte vivida: muerte y sociedad en Castilla durante la Baja Edad Media. — oledo: iputaci n Pro incial, 1996. — 164 p.

122. Matjasic M. A. he History of the Criticism of “ as Coplas de Jorge Manrique”:

diss. Ph.D. — Cleveland: Case Western Reserve University, 1971. — 272 p.

123. McGuire M. The early Christian funeral oration // Funeral Orations by Saint Gregory Nazianzen and Saint Ambrose. — New York: Fathers of the Church, Inc., 1953. — 367 p.

124. Medieval Iberia: An Encyclopedia / ed. by E. M. Gerli. — New York, London:

Routledge, 2003. — 952 p.

125. Medieval Iberia: changing societies and cultures in contact and transition / ed. by Ivy A. Corfis, Ray Harris-Northall. — Woolbridge: Tamesis, 2007. — 210 p 126. Medieval Lyric: Genres in Historical Context / ed. by W. Paden. — Urbana:

University of Illinois Press, 2000. — 371 p.

127. Menndez y Pelayo M. Antologa de poetas lricos castellanos desde la formacin del idioma hasta nuestros das. T. 3. — Madrid: Librera de Perlado, Pez y Ca., 1909.

— 409 p.

128. Menndez y Pelayo M. Antologa de poetas lricos castellanos desde la formacin del idioma hasta nuestros das. T. 6. — Madrid: Librera de la Viuda de Hernando y Ca., 1896. — 401 p.

129. Menndez y Pelayo M. Historia de la poesa castellana en la Edad Media T.2. — Madrid: Librera general de Victoriano Surez, 1914. — 444 p.

130. Montgomery T. Jorge Manrique and the dynamics of grieving // Hispania. — 1995. — №3. — P. 483-490.

131. Navarro Toms T. Mtrica de las Coplas de Jorge Manrique // Nueva revista de Filologa hispnica. — 1961. — № 1-2. — P.169-179.

132. Navarro Toms T. Mtrica espaola. — Madrid: Guadarrama, 1974. — 581 p.

133. Nieto Cumplido M. Aportacin histrica al Cancionero de Baena // Historia.

Instituciones. Documentos. — 1979. — №6. — P.197-218.

134. O’Donoghue B. The courtly love tradition. — Manchester: Manchester University Press, 1982. — 314 p.

135. Orduna G. as “Coplas” de Jorge Manrique y el triunfo sobre la muerte:

estructura e intencionalidad // Romanische Forschungen. — 1967. — №1-2. — P. 139 151.

136. Paris G. La Dance Macabr de Jean Le Fvre // Romania. — 1895. — №24. — P. 129-132.

Perea Rodrguez O. Estudio biogrfico sobre los poetas del Cancionero general.

137.

— Madrid: Editorial CSIC, 2007. — 324 p.

138. Prez Priego M. A. Estudios sobre la poesa del siglo XV. — Madrid: Editorial UNED, 2004. — 299 p.

139. Prez Priego M. A. Poetas de la Edad Media y poetas contemporneos // 1616:

Anuario de la Sociedad Espaola de Literatura General y Comparada. — 2006. — № 12. — P. 47-58.

140. Prez y Gmez A. Notas para la bibliografa de Fray Iigo de Mendoza y de Jorge Manrique // Hispanic Review. — 1959. — № 27. — P. 30-41.

141. Poetry at court in Trastamaran Spain: from Cancionero de Baena to the Cancionero General. — Tempe: Medieval & Renaissance Texts & Studies, 1998. — 297 p.

142. Pulgar F. de. Claros varones de Castilla y letras de Fernando de Pulgar. — Madrid: Imprenta de Don Gernimo Ortega e hijos de Ibarra, 1789. — 328 p.

143. Rodrguez Alonso M. Historia de la literatura gallega. — Madrid: Acento, 2002.

— 140 p.

144. Rosenberg S., Switten M., Le Vot G. Songs of the Troubadours and Trouveres: An Anthology of Poems and Melodies. — New York: Garland Publishing, 1998. — 378 p.

145. Rossell M. La cultura espaola en la poca del descubrimiento de Amrica // Hispania. — 1928. — №6. — P. 477-484.

146. Salinas P. Jorge Manrique o tradicin y originalidad. — Barcelona: Seix Barral, 1974. —218 p.

147. Salinas P. Reality and the poet in Spanish poetry. — Baltimore: The Johns Hopkins press, 1966. — 165 p.

148. Sayce O. Exemplary Comparison from Homer to Petrarch. — Cambridge: D.S.

Brewer, 2008. — 422 p.

149. Senabre R. Puntos oscuros en las Coplas de Jorge Manrique // Anuario de Estudios Filolgicos. — 1984. — № 7. — P. 339-351.

150. Sers G. La autoridad literaria: crculos intelectuales y gneros en la Castilla del siglo XV // Bulletin hispanique. — 2007. — № 2. — P. 335-383.

151. Serrano de Haro A. Personalidad y destino de Jorge Manrique. — Madrid:

Gredos, 1975. — 443 p.

152. Severin D. Poltica y poesa en la corte de Isabel la Catlica // Dejar hablar a los textos: homenaje a Francisco Mrquez Villanueva. — Sevilla: Publicaciones de la Universidad de Sevilla, 2005. — P. 239-250.

153. Soto Escobillana L. Para una relectura del “ubi sunt” en las coplas de Jorge Manrique // Logos: Revista de Lingstica, Filosofa y Literatura. — 1989. — № 1. — P. 129–146.

Spitzer L. Dos observaciones sintctico-estilsticas a las Coplas de Manrique // 154.

Nueva revista de Filologa hispnica. — 1950. — № 1-2. — P. 1-24.

155. The poems of the troubadour Bertran de Born / ed. by W. Paden, T. Sankovitch, P. Stblein. — Los Angeles: University of California press, 1986. — 374 p.

156. The Princeton Encyclopedia of Poetry and Poetics. — Princeton: Princeton University Press, 2012. — 1664 p.

157. Weiss J. Alvaro De Luna, Juan De Mena and the Power of Courtly Love // MLN.

— 1991. — №2. — P. 241-256.

158. Vinci J. The petrarchan source of Jorge Manrique's Las Coplas // Italica. — 1968.

— №3. — P. 314–328.

159. Vivanco L. Death in Fifteenth Century Castile: Ideologies of the Elites. — Woolbridge: Tamesis, 2004. — 220 p.

160. Zambrano M. Pensamiento y poesa en la vida espaola. — Mxico: El Colegio de Mxico, 2003. — 124 p.

161. Zepeda J. a Muerte como constante aleg rica en las «Coplas…» de Jorge Manrique: anlisis retrico // Medievalia. — 2006. — № 38. — P. 33-43.



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.