авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«Содержание Макроэкономические предпосылки реализации новой модели роста Автор: С. Дробышевский, С. Синельников-Мурылев ...»

-- [ Страница 5 ] --

В ЕС аналогичное дело, возбужденное по жалобе одной из компаний, не согласных с результатами рассмотрения дела против Microsoft (Sun Microsystems), имело совершенно другой исход. В 2004 г. Европейская комиссия по конкуренции признала Microsoft виновной в злоупотреблении доминирующим положением, наложила штраф в размере млн. евро и потребовала выполнить два типа предписаний - раскрыть информацию о кодах операционной системы для независимых разработчиков программных продуктов и отделить предлагаемый "в нагрузку" Media Player от операционной системы.

Невыполнение первого из предписаний на должных, по мнению Европейской комиссии по конкуренции, условиях привело к наложению в 2008 г. нового штрафа в размере млн. евро.

стр. В рамках процессов против одной и той же компании одна и та же особенность рынка операционных систем - положительные сетевые эффекты потребления, создающие и предпосылки для выживания на рынке одного поставщика, и возможности для распространения рыночной власти на смежные рынки, - получила противоположные интерпретации. Мотивация решения суда апелляционной инстанции и Министерства юстиции США включала ссылку на положительные сетевые эффекты как основу для дополнительных выигрышей конечных потребителей в случае, когда дополняющие продукты (операционная система с приложениями) предоставляются одним продавцом3.

Мотивация решения Европейской комиссии по конкуренции не включала непосредственной оценки роли сетевого эффекта, однако из решения следовало, что он рассматривается скорее в качестве основы для формулирования дополнительных требований к поставщику, аналогичных предъявляемым к компаниям в отраслях естественных монополий.

В контексте проведенного анализа набор полномочий в области антимонопольной политики Таможенного союза и последовательность их передачи на наднациональный уровень не выглядят оптимальными. Эти полномочия включают предотвращение недобросовестной конкуренции, ограничивающих конкуренцию соглашений и запрет на злоупотребление доминирующим положением. Предотвращение недобросовестной конкуренции вообще не входит в "жесткое ядро" антимонопольной политики, и в российском антимонопольном законодательстве соответствующие нормы оказались скорее случайно. Необходимость международной конкурентной политики и наднационального органа в этом случае более чем сомнительна.

В свою очередь, запрет на злоупотребление доминирующим положением очень сложно согласовать на межнациональном уровне: сам перечень запрещенной практики дает много поводов для дискуссий. В то же время в набор полномочий Евразийской экономической комиссии не включен предварительный контроль слияний, хотя при оценке их последствий сравнительно легко провести грань между полномочиями наднационального и национальных органов.

Режимы международного антитраста: действительное vs. возможное Субъект регулирования должен соответствовать характеристикам объекта регулирования с точки зрения как масштабов деятель Объяснение того, каким образом положительные сетевые эффекты потребления способствуют общему выводу о законности действий Microsoft, можно найти в: Klein, 2001. В нашу задачу не входит обсуждение представленных в ней аргументов о том, каковы источники выигрышей конечных потребителей в случае, когда на рынке остается один браузер, и как это оправдывает коммерческую политику Microsoft. Заметим лишь, что изменения структуры рынка браузеров лишь частично подтвердили тезисы защиты компании. Справедливым оказалось утверждение, что действия компании не повлияли на структуру рынка в долгосрочном периоде;

менее справедливым - о том, что сетевой эффект потребления на рынке браузеров настолько высок, что оправдывает присутствие на рынке одного поставщика.

стр. ности, так и принимаемых решений. Данный принцип важен и для сферы антитраста, поскольку далеко не все действительное даже отдаленно соответствует требованиям, предъявляемым к субъектам в условиях глобальных рынков. В то же время не все возможное как проект реализуемо, даже если отвечает основным требованиям к субъекту.

Хотя идеи глобальной конкурентной и антимонопольной политики довольно активно обсуждаются в последние 15 - 20 лет, наибольшим потенциалом правоприменения до сих пор обладают национальные органы антимонопольной политики. Это обусловлено не только концентрацией интеллектуальных ресурсов и реальных, а не номинальных, прав на национальном уровне, но и соображениями национального суверенитета или различными аспектами безопасности (начиная с продовольственной и заканчивая военной).

Вместе с тем изучение существующих режимов антитраста в международном контексте и применение инструментария новой институциональной экономической теории в части сравнительного анализа дискретных структурных альтернатив позволяют выделить набор возможностей, которые могут как взаимно исключать, так и в отдельных аспектах дополнять друг друга. Перечислим некоторые из них:

- глобальная антимонопольная политика с антимонопольным органом, действующим в мировом масштабе;

- наднациональный антимонопольный орган с национальными органами в рамках тех же географических границ юрисдикции;

- двусторонние (многосторонние) обязывающие межправительственные соглашения по вопросам антимонопольной политики;

- экстерриториальный принцип применения полномочий национального антимонопольного органа;

- использование результатов деятельности одного национального органа (или решения суда) в качестве оснований для действий другого (транснациональная административная или судебная преюдиция).

Глобальная антимонопольная политика Данная альтернатива предполагает наличие антимонопольного органа, действующего в глобальном масштабе. Именно в этом пункте наиболее очевидно различие между возможным и действительным. Основной объект применения норм - транснациональные компании, действующие именно на глобальном уровне. Наличие субъекта глобальной антимонопольной политики, аналогичного существующим на национальном уровне, позволило бы привести в соответствие масштабы объекта и границы юрисдикции субъекта. Специфика альтернативы, делающая ее практически нереализуемой, состоит в том, что наднациональный орган должен функционировать в рамках единой системы правил конкуренции и, что еще важнее, - использовать механизмы, обеспечивающие их соблюдение. Фактически это означает действие в пределах разных стран привнесенных извне административной и судебной систем, что предполагает отказ от части национального суверенитета.

стр. Наднациональный антимонопольный орган с национальными органами в рамках тех же географических границ юрисдикции Единственный известный пример наднационального органа, функционирование которого совмещено с деятельностью национальных антимонопольных органов в соответствии с разграничением сфер компетенции, - Европейская комиссия по конкуренции. Это эволюционно сформировавшийся двухуровневый антитраст, который, в отличие от двухуровневой антимонопольной политики в рамках одной страны, например в США4, сочетает национальное и наднациональное.

Именно пример ЕС показывает, что наднациональный режим антимонопольной политики можно применять ко всем трем ключевым элементам защитной конкурентной политики:

контролю сделок экономической концентрации, ограничивающим конкуренцию соглашениям (как горизонтальным, так и вертикальным) и согласованным действиям, а также злоупотреблению доминирующим положением.

На уровне ЕС действуют единые правила конкуренции, зафиксированные в Договоре о функционировании ЕС в редакции 2009 г. (ст. 101 и 102). Наднациональный характер европейской антимонопольной политики проявляется не только в существовании единого субъекта, но и в том, что страны - члены ЕС обязаны гармонизировать свои внутренние правила конкуренции с требованиями общеевропейских, хотя сферы компетенции национальных и наднациональных органов разграничены.

Антимонопольная политика с единым наднациональным органом обладает рядом преимуществ.

Во-первых, это эффект масштаба, который позволяет распространить единые подходы к рассмотрению случаев, предполагающих вмешательство антимонопольного органа, на более широкое множество.

Во-вторых, сравнительно низкие издержки адаптации участников рынка к режиму антимонопольной политики ввиду экономии на издержках обучения, а также снижения неопределенности относительно стандартов тех или иных норм.

В-третьих, поддержание благоприятных условий для функционирования и развития рынков, географические границы которых шире национальных.

Можно сказать, что Комиссия выступает как инструментом обеспечения гармонизации в рамках ЕС, так и - до известной степени - результатом гармонизации действующих норм и правил. Отметим, что она была создана отнюдь не в числе первых органов ЕС и стала активно действовать лишь спустя 20 лет после подписания договора.

В свою очередь, к фундаментальным проблемам модели сочетания национальных и наднациональных органов относятся делегирование полномочий и разграничение ответственности при создании непротиво В США наряду с двумя антимонопольными органами, действующими в национальном масштабе, - Федеральной комиссией по торговле и Министерством юстиции - имеются антимонопольные органы штатов. Причем их деятельность далеко не всегда дополняет работу федеральных органов, что наглядно продемонстрировали дела против Microsoft.

стр. речивых правил правоприменения. Опыт решения этих задач на уровне ЕС до сих пор остается уникальным.

Двусторонние (многосторонние) обязывающие межправительственные соглашения по вопросам антимонопольной политики В практике международного антитраста можно обнаружить большое количество квазисубъектов антимонопольной политики. Их компетенция определяется принципом единогласия участников в условиях, когда нельзя применять действенные механизмы принуждения. Созданный в 2000 г. Межгосударственный совет по антимонопольной политике, в рамках которого проводятся совместные расследования антимонопольных органов стран СНГ, больше напоминает организацию, образованную по конфедеративному принципу в той мере, в какой ее функционирование целиком определяется деятельностью всех ее участников.

Национальные органы многих стран заключают двусторонние соглашения, позволяющие не только обмениваться информацией, но и проводить совместные расследования.

Очевидным преимуществом двусторонних соглашений выступает избирательность:

соглашение заключается со странами, которые проявляют наибольшую активность в развитии экономических связей. В рамках двусторонних соглашений намного больше возможностей учесть специфику контрагента. Однако именно в подобных случаях труднее всего превращать правила в институт, то есть формировать механизмы, поддерживающие дееспособность указанных норм (Шаститко, 2008). Поэтому создание механизмов, обеспечивающих соблюдение правил в международных отношениях, связано с дополнительными сложностями, обусловленными необходимостью частичного отказа от суверенитета.

Экстерриториальность в антитрасте В отличие от двусторонних и многосторонних соглашений, принцип экстерриториальности не требует согласия со стороны правительства страны, на территории которой приняты решения (участниками хозяйственного оборота), оказывающие негативное влияние на состояние конкуренции в другой стране (применяющей принцип экстерриториальности5). Вот почему именно в масштабах и результативности применения этого принципа в антитрасте отражается влиятельность национальных субъектов антимонопольной политики в международных отношениях, сочетаясь с другими направлениями внешнеэкономических и внешнеполитических связей.

Соответственно чем больше влияние той или иной страны в сфере международных отношений в целом, тем больше оснований считать перспективным для нее использование экстерриториальности антимонопольных норм.

Принцип экстерриториальности заявлен и в российском антимонопольном законодательстве (в ст. 3 закона "О защите конкуренции").

стр. Вместе с тем применение данного режима ограничено несколькими факторами. Во первых, это существенное различие переговорной позиции правительств разных стран.

Антимонопольный орган далеко не любой страны решится оспорить сделку, одобренную Министерством юстиции США или Европейской комиссией по конкуренции. Во-вторых, несопоставимость переговорных позиций крупных компаний и национальных органов конкурентной политики отдельных стран. Допустим, сделка слияния сопровождается ограничениями конкуренции на рынке одной из стран, которая может оказаться заинтересованной если не в блокировании сделки, то в ее разрешении на дополнительных условиях. Однако не исключено, что при попытках выдать им предписание участники сделки просто уйдут с конкретного национального рынка, не столь привлекательного для компании. При этом условия поставки товара для страны могут только ухудшиться.

Несопоставимость переговорной позиции крупной транснациональной компании и правительства отдельной страны по вопросам конкуренции может усугубляться особой ролью таких компаний как инвесторов в относительно небольших странах.

Использование решений национального органа конкурентной политики в решениях другого Использование решений и результатов расследований одного антимонопольного органа в решениях другого можно рассматривать как вариант квазиэкстерриториальности применения национального антимонопольного законодательства. Во многих случаях сами антимонопольные органы заинтересованы в такой практике - например, при раскрытии международных картелей и наказании за их создание. Именно такой была последовательность событий в случае упомянутого выше витаминного картеля:

антимонопольные органы других стран использовали результаты деятельности Министерства юстиции США в качестве оснований для своих решений. Была достигнута экономия издержек на проведение множества самостоятельных расследований.

Впрочем, даже у такой практики существуют серьезные ограничения помимо нежелания отдельных стран применять санкции к международным компаниям. Немало проблем может возникнуть при использовании в национальном суде одной страны результатов, полученных органом исполнительной власти другой. Нам неизвестны подобные случаи.

Какое место среди обрисованных альтернатив занимает наднациональный антимонопольный орган в рамках Евразийской экономической комиссии? Ответить на этот вопрос сложно, поскольку последовательность действий по его формированию соответствует политической логике, но не правилам хорошего институционального проектирования. Создание органа предшествует разработке правил, выполнение которых он призван обеспечивать, и можно ожидать, что разработка правил будет предшествовать принятию санкций, налагаемых за их нарушение. Принцип трансграничности рынков, сформулированный именно для определения полномочий органа, заставляет предположить, что он будет применять антимонопольные правила в отношении участников отдельной стр. группы рынков (непонятно, будут ли при этом использовать национальные нормы).

Именно участники рынков, которые можно признать трансграничными (независимо от качества определения самого этого признака), выступают в последние годы целевой группой потенциальных ответчиков по делам о нарушении российского антимонопольного законодательства. Будет оно и дальше распространяться на них или нет - важный вопрос для всей системы конкурентной политики.

Гармонизация антимонопольных запретов и механизмов их обеспечения: роза с шипами или шипы без розы?

Как было показано выше, перспективы международной антимонопольной политики, объединенной в единую наднациональную систему, весьма туманны. Непонятно, каким может быть механизм разрешения противоречий между отдельными странами. Однако если нельзя ожидать создания единой международной антимонопольной политики, осуществляемой наднациональным органом на общих принципах, то чего же можно ожидать?

Прежде всего, это гармонизация содержания антимонопольных запретов и механизмов их применения на уровне отдельных стран. Пусть в отношении каждого конкретного случая, исходя из различия национальных экономических интересов, в странах принимались бы разные решения, однако наличие единых норм само по себе способствовало бы успешности антимонопольной политики. Наличие универсальных запретов дает надежду на то, что большинство компаний в мире понимают нелегальность ограничений конкуренции.

Необходимость или, по крайней мере, желательность универсальных запретов связана с важной дополнительной проблемой - установления легальных норм, обеспечивающих следование этим запретам, как разновидность импорта институтов. На первый взгляд конкурентное законодательство в мировом масштабе служит примером весьма результативного импорта институтов. Содержание антимонопольных запретов в большинстве стран скопировано с законодательства либо США, либо ЕС. Преимущества подобного подхода хорошо описаны в правовой литературе (Gal, 2007). Заимствование правовых норм обеспечивает экономию издержек не только собственно на разработку норм, но и на восприятие их содержания и стандартов применения. Антимонопольная норма с устоявшейся традицией применения приходит в национальное законодательство, как невеста с богатым приданым.

Классический пример - статья, вводящая запрет на злоупотребление доминирующим положением в ЕС. Заимствуя соответствующий запрет, национальные органы использовали накопленный опыт интерпретации того, что такое доминирующее положение, злоупотребление доминированием, дискриминационная практика, ограничение производства и технологического прогресса, неоправданное различие условий договора. В результате норма прижилась в подавляющем большинстве национальных законодательств, победив в институциональной конкуренции принятое в США правило о запрете на монополизацию, хотя последнее в гораздо большей степени опирается на экономическую теорию и, что важно, должно приводить к меньшему числу несправедливых обвинений (ошибок I рода).

стр. Заимствование нормы из законодательства успешной страны (группы стран) с сильными демократическими традициями, одновременно обладающей международным влиянием, помогает сторонникам конкурентного права в заимствующей стране преодолеть сопротивление групп интересов и обеспечивает поддержку значительной части общества.

Наконец, простая трансплантация нормы позволяет важной целевой группе транснациональным компаниям - экономить издержки на восприятие национального законодательства. Таким образом, заимствование норм более зрелого законодательства способствует повышению инвестиционной привлекательности экономики.

Однако проблема в том, что автоматическая трансплантация норм на практике часто оказывается невозможной, поскольку нередко заимствуется лишь их формальная оболочка. Перенесенные нормы на новой правовой почве могут перерождаться.

Даже в США и ЕС, которые могли бы демонстрировать наибольшую общность в понимании проблем антимонопольной политики6, практика применения одинаковых запретов существенно различается. Тем более это справедливо для стран с разными традициями развития судебной системы, административных процедур и институтов в целом. Процесс распространения конкурентных норм антимонопольного законодательства по странам с разным уровнем развития и различными правовыми системами оценивается многими экспертами как процесс "децентрализованной глобализации" (Geradin, 2009). Фактически применение законодательства, заимствованного у одного из двух образцов, совершенно уникально для каждой конкретной страны. Процесс "децентрализованной глобализации" сопровождается дополнительными издержками и рисками для бизнеса.

Многие из перечисленных проблем возникнут при развитии нормативной базы деятельности органа по конкуренции и антимонопольной политике в составе Евразийской экономической комиссии. Если этот орган ставит своей целью выполнять функции, аналогичные тем, которые выполняет Европейская комиссия по конкуренции, то необходимо гармонизировать нормы антимонопольного законодательства. Этому могут препятствовать уже накопленная практика применения национальных норм, различия административных и судебных процедур.

*** В данной статье мы рассмотрели стимулы к осуществлению международной конкурентной политики и препятствия, которые могут возникнуть при реализации этой идеи. В настоящее время подходы, На самом деле и между США и ЕС единства нет. Существуют важные различия в понимании того, какие действия крупной компании, способной оказывать влияние на рынок, должны быть запрещены. В США объектом запрета выступает монополизация как способ ограничения конкуренции. Центральный лозунг такой политики "антимонопольное законодательство должно защищать конкуренцию, а не конкурентов". В ЕС незаконными выступают не только "исключающие" (ограничивающие конкуренцию), но и "эксплуатирующие" (наносящие ущерб контрагентам или конкурентам) практики. Последняя особенность европейского антимонопольного законодательства была полностью воспринята российским.

стр. лежащие в основе национальных законодательств о конкуренции, и интересы национальных правительств недостаточно сопряжены друг с другом. Из-за неизбежных противоречий интересов возможность проведения международной конкурентной политики зависит от готовности стран поступиться частью национального суверенитета.

Немногим лучше обстоит дело с точки зрения гармонизации национальных антимонопольных норм. При наличии согласованного образца типового закона о конкуренции в наиболее влиятельных антимонопольных нормах, действующих в США и ЕС, сохраняются серьезные расхождения. Различия фактического содержания норм в странах с менее крепкими традициями конкурентной политики еще больше.

Заимствование норм из этих законодательств не означает гармонизацию первых, поскольку обычно переносится лишь оболочка, содержание которой может оказаться весьма специфическим. Насколько удастся избежать указанных рисков при создании органа конкурентной политики Евразийской экономической комиссии, зависит в том числе и от того, будут ли они учтены с самого начала.

Список литературы Авдашева С., Калинина М. (2012). Предписания участникам слияний (сравнительный анализ практики Федеральной антимонопольной службы России и Европейской комиссии по конкуренции) // Экономическая политика. N 1. С. 141 - 158. [Avdasheva S., Kalinina M.

(2012). Mergers Remedies (Comparative Analysis of Federal Antimonopoly Service of Russia and European Competition Commission Practice) // Ekonomicheskaya Politika. No 1. P. 141 158.] Беккер Г. С. (2003). Преступление и наказание: экономический подход // Беккер Г. С.

Человеческое поведение: экономический подход. М.: Изд. дом ВШЭ. С. 282 - 352. [Becker G. S. (2003). Crime and Punishment: Economic Approach // Becker G. S. Human Behavior:

Economic Approach. M.: HSE. P. 282 - 352.] Шаститко А. Е. (2008). Экономическая теория международных отношений: условия устойчивости соглашений в отсутствие "внешних" гарантов // Экономическое развитие в современном мире: конкурентоспособность региона в глобальной экономике. Базовые доклады Пятой международной научно-практической конференции в Екатеринбурге. С.

85 - 90. [Shastitko A. E. (2008). Economics of International Relations: Conditions of Sustainability under Absence of "External" Enforcers // Economic Development in Contemporary World: Region Competitiveness in Global Economy. Basic papers of the Fifth international scientific and practical conference in Ekaterinburg. P. 85 - 90.] Bernheim D., Whinston M. (1990). Multimarket Contact and Collusive Behavior // Rand Journal of Economics. Vol. 21, No 1. P. 1 - 26.

Connor J. M. (2004). Extraterritoriality of the Sherman Act and Deterrence of Private International Cartels // American Antitrust Institute Working Paper. No 04 - 02.

papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=611948.

Connor J. M. (2006). Effectiveness of Antitrust Sanctions of Modern International Cartels // Journal of Industry, Competition and Trade. Vol. 6, No 3 - 4. P. 195 - 223.

Gal M. S. (2007). The "Cut and Paste" of Article 82 of the EC Treaty in Israel: Conditions for a Successful Transplant // European Journal of Law Reform. Vol. 9, No 3. P. 467 - 484.

Geradin D. (2009). The Perils of Antitrust Proliferation: The Process of "Decentralized Globalization" and the Risks of Over-Regulation of Competitive Behavior // Chicago Journal of International Law. Vol. 10, No 1. P. 189 - 211.

стр. Klein B. (2001). The Microsoft Case: What Can a Dominant Firm Do to Defend It's Market Position // Journal of Economic Perspectives. Vol. 15, No 2. P. 45 - 62.

Levenstein M. C., Suslow V. Y. (2005). The Changing International Status of Export Cartel Exemptions // American University International Law Review. Vol. 30, No 3. P. 795.

International Antitrust: Demand, Restrictions and Lessons for Customs Union Svetlana Avdasheva1, Audrey Shastitko Authors affiliation: 1 National Research University Higher School of Economics (Moscow, Russia);

2 Lomonosov Moscow State University;

Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration (Moscow, Russia). Corresponding emails: avdash@hse.ru;

aeshastitko@econ.msu.ru.

Enforcement of antitrust rules on the international level, on the one hand, is necessary to deter restriction of competition by the largest market participants, on the other - it suffers from the contradictions between incentives of national players. That is why international competition policy is based on institutional alternatives which look very imperfect. Harmonization of competition rules seems to be a good alternative only at first glance, since transplantation of antitrust provisions in different legal systems with different standards of proofs and different enforcement practices de facto leads to modification of the rule. Effective competition policy at the level of Customs Union requires to take into account all these limitations and risks.

Keywords: competition, competition policy, international antitrust, Customs Union.

JEL: H77, K21, L40.

стр. Конкуренция на инновационных рынках: особенности определения Заглавие статьи и анализа Автор(ы) Е. Соколова Источник Вопросы экономики, № 9, Сентябрь 2012, C. 126- АНТИМОНОПОЛЬНАЯ ПОЛИТИКА Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 37.1 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи Конкуренция на инновационных рынках: особенности определения и анализа Автор: Е. Соколова В статье исследуются особенности анализа состояния конкуренции на инновационных рынках с позиции антимонопольного регулирования. Рассматриваются основные этапы формирования конкуренции на товарных рынках с учетом специфики развития высокотехнологичных отраслей. В качестве примера изучаются рынок музыки для электронных устройств и антимонопольное регулирование деятельности компании Apple в части создания онлайн-магазина iTunes Store.

Ключевые слова: конкуренция, инновационные рынки, структура рынка, антимонопольное регулирование.

JEL: K21, L1, L5, L63.

В результате развития технологий сформировались инновационные рынки, на которых продают результаты интеллектуальной деятельности как в овеществленной (инновационные товары), так и в неовеществленной (результаты теоретических и прикладных исследований и разработок) форме. В свою очередь, это привело к возникновению ряда прецедентов, связанных с вмешательством антимонопольных регулирующих органов в работу высокотехнологичных компаний, выступающих продавцами на инновационных рынках.

К высокотехнологичным принято относить такие отрасли экономики, как авиастроение, связь, компьютеры и офисное оборудование, информационные технологии, коммуникационные устройства, телефония, биотехнологии, фармацевтика. При этом формальные критерии отнесения тех или иных отраслей к их числу весьма условны. Так, по мнению известного российского исследователя А. Е. Варшавского, отрасль считается высокотехнологичной (наукоемкой), если объемы затрат на НИОКР по отношению к объему выпускаемой либо отгруженной продукции, добавленной стоимости или величине основных факторов производства (производственных фондов и труда) превышают средний или некоторый специально выбранный для промышленности в целом (или только для обрабатывающей промышленности) уровень (Варшавский, 2000). В зарубежной практике к высокотехнологичным отраслям относят те, где уровень затрат на исследования и разработки превышает 10% от объема продаж (Evans, Schmalensee, 2002.

P. 2).

Соколова Екатерина Владимировна (sokolova@gsom.pu.ru), к. э. н., старший преподаватель кафедры государственного и муниципального управления Высшей школы менеджмента Санкт-Петербургского государственного университета.

Автор выражает признательность анонимному рецензенту журнала "Вопросы экономики" за ценные замечания к первому варианту статьи.

стр. В рамках антимонопольного регулирования, осуществляемого "по букве закона" (per se), деятельность производителей из высокотехнологичных отраслей зачастую трактуют как злоупотребление доминирующим положением. Однако в силу особенностей инновационных рынков принимаемые антимонопольными органами решения оцениваются неоднозначно.

Во-первых, в случае регулирования per se нелегко достоверно установить факт доминирования из-за особой сложности рассматриваемого объекта. Во-вторых, даже если факт доминирования присутствует, положительная экономическая прибыль, получаемая доминирующими компаниями, не всегда связана с извлечением монопольной ренты, возникающей в результате занижения объема выпуска и завышения цен. Источником прибыли для крупных высокотехнологичных компаний часто становятся шумпетерианские (дополнительные доходы как своеобразное вознаграждение за первенство, которые также называют предпринимательскими рентами) и рикардианские (дополнительные доходы, получаемые за счет обладания редкими ресурсами - в данном случае речь идет об уникальных знаниях, используемых для производства инновационного продукта) ренты.

Таким образом, положительная экономическая прибыль - это своего рода вознаграждение за высокие риски инвестиций в исследования и разработки. Более того, отсутствие подобного вознаграждения может значительно снизить стимулы к созданию инноваций, что крайне нежелательно для общества в целом.

Альтернативой регулированию "по букве закона" выступает "взвешенный подход" (rule of reason), в рамках которого необходимость регулирования определяется индивидуально для каждого конкретного случая. Антимонопольные ведомства принимают решения исходя из того, что уполномоченные лица понимают под эффективностью. Применение данного подхода, несмотря на его преимущества в случае инновационных рынков, также связано с рядом проблем.

Во-первых, в большинстве случаев решения не столько базируются на модели аллокативной эффективности, сколько направлены на поддержку тех или иных заинтересованных сторон, что не соответствует целям достижения общественно оптимального результата. Во-вторых, подобное регулирование может оказаться ненужным, так как даже самые высококвалифицированные регуляторы не всегда способны отследить динамику развития инновационного рынка (Теесе, 2000. Р. 160). В третьих, применение индивидуального подхода к каждому рынку в отдельности может привести к тому, что трансакционные издержки регулирования значительно превысят его выгоды для общества.

Чтобы выявить особенности антимонопольного регулирования инновационных рынков, рассмотрим в качестве примера один из наиболее репрезентативных случаев вмешательства антимонопольных органов в работу высокотехнологичных компаний.

Проанализируем проблемы и противоречия, возникающие в процессе такого регулирования.

стр. Случай Apple В последние годы внимание антимонопольных органов Европы и Северной Америки приковано к деятельности компании Apple, в первую очередь к существующей взаимозависимости электронных мобильных устройств Apple (аудиоплейера iPod, смартфона iPhone и планшетного компьютера iPad) и приложений к ним, продаваемых через онлайн-магазин iTunes Store, который принадлежит этой компании.

Компания Apple стала одним из лидеров рынка бытовых электронных устройств, хотя изначально она позиционировала себя в качестве производителя персональных компьютеров. Неудачи в их производстве заставили руководство компании выйти на новые рынки, и представленный в 2001 г. аудиоплейер iPod стал одной из самых успешных инноваций Apple. В 2007 г. она вывела на рынок смартфон с сенсорным экраном iPhone, а в 2010 г. - планшетный компьютер iPad. Успешные продажи инновационных продуктов позволили Apple стать самой дорогой компанией мира по рыночной капитализации (633 млрд. долл. на 27 августа 2012 г.)1.

Продукцию Apple отличает то, что для нее не используется операционная система Windows, ставшая традиционной для большинства персональных компьютеров. Таким образом, владельцы iPod, iPad и iPhone вынуждены приобретать программное обеспечение и цифровые приложения, предлагаемые компанией Apple. В частности, она продает цифровые аудио- и видеозаписи через интернет-магазин iTunes Store, который начал работать в 2003 г. (а с января 2008 г. Apple запустила сервис видеопроката через Интернет). Электронные приложения, как приобретаемые, так и получаемые бесплатно в онлайн-магазине iTunes Store, нельзя использовать на электронных мобильных устройствах других производителей в силу несовместимости программного обеспечения.

Именно этот факт стал одной из причин появления большого числа антимонопольных исков против компании Apple в США и Западной Европе.

Обвинение Apple в несоответствии формата продаваемой через iTunes Store музыки DRM - общепринятому стандарту WMA (Windows Media Audio) основано на том, что покупатели данной музыки вынуждены приобретать электронные устройства, производимые только Apple, а их владельцы могут покупать музыку и иные электронные приложения лишь в iTunes Store. Однако компания Apple отвергает обвинения в применении незаконных монопольных практик, одновременно указывая, что создателем и собственником формата WMA выступает компания Microsoft, занимающая доминирующее положение на рынке программного обеспечения для персональных компьютеров, и требование использовать формат WMA (а следовательно, его лицензирования) направлено в первую очередь на усиление позиций Microsoft на рынке мобильных приложений. Защитники Apple склонны считать, что подобный регулятивный контроль носит скорее популистский характер и, более того, ориентирован на создание особых преференций для компании Microsoft в части выхода на рынок цифровых приложений для электронных мобильных устройств.

Отметим, что обвинение Apple в злоупотреблении доминирующим положением на рынке не всегда опирается на неоспоримые доказательства. Так, компанию нельзя считать монополистом на рынке музыки для мобильных электронных устройств. Существует большое количество иных способов приобретения музыкальных файлов, и продажи в режиме онлайн составляют небольшую долю от всех Lenta.ru. 2012. 28 авг.

стр. продаж музыки в электронном виде. В то же время Apple практически полностью контролирует определенный сегмент рынка, и есть все основания полагать, что приобретение музыки в онлайн-магазинах будет становиться все более популярным.

Так, в настоящее время iTunes Store - самый крупный продавец электронных приложений.

В 2008 г. он обогнал по популярности торговую сеть Wal-Mart, став самым большим онлайн-распространителем музыки в США2. По состоянию на 1 сентября 2010 г. через iTunes Store было приобретено 11,7 млрд. песен, 450 млн. сериалов, 100 млн. фильмов, млн. книг3.

Приведенный пример показывает, что проблема антимонопольного регулирования высокотехнологичных отраслей во многом связана с выявлением доминирования на товарных рынках, следовательно, с определением их границ и степени конкуренции в их рамках.

Конкуренция на инновационных рынках Антимонопольное законодательство использует два подхода к определению конкуренции.

Согласно неоклассическому подходу, конкуренция отождествляется с невысоким уровнем рыночной концентрации, что характерно для модели совершенной конкуренции. В то же время, следуя идеям неоавстрийской школы, принимается определение конкуренции как "процесс(а) открытия новых возможностей задействования известных ресурсов и обнаружения новых ресурсов посредством задействования предпринимателями своих преимуществ во внимательности" (Шаститко, 2008. С. 108). В этом случае конкуренция тесно увязывается с предпринимательством, основанным на создании новых комбинаций имеющихся ресурсов - инноваций (Шумпетер, 1982. С. 154).

В определении конкуренции, представленном в ст. 4 ФЗ "О защите конкуренции", сделана попытка совместить неоавстрийский и неоклассический подходы (Шаститко, 2008. С.

110): "Конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов (неоавстрийский подход), при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (неоклассический подход)". Тем не менее в российском антимонопольном законодательстве безусловно доминирует неоклассический подход к определению и анализу конкуренции.

Так, конкурентным считается рынок, на котором в определенный момент времени наблюдается уровень концентрации, не превышающий законодательно установленного предела;

при этом выполняются дополнительные условия: входные барьеры невысокие, показатели рыночной доли конкурирующих фирм стабильные. Подобный подход www.cnews.ru/news/line/index.shtml92008/04/04/295527.

macspoon.ru/apple/events/1-september-2010/ стр. к определению конкуренции в первую очередь отражает статическое состояние изучаемого товарного рынка.

Вследствие ускорения внедрения инноваций в высокотехнологичных отраслях возникла конкуренция нового типа - динамическая, в полной мере обладающая всеми признаками шумпетерианской конкуренции, в основе которой лежит процесс созидательного разрушения (Evans, Schmalensee, 2002. P. 2). Инновации в подобных отраслях приводят к возникновению новых рынков и почти полному разрушению старых.

Так, в результате открытия онлайн-магазинов музыки резко упали объемы продаж компакт-дисков, размер этого рынка значительно сократился. В США в 2007 г. за первую неделю было продано от 60 тыс. до 65 тыс. копий новых альбомов лидеров музыкальных хит-парадов, а в 2005 г. продавалось от 500 тыс. до 600 тыс. копий аналогичных альбомов.

Развитие рынка онлайн-продаж музыки привело к тому, что компакт-диски стали скорее рекламным продуктом для привлечения потребителей на концерты и презентации новых альбомов, чем самостоятельным товаром (Smith, 2007. P. A1).

Количество инновационных рынков, для которых характерна динамическая конкуренция, постоянно увеличивается. Скорость внедрения инноваций в высокотехнологичных отраслях не позволяет говорить о существовании стабильного равновесия с неизменным уровнем рыночных долей компаний. В связи с этим традиционный статический подход к антимонопольному регулированию инновационных рынков утратил свою актуальность.

Согласно "Порядку проведения анализа и оценки состояния конкурентной среды на товарном рынке", утвержденному приказом ФАС России от 25 апреля 2010 г. N 220, проведение анализа и оценки состояния конкурентной среды на товарном рынке включает несколько последовательных этапов, которые мы рассмотрим ниже:

- определение временного интервала исследования рынка;

- определение продуктовых и географических границ рынка;

- определение состава хозяйствующих субъектов, действующих на рынке;

- расчет объема рынка и долей хозяйствующих субъектов на нем;

- определение уровня концентрации рынка;

- определение барьеров входа на рынок;

- оценка состояния конкурентной среды на рынке.

Определение временного интервала исследования В настоящее время законодательно установлен наименьший временной интервал анализа состояния конкуренции - "один год или срок существования товарного рынка, если он составляет менее чем один год"4. Также предусмотрена возможность учитывать время по Приказ ФАС России от 3 февраля 2012 г. N 65 "О внесении изменений в Порядок проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденный приказом Федеральной антимонопольной службы от 28 апреля 2010 г. N 220".

стр. явления товара на рынке и степень его новизны, если "покупатели не заменяют и не готовы заменить в потреблении товар, приобретаемый в одни периоды времени, этим же товаром, приобретаемым в другие периоды времени"5. В случае инновационных рынков также следует учитывать время появления товара на рынке, исходя из особенностей прогресса технологий.

Развитие высокотехнологичных отраслей носит парадигматический характер, и конкуренция на инновационных рынках, как правило, характеризуется приростными инновациями, цепочка которых прерывается сдвигом технологических парадигм (paradigm shift), отражающим концепцию созидательного разрушения Шумпетера. Таким образом, при выборе временного интервала анализа инновационных рынков следует принимать во внимание в первую очередь продолжительность жизненного цикла используемых технологических парадигм, поскольку их сдвиг приводит к изменениям в рыночной силе укоренившихся компаний (Теесе, 2000. Р. 160). Это позволяет говорить о временном характере доминирования в подобных отраслях. Например, применение сенсорных экранов для мобильных устройств изменило расстановку сил в отрасли высоких технологий, позволив компании Apple занять лидирующие позиции в результате успешных продаж iPhone.

Отметим, что речь идет об определении временного интервала регулирования, совпадающего с продолжительностью жизненного цикла инновационного продукта, начиная с момента его коммерциализации, а не создания. В частности, сенсорные экраны были впервые представлены на рынке еще в 1971 г. С. Херстом, выпустившим первый графический планшет6. Однако говорить о сенсорном экране как об инновации в ее традиционном понимании, а именно - как об успешно коммерциализированном изобретении - можно только начиная с 2007 г., когда компания Apple выпустила первое массовое устройство, поддерживающее данную технологию, - iPhone.

Парадигматический подход к определению временного интервала исследования требует привлекать экспертов в области технологий, что может привести к росту затрат регулирования. Однако использование подобного подхода скорее всего расширит временной интервал исследования и, следовательно, позволит получить более точные результаты при анализе конкуренции на инновационных рынках.

Определение границ рынка и состава продавцов Динамический характер конкуренции в высокотехнологичных отраслях вносит коррективы в подходы к определению границ товарных рынков. В традиционном анализе при этом учитываются ограничения Приказ ФАС России от 3 февраля 2012 г. N 65.

Company History from Elographics to Elo TouchSystems, 1971 - Present - Elo TouchSystems - ТЕ Connectivity.

www.elotouch.com/AboutElo/History/default.asp.

стр. со стороны спроса и предложения в двух измерениях - продуктовом и географическом.

Определение продуктовых границ рынка традиционно осуществляется на основе "выявления товара, не имеющего заменителя, или взаимозаменяемых товаров, обращающихся на одном и том же товарном рынке".7 Выявляются свойства товара, влияющие на выбор потребителя, и на их основании определяются взаимозаменяемые товары. С учетом нетривиальности ответов на поставленный вопрос даже в случае традиционных рынков определение продуктовых границ оказывается еще более серьезной проблемой для рынков с высокими темпами инновационного развития. Статический анализ не может дать релевантной информации о появлении товаров-заменителей и о мобильности потребителей, в результате возникает проблема сужения границ рынка, часто встречающаяся при анализе инновационных рынков (Теесе, 2000).

Использование теста гипотетического монополиста также нельзя рассматривать в качестве эффективного инструмента для определения границ инновационного рынка.

Выявление товаров-заменителей на основе того, откажутся ли покупатели от приобретения товара в случае долговременного повышения цены на 5 - 10%, не подходит для продукции высокотехнологичных отраслей. Это обусловлено двумя причинами.

Во-первых, покупатели не всегда готовы перейти на новый продукт из-за достаточно высоких издержек переключения. Во-вторых, если они отказываются от приобретения товара в статических условиях, то при динамическом анализе ситуации может оказаться, что в случае появления кардинально нового или значительно усовершенствованного продукта, обладающего лучшими характеристиками (например, процессора с большей производительностью), потребители переключатся на новый товар даже при более высоких ценах. Чтобы не потерять лояльных потребителей и соответственно рыночную долю, укоренившаяся фирма будет постоянно обновлять производимый продукт (так, компания Microsoft регулярно выпускает новые версии операционной системы Windows), в результате конкурирующие товары-заменители будет создавать одна компания.

Сужение продуктовых границ инновационных товарных рынков обусловлено и высокими темпами изменения рыночной ситуации из-за постоянного внедрения новых продуктов и технологий. С одной стороны, в течение срока действия патентной защиты может быть сложно найти товары, использующие аналогичные технологии и, следовательно, обладающие схожими свойствами, однако по истечении срока действия патента, как правило, появляются близкие продукты, производители которых составляют серьезную конкуренцию новатору. С другой стороны, в ряде случаев инновационный продукт может иметь множество неполных заменителей - например, многофункциональные электронные устройства могут быть успешно заменены несколькими технически менее сложными.

Приказ ФАС России от 28 апреля 2010 г. N 220.

стр. Определение географических границ рынка подразумевает установление "территории, на которой покупатель (покупатели) приобретает или имеет экономическую возможность приобрести товар и не имеет такой возможности за ее пределами"8. В большинстве случаев регулирующие органы определяют географические границы рынка в пределах административных границ региона или государства. Однако в случае инновационных рынков административные границы территории, как правило, оказываются значительно уже реально существующих географических границ рынка. Необходимость рассматривать более широкие географические границы рынков связана или с нематериальным характером продаваемого товара (например, в случае рынков программного обеспечения или музыкальных файлов), или с возможностью приобретать продукцию через интернет магазины с последующей доставкой до места потребления. В результате во многих случаях приходится расширять географические границы инновационных рынков до международных масштабов.

Чтобы избежать проблемы сужения границ инновационных рынков, необходимо использовать широкий подход к определению таких границ, который базируется на трех основных правилах (Hrushka, 1992).

1. При определении товарных границ рынка надо рассматривать не продавцов на рынке, а отраслевых производителей, использующих схожие технологии. Так, при определении продуктовых границ рынка программного обеспечения в качестве продавцов на нем следует рассматривать производителей не только непосредственно программного обеспечения, но и персональных компьютеров, сетевых рабочих станций и суперкомпьютеров, имеющих опыт работы в сфере программного обеспечения.

2. При определении продуктовых границ рынка нужно учитывать товары - неполные заменители, то есть обладающие некоторыми, но не всеми схожими функциональными характеристиками. Например, неполными заменителями для смартфона могут стать и обычный мобильный телефон, и аудиоплейер.

3. В качестве потенциальных покупателей следует рассматривать не только отечественных, но и зарубежных потребителей, которые могут со временем выйти на рынок.

Широкое определение границ рынка для высокотехнологичных отраслей требуется еще и потому, что динамический характер конкуренции на данных рынках обусловливает постоянное изменение их границ и прежде всего связан с конкуренцией за рынок посредством внедрения инновационных продуктов (Evans, Schmalensee, 2002).

Конкуренция на рынке, основанная на цене или объеме продаж, в случае радикальных инноваций играет намного меньшую роль и при отсутствии явных нарушений антимонопольного законодательства может не приниматься во внимание. Анализ конкуренции на рынке остается актуальным, если отраслевые производители в большей степени ориентируются на приростные инновации, то есть улучшения существующего продукта.

Приказ ФАС России от 28 апреля 2010 г. N 220.

стр. Определение доли рынка После определения границ рынка, как правило, устанавливают рыночную долю компании и уровень концентрации на рынке. Традиционный подход, основанный на расчете коэффициента концентрации и индекса Херфиндаля-Хиршмана, в случае динамично развивающихся рынков не может дать релевантные результаты. В условиях инновационных рынков с динамической конкуренцией следует расширять временной интервал исследования с учетом продолжительности жизненного цикла используемой технологии.

Рыночная сила высокотехнологичных компаний ограничивается не столько ценовыми и продуктовыми решениями существующих конкурентов, сколько инновационной активностью потенциальных, которые в любой момент могут вывести на рынок принципиально новый продукт. Таким образом, определение рыночной доли компании недостаточный показатель доминирования для инновационных рынков. В связи с этим при анализе состояния конкуренции необходимо учитывать отраслевые инвестиции в соответствующие исследования и разработки, а также существующие права собственности на релевантные технологии (Evans, Schmalensee, 2002).


Кроме того, компаниям высокотехнологичных отраслей присущи такие характеристики, как значительная экономия от масштаба (за счет высокого уровня инвестиций в исследования и разработки и относительно невысоких предельных издержек), сетевые эффекты, а также участие в патентных гонках, в которых победитель получает все. Как следствие, в данных отраслях обычно работает несколько крупных фирм, а в ряде случаев - только одна компания. Подобное доминирование временное, и именно этот факт выступает критерием качества конкурентной борьбы на инновационных рынках. Таким образом, динамическое наблюдение за перераспределением рыночных долей при условии сохранения высокого уровня концентрации на рынке в целом может стать показателем интенсивности конкуренции на инновационных рынках.

Входные барьеры В настоящее время антимонопольное регулирование в большей степени опирается на данные о рыночной концентрации. Входным барьерам, как стратегическим, так и нестратегическим, уделяется незначительное внимание. Это связано и с недостаточным развитием аналитической базы для проведения оценки издержек входа, и с тем, что антимонопольные органы устанавливают небольшой временной интервал регулирования оценить входные барьеры на основе данных за год и меньше в большинстве случаев не представляется возможным (Авдашева и др., 2011). Это, в свою очередь, снова приводит к переоценке рыночной силы укоренившихся компаний.

Анализ входных барьеров необходим для определения границ рынка и оценки рыночной силы компании. Для общества в целом сни стр. жение входных барьеров, а значит, производство аналогичных продуктов конкурентами, как правило, желательно, поскольку возможность входа новых фирм создает стимулы для повышения производственной эффективности и роста инновационной активности укоренившихся компаний. Наибольшее значение для укоренившейся фирмы имеют такие поведенческие барьеры, как потребительская лояльность, реклама, плотность (компактность) продуктового пространства (Лукьянов, Кисляк, 2007). Входные барьеры, возникающие вследствие внедрения продуктовых инноваций, не должны приниматься во внимание при определении границ рынков, для которых характерна динамическая конкуренция.

В ряде случаев о существовании входных барьеров можно говорить, только если вход на рынок необходим с точки зрения общественного благосостояния (socially beneficial).

Любые иные факторы, препятствующие входу на рынок новых фирм, следует рассматривать в качестве затрат новичков на вход (Теесе, 2000. Р. 179). Для инновационных рынков наличие препятствий для входа в течение срока окупаемости затрат на исследования и разработки - необходимое условие существования стимулов к инновациям. Таким образом, при анализе инновационных рынков следует принимать во внимание препятствия, которые возникают на рынке по истечении определенного времени после внедрения инновационного продукта.

Потребительская лояльность, рассматриваемая в качестве входного барьера, значительно повышает издержки переключения для потребителей укоренившейся фирмы и, следовательно, повышает входные барьеры для новичков. В результате в качестве вознаграждения за свое нововведение и связанные с ним риски укоренившийся новатор будет получать шумпетерианскую ренту - временную ренту новатора, возникающую как результат его предпринимательской деятельности.

Одним из наиболее значимых входных барьеров для высокотехнологичных отраслей выступают издержки переключения, "связанны(е) со сменой продавца, в том числе в результате предоставления скидок постоянным приобретателям, заключения долгосрочных контрактов или выпуска взаимодополняющих товаров, не являющихся взаимозаменяемыми с продукцией других хозяйствующих субъектов"9.

Определяющая роль издержек переключения обусловлена тем, что реализация товаров на рынках инновационной продукции в большинстве случаев осуществляется в два этапа:

продажа самого устройства и продажа дополняющих товаров (в нашем примере речь идет о самом устройстве (iPod или iPad) и о программном обеспечении, включая музыкальные файлы). Более того, как правило, именно второй сегмент рынка приносит производителю больший доход. В случае технической несовместимости новой платформы и старых компонентов потребители несут значительные издержки переключения, а производители имеют возможность получить дополнительный доход за счет продаж обновленных компонентов. Таким образом, продавцы Приказ ФАС России от 28.04.2010 г. N 220.

стр. электронных устройств (и те, кто продает старые платформы, и те, кто продает новые) будут работать с двумя группами потребителей (Теесе, 2000. Р. 177):

- теми, кто не имеет аналогичных устройств, следовательно, издержки переключения для них будут равны нулю;

- теми, кто уже приобрел более ранний аналог обновленных устройств, следовательно, при покупке нового они будут нести издержки переключения, связанные с приобретением дополняющих компонентов.

Значимость издержек переключения при принятии решения о покупке обновленного устройства будет изменяться под воздействием различных факторов:

- возрастать, если повышается уровень затрат на дополняющие товары;

- уменьшаться, если повышается вероятность того, что потребитель будет покупать обновленные компоненты (например, в случае выхода новых музыкальных альбомов только в новом формате);

- сокращаться при увеличении спектра дополняющих компонентов, которые можно использовать с новым устройством;

- уменьшаться при росте функциональности новых устройств. Таким образом, успех производителя устройств нового поколения будет зависеть от его способности сократить издержки переключения для потенциальных покупателей, нивелируя тем самым индивидуальное восприятие материальных затрат на приобретение новых дополняющих компонентов.

При анализе издержек переключения следует обращать внимание не только на их уровень, но и на распределение между потребителями (Biglaiser et al., 2011). Существует прямая зависимость между количеством покупателей с невысокими издержками переключения и стабильностью положения укоренившегося монополиста. Это связано с тем, что наличие таких потребителей затрудняет вход для новичка, повышая уровень затрат на привлечение покупателей к собственному товару. В то же время увеличение издержек переключения для всех покупателей одновременно ведет к сокращению прибыли укоренившего монополиста и снижению стабильности его положения.

Так, Стив Джобс в феврале 2007 г. отметил, что в среднем каждый владелец iPod приобрел через iTunes Store 22 песни. Это позволяет говорить о том, что менее 3% музыкальных файлов, покупаемых для iPod, приобретаются в данном онлайн-магазине.

Он также указал, что расходы владельцев iPod на приобретение музыкальных файлов через iTunes Store сильно различаются: одни не приобретают ничего, другие покупают сотни песен, третьи - тысячи10. И только для последних издержки переключения могут оказаться достаточно высокими, чтобы принять решение о приобретении иного, не совместимого с форматом уже имеющейся музыки, мобильного устройства. Таким образом, рыночную силу компании Apple определяют относительно невысокие издержки переключения.

Успешный производитель получает ренту, равную его преимуществу в издержках переключения. Размер ренты ограничен их величиной Steve Jobs: Thoughts on Music. Statement of 6 February 2007. www.apple.com/uk/hotnews/thoughtsonmusic/.

стр. и тем, в какой степени другие производители способны выпускать продукты, облегчающие приобретение дополняющих компонентов для новых устройств (Теесе, 2000. Р. 177). Можно предположить, что существование иных стратегических входных барьеров, связанных с инвестициями в исследования и разработки, также крайне желательно в краткосрочной перспективе, поскольку позволяет укоренившимся компаниям получить вознаграждение за риск и повышает стимулы к инновациям.

Поэтому экономический анализ входных барьеров для инновационных рынков нужно проводить на основе не только изучения основных характеристик издержек входа для новичков, но и точного определения временного интервала исследования.

*** Учет особенностей производства в высокотехнологичных отраслях при анализе инновационных рынков будет способствовать получению релевантной информации не только об уровне концентрации, но и о состоянии конкуренции на данных рынках.

Совершенствование антимонопольного регулирования товарных рынков возможно в первую очередь на основе применения экономического анализа. Формализация и алгоритмизация теоретических подходов к изучению инновационных рынков позволят значительно сократить издержки регулирования, повысить его эффективность.

Список литературы Авдашева С. Б., Шаститко А. Е., Дубиничева Н. В. (2011). Стандарты экономического анализа в делах о нарушении антимонопольного законодательства в России. М.: МАКС Пресс. [Avdasheva S. В., Shastitko A. E., Dubinicheva N. V. (2011). Standards of Economic Analysis in Antitrust Cases in Russia. M.: MAKS Press.] Варшавский А. Е. (2000). Наукоемкие отрасли и высокие технологии: определение, показатели, техническая политика, удельный вес в структуре экономики России // Экономическая наука современной России. N 2. С. 63 - 83. [Varshavsky A. E. (2000).

Science Intensive Industries and High Technologies: Definition, Technological Policy, Role in the Structure of Russian Economy // Ekonomicheskaya Nauka Sovremennoy Rossii. No 2. P. - 83.] Лукьянов С., Кисляк Н. (2007). Отраслевые барьеры входа как важнейший инструмент политики ограничения конкуренции // Вопросы экономики. N 2. С. 101 - 110. [Lukyanov S., Kislyak N. (2007). Barriers to Entry as the Most Significant Instrument of the Anti competitive Policy // Voprosy Ekonomiki. No 2. P. 101 - 110.] Шаститко А. (2008). Конкуренция и антимонопольная политика в неоавстрийской теории // Экономическая политика. N 2. С. 107 - 126. [Shastitko A. (2008). Competition and Antitrust Policy in the Neoaustrian Theory // Ekonomicheskaya Politika. No 2. P. 107 - 126.] Шумпетер Й. (1982). Теория экономического развития. М.: Прогресс. [Schumpeter J.


(1982). Theory of Economic Development. M.: Progress.] Biglaiser G., Cremer J., Dobos G. (2011). The Value of Switching Costs // The Area Conference on Applied Microeconomics, 11 - 12 March 2011, Munich.

www.ifo.de/de/link/am11_Cremer.pdf.

стр. Evans D. S., Schmalensee R. (2002). Some Economic Aspects of Antitrust Analysis in Dynamically Competitive Industries // Innovation Policy and the Economy. Vol. 2. Cambridge:

MIT Press. P. 1 - 49. www.jstor.org/stable/25054488.

Hrushka A. C. (1992). A Broad Market Approach to Antitrust Product Market Definition in Innovative Industries // The Yale Law Journal. Vol. 102, No 1. P. 305 - 331.

www.jstor.org/stable/796778.

Smith E. (2007). Sales of Music, Long in Decline, Plunge Sharply // The Wall Street Journal Online. March 21. www.cs.utsa.edu/~bylander/csl023/wsj-music-sales-decline-mar-21.pdf.

Teece D. J. (2000). Managing Intellectual Capital: Organizational, Strategic, and Policy Dimensions. Oxford: Oxford University Press.

Competition on Innovation Markets: Peculiarities of Definition and Analysis Ekaterina Sokolova Author affiliation: St. Petersburg University Graduate School of Management (St. Petersburg, Russia). Email: sokolova@gsom.pu.ru.

The article aims to define the main peculiarities of competition analysis in case of innovation markets. Using the example of Apple's iTunes Store antitrust suit, the main characteristics of the development of knowledge-based industries are applied to the analysis.

Keywords: competition, innovative markets, market structure, antitrust regulation.

JEL: K21, L1, L5, L63.

стр. Заглавие статьи Уроки "Основ экономикс" П. Кругмана Автор(ы) Л. Гребнев Источник Вопросы экономики, № 9, Сентябрь 2012, C. 139- РАЗМЫШЛЕНИЯ НАД КНИГОЙ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 45.2 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ Уроки "Основ экономикс" П. Кругмана Автор: Л. Гребнев В статье оцениваются характеристики учебника "Основы экономикс" П. Кругмана и соавторов с точки зрения востребованности в российском образовании, проводится его сравнение с аналогичными переводными изданиями П. Самуэльсона и Г. Мэнкью.

Сделаны выводы о его высокой дидактической полезности для преподавания в условиях перехода к ориентированной на студента парадигме образования и об отсутствии значимых содержательных отличий от ранее появившихся переводных учебников.

Ключевые слова: преподавание экономики, педагогические технологии.

JEL: A11, A22.

Нобелевский лауреат Пол Кругман хорошо известен в российском образовательном сообществе в первую очередь своим учебником по международной экономике. Кроме того, на русском языке оперативно издавались его научно-публицистические работы, а с недавнего времени в интернет-издании "Независимой газеты" регулярно публикуются материалы колонки, которую Кругман ведет в газете "Нью-Йорк таймс" с 1999 г.

Все это вызывает повышенный интерес к новой работе этого автора - "Основы Экономикс", - недавно выпущенной на русском языке издательством "Питер" (Кругман, Веллс, Олни, 2012) в серии "Классический зарубежный учебник". Правда, издательство допустило несколько досадных ошибок.

Во-первых, не совсем понятно, кому адресован этот учебник. В аннотации работа рекомендована студентам и аспирантам, изучающим современную экономическую теорию, а также преподавателям экономических специальностей. Однако учебник объемом почти 900 страниц и ценой более 1000 руб. вряд ли кто-либо из преподавателей рискнет предлагать студентам, изучающим экономическую теорию в течение всего одного семестра, на что рассчитаны "Основы экономикс". Аспирантам вряд ли стоит изучать современную теорию по учебникам вводного уровня. По сути дела, этот учебник интересен для одной, но довольно многочисленной группы - преподавателей вводного курса экономики вообще и курса для неэкономистов особенно.

Гребнев Леонид Сергеевич (lsg-99@mail.ru), д. э. н., завкафедрой экономики Московской государственной юридической академии имени О. Е. Кутафина, профессор НИУ ВШЭ (Москва).

стр. Во-вторых, вряд ли можно считать правильным решение издательства поручить перевод столь объемного текста одному человеку1, к тому же не вполне владеющему профессиональной терминологией, о чем, в частности, свидетельствует отсутствие адекватного перевода одного из ключевых терминов - "marginal" - и его производных.

Вместо давно устоявшихся и вошедших в государственные образовательные стандарты терминов "предельные издержки", "предельная склонность к потреблению"2 и других аналогичных, в этом переводе применяется простая калька: "маржинальные издержки", "маржинальная склонность к потреблению"3.

Подобные недостатки мог бы легко устранить научный редактор4, но он этого не сделал.

Скорее всего, ему же можно адресовать вопрос: почему для перевода был взят именно этот, самый неудачный опыт сокращения двухсеместрового курса "Экономикс" Пола Кругмана и Роби Веллс (Krugman, Wells, 2005) до односеместрового? Если пройти по интернет-ссылке (С. 23) и обратиться к сайту для преподавателей и студентов, там не удастся найти практически ничего, связанного с изданиями, автором или соавтором которых является Марта Олни. Вместо этого можно найти оглавление "Основ Экономикс", написанных Кругманом и Веллс с другим соавтором, Кэтрин Кредди, и выпущенных в 2010 г. вторым изданием. В оглавлении есть и глава "Безработица и инфляция", и часть "Экономический рост и флуктуации", отсутствующие в версии, опубликованной на русском языке, а часть "Открытая экономика", состоящая из одной главы "Международная торговля, движение капитала и обменные курсы", стоит на последнем месте, а не перед частями, имеющими отношение к макроэкономике5.

Поэтому не все особенности "Основ экономикс", отмеченные в предисловии научного редактора, заслуживают того внимания, которое на них обращается.

Тем не менее следует поблагодарить издательство "Питер" за возможность ознакомиться на русском языке с этим учебником, очень любопытным в дидактическом отношении.

Кроме того, представляют интерес некоторые содержательные новации по сравнению с учебниками Самуэльсона и отчасти Мэнкью.

Моя страна - это моя страна В качестве эпиграфа авторы взяли слова Дж. Оруэлла: "В чем я действительно нуждаюсь, так это в подборе верного слова, и ни в чем более". Часть предисловия, написанная Кругманом, начинается так: "Робин и мне нравится думать, что мы писали эту книгу, непрестанно держа в голове эту Перевел с английского А. Смольский.

Как было сделано в том же издательстве при переводе "Принципов экономикс" Н. Грегори Мэнкью (1999).

Использование кальки вместо устоявшихся в русском языке терминов встречается и за пределами собственно экономической тематики. Например, во вставке "Для любознательных умов - Денежное вознаграждение за учебу" (С. 42) вместо старшеклассников говорится о студентах высшей школы, хотя high school - это в США старшие классы средней школы, a student - общее обозначение обучающихся.

Доктор экономических наук С. В. Лукин.

На последнем месте она стоит и в большом учебнике: Krugman, Wells, 2005. А в 18-м издании "Экономики" (Самуэльсон, Нордхауз, 2009) она помещена перед макроэкономическими частями (часть IV: "Прикладная микроэкономика: международная торговля, правительство и окружающая среда").

стр. мысль Оруэлла. Мы хотели написать такой учебник, в котором уделялось бы достаточное внимание задаче обеспечения понимания студентами не только того, что означают экономические модели сами по себе, но и того, как они используются в реальной жизни" (С. 13).

Описание реальной жизни - в виде разнообразных примеров, кейсов, в основном из американской действительности, имеющей отношение к жизни самих студентов, - это и в самом деле отличительная особенность "Основ экономики" Кругмана. Не потому, что в учебниках других авторов подобных примеров и кейсов нет - такое невозможно, - а потому, что здесь, как правило, теория применяется в качестве инструмента для понимания тех или иных конкретных, повседневно встречающихся ситуаций, а не наоборот - примеры "из жизни" приводятся для иллюстрации теории.

Привязанность учебников Кругмана к реалиям жизни американских студентов настолько велика, что для студентов соседней Канады и для Европы ими в соавторстве с разными коллегами были подготовлены отдельные учебники. С этим, пожалуй, связан первый урок, который следовало бы извлечь не только авторам российских учебников по экономике, но и всем, кто ее преподает, имеет дело с реальными студентами: учебник по основам экономики должен помогать обучающимся понимать ту жизнь, ту действительность, в которой живут сами студенты. Примеры из жизни в других странах этому не способствуют, а интересные примеры к тому же отвлекают их внимание от жизни своей страны.

Чтобы полнее представить себе возможные уроки "Основ экономикс" для преподавателей высшей школы России, стоит хотя бы бегло взглянуть на доступный в Интернете обзор положения на рынке учебников вводного уровня по экономической теории в США в - 2011 гг.6 и позиционирование на нем учебников Кругмана.

На американском рынке сейчас конкурируют примерно три десятка учебников, изданных в 2009 г. и позже. Среди авторов есть как минимум три нобелевских лауреата7, много других ученых с мировым именем. Близость содержания учебников, заданного еще в г. Самуэльсоном, позволяет определить этот рынок как монополистическую конкуренцию8. Однако 40% рынка в 2010 г. занимали продажи двух учебников, широко известных и в России: Макконелла-Брю (19-е издание9) и Мэнкью (5-е издание10). Успех первого во многом объясняется консерватизмом преподавателей, руководствующихся принципом "лучшее - враг хорошего". Успех второго во многом обязан простому стилю изложения материала (который Мэнкью продемонстрировал уже в учебнике "Макроэкономика", относящемся к промежуточному уровню), а также сравнительно умеренному объему.

Чтобы учебник, вышедший на этот рынок в 2005 г., имел шансы на признание, он должен быть еще проще и доступнее, чем аналогичный учебник Мэнкью, а также в полной мере использовать возможности, пре Lopus, Paringer (2011). В "International Handbook on Teaching and Learning Economics" их работа помещена под названием "The Principles of Economics Textbook: Content Coverage and Usage".

Самуэльсон, автор учебника, по отношению к которому остальные, по мнению Дж. Стиглица (Stiglitz, 1988), являются клонами, а также сам Стиглиц и Кругман. Оба и сейчас читают лекции студентам-первокурсникам.

Что и сделал Дж. Стиглиц в 1988 г. См. там же.

Сейчас у них появился третий соавтор - С. Флинн (Stean M. Flinn), а начинал К. Макконнелл один в 1975 г.

Первое издание вышло в 1998 г., через четверть века после публикации "Экономикс" Макконнелла, шестое - в 2012 г.

стр. доставляемые современными техническими средствами. И действительно, как и основной учебник Кругмана и Веллс "Economics", его укороченные версии - "Essentials of Economics", в том числе переведенная на русский язык, написаны предельно просто по применяемому инструментарию.

Например, описание мультипликатора дается без упоминания геометрической прогрессии11, не говоря уже о модели "кейнсианского креста", которую ранее опустил и Мэнкью. Отсутствуют и денежные мультипликаторы12. Более того, в нем нет ни уравнений спроса и предложения, ни тем более систем этих уравнений. Обе кривые спроса и предложения - строятся исключительно по точкам, координаты которых приводятся в соседних таблицах. Точно так же, "по точкам", иллюстрируются сдвиги этих кривых. Иными словами, вся алгебра заменяется арифметикой, хотя это неизбежно ведет к увеличению объема учебника на десятки страниц. По-видимому, авторы хорошо знают уровень математической подготовки большинства своих соотечественников и стараются приспособиться к нему. Вопрос в том, насколько актуален их опыт минимизации математического аппарата для российских преподавателей13.

Смена парадигмы: от "образования" к "преподаванию и обучению" Предисловие "От Пола" заканчивается словами, которые заслуживают особого внимания:

"Я начинал свою работу с допущения, что читатели изначально не имеют причин заботиться о том, что я пишу, - это моя сфера ответственности... Поэтому, начав изучение очередной темы, задумайтесь - увлекает ли она вас, и если нет - пропустите ее. Однако я ставлю своей целью полное разъяснение концепций, я должен задуматься о возможном недопонимании чего-то и постараться предотвратить его, и самое главное, мне следует быть благоразумным в выборе содержания и подаче текста - нельзя "заваливать" мыслями и проблемами читателя" (С. 14, курсив мой. - Л. Г.).

Нетрудно заметить, что Кругман обращается здесь не к читателю вообще, а к обучающемуся. При этом он отнюдь не настаивает на необходимости изучать все главы и к тому же в порядке, заданном авторами. Самое важное в приведенном отрывке - четкое отделение сферы ответственности обучающегося от того, чем занимается преподаватель.

За этим разделением скрывается весьма радикальная смена парадигмы образования в мировом сообществе, пока остающаяся вне внимания большей части российских преподавателей. На смену пониманию образования как education с ведущей ролью учителя, преподавателя14 с 1990-х годов идет его разделение на две "С математической точки зрения выражение 1 + x + x2 + x3 +... в котором значения x находятся в диапазоне от до 1, можно представить как 1/(1 - x)" (С. 700).

Скорее всего, в 2005 - 2007 гг. в их описании в учебнике для американских студентов не было необходимости, поскольку ФРС тогда не использовала в качестве инструментов монетарной политики ни изменение нормы резервирования, ни изменение учетной ставки, ограничиваясь в основном операциями на открытом рынке.

В России системы уравнений изучаются в средних классах школы, в старших к ним добавляется изучение производной и ее использование для анализа функций (то есть для анализа связей предельных величин), а экзамен по математике является одним из двух обязательных (наряду с русским языком) для всех выпускников.

Латинский корень duc нетрудно заметить в таком слове, как кондуктор - ведущий, в определенном смысле главенствующий по отношению к ведомым.

стр. взаимосвязанные, но весьма различающиеся части - teaching и learning, что нашло отражение, в частности, в экономическом образовании. Об этом свидетельствует название недавно изданного справочника: International Handbook on Teaching and Learning Economics. Причем первостепенное значение имеет вторая составляющая - learning. Если раньше образование понималось в основном как teaching, то теперь оно понимается преимущественно как learning15.

Наиболее явно изменение понимания образования и его роли в мировой экономике нашло отражение в докладе, подготовленном в 1990-х годах в рамках ЮНЕСКО большой группой крупных специалистов по образованию из многих стран под руководством Ж.

Делора. На английском языке этот доклад называется "Learning: The Treasure Within" (ЮНЕСКО, 1996). Русский перевод назван "Образование: сокрытое сокровище", что искажает смысл и названия доклада, и его содержания, в котором предлагается образовательный процесс ориентировать на четыре способности (компетенции) обучающихся: learning to be, learning to live together, learning to know, learning to do (учиться быть, учиться жить вместе, учиться познавать и учиться делать).

Это изменение отражает глобальный переход в мире технологий. Индустриальное общество начиналось с технологической революции в образовании, совершенной около четырех веков назад. Технология "класс-урок-предмет" готовила обучающихся к выполнению роли "винтика" в обществе, основанном на механике, разнообразных машинах, приучала к точному соблюдению правил, инструкций вне зависимости от степени понимания причин их появления ("Не влезай - убьет", "Не стой под стрелой").

Индустриальное общество - это общество с постоянно растущим разнообразием вещей, окружающих людей и ими же производимых, делающих жизнь более обеспеченной, но часто и более опасной. Человеку в мире вещей надо и самому уметь быть вещью, точнее, играть роль вещи ("винтика", одного из многих таких же "винтиков") на производстве (например, на сборочном конвейере)16. Для этого нужна дисциплина, в том числе и самодисциплина. Уважение каждого человека к писаным правилам (стандартам, инструкциям) - это средство самосохранения общества, находящегося на индустриальной фазе развития. Одна из важнейших гуманистических задач школы в таком обществе состояла в том, чтобы привить вступающим во взрослую жизнь умение "быть вещью" среди вещей.

Но индустриальное общество уходит в прошлое. От человека теперь в меньшей степени требуется простая исполнительность даже в сфере производства материальных благ, не говоря уже о сфере услуг, где умение общаться, находить общий язык с самыми разными людьми - "вещь" совершенно необходимая.

Сейчас мир в целом переходит от индустриального к "информационному" типу общества.

Оно начинается с новых педагогических технологий, которые в центр процесса ставят обучающегося. Революция в педагогических технологиях в мире в целом, по сути дела, уже началась, если иметь в виду средства подачи нового материала (от "черной доски + мела + учебников" к нетбукам и сетям) и организации его освоения в индивидуальном и групповом форматах.

Количественную оценку преобладания learning над teaching можно получить, сравнивая результаты интернет поисковиков. В июле 2012 г. в Google соотношение в пользу learning превышало два к одному (1,17 млрд. против 479 млн. адресов).

Оставаясь человеком (творцом, точнее, сотворцом) как минимум в домашней, семейной жизни.

стр. Авторы "Основ Экономикс" строго ориентированы на индивидуальный формат работы с их учебником, но делают все от них зависящее для такой организации образовательной среды, чтобы обучающийся и захотел, и смог освоить все новое, что ему предлагается.

Каждая глава представляет собой жестко структурированный комплект образовательных благ, включающий наряду с основным текстом блоки "Что вы изучите в данной главе", "Экономикс в действии" (кейсы), "Как это работает", "Для любознательных умов", "Ловушка", "Забегая вперед", "Экспресс-обзор", "Выводы", "Основные понятия", "Проверьте ваше понимание пройденного материала", "Задания для самостоятельной работы".

Особое внимание стоит обратить на блоки "Проверьте ваше понимание пройденного материала". Они, как и "Экспресс-обзоры", даются не в конце главы, а сразу после очередной "порции" нового материала. При этом обучающемуся предоставляется возможность сверить свои ответы с теми, которые есть у авторов. О значимости этих блоков можно судить по тому, что ответы, помещенные в конце учебника, занимают почти 50 страниц убористого текста. По этим страницам можно визуально оценить долю количественных заданий "на понимание". Их явно меньше половины.

Содержательные новации В учебнике Кругмана можно отметить несколько новаций, заслуживающих внимания российских преподавателей. Частично эти новации продолжают начатые Мэнкью в 1998 г.

в учебнике "Принципы экономикс".



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.