авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

«Оглавление Как уменьшить силовое давление на бизнес в России? Автор: А. Яковлев........................................... 1 Доверие к полиции: межстрановой анализ Автор: В. Гимпельсон, Г. ...»

-- [ Страница 6 ] --

От ремесла к институту: эволюция бухгалтерского учета в Италии от Заглавие статьи Средневековья до Нового времени Автор(ы) О. Волкова Источник Вопросы экономики, № 11, Ноябрь 2012, C. 135- ИСТОРИЯ НАУКИ И ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 60.4 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи От ремесла к институту: эволюция бухгалтерского учета в Италии от Средневековья до Нового времени Автор: О. Волкова В статье рассматривается система бухгалтерского учета средневековой Италии, этапы ее формирования - от простой техники регистрации торговых операций до социально экономического института. В работе использованы методы институционального анализа и исторических исследований. Показано, что институционализация учетной деятельности завершилась к XIV в., когда учет превратился в систему технических правил и стандартов, учебную дисциплину и область профессиональной деятельности. Выявлены взаимосвязи этого процесса с развитием бизнес-среды XII-XVI вв., с учетом факторов политического, социально-экономического и общекультурного характера, выделены этапы институционализции.

Ключевые слова: бухгалтерский учет, социально-экономический институт, экономическая история, история бухгалтерского учета.

JEL: B11, B15, B52, D02, M41.

В последние два десятилетия, с появлением и развитием новых методов в исторических, социологических и экономических науках вырос интерес к становлению бухгалтерского учета в целом и отдельных учетных школ и направлений (например, Parker, 1997;

Zan, 2005;

Thornton et al., 2005;

Gomes et al., 2011). Интерес этот вызван ролью учета в современном финансовом мире, возрастающими потребностями участников финансовых и хозяйственных практик в информационном обмене как в смысле количества информации, так и в смысле увеличения числа задач, решаемых с использованием результатов обработки учетных данных. Эти результаты применяются не только для контроля экономической эффективности, но и для управления качеством, определения удовлетворенности персонала и потребителей. Возросший интерес к теме связан и с общими тенденциями междисциплинарности в развитии социального и гуманитарного знания, философских основ истории, политики, права, когда наиболее значимые научные результаты достигаются на стыке этих дисциплин и экономики.

Несмотря на обилие отечественных публикаций по техническим и методическим аспектам учета (например, публикации в научных журналах "Бухгалтерский учет", "Международный бухгалтерский учет"), работ по его институциональным аспектам, к сожалению, пока мало. Кроме того, большинство исследований в области истории учета посвящено развитию учетных методов и техник, а не путей взаимодействия учетных теорий с другими отраслями экономического Волкова Ольга Николаевна (volkova@hse.spb.ru), к. ф.-м. н., проф. кафедры финансовых рынков и финансового менеджмента НИУ ВШЭ (Санкт-Петербург).

стр. и управленческого знания. Мы ставим перед собой цель заполнить этот пробел, хотя бы частично.

Статья состоит из пяти разделов. Первый раздел включает описание задач, используемых в работе методологии и информационной базы. Разделы со второго по четвертый построены в соответствии с содержательно-хронологическим порядком формирования структуры института учета: сначала технологии, затем знания, позже - профессии. В пятом разделе раскрываются причины того, почему это случилось именно в Италии и именно в рассматриваемый период, какие особенности других социальных институтов повлияли на развитие учета и его распространение в другие страны. В заключение приведены основные выводы исследования.

I. Задачи и методология исследования Цель данной работы - проанализировать с институциональной точки зрения формирование и эволюцию бухгалтерского учета (методологии и практики) в Италии XII XVI вв., а также проследить его взаимосвязь с развитием бизнес-среды. При рассмотрении эволюции бухгалтерского учета возникает множество вопросов, в частности:

- какие изменения в социально-экономических практиках и системах знаний европейцев (особенно жителей Италии) X-XI вв. способствовали институционализации учета;

- какими были результаты этих изменений в информационных системах, стратегиях и практиках итальянцев и в каких формах произошла их институционализация;

- почему внедрение учетных практик в бизнес было столь успешным именно в Италии;

- как практика ведения учета и становление учета как системы знаний влияли друг на друга. (В данном случае мы сознательно используем термин "знание", а не "теория", для обозначения компонентов учетной деятельности, не относящихся непосредственно к ведению учета, поскольку теории в современном понимании этого слова, как и науки в целом, в рассматриваемый период не существовало. Однако методики, способы и приемы активно разрабатывались и использовались, информация о них передавалась от одного лица к другому, тем самым формируя учетное знание.);

- развивался ли институт учета независимо или в связи с другими социальными и экономическими институтами;

- почему в период развития учета в XIII-XIV вв. не было значимых "именных" работ, а начиная с середины XV в. наблюдается настоящий всплеск индивидуальных публикаций.

В работе мы понимаем институционализацию в духе работ Д. Норта (1997) - как процесс закрепления внешней нормы в общественной практике: в реальном поведении людей и в юридическом пространстве. В данной статье рассматривается становление учета как института с начала до середины 2 тысячелетия и. э. В течение этого периода учет из ремесленной технологии регистрации фактов хозяйственной жизни превратился стр. в систему правил и стандартов информационного обеспечения бизнеса, социальную и административно-управленческую практику, профессию.

Междисциплинарный характер исследования обусловливает своеобразие используемой методологии. Для анализа становления и развития института учета применен синтез методов социальных, исторических и экономических наук. При проведении исследования, помимо общенаучных методов, использованы методы институционального, структурно функционального и типологического анализа, исторического исследования (хронологический, синхронный, ретроспективный, метод актуализации).

Источниками информации о средневековых учетных практиках Италии послужили сохранившиеся итальянские письменные источники учетной информации, которые датируются Средними веками и эпохой раннего Возрождения. Большинство из них касаются торговых операций, осуществленных в Генуе, Флоренции, Милане и Венеции.

Первые сохранившиеся письменные свидетельства относятся к периоду 1156 - 1164 гг. и представляют собой расчеты вложенного капитала, финансового результата и его распределения между двумя бизнес-партнерами - финансовым инвестором и путешествующим торговцем из Генуи. Самый ранний именной манускрипт - цифровые заметки на трех листах, принадлежащие генуэзскому нотариусу Джованни Скрибо, датируется 1157 г. (Косарева, 2006).

Наиболее ранними источниками сведений об управлении финансовым капиталом служат журналы операций банков во Флоренции (1211 г.) и Сиене (1281 г.);

к концу XIII - началу XIV в. относится формирование архивов финансовых данных крупных торговых компаний Перуцци, Альберти, дель Бене, Датини, Уццано, Соранцо, охватывающие период с 1286 по 1434 г. (Вгуег, 1993. Р. 116;

Lee, 1973. Р. 137;

Рутенбург, 1965;

1987. С.

161-163;

Косарева, 2006;

Гурская, 2010. С. 50-53). Финансовых архивов итальянских торгово-банкирских домов более позднего периода сохранилось значительно больше, что создает широкое поле для их изучения историками (например, Roover de, 1963).

Учетную деятельность в Северной Италии вели не только частные компании, но и органы государственного управления. Первый опыт регулирования учета был предпринят в самом начале XIII в. Миланской коммуной, а Генуэзская коммуна с 1340 г. вела счета методом двойной записи (Косарева, 2006). Во Флоренции в XIII в. была разработана сложная и часто реформируемая система налогообложения, основанная на регистрации имущества и других активов граждан и профессиональных цехов коммуны (Рутенбург, 1987. С. 163).

Учетные записи вели и католические ордена, однако применяемые ими методы были значительно проще, чем у специалистов по торговле или налогам (Соколов, Соколов, 2004. С. 36-37;

Ле Гофф, 2010. С. 174-175).

П. Институционализация технологии: предпосылки и факторы Для ответов на вопросы, что привело к институционализации учетных практик и как этот процесс повлиял на другие социальные и экономические практики и институты, необходимо выделить три аспекта развития итальянского общества позднего Средневековья и знаний о нем.

Социально-экономический контекст итальянского торгового капитализма рассматривали многие исследователи. Доминирует точка зрения, что начавшаяся в Северной Италии примерно в X в. коммерческая революция была одновременно и социальной революцией, в ходе стр. которой владение землей и права управления в городах трансформировались в коммерческий капитал и коммерческую власть 1.

Термин "коммерческая революция" ввел Р. Лопес (Lopez, 1976. Р. 126) для периода 950 1350 гг., когда торговля с удаленными агентами - сначала в пределах Средиземноморья, затем и дальше - стала фактором экономического прогресса и, как следствие, значительных социальных изменений. По силе воздействия на все аспекты экономической активности и социальных практик Лопес сравнивает этот период с Промышленной революцией, создавшей современную социально-экономическую реальность.

В отличие от более раннего времени, когда активы вкладывались в личный или семейный бизнес, в конце I тысячелетия средства начали терять свою индивидуальность и появились финансовые пулы, состоящие из активов, принадлежащих группе лиц. Средства пула использовались на различные, не зависящие друг от друга предприятия или проекты (например, торговые экспедиции, кредиты королевским домам)2. Такой переход - от характерного для Римской империи личного управления индивидуальными богатствами к управлению капиталами семейных кланов в интересах всех их членов - означал процесс социализации капитала. Эффект социализации усилился благодаря заморской торговле в прибрежных городах, прежде всего Венеции и Генуе, и производственной специализации городских коммун3.

Встречающееся в работах по истории экономики позднего средневековья (например, Cipolla, 1981) выражение "социальный капитал" не соответствует современному значению этого термина как системы связей и норм, определяющих возможности социального взаимодействия в обществе. В дальнейшем мы будем использовать термин "социализация капитала" исключительно в экономическом смысле.

К началу II тысячелетия клановые капиталы окончательно трансформировались в капиталы групп независимых инвесторов, мерилом эффективности управления которыми стал показатель возврата на капитал (Маркс, 2011). Потребность в его постоянном исчислении породила особую технику ведения записей хозяйственных операций, которая позволяла всем партнерам и вкладчикам отслеживать внесенные ими средства, направления и результат их использования. Бухгалтерский учет и особенно двойная запись, давая инструменты для принятия решений о распределении капитала и контроле эффективности управления им, отражали дух капитализма (Yamey, 1964. Р. 117;

Зомбарт, 2005. Т. 1. С. 171-172).

Почему это произошло именно в Северной Италии и именно на рубеже I и II тысячелетий, Р. Брайер (Вгуег, 1993. Р. 116 - 120) и А. Грейф (Greif, 2006. Р. 23-24) объясняют преобразованиями после заката Римской империи.

К. Цыганков (2012) считает, что капитализм и двойная бухгалтерия зародились в Древнем Риме, а в средневековой Италии эти системы лишь возродились.

Следует отметить, что еще в Древнем Риме закон признавал партнерские контракты, в которых объединялись капиталы, участие и риски нескольких лиц. Впрочем, такие контракты не имели широкого распространения, а их участниками были лишь богатейшие граждане Рима.

Специализация коммун на отдельных видах производства произошла в XII в.: Милан славился ткачеством и оружейным делом, Лука и Флоренция - производством шелковых тканей и тонкого сукна, Венеция поставляла на внешний рынок изделия из стекла, бархат, парчу, выделанные кожи, меха, холсты, добытую в лагуне соль. В приморских городах - Венеции, Генуе, Пизе - вместе с развитием трансконтинентальной торговли значительные масштабы приобрело судостроение.

стр. Социокультурный контекст. Впервые вопрос о культурных предпосылках возникновения и развития учета (особенно двойной записи) был затронут А. Литтлтоном (Littleton A.

"Accounting Evolution to 1900"), в фундаментальном труде по истории бухгалтерского учета, вышедшем в 1933 г. Но Литтлтон лишь констатировал, что на развитие учета повлияло развитие письменности, арифметики, денежных систем, прав собственности, а также крестовые походы, породившие европейский спрос на заморские товары (см.:

Вгуег, 1993. P. 126)4. Более детально социокультурный контекст был рассмотрен позднее (например, Hoskin, Macve, 1986;

Thornton et al., 2005).

На наш взгляд, выделенные в более поздних работах факторы следует разделить на две группы: культурно-технологические, то есть как новые технологии внедрялись в практику;

и трансляционные, позволявшие расширить и упростить распространение информации.

1. Культурно-технологические факторы были связаны со следующими изменениями в начале II тысячелетия (Hoskin, Macve, 1986):

- распространение в Европе десятичной арабской нумерации, гораздо более удобной для финансовых расчетов и контроля, чем римская;

- развитие визуальных (в отличие от господствовавших в античные времена и раннем Средневековье аудиальных) форм представления информации - разделение слов и предложений, структурирование текста на рубрики и параграфы, табуляция в текстах, упорядочение и систематизация информации в алфавитном порядке, возникновение перекрестных ссылок и вторичных документов (например, бухгалтерских журналов и комментариев к текстам);

- использование национального языка в письме как для бытовых целей, так и при создании текстов, предназначенных для распространения (в научных трактатах и художественных произведениях).

Все эти изменения не относятся исключительно к Италии. Аналогичные процессы шли и в других европейских странах. Так, сторонниками и популяризаторами арабского счисления были авторитетные среди своих современников Герберт Аврилакский, Томас Беккет, Леонардо Пизано5.

2. Трансляционные факторы - система образования, создание и тиражирование литературы (в том числе учебной), - напротив, возникли в Италии раньше, чем в других странах Европы.

В отличие от экономических и культурно-технологических аспектов развития средневекового общества, роли трансляционных технологий в формировании и взаимовлиянии социально-экономических институтов в научной литературе стали уделять внимание лишь в конце XX в. Знаковой стала работа К. Хоскина и Р. Макве (Hoskin, По мнению Р. Лопеса (Lopez, 1976. Р. 65), именно торговый капитал, набиравший силу в Европе, особенно в приморских городах, породил волну военных походов в Малую Азию. Итальянские города задолго до первого крестового похода 1099 г. вели интенсивную торговлю с городами Восточного Средиземноморья и даже имели в их портах некоторые привилегии. Истина, вероятно, лежит где-то посередине: эти процессы взаимосвязанные и взаимовлияющие.

Gerbert d'Aurillac, ок. 946 - 1003;

Thomas Becket, 1118 - 1170;

Leonardo Pisano (Fibonacci), ок. 1170 - ок. 1250.

стр. Macve, 1986), которые предложили рассматривать учетные технологии контроля, оценки и использования данных в качестве инструмента власти, в духе философии М. Фуко. Эта идея послужила толчком для дальнейших исследований влияния учета на культурные институты и различные области экономической и социальной активности.

Мы рассмотрим обратное влияние - культурных институтов и технологий, в первую очередь образовательных, на формирование технологий и институтов учета. Развитие образования - от начального до университетского - в первой половине II тысячелетия стало одним из важнейших факторов возникновения, а позднее - институционализации учета. Широкое развитие школьного и профессионального образования в городах Италии того времени обеспечивало распространение счетных технологий, а влияние системы университетского образования на экономические практики в начальный период институционализации учета выражалось преимущественно в распространении идей оценки.

Так, по свидетельству Д. Виллани (1997), во Флоренции доступ к начальному образованию имели дети практически всех горожан, которых готовили к будущей практической деятельности. Эту функцию успешно выполняли школы "абака", которые появились в городах Тосканы в XIII в. и где помимо обучения счету на абаке детей приобщали к занятиям торговлей. После изучения основных предметов (чтение, письмо, арифметика) мальчиков отправляли на практику в контору какой-нибудь компании, чтобы закрепить теоретические знания.

Итальянские университеты ставили целью обучение правовым дисциплинам (Болонский, Сиенский, Падуанский университеты) и подготовку администраторов (Неаполитанский университет). Это отличало их от французских и английских университетов, образованных изначально как школы богословия. Так, изучавший право в Болонском и Парижском университетах Томас Беккет по возвращении на родину, в Англию, начинал карьеру в качестве клерка-бухгалтера, а позднее стал виднейшим светским и церковным деятелем своего времени.

Функционирование и информационное обеспечение бизнеса уже в XII-XV вв.

поддерживалось постоянными контрольными процедурами регистрации и оценки активов, обязательств и операций, расчета финансовых результатов и долей участников.

Реализованные в системе образования всех уровней технологии постоянного контроля и оценки как нельзя лучше соответствовали требованиям развивающегося социального капитала, поскольку готовили учащихся к использованию этих технологий в практической деятельности.

К сожалению, несмотря на широкое применение в XII-XIII вв. новых технологий представления и передачи информации, до наших дней дошло лишь незначительное количество источников сведений относительно технологий бизнеса (и, в частности, учета) того времени и об их создателях. Объяснить этот факт можно тем, что в католическом мире деятельность, связанная с извлечением выгоды, в первой трети тысячелетия не считалась почетной, не приносила индивидуальной славы, а технологии сохранения знания еще не получили широкого развития.

Политический контекст. Влияние политических факторов на институционализацию учетной деятельности в научной литературе почти не рассматривалось. Вместе с тем политическое устройство Северной Италии в данный период было весьма специфическим, и это, на наш взгляд, можно считать предпосылкой институционализации учета.

стр. Личная свобода граждан и отсутствие финансовой повинности суверену сформировали в Северной Италии беспрецедентные для Европы первой трети II тысячелетия бизнес возможности. Это выразилось в формировании социального капитала.

Северная Италия, в отличие от большинства других регионов Европы, до середины XIX в.

не входила ни в одно монархическое государство. Еще в VIII-IX вв. на территории древнеримских поселений сформировались города как центры ремесла и торговли Милан, Венеция, Генуя, Болонья, Пиза, Лука, немного позднее - Флоренция, Падуя, Сиена. В XI-XII вв. в городах образовались коммуны, возглавляемые выборными руководителями и коллегиальными органами. К концу этого периода коммуны с консульским правлением сложились во многих городах Северной и Центральной Италии, а к XIII в. - и в сельской местности. Во многом благодаря экономической независимости и республиканскому правлению коммуны стали центрами сначала производства и товарно денежного обмена, а к XIII в. - и финансовых операций. Господствовавший в бизнес-среде североитальянских коммун дух наживы и тот факт, что их жители не были подданными ни одного государя, упрощали экономическую экспансию капитала не только за пределы своих коммун, но и в другие государства. Уже к началу XIV в. флорентийские торгово банкирские дома финансировали не только торговые операции, но и королей, королевства и войны по всему континенту;

финансовый капитал был настолько мощным, что Флоренцию стали называть "кошельком Европы".

Важную роль в процессах социализации капитала и, как следствие, институционализации учета играют особенности построения гражданского общества в городах Северной Италии в средние века. При проведении внутренних и внешнеторговых сделок не подчиняющиеся монархам торговцы и финансисты - граждане коммун - находились под влиянием и контролем профессиональных гильдий.

Принимавшие активное участие в городском управлении гильдии начали образовываться в городах в XI-XII вв. по мере углубления специализации производителей. В связи с этим важно выделить роль гильдий как институтов контроля и гарантов соблюдения членами профессиональных сообществ "правил игры" в основной деятельности (производстве и торговле с внешними контрагентами), расчетах с властями (налогообложение) и отношениях внутри сообщества. Это было особенно важно в условиях географической и временной распределенности операций.

Будучи по форме профессиональными объединениями, по сути гильдии были не только элементами гражданского общества, но и частью системы политического и государственного управления. Гильдии устанавливали правила и технологии контроля, следили за их соблюдением, что делало необходимым использование учетных технологий членами этих сообществ.

III. Институционализация учетного знания: закрепление учетных практик и норм Возникновение учетных технологий как начало институционализации учета.

Рассмотренные факторы создали благоприятную среду для институционализации практики бухгалтерского учета. В эволюции учетной деятельности прослеживаются характерные для большинства процессов институционализации этапы:

стр. - возникновение потребности, удовлетворение которой требует определенных организованных действий. В данном случае у предпринимателей появилась потребность фиксировать и хранить информацию, чтобы иметь возможность контролировать и осуществлять взаиморасчеты;

- формирование общих целей группы лиц, то есть обеспечение финансовой результативности (прибыльности, расширения рынков и т.п.) осуществляемых группами независимых инвесторов коммерческих операций при одновременном экономически обоснованном распределении полученных прибылей или убытков между участниками.

Начавшись вместе с коммерческой революцией в X в., эти два этапа институционализации учета завершились уже к XII в.

Следующий этап начался на рубеже XII-XIII вв. и получил особенно широкое развитие в XV в. В этот период началась публикация рекомендаций, описывающих лучшую, по мнению их авторов, практику, - трактатов, книг. Параллельно с развитием техники учета капитала и операций развивался сам бизнес.

От простой регистрации к двойной записи. Первоначально потребность в исчислении финансового результата удовлетворялась простой записью хозяйственных операций. Все ранние источники сведений об управлении торговым и финансовым капиталом содержат лишь простые записи счетов дебиторов и обязательств товарищества перед его членами.

Скорее всего двойная запись как основной метод бухгалтерского учета не была изобретена, а возникла постепенно, по мере роста информационных потребностей торгового капитала. Первые свидетельства использования персональных счетов и двойной записи в торговых партнерствах "Rinieri Fini & Brothers" и "Giovanni Farolfi & Co" относятся к периоду 1296 - 1314 гг. (Lee, 1977. P. 77-95).

Но переоценивать роль двойной записи в институционализации учета не следует. Этот метод не был и не является обязательным компонентом учетной деятельности. Хотя записи всех доступных исследователям итальянских архивов учетных данных до середины XV в. содержат документы, свидетельствующие об использовании двойной записи, во многих документах, даже в пределах каждого конкретного архива, простая запись сохранялась еще очень долгое время, а идея периодического закрытия счетов и составления отчетности за период не применялась в регулярной практике вплоть до XVII в.

История развития двойной записи изучена давно и достаточно глубоко. Основные публикации относятся ко второй половине XX в. (Roover de, 1955;

Yamey, 1964;

Winjum, 1970;

Соколов, 1996), хотя встречаются и более ранние работы (Littleton A. "Accounting Evolution to 1900", 1933). Вплоть до 1980-х годов большинство авторов прямо отождествляли этот метод с "настоящим" бухгалтерским учетом, относя все отличающиеся от двойной записи техники и практики к рудиментарным системам. Лишь когда в научной литературе учет стали обсуждать в культурном, властном, информационном (например, Hoskin, Macve, 1986) или социальном дискурсе (Вгуег, 1993), роль двойной записи перестали абсолютизировать.

Вместе с тем возникшая из потребности отразить персональные вклады, обязательства и права отдельных участников торговых товариществ двойная запись оказалась удобным инструментом принятия стр. текущих и стратегических управленческих решений. Удобство метода, не будучи ни причиной, ни необходимым условием институционализации, безусловно, способствовало как широкому практическому распространению технологии двойной записи по всей Северной Италии и в дальнейшем - по Европе, превращению учетной практики в социально-экономический институт, так и последующей институционализации профессий, связанных с учетной деятельностью.

Нельзя недооценивать роль двойной записи и в формировании отношений в бизнес сообществе: информационная открытость6 и объективность расчета личной доли каждого сплачивала капитал и участников товариществ, способствуя не только его финансовому росту, но и географической экспансии.

Текстуализация учетного знания. В эпоху торгового капитализма учетное знание и нормы возникали в результате взаимодействия математики и торговли - информационных полей и практик, которые в современном мире почти не пересекаются.

Работа "Liber Abaci" Л. Пизано (1202 г.) стала первой в ряду нормативно-методических работ, описывающих "лучшие практики". Работа носила, выражаясь современной терминологией, математический характер и содержала все известные к тому времени сведения об алгебраических и геометрических операциях. Однако это был не только фундаментально-научный труд, но и прикладной. Одной из целей книги было описать методологию и инструментарий торговых и банковских операций. Несколько глав трактата были посвящены коммерческим расчетам с использованием десятичного измерения. Пизано впервые в европейской науке ввел понятие отрицательных чисел. Идея эта была столь революционной для своего времени, что потребовала особой интерпретации для пользователей. Пизано трактует отрицательные числа как долг, в противовес положительным числам - аналогу активов, то есть в контексте финансового управления активами и обязательствами.

В последующие полтора века, несмотря на широкое развитие практик торговли и кредитования, нормативно-методические работы об учетных практиках не появились. К началу XIV в. потребность в систематизации практик бизнеса, ведения торгово финансовых операций и учетных технологий привела к созданию получивших массовое распространение трактатов и учебников. Дети горожан Флоренции учились по трактату Джованни да Уццано "Книга о торговле и обычаях других стран" (Ролова, 1994) и написанному около 1340 г. учебнику "Практика торговли" ("Practica della mercatura") флорентийского купца, представителя знаменитого банка Барди Франческо ди Пеголотти.

Эти книги содержали информацию о ведении торговых записей.

Период бурного развития торгового капитализма в XIII-XIV вв. сменился стагнацией.

Некоторые исследователи (Previts at al., 2010. P. 92) объясняют это экономической ситуацией в Италии тех лет - длитель Проблема информационной открытости и технологий раскрытия информации в финансовой отчетности остается в числе наиболее дискутируемых и разрабатываемых в мировом финансово-учетном научном сообществе в последнее десятилетие. Проблемы соблюдения прав миноритариев, гарантий достоверности финансовой информации, признаков надвигающегося краха бизнеса в начале XXI в. снова актуальны, как и тысячу лет назад.

стр. ной рецессией в экономике и падением значения внутренней торговли в связи с бурным развитием колоний и заокеанской торговли. Причиной экономических трудностей были политические потрясения и эпидемии. Войны, сотрясавшие Европу в XIII-XVI вв., требовали финансирования.

Столетняя война с Францией, которую в 1337 г. начал король Англии Эдуард III, а также многочисленные войны королей Неаполя финансировались в значительной мере флорентийскими торгово-банкирскими домами Барди, Перуцци, Аччиоли, позднее Медичи. Венеция выступала финансовым посредником в операциях между Францией и Папским престолом, организовывала и поддерживала финансовые спекуляции по всей Европе и Ближнему Востоку. Королевские дефолты и последовавшие за ними банкротства крупнейших кредиторов, начавшись еще в 1330-е годы, привели к финансовому кризису середины 1340-х годов, когда финансовая система Европы рухнула. Коллапсу способствовали депопуляция Западной Европы вследствие неурожаев и голода 1314 1317, 1328 - 1329 и 1338 - 1339 гг., а также эпидемии чумы 1348 г. и более поздние. После них население Италии, особенно городское, заметно уменьшилось (Hunt, 1994;

Gallagher, 1995;

Russell, 1962. P. 93 - 135). Население Флоренции, которое перед эпидемией чумы 1348 г. составляло около 100 тыс. человек, в последующие несколько лет уменьшилось вдвое, а возможно и втрое7.

Экономический кризис продолжался более столетия. К 1350 г. из 80 флорентийских банков, занимавшихся в 1338 г. валютными операциями, осталось лишь 57, а к 1460 г. 33. По свидетельству хроникеров, во Флоренции в 1490 г. офисы в здании Гильдии банкиров и менял пустовали, а к 1520 г. осталось лишь семь действующих торгово банкирских домов. Такая ситуация была характерна не только для Флоренции, но и для всей Европы (Roover de, 1963. P. 16 - 17). Причиной уменьшения числа финансовых институтов в XV в. стала не концентрация отрасли, а общий спад экономической активности в Европе, обусловленный Итальянскими войнами 1494-1559 гг.

Хотя XIV-XV вв. были экономически трудным временем, этот период стал началом эпохи Возрождения в культуре и успешного распространения бухгалтерского учета по всей Италии. Двойная запись уверенно вошла в теорию и практику учетной деятельности.

Первыми авторскими работами, описывающими принципы двойной записи, до недавнего времени считались трактаты "О торговле и совершенном купце" ("Delia mercatura e del mercante perfetto") и "Книга об искусстве торговли" ("Libro de l'Arte de la Mercatura") неаполитанца, уроженца итальянской Рагузы (ныне г. Дубровник) Бенедетто Котрульи 8, написанные в 1458 г. и представлявшие венецианский вариант системы учетных записей (Yamey, 1994). Сохранилось несколько рукописных экземпляров этих работ, самый ранний относится к 1475 г. Сравнительно недавно был найден и изучен еще более ранний манускрипт, названный "La Riegola de Libro", датированный 1439 г. Это конспект лекций, в котором были представлены элементы торгового, налогового и производственного учета, раскрытые более или менее полно, а также вопросы торговли государственными ценными бумагами и процентов по ним, сдачи в наем домов, продажи по векселям и морского страхования9.

Все эти работы найдены и введены в историографический оборот сравнительно недавно, а с XIX в. наиболее широкую известность получил трактат фран Florentine Renaissance Resources, Online Tratte of Office Holders, 1282 - 1532. Machine Readable Data File / D.

Herlihy, R. B. Litchfield, A. Molho, R. Barducci (eds.). www.stg.brown.edu/projects/tratte/historicalOverview.html.

Benedetto Cotrugli или Benedikt "Beno" KotruljeviC, 1416 - 1469.

История открытия и изучения этих рукописей, а затем и печатных экземпляров, весьма интересна и содержит множество драматических моментов (например: Rewriting the History of Accounting? Press Release. 1998.

home.kpn.nl/annejvanderhelm/cotrugli.html;

Postma, Helm van der, 2000;

Косарева, 2007).

стр. цисканского монаха Луки Пачоли10 "Summa de arithmetica, geometria, proportioni et proportionalita". Часть "Трактат о счетах и записях" посвящена ведению бухгалтерских книг, правилам учетных записей, принципам регистрации фактов хозяйственной жизни и даже вопросам профессиональной этики11.

Сам факт столь систематического изложения правил в работах XIV в. означал, что к моменту, когда Пачоли, Котрульи и автор "La Riegola de Libro" опубликовали свои труды, эти правила уже сложились. Авторы трактатов лишь удачно структурировали систему знаний и навыков, чтобы ее можно было легко понимать и использовать.

Протонаучный этап институционализации учета. Всплеск интеллектуальной активности в области учета, непосредственно последовавший за выходом "Трактата о счетах и записях", необходимо рассматривать как следующий этап институционализации учетного знания - протонаучный12.

На этом этапе система методов отражения хозяйственных операций преобразовалась в систему взглядов на природу самого учета. Он перестал быть частью торговых или математических методик и практик, а превратился в самостоятельное знание. Уже к середине XVI в. в Северной Италии сформировалось несколько учетных школ - в каждом крупном торговом городе были свои авторитеты, чьи интересы простирались иногда далеко за пределы чисто учетных техник, счетов и записей. Эти люди формировали новые экономические, правовые, управленческие парадигмы, создавали школы своих последователей.

Доменико Манцони13 в 1540 г. впервые классифицировал подходы к трактовке учета, выделив экономическую и юридическую концепции. Первая предполагала главенство в учете не лиц, а ценностей (экономическая концепция позже послужила базой административного права), а юридическая концепция подразумевала в качестве объектов учета отдельных лиц и их права в хозяйственных процессах (из этой трактовки вытекает хозяйственное право). Манчини относил себя к сторонникам юридической концепции.

В противовес ему флорентиец Лодовико Флори14, также классифицировавший подходы к учету на основе его целей, изначально рассматривал учет как средство раскрытия экономического положения компании (Соколов, 1996. С. 78). Идеи Флори получили развитие в работах флорентийской учетной школы. Ее основателем и ярчайшим представителем был Бастиано Вентури15, опубликовавший в 1655 г. работу "Как вести учет того, чем владеешь" ("Delia scrittura conteggiante di possessioni"). Целью Luca Pacioli, 1446-1517.

О содержании и роли работы Пачоли в дальнейшем развитии учета как технологии и профессии в научной литературе сказано достаточно много, в том числе и на русском языке, например, статьи, опубликованные в издании: Пачоли (2001). Вместе с тем необходимо подчеркнуть, что сферы деятельности и интересов Пачоли были очень разнообразны. Это позволяло ему демонстрировать, а исследователям обсуждать взаимодействие в его работах различных дискурсов - от учетно-управленческого до семиотического. Даже такие далекие (на первый взгляд) от бухгалтерского учета категории, как совершенство или этика, присутствующие в "Summa di arithmetica..." Пачоли, также были и остаются предметами дискуссий в профессиональном сообществе.

Протонаучный период, начавшись на границе XV и XVI вв., продолжался до первой половины XIX в. С появлением трудов Франческо Виллы начался научный этап в истории бухгалтерского учета.

Domenico Manzoni (годы жизни неизвестны, XVI в.).

Lodovico Flori, 1579-1647.

Bastiano Venturi (годы жизни неизвестны, XVII в.).

стр. учета он считал не обеспечение простой сохранности имущества, а эффективное управление хозяйственными процессами через распределение ответственности между менеджерами. Вентури ввел в учет элементы персоналистской теории управления на лет раньше, чем Анри Файоль (Cindea at al., 2011. P. 20). Таким образом, Вентури можно считать первым, кто выразил учетный функционал через цели управления компанией, определив тем самым современные функции управленческого учета.

Среди причин такого всплеска публикаций наиболее значимыми были не экономические и политические, а общекультурные - развитие университетов, книгопечатания, зарождение естественных наук, а также общий интеллектуальный подъем, характерный для эпохи Возрождения. Кроме того, к концу XV - началу XVI в. итальянские учетные техники и методики получили распространение в других странах - Англии, Франции, Германии, Нидерландах, Испании (Соколов, Соколов, 2004. С. 58). Генерацию учетного знания нового качества, его географическое распространение и публикация в других странах первых авторских работ по учету, безусловно, можно считать факторами институционализации учетного знания в Италии.

IV. Институционализация профессии В процессе формирования области профессиональной деятельности, связанной с учетом, можно выделить несколько этапов. Первый характеризуется созданием системы статусов и ролей всех членов института. В нашем случае речь идет о выделении среди участников торговых товариществ лиц, ответственных за ведение учетных регистров. В первый период коммерческой революции такими лицами были, как правило, финансовые партнеры, осуществлявшие свои функции в товариществах стационарно, "на берегу".

Позднее, с появлением профессиональных делопроизводителей - клерков, а затем и контролеров - аудиторов, эта деятельность была отделена от собственно коммерческой.

Впервые требования к претендентам на занятие учетной деятельностью были зафиксированы в начале XVI в. для членов Коллегии аудиторов Венеции, осуществлявших аудит расходов Дожей, а затем и органов государственного управления Венецианской республики. Чтобы занять эту должность, нужно было иметь не только соответствующее происхождение, но и солидный опыт в финансовых делах, а также сдать специальный экзамен (Zambon, 1998).

В эпоху Возрождения не только теория, но и практика применения учетных процедур в управлении предприятиями в Италии была богатой, о чем свидетельствуют архивные материалы. Хорошо сохранились, в частности, данные об организации деятельности венецианского Арсенала - организации, занимавшейся постройкой и содержанием флота города-государства. Архивные данные свидетельствуют, что с 1580 по 1679 г. самые инновационные формы и методы менеджмента - управление запасами незавершенного производства и входящих ресурсов (сырья и рабочего времени персонала, прежде всего рабочих и управляющих среднего звена) - внедрялись в Арсенале через организацию учета (Zan, 2004. Р. 146). Система учетной информации использовалась стр. и в более широком управленческом контексте: для мотивации персонала, управления контрактными обязательствами, в производственной логистике и управлении операционными процессами строительства судов.

На следующем этапе институционализации профессии, после создания правил и норм учетной деятельности, сложилась система санкций для их выполнения. Уже в работе Пачоли были изложены общие принципы профессиональной этики - честность по отношению к себе, инвесторам и контрагентам, четкое следование евангельским заповедям и профессиональным правилам. Мы полагаем, что Пачоли в своей работе не придумал, а лишь описал принятую в современном ему бизнес-сообществе практику.

"Мягкими санкциями" за несоблюдение принципа честности могли быть порицания в профессиональном сообществе и отказ от ведения дел с допустившим нарушение правил.

Позднее, с появлением в итальянских республиках органов государственного контроля (таких, как упоминавшаяся Коллегия аудиторов Венеции), санкции были кодифицированы.

Наряду с разделением ролей внутри института на первых этапах его формирования внешние факторы способствовали профессионализации деятельности по информационному обеспечению бизнеса. К таким факторам можно отнести в первую очередь экономические: расширение географических рамок торговых операций, возникновение финансового капитала, независимо от торговли реальными активами, развитие мультивалютного кредитования и другие, предъявляющие особые требования к документальному оформлению операций. Среди неэкономических факторов особо следует выделить роль такого социального фактора, как образование, массовое (начальное и профессиональное) и элитарное (индивидуальное и университетское).

Как институт накопления и трансляции знания16, первые университеты Западной Европы способствовали институционализации профессии бухгалтера, поскольку помимо традиционных для того времени схоластики и богословия предлагали своим магистрам подготовку по административным дисциплинам и праву. Престиж ученой степени способствовал созданию и поддержанию высокого статуса всех видов деятельности, которыми занимались магистры. Пройдя через фильтры всех университетских экзаменов, они находили себя в бизнесе, в государственном и церковном управлении, создавая новый тип профессиональных менеджеров.

V. Взаимодействие социально-экономических институтов в процессе их географического распространения Почему формирование и развитие института учета было столь успешным именно в Италии? Это можно объяснить уникальным сочетанием определяющих этот процесс предпосылок, факторов и институтов, которое сложилось в этой стране в первой половине II тысячелетия. Институты торговли, кредитования, государственного Обязательная для современных университетов функция создания нового знания (научных исследований) в Средневековье и раннем Ренессансе отсутствовала.

стр. управления, характерные для этого периода, определили не только формы организации капитала в Северной Италии, но и требования к его информационному обеспечению.

Как было отмечено ранее, развитие учетных техник стало ответом на процесс "социализации капитала". В свою очередь, развитие технологий учета и финансового контроля способствовало развитию и распространению характерных для рассматриваемых нами географических и временных рамок методов и форм организации и ведения бизнеса в других странах. Влияние это было взаимным: учет и особенно двойная запись, будучи продуктами торгового капитализма, стали одновременно и акселераторами его развития в Северной Италии, а позднее и в странах Северной Европы (Вгуег, 1993. Р. 115 - 116). При этом происходило не только заимствование техник и практик, но и ин-ституционализация учета: сформировалась профессия бухгалтера, организованы обучение и тиражирование профессиональной литературы.

В первой половине II тысячелетия только в Италии учет развивался стремительно (впрочем, это касалось и торговли). В других странах Европы ситуация была иной.

Например, система бизнеса в Британии вплоть до времен Тюдоров (1485 - 1603 гг.) отличалась от североитальянской: здесь преобладали индивидуальные торговцы, временные партнерства, разовые сделки (Winjum, 1970. Р. 753). И хотя деловые регистры британских торговцев сохранились с 1522 г., а впервые книга о технике двойной записи на английском языке вышла в 1543 г. (Winjum, 1970. Р. 745), первые свидетельства ее применения можно найти в бухгалтерских регистрах лишь начиная с 1650 г. (Winjum, 1970. Р. 754). Некоторые исследователи считают, что традиционное, далекое от современного понятия "бизнес", ведение дел сохранялось в европейских странах и позднее из-за медленного распространения двойной записи, использование которой стало признаком начала капитализма (Robertson, 1933. Р. 55;

Winjum, 1970. Р. 754-760).

Вместе с тем в распространении двойной записи и капитализма одинаково важны оба аспекта: и техника отражения операций, и социально-экономический и политический контекст, в котором они развивались (Hopwood, Johnson, 1986). Связь торгового капитала и двойной записи не столь однозначна, как утверждают некоторые исследователи. На формирование института учета влияют не только экономические факторы, но и социальные - религия, система семейных связей, доверие между членами общества. При очень схожих особенностях ведения торгового бизнеса и финансирования операций информационное обеспечение деятельности может быть различным, и даже при наличии регистрации фактов хозяйственной жизни учет может не развиться в институт.

Примером такого "безучетного"17 развития торгового капитализма может служить история магрибцев - большой группы купцов-евреев, обосновавшихся в X в. на северном побережье Африки, в основном на территории современного Туниса. В течение последующих трех веков они вели активную и весьма успешную торговую деятельность по всему Средиземноморью, соперничая с итальянцами, прежде всего генуэзцами (Greif, Имеется в виду не отсутствие в деятельности магрибских купцов учета как регистрации фактов хозяйственной жизни, а то, что учет у них не стал ни экономическим, ни социальным институтом.

стр. 1993;

2006). При всей схожести торговых и финансовых операций бизнес-модели магрибцев и генуэзцев и организационные формы социальных сетей были различными.

Для генуэзских купцов - христиан - была характерна индивидуалистическая культура с вертикальной социальной структурой и относительно низкой плотностью коммуникаций внутри бизнес-сообщества. Договорное право было кодифицировано, а институциализированная судебная система требовала должным образом зафиксированных сведений о взаимных обязательствах;

это, в свою очередь, как мы показали выше, вело к институционализации бухгалтерского учета. Культура магрибцев носила коллективистский характер как результат восприятия ими ценностей иудаизма и мусульманского общества, в частности принципа взаимной ответственности членов общины и самой общины за каждого из ее членов (Дроздова, 2011. С. 107). Деловые ассоциации создавались без формализованных контрактов, а в случае нарушения договоренностей, не прибегая к судебным процедурам, использовали частный порядок улаживания конфликтов и все сообщество отказывало в доверии виновному. Такая социальная система не требовала письменной регистрации фактов и при наличии развитого торгового капитала не привела к институционализации учета. В целом, несмотря на равноправное двухвековое соперничество двух средиземноморских торговых цивилизаций, к концу XII в. магрибцы были вытеснены с исторической арены североитальянскими торговцами, чьи экономические институты оказались более жизнеспособными.

*** Развиваясь изначально как административно-управленческая практика, обеспечивающая регистрацию, расчет и интерпретацию всеми заинтересованными пользователями информации об имуществе и финансовых результатах совместной деятельности, учет в средневековой Италии уже к XII в. начал приобретать черты социального и экономического института. Три группы предпосылок определили этот процесс: 1) особая организация торгового бизнеса и собственности на финансовые активы, сложившаяся в Северной Италии к концу Средневековья и приведшая к формированию социального капитала;

2) появление и развитие новых способов визуализации, представления и передачи информации, формирующих материальную основу для создания счетных технологий информационного обеспечения различных областей человеческой деятельности - от образования до государственного управления, в том числе технологий учета хозяйственных операций;

3) личная свобода граждан североитальянских городов при осуществлении бизнес-операций, в том числе трансконтинентальных.

С XII до начала XVII в. в Северной Италии произошел переход от интуитивного индивидуального использования инструментов регистрации фактов хозяйственной жизни к общепринятым правилам (институционализация техник), были опубликованы методики и обеспечена их доступность для изучения и пользования (институционализация знания).

Из побочной практики, сопутствующей другой (торговой, обменной, кредитной) деятельности, учетная деятельность стала специализированной, сформировалось профессиональное сообщество, произошла институционализация профессии.

Процесс формирования и развития института учета можно рассматривать исключительно в национальном контексте лишь в первой половине II тысячелетия, поскольку в этот период уровень развития стр. многих связанных с ним социальных и экономических институтов (торговля, кредитование, профессиональные объединения, общедоступное образование и др.) в Северной Италии был, пожалуй, самым высоким в Европе. С XVI в. итальянские учетные практики распространяются в других странах. С этого времени дальнейшее развитие национальных социально-экономических институтов, в том числе института учета, следует рассматривать уже во взаимодействии с международными практиками. Со временем неэффективные институты отмирают, а выживают и постепенно развиваются лишь эффективные формы экономической, политической и социальной организации (Норт, 1987. С. 119). Учет оказался одним из экономических и социальных институтов, которые, постоянно изменяясь в течение сотен лет, демонстрируют наибольшую устойчивость и адекватность отклика на изменение внешних условий.


Список литературы Виллани Д. (1997). Новая хроника, или История Флоренции. М.: Наука. [Villani G. (1997).

New Chronicle, or History of Florence. Moscow: Nauka.] Гурская М. (2010). Что нам было известно о флорентийской компании Перуцци и что можно поведать нового // Учет и статистика. N 4. С. 49 - 53. [Gurskaya M. (2010). That we Knew about the Florentine Company of Peruzzi and that it is Possible to Tell the New // Uchet i Statistika. No 4. P. 49-53.] Дроздова Н. (2011). В поисках новой методологии: сравнительный и исторический институциональный анализ Авнера Грейфа // Вопросы экономики. N 1. С. 101-119.

[Drozdova N. (2011). In Search of new Methodology: Avner Greif's Comparative and Historical Institutional Analysis // Voprosy Ekonomiki. No 1. P. 101 - 119.] Зомбарт В. (2005). Собрание сочинений: в 3-х т. Т. 1: Буржуа: к истории духовного развития современного экономического человека. СПб.: Владимир Даль. [Sombart W.

(2005). Werke: In 3 Bd. Bd 1: Der Bourgeois: zur Geistesgeschichte der modernen Wirtschaftsmenschen. St. Petersburg: Vladimir Dahl.] Косарева Л. (2006). Истоки двойной записи в Италии XIII-XV веков // Финансы и бизнес.

N 2. С. 176 - 184. [Kosareva L. (2006). Sources of Double Record in Italy of the XIII-XV Centuries // Finansy i Biznes. No 2. P. 176-184.] Косарева Л. (2007). "La Riegola De Libro": первый учебник по бухгалтерскому учету? // Финансы и бизнес. N 2. С. 167-180. [Kosareva L. (2007). Is "La Riegola De Libro" First Accounting Study-book? // Finansy i Biznes. No 2. P. 167-180.] Ле Гофф Ж. (2010). Средневековье и деньги: Очерк исторической антропологии. М.:

Евразия. [Le Goff J. (2010). Le moyen age et l'argent: Essai d'anthropologie historique.

Moscow: Evrasia.] Маркс К. (2011). Капитал. Критика политической экономии. Т. III. M.: Эксмо. (Marx К.

(2011). Capital. Critique of Political Economy. Moscow: Eksmo.) Норт Д. (1997). Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.: Фонд экономической книги "Начала". [North D. (1997). Institutions, Institutional Change and Economic Performance. Moscow: Fond Economicheskoi Knigi "Nachala".] Соколов Я. (1996). Бухгалтерский учет: от истоков до наших дней. М.: Аудит. [Sokolov J.

(1996). Accounting: from Sources up to Now. Moscow: Audit.] Соколов Я., Соколов В. (2004). История бухгалтерского учета. М.: Финансы и статистика.

[Sokolov J., Sokolov V (2004). History of Accounting. Moscow: Finansy i Statistika.] Пачоли Л. (2001). Трактат о счетах и записях. М.: Финансы и статистика. [Paccioli L.

(2001). Summa de arithmetica, geometria, proportioni et proportionalita. Moscow: Finansy i Statistika.] стр. Ролова А. (1994). Итальянский купец и его торгово-банковская деятельность в XIII-XV вв.

// Средние века. Вып. 57. С. 62-74. [Rolova A. (1994). Italian Merchant and his Trading and Bank Activity in the XIII-XV centuries // Srednie Veka. Vol. 57. P. 62-74.] Рутенбург В. (ред.). (1965). Торговые книги компании Уццано, 1363 - 1386. Флоренция // Итальянские коммуны XIV-XV вв. / Под ред. В. И. Рутенбурга. М.: Наука. [Rutenburg V (ed.). (1965). Merchant Books of Uzzano's Company, 1363 - 1386 // Italian Communes XIV-XV century. Moscow: Nauka.] Рутенбург В. (1987). Итальянский город от раннего Средневековья до Возрождения. М.:

Наука. [Rutenburg V. (1987). The Italian City from the Early Middle Ages to the Renaissance.

Moscow: Nauka.] Цыганков К. (2012). Роль двойной бухгалтерии в происхождении капитализма // Вопросы экономики. N 5. С. 101 - 115. [Tsigankov K. (2012). Role of Double-entry Bookkeeping in a Capitalism Origin // Voprosy Ekonomiki. No 5. P. 101 - 115.] Bryer R. (1993). Double-Entry Bookkeeping and the Birth of Capitalism: Accounting for the Commercial Revolution in Medieval Northern Italy // Critical Perspectives on Accounting. No 4.

P. 113 - 140.

Cindea M., Cindea L, Ciurariu G., Trifu A., Durdureanu C. (2011). History of Accountancy. A Chronological Approach // IPEDR Proceedings. Vol. 11. P. 18-24.

Cipolla C. (1981). Before the Industrial Revolution: European Society and Economy, 1000 1700. L.: Methuen.

Gallagher P. (1995). How Venice Rigged the First, and Worst, Global Financial Crash // American Almanac. September 4.

Gomes D., Carnegie G., Napier C., Parker L., West B. (2011). Does Accounting History Matter?

// Accounting History. Vol. 16, No 4. P. 389-402.

Greif A. (1993). Contract Enforceability and Economic Institutions in Early Trade: The Maghribi Traders' Coalition // The American Economic Review. Vol. 83, No 3. P. 525-548.

Greif A. (2006). Institutions and the Path to the Modern Economy: Lessons from Medieval Trade. Cambridge: Cambridge University Press.

Hopwood A., Johnson H. (1986). Accounting's Claim to Legitimacy // International Journal of Accounting. Vol. 20, No 2. P. 37-46.

Hoskin K., Macve R. (1986). Accounting and the Examination: A Genealogy of Disciplinary Power // Accounting, Organizations and Society. Vol. 11, No 2. P. 105-136.

Hunt E. (1994). The Medieval Super-Companies. A Study of the Peruzzi Company of Florence.

Cambridge: Cambridge University Press.

Lee G. (1973). The Development of Italian Bookkeeping 1211-1300 // Abacus. Vol. 9, No 2. P.

137-155.

Lee G. (1977). The Coming of Age of Double Entry. The Giovanni Farolfi Ledger of 1299- // Accounting Historians Journal. Vol. 4. No 2. P. 79-95.

Littleton A. (1933). Accounting Evolution to 1900. N. Y.: Russel & Russel.

Lopez R. (1976). The Commercial Revolution on the Middle Ages: 950 - 1350. Cambridge:

Cambridge University Press.

Parker L. (1997). Informing Historical Research in Accounting and Management: Tradition, Philosophies and Opportunities // Accounting Historians Journal. Vol. 24, No 2. P. 111-149.

Postma J., Helm A. van der (2000). La Riegola de Libro. Bookkeeping Instructions from the Mid-fifteenth Century / The 8th World Congress of Accounting Historians. home.

kpn.nl/annejvanderhelm/paper.html.

Previts G., Walton P., Wolnizer P. (eds.). (2010). A Global History of Accounting, Financial Reporting and Public Policy: Europe (Series: Studies in the Development of Accounting Thought. Vol. 14A). Bingley, UK: Emerald.

Robertson H. (1933). Aspects of the Rise of Economic Individualism. Cambridge: Cambridge University Press.

Roover R. de (1955). New Perspectives of the History of Accounting // The Accounting Review.

Vol. 30, No 3. P. 405-420.

стр. Roover R. de (1963). The Rise and Decline of the Medici Bank: 1397-1494. Harvard: Harvard University Press.

Russell E. (1962 [1918]). The societies of the Bardi and the Peruzzi and Their Dealings with Edward III // Finance and trade under Edward III / G. Urwin (ed.). Manchester.

Thornton P., Jones C., Kury K. (2005). Institutional Logics and Institutional Change in Organizations: Transformation in Accounting, Architecture, and Publishing // Research in the Sociology of Organizations. Vol. 23. P. 125 - 170.

Winjum J. (1970). Accounting on its Age of Stagnation // The Accounting Review. Vol. 45, No 4. P. 743-761.

Yamey B. (1964). Accounting and the Rise of Capitalism: Further Notes on a Theme by Sombart // Journal of Accounting Research. Vol. 2, No 2. P. 117-136.

Yamey B. (1994). Benedikt Kotruljevic on bookkeeping (1458) // Accounting, Business & Financial History. Vol. 4, No 1. P. 43-50.

Zambon S. (1998). Italy // The European Accounting Guide. 3rd ed. / D. Alexander, S. Archer (eds.). N. Y.: Harcourt College Publishers.

Zan L. (2004). Accounting and Management Discours in Proto-Industrial Settings: the Venice Arsenal in the turn of 16th century // Accounting and Business Research. Vol. 32, No 2. P. 145 175.

Zan L. (2005). Future Directions from the Past: Management and Accounting Discourse in Historical Perspective // Advances in Strategic Management. Vol. 22. P. 457-489.

From Craft to Institution: Accounting in Italy from the Middle Ages to the Early Modern Period Olga Volkova Author affiliation: National Research University Higher School of Economics (St. -Petersburg, Russia). Email: volkova@hse.spb.ru.

The article describes the evolution of accounting from the simple registration technique to economic and social institution in medieval Italy. We used methods of institutional analysis and historical research. It is shown that the institutionalization of accounting had been completed by the XIV century, when it became a system of codified technical standards, scholar discipline and a professional field. We examine the interrelations of this process with business environment, political, social, economic and cultural factors of Italy by the XII-XVI centuries. Stages of institutionalization are outlined.


Keywords: accounting, social institution, economic institution, economic history, accounting history.

JEL: Bll, B15, B52, D02, M41.

стр. Сканер нашего капитализма (О новой книге Г. Н. Цаголова "Почему Заглавие статьи все не так") Автор(ы) А. Бунич Источник Вопросы экономики, № 11, Ноябрь 2012, C. 153- РАЗМЫШЛЕНИЯ НАД КНИГОЙ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 19.4 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи Сканер нашего капитализма (О новой книге Г. Н. Цаголова "Почему все не так") Автор: А. Бунич По мнению Г. Цаголова, в настоящее время Россия находится в тупике бюрократически олигархического капитализма. Устойчивое развитие экономики может быть обеспечено только на основе социал-демократических принципов. Необходимо сознательное строительство конвергентного общества, сочетающего преимущества капитализма и социализма, рынка и плана.

Ключевые слова: конвергенция, планирование, олигархия.

JEL: P11, P16, P50, P52.

Новая книга доктора экономических наук, профессора Георгия Николаевича Цаголова (2012) посвящена изменениям в экономике и политике России за последние 20 лет. И по форме, и по содержанию книга выделяется в ряду политико-экономических исследований:

это не абстрактное теоретизирование, а серьезный научный труд, проникнутый глубоким сопереживанием.

Печатные произведения нередко предваряются аннотациями, которые заканчиваются словами: "Книга рассчитана на широкий круг читателей", что в данном случае вполне применимо, поскольку в авторе сочетаются теоретик и блистательно владеющий пером рассказчик. Поэтому результаты проанализированного им обширного фактического материала, касающегося главных и наиболее злободневных проблем нашего общества, донесены просто и увлекательно. Поскольку Г. Цаголов сам участвовал в описанных событиях в качестве предпринимателя, он может судить о многом по собственному опыту, как бы "изнутри", с позиции инсайдера.

Слова, вынесенные на обложку книги, В. Высоцкий сказал в 1967 г.: "И ни церковь, ни кабак - ничего не свято! Нет, ребята, все не так! Все не так, ребята...". Но этот рефрен актуален и в наши дни. Ход событий заставляет задумываться об истоках нарастающей напряженности. При критическом отношении автора к проводившимся реформам он не пытается изображать нынешние реалии исключительно в черных тонах. Как и многие ученые, пишущие на социальные темы, Цаголов надеется на усовершенствование общества, поэтому уделяет особое внимание его недостаткам - вскрывает причины негативных явлений и дает рекомендации по их искоренению. (Так доктор должен сначала поставить правильный диагноз, определить заболевание, а уже потом предписать комплекс мер и препаратов для его лечения.) Именно поэтому в заглавии отсутствует знак вопроса: автор убедительно объясняет, "почему все не так". Но вместе с этим в книге указан и путь к катарсису.

Бунич Андрей Павлович (andreybunich@yandex.ru), к.э.н., президент Союза предпринимателей и арендаторов России.

стр. В круге первом Летопись "подвигов" нынешней олигархической верхушки содержится во многих главах книги. Автор подробно разбирает генезис состояний "мистеров миллиардов", показывает особенности первоначального накопления капитала по-российски, прослеживает пертурбации на деловом Олимпе. Представленные в книге факты и их анализ подтверждают и развивают выводы, сделанные профессором С. М. Меньшиковым в его капитальном труде "Анатомия российского капитализма", а также в нашей работе "Осень олигархов", характеризовавших ситуацию середины 2000-х годов (Меньшиков, 2008;

Бунич, 2006).

Рост числа долларовых миллиардеров в России продолжался вплоть до охватившего страну глобального кризиса: "С 1997 по 2008 г. их число возросло с 4 до 110 человек - в раз, а совокупные состояния этой группы увеличились с 8 до 522 млрд. долл. - в 65 раз!

Это свыше 30% годового валового продукта нашей страны. В Японии же, к примеру, всего 25 миллиардеров, общие богатства которых немногим превышают 1% национального ВВП" (с. 271).

Кризис существенно уменьшил состояния российских олигархов. В 2009 г. число долларовых миллиардеров сократилось до 32, а их богатство снизилось до 142 млрд. долл.

Однако, как показано в книге, "government relations" помогли олигархам остаться на плаву, а затем и быстро отыграть потери: "...львиная доля государственной помощи пришлась на крупнейшие компании, принадлежащие нашим олигархам. Дерипаска и Фридман, Потанин и Мордашов, Абрамович и Лисин потеряли в среднем около 70% стоимости своего акционерного капитала. Но все они без исключения остаются миллиардерами, и никто из них не обделен вниманием властей" (с. 256). В настоящее время число долларовых миллиардеров в России вновь растет, а общее состояние "золотой сотни" выросло за последние три года в 2,5 раза.

В олигархическом лагере Г. Цаголов выделяет различные генерации: "старую гвардию", представителей "второй волны" и тех, кто олицетворяет "новые деньги". Автор проводит деление на тех, кто строил свой бизнес с нуля ("self-made-man"), и тех, кто создавал его с помощью покровителей и приватизации прежней социалистической собственности ("наследники"). По подсчетам автора, из 500 богатейших россиян 257 относятся к предпринимателям "self-made" и 243 - к "наследникам". Но если взять 300 человек в верхней части списка, то соотношение меняется: "наследников" - 169, а начинавших с нуля - 131. В "золотой сотне" россиян "приватизаторы" и бывшие "красные директора" составляют 3/4, в первой полусотне - 84%. А среди 20 богатейших россиян вообще нет ни одного self-made-man. Иными словами, в верхней части рейтинга полностью доминируют люди, разбогатевшие на присвоении бывшей общенародной собственности.

Два регулятора Большое внимание в работе уделено госкапитализму, сформировавшемуся в 2000-е годы.

Эта тема вызывает много споров. Многие критикуют российскую власть за усиление вмешательства в экономику. В работе показано, что возврат государства в ключевые стратегические секторы был необходимостью. Тем не менее Цаголов считает возрастание роли государства в экономической жизни лишь временным средством решения кризисных проблем. По мнению автора, надо "внимательно следить за тем, чтобы госрегулирование не принимало самодовлеющего характера, не работало в интересах лишь отдельных стр. монополистических и политических групп" (с. 78), поскольку тогда мы может столкнуться с иными негативными проблемами. "Нельзя забывать, отмечается в книге, что это прежде всего помощь в укреплении института частного предпринимательства и рыночной экономики, а не попытка их замены системой "государственного капитализма", которого в завершенном виде быть не может, так же как и "рыночного социализма"" (там же).

Автор призывает отказаться от распространенного и поверхностного противопоставления социализма и капитализма, плановой и рыночной экономики. К сожалению, в нашей экономической науке этот непродуктивный диспут продолжается уже много лет.

Опираясь на работы классиков экономической науки, автор показывает, что оптимальная экономическая модель везде включает как чисто рыночные, капиталистические, так и плановые, социалистические элементы. Успеха в рыночной экономике и глобальной конкуренции достигают лишь те страны, которые сумели обеспечить эффективное соотношение разнородных начал, а именно функций планирования, координации и стратегического управления.

Индикативное (рекомендательное) планирование уже давно стало стержнем экономической политики большинства развитых и развивающихся стран. А у нас долгое время даже само слово "план" предается анафеме. По мнению Цаголова: "Лишь с помощью возрожденного на новой основе планового регулирования можно диверсифицировать нашу экономику. И нечего пугать несведущих людей угрозой реставрации Госплана. Не о том речь. Восстановление планирования необходимо в тех формах и пределах, в которых оно служит стабилизатором и регулятором экономики" (с.

439 - 440).

Красной нитью через всю книгу проходит идея конвергенции двух систем и вытекающая из этой теории модель интегральной, смешанной экономики. Под этим понимается многоукладная экономика, сочетающая наиболее сильные, эффективные стороны капитализма и социализма. Именно переход от спекулятивного бюрократическо олигархического капитализма к подобной экономике с признанием допущенных ошибок и перегибов, а также возвратом всего лучшего из практики социалистического хозяйства и есть настоящая программа выхода России из затяжного падения.

Конкуренция и рынок - необходимые, но вовсе не достаточные условия для экономического роста и процветания. Это лишь благоприятная среда, которая может привести, а может и не привести к успеху. Только на основе социал-демократических принципов должно быть обеспечено устойчивое развитие экономики. Предоставленная самой себе экономика не способна стабильно развиваться. Только подчиненная обществу в целом, общественным интересам, социальному контролю экономическая система обретает законченный целостный вид и способность к росту.

У Цаголова курс на симбиоз капитализма с социализмом является постоянной и конечной целью. Он говорит не о совершенствовании капитализма, а именно о конвергенции:

"Будущее российское общество в таком случае станет опираться на две здоровые ноги как все лучшее, что накопил опыт мирового капитализма, так и теорию и практику социализма. В смешанном обществе должны в полную меру работать и рыночный механизм, и централизованное (индикативное) планирование. Их грамотный симбиоз в условиях народовластия даст синергетический эффект, гармонизирует и ускорит наше развитие, расставит все по своим местам.

Пора отказаться и от антисоциалистического, и от антикапиталистического курсов.

Следует вести поиск оптимального сочетания лучших черт считавшихся прежде антагонистическими формаций. Следует исключать негативные стороны каждой из них...

следует двигаться в этом направлении стр. вполне осознанно, последовательно и организованно. Да, это весьма трудно. И нельзя впадать ни в одну из крайностей. Но, как верно заметил... американский писатель Ф.

Скотт Фитцджеральд, "проверкой подлинного разума является способность удерживать в сознании две прямо противоположные идеи и при этом сохранять способность действовать"" (с. 231-232).

По мнению автора книги, социалистическая составляющая гибридного общества выражается в регулирующих функциях государства, становящихся базисными в новой смешанной системе. Капиталистическая основа, представленная конкурирующими производителями товаров и услуг, с одной стороны, несколько ограничивается, а с другой - заметно упрочивается, так как в нее встраивается мощный макроэкономический регулятор.

Что подтверждает мировой опыт?

Значительная часть книги посвящена сравнительному анализу экономического и социального развития России и соседних стран - Казахстана и Белоруссии, а также России и стран, сходных с ней по параметрам и задачам - партнеров по БРИКС. Приводимые автором конкретные примеры показывают, что при разработке новой экономической политики России можно и нужно во многом опираться на опыт этих стран.

В главе "Как живут соседи" Г. Цаголов отмечает: "Перефразируя Толстого, можно сказать: все благополучные страны похожи друг на друга, каждая неблагополучная неблагополучна по-своему. При разности культур, политических структур и образов жизни в Белоруссии и Казахстане действуют смешанные планово-рыночные модели экономики - общий знаменатель успеха в их развитии. В Белоруссии планово социалистическая составляющая занимает большее место, чем в Казахстане, где превалируют рыночные и капиталистические уклады. Но в обоих случаях поддерживается жизнеспособный симбиоз двух несхожих, во многом даже противоположных, но взаимодополняющих друг друга регуляторов" (с. 347-348).

Не менее поучительны достижения индийской, китайской и бразильской экономик. В главе "Что ускорило шаг "слона"?" автор приходит к выводу, что суть перемен, позволивших Индии ускорить темпы роста, состоит в совершенствовании смешанной экономики. "Мировой опыт, - пишет Цаголов, - показывает, что не всякое конвергентное общество эффективно, но всякое эффективное общество конвергентно. Проведенные реформы не только благоприятствовали развитию национального капитала и привлечению инвестиций из-за рубежа, но и оздоровили государственное регулирование.

Успехи Индии, страны без нефтегазовых подпорок и неизмеримо беднее нашей, вызваны грамотной комбинацией лучших сторон плановой и рыночной экономик, нахождением и поддержанием нужного баланса между ними" (с. 361-362). Постепенные, последовательные и научно обоснованные реформаторские действия автор считает главными секретами "индийского чуда", поэтому в наиболее тяжелом 2009 г. индийская экономика выросла на 6%.

В конце главы "Розовая кошка" о базирующихся на конвергенции экономических результатах Китая Г. Цаголов высказывает следующую гипотезу: "Не является ли такого рода политэкономическая модель новой наиболее прогрессивной формацией, идущей на смену капитализму и социализму? И не являют ли китайцы в таком случае своим примером прообраз желанного в будущем социального устройства мира? Не исключено, что да. Ибо рано или поздно отстающие от других в своем развитии государства и их стр. правители задумаются о "цвете кошки". А он местами красно-социалистический, а отчасти и бело-капиталистический. В целом же он комбинированный, смешанный розовый" (с. 380).

Конвергенционные процессы наблюдаются в Бразилии, ныне пятой экономике мира.

Пришедшие к власти "новые левые" сосредоточили усилия на искоренении массовой бедности и в отличие от коммунистов прежних формаций не ставят задачу уничтожить частную собственность на средства производства и ликвидировать буржуазию как класс.

Более того, богатых людей при них стало больше. Но одновременно растет и средний класс. "Программы экономического роста" Бразилии можно считать примерами макроэкономического регулирования, направленного на придание обществу устойчивости и ликвидацию его недостатков.

Что же представляет собой "бразильская модель"? Социализированный капитализм или капитализированный социализм? На эти вопросы автор дает следующий ответ: "И то и другое. Разумный баланс достигается грамотной политикой, компромиссом, позволяющим успешно двигаться вперед, не закрывая глаза на сохраняющиеся острые проблемы и противоречия" (с. 392).

В Бразилии "сформировано и развивается конвергенционное общество, эффективный симбиоз лучших черт капитализма и социализма. Наличие плановых начал и социалистической цели сочетается с рыночными и капиталистическими отношениями.

Бразильская буржуазия... поддерживает политику, направленную на смягчение классовых антагонизмов, так как это уменьшает риски социального взрыва, обеспечивает стабильное развитие" (с. 392).

Сегодня опыт одних стран (например, Белоруссии) подвергается критике, а практика других (Китай, Индия, Бразилия) зачастую неизвестна или не используется под предлогом "несопоставимых" национальных особенностей. Но внимательно изучив этот опыт, российские власти могли бы почерпнуть многое для коррекции своей экономической политики.

Почему не начинается модернизация Подробно проанализирована в книге и неудачная попытка "модернизации" России.

Объявленная несколько лет назад, эта идея буквально захватила умы наших руководителей, но почему-то никаких зримых результатом до сих пор нет. Автор дает ответ на этот вопрос: строй, утвердившийся у нас, не нуждается ни в какой модернизации.

Диагноз предельно ясен: в России построен спекулятивный бюрократическо олигархический капитализм, отрицающий созидательные, конструктивные начала.

Действующие на политической и экономической сцене основные игроки не заинтересованы в инновациях. Отсутствует спрос на высокотехнологичную продукцию, на внедрение научно-технических разработок и активное применение изобретений.

Автор делает вывод: система может быть сломана только целиком. Нужны не косметические, а коренные изменения. Это, безусловно, означает политическую схватку между сторонниками и бенефициарами действующей системы и силами, которые ратуют за возрождение России и усиление ее роли в мире.

Г. Цаголов не просто критикует создавшееся положение, а подробно анализирует действия, которые привели Россию к подобному результату. В работе показано, что разразившийся кризис стал итогом финансово-спекулятивного тренда в развитии капитализма, не вписывающегося в прежние циклические катаклизмы, обусловленные в первую очередь производственными причинами. Получается, что многое "не так" и в мировой экономике.

стр. Модель и вектор Но основная цель автора - дать конструктивные предложения и образ общества будущего.

В книге намечена реальная программа преобразований, которые должны носить ярко выраженный социал-демократический характер. Стратегия нынешней России видится как курс на смешанную планово-рыночную экономику и конвергентную модель общества. Без вмешательства государства и воссоздания элементов планового хозяйства это вряд ли достижимо. Но и без конкурентного рынка вряд ли что-либо получится.

В ближайшем будущем российская власть должна демонтировать бюрократическо олигархическую структуру управления, чтобы расширить конкуренцию, открыть экономику для новых предпринимателей, увеличить долю малого и среднего бизнеса.

В блестящем очерке новейшей политико-экономической истории России есть и анализ причин создавшегося тяжелого положения, и описание имеющихся развилок, и предложения по выходу на траекторию роста. Прочитав книгу Г. Цаголова, читатель получит цельную картину событий в стране за последние 20 лет, своего рода ключ к пониманию самых острых проблем нашей экономики и политики.

Список литературы Бунин А. П. (2006). Осень олигархов. М.: Эксмо. [Bunich А. Р. (2006). The Autumn of the Oligarchs. Moscow: Eksmo.] Меньшиков С. М. (2008). Анатомия российского капитализма. М.: Международные отношения. [Menshikov S. М. (2008). The Anatomy of Russian Capitalism. Moscow:

Mezhdunarodnye Otnosheniya.] Цаголов Г. Н. (2012). Почему все не так. М.: Экономика. [Tsagolov G.N. (2012). Why Everything Is not the Way It Should Be. Moscow: Economics.] Scanner of Our Capitalism (On the New Book by G. Tsagolov "Why Everything Is not the Way It Should Be") A. Bunich Author affilation: The Union of Entrepreneurs and Leaseholders of Russia (Moscow, Russia).

Email: andreybunich@yandex.ru.

According to the opinion of the author of the book, in present Russia is at a deadlock of beaurocratic-oligarchic capitalism. Sustainable economic development can be maintained only on the basis of social-democratic principles. Deliberate construction of convergent society is necessary that would combine advantages of capitalism and socialism, market and plan.

Keywords: convergence, planning, oligarchy.

JEL: P11, P16, P50, P52.

стр.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.