авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

В. Д. Ж И Г У Н И Н

МЕЖДУНАРОДНЫЕ

ОТНОШЕНИЯ

ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ

ГОСУДАРСТВ

в 280— 220 гг. до н. э.

ИЗДАТЕЛЬСТВО

КАЗАНСКОГО

УНИВЕРСИТЕТА

1980

Печатается по постановлению

Редакционно-издательского Совета

Казанского университета

Научн ы й ре дак т ор — профессор А. С. Ш офман

В м о но граф и и р а с с м а т р и в а е т с я история слож ного, н а п р я ж е н н о го и м ало и зученно го п ериода м е ж д у н а р о д н ы х о т н о ш е н и й — III века до н. э. П о к а з а н а о с в о б о д и т ел ь н а я б о р ь б а греков против м а к е д о н ­ ского за си л ья, ож есточенны е за хв ат н и ч ес к и е войны эллинистических г осу да рс тв з а территории, б о г ат с тв а и рабов. Д а н а ха ра к т е р и с т и к а армии, ди пломатии, м е ж д у н а р о д н о г о п р а в а в I I I в. д о н. э. В м о­ нограф и и исследуются т а к ж е теоретические вопросы м е ж д у н а р о д ­ ных отношений.

М о н о г р а ф и я пре дн а зн ач ен а д л я научных р а ботн ик о в и с т у д е н ­ тов исторических ф а к у л ь те т о в университетов, пединститутов.

\0в03— 018 — — 075(02)— © И здательство К азанского университета, 1980 г.

ВВЕДЕНИЕ Во все ускоряю щ емся ритме история человечества со­ в ерш ает свой бег от эпохи к эпохе, а вместе с нею формируется и память о прошлом, возрастаю щ ее з н а ­ чение которой ощ ущ ается столь сильно в наши дни. Э л л и ­ н и з м — рафинированное понятие, введенное И. Г. Д рой зеном,— неподвластен забвению. Д в е тысячи с л и ш ­ ним лет отделяю т современность от эллинистического времени, но люди отдаленных лет III в. до н. э.

ж ивут среди нас, среди будущего, которого они не мог­ ли себе д а ж е вообразить. Ценность исторического опы:

та не исчерпывается каким-либо определенным отр ез­ ком истории;

напротив, только вся история в ее беско­ нечном многообразии (и, б ла го д а р я этому, зак о н ом ер­ ном единстве) яв л яется источником исторического опы­ та. Поэтому обращ ение к изучению эллинизм а в данной книге не есть д ан ь моде или р езул ьтат любви к ф актам.

Модой и ф ак там и увлекаю тся б урж уазн ы е исследова­ тели, «героический» век науки которых давно прошел.

М арксистско-ленинская историография ставит историю на служ бу преобразованию мира, и ничто не может ускользнуть от внимания исследователя, признающего основой своего историзма одиннадцатый тезис о Фейер­ бахе. Эллинизм ж е слишком заметное явление, чтобы нуж д аться в подробном обосновании практико политической самоценности его д ля опыта передовых сил XX века.

Тем не менее на один аспект актуальности эллини­ стической истории до сих пор не обр ащ али, на наш взгляд, достаточно внимания. Много говорилось исто­ риками о пресловутом римском «империализме», о соотношении м еж д у Римом и Востоком. Но, по-видимо­ му, обаяние концепции П олибия было т а к велико, что вопрос о римском завоевании эллинистического Востока отож дествляется с исследованием времени, в которое Р им непосредственно втянулся в м еж дународную борь­ бу Б ал к ан ск и х и иных государств. М еж д у тем, п рав и л ь­ нее, на наш взгляд, другое мнение: нач ал о римской экспансии нельзя понять, не изучив нап равлен ия м е ж д у ­ народной борьбы эллинистических государств в период, когда о существовании Р и м а эти государства знали только понаслышке, когда они самодовольно были з а ­ няты лишь собой и ничего не хотели ведать о ничтож­ ных дел ах окраин ойкумены.· Подобно тому, как к ласси ческая Греция, р азд роб л ен ная па множество поли­ сов, погибла под у д арам и Македонии, т а к и классиче­ ский эллинизм, выразивш ий себя в бесчисленном ко­ личестве больших и малы х государств, был разруш ен извне Римом. Классический эллинизм (можно еще с к а ­ зать: развитой эллинизм) III в. до н. э.— один из в а ж ­ нейших всемирно-исторических феноменов, подготовив­ ших появление Римской империи и создавш их условия д ля ее существования. Н а примере м еж дународной э л ­ линистической системы III в. до н. э. отчетливо про­ слеж иваю тся некоторые к а к весьма общие, т а к и спе­ цифические закономерности м еж дународны х отнош е­ ний, в особенности, конечно, закономерности п о л я р и за­ ции и интеграции политических сил, д ви ж ени я в сфере дипломатии и м еж дународного п рава, соотношения л и ч ­ ностного и всеобщего моментов во внешней политике рабовладельчески х государств.

Все вместе взятое представляет, по существу, пе­ речисление тех наиболее существенных проблем, ко ­ торые составляю т предмет исследования в настоящей монографии. По необходимости м онография д олж н а иметь, т ак сказать, «дуалистическую» структуру. К а ­ жется в аж н ы м предпослать конкретному ан ал и зу м е ж ­ дународной политики эллинистических государств 70— 20 гг. III в. до н. э. сж аты й очерк некоторых теоретиче­ ских положений из области марксистской теории м е ж ­ дународны х отношений. Р аз д ел, в котором эти п олож е­ ния излагаю тся, ни в коем случае не следует р а с с м а т ­ ривать как нечто «чужеродное». Н и ж е будет показано, что методологические аспекты истории меж дународны х отношений имеют еще много резервов д л я р а зм ы ш л е ­ ния, особенно, когда речь идет о рабовладельческой формации. Ведь само основное производственное отно­ шение этой формации (отношение раб ства) весьма и весьма специфично: оно в значительной мере есть о т­ ношение «международное» д ля обществ, где больш ин­ ство рабов были чуж еземцами, в ар в арам и.

И так, III столетие до нашей эры... Эпоха, достойная внимания и энтузи азм а исследователей. И, к а к потом увидим, эпоха, населенная интереснейшими политиче­ скими деятелям и, обур еваем ая неукротимыми стр а стя­ ми царей и холодным деспотизмом цариц. Эпоха З е ­ нона и Е вкли да, Эратосф ена и Архимеда, гениев и ни­ чтожеств. П осле гибели А л ексан дра М акедонского и р а з ­ в а л а его д е р ж а в ы д о л ж н а бы ла наступить некоторая стаби л и зац ия во внутренней и меж дународной жизни народивш егося эллинистического мира. Н овы е веяния в экономике и социальной жизни полностью утвердились, «крайности» Востока и З а п а д а временно были преодо­ лены и сняты в единстве монархии и полиса, п а т р и а р ­ хального и античного рабства, философии п науки, Греции и Азии. Этот всеобщий синтез д а в а л видимость прочности, успокоения, но тотчас р а зо б л а ч а л сам себя, о б н а ж а я свои классовые основы в ожесточенной борь­ бе бедности против имущих. О днако пока он существовал, ж и л а и м еж д у н а р о д н ая система эллинистических го­ сударств, во всем ее своеобразии. Сравнительно б л а го ­ получно р аз в и в а л а с ь «мировая» торговля, ш ествовала неисповедимыми путями дипломатия, ширились к у л ь ­ турные связи. Н о росли и м асш табы войн, их р азр у ш и ­ тел ь н ая и б е зж а л о с т н ая энергия. П а д а л о величие одних государств, в озрож д ал о сь могущество других. З а пол века эллинистический мир проделал столь напряженны й путь политической истории, какой редко встречается в п ракти ке м еж дународной жизни добуржуаз?ных обществ.

Р а с с у ж д а я о насыщенности эпохи классического э л ­ линизма, о ее значимости д ля будущей истории Р и м а и Европы, м о ж но было бы, конечно, ож идать, что эта эпоха столь ж е солидно, в соответствии с ее истинным местом в истории, отр аж ен а в источниках. Тут нас, од­ нако, ж д е т разочарование. Исторические труды совре­ менников III века до н. э.— Ф иларха, Д у р и д а С ам осско­ го, И ер они м а Кардийского, Т елета и других — совер­ шенно исчезли, сохранившись только в отры вках среди сочинений более поздних п и с а т е л е й В з я т ы е из вторых рук, сведения этих историков имеют зачастую и ск а ж ен ­ ный характер, противоречат друг другу. Почти невоз­ мож но выделить политические тенденции историков, пи­ савш их в III в. до н. э. Исклю чением могут быть здесь разв е только сочинения Ф и л ар ха, симпатизировавш его демократии и сп артанском у реф орм атору Клеомену, и И еронима Кардийского, бывшего приближенным д и н а ­ стии Антигонидов. Д ругой существенной особенностью источниковой базы по истории III в. до н. э. является невероятная раздробленность м а тер и ал а по самым различны м видам источников. М ак си м ал ь н а я концент­ рация информации содерж ится в повествовании Ю сти­ на «Эпитома сочинения П омпея Трога», вы держ анном в духе христианского м орали зато рств а и вы х в аты в аю ­ щем из языческой истории только события, имеющие тенденциозно отрицательную окраску. У Юстина н е м а ­ ло путаницы, но это единственный автор, даю щ ий с в я з ­ ную историю «темного» пятидесятилетия — 70—20 гг.

III в. до и. э. В есьма многочисленные сведения содер­ ж а т с я в «Биограф иях» и «М оралиях» П л у тарха, осо­ бенно в биографиях П ирра, А р ата, Клеомена, Агпса.

Известное значение д ля истории III в. до н. э. имеют сведения П авсан ия, из «Описания Э ллады » которого мы узнаем о главны х событиях Хремонидовой войны.

И стория Селевкидов вкратце и зл агается у Аппиана и И осиф а Ф лавия. Б и ограф античных философов Диоген Л аэртски й сообщ ает в аж н ы е факты, имеющие отнош е­ ние к политической истории III в. до н. э. М ож но было бы упомянуть и о хронологических м а тер и ал ах Е в с е ­ вия, и о военно-политических сведениях П оли эн а и Фронтина, о разнообразных, но весьма случайных д а н ­ ных, содерж ащ и хся у Л ивия, Д иодора, С трабона, Л у ­ киана, С тефания Византийского, Афинея, Стобея и др.

Но это перечисление по существу всей позднеантичной историографии м ало что мож ет засвидетельствовать и за с т а в л я е т лишь ещ е раз п ож ал еть о невозвратимой по­ тере оригинальных источников, созданных в III в. до н. э П ри всей некритичности и развлекательности Ф иларха, Д у р и д а, А гаф архи да, Н и м ф и д а и других писателей у тр ат а ничем не м ож ет быть возмещ ена. Н а ш основной историк по истории эллинизма -·- количественный и строгий Полибий — м ало что мож ет д ать тому, кто з а ­ нят «темными» десятилетиями;

повествование Полибия начинается к а к ^ р аз с 220 г. до н. э., а предыдущих лет мегалопольекпй гений касается лиш ь мельком, кроме, пожалуй, эпохи Клеоменовой войны, по которой он вме­ сте с П лутар хо м д ает основной материал 2.

Столь сложны й характер историографической т р а ­ диции з а с т а в л я е т прибегать к дальнейш ему расширению источниковоц базы. В распоряж ении историка не могут не быть поэтому некоторые литературно-художественны е тексты: например, эпиграммы, идиллии Феокрита, гимны К а л л и м а х а 3. Особенное значение д л я политиче­ ской истории III в. до н. э. приобретаю т надписи, не­ которые из которых поистине незаменимы. Такова, н а ­ пример, надпись, п ред ставл яю щ ая собой текст догово­ ра Афин со Спартой накануне Хремонидовой войны, или надписи Д ел о са того ж е времени. Некоторы е из надписей М алой Азии позволяю т существенно уточнить внешнюю политику П е р га м а (например, документы из К изика) или внешнюю политику С елевкидов 4. Среди д о ­ кументального м а тери ал а исключительный интерес п ред­ ставляю т хроники (П а р о сск ая хроника, Л и н д ск ая х р а м о ­ вая х рон ик а), письма царей или городов (в частности, письмо П толем ея II в Милет, письма Антиоха и Селев ка II городам М алой Азии и т. д.). Д окум енты этого рода имеются не только на древнегреческом языке, но и на я зы к а х восточных народов (клинописная хроника В а ­ вил он а). Д а ж е надписи индийского ц аря Ашоки могут послужить разреш ению некоторых зага д о к истории эллинистической внешней п о л и ти к и 5.

Свой в к л а д в исследование истории III в. до н. э.

мож ет внести и папирологнческая документация. К со­ ж алению, громадны е архивы, вроде архива Зенона в Египте, д аю т в этом отношении весьма немного. Но д а ж е это немногое позволило в последние десятилетия по-новому осветить р я д вопросов III в. до н. э. Н а п р и ­ мер, папирус Л арсен а, опубликованный в 1942 г., р а с ­ кры л обстоятельства морского соперничества между М акедонией и Египтом. Папирус, опубликованный Вольяно в 20-е годы нашего века, д ал возможность р а с ­ ш ифровать (хотя и не до конца) внешнюю политику эллинистических государств пригеллеспонтского регио­ на в начале 70-х годов III в. до н. э. Нет, пожалуй, нужды говорить об огромном значении гуробского п а ­ пируса или надписи из Адулиса, достоверно р а с к р ы ­ ваю щ их причины и ход Третьей Сирийской в о й н ы 6.

Д ав н о доказано, что без д ан ны х эпиграфики и п а ­ пирологии написать связную историю III в. до н. э. не­ возможно. Н о столь ж е невозможно написать ее без ну­ мизматики и археологии. М онеты Антигонидов позво­ л яю т выяснить судьбы морской политики Македонии, монеты Селевкидов д аю т основу д ля понимания их завоевательной деятельности во время П ервой Сирий­ ской войны. Н ум и зм атик а Фессалии обогащ ает наши сведения о походах П и рра Эпирского и т. д. 7. Ещ е бо­ лее разительное значение имеют некоторые материалы археологии. В последние годы б ла го д а р я раскопкам в Аттике удалось лучше понять обстоятельства и ход Хремонидовой войны и особенно действия египетских войск во время этой войны 8.

Б л а г о д а р я надписям, папирусам, монетам, археоло­ гическим пам ятникам м атери ал источников по III в.

до н. э. из года в год растет. П оэтому одни гипотезы рушатся, другие подтверж даю тся. Н а у к а эволю циони­ рует, и весьма трудно обозреть в дан ном кратком «Введении» д а ж е основные ее этапы. Б у р ж у а з н а я ис­ ториография лишь в XIX в. всерьез зан я л а с ь крити­ ческими исследованиями элл и н и зм а и выдвинула такие крупные фигуры, к а к И. Г. Д ройзен, с его гегельянским пониманием времени «эпигонов». Господство эмпиризма и м одернизаторства нал ож и л о свою печать на сочине­ ния Белоха, на ранние труды Т арн а, Фергюсона. Г р а н ­ диозный м атери ал, обработанны й этими историками, позволил в н ач ал е XX в. создать ядро построений, к о ­ торые о б разо в ал и историю эллинистической внешней политики. В еще меньшей мере оценочная функция исторической науки бы ла присущ а Низе, Керсту, Голь­ му. Но в той или иной мере империалистическое п ре­ клонение перед величием завоевательной политики ц а ­ рей эпохи эллинизм а, сближ ение элл и н и зм а с XX сто­ летием были присущи всем перечисленным писателям.

Культурологическое и этатистское толкование д е я те л ь ­ ности Антигона Гоната, П толем ея II, впервые воссоз­ данное Д ройзеном, превратилось в бур ж у азн ом анти коведении в своеобразную традицию. Н епри язн ь к н а ­ родным движ ениям, снисходительность (в лучшем сл у ­ чае!) к реф орм атору К леомену явились вы раж ением классовых установок исследователей, при всем их стрем­ лении и зб е ж ать оценок и остаться на позициях «объек­ тивизма» 9.

П осле 1917 г. эмпирические тенденции и мотивы еще более усиливаются, проникаю т в американскую, французскую, итальянскую историографию истории III в.

до и. э. Они характерн ы д ля «К ембридж ской древней истории», д л я сочинений Д е Санктиса, О лло и других.

В р ам к ах проблемы «римского империализм а» б ы л,о д ­ нако, поднят вопрос, разделивш ий историков на два л агер я «романистов» и «эллинистов». О лло выступил одним из ведущих сторонников «теории» о «неагрессив ности» Р им а в его борьбе с эллинистическими государ­ ствами. Противники О лло — в основном английские и немецкие античники (напр., У олб ен к)— проводили мысль о «неагрессивности», оборонительной позиции эллинистических государств в борьбе с Римом. Б е з ­ уд ерж н ая идеал и зац ия «великих» политических д ея т е­ лей эллинизм а, произвол в истолковании источников, гиперкритицизм были весьма характер н ы д ля б у р ж у а з ­ ного антиковедения в 20— 30 годы нашего века. Т о та­ литарно-фаш истские идеи т а к ж е не преминули о т р а ­ зиться в реакционном немецком а н ти ко в ед ен и и 10.

В послевоенный период зар у б еж н о е б урж уазн ое ан тиковедение характер и зу ется борьбой либеральны х и консервативных традиций. В аж н о е значение приобре­ таю т исследования истории III в. до н. э. в монументаль­ ном труде М. Ростовцева «С оциальная и экономическая история эллинистического мира». Это произведение было написано еще до 2-й мировой войны, с модерни заторско-циклических, реакционных позиций, но его влияние успело отразиться во многих труд ах з а п а д ­ ных историков. В основном с либеральной точки зрения рассмотрена эллинистическая история в поздних сочи­ нениях В. Т арн а, в работе Э. Виля, скрытый кон серва­ тизм в обрамлении откровеннейшего эм пиризм а х а р а к ­ терен д ля некоторых историков Ф Р Г (Бенгтсона, Хай н ен а). В основном в послевоенный период- не появи­ лось крупных общих трудов по политической истории эллинизм а, кром е труда Виля. Но получили широкое р а с ­ пространение узкоспециальные исследования, вроде просопографических работ или сочинений о политике П ергам а. Н аиб ольш ее значение в этот, к а к и в преды ­ дущие, период имела эмпирическая об работка б у р ж у а з ­ ными историками новооткрытых материалов, например, большой в к л а д здесь внесли М омильяно, Бенгтсон, Хайнен п. И тем не мснсе о б щ ая схема построения внеш ­ неполитической истории III в. до н. э., в ы рабо тан н ая еще Д ройзеном, до сих пор остается в зарубеж ной историографии незыблемой. Эта схема сл уж и т ныне оп­ равданию новых форм неоколониализм а, господства « З а п а д а » н ад «Востоком», идей псевдоуниверсализма и тойнбианского циклизма. Следует отметить, впрочем, еще одну особенность современного б урж уазного анти коведения. Оно в целом консервативно не только в от­ ношении методологии, но и методики исследования. По и реж нем у новации социологии, теории меж дународны х отношений, политологии почти не проникают в глухую крепость «академической» и респектабельной б у р ж у а з ­ ной науки об эллинизм е III в. до н. э. П оэтому вопрос о закономерностях внешнеполитической эволюции д а ­ ж е не ставится. Историю пишут почти т а к же, ка к в «благословенные» времена Д ройзена. Впрочем, если Д ройзен ещ е стремился усмотреть в эллинистической истории хоть какую-то логику, пусть идеалистическую,— то многие современные исследователи на З а п а д е х р а ­ нят по поводу логики эллинистической истории гробо­ вое молчание. Мы не говорим в данном случае о Тойн­ би, который, впрочем, создал концепцию эллинизм а, имеюшую м а л о общего с собственно эллинизмом.

Т ако ва по необходимости крайне схематичная к а р ­ тина эволюции зарубеж ной историографии истории III в.

до н.э. В отечественной дореволюционной историографии было сделано немало попыток изучения э лл и н и зм а,его политической истории. В этой связи следует подчеркнуть значение трудов В. Г. Васильевского, А. Н. Ш укарева, А. В. Никитского, Ф. Ф. Соколова. Ф. Ф. Соколов в начале XX века создал школу отечественных эпиграфистов, м но­ гое сделал д л я выяснения темных страниц истории III в.

до н. э„ главны м образом, на м атери ал е надписей и папирусов. Р езу л ь тат ы, исследований Ф. Ф. Соколова отраж ен ы были в ряде статей, не утративш их своей ценности и в настоящ ее время. Особый интерес, п ред­ ставляю т его вы кладки о м ятеж е Александра, сына К ратера, в Греции, о Третьей Сирийской войне и т. д. Особенно значительные усилия по изучению истории III в. до н. з. предпринимали историки-античники д о ре­ волюционной К азани: Ф. Г. Мищенко, М. М. Хвостов 13.

Первый из исследователей стоял на прогрессивных по­ зициях и в своем обширном введении к переводу П о л и ­ бия дал оригинальную т рак товк у «федеративного д в и ­ ж ения» в эллинистической Грецйи. Второй затронул, по­ ж алуй, впервые в мировой историографии, некоторые проблемы меж дународны х экономических отношений в эпоху эллинизма.

И все ж е бурж уазн ое антиковедение и на За п а д е, и в России не разреш ило великой «загадки» III в. д о н. э.

Его главным пороком было идеалистическое понимание истории, эмпиризм, неприятие закономерностей истори­ ческого процесса. Выход из тупика буржуазной науки невозможен, если оставаться в русле ее методологии. Но о б ращ аясь к марксистско-ленинской трактовке истории, мож но составить глубокое, последовательное, всесто­ роннее понимание элл и н и зм а и его меж дународны х о т­ ношений. Б азо й д л я этого с л у ж а т труды М арк са, Эн­ гельса, Л енина, их вы сказы в ан ия о рабовладельческой формации, об эпохе А л ек сан д р а ка к эпохе внешнего расцвета Греции и т. д. Теоретические установки м а р к ­ систско-ленинской философии использовала советская историография, созд ав ая новую концепцию эллинизма.

Важ нейш ими вехами в исследовании эллинизм а в со­ ветской литературе явились работы А. Бергера, А. Б. Р а новича, А. Г. Бокщ ан ин а, К- К. Зельина, дискуссия 50-х гг. об эллинизме, различны е статьи Я. А. Л еи ц м ан а, H. Н. Пикуса, впоследствии монографии и статьи Т. В.

Бл аватско й, А. И. П авловской, Е. С. Голубцовой, М. К. Трофимовой. П ро б л ем ам эллинистической М а к е ­ донии и политики А лександра М акедонского были посвящены работы А. С. Ш оф м ан а. Вопросов истории эллинизм а' коснулись в своих сочинениях Д. И. Цибу кидис, А. Ейне, И. С. Свенцицкая. Трудно перечислить всех авторов, которые хотя бы косвенно затронули проблемы элли н изм а в раб о тах последних л е т 14. Во всех этих р аботах формируется об щ ая м аркси стская кон­ цепция эллинизма. Но з целом многое в этой концеп­ ции остается пока неясным и спорным. В частности, ка к отмечалось выше, д ал еко не исследован комплекс вопросов, относящихся к III в. до к. э, особенно к ис­ тории внешней политики. М еж ду тем природа источни­ ков по III в. до н. э. такова, что подступиться к социаль­ ной и экономической истории, на наш взгляд, по-настоя­ щ ему невозможно без уяснения вопросов м е ж д ун а р од ­ ных отношений. Не просто эмпирическое изучение м е ж ­ д ународны х отношений, а именно прослеживание их з а ­ кономерностей, основных тенденций и линий позволит перейти к характери сти ке целостности социально-эко­ номических условий эллинистических государств, в ы ­ делить этапы разви тия элл и н и зм а III в. до н. э. П о ­ этому помимо ценности собственно ан а л и за зак о н о м ер ­ ностей м еж дународны х отношений III в. до н. э. пред­ ста вл я ет интерес т а к ж е и методически исходное з н а ­ чение этого ан а л и за д ля изучения вссх остальных сторон истории эллинизм а. Н а р я д у с ф акторам и а к т у а л ь ­ ности данной монографии, сообщенными в н ач ал е «Вве­ дения», этот последний момент входит к а к составная часть оценки целей и зад ач поставленной темы, опреде­ л яет структуру и динам ику последующего повествования.

В нем мы не стремились отрази ть м еж дународн ы е эко­ номические связи, а т а к ж е меж дународны е культурные отношения и сосредоточили внимание на вопросах внеш ­ ней политики, к а к наиболее существенных аспектах проб­ лемы на данном уровне р азв и ти я науки. Хронологические рам ки исследования — 280— 220 гг. до н. э,— о п р ед ел я­ ются наш им пониманием периодизации эллинизма.

ГЛАВА / ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ М Е Ж Д У Н А РО Д Н Ы Х ОТНОШЕНИЙ И Э Л Л И Н И ЗМ § 1. Некоторые общие вопросы теории В. И. Л енин писал: «...кто берется за частные вопро­ сы без предварительного решения общих, тот неминуе­ мо будет на к а ж д о м ш агу бессознательно д л я себя «н а­ тыкаться» на эти общие в о п р о с ы » 1. Этот важ ны й тезис диалектики познания всецело относится и к и сследова­ нию истории меж дународны х отношений, что наглядно продемонстрировали критические работы советских уче­ ных в последние г о д ы 2. В марксистской литературе уделяется все возрастаю щ ее внимание положительному рассмотрению теоретических вопросов в данной о б л а ­ сти, хотя, разум еется, область настолько громадна и слож на, что можно говорить лиш ь о первых ш агах той дисциплины, которой д а ж е нет пока устойчивого наи м е­ нования: социология меж дународны х отношений, теория меж дународны х отношений и т. д. Особенно недостаточно, на наш взгляд, р азработан ы принципы ан а л и за международной жизни во в заи м о ­ связи с той или иной социальной формацией. М еж ду тем здесь заклю чен а основа историзма в понимании меж дународны х отношений. Н епозволительно говорить о «меж дународны х отношениях вообще», подобно тому, как нельзя говорить об «обществе вообще». Неисториче ский подход к м еждународны м отношениям неизбежно ведет к. их модернизации, а этот «грех» непростителен не только тогда, когда речь идет о «внутренней истории», но и в еще большей мере антипатичен, когда начинаю т писать о войнах, дипломатии, внешней политике и т.д. В осо­ бенности с тр а д а ет от подобной модернизации и прочих теоретических неясностей исследование меж дународны х отношений докапиталистических эпох. М ож но ли без­ оговорочно отождествлять, к примеру, торговую кон­ куренцию государств в древнем мире с «борьбой за рынки сбыта»? Допустимо ли говорить о наличии м е ж ­ дународного права в древности так же, ка к говорится о нем в наш у эпоху? М ожно ли именовать своеобразные проявления и функции рабовладельческой дипломатии претенциозными терминами «шпионаж», «диверсии», «давление» или иными определениями? Мы вовсе не утверж даем, что во всех случаях нельзя. Н о необходимо в ы работать ясный критерий научной точности и строго­ сти в употреблении понятий. Здесь обстоит дело при­ мерно так же, ка к и с античной культурой. С праведл и ­ вое мнение о ной в ы сказал А. Ф. Лосев: «К ардинальны й вопрос всей теории античной культуры — это вопрос о существенной связи взаимоотношений р а б о в л а д е л ь ­ ческой формации с возникшей из нее к у л ь т у р о й » 4. Но какие внутренние связи сущ ествуют м еж д у формацией и меж дународны ми отношениями? Вопрос был бы с р а в ­ нительно легко разрешим, если бы речь шла о в заи м о ­ отношениях народов одной и той ж е формации. Но дело ка к раз в том, что в истории было не исключением, а правилом состояние, когда одновременно сущ ествовали и взаимодействовали меж ду собой страны разны х ф о р­ маций. Истоки этой неравномерности и порожденные ею специфические закономерности меж дународны х отно­ шений требуют, в первую очередь, объ51снения.

Поэтому, имея в виду в дальнейш ем рассмотреть черты м еж дународны х отношений эпохи эллинизм а, мы попытаемся здесь излож ить в тезисном плане некоторые общие вопросы.

Рассмотрение меж дународны х отношений н евозм о ж ­ но без уяснения природы субъекта этих отношений — племени, народа, страны, нации, государства и др. С ам а множественность терминологии для определения су б ъ ­ екта меж дународны х отношений свидетельствует о не­ четкости, имеющей, в известном смысле, гносеологиче­ ский характер. Н о независимо от того, какой термин употребляется, в него влож ен один общий смысл: суб ъ ­ ект меж дународны х отношений представляет собой не­ который социальный организм. В аж н ое свойство со­ циального орган и зм а — координатность, т. е. п ростран ­ ственно-временная определенность. П ростран ствен но­ географическую и временную л о к ал и зац и ю имеют поэтому и производительные силы, в. конечном счете оп­ ределяю щ ие характер социального организма. В п о ня­ тие производительных сил вклю чается, следовательно, и территориальны й аспект, без которого трудно п ред­ ставить себе, например, производительные силы зем л е­ делия. Географ ическая зональность к а к бы продолж ает свое существование в снятом виде в территориально комплексном развитии производительных сил и соот­ ветствующих им социальных о р г а н и з м о в 5. Поэтому, кстати, и в озм ож н а историческая география, связи ко­ торой с теорией меж дународны х отношений являю тся весьма гл у б о к и м и 6.

К онстатируя пространственную и временную опре ределенность каж дого социального организма, можно рассм атривать человечество в целом к а к совокупность социальных организмов различны х типов (формаций, способов производства), взаим освязанны х меж ду со­ бою, в частности, по законам исторической географии.

Самое разн ооб рази е этих социальных организмов об­ условлено различием производительных сил в разных территориальны х пунктах земного ш ара на различных этап ах истории. Строго говоря, в любой исторический период мож но н аблю дать своеобразный «рост» произ­ водительных сил по мере перемещения из одной про­ странственной зоны в другую. Эта н аб л ю д ае м ая за к о н о ­ мерность о т р а ж а е т «векторность» пространственного прогресса человечества, перемещение центра историче­ ского р азви тия в пространстве.

К а к известно, на данный феномен неоднократно об­ ращ ал и внимание классики м аркси зм а-лен ин и зм а при­ менительно к различны м эпохам. Ф. Энгельс по поводу основного противоречия рабовладельческой формации писал: «Всякое основанное на рабстве производство и всякое основываю щ ееся на нем общество гибнут от э то ­ го противоречия. Р азр еш ен ие его соверш ается в бо ль­ шинстве случаев путем насильственного порабощения гибнущего общ ества другим, более сильным (Греция была покорена М акедонией, а позже Р и м о м ). Д о тех пор пока эти последние, в свою очередь, имеют своей основой рабский труд, происходит лишь перемещение центра, и весь процесс повторяется на более высокой ступени, пока наконец (Р им ) не происходит завоевание таким народом, который вместо рабства вводит новый способ п ро и зв о д ств а» 7. Зависимость перемещения цент­ ра социального развития от естественно-географической базы, как составной части производительных сил, под­ черкивал и К- М аркс: « Р а з дано капиталистическое производство, то, при прочих равных условиях и при данной длине рабочего дня, величина прибавочного труда изменяется в зависимости от естественных усло­ вий труда и в особенности от плодородия почвы. О д н а ­ ко отсюда отнюдь не вы текает обратного положения, что наиболее плодородная почва является наиболее подходящей д ля роста капиталистического способа про­ изводства. Последний п редполагает господство челове­ ка над природой. Слиш ком расточительная природа «ведет человека, ка к ребенка, на помочах». Она не д е ­ л ает его собственное развитие естественной необходи­ мостью. Не области тропического кл и м ата с его могу­ чей растительностью, а умеренный пояс был родиной к а п и т а л а » 8.

Д и н а м и к а пространственных перемещений «центра»

исторического развития составляет, в частности, основу д ля выделения таких понятий, как «Восток» и « З а ­ пад». Мы полагаем, что дивергенция «Востока» и « З а п а д а » свойственна в основном эпохе классового общества и обусловлена меридиональной зак он ом ер­ ностью распределения уровней производительных сил различны х антагонистических обществ. Д л я понятия «рост производительных сил» имеет значение фактор разн ообрази я, в особенности когда речь идет о произво­ дительных силах самой природы. А ведь именно такие производительные силы служ или основой прогресса человечества в добур ж уазн ы е эпохи. К. М ар к с отмечал:

«Если мы отвлечемся от большего или меньшего р а з ­ вития общественного· производства, то производитель­ ность труда окаж ется связанной с естественными усло­ виями. Эти последние могут быть целиком сведены к природе самого человека, к его расе и т. п., и к окру ­ ж аю щ ей человека п р и р о д е» 9. Р азн о образи е естествен­ ных условий, обязанное своим существованием зак о н о ­ мерностям географии Земли, ка к раз и породило пе­ реход с Востока на З а п а д, а на известных э т ап ах и переход с З а п а д а на Восток ка к переходы от низшего к высшему. Д л я ф азы н а ч а л а · дивергенции З а п а д а и Востока в аж н о в этой связи указан ие Энгельса: «...C н а­ ступлением в арв арств а мы достигли такой ступени, когда приобретает значение различие в природных ус­ ловиях обоих великих материков (т. е. Старого и Н о ­ вого света.— В. Ж.)... Вследствие этого различия в природных условиях население каж дого полуш ария разви вается с этих пор своим особым путем, и межевые знаки на границах отдельных ступеней развития стано­ вятся разными д ля каж дого из обоих полушарий» 10.

Ф. Энгельс д ал ее указы вает, что на «Западе» (т. е. на американском континенте) первобытные племена не пошли д ал ьш е средней ступени в ар в ар ств а и отстали от народов «Востока» (т. е. восточного п олуш ари я), т ак как «восточный материк, так назы ваемы й Старый свет,, об л а д а л почти всеми поддаю щ имися приручению ж и ­ вотными и всеми пригодными д ля разведения видами злаков, кроме одного;

западны й ж е материк, Америка, из всех поддающихся приручению млекопитаю щ их — только ламой, да и то лишь в одной части юга, а из всех культурных зл ак о в только одним, но зато наи л уч ­ шим,— маисом» и.

Прогрессивное д виж ение центров цивилизации с Востока -на З а п а д или с З а п а д а на Восток, разумеется, имело относительный характер, и кроме того, постоян­ но сопровож далось существенными широтными пере­ мещениями 12. Не учиты вая этого сложного движения, вряд ли возможно усмотреть какую -либо зак о ном ер­ ность во взаимоотношениях различны х социальных ор­ ганизмов, т. е. в м еж дународны х отношениях. Д а л е е мы убедимся в этом на примерах из древней истории.

Но дело не только в движении, которое описано выше.

Речь ведь пока что ш ла о географическом перемещении систем социальных отношений. Н азы в ать этот процесс «перемещением» можно столь же условно, ка к и, к примеру, считать особым д виж ением бег солнечного зайчика по стене или «бег» волны по поверхности вод.

Гораздо убедительнее выглядит представление о внеш ­ них перемещениях, имеющих место в реальном геогра­ фическом пространстве, но носящих исторический характер: переселения народов, завоевание (т. е. экс­ пансия) территории. П еремещ ения этого рода, впро­ чем, тесно связаны с движ ениям и центров историческо­ го развития и т а к ж е имеют с б о и особые закономерности.

Значение последних исключительно в аж н о д ля вы ясне­ ния меж дународны х отношений.

Р асс м атр и в ая динамику' человечества к а к совокуп­ ность социальных организмов, можно, таким образом, увидеть и сильные, и слабы е колебания социосферы (это понятие вводится социологами по аналогии с гео­ сферой или биосферой), различить «бури» и «штормы», «погоду» и «климат»..Международная ж и зн ь п од в ер ж е­ на постоянной и весьма сложной динамике. Она" лишь на первый взгл яд каж ется статичной. В действительно­ сти «атм осфера» международной жизни имеет столь ж е строгие, хотя и непростые, закономерности, как и а т ­ мосфера Земли, изучаем ая метеорологами.

М еж дун аро д н ая ж изнь в рассмотренном выше смыс­ ле представляется ка к нечто самостоятельное, имеющее свою собственную историю. Но эта самостоятельность, конечно, весьма ограниченна. М арк с относил м е ж д у н а­ родные отношения к разр я д у производных, перенесен­ ных, н еп ер в и ч н ы х )3. В. И. Л е н и н неоднократно гово­ рил о прим ате внутренней политики н ад внешней и вместе с тем о тесной взаимосвязи обеих п о л и т и к и.

К аж д ы й социальный организм о б л а д а ет специфической внутренней активностью, определяющей его поведение в международной среде;

к которой он не только при­ спосабливается, но и способен изменить. Д ругое дело, что эта активность не доводится до конца и не может быть доведена до конца в условиях докоммунистических способов производства. Всегда сохраняется комплекс непредвиденных последствий в меж дународны х отно­ шениях эпохи «предыстории»;

всегда сохраняется стрем ­ ление эксплуататорских классов подчинить себе, своим эгоистическим ближ айш им интересам международные· отношения. По этим причинам поведение народов и государств в мировом сообществе носит, в конечном итоге, стихийный характер;

закономерности м е ж д у н а р о д ­ ных отношений пробивают себе дорогу через это сти­ хийное, отчужденное поведение. Э ксплуататорские классы поддерж иваю т возникшую на заре истории р а з ­ общенность народов, сохраняя ее в р ам к ах государств с зам кнутым и границами. Не допуская народы к кл ю ­ чевым звеньям управления внешней политикой, эксп л уа­ таторские классы тем самым монополизируют как цели, так и средства международного общения. И все же развер ты в аю щ а яся в антагонистических обществах классовая борьба оказы вает немалое воздействие на внешнюю политику. Посредством борьбы против экс­ плуататоров трудящ иеся массы способны во все большей степени вмеш иваться стихийный процесс м е ж д у н а ­ родного общения, корректируя его в прогрессивном н а ­ правлении. Внеш няя политика победившего рабочего класса в стр ан ах мирового социализма представляет собой великое продолжение и высшую ступень тех ги­ гантских ты сячелетних усилий, которые предпринимали народные массы в борьбе за контроль н ад м е ж д у н а р о д ­ ной жизныо, за мир против войны, за единство против разобщ ения, за независимость против тотального р а б ­ ства.

Но, разум еется, не только классовая борьба высту­ пает как «внутренний» движущ ий ф актор внешних сно­ шений. В ещ е большей мере таким ф актором является сама производительная деятельность народов, посте­ пенно осв о б ож д аю щ ая человечество от естественно возникшей разобщенности, разнородности его п опуля­ ций, от подчиненности этих популяций конкретным при­ родным условиям. Уже капи тали зм создал универсаль­ ные производительные силы и одновременно породил универсальное общение. «...Крупная промышленность сд ел ал а конкуренцию универсальной... со зд ал а средства сообщения и современный мировой рынок, подчинила себе торговлю·.. Она впервые созд ала всемирную исто­ рию, поскольку поставила удовлетворение потребностей каждой цивилизованной страны и каждого индивида в ней в зависимость от всего мира...»15. О д н ако универ­ сальное общение при капи тали зм е носит в высшей степени противоречивым характер, поскольку происходит в р а м ­ ках внутреннего и международного а н т а го н и зм а.Т о л ь ­ ко коммунистическая формация, опираясь на новый подъем мировых производительных сил, снимает это противоречие.

Указыв-ая, что международное общение до появл е­ ния мирового социализма носило преимущественно сти­ хийный хар а к тер и что силы становящ ейся всемирной истории лиш ь через этот стихийный процесс пробивали себе дорогу, нельзя ;

iie отметить тех форм, в кото­ рых д ан н а я стихийность себя в ы р а ж а л а. Субъекты м еж дународны х отношений — племена, нации, госу­ дарства И т. д. — находились друг с другом, главным образом, в отношениях борьбы, соперничества, конф­ ликта. Если ж е степень разобщенности бы ла слишком велика, чтобы мог возникнуть хотя бы какой-нибудь контакт, то все ж е в общеисторическом п лан е соперни­ чество и здесь имело место: оно носило, однако, до.

поры до времени скрытый для субъектов м е ж д у н а р о д ­ ных отношений характер. Н аглядн ы й пример последне­ го случая — соперничество народов Нового и Старого света, сущ ествовавшее в неявном виде многие века и обнаруж ивш ееся со всей жестокостью в н ач ал е нового времени с открытием «варварской» Америки «цивили­ зованными» европейцами.

З а этой всеобщей международной борьбой как пер­ вобытных, так и классово-антагонистических со ц и ал ь­ ных организмов стояла, в конечном итоге, объективно необходимая борьба различны х способов производства или их разновидностей. Упомянутое выше перемещение «центров» исторического развития выступает ка к в а ж ­ ный аспект международной борьбы и ка к ее результат.

Тот факт, что сущ ествовали некоторые закономерности пространственной динамики международного развития, лишь свидетельствует о наличии общих тенденций р а з ­ вития способов производства и, соответственно, общих линий эволюции мирового сообщества народов.

Если стихийность международного разви тия в ы р а ­ ж а л а с ь в борьбе, соперничестве, то сам а борьба могла выступать, в свою очередь, в разны х формах. В а ж н е й ­ шей из них я в л я л ас ь война, но рядом с нею стоят и м е ж ­ дународны е культурно-экономические связи, и д ип л о­ матия, и международное право. Эти формы выступают одновременно и как средства м еж дународной борьбы.

К числу средств этой борьбы следовало бы относить та к ж е внешнюю политику.

Д иалекти чески й подход к меж дународны м отнош е­ ниям показы вает, что эти отношения историчны, не только по своему содержанию, но и по своим формам.

Д о сих пор в б урж уазной науке и сследовалась преиму­ щественно история форм меж дународны х связей, т. о.

внешней политики, дипломатии, войн, п р ав а и т. д.

Эти формы рассм атривали сь в отрыве от их со д е р ж а ­ ния и потому не могли повести науку к обнаружению закономерностей. М аркси стская наука, напротив, о б р а ­ щ ает особое внимание на содерж ательны й аспект м е ж ­ дународной истории и стремится г л у бж е и всестороннее объяснить его, выводя соответствующие формы из их содерж ания.

§ 2. Эллинизм и закономерности международных отношений рабовладельческой формации Одним из сложны х аспектов теоретического исследо­ вания являю тся м еждународны е отношения в древнем мире. В заим освязи между социальным развитием об щ е­ ства и меж дународны ми отношениями древности просле­ ж и в аю тся с полной определенностью. П р об л ем а «движ е­ ния центров» мировой истории, переселений, военно-эко номических экспансий т а к ж е имеет свое специфическое значение д л я древних народов и государств. Но сущ е­ ствуют и некоторые «чисто древние» ракурсы теории м еж дународны х отношений, обусловленные спецификой первобытной и рабовладельческой формаций.

Во-первых, исследуя вопрос, мы неизбежно ст а л к и в а ­ емся с дискуссионной проблемой: когда возникли м еж д у ­ народные отношения? В одних случаях генезис м е ж д у ­ народных отношений относят к эпохе появления к л а с ­ сового строя, в других — ко времени появления человека и общ ества.'6 Н а м представляется, что б л и ж е к истине сторонники второй точки зрения, поскольку э тно граф и ­ ческий м атери ал явно свидетельствует о за ч а т к а х дип ло­ матии, войн, экономических контактов м еж д у первобыт­ ными племенами. Разумеется, меж дународны е отнош е­ ния в первобытную эпоху были весьма своеобразны, но ставить вопрос об их существовании и закономерностях, видимо, необходимо. Н ас э та п роблем а интересует лишь в связи с сущ ествованием первобытной периферии р аб о ­ владельческих обществ и ее взаимодействия с этими об ­ ществами,7. М еж дун ародн ы е отношения в древности обусловливались в значительной мере законам и отноше­ ний м еж д у общностями двух формационных типов — пер­ вобытной и рабовладельческой. Но система м еж д у наро д ­ ных отношений в клю чала в себя т ак ж е: ) отношения м еж ду племенами первобытной периферии;

2) отношения между р абовладельчески м и государствами. Р азум еется, ведущее, определяю щ ее значение в системе м е ж д ун а ро д ­ ных отношений имели отношения меж ду р а б о в л а д е л ь ­ ческими государствами, как представителями передовой общественной формации. На какой ж е основе эти от­ ношения строились? По-видимому, корни своеобразия меж дународны х отношений в рабовладельческом мире кроются в самом явлении р аб ств а ка к особого производ­ ственного отношения. Хорошо известно, что в странах древнего Востока господствовало эндогенное, п а т р и а р ­ хальное рабство, в странах античности в озобладало р а б ­ ство экзогенное, классическое 18. Поэтому м е ж д у н а р о д ­ ные отношения рабовладельческой эпохи имели особую специфику на каж д ой из трех крупных стадий древнего мира. Во-первых, можно н аб лю д ать стадию отношений меж д у древневосточными государствами с п атр и а р х а л ь ­ ным рабовладением;

во-вторых, можно н аблю дать ст а­ дию отношений м е ж д у античными и патриархально раб овлад ельчески м и (восточными) государствами;

в-третьих, можно н аб лю д ать стадию отношений меж ду античными государствами с-классическим рабовладением.

В торая форма х арактерн а д ля времени, когда древневос­ точный мир сходил с арены истории, а античный мир поднимался. Н а каж дой из этих стадий сущ ествовали особые системы государств, особые формы отношений м еж д у государствами и особые тенденции развития системы меж дународны х отношений. Отношения, п о р о ж ­ денные эпохой древневосточного рабства, существенно отличались от отношений, сущ ествовавших в эпоху п е р е ­ хода к полному господству античного рабства, а эти последние — от отношений расцвета античного времени.

Упрощенная схема истории древности о т р а ж а е т все эти тенденции в логическом ряду: Восток — Греция — Рим 19.

При этом в понятие «Греция», естественно, вклю чается т а к ж е эллинизм. З акон ы д ви ж ени я производительных.сил, смены форм раб овлад ен ия и т. д. неизбежно обус­ ловили «перемещение центров» рабовладельческой формации от стран с меньшим разнообразием естест­ венно-географических и исторических условий к с т р а ­ нам с большим разн ообрази ем «среды». Но это «пере­ мещение центров» формации было всякий раз н пере­ мещением центров международной системы государств, а следовательно, озн ач ал о появление новой системы государств вместо старой. Система государств и их взаимоотношений в XV в. до н- э. на Ближном Востоке;

система государств эпохи Н ововавилонского ц а р с т ­ ва и Позднего Египта;

система государств Греции в V в· до и. э.;

система эллинистических государств и т. д.— все эго только выхваченные из длинного исторического ряд а примеры. Эволюция м е ж д у н а род ­ ных отношений в древности была именно эволюцией систем государств, подчиненной законам разви тия р аб о ­ владельческой формации.

При господстве эндогенного рабства не сущ ествова­ ло коренных потребностей во внешнем контакте госу­ д арства с соседями;

древневосточные государства д о л ­ го еще сохраняли присущую им изоляцию. П равда, они вели внешние завоевания, но это было лишь установление изолированности на более высоком уровне.

Ц елью завоеваний являлось в основном увеличение вещного богатства, частью которого считался и чело­ век. Поэтому завоевание на Востоке есть одновре­ менное расширение границ, создание «мировой импе­ рии». Н езрелость рабства о тго р аж и в ал а одну страну древнего Востока от другой, подобно тому как перво­ бытное племя отгораж ивалось от другого племени. Тут мы имеем дело с своеобразными п ереж иткам и перво­ бытных меж дународны х отношений на Востоке.

Наоборот, при господстве экзогенного рабства в античных странах картина иная. Остановимся на этом подробнее. Экзогенное рабство способно оторвать л и ч ­ ность от средств производства, от своей общипы, в кл ю ­ чить, инкорпорировать ее в чужеродный ей организм рабовладельческого государства. Это п р е д п о л а га л о р а з ­ личные формы м еждународны х отношений, посредст­ вом которых рабовладельческие государства решали проблему обеспечения себя рабочей силой. Основной формой международны х отношений являлись войны, в ы р а ж ав ш и е собою не что иное, как внеэкономическое принуждение раб а к труду, насильственную экспропри­ ацию мелкого собственника и превращ ение его в раба.

Отсюда необходимость, неизбежность самых активных м еж дународны х контактов в античном мире. Античные м еж дународны е отношения всегда несли в себе в озм ож ­ ность перерастания в отношения рабства. Всякий ан­ тичный парод р а с с м а ц ш и а л своих соседей как потен­ циальных рабов. Эллины и римляне считали варваров прирожденными рабам и, о чем недвусмысленно писали Аристотель и ему подобные20. В реальных отношениях между античными народам и постоянно п р о скаль зы в ал а тенденция к порабощению: например, отношения Афин к их сою зникам в Афинской Архэ V в. до н. э. Р им у г­ нетал провинции рабскими методами. Любопытно, что в международны х отношениях античной эпохи сущ ест­ в овала своеобразная лестница статусов, подобная со­ словной лестнице внутри рабовладельческого государ­ ства. Юридического равенства народов в античном ми­ ре не было и быть не могло. Если и сущ ествовали з а ­ чатки равенства, то они были весьма н е р а з в и т ы 21.

П оскольку основное производственное отношение античных государств, покоившееся на экзогенном р а б ­ стве, выступало как м еж дународное отношение, то до известной степени «чисто внутреннего» в античных со­ циальных орган и зм ах не существовало, равно ка к и «чисто международного». Следовательно, понятие « гра­ ницы» для античного государства нельзя абсолю тизиро­ вать. Точные границы античных государств, как п р а ­ вило, трудно определимы, и это объясняется тем, что зависимость тех или иных территорий п ад ал а при д в и ­ жении от яд р а государства к периферии, постепенно сходя на нет. Столь тесное переплетение и взаимо переход «внешнего» и «внутреннего» явл ял и сь об ъ ек­ тивной предпосылкой широких завоеваний и создания эфемерных громадных империй в античную эпоху. Их громадность п о р аж а ет воображение, но нельзя забы вать, что они д ер ж а л и сь только на внеэкономическом (р а б ­ ского типа!) принуждении провинций к существованию в единстве с. центром22. Географически огромные, эти империи продол ж ал и оставаться, по существу, лишь совокупностями разнородных, почти независимых друг от друга, автаркичных общностей. Вполне понятно, что эти конгломераты общностей рассм атривали свое един­ ство либо в зер к ал е господствующей личности (царя, деспота, т и р а н а ), либо господствующей группы (напр., афинского д ем о с а). Подобно этому и христиане были «едины во Христе». Единство христиан есть единство чисто идеологическое, а единство народов в античном государстве было единством идсолого-нолнтичсским, с некоторыми зач атк ам и экономических связен.

Все выш есказанное, конечно, не означает, что в м еждународны х отношениях античности все было зыбко и неопределенно. Черты определенности меж дународны х систем, безусловно, сущ ествовали. Н о это б ы л а иная определенность, чем в новое время;

это б ы л а опре­ деленность, подчиненная иным законам.


Рассмотрим теперь случай, когда имеют место отно­ шения м е ж д у государствами античного и древневосточ­ ного типов. Зд есь принципы м еж дународн ы х отнош е­ ний, свойственные двум ф орм ам рабовладельческого строя, д олж н ы были столкнуться и о б р азо в ать нечто новое, к а к «равнодействующую» различны х тенденций.

Процесс смены древневосточной системы м еж дународ «ы х отношений античной системой был чрезвычайно сложен. Он породил так и е состояния, когда уже не бы­ л а возм ож н а п а т р и а р х а л ь н а я м еж госуд арственн ая изо­ ляция, но еще не н аступ и ла всеобщ ая возможность экспансии и деструкции границ. Этот процесс имел свои приливы и отливы. П опы тка широкой экспансии античного типа бы ла предпринята еще гр ек ам и эпохи колонизации, но создать м еж дународн ы е отношения нового типа во всем тогдаш нем «мире» греки не могли.

Поэтому ав тарк и я сохранилась, и конец V и IV в· до н. э. проходили под ее знаком. Н о в ая попытка эксп ан ­ сии античного типа — походы македонских ц арей Ф и ­ липпа и А лександра. Их ж а ж д а завоеваний, д о ш ед ш ая до идеи мирового господства, бы ла не чем иным, ка к стремлением к возможно более полной л иквидации р а з ­ личий «внутреннего» и «внешнего». Н о античный способ производства ещ е не был столь развит, чтобы такое р а ­ дикальн ое состояние наступило. П оэтому а в та р к и я бы­ л а реставрирована: империя А л ексан дра распалась, едва родившись. «Восток» о д е р ж а л победу над « З а п а ­ дом». Эллинизм III в. до н. э.— это конец длительного переходного периода м еж дународн ы х отношений, когда совершенно ясно об означается необходимость об р азо ­ вания «мировой д ерж авы », в которой сливаю тся пол­ ностью «внутреннее» и «внешнее». С истема государств III в. до п. э. одержим?, острейшим противоречием: с одной стороны, «Восток» п родол ж ает о д ерж и в ать побе­ ду над «-Западом» в той мере, в какой усиливается автаркия, а с другой — « За п а д » п о беж дает по мере у си ­ ления консолидации. П одобны е тенденции отр аж аю тся в реальных отношениях восточных и зап ад н ы х госу­ дарств эллинистического мира, ведут к постоянному изменению соотношения сил, к колебаниям и качаниям, которым, к азал ось бы, нет конца. Н а самом деле, из множества таких колебаний рож д ается некая тенден­ ция развития, обеспечиваю щ ая перевес «Западу», т. е.

уже, в конечном итоге, Риму. Н аступ ает эпоха полного господства античных рабовладельческих отношений и во «внутренней», и в «международной» с ф е р е 23.

Д л я объяснения ситуации, сложивш ейся в м е ж д у ­ народных отношениях древности вообще и III в. до н. э.

в частности, необходимо учитывать, наряду с отмечен­ ным выше, т а к ж е следую щ ие моменты. Система госу­ дарств, поскольку она в древности сущ ествовала, не бы ла изолированным или абсолютным бытием. Она всегда яв л я л ас ь составной частью (подсистемой) более сложной системы и могла, в свою очередь, состоять из собственных подсистем. В полном смысле этого слова, такого комплекса, ка к «всемирная система народов», в древности не существовало, а если он и существовал, то лиш ь ка к система, элементы которой связаны друг с другом естественными, а не социальными связями, т. е.

посредством таких «естественных мостов», ка к океаны, пустыни и т. д. Это, скорее, отношения социальной изо­ ляции, чем отношения связи. Они усугублялись отноше­ ниями самоизоляции, присущими таким примитивным общностям, ка к первобытные племена. К а к бы то ни было, выделять понятие «Ёсемирная система» примени­ тельно к древности можно лиш ь с очень большой у с ­ л о в н о с т ь ю 24. Подчиненными этой системе подсистемами будут у ж е выступать некие «местные системы народов»:

например, та или иная группа племен в определенном регионе или группа государств, поддерж иваю щ их м е ж ­ ду собой более прочные связи, чем с государствами или племенами других «местных систем». Наконец, «мест­ ную систему» можно то ж е раздробить на подсистемы или на отдельные государства.

Р азвити е м еж дународны х отношений — это не толь­ ко развитие отношений м еж д у отдельными государст­ вами, но и между системами государств. П о необходи­ мости, раб овладельчески е общества объединялись в несколько «местных систем», консолидировавш ихся во­ круг местных центров. Н апри м ер, независимо от Б л и ж ­ него Востока и Европы р азв и в а л ась м еж д унар одн ая система государств в древнем Китае, позднее — в цент­ ральной А м е р и к е 25. Но тенденция и здесь была вполне определенной — к упрочению связей между автономны­ ми системами вплоть до попыток объединения систем.

Так произошло с двум я системам и государств III в. до н. э.: Восточно-Средиземноморской и З а п а д н о -С р ед и ­ земноморской. С н ачала они р азви вал ись автономно, однако с конца III в. до н. э. слились в единую м е ж д у ­ народную Средиземноморскую систему государств, я д ­ ром которой стал Рим.

Изучение автономии меж дународны х систем о ткр ы ­ вает и новую проблему: связи государств или систем государств могли быть не прямыми, а опосредованны ­ ми. К аж д о е государство (и тем более племя) зн ал о в основном своих соседей, с ними оно и поддерж ивало контакты. Н о воздействуя на соседей, д ан н а я общность я в л я л а с ь к а к бы центром возбуж дени я некоторой вол ­ ны, которая через соседей п ер ед ав ал ась более о т д ал ен ­ ным общностям, в том числе и тем, которых д анная общность никогда не зн ал а и с которыми не со п р и кас а­ лась. Эта цепная реакц ия связей бы ла весьма х а р а к т е р ­ на д л я древнего мира. О на хар актери зу ет субъекты международного общения (государства древности) с объективной стороны и со стороны их активности отно­ сительно «внешней среды». Д ей ствуя на международной арене, государство (и его руководители) д а ж е не подо­ зрев ал о о тех последствиях, которые его действия в ы ­ зовут в отдаленных частях ойкумены. Тем более не мог­ ло оно подозревать об отдаленных последствиях дейст­ вий каких-то неведомых народов д ля самого себя. П о ­ л итика строилась на основе субъективных догадок, по­ читалась ка к деяние судьбы и бы ла искусством,-хотя у ж е греческие философы и историки говорили о необхо­ димости изучения политического опыта 26.

Одним из выражений автономии системы государств и цепной реакции действий государств этой системы является, в частности, м еж д у н а р о д н ая система д е р ж а в Восточного С редиземноморья в III в. до н. э. Н а р я д у с государствами, определявш ими судьбы тогдашнего «мира», было и множество мелких государств — поли­ сов эллинистическою типа. Ни один, д а ж е самый ге­ ниальный политик не смог бы «проиграть» в своей го­ лове всю сложною «игру» многочисленных борющихся в тогдашнем эллинистическом мире сил. Отсю да ясна важ ность интуитивного постижения выбора, в р ам к ах ко­ торого проходило принятие внешнеполитических реш е­ ний. Особо важ н о е значение приобретала единоличность принятия реш ения либо царем, либо лидером правящ ей верхушки греческого полиса. П оэтому политика персо­ нифицируется, начинает совпадать со структурой п р а ­ вящей личиости. Впрочем, обусловленность поведения такой личности многими ф ак тор ам и — тож е бесспорный д л я эпохи элл и н изм а факт.

Все, что вы ш е было ск азан о о древних м е ж д у н а р о д ­ ных отношениях, позволяет лучш е понять внешнюю по­ литику древних государств и, в частности, м алои звест­ ную внешнеполитическую историю III в. до н. э. И сто­ рия элл и н и зм а н ач ал ась завоеван и ям и А лександра М акедонского, вызвавш ими к жизни центробежные про­ цессы эпохи диадохов. Но с концом эпохи диадохов зав ерш ается важ н ы й процесс сложения эллинистиче­ ских государств и начинается стадия классических м е ж ­ дународны х отношений эллинизм а.

ГЛАВА II СРЕДСТВА ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ ЭЛЛ И Н ИСТИ Ч ЕСКИ Х ГОСУДАРСТВ § 1. Армия и флот Внешняя политика любого государства невозможна без соответствующих средств и м атери альн ы х предпо­ сылок. В древнем мире, при господстве раб о в л ад ел ьч е­ ской формы производственных отношений, главным средством внешней политики была, несомненно, война, ка к открытое проявление насилия и порабощения. Армия в рабовладельческом мире имела специфическое, но вместе с тем выдаю щ ееся значение. Эллинизм в этом отношении не представляет какого-либо отклонения от общей закономерности древнего мира.

Источники сообщают немало сведений об армиях эллинистических государств. Солидный в к л а д в иссле­ дование этого вопроса внесли французский историк Ло ней, английский античник Тарн, его соотечественник Гриффит и другие. В советской литературе вопросом об арм иях античных народов заним ается Л. П. Мари нович '. Но эллинистическим арм иям специального ис­ следования у нас пока не посвящено. М еж д у тем э л л и ­ низм дал немало и в аспекте военной теории, и в кон­ кретных проявлениях стратегии и тактики армии и флота.

В настоящей работе мы можем представить лишь краткий очерк об эллинистической армии III в. до н. э., оставив в стороне многие вопросы. Х арактеристика это­ го феномена д о л ж к а начинаться,' очевидно, с ан ал и за численного состава, этнической и классовой п рин ад­ лежности воинов различных государств. Д р ев н и е авто­ ры не часто даю т статистику, и если приводят ее, то крайне недостоверно. В войсках Антигона Гоната, н а ­ пример, в первый год правления его в М акедонии было некоторое количество гал атски х наемников, которое можно подсчитать из данны х Полиэпа, разделив общую сумму оплаты этим наем никам (тридцать талантов) на сумму оплаты каж д ом у наемнику («одни золотой» ста тер). П олучается приблизительно 7500 ч е л о в е к 2. Тот факт, что у Антигона в те годы было еще не менее 2000 воинов, засвидетельствован и другим местом у По лиэна,где сообщается о наемном двухтысячном войске иод руководством фокейца А м и н и я 3. О наличии галатских наемников в войске П толем ея II во время I Сирийской войны говорит П авсаний 4. Д л я того вре­ мени относительно войны Антиоха I Сотера с гал л ам и Л у к и ан свидетельствует об огромном по численности войске галлов, в котором было только конницы около 20 000 и пехоты «24 ряда». Сколько всего было галлов, Л уки ан не сообщает;


не говорит он, к сожалению, и о численности войска Антиоха 5.

Н аиболее д етал ь н ая статистика войск для иремени 70-х III в. до и. з. содерж ится в связи с описанием вторж ения галатов в Грецию л Македонию. П авсаний н азы вает такие числа: у гал атов при вторжении в Г ре­ цию было 152 000 пехоты и 61 200 всадников. У греков было при Ф ермопилах 10 000 пехотинцев-гоплитов и 500 всадников из Беотии, 3000 пехотинцев и 500 всад н и ­ ков из Фокиды, 700 вопнов-пехотиниев из Локриды, ю п ли тов из М егар;

этолийского войска больше всех, но тут П авсаний точно д ает только число тяж ел ов о ор у­ женных гоплитов из Этолии — 7000. Наконец, названо 500 всадников, 1000 пехотинцев из Афин, а т а к ж е по 500 воинов от Антигона Гопата и Антиоха. Общую чис­ ленность войска греков из этой статистики определить, конечно, невозможно, не говоря уже о крайне преуве­ личенных данных о войске г а л а т о в 6. Д ругие античные авторы (Диодор, Юстин) приводят такие же п реувели­ ченные числа армии галлов 7.

Отрывочные сведения статистического х арактер а можно получить из описания событий борьбы П ирра за господство в Греции. П лутарх, например, сообщает, что у П ирра при переходе в Пелопоннес было 25 пехотинцев, 2000 всадников и 24 слона. Этого войска было, якобы, достаточно, чтобы подчинить себе весь Пелопоннес 8. И тут, вероятно, античный автор не оши­ бается: действительно, норм ал ьная численность армий того времени, рассчитанных на большую войну, вряд ли бы ла больше нескольких десятков тысяч человек. Не исключение в данном случае и те армии, о которых нам ничего не известно;

мы, например, не знаем о чис­ ленности состава армий эллинистических. государств в Хрсмонидовой войне, III Сирийской войне, Дсметриевой войне. Но вряд ли в этих войнах использовались войска более солидные, чем в Клеоменовой войне 20-х гг. I l l в.

до н. э., о которой нам как· р аз хорошо известно от П о ­ либия и П л у тарх а. В битве при Селласии Антигон До сон имел: в ф ал ан ге м а к е д о н я н — 10 000 воинов, пель тастов — 3000, конницы — 300, агрианов — 1000, гала т о в — 1000, наемников — 3000 пехоты и 3000 конницы, столько ж е ахеян пеших и конных, мегалапольцев — 1000, бсотян — 2000 пехоты и 200 конницы, э п и р о т о в — 1000 пехоты и 50 конницы, и л л и р и й ц е в — 1600. О б щ ая численность войска Антигона бы,да около 30 000 человек 9.

Численный состав подразделений спартанского войска античные авторы не сообщают, говорится лишь, что в это войско входили лакедемоняне, союзники и н аем ни ­ ки, и составляло оно 20 000 воинов 10. Впрочем, П лутарх отмечает, что лакедем онян было 6000 ".

Некоторое представление о количественном составе и структуре египетского войска в конце 20-х — начале 10-х годов III в. до н. э. д а с т один подробный фрагм ент Полибия· сообщаю щего о подготовке П толем ея IV к Четвертой Сирийской войне: «Еврилох из Магпесии был начальником трех тысяч воинов т а к назы ваемого у ц а ­ рей агемата;

под начальством беотийца С ократа нахо­ дились пельтасты;

ахеец Фоксид и сын Фрасеи П то л е­ мей, с нимн Андромах из Асненда обучали вместе ф ал а н гу и эллинских наемников. Н ачал ь н и к ам и ф а л а н ­ ги были Андромах и Птолемей, а наемников — Фоксид, причем в ф ал а н ге числилось около 20 500 воинов, а н а­ емников было до 8000. П ридворную конницу в числе семисот, а равно конных воинов из Л ивии и туземных обучал П олихрат;

он ж е п ком андовал ими;

число их доходило до трех тысяч. Ф ессалиец Эхекрат прекрасно обучил конпых воинов из Э ллад ы и все полчище н а ­ емной конницы числом до 2000 человек и во время вой­ ны о к а зал величайшие услуги. Но никто не обнаруж ил столько ревности в зан яти ях с подчиненными, как Кно пия из Л лларии, под начальством коего были все кри­ тяне, тысячи три человек;

в числе их насчиты валась тысяча неокритян, ком андование коими он поручил Ф и ­ лону из Киосса. Три тысячи ливиян, во главе коих сто­ ял баркиец Аммоний, они снабдили македонским воору­ жением. Войско египтян ты сяч в д в а д ц ать человек под­ чинено было Сосибию. Д а л е е, был отряд, составленный из ф рак иян и галатов, причем колонистов и потомков их было до четырех тысяч человек, а вновь набранных до двух тысяч человек;

и м и ком андовал ф р ак иец Д и о ­ нисии» 12. Эти статистические м атериалы подтверж дают, что д а ж е египетская армия в численном отношении не превосходила сколько-нибудь значительно армий б а л ­ канских государств. Вероятно, то ж е самое следует ск азать и о сслеикидской армии. С р авни вая армии крупнейших эллинистических государств;

можно отмс­ тить, что они были крайне пестрыми по этническому составу и, помимо ополченческих отрядов, вклю чали значительное количество наемников.

С оци альн ая природа эллинистического наемничества принципиально была та ж е сам ая, что и наемничества эпохи кризиса греческих полисов вообще: обнищание и разорение мелких производителей, в ы н уж д авш ее их искать прибеж ищ а на регулярной военной сл у ж б е за деньги. М аркс указы вал : «Д енежное хозяйство было там (в Римской империи.— В. Ж ·) вполне развито, собственно, только в армии, оно никогда не охваты вало весь процесс труда в целом» 13. Это зам ечание относит­ ся, конечно, не только к Риму, но и ко всей античной древности вообще и п одтверж дает, насколько большое место М аркс отводил отношениям найма в армии. Д е й ­ ствительно, при всей скудости источниковой базы но III в. до н. э. м атери алы источников поистине насыщены сведениями о наем никах в армии.

Д л я 70— 20 гг. III в до н. э. особенно актуален был вопрос о галатских наемниках. Причины галатского наемничества нельзя объяснить только процессом р а з о ­ рения мелких производителей (т. е. галатски х общ ин­ ников). Больш ое значение в развитии этого наемниче­ ства имел интерес галатской знати к обогащению, р е а ­ л изовавш ийся примерно таким и же методами, какими впоследствии пользовались вожди германских племен на сл уж б е у римских императоров О вторжении гала тов в эллинистический мир в нашей работе будет спе­ циально сказано. Здесь ж е необходимо сосредоточить внимание на одном из важ н ей ш и х последствий этого события — на изменении х ар а к т е р а эллинистических армий.

О боевых качествах галатов, ка к воинов, античные писатели сообщаю т кратко, но энергично. Вот, например, как пишет об этом Ливий: «Галлы... это дикое племя, обойдя с оружием в руках почти весь земной шар, в ы ­ брало себе место ж и тельства среди самой кроткой по­ роды людей. И х высокий рост, длинные и ры ж ие воло­ сы, громадные щиты, весьма длинные мечи, кроме того, их пение при начале сраж ен и я, завы вани е и пляска, и страшный стук оружия, когда они по какому-то обычаю своих отцов ударяю т в щиты,— все это рассчитано па то, чтобы внушить ужас... По опыту, у ж е известно, что если вы д ерж ать первый их (галлов) натиск, в котором они, истрачивают вследствие своего пылкого х а р а к т ер а и слепого гнева все свои силы, то их члены ослабеваю т от пота и усталости, их оруж ие колеблется» 14. Элиан п одтверж дает сведения Л и ви я: «Кельты, говорят, с а ­ мый отважны й народ. Героями своих песен они д елаю т доблестно павших на войне. Н а битву отправляю тся увенчанными, а о д ер ж а в победу, в одруж аю т трофеи из честолюбия и д л я того, чтобы на греческий л а д оставить потомству воспоминания о своей доблести. Бегство кельты считают таким позором, что не выходят из своих домов, д а ж е если те руш атся, обваливаю тся или горят и сами они объяты пламенем. Многие из них в ы д ерж и ­ вают натиск бурного моря, а иные с оружием в руках, бросаются против него и противостоят волнам, потря­ сая обнаженными мечами и копьями, словно могут ус­ траш ить или ранить их» 15.

Д а ж е те авторы, которые писали по источникам, враж д еб н о настроенным в отношении галатов, все-таки признаю т отвагу и муж ество этого племени. Например, П авсаний пишет: «Брепн не был глуп и — д ля в а р в а ­ р а — был искусен на выдумки всяких военных хитро­ стей» '6. Он ж е д о б а в л я ет о поведении г ал ато в в бою:

«Н а врагов они кидались, охваченные слепой яростью безрассудным гневом, ка к какие-то дикие звери. Д а ж е изрубленных секирами или мечами, пока они не п ереста­ вали дыш ать, не покидало это неистовство;

норажен ные стрелами или дротиками, они не терял и своей см е­ лости, пока ж и зн ь не поки дала их. А некоторые, вырвав из своих ран дротики, которыми они были ранены, ки­ д а л « их в эллинов или пользовались ими к а к оружием д л я рукопаш ного боя» 17.

Все перечисленные качества галатов были, конечно, продуктом переж итков первобытной сплоченности, об ­ щинно-коллективного героизма эпохи «военной д ем о­ кратии». Все эти качества народных масс умело исполь­ зовали эллинистические правители, п ривл ек ая галатов в качестве наемников. Вместе с тем в источниках мы находим и характери сти ки галатской знати, ее вождей.

Главным их качеством античные авторы считаю т ал ч ­ ность. Тот ж е П авсаний, отмечая побудительные моти­ вы похода г ал атов на Э лладу, пишет: «Тогда Бренн усиленно стал уговаривать и на общих собраниях всех гал атов и ка ж д о го из их начальников в отдельности двинуться походом на Э лладу, настойчиво у к а зы в ая на слабость эллннов в данный момент, на то, что будто бы в общественных казно хр ани л и щ ах у них много сокро­ вищ, а еще больше в х р ам ах приношений и чеканного серебра и золота. Таким образом, он действительно убедил г ал атов двинуться на Элладу» 18. Вероятно, и эти качества галатской знати использовали эллинисти­ ческие цари, п ривлекая галатских вождей в качестве своих наемников.

Первым такой шаг, вероятно, соверш ил Н нкомед Вифинский. Он заклю чи л с гал ат а м и договор, о котором мы будем говорить в одной из последующих глав. О д ­ ним из условий договора яви лась помощь гал ато в Ни комеду в разгром е м я теж н и ка Зипета. В результате, «он (Никомед) овладел страной и истребил ее жителей, а галаты р азд ел и л и меж ду собой остальную добычу» 19.

После Н и ком еда гал ато в стали п ривлекать в качестве наемников т а к ж е и другие эллинистические цари. Ш и ­ роко п ользовался услугами галатов Антигон Гонат.

С их помощью он разб и л в М акедонии одного из своих соперников, претендента на македонский трон Антипат р а 20;

г ал аты были в войске Гоната, когда он вел б орь­ бу с Пирром Эпирским 21;

галаты активно участвовали в войске Антигона Гоната во время Хремонидовой вой­ н ы 22. Наконец, и при преемниках Гоната (в частности, при Антигоне Д осон е) македонское войско включало в себя галатски е п о д р а з д е л е н и я 23. П ирр Эпирский во время своей недолгой войны на Б ал к ан ск о м полуостро­ ве после неудачного похода в И тали ю, успел включить в свое войско галлов 24. Д а ж е у царей Востока появи ­ лись галеты -наемники. О наличии таковы х у Антиоха I косвенно свидетельствует эпиграм м а в честь г ал ат а Брикко (подробности о ней д а л ь ш е ). Д а ж е Птолемей II получил несколько тысяч гал ато в «в подарок» от Анти­ гона Гоната и использовал их на военной с л у ж б е 25.

М итридат и А риобарзан К аппадокийскис т а к ж е имели галлов-наемников, с помощью которых разб и ли в одном из сраж ений египтян 26.

Н а р я д у с гал ата м и были, конечно, и другие н аем ­ ники. Н апример, в войске Антигона Г он ата были фо кейцы-наемники под предводительством А м и н и я 27.

С партанцы часто пр ед лагал и.свои услуги в качестве наемников. И х войска ср а ж ал и сь на К р и т е 28, и д а ж е помогали кар ф аген ян ам в I Пунической войне К а р ф а ­ гена с Р и м о м 29. Вероятно, в качестве наемников фигу­ рировали представители подавляю щ его большинства народов, поскольку наемничество имело социально-эко­ номическую основу, общую для всего тогдашнего э л л и ­ нистического мира. Отношения между н аем никами и н ан им ателям и — правителями эллинистических госу­ д а р с т в — были дал еко не идиллические. Н аемники часто поднимали восстания, в ы р а ж а л и своей протест в самых различных формах. Главной причиной недовольства наемников было в большинстве случаев неисполнение эллинистическими правителями своих обещаний об оп­ лате наемного «труда». Типичный и в то ж е время наиболее ранний пример такого рода возмущений н а ­ емников д л я периода эпигонов — это случай, проис­ шедший с г а л л а м и и Антигоном Гоиатом в 277/6 г.

до н. э. Об этом случае р ассказы в ает Полиэн: «Анти­ гон, при назначении платы наемному войску галатов, находивш емуся под предводительством Б и дирия, об е­ щ ал ка ж д о м у воьну по золотой македонской монете и в обеспечение этого ж а л о в а н ь я дал зал о ж н и ко в из благородны х мужей и отроков. После того произошло сраж ен и е с Антипатром. По окончании его галаты п о­ требовали обещ анны е им деньги, и Антигон у довлетво­ рил каж дого щитоносца условленною платою;

но г а л а ­ ты этим не удовлетворились, требуя такую ж е н аграду д л я безоружны х ж ен и детей своих, кои, по их мнению, д о лж ен ствовали воспользоваться правом на получение одинаковой награды. Сумма, которая причиталась од ­ ним только сраж ав ш и м ся, зак л ю ч ал ас ь в тридцати т а ­ л антах, в сложении ж е с тою, которая треб овалась д ля не участвовавш их в сражении, простиралась до ста т а ­ лантов. Антигон, видя, что галатское войско удал яется с угрозой, в случае отказа, предать зал ож н и ков смерти, обещ ал ему выдать требуем ые деньги, ка к скоро для получения их присланы будут поверенные. Галаты...

послали от себя почетных мужей принять обещанную сумму. Антигон, з а д е р ж а в у себя послов, объявил, что он не преж де согласится отпустить их, ка к по в о зв р а ­ щении его залож ников. Галаты, д л я освобождения своих... принуждены были отправить обратно н аходив­ шихся у них зал ож н и ков и получили только три дц ать т а л а н т о в » 30. Таким образом, бунт был подавлен здесь путем примитивной хитрости Антигона Гоната. В Дру­ гом случае репрессии Антигона Гоната в отношении возмутившихся галлов-наемников былц гораздо суро­ вее. Юстин с крайними преувеличениями сообщ ает об этом следующее: «В то время, когда Антигон был вы ­ нужден одновременно вести войну и с П толемеем и со сп артанц ам и (во время Хремонидовой войны.— В. Ж.) на него нахлынул еще новый враг — войско галло-гре ков. Оставив небольшой отряд в якобы укрепленном лагере д ля защ иты от прочих врагов, он с главными силами выступил против галлов. А галлы, узнав об этом, стали тоже готовиться к сражению и зак л ал и жертвы, чтобы получить знамения... Внутренности ж и ­ вотных предрекли, что галлов о ж и д ает великое избие­ ние и всеобщ ая гибель, но это повергло их не в страх, а в ярость, и думая, что угрозу богов можно искупить убийством своих кровных, они убиваю т своих жен и д е ­ тей, и тем самым осущ ествляю т дурны е п редзнам ен о­ вания, уничтожиз своих близких... И так, точно купив ценой преступления ж и зн ь и победу, галлы, еще о б а ­ гренные кровыо только что убиенных родичей, вступают в бой, исход которого о к а з а л с я для них не лучше, чем предзнаменования... Г ал л ы были изрублены все до од ­ н о г о » 31. Свирепость р аспр авы Антигона над галлам и нельзя скрыть д а ж е длинным сомнительным рассказом о «нечестивом поведении» галлов в отношений их ро­ дичей.

В войске П толем ея II во время Первой Сирийской войны т а к ж е имело место возмущение галатских н а е м ­ ников, стоившее им жизни: Птолемей, к а к сообщает Павсаний, «перевей их на пустынный остров на той стороне реки (Н и л а.— В. Ж · ), где они и погибли, отч а­ сти истребив друг друга, отчасти от голода» 32. Есть в источниках и более у с тр а ш аю щ ая версия: Птолемей II попросту утопил всех мятеж ников в Н и л е 33.

В государствах Греции мы находим ту ж е картину возмущений наемников. Полибий сообщает, что «ахеяне в Клеоменову войну зап л ат и л и не все ж а л о в ан ь е н аем ­ ным в о й с к а м » 34. Вероятно, это имело печальные по­ следствия д ля ахеян. Точно т а к ж е у П олибия говорится о наличии наемного войска гал атов в эпирском городе Фенике и о предательстве ж ителей Феники галатам и, уступившими город иллирийцам (ок. 230 г. до н. э.) 3\ Н а в е р н я к а и здесь ш аг наемников, был обусловлен проблем ами «платежей». Н аемников боялись. Д а ж е могущественный приспешник П толем ея IV Сосибий больше всего «боялся иноземцев и наемников» 36. И в д е р ж а в е Селевкидов, видимо, не раз случались в озм у­ щения наемных отрядов. Так, например, в конце 20-х годов III в. до и. э. от Антиоха III отлож ились наем ники-киррестяне «из-за недополученного ж алован ья».

Они «подняли восстание... и довольно долгое время причиняли ему (Антиоху III) большие хлопоты. Н а к о ­ нец, одним из царских военачальников они были р а зб и ­ ты в сражении, причем б ольш ая часть была истреблена, остальные отдались на волю ц аря» 37.

В тех случаях, когда различны е ж естокие меры и репрессии в отношении наемников не помогали, э л л и ­ нистические цари бывали вынуждены идти на некото­ рые уступки. Д о нас дошел интересный эпиграфический документ: договор пергэмского правителя Эвмена с наемными воинами. Д оговор относится к 40-м годам III в. до н. э. и состоит из трех частей: условий договора, клятвы воинов, к л я тзы Эвмена. П риведем этот важ ны й источник полностью:

«Требования, на какие согласился Эвмен... Д л я (н а ­ емных воинов...) платить (долж ны воины) за медимн хлеба 4 драхмы, за метрет вина 4 драхмы ;

год считать в десять месяцев;

вставного месяца не считать. Те, ко­ торые выслужили установленное число лет и стали свободны от службы, д о л ж н ы получить пенсию за про­ работанное ими время;

ее д олж ны получать б л и ж а й ­ шие родственники или те, кому воины оставят. Воины, выслуживш ие пенсию, освобож даю тся от подати. Кто станет свободным от сл уж б ы (по выслуге лет) или выпросит (освобождение от служ бы ) д олж ен быть о т­ пущен и свободен от пошлин при вывозе своего иму­ щества. Ж а л о в ан ь е, которое Эвмен согласился у п л а ­ тить за 4 месяца, уплатить по договору и не д ел ать из этого ж а л о в а н ь я вычетов.

(Клятва во и н ов): З а к л ю ч а ю мир в наилучшем р а з у ­ мении с Эвменом... и буду благомы слить ему и его владениям, не буду зл оум ы ш л ять что-либо против Эв мена,...не подниму о р уж и я против него, не покину его, но буду с р а ж а т ь с я за него и его интересы на ж изнь и на смерть. Буду и во всем прочем служить Эвмену благомы сленно и безоговорочно со всею ревностью по силе моей. Если узнаю, что кто-нибудь злоумы ш ляет против Эвмена... или в чем-либо ином поступает про­ тив него или против его интересов, не допущ у этого по силе моей и донесу тотчас или ка к только могу ско­ рее на делаю щ его что-либо такое Эвмену об этом. И если что получу от Эвмена, город или укрепление, или к о ­ рабль, или ценность, или другое, что будет поручено, все это сохраню и в о зв р а щ у правильно и справедливо Эвмену... или кому он п рикаж ет, если он будет испол­ нять договор. Не возьму от неприятелей письма, не п ри ­ му посла и сам не пошлю к ним;

если ж е и принесет мне письмо, отнесу его зап ечатанн ы м и принесшего приведу как мож но скорее к Эвмену.., или к тому, о ком знаю, что он скорее всего заявит...



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.