авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
-- [ Страница 1 ] --

из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ

Калина, Владимир Филиппович

1. Правовое регулирование федеративный отношений

в России в контексте развития мирового

федерализма

1.1. Российская государственная Библиотека

diss.rsl.ru

2005

Калина, Владимир Филиппович

Правовое регулирование федеративный

отношений в России в контексте развития

мирового федерализма [Электронный ресурс]

Теоретический и историко-правовой аспекты Дис.... канд. юрид. наук

12.00.01. -М.

РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки) Государство и право. Юридические науки — Государственное (конституционное) право — Российская Федерация — Национально-государственное устройство — Федерация. Государство и право.

Юридические науки — ОБтцая теория государства и права — ОБтцая теория государства — Формы государственного устройства — Федерация. Теория и история права U государства;

история правовык учений Полный текст:

http://diss.rsl.ru/diss/05/0179/050179013.pdf Текст воспроизводится по экземпляру, накодятцемуся в фонде РГБ:

Калина, Владимир Филиппович Правовое регулирование федеративный отношений в России в контексте развития мирового федерализма М. Российская государственная Библиотека, год (электронный текст).

6i--0^-i^/iYef РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ГУМАНРГГАРНЫИ УНИВЕРСРПБТ

На правах рукописи

Калина Владимир Филиппович Правовое регулирование федеративных отношений в России в контексте развития мирового федерализма (теоретический и историко-правовой аспекты) 12. 00. 01. Теория и история права и государства;

история правовых учений Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель Доктор юридических наук, профессор Сафонов В.Е.

Москва ОГЛАВЛЕНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА I. РАЗВИТИЕ ИДЕИ ФЕДЕРАЛИЗМА В ИСТОРИИ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ МЫСЛИ 1.1. Федерализм в истории политической и правовой мысли Западной Европы и Америки 1. 2. Развитие идеи федерализма в российской политико-правовой мысли ГЛАВА П. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ФЕДЕРАТИВНЫХ ОТНОШЕНИЙ: ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ 2.1. Юридическая природа федеративных отношений 2.

2. Сравнительно-правовой анализ национальных моделей федерализма ГЛАВА III. ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ФЕДЕРАЛИЗМА 3.1. Советская федерация как форма государственного устройства 3.2. Особенности современного этапа развития российского федерализма 3.3. Формирование правовой базы российского федерализма ЗАКЛЮЧЕНИЕ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ВВЕДЕНИЕ Актуальность исследования. Глобальные проблемы, вставшие перед человечеством во второй половине XX века, активизировали интеграционные процессы, которые наиболее ярко проявились в объединении Европы. В этой связи вполне понятно обращение к идеям объединения народов и государств, которые высказывались мыслителями, начиная с глубокой древности. И хотя эти идеи при их возникновении носили во многом умозрительный характер и не могли быть реализованы в силу исторических условий, их рациональное зерно стало основой для последующего воплощения в жизнь идей федера­ лизма, отвечающего потребностям сегодняшнего дня.

Несмотря на то, что по историческим меркам федерация как форма го­ сударственного устройства - явление сравнительно молодое, она уже доказа­ ла свою целесообразность и эффективность^. Так, США, являющиеся класси­ ческим примером федеративного государства, всем ходом своего развития доказали, что федерализм обеспечил им возможность активизации усилий общества и личности для реализации интересов государства (федерации), штатов (субъектов федерации) и отдельных граждан. Это же относится и к большинству федераций, где восторжествовали принципы подлинного феде­ рализма, который органически связан с утверждением демократии, граждан­ ского общества и правового государства^.

Советский опыт построения федерации по национальному признаку при наличии административно-командной системы, лишавшей субъектов фе­ дерации самостоятельности и инициативы, а граждан страны основных прав ^ в мире два с половиной десятка государств с федеративной формой устройства. В их числе высокоразви­ тые - США, Канада, ФРГ, Австралия и др.;

среднеразвитые, например, Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Мексика, Индия, Пакистан;

развивающиеся страны - Малайзия, Нигерия, Коморские острова и др. В феде­ рациях проживает более трети человечества, хотя сами федерации составляют восьмую часть государств.

^ В то же время известно, что федерализм не панацея, автоматически гарантирующая высокий уровень эко­ номического развития и обеспечения гарантии прав и свобод человека и гражданина. Пример таких стран, как Танзания, Нигерия, Эфиопия, Пакистан, Малайзия показывает, что установление в них федеративных отношений не привело к установлению демократического режима, эффективной рыночной экономики, раз­ решению этнических проблем, образованию эффективного гражданского общества.

и свобод, оказался неадекватным историческим задачам, которые объективно стояли перед государством. Тандем «партия - государство» наложил глубо­ кий отпечаток на характер федеративных отношений социалистического ти­ па, не обеспечил надежной правовой защиты основ государственного строя, что привело СССР к распаду.

После распада СССР Россия вступила на путь построения новой систе­ мы федеративных отношений, основанной на демократических принципах.

Исторически это произошло позже других. развитых федеративных госу­ дарств, что создает для нас известные преимущества использования мирово­ го опыта при безусловном учете национальной самобытности, российской специфики, геополитического положения и исторического развития России как многонационального государства.

Все это поставило перед исследователями комплекс проблем, и прежде всего необходимость теоретической разработки основ российского федера­ лизма, создания принципиально новой правовой системы, адекватной совре­ менному характеру общественных отношений. Конституционно-правовое обеспечение развития и функционирования федеративных отношений при­ шлось создавать практически заново. Следует иметь в виду, что этот процесс был осложнен рядом существенных обстоятельств, связанных с изменением общественного строя, с так называемым «парадом суверенитетов», обостре­ нием сепаратистских тенденций, усилением влияния центробежных сил и т.д.

Появление этих факторов имело как объективные, так и субъективные при­ чины. Среди объективных причин на одно из первых мест следует поставить неразвитость рыночных отношений, институтов гражданского общества, серьезные просчеты в национальной политике, особенно проявившиеся при распаде СССР. Наиболее значимым субъективным фактором выступал ги­ пертрофированный партикулярный интерес региональных элит, стремящихся воспользоваться слабостью федерального центра для укрепления своих пози­ ций и независимости от него. Необходимо учитывать также в менталитете народа присутствие идеи державности, которая не была поколеблена в годы тоталитарного режима, когда роль консолидирующего центра в сознании на­ рода взяла на себя коммунистическая партия.

В результате этого первые шаги российского федерализма были сопря­ жены с серией серьезных просчетов как в политической, так и в правовой сферах. Сегодня они отчетливо дают о себе знать, что требует от политиче­ ского руководства, от законодателя порой весьма сложных неординарных решений.

Среди наиболее сложных проблем, которые приходится решать при создании федеративного государства, является проблема правового регули­ рования федеративных отношений. В этом деле чрезвычайно важно исполь­ зование международного практического опыта и достижений в развитии по­ литико-правовой мысли 1.

В совокупности все это предопределяет актуальность и значимость из­ бранной автором темы исследования.

Состояние научной разработанности темы. Федерализм стал пред­ метом пристального внимания исследователей во всем мире, в том числе и в России, о чем свидетельствует целый ряд публикаций как в дореволюцион­ ный, так и в современный периоды2. Краеугольный камень в исследование ' Например, становлению США как федерации предшествовало глубокое изучение «отцами-основателями»

предшествующего опыта государственного строителыггва, творчества великих просветителей. На Веймар­ скую конституцию заметное влияние оказал конституционный опыт США и Франции. При создании Кон­ ституции Российской Федерации также были использованы мировые достижения в развитии констшушю нализма.

^ Из опубликованных на русском языке работ зарубежных авторов следует отметить: Федералист: политиче­ ские эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея / Под общ. ред. Н.Н. Яковлева. М.: Изд-во Весь мир, 2000;

Остром Винсент. Смысл американского федерализма. Что такое самоуправляющееся общество: пер. с англ.

М.: Арена, 1993;

Токвиль А. Демократия в Америке. М.: 1992;

Таллок Г. Новый федералист. М.: 1993;

Элазар Д.Дж. Сравнительный федерализм. // Политические исследования. 1995. №5;

Элазар Д.Дж. Что такое федера­ лизм? // Федерализм и региональная политика: проблемы России и зарубежный опыт. Вып.З. Новосибирск.:

Экор, 1996;

Элазар Д.Дж. Федерализм как средство и конечная цель. Федерализм и региональная политика в России и США. Материалы VI Российско-американского семинара. 15-17 апреля 1996 года. Кемерово: Кузбас свузиздат, 1996. Наиболее известные публикации отечественных исследователей начала прошлого века пред­ ставлены трудами: Кокошкин Ф.Ф. Автономия и федерация. М., 1917;

Корф С.А. Федерализм. Петроград, 1917;

Ященко А. Международный федерализм. Идея юридической организации человечества в политиче­ ских учениях до конца XVIII века. М.: 1908. Его же. Теория федерализма. Опыт синтетической теории права и государства.. Юрьев, 1912. Среди современных исследователей над проблемами федерализма работают:

Абдулатипов Р.Г., Болтенкова Л.Ф. Опыты федерализма. М., Республика, 1994;

Барциц И.Н. Федеративная ответственность: конституционно-правовые аспекты. М., 1999: Его же. Правовое пространство России: во теоретических проблем федерализма заложили А. Гамильтон, Дж. Джей, Дж.

Мэдисон и другие «отцы-основатели» США. В дальнейшем эту проблему на новом историческом отрезке времени исследовали В. Остром, Г. Таллок, Д.

Элазар и др. Среди представителей отечественной политико-правовой мысли конца XIX — первой половины XX вв. интерес к федерализму проявляли М.А.

Бакунин, В.И. Гессен, И.А. Ильин, Ф.Ф. Кокошкин, Н.М. Коркунов, С.А.

Корф, Н.И. Костомаров, М.Я. Лазерсон, А.С. Ященко и др. Современные проблемы российского федерализма нашли отражение в работах М.И. Абду лаева, Р.Х. Абдулатипова, А.Н. Аринина, М.В. Баглая, И.Н. Барцица, Л.Ф.

Болтенковой, С.Д. Валентея, Л.М. Карапетяна, И.А. Конюховой, Б.С. Крыло­ ва, В.Н. Лексина, В.Н. Лысенко, М.Н. Марченко, В.Е. Сафонова, В.А. Тиш кова, Ю.А. Тихомирова, А.Г. Хабибулина, В.Е. Чиркина, А.Н. Швецова и др.

Следует отметить, что большинство современных исследователей проблем российского федерализма принимали непосредственное участие в разработке его правовых основ, в подготовке нормативных правовых актов. Однако в исследовании генезиса российского федерализма, его сущности и правовой специфики практически лишь сделаны первые шаги.

Вместе с тем комплексное исследование федерализма как теоретической ко1щепции, как модели государственного устройства применительно к России практически не являлось до сих пор предметом научного исследования.

просы консттуционной теории и практики. М., 2000;

Государство, право и межнациональные отношения в странах западной демократии. / Отв. редактор И.С.Крылова. М., РАН, Институт государства и права, 1993;

Дымков Д.Е. Конституционные гарантии целостности федерации в зарубежных странах. М., ИНИОН РАН, 1996;

Иностранное конституционное право / Под редакцией проф. В.В. Маклакова. М., Юрист, 1996;

Кова чев Д.А., Дымов Д.Е. Разграничение предметов ведения между федерацией и ее субъектами в зарубежных странах. М., ИНИОН РАН, 1995;

Конституционное (государственное) право зарубежных стран в 4 т. Учеб­ ник / Отв. ред. проф. Б.А.Страшун. М., БЕК, 2000;

Федерализм: теория, институты, отношения (сравнитель­ но-правовое исследование) / Отв. ред. Б.Н. Топорнин. М., Юристь, 2000;

Федерализм: теория и история раз­ вития (сравнительно-правовой анализ): Учебное пособие / Отв. ред. М.Н. Марченко. М., Юристь, 2000;

Иностранное конституционное право / Под ред. проф. В.В. Маклакова. М., Юристь, 1996;

Государственное право Германии в 2 томах. Сокр. пер. с немецкого. / Отв. редактор Б.Н. Топорнин. М., РАН, Институт госу­ дарства и права, 1994;

Карапетян Л.М. Федеративное устройство Российского государства. М., Издательст­ во НОРМА, 2001;

Лафитский В.И. США: Конституционный строй и роль штатов в структуре американского федерализма. М., Известия, 1993;

Маклаков В.В. Конститугшонный контроль в странах-членах Европейско­ го Союза. ИНИОН РАН, 1995;

Мишин А.А. Конституционное (государственное) право зарубежных стран.

М., Белые альвы, 1996;

Федерация в зарубежных странах / Под ред. докт. юрид. наук Д.А.Ковачева. М., Юридическая литература, 1993;

Чиркин В.Е. Современный федерализм: сравнительный анализ. М., ИНИОН РАН, 1995;

Его же. Современное федеративное государство. Учебное пособие. М., МНИМО, 1997;

и др.

Все это в совокупности обусловило выбор темы исследования, опреде­ ление его цели и задач.

Объект исследования - российская модель федеративных отношений, влияние на ее становление и развитие мирового опыта федерализма.

Предмет исследования - сравнительный анализ конституционно правового режима национальных моделей федерализма и правовое регулиро­ вание федеративных отношений на различных этапах развития российского федерализма.

Цель исследования - методологический и историко-правовой анализ регулирования федеративных отношений в России в контексте развития ми­ рового федерализма.

Задачи исследования:

проследить развитие идеи федерализма в истории политико-правовой мысли;

рассмотреть юридическую природу федеративных отношений;

дать сравнительно-правовой анализ национальных моделей федерализма;

проследить генезис российского федерализма;

показать динамику и особенности становления и развития правовых основ российского федерализма на различных этапах российской истории;

определить характер противоречий в правовой системе Российской Федерации, правовые средства их преодоления.

Теоретическая и методологическая основа исследования. Данное исследование основано на комплексе методов научного познания: диалекти­ ческом, историческом, логическом, комплексном, статистическом, системно­ го анализа, формально-юридическом, сравнительно-правовом и др. Это так­ же исследования в области теории права и государства и философии права'.

' Среди этих работ особо следует отметить «Труды по философии права» Е.Н. Трубецкого, «Философию права» B.C. Нерсесянца, ряд работ по теории права и государства.

Исследование поднимаемых проблем потребовало изучения литературы по теории права и государства, всеобщей истории права и государства, истории отечественного права и государства, истории политических и правовых уче­ ний, истории философии, философии права, трудов отечественных и зару­ бежных исследователей проблем федерализма, публикаций в научных жур­ налах и периодической печати, материалов парламентских слушаний, рабо­ чих материалов Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по делам Федерации и региональной политике. Автор опирался на труды Платона, Д. Локка, Т. Гоббса, Ш. Монтескье, А. де Токви ля, Т. Джефферсона, А. Гамильтона, Дж. Джея, Дж. Мэдисона и других мыс­ лителей, заложивших основы как теории, так и практики федерализма.

Нормативную базу исследования составляют: Конституция Россий­ ской Федерации, федеральные конституционные законы и федеральные за­ коны Российской Федерации, постановления и определения Конституцион­ ного Суда Российской Федерации, внутригосударственные договоры, офици­ альные документы и нормативные правовые акты по вопросам федерализма.

Конституции и нормативные правовые акты зарубежных федеративных го­ сударств.

Научная новизна представленной работы определяется, прежде всего, самой постановкой проблемы, а также методологией ее решения.

Новизна проявляется в системном анализе сущности национальных моделей федерализма, основных тенденций и направленности их развития, что может сыграть существенную роль в становлении и развитии российской модели федерализма. Кроме того, новым является положение диссертации о незавершенности процесса федерализации в России и обоснование необхо­ димости научной разработки федеральной программы развития федератив­ ных отношений, важнейшей составной частью которой должен стать право­ вой механизм их регулирования. Для этого предлагается разработать и при пять несколько блоков нормативных правовых актов, в том числе и по вопро­ сам территориальной и государственной целостности Федерации.

Основные положения, выносимые на защиту. Результатом научного анализа данной проблемы являются следующие выносимые на защиту выво­ ды и положения:

1. Стержневым направлением исследования является становление и развитие российской государственности и федерализма на фоне дезинтегра ционных процессов и усиления дисбаланса отношений между федеральным центром и регионами;

определение пути оптимизации модели федеративного устройства, обеспечивающей демократическое решение проблемы эффек­ тивности государственной власти путем разделения властных полномочий между Федерацией и ее субъектами;

укрепление единства российской госу­ дарственности. Акцент при этом делается на совершенствовании правового регулирования федеративных отношений с учетом новых тенденций преоб­ разования всех сфер государственной и общественной жизни на современном этапе развития российского общества.

2, Ни одна из существующих федеративных систем не может рассмат­ риваться в качестве идеальной модели и механически не может быть перене­ сена на иную национальную почву. Однако при определении основных на­ правлений развития и совершенствования российского федерализма, безус­ ловно, необходимо использовать международный опыт. Опираясь на отече­ ственные и зарубежные исследования в области государственного устройства и федерализма, а также учитывая практический опыт ряда федераций Евро­ пы, Америки, Азии, автор приходит к выводу, что идея федерализма отража­ ет общую тенденцию развития мировой цивилизации к дальнейшему сбли­ жению народов и государств. При этом концепция взаимоотношений целого и его составных частей, составляющая ядро большинства теорий современ­ ного федерализма, может видоизменяться в процессе достижения определен­ ного уровня зрелости самой федерации. Однако вектор эволюции федератив ных систем всегда будет направлен на расширение и укрепление полномочий центральной власти при одновременном обеспечении социокультурной и экономической самостоятельности субъектов федерации, что объективно призвано укреплять единство и целостность федеративного государства.

3. Процесс федерализации в России нельзя считать завершенным, по­ скольку конституционное закрепление принципов федерализма (de jure) еще не означает утверждения подлинного федерализма (de facto). В этом отноше­ нии Россия не является исключением, о чем свидетельствует опыт всех дру­ гих федераций, где становление федеративных отношений во времени было сопряжено с рядом конкретных исторических обстоятельств, разрешением противоречий и конфликтов. Эффективность правового регулирования феде­ ративных отношений органически связана с развитием демократического правового государства и гражданского общества, которые в нашей стране также находятся в стадии становления. Широкое и последовательное вклю­ чение граждан государства, проживающих во всех субъектах Российской Федерации, в процессы экономической, политической, социальной, культур­ ной, духовно-нравственной деятельности, создание для этого надежных пра­ вовых гарантий, законодательное обеспечение контроля со стороны общества за функционированием государственно-властных структур способно обеспе­ чить защиту государственного суверенитета Федерации и ее целостности, единство ее экономической и социальной систем, равноправие субъектов Федерации, единство системы органов государственной власти, эффективное разграничение предметов ведения между Федерацией и ее субъектами.

4. В России до сих пор отсутствует федеральная программа развития федеративных отношений, что оказывает существенное влияние на формиро­ вание и осуществление всей ее государственной политики. При разработке такой программы необходимо учитывать объективные тенденции, возни­ кающие в связи с характером взаимодействия федерального центра и субъек­ тов Федерации и составляющие основу формирования концепции российско го федерализма. Далеко не все из этих тенденций выдержали испытание вре­ менем, часть из них прямо была направлена на ослабление основ федерализ­ ма («парад суверенитетов», форсирование договорного процесса между фе­ деральным центром и субъектами Федерации и др.). Анализ этих тенденций, их позитивных и негативных последствий призван помочь в выработке моде­ ли российского федерализма, основной концепции его развития в опоре на накопленный теоретический потенциал и имеющуюся мировую практику фе­ деративного строительства.

5. Курс федерального центра на укрепление властной вертикали, вос­ становление управляемости в стране, создание единого экономического, по­ литического и правового пространства является объективной необходимо­ стью, поскольку он направлен против угрозы распада России, на обеспечение ее территориальной и государственной целостности. Вместе с тем, существу­ ет опасность сверхцентрализации власти, которая может привести к бюро­ кратическому окостенению политико-управленческой системы, ослаблению и, в конечном счете, к разрущению федеративных начал, игнорированию ре­ гиональных интересов и т.д. В федеративном государстве централизация и децентрализация дополняют друг друга, а не поглощают одна другую. Про­ блема заключается в том, чтобы найти адекватные историческому моменту формы их сочетания.

6. Несовершенство правовой базы регулирования федеративных отно­ шений поставило вопрос о необходимости ее реформы с целью гармонизации российского законодательства по вопросам федерализма и государственной це­ лостности Российской Федерации, борьбы с сепаратизмом, межнациональными противоречиями и конфликтами. Успешное осуществление этой реформы воз­ можно только при условии согласованности действий федерального центра и субъектов Федерации при строгом соблюдении требований федеральной Кон­ ституции и федерального законодательства. При этом важно не допустить свер тывания законотворческой инициативы субъектов Российской Федерации как на региональном, так и на федеральном уровнях.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теорети­ ческие результаты исследования могут быть использованы при разработке федерального и регионального законодательства, в практической деятельно­ сти Комитета Государственной Думы по делам Федерации и региональной политике.

Автор в качестве советника Комитета по делам Федерации и региональ­ ной политике принимал непосредственное участие в работе над федеральными законопроектами по вопросам федерализма в трех созывах Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации;

готовил заключения на конституции, уставы, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, рекомендации к парламентским слушаниям;

являлся одним из редакторов и авторов тематических сборников по данной проблема­ тике, издаваемых Государственной Думой.

Результаты исследования легли в основу специальных курсов для сту­ дентов, обучающихся по специальности «Юриспруденция»: «Конституцион­ но-правовые основы федерализма: история и современность», «Законода­ тельная техника», «Сравнительное правоведение», читаемых автором на юридическом факультете в Российском Государственном гуманитарном уни­ верситете и в других высших учебных заведениях.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, за­ ключения, списка использованной литературы.

ГЛАВА I. РАЗВИТИЕ ИДЕИ ФЕДЕРАЛИЗМА В ИСТОРИИ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЙ МЫСЛИ 1.1. Федерализм в истории политической и правовой мысли Западной Европы и Америки Федерализм в правовой теории и практике принято рассматривать в каче­ стве принципа и формы государственного устройства. Однако по своей природе это более сложное и объемное понятие, восходящее к древней идее единства человеческого рода, которую мы находим у мыслителей Древнего Востока, Греции и Рима, а позже у идеологов христианской церкви. Поэтому, разрабаты­ вая сегодня теоретические концепции федерализма и практические модели его осуществления, мы, очевидно, находимся в начальной стадии движения к соз­ данию более масштабных объединений и союзов народов и государств, объек­ тивная необходимость которых уже просматривается на примере Западной Ев­ ропы. Можно с уверенностью утверждать, что стремление к полной независи­ мости и самостоятельности современных государств, по крайней мере, в хозяй­ ственно-экономической области, ведет к изоляции и экономической отсталости.

Идея единства народов в Древнем мире. Стремление людей к объеди­ нению сопровождает всю историю развития человечества, начиная с возникно­ вения родоплеменных отношений. Со времени создания древних государств и вплоть до образования мировых империй ведущей тенденцией такого объедине­ ния было расширение границ путем присоединения завоеванных территорий.

Попытки создания мировых монархий предпринимались Египтом, Ассирией, Вавилоном, Персией. Наиболее успешными в этом направлении были попытки Древней Греции и императорского Рима, хотя ни империя Александра Македон­ ского, ни Римская империя не имели того запаса прочности, который позволил бы сохранить эти насильственно созданные государственные образования. Рас­ пад крупных мировых империй в XX веке окончательно похоронил идею на­ сильственного объединения стран и народов. Другой тенденцией объединения народов и государств стала федерализащм. И хотя идея федерализавд1и также восходит к периоду античности, а не исключено, что и к более ранним време­ нам, по настоящему она стала реальностью только с конца XVni века. Новое ви­ дение и горизонты она обрела в наше время в практике Европейского Союза.

О союзе государств, представляющем нечто среднее между конфедераци­ ей и федерацией, повествует Платон (427 - 347 до н.э.) в диалоге «Критий».

Речь идет о легендарной Атлантиде, острове, на котором якобы существовало это уникальное юридически оформленное государственное (или межгосударст­ венное) образование.

Данный союз государств обладал всеми признаками конфедерации. Со­ ставляющие его государства (деспотии) обладали суверенитетом;

правитель каждого их них пользовался абсолютной властью над людьми и над законами;

лежащий в основе союза учредительный акт, высеченный на специальной стеле в храме Посейдона, есть все основания считать актом международно-правового характера, поскольку в нем были зафиксированы обязательства государств по отношению друг к другу. Высшим союзным органом являлся конгресс (собра­ ние), в состав которого входили главы государств-членов союза. Он собирался раз в пять — шесть лет для обсуждения общих дел, контроля за тем, чтобы не было нарушений правителями объединенных государств основных законов союза, для принятия судебных решений, обсуждения вопросов войны и мира и других жизненно важных мер, касающихся всего союза. Решения принимались большинством голосов.

Одновременно с этим союз имел несомненные признаки федерации: со­ ставляющие его части не вправе были нарушить единство - такова воля Посей­ дона. Государства, входящие в состав союза, обязаны были соблюдать и под­ держивать между собой вечный мир, не посягать на власть правителей союзных государств'.

1 См.: Платон. Собр. Соч. в 4-х томах. Т. 3. - М., 1994. С. 501 - 514.

у Аристотеля (384 - 322 до н.э), уделявшего много внимания вопросам государственного устройства, нет развития платоновских идей федерализма. И хотя он рассматривал человека как часть всего человечества, призванного ува­ жать и соблюдать права себе подобных, тем не менее, советовал Александру Македонскому (356 - 323 до н.э.) строить отношения между греками и варвара­ ми в границах единого государства, акцентируя внимание на невозможности их равноправия.

Своеобразной федерацией являлся Латинский союз, возникший в начале 1 го тысячелетия до н.э. и включавший тридцать городов Лация с центром Альба Лонга!. Отношения в Латинском союзе носили непростой характер, что привело к 1-й латинской войне против гегемонии Рима (496 - 493 гг. до н.э.). Однако Ри­ му удалось восстановить союз и сохранить его почти на полтора столетия. 2-я ла Т1шская война (340 - 338 гг. до н.э.) закончилась упразднением Латинского союза и включением латинов в состав Римского государства.

В Древнем Риме существовали так называемые федеративные общины (foederatae civitates). Их свобода обеспечивалась договором (foedus), и они, на­ ходясь под властью Рима, пользовались известной самостоятельностью в отли­ чие от податньк общин, обладавших ограниченным самоуправлением. Расши­ ряя свое влияние на другие народы, римляне полностью подчиняли только тех, кто не желал мириться с верховенством метрополии. С другими общинами, предпочитавшими мирную политику, римляне вступали в союзы, правда, в по­ давляющем большинстве случаев под верховенством Рима. Отношения оформ­ лялись путем заключения договоров: договоры о мирных отношениях и торгов­ ле;

договоры, обеспечивающие контрагентам почетный прием в союзных госу­ дарствах, допущение их к участию в играх и жертвоприношениях;

договоры на право купли и продажи, а также на право личного представительства перед судом.

Менее сильные общины, признавая верховенство Рима, получали опреде­ ленные суверенные права. А союз между Римом и Лацием носил уже явно кон * в VI в. до н.э. его центром становится Рим.

федеративный характер. В нем стороны были равноправны и их связывали вза­ имные обязательства: в области обороны, руководства вооруженными силами (попеременное командование), равного раздела добычи и т.д. И после латин­ ских войн Рим строил свои отношения с покоренными общинами на основании договоров и соглашений, гарантировавших им широкий спектр прав, хотя и под безусловной эгидой Рима. Последний также брал на себя определенные обяза­ тельства, скрепленные ритуальной клятвой.

Мыслители Древнего Рима внесли весомый вклад в развитие идеи единст­ ва человеческого рода. Цицерон (106 - 43 до нэ.) вслед, за Аристотелем, прихо­ дил к вьшоду о необходимости союза человечества, распространяя его до миро­ вого общения. Он понимал его не только как нравственный постулат, но прежде всего как юридический принцип, вьггекающий из единого естественного права.

Абсолютизируя разум как высшую связь между человеком и Богом, Цицерон вместе с тем утверждает, что справедливый разум — это закон. А коль это так, то закон есть связь между людьми и богами, инструмент общественной связи. Если люди следуют единому закону, повинуются божественному духу, то они стано­ вятся таким образом членами единой гражданской общины. Поэтому «весь этот мир следует рассматривать как единую гражданскую общину богов и людей»!.

Сенека (ок. 4 до н.э — 65 н.э,) полагал, что в единстве видимого нами мира заключена как божественная, так и человеческая природа, а все люди — это час­ ти великого целого. Природа, сотворившая людей из одинаковых элементов и во имя общей цели, породнила их и наделила способностью жить вместе. Об­ щество - это свод, который может устоять только при поддержке всего челове­ ческого рода. Поэтому первейшей человеческой обязанностью является обязан­ ность по отношению к человеческому роду2.

Римский император и философ Марк Аврелий (121 — 180), последователь греческого стоика Эпиктета (50 - 130), также рассматривал человека как часть ^ См.: Цицерон Марк Тулий. О государстве. О законах. О старости. О дружбе. Об обязанностях. Речи.

Письма. - М., 1999. С. 157 - 2 См.: Сенека. Нравственные письма к Луцилию;

Трагедии. - М., 2000. С. 228 - 231.

целого человеческого рода. Он утверждал, что всякая конфронтация между людьми есть нарушение естественного порядка. Поскольку все во вселенной стремится к единому центру, то и люди должны стремиться к единству между собой. Отечество человека - это весь мир, оно шире государства, в котором человек живет. Человек принадлежит к высшему государству, которое обни­ мает все человечество, и по отношению к которому все государства подобны домам единого города'.

Римские политические мыслители, как и юристы, заложившие основы римского права, видели объединение стран и народов как единую юридическую организацию человечества, единую империю под эгидой Рима. Это не было единство, основанное на принципе солидарного соглашения, которое вытекало бы из волеизъявления народов. Для него не имелось и достаточных оснований.

По утверждению Р. Иеринга, Рим трижды диктовал миру законы и трижды слу­ жил соединяющим началом между народами: сначала единством государства, когда римский народ еще был в расцвете своего могущества;

потом, после паде­ ния Римской империи, единством церкви, и, наконец, в третий раз - единством права, после рецепции римского права в средние века^.

Античный мир, как справедливо отмечал А. Ященко, «в теории и на прак­ тике пришел к единой юридической организации человечества в виде постро еннои на монархическом принципе всемирной империи».

Идеи мирового единства в Средние века. С падением Римской империи ведущей тенденцией на Европейском континенте становится индивидуалисти­ чески-анархическое начало, проявившееся в феодальном сепаратизме и форми­ ровании национальных государств. Если античный мир, представители его по­ литической и правовой мысли на первое место ставили общее благо, то уже в недрах европейского средневековья формируется идея беспредельной, неогра ' См.: Марк Аврелий Антонин. Размышления. - СПб., 1993. С. 17.

2 См.: Иеринг Р. Дух римского права на различных ступенях его развития. Ч. 1. - СПб., 1875. С. 1.

Яшенко А. Международный федерализм. Идея юридической организации человечества в политических учениях до конца XVIII века. - М., 1908. С. 25.

ничейной свободы индивида. Вместе с тем, на континенте имелась политиче­ ская предпосылка к сохранению идеи единства человечества и его юридической организации. Она существовала в лице Священной Римской империи и в док­ трине вселенской (католической) церкви.

По мере укрепления позиций христианской церкви идея мирового един­ ства обретает опору в христианском понимании божественной воли как направ­ ления мира к единой цели. В христианской доктрине мир рассматривается в ка­ честве единства всего сущего, а христианская община как аналог всего челове­ чества без различия расы и национальной принадлежности. Христианская цер­ ковь заявила о своей претензии на выражение общечеловеческих интересов в плане спасения человеческого рода. Именно в христианской вере отцы церкви видели основу нравственного союза всего человечества во имя единения с Бо­ гом. Это еще больше укрепляло идею человеческого единства. Таким образом, человечество мыслилось как основанный и руководимый самим Богом единый всемирный союз, нуждающийся в едином управлении и правопорядке. По дан­ ному вопросу сразу же возникла жесткая конкуренция между представителями католической церкви, видевшей во главе человечества главу римского святого престола, и сторонниками светской власти. Соответственно возникли и две док­ трины: теория всемирной теократии и теория юридического светского едино­ державия. Постепенно от анархического космополитизма первых христиан и средневековых сектантов, отрицавших какие-либо внешние формы организации человечества, произошел переход к идее средневекового теократического уни­ версализма. В его основе лежали положения учения Блаженного Августина (354 - 430), видевшего истинный правовой порядок только в лоне единой церк­ ви. И, наконец, тысячелетие спустя — в доктрине кальвинизма - обрела зримые очертания идея всемирного федерализма.

Таким образом, образование Священной Римской империи положило на­ чало притязаниям германских императоров на мировое господство и объедине­ ние всех народов и государств под эгидой имперской власти. Наиболее опреде ленно это стало проявляться со времен Генриха II (1002 - 1024), который в ка­ честве символа власти германских императоров утвердил золотой шар с 1фе стом наверху, что означало его верховенство (сюзеренитет) над другими коро­ лями. Эти притязания носили вполне конкретное выражение в политической линии таких императоров, как Конрад III, Фридрих Барбаросса, Фридрих II, Генрих VII и др. Порой эти притязания вступали в непримиримое противоречия с аналогичными стремлениями святого престола, что особенно драматично проявилось в знаменитом конфликте между Генрихом IV и папой Григорием VII в Каноссе.

Средневековые представления о единой мировой общности людей в значительной степени основывались на идеях и практике Римского государ­ ства. Но если Древний Рим как в период республики, так и в период империи дает нам реальные примеры организации Латинского союза, управления ог­ ромной империей, то средневековая идея мировой солидарности в лоне хри­ стианской церкви так и осталась теоретической утопией. Однако, питая в те­ чение целого тысячелетия политическую и юридическую мысль, она оказала глубокое влияние на формирование европейского менталитета, а также на весь последующий ход развития европейской, а затем и американской госу­ дарственности.

Идеи объединения государств и народов в период Реформации и эпохи Возрождения. Политические и правовые идеи Реформации и Возрож­ дения формировались под влиянием процессов первоначального накопления капитала и становления буржуазных отношений. Рациональное буржуазное мышление отбросило умозрительные идеи человеческого единства, выдви­ нув в качестве приоритета утверждение национальных интересов, государст­ венный суверенитете Это был период острых межгосударственных конфлик­ тов и политических интриг, насилия и жестокости, что нашло отражение в творчестве выдающегося политического мыслителя Н. Макиавелли (1469 — ' Некогда могущественная Римская империя превратилась во множество мелких постоянно враждующих государств, подвергавшихся постоянной опасности внешнего вмешательства.

1527), подошедшего к осмыслению как внутренней, так и внешней политики суверенного государства с позиций буржуазного национализма.

Не разрабатывая специально теоретических вопросов федерализма, Ма­ киавелли, тем не менее, не мог обойти проблемы поиска возможностей объеди­ нения и сплочения близких между собой государств и сумел подняться над на­ циональной ограниченностью политического мьшшения современников. Спо­ собом расширения государства он видел не завоевание и насилие, а развитие союзнических отношений. Он полагал, что консолидирующее государство должно бьшо сохранять верховенство в союзе, а реализацию своей идеи видел в объединении нескольких республик во главе с Флоренцией, связанных равно­ правным союзным договором. Принципиально важным при создании и расши­ рении такого союза он считал добровольность присоединения к нему. В качест­ ве примера, достойного подражания, он приводил Ахейский и Этолийский сою­ зы государств в Древней Греции^ а в современном ему мире - Швейцарию и Швабский Союз2. Достоинства федерации Макиавелли видел в возможности предотвращения войн и насилия, в способности сохранения и приумножения приобретенного.

Макиавелли полагал, что объединение государств в едином союзе может быть крепким и стабильным лишь при наличии единой формы государственно­ го правления и близости территориального расположения. Это вовсе не означа­ ло, что союзное государство не будет свободно от объективных противоречий и трудностей в управлении. Например, общий для всех совещательный орган, ес­ тественно, менее оперативен в принятии решений, нежели властный орган еди­ ного государства (города). Поэтому Макиавелли советовал не расширять состав федерации за пределы двенадцати - четырнадцати субъектов^.

' Ахейский Союз, федерация древнегреческих городов Пелопоннеса (280 - 140 до н.э.), имевший антимаке­ донскую направленность. Этолийский союз возник в 370 г до н.э. и представлял в центральной части Греции политический противовес Македонии.

^ Швабский союз (1488 - 1534), союз рыцарей имперских городов, а затем и князей Юго-Западной Герма­ нии, основанный в швабском городе Эслинген.

^ См.: Макиавелли Н. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. О военном искусстве. - М., 1996.

С. 234 - 237.

Твердо придерживаясь принципа эгоистического интереса в государст­ венной политике и возможности применения любых средств для достижения успеха в ее реализации, Макиавелли был убежден, что только общий интерес может быть надежной основой союзного государства. Плодотворность этой идеи была оценена много позже, когда федерализм стал реальностью и основой государственного устройства многих стран. При этом нужно отметить, что го­ сударственный интерес имеет много аспектов, и далеко не всегда расположен­ ные по соседству страны могут составить прочное объединение^.

Идея федерализма в современном его понимании так же, как и идея демо­ кратии зародилась у европейских народов и сделала их восприимчивыми к по­ строению союзного государства на надлежащей правовой базе не случайно. В основе европейского менталитета лежали хотя и различные, но близкие по сути теологические системы, выводившие эту идею из божественной воли, теокра­ тического централизма. Большую роль в этом сьпрал протестантизм и особенно кальвинизм.

В основе теологической и политической доктрины кальвинизма лежит идея договора, согласно которой церковная община, конгрегация образуются путем соглашения. При этом кальвинисты переносили идею договора и в поли­ тическую жизнь, рассматривая всякую политическую организацию, в том числе и государство, как договор первоначально суверенных индивидов. Теория на­ родного суверенитета в их учении есть лишь продолжение того же порядка идей: народный суверенитет есть соединение воль отдельных индивидов. Фе­ деративные по сути идеи Ж. Кальвина (1509 - 1564) были развиты его последо­ вателями, особенно монархомахами-гугенотами, восприняты английскими пу­ ританами и индепендентами, осуществлены в Соединенных Штатах Америки^.

Так кальвинизм, будучи сугубо теологической доктриной, по своей орга­ низационной природе легко вписывался в потребности времени, поскольку в ^ Например, Алексис де Токвиль (1805 - 1859), анализируя государственное устройство США, федеральную систему правления, на первое место ставил «привычки души и ума американцев» и только на второе - зако­ ны и институты.

2 См.: Яшенко А. Указ. соч. С. 272.

его основе лежал принцип демократической организации, общенародной вы­ борности при образовании церковных учреждений. В дальнейшем эти взгляды укоренились в идее народного суверенитета, права на сопротивление народа тирании. Они дали импульс последующим революционным и радикальным теориям. Но самое главное в том, что они подготовили общественное сознание к восприятшо идей федерализма.

Основателем теории федерализма считается последователь Кальвина Ио ханнес Альтузиус (1557 - 1638), представивший федерализм в качестве систе мы1. Ему принадлежит разработка федеральной теории народного суверените­ та, согласно которой государство представляет собой союз общностей, возвы­ шающийся над другими входящими в него и связанными союзом общностями.

И. Альтузиус возвел в принцип учение об общественном договоре и положил его в основу публичного права. Семья, профессиональный союз, община и про­ винция являются у него связующими элементами между индивидом и государ ством2. Всякий более обширный союз составляется у него из корпоративных единств более тесных союзов. Всякий более тесный союз обладает особой кол­ лективной жизнью и собственной юридической сферой. Высшему союзу он подчиняется лишь настолько, насколько это необходимо для достижения его специфической цели. Государство подобно составляющим его союзам и отли­ чается от них лишь своим исключительным суверенитетом. Оно как высшая правовая сила наделяется новыми свойствами и функциями, но его право огра­ ничено правами составляющих его союзов. В случае нарушения этой границы * Принято считать, что Иоханнес Альтузиус первым употребил термина «федерализм». Данное утверждение спорно: этот термин встречается у более ранних авторов, в том числе у Макиавелли и Кальвина. Иоханнес Альтузиус впервые употребил этот термин в связи с понятием «народного суверенитета». Федерализм у не­ го означал добровольный союз различных сош1альных структур, которые объединялись в рамках единого государства в результате иерархического возвышения новообразованного союза над меньшими по размерам союзами.

^ Именно это положение развили основоположники американской федеративной системы (А. Гамильтон, Дж. Джей, Д. Мэдисон) относительно того, что в рамках федеральной системы каждый гражданин принад­ лежит к двум общностям - своему штату и союзу в целом.

разрушается договор соединения, и каждый из членов снова приобретает пол­ ный суверенитете Кальвинистские идеи лежали и в так называемом «Великом плане» евро­ пейского союза Генриха FV, реализация которого должна была обеспечить мир и безопасность между составляющими его частями.

Теоретическое оформление идеи федерализма в политико-правовых учениях Нового времени. На новый уровень идея федерализма поднимается в период Нового времени. Ее разработка связана с именами Дж. Локка, Ш. Мон­ тескье, а практическое воплощение — с именами отцов-основателей Соединен­ ных Штатов Америки - А. Гамильтоном, Дж. Джеем, Дж. Мэдисоном и др.

Дж. Локк (1632 - 1704) федерализм понимал как сообщество людей, под­ данных государства, противопоставляя его остальной части человечества. Такое сообщество он рассматривал как некий монолит, систему, все части которой связаны определенной зависимостью. На этом и было основано его утвержде­ ние, что ущерб, нанесенный одному из членов сообщества (государства), следу­ ет считать ущербом всему народу государства^.

Вьщающуюся роль в развитии идей современного федерализма сыграл Шарль Луи Монтескье (1689 - 1755). Наблюдая природу человеческого обще­ ства, он пришел к выводу, во-первых, о неизбежности международной солидар­ ности, во-вторых, о необходимости разделения властей. Последнее положение в политической науке, как правило, связывается с разделением власти между ее законодательной, исполнительной и судебной ветвями. Но оно значительно шире и вполне может быть распространено на отношения между федеральным центром и субъектами федерации. Монтескье видел в разделении властей принцип наиболее целесообразного и разумного государственного устройства.

^ См.: Ященко А. Указ. соч. С. 272, 280.

2 Локк Дж. Соч. в 3-х томах. Т. 3. - М., 1988. С. 347 - 348. (Развивая в последующем данную идею Д. Локка, А. Гамильтон утверждал, что суть американского федерализма не в договоре между штатами и федерацией, а в договоре между гражданами государства).

Впервые юридическое отличие конфедерации от федерации обосновал Ж.

Боден (1530 — 1596). Вслед за ним Ш. Монтескье в первых трех главах DC книги «Духа законов» размьппляет о сильных и слабых сторонах федеративных от­ ношений. Федерацию он рассматривает как договор, основанный на доброй во­ ле государств, заключаюпщх его с целью создания более сильного государства, сознательно идя на утрату международно-правового статуса и права самостоя­ тельного заключения международных договоров.

Принципиально делимость единой власти на три составляюпдих есть де­ ление суверенитета, но не абсолютное, при котором возникают три самостоя­ тельных независимых сущности, а такое, при котором каждая составляюшая часть работает на укрепление системы в целом.

Заслуживает внимания рассуждение Монтескье о форме правления в фе­ деративном государстве. Он не без основания полагал, что республиканская форма правления эффективна и целесообразна лишь в небольших по размерам государствах, а для крупных более подходит монархия. К тому же крупные республики не обладают способностью к устойчивости и долговечности. Они трудно управляемы и скоро приходят в упадок ввиду внутренних противоре­ чий. Мелкие республики нежизнеспособны, поскольку не в состоянии обеспе­ чить свою внешнюю безопасность. Чтобы сохранить республиканскую форму в крупном государстве, необходимо соединить в нем внутриполитические и эко­ номические преимущества республики и внешние силы монархии'. Федерация представляет для этого идеальную форму государственного устройства.

Монтескье видел преимущество федерации прежде всего в надежности и устойчивости, поскольку деструктивным силам здесь противостоят многочис­ ленные центры сопротивления против разрушения как изнутри, так и извне. Он, как и Макиавелли, справедливо считал, что федерации свойственна республи ' См.: Монтескье Ш. Избр. произв. - М., 1955. С. 268. (Казавшиеся в свое время сошюпьными и политически­ ми утопиями, эти идеи спустя два века обрели зримые черты в решениях Гаагского конгресса 1948 года и в Маа­ стрихтском договоре, подписанном в 1992 году двенадцатью государствами-членами Европейского сообщества, образовавшими Европейский Союз - межгосударственное объединение, сочетающее в себе черты международ­ ной организации и федеративного государства.) канская форма правления, и включение в состав федерации монархии может привести к разложению единого государства. Кроме того, Монтескье выступал противником такого устройства союзного государства, при котором каждый член союза вправе независимо выступать на международной арене и вступать в иные союзы, что равнозначно его негативному отношению к конфедерации^.


Идеи Ш. Монтескье о федеративном устройстве, но уже в более широком плане, вплоть до создания всеобщей конфедерации цивилизованных народов, развивали Ж. Кондорсе (1743 - 1794), А. Тюрго (1727 - 1781) и др.2.

Опыт федеративного строительства в США и развитие современных концепций федерализма. Реально федерализм в современном его понимании как форма государственного устройства насчитьюает немногим более двух ве­ ков, со времени его утверждения в Соединенных Штатах Америки^. Однако и в этом случае какой-либо единой концепции федерализма создано не было. Объ­ ясняется это тем, что федеративные государства отличаются друг от друга по многим параметрам: географическим, историко-культурным, по времени и спо­ собу образования, по политическим и правовым традициям и т.д. К тому же многочисленные концепции федерализма всегда возникали из необходимости осмысления конкретных процессов, происходящих в той или иной стране^.

^ Следует иметь в виду, что при чтении Монтескье, как впрочем и многих других авторов, может возникнуть терминологическая путаница ввиду того, что термины «федерация» и «конфедерация», а также произвохшые от них, употреблялись как синонимы, и их истинное значение зависело от контекста. Монтескье в данном случае по смыслу говорит о федерации. То же можно сказать и об употреблении этих терминов авторами «Федералиста».

Как отмечает В. Остром, авторы «Федералиста» применяли термин «федеральный» (foederal) как к правлению в соответствии со Статьями Конфедерации, так и к тому, которюе предлагалось по новой Конституции. (Остром В.

Смысл американского федерализма. - М., 1993. С. 89).

2 Договор о Европейском Союзе, подписанный в 1992 г. двенадцатью государствами-членами Европейского сообщества, вступил в силу с 1 ноября 1993 г. В настоящее время он насчитывает 15 государств-членов: Ав­ стрия, Бельгия, Великобритания, Германия, Греция, Дания, Ирландия, Испания, Италия, Люксембург, Ни­ дерланды, Португалия, Финляндия, Франция, Швеция. Основными руководящими органами Европейского союза являются: Европейский совет. Европейский парламент. Совет Европейского Союза, Европейская ко­ миссия, Европейский суд.

^ Часто полагают, что о приоритете федеративного устройства в практическом плане можно говорить при­ менительно к Швейцарии. Однако это не совсем корректное утверждение. Швейцарский Союз на протяже­ нии нескольких веков представлял собой уникальное по продолжительности объединение областей (канто­ нов), построенное на принципах конфедерации. История не знает столь долгого существования конфедера­ ции. Только с 1848 года, т.е. после возникновения США, Швейцария становится в подлинном смысле феде­ рацией, сохранив однако название конфедерации, но уже чисто формально.

'* в настоящее время, по мнению швейцарского государствоведа М. Устери, насчитывается около двух де­ сятков теорий федерализма.

Впервые необходимость теоретического осмысления федерализма как формы государственного устройства возникла при образовании Соединенных Штатов Америки. Концепция децентрализации, популярная в добивавшихся независимости от Англии американских колониях, показала свою несостоя­ тельность: созданная на ее основе конфедерация не могла обеспечить государ­ ственного единства и исторической перспективы для вновь созданного союзно­ го государства.

Поэтому перед основателями Соединенных Штатов Америки прежде все­ го встала проблема исследования самой супщости федеративных отношений, полномочий федерального правительства и его взаимоотношения с правитель­ ствами штатов. Так появился знаменитый «Федералист», ставший классиче­ ским образцом мировой политико-правовой мысли в области федеративных от ношений^. Авторы «Федералиста» сумели резко повернуть общественное мне­ ние в сторону централизаторской концепции, на основе которой была разрабо­ тана и принята американская Конституция 1787 года. Так утвердилась мони­ стическая теория, согласно которой государственным суверенитетом обладала только федерация в целом.

Характерно, что, добившись известной стабильности федерации, штаты вновь поставили под сомнение монистическую теорию. В соответствии с их ин­ тересами была принята X поправка к Конституции Соединенных Штатов, кото­ рая гласит: «Полномочия, не предоставленные настоящей Конституцией Со­ единенным Штатам и не запрещенные для отдельных штатов, сохраняются со­ ответственно за штатами или за народом»2.

Стержневым вопросом всех теорий федерализма изначально и до на­ стоящего времени является вопрос о суверенитете^. Его по-разному решали представители различных направлений: классической теории делимости суве * «Федералист» представляет собой серию статей А. Гамильтона, Д. Мэдисона и Дж. Джея, опубликованных под псевдонимом Публий в ряде ведущих американских газет с целью разъяснения кониептуальных основ американской государственности.

2 Конституции зарубежных государств. - М., 1996. С. 32.

•^ Характерно отметить, что при образовании Российской Федерации 19 из 21 республики в ее составе закре­ пили свой суверенитет в республиканских конституциях.

ренитета;

сепаративных теорий суверенитета штатов;

унитарных теорий суве­ ренитета федерального государства;

теории участия штатов в образовании фе­ дерального суверенитета;

дуалистической федеративной теории^.

Эти концепции, начиная с конца ХУШ века, отражали борьбу двух тен­ денций в понимании суверенитета. Первой серьезной попыткой определения юридической природы федерализма стала теория разделения суверенитета меж­ ду федеральной властью и властью отдельных субъектов федерации^. Эта тео­ рия, связанная с именами Д. Мэдисона, А. Гамильтона, Дж. Джея, А. де Токвиля, Г. Вайца и др., господствовала до последней четверти XDC века и сформирова­ лась под влиянием теории Ш. Монтескье о разделении властей.

Сторонники данной теории рассматривали федерацшо как своеобразную форму разделения суверенитета. Наиболее полно суть ее выразил Д. Мэдисон (1751 - 1836) в одной из статей «Федералиста». «У народа, — писал он, — спло­ ченного в единую нацию, верховная власть полностью принадлежит нацио­ нальному законодательному органу. У сообществ, соединившихся с той или иной целью, верховенство принадлежит частично общесоюзному, а частично муниципальным законодательным органам. В первом случае все местные вла­ сти подчиняются верховной, которая пользуется правом проверять их, направ­ лять и распускать. Во втором случае местные или муниципальные власти обра­ зуют самодостаточную и независимую ветвь верховной власти, которая так же не подпадает под юрисдикцию общесоюзной власти, как и та не входит в юрис­ дикцию местных или муниципальных властей в отведенной ей сфере деятель­ ности. Следственно, в этом отношении предлагаемое правительство нельзя счи­ тать национальным, поскольку его юрисдикция распространяется лишь на ряд оговоренных предметов, тогда как все остальные остаются в полном и неруши­ мом суверенном ведении отдельных штатов. Правда, при возникновении разно ^ Подробный анализ взглядов представителей политической и правовой мысли на вопросы суверенитета от античности до начала XX в. содержится в работах А. Ященко: «Международный федерализм. Идея юриди­ ческой организации человечества в политических учениях до конца XVIII века». - М., 1908 и «Теория феде­ рализма: опыт синтетической теории права и государства». - Юрьев. 1912.

^ Более подробно о позиции представителей различных политических направлений по отношению к данной концепции говорится ниже при рассмотрении национальных моделей федерализма.

гласий касательно границы между этими двумя юрисдикциями суд, которому надлежит вынести окончательное решение, учреждается союзным правительст­ вом. Но это не меняет дело в принципе. Решение выносится беспристрастное, целиком основанное на статьях конституции, и принимаются все возможные и наиболее действенные меры, дабы обеспечить полную беспристрастность. Не­ которые из таких судов, несомненно, весьма существенны, дабы препятствовать вооруженным столкновениям и распутьюать гордиевы узлы, и вряд ли можно спорить против того, что суды такого рода лучше учреждать не при местных правительствах, а под эгидой союзного, а говоря начистоту, только под его эги­ дой, ибо лишь оно способно обеспечить ему безопасность»*.

Авторы «Федералиста» ставили своей целью дать объяснение юридиче­ ской природы федерализма. На этой стороне их теоретической и практической деятельности прежде всего акцентировал внимание А. де Токвиль, отмечавший, что при создании союза американцам предстояло так поделить суверенитет, чтобы субъекты этого союза сохраняли самоуправление во всем, что относится к их внутреннему благосостоянию, а сама нация в целом не перестала бы при этом составлять органическое целое и удовлетворять свои обпще потребности.

Данный подход заслуживает пристального внимания прежде всего с точ­ ки зрения методологии решения этой непростой задачи, постоянно усложняю­ щейся в ходе ее конкретной реализации. Каким образом решали свои перво проходческие задачи американцы? Прежде всего, они искали собственный путь, опираясь на исторический опыт и теоретическое наследие европейских мысли­ телей. Им предстояло, во-первых, определить общие для всего союза цели и за­ дачи, во-вторых, - круг прав и обязанностей правительств штатов, представ­ лявших собой достаточно пеструю картину.


Бьша принята общая схема: определение компетенции федерального пра­ вительства, закрепленной в конституции;

отнесение всего, что не закреплено конституционно за федеральным правительством, к ведению штатов. Компе ^ Федералист. Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея. - М., 1994. С. 259 - 260.

тенция штатов, таким образом, была признана общим правом. Компетенция фе­ дерального правительства являлась лишь исключением из общего права. Для разрешения неизбежных коллизий в процессе становления федерации была создана федеральная судебная система, во главе которой находился высший федеральный суд, в компетенцию которого входило поддержание конституци­ онного принципа разделения властей^.

Согласно данной концепции, объекты управления разделяются по своей природе на три вида: национальные, провинциальные и смешанные.

Национальные объекты управления представляют общенациональный интерес и должны быть в ведении федеральных властей. Это военные дела, ди­ пломатия, национальный бюджет, денежная эмиссия и т.д.

Провинциальные объекты управления непосредственно затрагивают от­ дельные субъекты федерации (например, местный бюджет) и наиболее рацио­ нально могут управляться на провинциальном уровне.

К смешанным объектам относятся те, которые, несмотря на общенацио­ нальное значение, приобретают особую актуальность применительно к отдель­ ным субъектам, и нации нет необходимости в целом заботиться о них (например, права, регулирующие гражданское и политическое состояние людей).

Теория делимости суверенитета благодаря А. де Токвилю нашла раз­ витие и на европейском континенте, в частности, в трудах немецкого исследо­ вателя Г. Вайца. Он утверждал, что в федеральном государстве одна часть высших жизненных задач вьшолняется всем народом сообща, а другая - от­ дельными подразделениями народа. Отдельные части федерации и федерация в целом при решении общенациональных и региональных задач взаимно допол­ няют друг друга, что дает возможность охватить всю государственную жизнь.

Важнейшая особенность федеративного государства, с его точки зрения, состо ^ Федеральный Верховный суд США наделен правом признавать неконституционность как федеральных законов, так и законов штатов. Как отмечал судья Конституционного Суда О. Холмс, Соединенные Штаты вряд ли бы распались, если бы Верховный суд утратил право объявлять законы Конфесса неконституцион­ ными. Однако он полагал, что существование Союза было бы под угрозой, если бы это право не действовало в отношении закона отдельных штатов (См.: Лафитский В. И. Основы конституционного строя США. - М., 1998. С. 193.

ит в том, что определенная часть государственной жизни является общей, дру­ гая - предоставлена отдельным членам. Но каждая составляющая часть, равно как и государство в целом, выступают в качестве действительного государства.

В конфедеращ1ях коллективное целое не есть государство;

в империи отдель­ ные части также не являются государствами, В федерации обе стороны — феде­ рация как целое и ее субъекты - должны носить государственный характер. По­ этому Г. Вайц и противопоставлял коллективное государство отдельным госу­ дарствам в рамках одного федеративного образования. Государственную само­ стоятельность отдельных частей федерации он называл суверенитетом. Таким образом, суверенитетом, с его точки зрения, должны обладать как все субъекты федерации, так и сама федерация как единое государство^.

Однако в целом среди представителей немецкой правовой науки господ­ ствовала иная точка зрения на проблему суверенитета. Она заключалась в том, что суверенитет не может принадлежать отдельным государствам в рамках единой федерации. Он может быть только прерогативой союза в целом. Госу­ дарственная власть — не сумма прав, а право в государстве. Политическая жизнь, практика федерализма довольно скоро показали слабость теории разде­ ленного суверенитета, ибо в государстве может быть только один суверенитет.

Эта теория припша в прямое противоречие с природой суверенной власти, ко­ торая по своему существу едина. Осуществление этой теории на практике есть прямой путь к анархии. Несостоятельность теории разделенного суверенитета стала очевидной уже при решении вопроса об установлении высщей судебной инстанции, которая действует от имени центральной власти и опирается на ее силу и авторитет.

На смену теории разделенного суверенитета припша сепаративная тео­ рия (или теории, поскольку в рамках ее были полярно противоположные под­ ходы). Ее сторонники признавали суверенитет либо только субъектов федера­ ции, либо только федерации в целом. В первом случае мы имеем дело с конфе ' См.: Федерализм: энциклопедия. - М., 2000. С. 552;

Яшенко А. Теория федерализма. Опыт синтетической теории права и государства. - Юрьев, 1912. С. 272 - 275.

дерацией в самом прямом смысле этого слова. Сторонники этой теории Джон Кальхаун и Макс Зейдель исходили из вполне здравой посылки неделимости суверенитета, но они мыслили федерацию как союз независимых суверенных государств, скрепленный договором, который в дальнейшем может по желанию одной из сторон бьггь расторгнут. Они не видели в этом договоре отказа от принципа сецессии*. Но федерация, возникающая в результате договора, стано­ вится новым государством, принимающим конституцию. Подписание договора означает отказ государств от своих прав и своего верховенства в пользу нового союзного государства, а принятие конституции является юридическим закреп­ лением этого отказа. Поэтому юридически некорректно выводить из факта со­ юзного договора сохранение суверенитета субъектов федерации в рамках но­ вого федеративного государства. Федеративные государства, возникая на до­ говорных началах, основывают свою дальнейшую деятельность на конститу­ циях. Более того, в федеральных парламентах помимо палат, представляющих субъекты федерации (это, как правило, верхние палаты), нижние палаты, при­ нимающие законы, являются представительством всего народа данного феде­ ративного государства^.

Поэтому очень скоро федерации, стоит им набрать силу, обнаруживают тенденцию к укреплению федерального центра, что безусловно является благом для государства, его граждан и каждого субъекта федерации. Там, где сепарати­ стские тенденции не удается вовремя обуздать, федерации переживают серьез­ ные потрясения и либо преодолевают разрушительные процессы (большинство стран Латинской Америки), либо становятся жертвой политических амбиций политических партий и лидеров.

Сепаративные теории, в сущности, являлись отрицанием федерализма, поскольку признавали только две крайности: унитарное государство (при полном подчинении провинций) либо конфедерация (если сохранялся суве ^ Ященко А. Теория федерализма: опыт синтетической теории права и государства. - Юрьев. 1912. С. 279 - 280.

^ Даже в запрещении императивного депутатского мандата помимо прочего заложена идея представитель­ ства всего народа в лице отдельного депутата. Хотя каждый депутат отчитывается перед своими избирате­ лями, он самостоятелен в принятии политических решений и не может быть отозван на этом основании.

ренитет субъектов федерации). Однако, несмотря на очевидную несостоя­ тельность сепаратистских концепций, они время от времени модифициру­ ются и вновь обретают приверженцев, приводя на практике к серьезным по­ литическим кризисам, нередко сопровождающимся вооруженными кон­ фликтами.

Практическая несостоятельность рассматриваемых выше концепций при­ вела в конце концов к признанию неделимости суверенитета и закреплению его за федеральным центром. Это делает современные федерации в известной мере похожими на унитарное государство, однако с наделением субъектов федера­ ции значительными правами в рамках единого союзного государства. Такое го­ сударство есть целостная система с сильным федеральным центром и четким разграничением предметов ведения между ним и субъектами федерации. В та­ ком государстве суверенитет принадлежит государству в целом, то есть в лице федеральной власти всем составляющим частям государства, а следовательно, всему народу. Поэтому вся власть исходит от народа, и только народ вправе решать самые жизненно важные проблемы государственного устройства и по­ литики государства.

Концепция, объясняющая такую природу федеративного государства по­ лучила иазвание унитарной теории. Она бьша впервые теоретически разрабо­ тана и изложена П. Лабандом и Г. Еллинеком, Согласно этой теории все госу­ дарственные объединения сводятся к двум категориям: либо это союзы, осно­ ванные на международном договоре (конфедерация), либо это корпорации, но­ сящие государственно-правовой характер (федерация). Различие между этими категориями то же самое, как в области частного права между юридическим лицом и обществом. Юридическое лицо есть субъект права, общество - право­ отношение. Поэтому конфедерацию следует рассматривать как правоотноше­ ние между государствами, а не как субъект права. Федерация, напротив, есть организованное единство, лицо, а не правоотношение. По своей юридической природе конфедерация есть образование, основывающееся на принципах и нормах международного права, федеращм - на принщшах и нормах государст­ венного права.

Если отдельные субъекты федерации заявляют о своем исключительном положении в федерации, то с точки зрения международно-правового статуса это либо непонимание юридической природы федерации, либо следствие кри­ зиса в отношениях между федеральным центром и данным субъектом. Корни этого кризиса следует искать в политической, экономической, исторической или иной плоскости.

Юридическое основание межгосударственного объединения есть дого­ вор, который по желанию сторон может быть расторгнут. Юридическое осно­ вание федеративного государства как корпорации частного права есть консти­ туция, нарушение которой влечет необходимые санкции против нарушающего единство государства субъекта федерации.

Власть федерации суверенна и рас­ пространяется на субъекты федерации. Как отмечал Г. Еллинек, федеральное государство есть «образованное из нескольких государств суверенное государ­ ство, государственная власть которого исходит от его отдельных членов, свя­ занных в одно государственное единство. Оно представляет одно государствен­ но-правовое соединение государств, устанавливающее над соединенными госу­ дарствами господство, участниками которого всегда являются однако сами го­ сударства, так что они в своей совокупности господствуют или, по крайней ме­ ре, участвуют в господстве — и в то же время как отдельные государства явля­ ются в известных отношениях подвластными» i.

Таким образом, с точки зрения Г. Еллинека, для понятия федерации наи­ более существенными являются три момента: суверенность центральной вла­ сти, прямое подчинение ей граждан государства, существование государств членов.

Более детально эти мысли он развивает в своем труде «Общее учение о государстве». Входящие в состав союзного государства отдельные государства ' Еллинек г. Право современного государства. - СПб, 1908. С. 569.

не суверенны;

компенсацией за утраченный суверенитет им является более или менее широкое участие в осуществлении государственной власти коллективно­ го государства. Правопорядок союзного государства основан на конституции, которая является его собственным законом. Конституция союза может быть из­ меняема только волей самого союза. В пределах господства союзного государ­ ства отдельные государства теряют свой государственный характер. В этих пределах их деятельность либо совершенно прекращается и заменяется собст­ венным управлением союзного государства, либо они получают характер само­ управляющихся корпораций наподобие коммунальных союзов, поскольку осу­ ществляют управление через посредство своих органов, согласно законам и под контролем союзного государства. В союзном государстве территория и населе­ ние отдельных государств объединены в одно неразрывное целое, территория отдельных государств есть его территория, народ отдельных государств - его единый народе. Теория Лабанда — Еллинека в конце ХГХ — начале XX века была принята почти всеми известными русскими юристами2.

В XX столетии возникла настоятельная необходимость дальнейшего ос­ мысления феномена федерализации. По мнению Р. Арона, федерализм для се­ редины XX века играл ту же роль, которую ифал либерализм в XVIII веке, марксизм — в середине XIX века^. К тому же важно отметить, что сегодня число федеративных государств составляет четверть сотни, они занимают половину территории планеты и в них проживает 1/3 ее населения. Эти государства раз­ личны по экономическому потенциалу, размеру территории, численности насе­ ления и степени влияния на международные отношения.

^ См.: Еллинек Г. Обшее учение о государстве. - СПб., 1908. С. 571.

2 См.: Сокольский В.В. Курс русского государственного права. - СПб, 1890;

Горенберг М.Б. Теория союз­ ного государства в трудах современных публицистов Германии. - СПб, 1891;

Пергамент М.Я. Юридическая природа реальной унии. - Одесса, 1893;

Коркунов Н.М. Русское государственное право. T.I. - СПб, 1914;

Котляревский С.А. Конституционное государство. - СПб, 1907;

Кокошкин Ф.Ф. Русское государственное право. Вып. 2. — М., 1908;

Лекции по общему государственному праву. - СПб, 1912;

К вопросу об юридиче­ ской природе государства и органов государственной власти. - СПб, 1896;

Корф С.А. Федерализм. - СПб, 1908;

Нольде Б.Э. Очерки русского государственного права. - СПб, 1911;

Байков А.Л. Междувластные и властные отношения в теории права. - Ярославль, 1912;

и др.

^ См.: Федерализм: Энциклопедия. - М., 2000. С. 53.

Углубляющиеся процессы европейской интеграции уже поставили перед наукой множество проблем политического, экономического, юридического, социокультурного и иного порядка. Поэтому стоит, на наш взгляд, вниматель­ но отнестись к идее глобального федерализма, выдвинутой в Вентотенском манифесте Альтеро Спинелли и Эрнесто Росси еще в ходе Второй мировой войны!. Несомненно, что и Российская Федерация внесет свой вклад в разви­ тие данных процессов.

Можно вьщелить ряд оснований для классификации федеративных моде­ лей и систем. К тому же, как отмечает И.А. Умнова (Конюхова), федератив­ ные государства, хотя имеют особенности с точки зрения модели федерализ­ ма, едины по своей природе2. Поэтому, естественно, возникает необходи­ мость в типологизации моделей федерализма и теорий, на которые они опи­ раются. Для этого могут быть различные основания. Одни исследователи во­ обще отрицают саму постановку вопроса о подобной типологизации. Напри­ мер, Л.М. Карапетян, Б.Б. Задарновский считают, что речь только может ид­ ти не о моделях федерализма, а об особенностях федераций. Л.М. Карапетян пишет: «Будучи целостным и единым государственным образованием, феде­ рация не может строиться разномодельно». Вместе с тем каждое федератив­ ное государство имеет свою специфику, которая может обусловить особен­ ности отдельных сфер внутренней организации и регулирования, но они не меняют качественной определенности федерализма. Федерализм един с ос­ новными принципами своей организации»^. Этой же точки зрения придержи­ вается и Б.Б. Задарновский, утверждающий, что «федерализм есть федера­ лизм и ничего более»4. С подобным подходом однако трудно согласиться.

! См.: Сиджански Д. Федералистское будущее Европы: от Европейского сообщества до Европейского сою­ за. - М., 1998. С. 28 - 2 См.: Умнова И.А. Конституционные основы современного российского федерализма. Учебно-практическое пособие. - М, 1988. С. 28.

3 Карапетян Л.М. Федеративное устройство Российского государства. - М., 2001. С. 38.

^ См.: Задарновский Б.Б. Нащюнальная политика в Российской Федерации. - М., 1993. С. 67 - 68.

поскольку в таком случае не следует вести речь о типологии государства, по­ литических режимов и других политических институтов.

Автор данной работу разделяет точку зрения И.А. Умновой и других ис­ следователей, признающих необходимость и целесообразность типологизации современных моделей федерализма. Основания для типологизации могут быть различными. Например. И.А. Умнова выделяет два типа федеративных госу­ дарств - союзное и децентрализованнное, исходя из особенностей системы раз­ деления государственной власти между федерацией и ее субъектами ^ По типу правового режима разделения государственной власти по верти­ кали можно также говорить о двух типах федерализма: делегированного и де централизованного2. В.Н- Лысенко и ряд других авторов в своих работах много внимания уделяют проблеме договорных и конституционных федераций^, хотя, на наш взгляд, эта проблема имеет значение только в плане образования феде­ рации и с момента ее юридического оформления и принятия федеральной конституции снимается сама собой.

Это вовсе не означает, что договорный способ образования федерации не влияет на ее последующую судьбу. Так же как субъекты федерации в результа­ те договора теряют свое право на суверенитет и международную правосубъект­ ность, сецессию, так же и федеральный центр не может без их согласия нару­ шить условия федеративного договора"*.

^ См.: Умнова И. А. Указ. соч. С. 29.

2 Там же.

^ Лысенко В.Н. Насколько прочна договорная основа федеративных отношений // Федерализм, 1996, № 3;

Он же. Что мы строим в России: симметричную или асимметричную федерашпо? // Федерализм, 1998, №1(9). Митрохин С.С. Модели федерализма в России. В поисках альтернативы хаосу и распаду. // Федера­ лизм. 1997. № 1. Мухаметшин Ф.Х. Российский федерализм: проблемы формирования отношений нового типа (политико-правовой аспект) // Государство и право. 1994. № 3.

^ Интерес российских юристов, политологов и практических политиков к договорной проблематике не слу­ чаен и объясняется беспрецедентной по масштабам практике заключения внутригосударственных договоров между федерацией и ее субъектами, которая особенно интенсивно проводилась в Российской Федерации вплоть до начала нового столетия (было заключено около 50 таких договоров) и часто вела к фактическому пересмотру важнейшего конституционного принципа равенства субъектов Федерации в отношениях с феде­ ральным центром, в ущерб другим субъектам Федерации А.Н. Аринин критериями типологизации федеративных государств считает сущностные характеристики, признаки и принципы классического федерализма!.

Применительно к данному исследованию представляется целесообраз­ ным типологизировать существуюпще федерации и теоретические концепции, на которые они опираются по способу образования федераций на договорные и конституционные, а также по механизму взаимодействия властных структур федерального и регионального уровней. С точки зрения последнего основания все ныне существующие федерации можно с определенной долей условности разделить на централистские и кооперативные.

Договорная форма федерации представляет собой объединение госу­ дарств, в основании которого лежит договор между ними, согласно которому они утрачивают международную правосубъектность и наделяют федерацию су­ веренитетом. При этом утрата суверенитета субъектами федерации не является ущемлением прав граждан единого государства, поскольку высшим носителем суверенитета союзного государства становится весь народ, то есть все гражда­ не, составляющие население каждого субъекта федерации. Что касается объема прав, которые субъекты передали федерации, то они в разных государствах мо­ гут существенно различаться. Однако принципиально важной особенностью такой формы федерации является строго оговоренное в договоре участие всех субъектов федерации в совместном регулировании всех наиболее важных про­ цессов государственного развития. Федеральное правительство не вправе навя­ зывать субъектам федерации свою волю там, где это не оговорено договором^.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.