авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«из ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Калина, Владимир Филиппович 1. Правовое регулирование федеративный отношений в России в контексте развития мирового ...»

-- [ Страница 2 ] --

Разновидностью договорной формы является координированный феде­ рализм. В этом случае федеральные власти и власти субъектов федерации дей­ ствуют независимо друг от друга в пределах установленных конституцией страны полномочий, и субъекты федерации вправе налагать вето на решения ! Аринин А.Н. Российский федерализм: истоки, проблемы и перспективы развития. - М., 1999. С. 67.

2 См.: Чиркин В.Е. Конституционное право: Россия и зарубежный опыт. - М., 1998. С. 294 - 302;

Умнова И.А. Конституционные основы современного российского федерализма. Учебно-практическое пособие. М., 1998. С. 2 9 - 3 0.

федерального центра, выходящие за конституционные рамки. Однако на прак­ тике это трудно осуществимо. Пример Канады, государственное устройство ко­ торой основано на этом принципе, показывает, что на обоих уровнях имели ме­ сто нарушения в виде вторжения в область чужой компетенции. В конечном счете были найдены возможности компромисса: с одной стороны были расши­ рены права провинций, с другой — был усовершенствован механизм согласова­ ния интересов центра и субъектов федерации. Однако, с целью сохранения рав­ новесия и устойчивости политической системы по ряду позиций были расши­ рены и полномочия центра, о чем будет сказано ниже.

В основе координированного федерализма лежит т.н. координационная теория разделения полномочий между федеральным центром и регионами при равенстве статусов как целого (федерация), так и его частей (регионы, субъекты). Эта теория достаточно уязвима, поскольку она противоречит прин­ ципиальному положению теории систем — иерархичности и невозможности части превалировать над целым или быть ему равным. Рано или поздно федера­ ция, будь она построена на основе этой теории, обречена на распад.

Централистская форма федерализма предполагает более широкие пол­ номочия центра, когда решения общефедеральных органов обязательны для властей субъектов федерации. Основывается эта форма на признании народа единственным источником суверенной власти, что непосредственно закрепля­ ется в конституции. Формирующиеся на основе всенародного волеизъявления федеральные органы власти приобретают, таким образом, верховенство над правами субъектов федерации, конечно, в установленных законом пределах.

Наиболее последовательно эта форма реализовалась в США, по этому пути идут Германия и Австрия.

Надо отметить, что в разные исторические периоды в той или иной стране могут превалировать различные тенденции. Централист­ ская форма федерализма превалирует на первых порах формирования госу­ дарственной и правовой системы федеративного государства и в этот период, как справедливо отмечает И.А. Умнова, «неизбежно использование элемен тов центральной власти и в определенных случаях иерархических отноше­ ний. Однако при этом должна быть обеспечена возможность постепенного расширения централизации как основы построения федеративного государ­ ства» *. Несмотря на достаточно высокую степень централизации федератив­ ной системы США, в конце 60-х годов получила распространение концепция «нового федерализма», заключающаяся в расширении прерогатив прави­ тельств штатов и органов местного самоуправления за счет существующих полномочий федерального правительства. Подобные процессы имели место и в Австралийском Союзе в те же годы2.

Централистская доктрина всегда занимала доминирующую позицию на полуострове Индостан. В Индии это связано с необходимостью преодоления последствий колониализма и последующего за обретением независимости се­ паратизма. В Пакистане — в связи с многолетним господством сменяющих друг друга военных режимов^.

В периоды, требующие максимальной мобилизации ресурсов (мировые войны) или непосредственной угрозы государству изнутри (период «великой де­ прессии» начала 30-х годов в США) широкое распространение в США, Австра­ лии, Канаде получила доктрина чрезвычайного федерализма как одна из разно­ видностей централистской доктрины. На практике это означапо издание чрезвы­ чайного законодательства, наделение в соответствии с ним чрезвычайными пол­ номочиями органов центральной власти и усиление унитаристских тенденций, которые латентно присутствуют в любой федерации и находят закрепление в ин­ ституте федеральной интервенции^*.

В периоды стабильного развития федеративных государств между цен тралистскими и децентралистскими тенденциями устанавливается относитель­ ное равновесие. Децентрализм устраивает федеральный центр, т.к. активизиру ^ См.: Умнова И.А. Указ. соч. С. 34.

^ См.: «Федерализм новый» // Федерализм. Энциклопедия. - М., 2000. С. 573 - 574.

^ См.: Федерализм: теория и история развития (сравнительно-правовой анализ. - М., 2000. С. 203 - 205.

^ Например, в США сторонникам централизма пришлось выдержать нелегкую борьбу, и сегодня это доста­ точно централизованное государство с сильным федеральным центром.

ет региональное развитие и перекладывает на плечи региональных властей ре­ шение многих проблем, которые им гораздо ближе и понятнее. В современных условиях децентрализм даже превалирует. В свою очередь регионы нуждаются в централизме, создаюш;

ем обстановку стабильности, уверенности и запщщен ности.

Автор разделяет точку зрения И.А. Умновой на то, что «нецентрализо­ ванный тип федерализма, основанный на принципе субсидиарности, представ­ ляет собой идеальную модель федеративных отношений, высший уровень фе­ дерализма. Однако нецентрализация в образе матрицы становится эффектив­ ной при условии, если она гарантирована правом, соблюдаемым всеми ячей­ ками власти, а также надежной и универсальной судебной защитой*.

На основе этих тенденций возникла получившая широкое распростране­ ние кооперативная форма федеративного устройства, нашедшая научное обоснование в одноименной теории. Форма кооперативного федерализма, де­ лающая акцент на широком взаимодействии, сотрудничестве и взаимозависи­ мости федерации и ее субъектов при осуществлении закрепленных за ними конституционных полномочий, достаточно динамична, но на практике более подвержена политической конъюнктуре, нежели строгому правовому регули­ рованию. Отношения между центром и регионами реализуются через механиз­ мы вертикального и горизонтального сотрудничества. Объединяясь для реше­ ния конкретных региональных экономических проблем, группы субъектов фе­ дерации выступают единым образованием во взаимоотношениях с федераль­ ным центром. Это значительно повышает уровень их влияния на федеральную политику.

Эта форма федерализма позволяет более гибко и согласованно строить отношения между центром и регионами, поскольку предусматривает создание федерально-провинциальных органов, имеющих хотя и совещательный харак­ тер, но служащих эффективным инструментом по разрешению достаточно час * См.: Умнова И. А. Указ. соч. С. 33.

рссс:1".скАя ГОСУДАРСТСЕК;

-!АЛ Е/.БЛ1'.ЭТЕКА то возникающих коллизий между центром и регионами. Такая практика полу­ чила широкое распространение в Германии, Австралии, Индии, Канаде, где пе­ риодически созываются совещания глав исполнительной власти федерации и субъектов!. В президентских и полупрезидентских федерациях это могут быть совещания президента страны с главами исполнительных органов власти субъ­ ектов федерации. В зависимости от сложности и специфики возникающих про­ тиворечий их разрешение может быть осуществлено и на уровне соответст­ вующих федеральных и региональных министерств и ведомств.

Таким образом, удается отслеживать и вовремя преодолевать назреваю­ щие конфликты, особенно когда федеральные и региональные власти имеют различную партийную ориентацию. Данная практика представляет известный интерес для становления российского федерализма, поскольку возникшие ассо­ циации экономического сотрудничества в перспективе могут превратиться в достаточно влиятельные как в экономическом, так и политическом отношении региональные образования. Как уже отмечалось выше, главным недостатком кооперативного федерализма выступает ярко выраженная ориентация на поли­ тические механизмы решения государственных проблем и слабость правовых рьиагов воздействия на субъекты правоотношений в федеративной сфере.

Если в основу положить способ управления и уровень самостоятельности административных единиц и регионов, то во многих современных унитарных государствах легко обнаружить черты, свойственные федерациям. Так, в Ита­ лии, не являющейся федерацией, области пользуются большими правами, име­ ют собственное законодательство. Все больше федеративные тенденции на­ блюдаются в Великобритании. Это говорит о том, что децентрализация и феде­ рализация соответствуют идеям нашего времени, и что XX век открыл эру фе­ дерации.

' См.: Федерализм: Теория, институты, отношения (сравнительно-правовое исследование). - М., 2001. С.

191 - 198;

Гуськов А.Я. Новое в развитии австралийской федерации / Современный буржуазный федера­ лизм. - М., 1978. С. 151;

Кастель Е. Р. Своеобразие и тенденции развития западно-германского федерализма. там же. С. 84 - 87;

Умнова И. А. Конституционные основы современного российского федерализма. - М., 1998. С. 35 - 39;

Федерализм: теория и история развития (сравнительно - правовой анализ). - М., 2000. С. 93;

Федерализм. Энциклопедия. - М., 2000. С. 567 - 572.

Мировая практика подтверждает, что федеративное устройство - весьма надежная основа для сохранения и укрепления единства демократического пра­ вового государства. Это единство достигается путем отработки балансного ме­ ханизма, надежно защищающего общегосударственные интересы и решительно пресекающего попытки их нарушения со стороны субъектов правоотношений.

Только таким образом можно придать конструктивный характер развитию фе­ деративных отношений, которые строятся одновременно как на основе подчи­ нения и сотрудничества, так и независимости и соперничества.

Современный федерализм — это крупное достижение мировой Щ1вилиза ции. Но это там, где он имеет уже сложившуюся традицию, опирается на высо­ кий уровень политической и правовой культуры. На пути его утверждения странам пришлось пережить серьезные издержки. Это был путь трансформации функций государства от давления сверху к согласованию интересов субъектов правоотношений. Это касается как отдельных граждан, так и целых субъектов федерации 1.

Каждая из существующих ныне федераций представляет собой целост­ ную систему, обладающую сложной и во многом уникальной структурой, эле менты которой выполняют определенные специфические функции, направлен­ ные на укрепление государственного единства и обеспечения конституционной безопасности^. С точки зрения системного подхода становится возможным своевременно корректировать цели и задачи в области государственного строи­ тельства, а также средства, с помощью которых они достигаются.

' При использовании опыта государственного строительства других стран часто реформаторы не принима­ ют во внимание нашюнальные особенности своей страны и характер доминирующих в данном обществе интересов. В частности, так произошло с реформами в России, где модели, успешно применяемые в других странах, оказались либо малоэффективными, либо просто неприемлемыми. Недостаточно четко, а порою и ложно понятый интерес, неясно сформулированные цели не только привели к ошибочным решениям, но и породили целую серию различных фобий, подозрений в заговорах и т.д.

2 в Совете Безопасности Российской Федерации ведется теоретическая и методологическая разработка этой проблемы, в понятие конституционной безопасности входит соблюдение основополагающих конституци­ онных принципов: защищенности прав человека и гражданина, суверенитета России, ее целостности, един­ ства экономического и правового пространства;

идеологического, партийного и религиозного многообразия.

(См.: Новое время. 1997. № 50. С. 8).

Первые шаги по пути построения федерации в России делались без дос­ таточной теоретической проработки, что не могло не сказаться на качественной стороне российского федерализма. Российская специфика не позволяет механи­ чески заимствовать опьгг других федераций. В настоящее время появилось уже немало отечественных исследований по природе российского федерализма, по применению общих принципов федерализма к российской действительности, по поводу соответствия правовых актов субъектов Российской Федерации фе­ деральной Конституции и федеральному законодательству, и др. Становятся дискуссионными многие вопросы, которые казалось бы уже давно решены в теории и на практике. Все это до1сазывает актуальность дальнейшей научной разработки проблем федерализма.

1.

2. Развитие идеи федерализма в российской политико-правовой мысли В становлении российской государственности с древних времен просле­ живаются две противоположные тенденции. Одна заключается в стремлении отдельных княжеств и земель к саморазвитию, сохранению самобытности и са­ мостоятельности. Другая — к созданию и укреплению сильного централизован­ ного унитарного государства. В так называемый удельный период небольшие самостоятельные славянские княжества были объединены по нынешним поня­ тиям на конфедеративных началах под верховным сюзеренитетом великого князя. Однако каждый удельный князь сохранял за собой всю полноту власти и практически мало зависел от киевского престола. Непрочность этого союза об­ наружилась при первом серьезном столкновении с вторгшимися на Русь татаро монгольскими завоевателями.

Известный историк Н.И. Костомаров писал: «Начала, соединявшие земли между собою, хотя и были достаточны для того, чтобы не допустить эти земли распасться и каждой начать жить совершенно независимо от дру­ гих, но не настолько были сильны, чтобы заглушить всякое местное проявле ние и слить все части в одно целое. И природа и обстоятельства - все вело жизнь русского народа к самобытности земель с тем, чтобы между всеми землями образовалась и поддерживалась неустанно связь. Так Русь стреми­ лась к федерации, и федерация была формою, в которую она начала обле­ каться. Вся история Руси удельного уклада есть постепенное развитие феде­ ративного начала, но вместе с тем и борьбы его с началом единодержавия» 1.

Обширность территории и разнохарактерность славянских племен созда­ вали немало трудностей для того, чтобы сплотить их в единое централизован­ ное государство. Монгольское нашествие и последующая борьба за независи­ мость окончательно определили исторический путь России как централизован­ ного унитарного государства во главе с Москвой. Чтобы оградить себя от набе­ гов с востока и сдерживать экспансию с запада, обеспечить себе выход к морю, а следовательно, и возможность активизации внешней торговли, России было необходимо постоянно поддерживать высокий уровень мобилизационной го­ товности. Этого можно было в те времена добиться только очень жесткой цен­ трализацией и концентрацией власти. Задолго до Макиавелли московский князь Иван Калита на практике показал, что для достижения государственных целей не существует моральных и религиозных преград. Лесть и обман, вероломство и жестокость, истребление соплеменников и единоверцев с помощью инозем­ ных военных отрядов — все было использовано для того, чтобы уничтожить со­ перников, пресечь любые попытки региональной самостоятельности. Послед­ ним кровавым аккордом в этой борьбе была акция Ивана ГУ против Великого Новгорода. С падением Новгорода и Пскова ликвидируется последняя возмож­ ность децентрализации, а следовательно, и более пропорционального развития всех российских регионов, отличающихся своей спецификой и разнообразием условий.

Расширение Российской империи шло в рамках унитарного централизо­ ванного государства. Северные и восточные территории, присоединенные к ' Костомаров H.R Собрание сочинений. Исторические монофафии и исследования. Книга первая. - СПб., 1903. С. 30.

России, по большей части были населены народами, у которых государствен­ ность как таковая еще не сложилась. Что касается западных территорий, Поль­ ши и Финляндии, то хотя их государственное устройство в результате присое­ динения к России не менялось, но их юридический статус не позволяет рас­ сматривать их в качестве субъектов федерации или конфедерации, В таком же положении находились народы Прибалтики и Кавказа^.

Характеризуя процесс образования российского государства, извест­ ный российский государствовед Н.Н. Алексеев отмечал, что еще в эпоху Мо­ сковской Руси в тяжелые годы экономического развития конца 16 века, даже само население Великороссии «брело розно», массами выселялось из центра и уходило в «дикое поле», на окраины. Тем более «розно брело» население колонизованных и покоренных русскими областей. Дух местного сепаратиз­ ма долго жил у татарского населения покоренного Поволжья. Мордва, чере­ мисы, башкиры не раз восставали против московского правительства, не без труда были покорены народы Сибири, «мазеповщина» была также проявле­ нием украинского сепаратизма, дважды за 19 век поднималось восстание в Польше, зрели сепаратистские мечты на Кавказе^. Российское правительство не могло не считаться с этими тенденциями и обсуждало мероприятия по предотвращению их развития и углубления. Так появился проект государственной Уставной грамоты 1820 года, в котором предполагалось преодоление деценз^^ализованных тенденций русской истории путем ^ Западноевропейские и прежде всего финские и шведские исследователи высказывали мнение об особом характере отношений России и Финляндии, построенных на основах унии под эгидой общего монарха. Вы­ сказывалось мнение и о том, что верховная власть еше не является определяющим фактором государствен­ ности, а главную роль играет характер государственного устройства, сохранение самобытности и собствен­ ных государственных и политических институтов. Однако большинство российских юристов и государство ведов стояло на точке зрения, что Финляндия в составе России была ничем иным, как присоединенной в результате Фридрихсгамского мира 1808 г. автономной провинцией. Характер этих отношений достаточно четко обозначен в Грамоте, обращенной императором Александром I к Боргоскому сейму 15 марта 1909 г. В ней говорится: «Произволением Всевышнего вступив в обладание Великого Княжества Финляндии, призна­ ли мы за благо сим вновь утвердить и удостоверить религию, коренные законы, права и преимущества, кои­ ми каждое состояние сего Княжества в особенности, и все подданные, оное населяющие, от мала до велика по конституциям их доселе пользовались, обещая хранить оные в нерушимой их силе и действии;

в удосто­ верение чего сию грамоту собственноручным подписанием Нашим утвердить благоволили». Если принять во внимание, что и сам сейм был учрежден по инициативе российского императора, то характер отношений между двумя странами не вызывает сомнений. На это обращал внимание и выдающийся русский юрист и теоретик в области государственного права Н.М. Коркунов. (См.: Коркунов H.M. Русское государственное право, т. I. - СПб., 1909.) 2 См.: Алексеев И. Советский федерализм // Общественные науки и современность. 1992. № 1. С. 111.

децентрализованных тенденций русской истории путем раздробления России на наместничество, в число которых вошли бы в частности, Финляндия и Польша. Верховные имперские органы, по замыслу этого проекта, должны были бы включать двухпалатный государственный сейм (одна из палат пред­ ставляла бы интересы наместнических областей). По мнению Г.В. Вернад­ ского, проект, по-видимому, «не создавал особого федерального парламента, но сливал федеральное представительство с совокупностью наместнических сеймов, противопоставляя их общегосударственному сейму как представите­ лю государственного единства^. В плане политического устройства России идеи федерализма возникают в конце XVIII - начале ХГХ века. Идея федера­ лизма, хотя и в самом общем виде, просматривается в государственно-правовых воззрениях А.Н. Радищева. Хотя в целом он был сторонником унитарного госу­ дарства, однако представлял его как свободную и добровольную федерацию го­ родов-республик с вечевыми собраниями типа Новгорода и Пскова.

В связи с надеждами передовых представителей российского общества на серьезность либеральных намерений Александра I и его планов объединения славянских народов появляется ряд идей по государственному устройству Рос­ сии. Член союза русских рыцарей граф М.А. Дмитриев-Мамонов предлагал проект разделения Российской империи на тринадцать крупных единиц. Восемь из них составляли царства Московское, Новгородское, Киевское, Владимир­ ское, Казанское, Астраханское, Сибирское, Херсонское, т.е. территории, со­ ставляющие исконно русские земли, включая также Украину (Малороссию).

Пять других — Царство Польское, Курляндия, Лифляндия, Финляндия, Грузия хотя и входили в состав Российской империи, но отличались определенным своеобразием своего статуса.

Представляет несомненный интерес научная и практическая деятель­ ность М.М. Сперанского на посту сибирского генерал-губернатора. Он не только строго следил за неукоснительным соблюдением законности, гласно ^ Вернадский Г.В. Государственная уставная грамота 1820 года. - Прага, 1925. С. 7.

сти и подконтрольности, но и сумел провести в жизнь целый ряд полезных нововведений, касающихся налогообложения, судопроизводства, условий отбывания повинностей и т.д. Предложенные им меры составили «Уложение по управлению Сибирью»! («Сибирское уложение 1822 года»), которое дей­ ствовало с небольшими изменениями вплоть до начала XX в. В дополнение к ним был подготовлен ряд постановлений для хозяйственно-экономического развития Сибири: «О мерах к умножению населения Гижицкого края», «О мореходстве вдоль берегов Восточной Сибири и Северной Америки», «Пра­ вила для соляного управления в трех сибирских губерниях», «Правила для переселения казенных крестьян по их желанию в Сибирь», «Об устроении переселенцев на местах их поселения»^. Сперанским были собраны, система­ тизированы и изучены материалы по обычному праву народов Сибири и Ка­ захстана. Он не только привлекал к этой работе наиболее авторитетных и по­ читаемых среди местного населения лиц, но и созывал родовые и племенные собрания. Предполагалось, что созданный таким путем свод норм обычного права послужит основой управления Сибирью. Часть собранных материалов уже после смерти Сперанского вошла в «Свод степных законов» (1841 г.). И хотя он не был утвержден в качестве официального правового документа, им продолжали пользоваться до 1917 года^.

Представители Северного тайного общества декабристов также видели будущее России как правового государства, построенного по федеративному принципу. В проектах конституции Никиты Муравьева содержался план фе­ деративного устройства России^*. Во вступлении к первому проекту он писал:

«Все народы европейские достигают законов и свободы. Более всех их народ ! См.: Полное собрание законов Российской империи. Собр. 1-е. Т. 38. № 29 124 - 29 134.

2 Там же, № 28 575,28 645,28 880, 28 997,29 290.

^ См.: Российские реформаторы (XIX - начало XX в.) / Сост. и отв. ред. А.П. Корелин. - М., 1995. С 63 - 64.

'* Оба конституционные проекта И. Муравьева, а также наиболее полный «Тюремный вариант», написанный в крепости по требованию Следственного комитета, не были до конца отработаны как с точки зрения со­ держания, так и юридической техники. В них не было разграничения предметов ведения между федераль­ ным центром и субъектами федерации, что говорит о неразработанности концепции российского федера­ лизма в целом. Однако общая концептуальная направленность позволяет судить о взвешенном подходе к разработке возможного федеративного устройства России с учетом национальной специфики.

российский заслуживает и то и другое. Но какой образ правления ему прили­ чен? Народы малочисленные бывают обыкновенно добычей соседей и не пользуются независимостью. Народы многочисленные пользуются внешнею независимостью, но обыкновенно страждут от внутреннего утеснения и бы­ вают в руках деспота орудием притеснения и гибели других народов. Об­ ширность земель, многочисленное войско препятствует одним быть свобод­ ными;

те, которые не имеют сих неудобств, страждут от своего бессилия.

Федеральное или союзное правление одно разрешило сию задачу, удовлетво­ рило всем условиям и согласило величие народов и свободу граждан. Под надзором государя одно законодательное собрание находится в столице и де­ лает все распоряжения, общие для всего государства;

частные распоряжения, касающиеся до областей, предоставлены областным законодательным собра­ ниям, образованным на подобие столичного, и таким образом доставляется благосостояние целого и частей» i. Н. Муравьев, как и многие другие его со­ ратники, испытывали колебание между республикой и дуалистической мо­ нархией, проявляя известную политическую осторожность, что с позиций се­ годняшнего дня можно только приветствовать. Не исключено, что на их по­ литические искания наложили отпечаток недавние события в революционной Франции. Кроме того, они, безусловно, понимали, что в столь обширной и разнообразной по национальному, конфессиональному и географическому па­ раметрам стране, как Россия, необходим сильный консолидирующий стер­ жень, которым и мог выступить легитимный монарх, избираемый на Великом Соборе из числа достойнейших граждан государства, являющийся верховным государственным чиновником, наделенный хотя и большими, но ограничен­ ными Конституцией полномочиями в соответствии с разделением властей.

В первой редакции проекта Н. Муравьева Россия должна была состоять из 14 держав: Ботническая, Балтийская, Заволжская, Западная, Днепровская, Бужская, Черноморская, Окинская, Украинская, Низовская, Камская, Кавказ ' Библиотека декабристов. - М., 1907. Вып. IV. С. 136.

екая, Обийская, Ленская со столицами: С- Петербург, Великий Новгород, Ярославль, Вильно, Смоленск, Киев, Одесса, Москва, Харьков, Саратов, Ка­ зань, Тифлис, Тобольск, Иркутск. Столицей России предполагался Нижний Новгород, который вместе с прилегающей к нему территорией образует осо­ бую Славянскую область. Кроме того, должна быть еще Донская область со столицей в Новочеркасске.

Во второй редакции проекта Н. Муравьева в административно территориальном отношении вся Россия делилась на 13 держав, 2 области и 568 поветов (уездов). В ее составе находились: Ботническая Держава (столица Гельсингфорс), Волховская (С.-Петербург), Балтийская (Рига), За­ падная (Вильно), Днепровская (Смоленск), Черноморская (Киев), Кавказская (Тифлис), Украинская (Харьков), Заволжская (Ярославль), Камская (Казань), Низовская (Саратов), Обийская (Тобольск), Ленская (Иркутск);

кроме того, Московская область (Москва), Донская (Черкасск). Державы делятся на уез­ ды, уезды на волости от 500 до 1500 жителей мужского пола (все население России мужского пола составляло 22630000 человек). В судебном отношении державы делились на округи в границах прежних губерний 1. В воспроизве­ денном по памяти «Тюремном варианте», наиболее полно до нас дошедшем, предлагалось 15 субъектов федерации (держав).

Нетрудно заметить, что понимание федерализма у декабристов, как и конституционализма, сформировались под влиянием политической практики Соединенных Штатов Америки, пример которых увлекал передовых людей тогдашней России. Американская конституция легла в основу многих статей проекта Н. Муравьева. Даже деление России на 13 держав напоминает о том, что американский союз состоял при своем образовании из 13 штатов^.

1 Там же. С. 134 - 135.

^ К. Рылеев тоже считал способ государственного устройства США наиболее подходящим для России. Это областное правление во главе с императором, власть которого соизмерима с властью президента Соединен­ ных Штатов. Д. Завалишин обращал внимание на то, что в Панаме готовился конгресс для учреждения рес­ публики по типу Соединенных Штатов. Над планом конституции работал и декабрист Г. С. Батеньков, счи­ тавший, что в виду обширности территории, разнообразия климата и нужд населения вся Россия не может Разделение власти как по вертикали, так и по горизонтали, должно бы­ ло обеспечить гарантии прав и свобод граждан, а также создать противовес возможному усилению централизма. Как и на федеральном уровне, регио­ нальная власть должна была делиться на три ветви. Согласно ст. 115 прави­ тельство каждой державы состоит из трех отдельных, независимых друг от друга властей: «правительствующей, исполнительной и судной». Представи­ тельная власть (Правительствующее собрание или в другом варианте - Дер­ жавное вече) состоит из двух палат: Палаты выборных и Державной думы.

Членом Палаты выборных мог бьггь избран гражданин державы, проживающий на ее территории, а натурализованные лица после семи лет пребывания в рос­ сийском гражданстве. В течение срока действия палаты - один год - члены па­ латы не могут занимать иных государственных должностей или заниматься иной общественной деятельностью (п. 3 ст. 117 гл. 12).

Члены Державной думы избираются гражданами державы сроком на че­ тыре года из лиц, проживающих на ее территории, обладающих безупречной репутацией и владеющих собственностью, определенной в Конституции госу­ дарства. Для них устанавливается возрастной ценз в 30 лет, при этом натура­ лизованные лица право на избрание в палату получают после девяти лет по­ сле получения российского гражданства (п. 3 ст. 118 гл. 12)..

Каждая паната избирает своего председателя. Заседания, как правило, долж­ ны носить публичный (открытый) характер, однако державный правитель в инте­ ресах дела может потребовать закрытого заседания. Члены обеих палат пользуют­ ся депутатским иммунитетом, не могут быгь взяты под стражу или лишены сво­ боды за исключением тех случаев, когда они обвиняются в государственной изме­ не, уголовном преступлении или нарушении общественного порядка.

Законодательный процесс в регионах аналогичен федеральному. Если чиновник совершит правонарушение, то обвинение против него выдвигает Палата выборных, а суд над ним осуществляет Державная дума.

быть управляема единообразно, и потому считал необходимыми введение областного управления при нали­ чии представительного органа и губернатора.

Помимо законодательной и судебной функции Державное вече наделя­ лось правом издания постановлений по вопросам внутреннего управления, административного деления региона, регулирования избирательного процес­ са, региональной финансовой и налоговой деятельности, подачи прошения в Народное Вече о внесении изменений в Конституцию. Ему вменялось в обя­ занность содержать в должном порядке пути сообщения, строительство об­ щественных и образовательных заведений.

Исполнительную власть на региональном уровне осуществляют Дер­ жавный правитель, его Наместник и Совет Правителя. Главой исполнитель­ ной власти субъекта федерации является Державный правитель, осуществ­ ляющий надзор за деятельностью чиновников державных министерств, ут­ верждающий региональные законодательные акты, начальствующий над вооруженными силами державы, назначающий по представлению Совета державных судей. Державного блюстителя и ряд других чиновников. Он председательствует на заседании Совета с правом решающего голоса. Дер­ жавный правитель избирается Народным Вечем сроком на три года из канди­ датов, представленных Правительствующими собраниями регионов и утвер­ ждается Императором. Данный пост может занимать мужчина не моложе тридцати лет, постоянно проживающий на территории данной державы. Если это лицо, принявшее российское гражданство, то оно должно в нем состоять не менее девяти лет. Повторное избрание возможно только по истечении че­ тырех лет после прекращения срока полномочий. Державный правитель осуществляет свои полномочия в тесном контакте со своим Наместником и Советом. Наместник замещает Державного правителя в его отсутствие, пред­ седательствует в том же случае на заседании Совета без права голоса, а в случае смерти Державного правителя или другой причины невозможности в дальнейшем исполнения им своих обязанностей становится полноправным Державным правителем.

Совет Правителя играет существенную роль в управлении регионом и в соответствии с Конституцией «участвует во всех мерах и постановлениях Пра­ вителя». Его решения подписываются всеми членами, но при наличии разногла­ сий решающее слово остается за главой исполнительной власти. Державный дьяк. Державный казначей и Державный собиратель пошлин избираются обеими палатами Правительствующего собрания сроком на три года.

Предлагаемая Н. Муравьевым схема государственного устройства Рос­ сии, несмотря на бесспорное сходство с североамериканской моделью, не яв­ ляется прямым заимствованием иностранного опыта, а имеет вполне нацио­ нальные корни. Предлагаемая Н. Муравьевым федерация должна была уста­ навливаться сверху, что изначально определяло численный состав, статус субъектов федерации (держав), их политическое устройство.

Проект федеративного устройства России, предложенный Н. Муравье­ вым, представляет интерес не только как исторический документ. Отдельные его положения не утратили актуальности и сегодня. По проекту Н. Муравье­ ва субъекты федерации (державы) наделялись достаточно широкими полно­ мочиями в решении своих хозяйственных и административных вопросов, од­ нако не имели собственной конституции. Таким образом, децентрализация осуществлялась из соображений не столько политических, а тем более на­ циональных, сколько экономических и открывала возможность более эффек­ тивного использования экономического потенциала Российского государст­ ва. При этом важно иметь в виду, что все предполагаемые субъекты федера­ ции представляли собой самодостаточные в экономическом смысле регионы, построенные с учетом таких важных географических факторов, как морские и речные коммуникации и имеющие общие экономические и социокультур­ ные интересы. Проект содержал и явно неприемлемые с точки зрения нашего времени элементы: дискриминацию женщин, евреев. К тому же часть терри­ торий, о которых говорится в проекте, в настоящее время не входят в состав России, Все граждане каждой державы признаются гражданами всех держав.

а также гражданами России, которые объединены понятием «все русские».

При разумной национальной политике и при достаточной государственной гарантии прав регионов такой подход вряд ли можно связывать с ущемлени­ ем интересов национальных меньщинств, но определенно можно утверждать, что это создавало бы предпосылки к образованию государства-нации, укреп­ лению единства России.

Противником федерализма в России был П.И. Пестель. Он писал:

«Верховная власть в таком государстве по существу дела не законы дает, но только советы, ибо не может иначе привести свои законы в исполнение, как посредством областных властей, не имея особенных других принудительных средств. Ежели же область не захочет повиноваться, то, дабы к повиновению ее принудить, надобно междоусобную войну завести, из чего явствует, что в самом коренном устройстве находится уже семя к разрушению. Особые за­ коны, особый образ правления и особые от того происходящие понятия и об­ раз мыслей еще более ослабят связь между разными областями. На верхов­ ную же власть будут области смотреть, как на вещь нудную и неприятную, и каждое областное правительство будет рассуждать, что оно бы гораздо луч­ ше устроило государственные дела в отношении к своей области, без участия верховной власти. Вот новое семя к разрушению. Каждая область, составляя в федеративном государстве, так сказать, маленькое отдельное государство, слабо к целому привязана будет и даже во время войны может действовать без усердия к общему составу государства, особенно если лукавый непри­ ятель будет уметь прельстить ее обещаниями о каких-нибудь особенных для нее выгодах и преимуществах. Частное благо области, хотя и временное, од­ нако же все-таки сильнее действовать будет на воображение ее правительст­ ва и народа, нежели общее благо всего государства, не приносящее, может быть, в то время очевидной пользы самой области. Слово государство, при таковом образовании, будет слово пустое, ибо никто нигде не будет видеть государства, но всякий везде только свою частную область, и потому любовь к отечеству будет ограничиваться любовью к одной своей области. Что же в особенности касается до России, то, дабы в полной мере удостовериться, до какой степени федеративное образование государства было бы для нее па­ губно, стоит только вспомнить, из каких разнородных частей сие огромное государство составлено. Области его не только различными учреждениями управляются, не только различными гражданскими законами судятся, но со всем «различными языками» говорят, совсем различные веры исповедуют, жители оных различные происхождения имеют, к различным державам неко­ гда принадлежали;

и потому ежели сию разнородность еще более усилить чрез федеративное образование государства, то легко предвидеть можно, что сии разнородные области скоро от коренной России тогда отложатся, и она скоро потеряет тогда не только свое могущество, величие и силу, но даже может быть и бытие свое между большими или главными государствами... А посему, соединяя все сии обстоятельства в общее соображение, постановля­ ется коренным законом Российского государства, что всякая мысль о федера­ тивном для него устройстве отвергается совершенно, яко пагубнейший вред и величайшее зло. Избегать надлежит всего того, что посредственно или не­ посредственно, прямо или косвенно, открыто или потаенно к таковому уст­ ройству государства вести бы могло»!. Пестель предлагал разделить Россию на три «удела» (столичный, донской, аральский) и на 10 областей ( чудскую, холмскую, северскую, сибирскую, Уральскую, славянскую, вершинную, чер­ номорскую, уьфаинскую, кавказскую), каждая из которых делилась бы на не­ сколько округов (всего 50 округов)^. Взгляды М.М. Сперанского и декабри­ стов оказали влияние на создание «Государственной уставной грамоты Рос­ сийской империи» (авторы — Н.Н, Новосильцев, П.А. Вяземский, француз­ ский юрист А. Дешан). Это был весьма интересный компилятивный доку­ мент, в котором был использован ряд конституционных актов зарубежных стран, отечественные законодательные акты, политические идеи Н.М. Карам ! Пестель П.И. Русская правда. - СПб., 1906. С.21 - 23.

2 Там же. С. 25.

зина и др.). Хотя федерализм как принцип государственного устройства прямо не провозглашался, в разряде 3 отделения I главы IV «О народном представи­ тельстве» дается достаточно детальное представление о федеративном устрой­ стве государства и ставится вопрос о разграничении предметов ведения^.

В последекабристский период в политической и правовой мысли Рос­ сии начинают формироваться два основных подхода к возможному федера­ тивному устройству России. Первый подход — федеративное устройство по национальному (национально-территориальному) признаку, привержен­ цами которого выступали главным образом представители революционно демократической интеллигенции, видевшие будущее России либо в качестве федерации славянских народов, либо в качестве национально территориальной федерации. Первый проект славянской федерации был раз­ работан декабристами П.И. Борисовым и И.И. Горбачевским, членами «Об­ щества соединенных славян» (20-е гг.). В дальнейшем эту идею развивали представители «Кирилло-Мефодиевского братства» во главе с Н.И. Костома­ ровым, преследовавшим цель освобождения славянских народов, путем объе­ динения их в единый союз, развития славянской культуры и славянских языков.

Во второй половине XIX в. проект славянской федерации (с центром в Константинополе) включающей наряду со славянами греков, румын и венг­ ров, предложил Н.Я. Данилевский, идеи которого в целом, естественно с ого­ ворками, разделяли И.С. Аксаков, П.Н. Милюков и др.

Иное дело - российское революционное движение. На пражском съезде славян в 1848 г. М. Бакунин выдвинул идею федерации славянских народов.

Он последовательно проводил мысль о независимости всех народов, состав­ ляющих славянское племя, о необходимости объединения славянских наро­ дов в общий союз во главе с центральным славянским советом, которому принадлежала бы высшая политическая и судебная власть. В памфлете «На­ родное дело» (1862 г.) М. Бакунин проводил мысль о великой и вольной все 1 См.: Антология мировой правовой мысли. В 5 т. Т. IV. - М., 1999. С. 465 - 471.

славянской федерации, в которой не существовало бы ничьей гегемонии, и каждый народ, независимо от того, велик он или мал, был причастен к еди­ ной и нераздельной общеславянской силе. По мере развития своих анархист­ ских идей М. Бакунин все больше склонялся к конфедеративному союзу об­ щин, призванному заменить современные государства. Без уничтожения го­ сударства как политического института он считал невозможным установле­ ние всеобщего мира, уничтожение деспотизма и создание на основе свобод­ ной федерации общин соединенных штатов Европы. Выступая на конгрессе лиги мира и свободы, М. Бакунин призывал «направить все свои усилия к пе­ реустройству своих отечеств, чтобы заменить старую организацию, основан­ ную сверху донизу на насилии и авторитарном принципе, новой организаци­ ей, не имеющей иного основания, кроме интересов, потребностей и естест­ венных влечений населения, ни иного принципа, помимо свободной федера­ ции индивидов в коммуны, коммун в провинции, провинций в нации, нако­ нец, этих последних в Соединенные Штаты сперва Европы, а затем всего ми­ ра» i. Федеративный принцип М. Бакунин рассматривает как панацею от мо­ гущества грозной централизации, способной задавить свободу.

Высоко ценил идею федерализма А. Герцен. Он видел будущее России в качестве добровольного федеративного союза славянских народов, возни­ кающего вследствие победы грядущего общинного социализма. Этот союз должен был строиться на принципах свободы, добровольности, равенства и предусматривать право народов на самоопределение вплоть до отделения и создания самостоятельного независимого государства. По мнению А.И. Гер­ цена, субъектами федерации могли стать части государства, отличающиеся особенностями и самобытностью^. В смысле организации федерации в Рос­ сии на принципах национального равноправия взгляды А.И. Герцена разде­ лял Н.Г. Чернышевский.

' Бакунин М.А. Философия, социология, политика. - М., 1989. С. 19.

2 См.: Герцен А.И. Собрание сочинений в 30 томах. Т. XV. - М., 1957. С. 203 - 204.

Сторонниками второго, территориального подхода, являлись М.П. Дра­ гоманов, С.Ф. Шарапов, А.П. Щапов. Этот подход нашел отражение в полити­ ческих программах «Северного союза русских рабочих», «Народной воли», фуппы Д. Благоева. Суть его — в построении федерации по территориальному принципу. Так, М.П. Драгоманов предлагал разделить Россию на двадцать ав­ тономных областей (штатов), имеющих свои представительные и исполнитель­ ные органы власти - соответственно - представительные собрания и областные управы^ А.П. Щапов призывал создать Российскую федерацию самоуправ­ ляющихся областей с народным контролем над провинциальным губернским управлением. Говоря о приверженности областных общин еще со времен Смутного времени государственному единству, он отмечал, что «они инстинк­ тивно выразили этим (избранием царя всею землею на «всенародном земском соборе» - В.К.) естественную потребность самостоятельно выработанного сою­ за, соединения, и свободной земско-областной общинной самодеятельности, местного общинного саморазвития, самоустройства, во взаимной любви, в со­ вете и в соединении, то есть в федеративном союзном союзе»2. В лекции, про­ читанной 12 ноября 1960 г. в Казанском университете, он говорил, что «област­ ные хроники могут служить не только руководствами нашего общественного самоуправления, но и средствами возбуждения в провинциальных массах идеи политического самопознания и саморазвития в составе целого государственно­ го союза»з, С.Ф. Шарапов предложил оригинальный план сокращения числа губер­ ний до восемнадцати вместо пятидесяти, положив в основу деления естествен­ но-географические, этнические и военно-административные факторы. Субъек­ ты федерации должны были иметь право законодательствовать в пределах сво­ ей компетенции, иметь свои исполнительные органы власти, обладать само­ стоятельностью в финансовой, экономической, социально-культурной и иных ' Драгоманов М. Вольный Союз. Опыт украинской политико-социальной программы. - Женева, 1884. С. 45.

2 Щапов А. П. Сочинения. - СПб., 1906. Т. 1. С. 703.

^ Щапов А.П. Неизданные сочинения. - Казань, 1926. С.14.

областях. При этом региональное самоуправление должно было осуществлять ся в полном соответствии с общероссийским законодательством!, В издаваемых М.А. Бакуниным журнале «Народное Дело» и одно­ именной газете проводилась идея полной воли для всех народов, угнетенных империей, с правом полнейшего самораспоряжения на основании их собст­ венных инстинктов, нужд и воли, дабы федерируясь снизу вверх, те из них, которые захотят быть в составе русского народа, могли бы создать сообща действительно вольное и счастливое общество в дружеской и федеративной связи с такими же обществами в Европе и в целом мире. В семидесятые годы в газете П. Лаврова «Вперед» последовательно проводилась мысль о том, что «общежитие, осуществляющее принцип коллективизма, предполагает, между прочим, свободную федерацию как тип всякого общежития» 2. Революцион­ ная группа радикалов и революционеров различных направлений «Община»

(1878 г.), объединивщаяся вокруг одноименного журнала, заявляла, что воль­ ная федерация общин может стать первым щагом, с которого должна начать­ ся новая фаза общественного развития. В первом номере «Черного передела»

отмечалось, что федеративный принцип в политической организации осво бодивщегося народа, только полное устранение принудительного начала, на которых основаны современные государства, и свободная организация снизу вверх могут гарантировать нормальный ход народной жизни. Малороссия, Белоруссия, Польша, Кавказ, Финляндия, Бессарабия, каждая из этих состав­ ных частей Российской империи имеет свои народные особенности, требует самобытного, автономного развития. В программе «Народной Воли» указы­ валось, что «государственное устройство должно быть основано на союзном договоре всех общин. Каждая община в своих внутренних делах вполне неза­ висима и свободна»^.

* См.: Шарапов С.Ф. Самодержавие и самоуправление. 2-е изд. — М., 1903. С. 71 - 73.

2 См.: Лавров П.Л. Избр. соч. в 8 тт. Т. Г/. - М., 1935. С. 212.

•* Программа рабочих, членов парпии «Народной воли» // Революционное народничество 70-х годов XIX века. Т. II. - М. - Д., 1965. С. 184.

в программах политических партий, получивших право на существо­ вание после опубликования Манифеста от 17 октября 1905 г., в той или иной мере обращается внимание на будущее государственное устройство России.

Так, в программе партии социалистов-революционеров говорится: «Учиты­ вая то положение, что Россия представляет собой страну, населенную разны­ ми национальностями, живущими преимущественно на окраинах, партия со­ циалистов-революционеров считает, что отношения этих национально­ стей...должны быть построены на началах федерации, т.е. полного равенства этих организованных по месту их преобладающего жительства националь­ ностей, не давая в этом отношении никакого преимущественного положения русскому народу...»!. Аналогичную позицию занимала и народно социалистическая партия, суть которой по данному вопросу заключалась в том, «... чтобы каждая национальность была свободна в своем культурном и политическом самоопределении. Не на централистических, а на федератив­ ных началах должно быть построено демократическое государство». Что ка­ сается буржуазных партий, таких как «Союз 17 октября»^, то их программа отразила многовековой путь развития российского государства как единого и неделимого: «Устанавливая начала местного самоуправления, октябристы резко и определенно высказываются против начала федерализма и автономии отдельных областей. Единственное исключение в этом вопросе они делают для Финляндии...»з. Интересна позиция Национальной демократическо республиканской партии: «По вопросу о федерации. Мировой прогресс шел путем все большего объединения отдельных политических единиц, и распа­ дение одного большого целого на несколько частей возвратило бы нас назад на столетия к уже пережитым племенным междоусобиям. Существующие федерации... образовались не путем расчленения одного государства, а со­ единением нескольких прежде самостоятельных единиц. Таким образом, и с * Антология мировой политической мысли. В 5-ти томах. Т. V. - М., 1997. С. 191 - 192.

2 Там же. С. 196.

3 Там же. С. 207.

научной, и с исторической точки зрения превращение России в федерацию, т.е. в соединение нескольких государств, будет разрушением уже совершен­ ной исторической работы. Это могло бы быть оправдано только созданием федеративной «Славин» или Европейских Соед. Штатов»!.

Отношение большевиков к федерализму носило чисто ситуативный ха­ рактер и определялось не только соображениями политической конъюнкту­ ры, но и общим концептуальным подходом марксизма к данной проблеме^, В 1903 г. В. Ленин резко выступил против армянских социал-демократов, от­ стаивавших идею создания Российской федеративной республики^. Ленин видел в федерализации и децентрализации реальное замедление темпов ка­ питалистического развития, которое может отрицательно сказаться на пер­ спективе рабочего движения и созревания условий для социалистической ре­ волюции. Поскольку В.И. Ленин полагал, что «капитализм требует для сво­ его развития возможно более крупных и возможно более централизованных государств», то это делало его принципиальным противником федерации, ко­ торая «ослабляет экономическую связь» и представляет «негодный тип для одного государства»"*. Однако как практик политического маневра В.И. Ле­ нин не абсолютизировал подобный подход и при определенной политиче­ ской ситуации мог занять иную позицию. В декабре 1914 г. он писал: «Мы, безусловно, при прочих равных условиях за централизацию и против мещан­ ского идеала федеративных отношений. Однако даже в таком случае... не наше дело, не дело демократов (не говоря уже о социалистах), помогать Ро манову-Бобринскому-Пуришкевичу душить Украину и т.д.»^.


J Там же. С. 209.

2 Известно отрицательное отношение К. Маркса к федерации в Германии ввиду того, что это дробит и ос­ лабляет единство рабочего класса, и потому «рабочие не только должны отстаивать единую и нераздельную германскую республику, но и добиваться в этой республике самой решительной централизации силы в ру­ ках государственной власти» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд. Т. 7. С. 265 - 266). Еще категоричнее про­ тив системы «мелких государств» под эгидой федеральных конституций Германии и Швейцарии высказывал­ ся Ф. Энгельс. Он писал, что «пролетариат может употребить лишь форму единой и неделимой республики»

(Там же. Т. 22. С. 238).

3 См.: Ленин В.И. Поли. собр. соч. T.7. С. 103 - 104.

4 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 24. С. 143;

Т. 48. С. 235.

5 Там же. т. 26. С. 108 - 109.

Столь же решительное неприятие федерализма демонстрировал И.В.

Сталин. В статье «Против федерализма» (март 1917 г.) он писал: «Не ясно ли, что федерализм в России не решает и не может решить национального во­ проса, что он только запутывает и усложняет его донкихотскими потугами повернуть назад колесо истории»'. И хотя считается, что он изменил потом свою точку зрения, на практике он всегда оставался последовательным цен­ тралистом.

Впервые о федеративном характере нового государства было сказано в проекте Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа, подготов­ ленном большевистским руководством к открытию Учредительного собрания и принятом на заседании ВЦИК 3 (16) января 1918 г. В пункте 2 проекта говори­ лось, что «Советская Российская республика учреждается на основе свободного союза свободных наций как федерация Советских национальных республию.

Однако на следующий день в кратком изложении текста резолюции, опублико­ ванного «Известиями», в названии Российской республики слово федерализм отсутствовало. Это наводит на мысль, что федерализм в данном случае рас­ сматривался не как принцип государственного устройства, а лишь как средство разрешения национального вопроса, декларированного большевиками в своих прежних программных документах.

При создании первой Российской Конституции федерализм как поли­ тическое и юридическое понятие не нес никакой государствообразующей на­ грузки. Федерализм фигурировал в названии государства, в начальных главах в качестве принципа, но отсутствовал в основной части документа. Если принять во внимание общее мнение о временном характере Советского госу­ дарства как звене в цепной реакции мировой революции, которая должна привести сначала к всемирной федерации социалистических республик, а за­ тем к отмиранию государства, то логика создателей первой Российской Кон­ ституции становится вполне обоснованной и понятной. Вместе с тем необхо 1 Сталин И.В. Соч. Т. 3. С. 27.

димо иметь в виду, что Россия находилась в состоянии глубокого кризиса, а следовательно, нуждалась в восстановлении действенной центральной вла­ сти. Определяя предметы ведения центральных и региональных органов госу­ дарственной власти, создатели Конституции РСФСР не только до предела уре­ зали прерогативы местных органов, поставив на первое место «проведение в жизнь всех постановлений соответствующих высших органов Советской вла­ сти» (п. «а» ст. 61)1, но и записали, что «сверх перечисленных вопросов веде­ нию Всероссийского съезда Советов и Всероссийского Центрального Испол­ нительного Комитета Советов принадлежат все вопросы, которые они при­ знают подлежащими их разрешению» (ст. 50).2 Таким образом, несмотря на употребление термина «федерализм» РСФСР на самом деле являлась унитар­ ным государством.

Будущее советского федерализма уже отчетливо просматривалось в за­ явлении И.В. Сталина, опубликованном в «Правде» 3 и 4 апреля 1918 г. Ста­ лин утверждал, что советская федерация не имеет ничего общего с буржуаз­ ной федерацией, например, американской или швейцарской, которые пред­ ставляют собой союзы территорий, разделенных лишь географическими ус­ ловиями и исторической случайностью и являющихся переходной ступенью «от независимости к империалистическому унитаризму». Советская федера­ ция представляет собой переход, который будет достигнут «с течением време­ ни» от «принудительного царистского унитаризма» к «добровольному и брат­ скому объединению трудовых масс всех наций и племен России», конечная цель которого в переходе к «будущему социалистическому унитаризму»^.

Следует особо подчеркнуть, что дореволюционная Россия представляла собой унитарное многонациональное и многоконфессиональное государство, которое за время своего существования не сложилось в государство-нацию. По­ ложение населявших ее народов и степень развития у них основ государствен ' Конституция общенародного государства. - М., 1978. С. 208.

2 Там же. С. 205.

3 Сталин И.В. Соч. Т. 4. С. 6 6 - 7 3.

ности были различны, В ее состав входили наряду с Польшей и Финляндией, обладавшими развитыми основами государственности, также народы, находя­ щиеся на стадии кочевого или полукочевого образа жизни. Объединяющим на­ чалом выступало российское самодержавие. С падением монархии, на фоне крушения мировых империй и мощного подъема нащюнально освободительных движений на всех континентах в России резко активизирова­ лось движение за создание собственных независимых государств. Первыми воспользовались правом на самоопределение вплоть до отделения Финляндия и Украина, которые с конца 1917 г. обрели независимость.

Тенденция к созданию национальных государств, обострение нацио­ нально-этнических чувств, всплеск национализма приходится на второе де­ сятилетие XX века. Он связан с разрушением четырех мировых империй, а его идейно-политической основой в значительной степени послужили из­ вестные версальские тезисы Вудро Вильсона. Как ни парадоксально, но они оказались на руку российским большевикам, которые и ранее использовали национальный фактор для достижения своих политических целей, настоя­ тельно подчеркивая его подчиненность интересам классовой борьбы. Поэто­ му все последующие процессы решения национального вопроса, вылившиеся в советский квазифедерализм, следует, на наш взгляд, рассматривать не с точ­ ки зрения решения насущных потребностей экономического развития, а преж­ де всего с точки зрения достижения политических и идеологических целей.

ГЛАВА П. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ФЕДЕРАТИВНЫХ ОТНОШЕНИЙ: ОБЩЕЕ И ОСОБЕННОЕ 2.1. Юридическая природа федеративных отношений Понятие федерализма по своей юридической природе значительно ши­ ре, чем форма государственного устройства, принцип построения определен­ ного типа общественных отношений'. Обширное исследование, предприня­ тое в начале XX века А.С. Ященко, дает исчерпывающее подтверждение то­ го, что с древнейших времен существовала идея объединения стран и наро­ дов для достижения мира и согласия на основе международного договора в масштабах христианского мира, целого континента либо всего человечества.

Бесспорно, что такой договор должен был носить международно-правовой характер. Платон (427 — 347 г. до н.э.), описывая легендарную Атлантиду, фактически создает определенную модель правового механизма обеспечения взаимодействия государств в рамках единого союза, его единства и целост­ ности. Аббат Сен-Пьер (XVIII в.) обосновывал идею союза европейских го­ сударств для обеспечения взаимных гарантий против внешних и внутренних войн. При этом главное внимание он уделял политико-правовому механизму взаимодействия государств-членов союза^. Критически оценивая политико правовые средства, предложенные Сен-Пьером, скептический Вольтер от­ нюдь не сомневался в самой идее. Еще раньше эту идею, подкрепляемую опять-таки политико-правовым механизмом, высказывали Пьер Дюбуа, Дан­ те, Н. Кузанский, М. Падуанский, Г. Гроций, чешский король Георгий По дибрад, французский король Генрих IV и др. Конечно, это были в значитель­ ной степени умозрительные идеи, т. к. не вполне ясно осознавалась юридиче­ ская природа подобных союзов. Что касается самого термина «федерализм», то полагают, что он введен Йоханесом Альтузиусом в начале XVII в.

' Черты федерализма, выражающиеся в высокой степени децентрализации и самостоятельности админист­ ративно-территориальных единиц, присутствуют в ряде государств, которые относятся к категории унитар­ ных (Испания, Италия, Великобритания и др.).

2 См.: Ш.И. де Сен-Пьер. Трактаты о вечном мире. - М., 1963. С. 120 - 123.

в новое время идею федеративного государства развивали Т. Гоббс, Дж. Локк и Ш. Монтескье. Как реальная форма государственного устройства, опирающаяся на политико-правовой фундамент, федерация существует не­ многим более двухсот лет и в своих принципиальных основах сформулиро­ вана основателями Соединенных Штатов Америки в Конституции 1787 г. (А.

Гамильтон, Д. Мэдисон, Дж. Джей и др.). С появлением новых федеративных государств и обогащением практики федеративного строительства теория и практика федерализма получила новый импульс. В настоящее время пробле­ мами федеративных отношений занимаются международные и национальные научные центры, выходят многочисленные публикации. Начиная с 1971 г. на Западе издается специализированный ежеквартальный журнал по пробле­ мам федерализма «Паблиус» под ред. Д. Елазара и Дж. Кинсайда. С 1976 г. в Швейцарии действует Объединенный центр по изучению федеральных и ре­ гиональных проблем. Издаются монографии, брошюры, справочники, на­ пример, «Федеральные системы мира» (1991), «Тенденции к централизации и децентрализации в федеративных государствах» (1988), «Федеральная демократия. На примере США и Европы» (1986, отв. ред. Д. Елазар и И.

Грэйлсммер), «Сравнительный анализ федерализма: территориальный ас­ пект политики» (1970, И. Дучасек) и др.


Начавшийся в начале 90-х гг. прошлого века процесс создания (воссоз­ дания) в России федеративного государства вызвал к жизни множество про­ блем теоретического и практического плана, поскольку Россия по ряду при­ чин не вписывается в уже сложившиеся и проверенные временем схемы, а общие закономерности становления и развития федерализма проявляются в России порой весьма специфично.

Федерализм: понятие и сущность. Федерализм (от латинского «foedus» — союз, объединение) - один из принципов территориально-политического устрой ства гсх:ударства, отличающийся по своей юридической природе от унитаризма и иных способов организации союзов государств^.

Федерализм наряду с унитаризмом представляет собой теорию и прак­ тику политической самоорганизации общества. С политической и правовой точки зрения - это специфическая форма государственного устройства, орга­ низации власти и управления, способ структурной организации и функцио­ нирования государственной власти, синтезирования единства и многообразия составных частей государства, представляющего тесный добровольный союз образующих его субъектов (государственных образований). Принципиаль­ ным его отличием от унитаризма является наличие наряду с разделением го­ сударственной власти по горизонтали (на законодательную, исполнительную, судебную) также разделение властных полномочий по вертикали (по уровням власти) на федеральную и региональную. Кроме того, это есть способ реше­ ния вопроса о разграничении предметов ведения между государством в це­ лом как союзом и входящими в его состав государственными образованиями.

Самая ранняя и преобладающая форма государственного устройства унитарное государство (от «unus» — один, единственный) имеет только ад­ министративно-территориальное деление. Оно также может быть простым и сложным, например, регионалистское государство (Италия, Испания, Вели кобритания)2. В последнее время появилась тенденция к созданию специаль ' Традиционно в научных исследованиях употребляется понятие «административно-территориальное уст­ ройство государства». Не возражая в принципе против этого термина, автор считает, что более полно суть формы государственного устройства выражается в понятии «территориально-политическое устройство го­ сударства», поскольку оно шире и включает помимо административного аспекта весь спектр организации политической власти в государстве.

2 Регионалистское государство следует отличать от федерации. Его территория состоит из автономных еди­ ниц, которые не имеют юридического статуса субъекта федерации. Эта форма образуется по воле централь­ ной власти и имеет целью активизировать главным образом экономическую и социальную сферу развития регионов. К числу таких государств в частности относятся Испания, Италия, Шри Ланка, Филиппины, Ни­ карагуа. Различаются и формы автономий. В Китае, Никарагуа и др. автономия административная (издание газет, радиовещание, судопроизводство на местном языке). Это скорее культурная автономия. Также имеет место и политическая автономия - право издания местных законов по определенным вопросам. Пределы этой самостоятельности отражены в конституциях государств или специальных законах. К таким автономи­ ям относятся Аландские острова в Финляндии, населенные шведами;

Гренландия, Фарерские острова в Да­ нии;

Азорские острова в Португалии;

Корсика во Франции;

автономная республика Крым на Украине;

На­ хичевань в Азербайджане;

Кара-Калпакия в Узбекистане;

области Минданао и Кордильера на Филиппинах;

Курдистан в Ираке и т.д.

ных округов для решения каких-либо отраслевых проблем (образования, ме­ дицины, водоснабжения, санитарии, экологии и т.д.). Такие округа могут создаваться как в федерациях, так и в унитарных государствах. Унитарные государства наиболее централизованные, но степень этой централизации раз­ лична и зависит от назначения центром или избрания населением органов и должностных лиц в административно-территориальных единицах.

Исторически, хотя и далеко не всегда, федеративной форме государст­ венного устройства предшествовал союз государств, именуемый конфедера­ цией. Поэтому нередко конфедерацию относят к форме государственного устройства, что, на наш взгляд, принципиально неверно^. Конфедерация яв­ ляется союзом самостоятельных, суверенных государств, субъектов между­ народного права, объединяющих свои усилия для решения каких-либо общих проблем и правомочных соглашаться или не соглашаться с партнерами. Дос­ таточно юридически точное определение конфедерации дал Богдан (Федор) Александрович Кистяковский. Он рассматривал конфедерацию как «между­ народно-правовое соединение, заключающееся в том, что несколько госу­ дарств, имеющих общие политические интересы, создают путем договора для удовлетворения этих интересов общие органы и через посредство их осуществляют совместно известные функции государственной власти»^.

Длительность конфедеративного союза зависит от масштабности задач, устойчивости и длительности проблем общего характера. Все конфедерации были относительно недолговечны и либо вели к созданию федерации, либо к постепенному ослаблению связей и распаду. При этом распад конфедераций не сопровождается, как правило, серьезными политическими осложнениями.

К федеративной форме устройства перешли только бывшие конфедерации с ' Конфедерациями были Австро-Венгрия до 1918 г., Швеция и Норвегия до 1905 г.. Соединенные Штаты Америки с 1781 по 1789 г., Швейцария в период с 1815 по 1848 г. Попытки создания конфедераций пред­ принимались в различных регионах мира и в XX столетии. Одной из них была Сенегамбия, объединившая в 1982 г. два государства - Гамбию и Сенегал. Через несколько лет она распалась. Такая же судьба постигла в 1961 г. Объединенную Арабскую Республику - конфедерацию, созданную Египтом и Сирией в 1958 г.

2 Кистяковский Ф. Лекции по общему государственному праву. - М., 1912. С. 297.

мононациональным составом населения (США, Швейцария, Германия).

Многонациональные конфедерации (Австро-Венгрия, Швеция и Норвегия и ряд других) распались. Надо полагать, что одной из основных причин распа­ да СССР стала сильная конфедеративная компонента в его государственно территориальном устройстве.

При переходе к федеративной форме государственного устройства су­ щественное значение приобретают экономические факторы, способные сбить волну центробежных тенденций и интегрировать конфедерацию в единое го­ сударство. Для России проблемы конфедерализма имеют сушественное зна­ чение. Во-первых, это связано с наличием в составе субъектов Российской Федерации большого числа национальных республик, претендующих на го­ сударственный суверенитет. Во-вторых, не следует исключать возможности дальнейшего сближения суверенных государств - бывших Союзных Республик СССР - с Российской Федерацией. Форма такого союза потребует наряду с по­ литическими решениями и всестороннего юридического обоснования. Процесс сближения государств Западной Европы дает к тому серьезные основания.

Федеративное государство представляет собой сложное государство, состоящее из частей, именуемых субъектами федерации (республики, штаты, провинции, кантоны, земли и т.д.). Эти государственные образования не мо­ гут рассматриваться в качестве самостоятельных государств, поскольку не обладают суверенитетом и полной международной правосубъектностью. Тем не менее, федерацию часто именуют союзом государств или союзным госу­ дарством, добровольным объединением государств в единое государство на основе особого (федеративного) договора. Существуют и иные пути образо­ вания федерации, в частности, конституционный и конституционно договорной. Однако в любом случае образование федерации получает юри­ дическое оформление в конституции страны.

Выбор федеративного устройства обусловлен комплексом причин ис­ торического, экономического, географического, геополитического, этно национального, социокультурного и иного характера.

Среди причин, способствовавших возникновению современных федера­ ций, не следует исключать и исторического фактора, который сказался на госу­ дарственно-правовом развитии и национальном менталитете отдельных госу­ дарств. Так, формирование абсолютных монархий в Великобритании и Фран­ ции шло на фоне укрепления центральной власти и объективно способствовало укреплению унитаризма. Напротив, в Германии традиционно сильным был ре­ гиональный сепаратизм, исторически подготовивший почву для последующего утверждения федеративных отношений. Исторически тяготела к федерализму и Россия.

Федеративное государство имеет много общего с унитарным в том смысле, что это единое суверенное государство, субъект международного права. Однако оно имеет специфические признаки: состоит из равноправных между собой субъектов, наделенных по конституции определенными права­ ми и самостоятельных в решении вопросов, относящихся к их ведению;

субъекты федерации равноправны в отношениях с федеральным центром;

федерация имеет сложную правовую систему, где наряду с федеральной пра­ вовой системой существуют правовые системы субъектов федерации, кото­ рые, хотя и не могут противоречить конституционным основам федерации, тем не менее могут отличаться в деталях;

в федеративном государстве, в от­ личие от унитарного, существует более сложная система властеотношений, при которой властная вертикаль строго очерчена конституционными норма­ ми. Исходя из этих признаков, федерацию можно определить как целост­ ное суверенное государство с высокой степенью децентрализации, со­ стоящее из равноправных субъектов, имеющее общую конституцию, единую систему государственной власти, единую правовую систему, об­ щую территорию и общее гражданство.

Несмотря на существенные различия и исторические судьбы, все из­ вестные на сегодняшний день федерации имеют общую природу, сходные сущностные черты, которые определяются исходными принципами феде­ рализма. К ним относятся: 1) заинтересованность регионов в союзном госу­ дарстве;

2) стремление к экономической самодостаточности при наличии из­ вестной взаимозависимости в решении экономических и иных проблем;

3) отсутствие суверенитета у субъектов федерации, запрет на сецессию, т.е. на право выхода из состава федерации (сюда включается и принцип территори­ альной целостности) и отсутствие права на одностороннее изменение статуса субъекта федерации;

4) разграничение предметов ведения между федерацией и ее субъектами;

5) верховенство федерального законодательства над законо­ дательством субъектов федерации (этот принцип включает в себя и принцип законности и конституционности);

6) единство экономической и социальной системы, свободное передвижение людей, товаров, услуг в пределах всей фе­ дерации;

7) единство системы государственной власти на всей территории федерации;

8) равноправие субъектов федерации;

9) территориальный под­ ход к строительству федерации;

10) принцип системности, в котором важ­ нейшую роль играет сохранение государственной целостности, т.е. основ го­ сударственного строя, означающее наличие единой формы государственного правления, политического и государственного режима для всех субъектов федерации. Рассмотрим эти принципы более подробно.

Заинтересованность регионов в союзном государстве — первейшая основа федерации и условие добровольности вхождения в союз, без которых неизбежно возникновение центробежных тенденций, ведущих к распаду фе­ деративного государства либо его трансформации в унитарное государство.

При этом наиболее вероятным следствием может быть установление жестко­ го политического режима, способного силой подавить сепаратистские тен­ денции, либо, как было в ряде федераций, - гражданская война. Переход от федерации к конфедерации, об опасности которого нередко говорят приме­ нительно к России, маловероятен. Разрушение федерального союза происхо­ дит в результате действия таких деструктивных сил, наличие которых надол го исключает потребность в объединении даже на конфедеративной основе.

Примером тому может служить СССР, СФРЮ. Даже «цивилизованный раз­ вод» в Чехо-Словакии не привел к конфедерации. К тому же конфедерация, как правило, союз недолговечный, она либо распадается, либо превращается в федерацию в зависимости от интереса ее субъектов.

Экономическая самодостаточность субъектов федерации - очень важное условие прочности федеративного союза. В ней кроется как собст­ венный многосторонний региональный интерес в наиболее полной реализа­ ции своих возможностей, так и обоюдная заинтересованность регионов в объединении усилий для совместного решения общих проблем. При наличии регионального интереса и самодостаточности регионов удается создать на­ дежный механизм сдержек и противовесов, который действует как бы в двух направлениях: от федерального центра к субъектам федерации, реализуя ре­ гиональную политику государства, и от субъектов федерации к федерально­ му центру, противопоставляя попыткам узурпации федеральными чиновни­ ками прав регионов правовые средства их защиты.

Отсутствие суверенитета у составных частей федерации, запрет на сецессию и сохранение территориальной целостности представляют собой три логически связанных условия (исходные начала), без которых сама идея федерализма теряет смысл. Государства, вошедшие в состав федерации и доб­ ровольно отказавшиеся от суверенитета, тем не менее должны сохранять за со­ бой известную самостоятельность. Это позволяет федерации и ее членам поль­ зоваться преимуществами единого государства как целостного политического и экономического организма. Данный принцип был впервые опробован на севе­ роамериканской модели федерализма и позволил реализовать преимущества демократического режима «в опоре на множество разнообразных сообществ, которые функционируют как самоуправляющиеся коллективы и полагаются на поддержку и помощь действующих одновременно и частично совпадающих механизмов правления»^.

Исследуя природу федерализма и особенности властеотношений в фе­ деративном государстве, известный русский правовед и философ А.С.Ященко обосновал положение о том, что власть каждого субъекта феде­ ративного государства «тесно ограничена определенной компетенцией и в случае, если она выходит из своей компетенции, то федеральное, суверенное государство может заставить ее войти в границы своей компетенции, подвер­ гая таким образом действия этой власти своему контролю»2. На этом основа­ нии он делает вывод: «Так как штаты, входя в состав федерального государ­ ства, теряют свой суверенитет, то, само собой разумеется, они перестают и быть государствами, так как суверенитет по определению есть существенный признак государства. Государство существует только там и тогда, где и когда имеется налицо суверенитет, следовательно, государственностью в полном объеме обладает только федеральное государство, образуемое из соединения центральной и местной властей»^.

Ограничение претензий субъектов федерации на суверенитет в практи ке мирового федерализма реализуется по-разному в зависимости от полити­ ческой ситуации. В большинстве федераций конституции вообще не ставят вопрос о суверенитете, либо, как в Мексике и Швейцарии, за субъектами фе­ дераций формально признан суверенитет, но лишь в той мере, в которой он не ограничен федеральной конституцией"*. В то же время США, Канада, Австра­ лия, ввиду имевших место конфликтных ситуаций на почве сепаратизма, выну ^ См.:Остром Винсент. Смысл американского федерализма. Что такое самоуправляющееся общество. - М., 1993. С. 69.

2 Яшенко А.С. Теория федерализма. Опыт синтетической теории права и государства. - Юрьев, 1912. С. -229.

3 Там же. С. 328.

"* В ст. 3 Конституции Швейцарского Союза записано, что кантоны суверенны, поскольку их суверенитет не ог­ раничен Союзной Констшуцией, и как таковые осуществляют все права, которые не переданы союзной власти.

Статья 40 Конституции Мексиканских Соединенных Штатов гласит, что «мексиканский народ по своей воле конституируется в представительную, демократическую, федеративную Республику, которая состоит из штатов, свободных и суверенных во всем, что относится к их внутренним делам, но обьединенных в федерацию в соот­ ветствии с принципами настоящего Основного закона».

ждены были прибегнуть к судебному их разрешению на федеральном уровне. А если учесть, что судебный прецедент в этих государствах является источником права, то можно сказать, что данный принцип получил законодательное закрепление.

Поскольку субъекты федерации в различных странах, а подчас и в одной стране, имеют разные названия, следует, по мнению проф. А.Н. Аринина, обра­ тить внимание на важность адекватного понимания термина «государство», ко­ торый применяется для определения названия субъектов федерации. Само сло­ во «штат» («state»), употребляемое для названия субъектов федерации в США, Австралии, Мексике, Бразилии, Индии закрепилось в переводе на русский язык как «государство». В конституции Аргентины субъекты федерации называются государствами, в конституциях некоторых земель ФРГ (Бавария, Саксония и др.) употребляется название «свободное немецкое государство». Однако, при­ менение термина «государство» по отношению к субъекту федерации отнюдь не означает его суверенности как государства в плане международной право­ субъектности. В действительности штаты и «государства» применительно к субъектам федерации в этих странах государствами с точки зрения их сущности не являются 1. В свое время А.С.Ященко также отмечал, что отождествление штатов с государствами есть не что иное, как терминологическая путаница, и никакого значения иметь не может, поскольку «это лишь злоупотребление термином или наименование, объясняемое как исторический пережиток»2.

Федеративное государство выступает на международной арене как единое целое, представляя интересы всех составляющих его членов. Между­ народные связи субъектов федерации определяются их правовым положени­ ем в составе единого государства. Они могут при согласии федерального центра иметь ограниченные хозяйственные и культурные связи с иностран­ ными государствами. Например, между канадской провинцией Квебек и * См.: Конституционно-правовые проблемы развития российского федерализма. Сборник статей. Под ред.

Л.А. Иванченко и В.Ф. Калины. - М., 2000. С. 48.

2 Ященко А.С. Указ. соч. С. 328.

Францией существуют «культурные соглашения». Отдельные земли (субъек­ ты федерации) Австрии и Германии могут вступать в международные отно­ шения с другими государствами. Однако такие отношения носят локальный и ограниченный характер и никак не влияют на внешнеполитическую линию федерации в целом i.

Субъекты федерации лишены права на сецессию, т.е. на выход из со­ става федерации. Это также является показателем отсутствия у них сувере­ нитета. В настоящее время только Конституция Эфиопии признает за ними такое право. Все имевшие место попытки субъекта федерации волевым пу­ тем разорвать отношения с федерацией встречали решительный отпор со стороны федерального центра и решительно пресекались. Только отдельные из них увенчались успехом^.

Важнейшим принципом федерализма, определяющим его суть, является разграничение предметов ведения между федерацией и ее субъектами. Это осуществляется конституционным закреплением сфер исключительного право­ вого регулирования федерального центра и субъектов федерации. Националь­ ное правительство как верховная власть действует строго в границах, опреде­ ленных конституцией. При этом в предметы ведения федерации федеральные конституции включают важнейшие вопросы государственной жизни: оборону страны, внешнюю политику, финансы, налогообложение, организацию высших органов власти, разрешение конфликтов между субъектами федерации, регули­ рование торговли, развитие транспорта и коммуникаций.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.