авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Егоров, Сергей Николаевич Теоретические основы криминалистического ...»

-- [ Страница 3 ] --

модели начинается с установления круга обстоятельств, которые в своей со вокупности позволяют познать субъективную сторону преступления как кон кретного единичного события.

Интересно отметить, что, критикуя абстрактные модели преступной деятельности, представленные в криминалистической характеристике пре ступлений, М.К. Каминский, тем не менее, сам вынужден использовать этот же метод моделирования. Когда автор рассматривает исходную точку позна ния, осуществляемого в практической деятельности субъекта по выявлению и расследованию преступлений, он вынужден создать абстрактную модель, которая еще подлежит дальнейшей конкретизации. При этом автор использу ет еще одно допущение при моделировании: рассматривая преступную дея тельность как предметную деятельность субъекта, он, соответственно, при водит ее естественнонаучную модель. Тем самым он осуществляет попытку создания «криминалистической компонентной модели преступной деятель ности».

Для темы нашего исследования рассматриваемые работы интересны тем, что М.К. Каминский предложил компонентную структуру преступной деятельности, в которой сведены в единую систему потребность, мотив, цель, задачи, результат, объект деятельности, действия и рперации'^^. Развивая эти работы, последователи М.К. Каминского попытались восполнить пробел предложенной им модели, состоящий в отсутствии учета в ней правовых сто рон.

Например, структура преступной деятельности предлагается рядом ав торов в качестве основания, позволяющего разработать систему криминали стической классификации преступной деятельности. Так Н.И. Вытовтова обоснованно предлагает систему классификаций, состоящей из пяти групп:

по субъекту преступления;

по программно-целевому комплексу;

по предмету посягательства;

по преступной деятельности;

по обстановке'^^. Несмотря на то, что, как указывается самим автором, предложенная классификация кон цептуально совпадает с классификацией Р.С. Белкина, тем не менее, отметим важные для целей нашего исследования отличия. Так Р.С. Белкин за основу криминалистической классификации преступлений принимал состав престу пления. В связи с этим он выделял четыре группы: классификации, связан ные с субъектом преступления, с объектом преступления (личность потер певшего, характер непосредственного предмета посягательства и др.), с объ ективной стороной (способ совершения и сокрытия преступления), с субъек '^^ Толстолуцкий В.Ю., Каминский М.К. Компонентный состав преступной деятель ности // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете системно деятельностного подхода. Вып. 2. Ижевск. 1999. С. 4-9.

'^^ Вытовтова Н.И. Криминалистическая классификация преступной деятельности // Вестник Удмуртского университета. Правоведение 2. 2001. С. 70-74.

тивной стороной (совершаемые с заранее обдуманным намерением и со вне запно возникшим умыслом)'^'.

Н.И, Вытовтова использует иное основание для создания классифика ций, базируясь на структуре преступной деятельности. Полагаем, что такой подход в большей степени соответствует предмету криминалистики. Как бы ло выше указано, сам Р.С. Белкин ставил на первое место среди частных за дач криминалистики именно изучение объективных закономерностей дейст вительности, составляюш,их основу предмета криминалистики. Поэтому ло гичнее взять в качестве объекта криминалистической классификации не пре ступление, а преступную деятельность, а в качестве классифицируюш;

его ос нования не состав преступления, а структуру объекта, то есть структуру пре ступной деятельности.

Методологически верно подойдя к проблеме классификации, Н.И. Вы товтова сумела расширить группу классификаций, соответствующих субъек тивной стороне преступления. Объединив потребность, мотив, цель и уста новку в понятие программно-целевого комплекса, автор выделяет 4 группы признаков: 1. По форме вины;

2. По мотиву;

3. По цели;

4. По установке. В первой группе «По форме вины» выделяются: заранее обдуманное намере ние, внезапно возникший умысел, неосторожность, невиновное причинение вреда. По мотиву: эмоции и чувства, корысть и др. По цели: причинение вре да жизни и здоровью, причинение морального вреда и др.

Полагаем, что, правильно сделав первый шаг, автор на втором шаге до пускает ту же неточность, которая не устроила ее в классификации Р.С. Бел кина. То есть внутри системы классификации используются уголовно правовые, а не криминалистические основания для классификации. Так, на пример, термины «невиновное причинение вреда» или «корысть» не являют ся детализацией преступной деятельности, хотя именно такая детализация и предполагается иерархическим построением системы классификаций. Таким образом, проблема автором поставлена верно, но указано лишь правильное Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3-х томах. Т. 3. М.: Юристь. 1997. С. 326.

направление, в котором следует искать решение. В классификации сохранил ся идеализированный объект, а структура живой деятельности субъекта пре ступления осталась не раскрытой в необходимом объеме.

В литературе приводятся уголовно-правовые классификации мотивов и рассматривается место мотивов в процессе доказывания. Так, В.А. Кадров исследует такие мотивы преступления как корысть, хулиганские мотивы, 1 OR месть, ревность, сексуальные мотивы. Он правильно отмечает, что в осно ве корысти как мотива совершения преступления может лежать стремление получить материальную выгоду в форме получения квартиры, занятия более высокой должности, а не только прямым насильственным Действием по за владению какой-либо материальной ценностью. Следовательно, обнаружива ется та же сама ситуация: корыстный мотив - это уголовно-правовая абстрак ция, которая еще должна наполниться криминалистическим содержанием в ходе формирования криминалистической модели преступления. Тем самым 1 подтверждается ранее приведенное положение Р.С. Белкина о последова тельном наполнении абстрактной модели криминалистическим содержанием.

Однако неясно, что именно представляет собой в криминалистическом смыс ле мотив.

Н.В. Матушкина правильно указывает, что традиционно используемая в методике расследования какой-либо категории уголовных дел криминали стическая характеристика преступления обладает рядом недостатков, и наи больший из них заключается в том, что она фрагментарно отражает отдель ные стороны преступной деятельности. Поэтому' более предпочтительно формировать криминалистическую модель преступления, которая дает цело стное преставление о компонентах преступной деятельности, о взаимосвязях и взаимозависимостях между ними, а также позволяет отразить динамику (функционирование и развитие преступной деятельности) и механизмы еле Кадров В.А. Понятие и классификация мотивов и их место в процессе доказыва ния // Вестник Удмуртского университета. №6 (1). 2004. С. 68-75.

'^^ Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3-х томах. Т. 3. М. Юристь. 1997. С. 330.

дообразования (информирование)'^^. Это замечание автора подтверждает сформулированное нами в первой главе положение о необходимости смены в средств познания в ходе его реализации.

Одним из принципиально важных аспектов криминалистического ана лиза познавательных средств являются не только свойства отображаемого объекта, но и то, каким образом они участвуют в следообразовании, и в чем заключается механизм следообразования.

Выделение компонентной структуры деятельности является необходи мым условием для понимания процесса отражения преступной деятельности в материальных и идеальных следах. Тем самым фиксируется, что именно отображается в следах. Но есть и другая сторона процесса следообразования.

Неоднородная по своей структуре система преступной деятельности, выраженная в структурной модели компонентного состава преступной дея тельности, тем не менее, представляет собой единое целое. Целостный под ход к следообразованию важно применять потому, что он позволяет понять, что в каждом из своих отображений эта система именно в силу собственного целостного характера запечатлевает все свои структурные компоненты.

Степень выраженности при фиксации в следовоспринимающем объек те того или иного компонента определяется совокупностью факторов, в том числе природой следообразующего объекта и характером взаимодействия отображаемого объекта с отображающим.

В связи с этим при реконструкции преступления возникает необходи мость учитывать как неоднородность отображаемой системы, заключающей ся в компонентном составе преступной деятельности, так и особенности взаимодействия с отображающим объектом и природу последнего. Вопросу отражения посвящен следующий параграф диссертации.

'^° Матушкина Н.В. Криминалистическая модель преступной деятельности уклоне ния от уплаты налогов // Проблемы правового регулирования в современных условиях (Материалы научно-практ. конф.) Ижевск. 1997. С. 83.

2.2. Место закономерностей отражения субъективной стороны пре стунления в криминалистнческой теории отражения.

Анализ существующих в литературе определений субъективной сторо ны преступления, а также вины свидетельствует о том, что в их основе лежит указание на психические процессы субъекта преступления.

Так, например, В.А. Никонов указывает, что субъективная сторона пре ступления - это психическая деятельность лица, связанная с совершением преступления, представляющая собой единство интеллектуальных, волевых и мотивационных процессов'^'. Авторы комментария к Уголовно процессуальному кодексу РФ полагают, что вина - это предусмотренное уго ловным законом психическое отношение лица в форме умысла или неосто рожности к совершаемому деянию или последствиям, и утверждают, что «по каждому уголовному делу подлежит доказыванию степень осознания лицом объективных признаков состава преступления и волевое отношение к по следствия (желание или нежелание их наступления)-^^.

В связи с этим криминалистическое исследование закономерностей объективной реальности, указываемых понятием «субъективная сторона пре ступления», логично начать с рассмотрения сущности психических процес сов. Эта сущность выражается, прежде всего, в том,* в каком качестве психи ческие процессы включены в уголовно-правовую модель преступления.

Рассмотрим работу А.И. Плотникова, который с позиции уголовного права исследовал психические процессы, лежащие в основе интеллектуаль ного и волевого элементов вины. Автор пишет: «В сознании лица, совер шающего преступление, выделяют интеллектуальный и волевой моменты.

Интеллектуальный элемент сознания предполагает отражение в психике че '^' Никонов В.А. Основы теории квалификации преступлений (алгоритмический подход) Тюмень. 2001. С. 122.

'^^ Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М.

Эксмо, 2003. С. 137.

ловека окружающего мира»'^^, С точки зрения исследователя, интеллекту альное отражение представляет как бы зеркальную отпечатку в сознании предметного мира, его свойств и отношений в виде определенных психиче ских явлений - ощущений, представлений, созерцания (видения, наблюде ния). В интеллектуальном отражении (исходя из его противопоставления во левому) не проявляется внутреннего отношения к окружающему миру. Он запечатлевается таким, как есть или может быть.

В волевом моменте, наоборот, заключено внутренне отношение чело века к предмету этого интеллектуального видения, стремление достичь его, воспользоваться им, воспроизвести или уничтожить, исключить его из своих связей, внутренний настрой на что-то. «На этом, - по мнению А.И. Плотни кова, основано принципиальное различие в сознании интеллектуального и волевого моментов».

Процитированное показывает, что, исходя из уголовно-правовых пред ставлений о субъективной стороне преступления, А.И. Плотников выстраи вает собственную психологическую концепцию сознания. С его точки зре ния, сознание состоит из двух структурных элементов: отражения и воздей ствования. За этой позицией автора легко угадываются кибернетические представления. Субъект преступной деятельности рассматривается как сис тема с управлением, в которой существует управляющая система, объект управления, прямая и обратная связи. Сознание - это система управления и одновременно отображающая внешний мир система. Отражение представле но, так называемой, обратной связью, а воздействие на объект является пря мой связью в контуре управления.

Следовательно, позиция А.И. Плотникова - это позиция, в которой ес тественнонаучной базой закономерностей, лежащих в основе правового по нятия «субъективная сторона преступления», взят контур с обратной связью '•'"' Плотников А.И. Объективное и субъективное в уголовном праве (оценка престу пления по юридическим признакам). Оренбург: Издателъский центр ОГАУ. 1997. С. 32.

140 с.

•" Там же. С. 33.

^^ как основа теоретической модели. Можно согласится с автором в том, что существует необходимость введения категории управления собственной дея тельностью субъекта преступления в число естественнонаучных закономер ностей, к установлению которых приводит исследование признаков состава преступления по субъективной стороне.

Одновременно отметим, что кибернетический "подход на основе модели деятельности в виде контура с обратной связью в рамках уголовного права лишь позволяет конкретизировать существующие представления законодате ля, но не вносит ничего нового. Новые понятия - кибернетические, хороши для криминалистики, поскольку именно она рассматривает механизм управ ления субъектом своей преступной деятельностью и показывает аспекты субъективной стороны. В связи с этим полагаем, что не желая того, автор за нимается криминалистическими исследованиями. Указанная экспансия пред ставителей науки уголовного процесса в исследовании криминалистических закономерностей может свидетельствовать только об одном - криминалисти ка отстала от требований смежной науки, поэтому ученым иной области при ходится компенсировать это отставание.

Кибернетические представления лежат в основе исследований А.И.

Плотникова при анализе ряда примеров. «Так, например, — пишет автор, пре ступник, демонстрируя оружие и угрожая убийством из пистолета, требует и получает деньги у кассира банка. Субъективной стороной преступления бу дет психическая деятельность этого преступника, а объективной — внешние по отношению к его сознанию обстоятельства: демонстрация оружия, требо вание денег, угроза, сознание кассира, воспринявшего эти требования и угро зы, передача денег преступнику. Осознание кассира является необходимым звеном, замыкающим цепочку событий, внешних по отношению к сознанию преступника»'''^.

' ^ Плотников А.И. Объективное и субъективное в уголовном праве (оценка нресту пления по юридическим признакам). Оренбург: Издателъский центр ОГАУ. 1997. С. 47.

140 с.

Модель с замкнутым контуром с обратной связью автор применяет те перь с целью анализа механизма преступления. Потерпевший рассматривает ся как управляемая система, на которую происходит воздействие преступни ка: «демонстрация оружия, требование денег, угроза». Автор верно подмеча ет, что наличие сознания у кассира, который понимает смысл угрозы, оказы вается необходимым звеном механизма преступной деятельности. Таким об разом, представители уголовного права, используя кибернетические методы научного анализа, существенно дальше исследовали механизм преступления, чем представители криминалистической науки.

Отметим и то, что в системе криминалистических понятий нет таких, которые бы позволяли выделить действия преступника, носящие сугубо «управляющий» характер. Демонстрация пистолета не оставляет материаль ных следов преступления, поэтому в криминалистической теории следообра зования нет рассмотрения соответствующего механизма следообразования.

Указав на эту проблему, мы приведем ее решение ниже в тексте диссертации, там, где будут рассмотрены формы действия.

Рассматривая психические процессы с позиции кибернетики, обнару живаем, что они регулируют поведение субъекта, представляют собой управ ляющую систему в структуре деятельности, чем и определяется их сущность и функция.

Казалось бы, что криминалистика легко может включить в число своих методов кибернетический подход. Но не тут то было. Такое применение на талкивается на некоторые положения криминалистической теории отраже ния. В криминалистической теории отражения нет подобных моделей, в ме ханизме преступной деятельности нет кибернетического подхода, а в крими налистической теории отражения отражение понимается только как взаимо действие между материальными объектами. Другими словами, под отраже нием при анализе субъективной стороны преступления понимается нечто принципиально иное, чем контактное взаимодействие двух материальных тел.

Рассмотрим общую теорию криминалистики и те представления о со держании категории отражения, которые являются 'основополагающими для нашей науки. Прежде всего, следует согласиться с позицией Р.С. Белкина в том, что категория «отражение» является важнейшей криминалистической категорией, лежащей в самом фундаменте современной криминалистки.

Р.С. Белкин пишет: «Я пришел к твердому убеждению, что концепту альная философская категория отражения составляет философский, теорети ческий и практический фундамент криминалистики, что эта категория охва тывает фактически все направления криминалистической науки и многие другие философские категории, используемые в ней»'^^. Взяв за основу кате горию «отражение», автор выделяет «три «кита» современной криминали стики»: «отражение», «след» и «образ»'^^.

Конкретизируя точку зрения отца, А.Р. Белкин поясняет: «обычно от ражение определяется как взаимодействие материальных тел или как резуль тат этого взаимодействия». Следовательно, для отражения нужны два объ екта. При исследовании психического отношения субъекта-преступной дея тельности к своему деянию мы обнаруживаем только один объект, точнее, одного субъекта. Тут отражаемым объектом и управляемым объектом явля ется деятельность субъекта, которая называется «внешняя деятельность», а управляющей системой, в которой и происходит отражение, является созна ние и протекающая в нем психическая - «внутренняя» деятельность.

Налицо принципиально различное понимание акта отражения в крими налистической теории отражения и в уголовно-правовой науке, создавщей уголовно-правовую модель субъективной стороны преступления.

Исторически развитие криминалистической.теории отражения было связано со следообразованием. Приведенное выще понимание процесса от ражения Р.С. Белкина и А.Р. Белкина связано с образованием материальных '•'^ Р.С. Белкин. Криминалистика: нроблемы сегодняшнего дня. НОРМА. 2001. С. 49.

' " Там же. С. 47-67.

'^^ Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. М. НОРМА.

1999. С. 29.

следов. То есть теми механическими, физическими, химическими взаимодей ствиями материальных тел, которые приводят к изменению материальных объектов в ходе осуществления преступной деятельности. Криминалистиче ская теория отражения в своей основе опирается на следующую, предложен ную Р. С. Бeлкиным,'^^ схему (рис. 3) - схему акта отражения.

Действия 1.0тражаемые объекты Субъект(индивид) I i Средства и сносо Свойства личности II. Средства отражения \/ бы действий I A X • Окружающая Предмет III. Отражающие обстановка посягательства объекты IV. Результат Изменения Изменения отражения («отпечатки» свойств личности, оезультаты действия) Рис. 3. Система взаимосвязей отражаемого и отражающего (по Р. С. Белкину) Отметим, что разработанная автором схема раскрывает закономерности следового отражения действия в материальной среде и поэтому представляет собой закономерности внешнего отражения преступления, то есть отражения преступления вовне — в иных объектах.

Особенности субъекта, который стоит в акте отражения на месте «сле довоспринимающего» объекта заключаются в том, что следообразование ме няет внутреннее строение отражающей системы, а не внешнее. До настояще го времени криминалистика изучала лишь внешние изменения объектов, яв ляющихся носителя следов.

Белкин Р. С. Общая теория советской криминалистики. М., 1986. С. 60.

Мы разделяем точку зрения М.К. Каминского и В.Ю. Толстолуцкого, которые указали, что «... остались не решенными в теоретическом плане, а отсюда и в практической реализации такие задачи, как идентификация объ ектов, не имеющих фиксированной структуры поверхности...»''**'. Действи тельно, только наличие структурных изменений объекта, обусловленных ме ханическим, физическим или иным воздействием преступника, является но сителем информации в криминалистической теории отражения.

Никаких структурных изменений в голове субъекта преступления не происходит во время самоотражения совершаемого им преступления. Тем самым в криминалистической теории отражения не оказывается методологи ческой базы для исследования психического отражения. Психическая дея тельность является процессом, а не материальным объектом с фиксирован ной структурой, тем более нет ни какой «поверхности», в виде изменения ко торой отображаются результаты воздействия следообразующего объекта.

Приведенные аспекты позволяют выделить две теоретические пробле мы, которые не учтены в криминалистической теории отражения. Во-первых, при исследовании субъективной стороны преступления отражение протекает как акт самоотражения, то есть отражения, происходящего внутри «следо воспринимающего» объекта. Тогда как известная схема акта отражения предполагает наличие двух объектов и материального взаимодействия их между собой. Тем самым криминалистическая теория отражения исследует только отражение вовне. В противоположность этому психическое отраже ние требует исследования отражения вовнутрь, то есть исследования акта са моотражения, протекающего внутри «следовоспринимающего объекта».

Во-вторых, фиксацией результатов отражения в криминалистической теории отражения считается изменение материальной структуры следовос принимающего объекта. При психическом отражении результат отражения представлен в виде процесса - психической деятельности. Этот момент явля ''"' Каминский М.К., Толстолуцкий В.Ю. Парадигма системно-деятельностного под хода в криминалистике и судебных экспертизах. Криминалистика, криминология и судеб ные экспертизы. Вып. 1. Ижевск. 1997. С. 4. (С. 4-5).

ется принципиально важным для исследования субъективной стороны пре ступления криминалистическими методами. Поскольку речь идет о процессе, то лишь в ходе развития этого процесса и проявляется, что именно отражено, а что не отражено. В изменении, прежде всего, самой преступной деятельно сти и проявляется самоотражение, протекающие в виде психического отра жения и саморегуляции деятельности.

Диссертант полагает необходимым зафиксировать следующую мысль.

Сложность исследования психической стороны преступления заключается не в том, что требуется исследовать содержание сознания субъекта преступле ния (содержание сознания есть результат психического отражения). Резуль тат психического отражения тут же, немедленно проявляется в преступной деятельности, поэтому исследованию подлежит только внешне разворачи вающаяся преступная деятельность.

В связи с этим криминалистическая теория отражения, в целом, без специфических деталей, характерных для субъективной стороны преступле ния, верно определяет отражаемый объект. Таким объектом является пре ступная деятельность, точнее, на основании рис. 3, конкретный структурный элемент деятельности - действия. В связи с анализом акта отражения, приве денного на рис. 3, нам кажется непоследовательной точка зрения Р.С. Белки на, который, с одной стороны, на схеме указал в качестве отражаемого объ екта - действия, а других ситуациях писал, что: «отражаемыми объектами в процессе возникновения информации о преступлении становятся элементы преступления... Строго говоря, неносредственно отражаемыми объектами яв ляются субъект и объективная сторона преступления»'"*'.

Такая формулировка требует определенной оговорки. Прежде всего, требуется разъяснить, относит ли Р.С. Белкин субъективную сторону престу пления к действиям, которые производит субъект преступной деятельности?

С точки зрения криминалистики, ответ на этот вопрос очевиден - да, метр криминалистики относит субъективную сторону преступления к действиям.

Белкин Р.С. Курс криминалистики. М., 2001. С. 67.

возможно, выделяя последние в качестве особых, например, психических или интеллектуальных действий. Более подробное исследование этих действий автор оставил будущим поколениям исследователей.

Основатель криминалистической теории отражения основное внимание уделил иной стороне проблемы — отражению свойств отражаемого объекта вовне — в материальных следах преступления. При этом Р.С. Белкин особо указал, что при анализе отражения он сознательно ограничивается одной из наиболее существенных для криминалистки сфер, в которой протекает этот " процесс, - отражением в неживой природе.

Приведенная выше научная позиция выдающегося отечественного криминалиста Р.С. Белкина полностью и без каких-либо существенных изме нений принята всеми отечественными учеными. В изложенном нами виде, несколько укороченном варианте, но неизменной по своему содержанию, она приводится в каждом учебнике криминалистики из числа изданных за по следние пятнадцать - двадцать лет'"*^.

Диссертант разделяет эту позицию и считает, что не могут быть под вергнуты сомнению или пересмотру положения этой теории. Однако если сопоставить те закономерности объективной реальности, которые рассматри ваются в криминалистической теории отражения, с теми закономерностями, которые указываются в качестве обстоятельств объективной реальности, подлежащих установлению при исследовании субъективной стороны престу пления нормами уголовного и уголовно-процессуального законов, то можно обнаружить их разительное несовпадение.

Если рассматривать субъективную сторону преступления как психиче ские процессы, то мы приходим к необходимости исследования не предмета '"'^ Белкин Р.С. Криминалистика: нроблемы сегодняшнего дня. М.: Норма-Инфора.

2001. С. 52.

''•' Например, Шурухнов Н.Г. Криминалистика: Учебное нособие. М.: Юристь. 2002.

С. 11;

Яблоков Н.П. Криминалистика. Учебник для вузов и юридических факультетов. М.

ЛексЭст. 2003. С. 25;

Криминалистика. Учебник. / Под ред. Е.П. Ищенко. М.: Юристь.

2000. С. 18;

Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. М.: Юристь. 1997. Том. 1. С. 118;

Белкин Р. С. Курс криминалистики. М., 2001. С. 74 и другие.

криминалистики, а предмета иной, неправовой науки - психологии. Даль нейший анализ данных, полученных психологами, проводится нами с целью определить криминалистические аспекты проблемы. Мы полагаем, что кри миналистическая теория отражения рано и поздно будет пополнена законо мерностями, которые составляют суть психического отражения. В качестве первой попытки целенаправленно развить общую теорию криминалистики в этом направлении выступает наше исследование.

Ниже приводимый анализ положений психологических науки пресле дует в качестве одной из существенных целей обосновать^ что в конечном итоге лишь на первый взгляд категория «отражение» имеет в психологии принципиально иное содерл^ание, чем в криминалистической теории отраже ния. Различия в понимании категории отражения, которые существуют в этих науках, носят производный характер от различия предметов исследова ния, но не заданы различием в методологических позициях. В связи с этим, когда мы будет говорить о принципиальном расхождении взглядов кримина листов и психологов на категорию «отражение», речь будет идти о том уз ком, а потому требующем изменения понимании отражения, которое в кри миналистике трактуется как взаимодействие двух материальных тел, то есть отражения вовне. Термином «принципиальные различия» мы показываем противопоставленность самой направленности отражения вовне и отражения вовнутрь. Наше исследование направлено на то, что бы криминалистическая теория отражения включала оба указанные вида отражения - как вовне, так и вовнутрь.

Для достижения преемственности криминалистических знаний мы по лагаем необходимым начать исследование отражения вовнутрь с некоторых известных в криминалистике закономерностей отражения вовне. Рассмотрим механизм следообразования с точки зрения того, что происходит в следовос принимающем объекте при механическом воздействии на него следообра зующего объекта. Нонятно, что в случае, когда остаточной деформации от механического воздействия не возникает, то не образуется и следа воздейст ВИЯ, то есть взаимодействие есть, а следообразования нет. Результат воздей ствия в виде остаточной деформации возникает по причине того, что в мо мент воздействия деформации одних участков структуры объекта противо стоит сила, пытающаяся сохранить исходную структуру. Другими словами, деформация является результатом не только силы, приложенной к объекту, но противодействия этому воздействию.

Противодействие внешней силе, пытающейся изменить состояние объ екта, характерно не только для механических систем. В химии известен принцип Лье-Шаталье. Поскольку отражение, которое мы исследуем, имеет своим материальным субстратом непрерывно протекающий процесс, то этот принцип точнее иллюстрирует предмет нашего исследования. Состояние сознания субъекта можно сравнить с равновесием в химической системе. При воздействии на эту систему изменение последней, представляющее собой след в его криминалистическом смысле, выражается так же в виде процесса.

Что же собой представляет след в такой системе? Воздействие извне смещает равновесие в системе. Потому, в какую сторону от исходного состояния сме стился процесс, можно установить характер воздействия. Таким образом, от ражение внешнего воздействия выражается в смещении равновесия в систе ме.

Е.Р. Российская пишет: «Переход... системы от одного состояния рав новесия к другому называется смещением (сдвигом) химического равнове сия. Направление смещения химического равновесия определяется принци пом Ле-Шаталье - принципом подвижного равновесия, который гласит: если на систему, находящуюся в равновесии, производится какое-либо внешнее воздействие, то оно благоприятствует протеканию той из двух противопо ложных реакций, которая ослабляет воздействие»''*'*.

Е.Р. Российская и СИ. Зернов предложили методику установления мо мента короткого замыкания - до начала пожара или в процессе пожара, осно ''"* Российская Е.Р. Основы естественнонаучных знаний для юристов. М.: Норма Инфора. 1999. С. 153. (600 с ).

ванную на принципе Лье-Шаталье. Они рассмотрели химические реакции в проводнике тока, выражающиеся во взаимодействии окислов меди продуктов неполного сгорания. В результате было установлено, что «при вторичных ко ротких замыканиях (в ходе развития пожара), которые являются не причиной пожара, а его следствием, содержание окисных фаз в отстоящем участке зна чительно выше, чем в оплавленном. Данная методика диагностики аварий ных режимов в кабельных изделиях уже много лет с успехом применяется в „ „ пожарно-техническои и элекротехническои экспертизе».

Таким образом, для установления причины короткого замыкания ис пользуется именно процесс оплавления проводника тока. Следовосприни мающим является в данном случае, прежде всего, процесс, лишь затем харак теристики протекания оплавления фиксируются в количестве окисных фаз.

Обратим внимание на то, что особенности следообразования в данном случае определяются принципом Лье-Шталье. В системе. превалируют те процессы, которые ослабляют разрущающее воздействие на систему извне.

Полагаем, что эта закономерность может быть отнесена и к системе, представленной системой деятельности. В качестве примера приведем ситуа цию, описанную Ф.В. Глазыриным, при разработке.проблемы изучения лич ности обвиняемого и тактики следственных действий. Автор пишет: «... сле дователем было установлено, что обвиняемый П. вел аморальный образ жиз ни, сожительствовал одновременно с несколькими женщинами, в том числе с К. Зная, что жена П. ревновала мужа к этой женщине, следователь использо вал это обстоятельство. Перед тем как вызвать жену П. на повторный допрос (ранее отрицавщую свою осведомленность о преступной деятельности му жа), следователь разложил на своем столе изъятые у П. фотографии К. Уви дев их, жена П. сразу же сообщила об известных ей фактах совершения пре ступлений ее мужем»'''^.

''*^ Российская Е.Р. Основы естественнонаучных знаний для юристов. М. Норма Инфора. 1999. С. 155. (600 с).

Глазырин Ф.В. Изучение личности обвиняемого и тактика следственных дейст вий. Свердловск, 1973. С. 133.

Две различные реакции жены при допросах определяются тем, что в ситуации, когда происходит два различных по направленности внутренних процесса — дать правдивые показания или отрицать свою осведомленность о преступной деятельности мужа, преобладает такой процесс, который умень шает разрушающее воздействие извне. На первых допросах воздействию подвергалась семья допрашиваемой, поэтому она стремилась, сохраняя ее, отрицать свою осведомленность. На последнем допросе воздействие было направлено на личность допрашиваемой - ее самоуважение. Стремясь сохра нить самоуважение, женщина сообщила об известных ей фактах.

Теоретическим основанием данного тактического приема может слу жить, по нашему мнению, принцип Лье-Шаталье, который говорит о том, что любое воздействие имеет противодействие системы, направленное на уменьшение этого действия. Поэтому «прямое» формулирование вопросов допроса часто оказывается неэффективным. Приведенный пример показыва ет, что закономерности психического отражения являются важными не толь ко для исследования субъективной стороны преступления, но и установления так называемых «идеальных» следов преступления - показаний свидетелей.

Очевидно, что модельное представление психических процессов в виде принципа Лье-Шаталье являются крайне упрощенным подходом к психиче ской деятельности субъекта. Тем не менее, с точки зрения теории следообра зования и криминалистической теории отражения данный принцип позволяет показать некоторые процессы, общие для возникновения следов в различных по сложности системах: механических и химических системах, представлен ных материальными объектами, с одной стороны, и, с другой, наиболее сложной системой - психикой субъекта преступной деятельности. Приведен ные нами примеры показывают, что и в весьма простых слёдовоспринимаю щих системах происходят внутренние для данного объекта процессы, кото рые затем развиваются в процессы психического отражения.

Поэтому отражение вовнутрь не является чем-то из ряда вон выходя щим для криминалистической теории отражения явлений. Перейдем к анали зу собственно нсихических нроцессов, рассматривая их с позиций кримина листической теории отражения.

Отражательная функция психических процессов подчеркивается не только представителями науки уголовного права, но и психологами. В то же время сама идея кибернетической регуляции деятельности человека с уча стием сознания базируется на более фундаментальном свойстве психики отражении.

В юридической психологии под сознанием понимают свойственную лишь человеку высшую форму отражения объективного мира, реализую шуюся в совокупности психических процессов.

В психологии указывается, что функция психики состоит в отражении свойств и связей действительности и регуляции на этой основе поведения и деятельности человека'''^. Л.Б. Ительсон считает, что психическая деятель ность заключается в отражении объективных свойств реальности, регули рующих поведение и дeятeльнocть'''^. Он же определяет психологию как нау ку об отражательной деятельности мозга, регулирующей поведение и дея тельность. В.А. Крутецкий пишет о том, что учение о происхождении и сущ ности психики развивается на основе теории отражения, согласно которой психика есть особое свойство особым образом организованной матери, за ключающееся в способности этой материи отражать окружающий мир'^^.

Однако автор подчеркивает, что в отличие от отражения, которое про исходит в неживой природе, психическое отражение осуществляется не пас сивно, а представляет собой активный процесс взаимодействия человека с окружающим миром, в деятельности человека'^'. Именно этот аспект - ак '""^ Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004. С. 41.

''*^ Ительсон Л.Б. Лекции по общей психологии. Мн. Харвест. «Издательство ACT».

2000. С. 21.

'''^ Там же.

'^° Крутецкий В.А. Психология. М.: Просвещеиие. 1980. С. 11.

'^' Там же. С. 12.

тивность сознания и не учитывается ранее приведенным принципом отраже ния вовнутрь - принципом Лье-Шаталье.

Психология выделяет в деятельности субъекта аспект активности, ко торый называет саморегуляцией деятельности'^^. М.И. Еникеев определяет психику человека, его сознание, как систему психической саморегуляции, основанной на социально сформированных категориях и ценностных ориен тациях'^''. Речь идет о том, что виновность субъекта определяется его актив ностью - возможность управления собственным поведением. Субъект обла дает сознанием, тем самым он не может быть отнесен к системам, подобным химическим, у которых нет выбора - на определенное воздействие лишь одна единственная реакция.

Ряд авторов, раскрывая сущность сознания, ставят на первое место ме ханизм, с помощью которого осуществляется такая регуляция. Так, А.В. Пет ровский, А.В. Брушлинский, В.П. Зинченко видят сущность сознания в том, что «отношение к среде в сознании человека оказывается опосредованным идеальными ее отражением, которое практически осуществляется в язы '^^. А.Н. Леонтьев считал психологию наукой о психическом отражении реальности, которое опосредует жизнь индивидов'^^. Выделение наукой про цессов саморегуляции и превращение их в предмет самостоятельного иссле дования и стало основой зарождения психологической науки. Механизмы саморегуляции в этой науке были обозначены понятием «внутренняя дея тельность», которая все же осталась свернутой и погруженной вовнутрь (ин V.4 " териоризированнои) внешней деятельности.

'^^ Боуэп М. Духовность и личиостно-центрированный подход // Гуманистическая и трансперсональная психология. Хрестоматия, /составитель К.В. Сельченок. Ми. Харвест.

М.АСТ,2000. С. 161.

'^^ Епикеев М.И. Основы общей и юридической психологии. М.: Юристь. 1996. С.

51.

'''' Общая психология /Под ред. А.В. Петровского. 3-е изд. М.: Просвещепие. 1986.

С. 31.

'^^ Леонтьев А.Н. Деятельность. Созпапие. Личность. М.: Политиздат. 1977. С. 12.

'^^ Гальперин П.Я. Психология как объективная наука. Избранные психологические труды. Воронеж. 1998. С. 289. Леонтьев А.П. Проблемы развития психики. М.: Изд-во МГУ. 1981. С. 392-394;

396.

Поэтому закономерно, что термин «внутренняя деятельность» и в юри дических науках носле его заимствования из психологии имеет значение процессов регуляции (точнее саморегуляции) преступного поведения или преступной деятельности. Возникает новый термин — психическая (внутрен няя) деятельность, с помощью которого выделяется особая сторона в меха низме преступления. Так 3.3. Зинатуллин справедливо отмечает, что обстоя тельства, перечисленные в ряде статей УПК РФ (например, ст. 73, 421, 434 и другие), обязывают восстановить в каждом конкретном случае картину «со вершенного преступления во всех его проявлениях, в том числе познания внешнего и внутреннего механизма преступления»''^^. Употребленный авто ром термин «внутренней механизм преступления», с нашей точки зрения, полностью соответствует уголовно-правовым представлениям о наличии в преступлении субъективной стороны преступления.

Правильный образ соотношения внутренней (психической) и внешней (предметной) деятельностей приводит Б.С. Братусь, рассматривая цепь ука занных деятельностей, которые «сами себя порождают, не имеют другого на чала, кроме как в самих себе, не имеют как в ленте Мебиуса, четко выражен ного внешнего и внутреннего, внешнее и внутреннее плавно переходят одно в другое»'^^. Образ ленты Мебиуса для соотношения внешней и внутренней деятельности нам кажется наиболее точным, поскольку отражает одновре менно и целостность преступной деятельности, и переходы субъективного и объективного в ней.

Образ ленты Мебиуса соответствует и отношению интеллектуального и волевого элементов вины. В содержательном отношении такой же позиции придерживается А.И. Плотников, который пишет: «Прежде всего, следует напомнить, что выделение в умысле интеллектуального и волевого моментов является формально-логическим, а не сущностным. Иными словами, это по '^' Зипатуллип 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск. 2003. С. 204.

'^^ Братусь Б.С. Оныт обоснования гуманитарной психологии // Гуманистическая и трансперсональная психология. Хрестоматия, /составитель К.В. Сельченок. Мн. Харвест.

М. ACT, 2000. С. 54-70.

знавательный прием, облегчающий уяснение содержания умысла, поэтапное проникновение в него, искажающий в известном смысле единую психологи ческую реальность разрывом на якобы две составляющие. Интеллектуальное выражает образ какого-либо явления, а волевое — внутреннее отношение к этому образу, его оценку. Интеллектуальное является мыслимой предпосыл кой оценки. Оценка баз интеллектуального невозможна. Интеллектуальное без оценки бессмысленно. В реальности интеллектуальное и волевое пред ставляют единую ткань психического акта».

Итак, можно констатировать тот факт, что функция, которая отводится в науке уголовного права субъективной стороне преступления и в науке уго ловного процесса категориям вина и формы вины, совпадает с содержанием и функцией основных категорий психологической науки, через которые рас крывается психологическая теория вины. Предметом психологии как науки является исследование соответствующих субъективной стороне преступле ния объективных закономерностей отражения. Рассматриваемые психологи ей закономерности отражения объективно существуют и могут быть по сво ему содержанию сведены к следующим положениям.

Во-первых, психические процессы представляют собой только опреде ленную часть деятельности субъекта, выделенную из целостного системного образования, но получившую в силу своей важности и специфичности собст венное название: «внутренняя» или «психическая» деятельность. Критерием, на основании которого производится выделение из целого этой части дея тельности в самостоятельную внутреннюю деятельность, является функция управления поведением (внешней предметной деятельностью) субъекта.

Во-вторых, основой для выделения психических процессов в систему управления является фундаментальное свойство природы - свойство отраже ния. Особенностью психического отражения является то, что оно осуществ ляется внутри психики субъекта. Таким образом, если рассматривать направ '^^ Плотников А.И. Объективное и субъективное в уголовном праве (оценка престу нления по юридическим признакам). Оренбург. Издательский центр ОГАУ. 1997. С. 86-87.

(140 с.) ленность процесса психического отражения, то по своей природе он является отражением вовнутрь. Отражение вовнутрь и является тем.психическим от ражением, которое осуществляет субъект для ориентировки в окружающей среде и управления своим поведением.

Наконец, в-третьих, последним из положений, которые следует привес ти, является то, что процесс отражения вовнутрь, если его рассматривать с точки зрения механизмов управления поведением, то есть в прикладном, уз ком смысле, представляет собой обратную связь в контуре управления, кото рая образуется между внещней и внутренней деятельностью.

С точки зрения диссертанта, криминалистика оставляет без внимания существенный объем закономерностей отражения, представляющих собой психическое отражение. Причиной этого является то, что криминалистиче ская теория отражения развивалась как теория об отражении преступления вовне. Однако признаки состава преступления, выделяющие ее субъектив ную сторону, требуют исследования особого вида, отражения - отражения вовнутрь. Этим обусловлен тот факт, что в теории криминалистики на дан ный момент времени еще не разработаны теоретические положения, на осно ве которых можно было бы базировать разработку методов криминалистиче ского исследования тех закономерностей преступной деятельности, которые подлежат познанию при установлении субъективной сторонь1 преступления.

Нельзя сказать, что кроме диссертанта в криминалистике никто не от мечал этой проблемы. Понимал наличие этого теоретического пробела Р.С.

Белкин и попытался исправить положение путем введения криминалистиче ской категории «образ», рассматривая последний в качестве идеального сле да. Идеальный след представляет собой психическую деятельность субъекта, являющегося его носителем. Однако такое смещение акцентов тут же приво дит к полному исключению из криминалистического анализа проблем уста новления субъективной стороны преступления. Исследование оказывается построенным все на том же основании - закономерностях отражения престу пления вовне. А отражение вовнутрь оказывается исключенным из научного анализа.

Так, например, О.Я. Баев отмечает, что «материальные следы преступ ления и криминалистические средства работы с ними изучаются криминали стической техникой;

идеальные — криминалистической тактикой и методикой расследования (исследования) отдельных видов и категорий преступле ний»'^°. Далее автор пишет: «следы преступления как криминалистически значимые отображения преступной деятельности можно классифицировать на два вида - материальные следы. К ним относятся «отпечатки» события на любых материальных объектах: предметах, документах, теле и (или) орга низме потерпевшего, обстановке события и т.д.;

- идеальные следы - отпе чатки события в сознании, памяти людей, совершивших преступление, и (или) к нему прикосновенных (например, укрыватели преступления и т.п.), потерпевших от преступления, очевидцев, других свидетелей и т.д.;

в связи с таким характером этих следов их еще именуют «интеллектуальными» или «памятными» следами»'^.

Далее автор переходит к обсуждению материальных следов, а данных об идеальных следах более не приводит, как не рассматривает он и механизм следообразования. Если бы автором было поставлена задача рассмотреть ме ханизм формирования идеальных следов, то в результате он пришел бы к теоретической проблеме отражения вовнутрь.

Предлагаемое нами разделение закономерностей отражения преступ ной деятельности на те, которые имеют направление вовне и те, которые на правлены вовнутрь, имеет суш,ественное значение для криминалистики. В публикациях различных авторов подчеркивается, что криминалистика бази руется на отражении преступлении вовне - в окружающей среде. Так, Н.П.

Яблоков и В.В. Крылов пишут: «событие преступления, как одно из матери альных явлений действительности... обладает свойством отображения своих Баев О.Я. Основы криминалистики: курс лекций. М.: Экзамен. 2001. С. 57.

Там же.

характерных черт в окружающей его среде...»'^^, а Н.П. Яблоков внес термин «отображение вовне» в название одного из параграфов учебника'^^. А.Р. Бел кин употребляет термин «вовне» при анализе закономерностей отражения ЛИЧНОСТИ.

Очевидно, что использование термина отражение преступной деятель ности «вовне», предполагает и подразумевает наличие противоположного по своему направлению механизма отражения — отражения «вовнутрь». Однако озвучивание этой проблемы в публикациях по криминалистике не встречает ся. В результате закономерности отражения вовнутрь, лежащие в основе по нятий уголовного и уголовно-процессуального права «субъективная сторона преступления», «форма вины» и ряда других, остаются в криминалистике практически не разработанными.

В качестве одной из причин, приведших к наличию теоретического пробела в криминалистической теории отражения в отношении отражения вовнутрь, может быть факт недостаточной разработанности в качестве кри миналистических методов кибернетического метода моделирования. По скольку психические процессы являются системой управления поведением, то они должны быть представлены в модели преступной деятельности конту ром управления - контуром, содержащим обратную связь. Таким образом, общие представления об отражении вовнутрь могут быть выражены более конкретной кибернетической моделью. Этот вопрос изложен в следующей части данного параграфа.

Психическое отражение и его кибериетическое моделирование.

Психическое отражение рассматривается нами в виде отражения во внутрь, а в качестве основы модельного представления избран контур с об ратной связью. Тем самым, использование кибернетического подхода позво '^^ Яблоков Н.П., Крылов В.В. Информационно-структурные основы криминалисти ческого изучения преступной деятельности и ее расследования // Криминалистка. Учеб ник. Отв. ред. Н.П. Яблоков. М.: Юристь. 2002. С. 27.

' " Там же. С. 36.

^ * Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. М.: НОРМА.

'• 1999. С. 31.

ляет решить две задачи: а) выразить в виде модели достаточно общие пред ставления о психическом отражении как отражении вовнутрь и, тем самым, приблизиться к возможности их использования в прикладных исследованиях;

б) связать субъективную сторону преступления с закономерностями управ ления, полагая, что именно последние правильно отображают суть проблемы, то есть верно отражают причины выделения в системе признаков преступле ния тех, которые указывают на субъективную сторону преступления.

Контур с обратной связью является базовым понятием кибернетики (рис. 4).Схематическое изображение контура с обратной связью можно найти в любом ученике по автоматическим системам управления.

УПРАВЛЯЮЩАЯ СИСТЕМА ВХОД ВЫХОД ОБЪЕКТ УПРАВЛЕНИЯ Рис. 4. Контур с обратной связью Смысл кибернетического подхода к объектам научного исследования заключается в том, что исследуемый объект разделяется на (рис. 4): а) управ ляющую систему;


б) объект управления;

в) управляющее воздействие управ ляющей системы на объект, приводящее к изменению поведения или свойств объекта;

г) обратной связи, на основании которой управляющая система по лучает сообщение о текущем состоянии объекта управления.

Контур обратной связи лежит в основе автоматического управления, позволяющего достичь поставленной цели путем использования неоднократ ного воздействия на объект управления. Таким образом, на входе (рис. 4) контура существуют два параметра: исходное состояние объекта и требуе мый результат (цель), фиксированный в системе управления. На выходе кон тура, в идеальном случае работы контура, состояние или свойства объекта совпадают с заданными управляющей системе параметрами результата.

Такой подход отличается от классических представлений о протекании преступной деятельности. Так, например, М.К. Каминский полагает, что пре ступная деятельность и механизм следообразования протекает следующим образом. Субъект преступной деятельности воздействует на материальный объект, находящийся в исходном состоянии (Ои). В результате такого воз действия происходит, как указывает автор, «преобразование состояния» объ екта, и последний переходит в свое конечное состояние (Ок). «... Реализация цели, — пишет М.К. Каминский, — осуществляется "только одним принципи альным образом, а именно путем воздействия различной природы на объект, вызывает (независимо от воли субъекта) преобразования его состояний от некоторого начального до строго определенного конечного состояния»'^^.

Автор понимает переход следовоспринимающего объекта - Ои в Ок как независящий от воли субъекта преступной деятельности. При анализе субъективной стороны преступления можно сказать, что предмет находится в исходном состоянии, что представляет собой «вход» для системы преступной деятельности. До реального преобразования объекта «на выходе» системы, его конечное предполагаемое состояние возникает -в виде цели в управляю щей системе. Эта цель, представляя собой ожидаемый конечный результат преобразования объекта, формирует предметную деятельность субъекта пре ступления таким образом, что бы в конечном итоге ожидаемое и реальное со стояние объекта совпали.

'^^ Толстолуцкий В.Ю., Каминский М.К. Компонентный состав преступной деятель ности. Криминалистика, криминология и судебные экспертизы. Вып. 2.. Ижевск. 1999. С.

4. (С. 4-9).

Следовательно, такое преобразование, которое указывает М.К. Камин ский, происходит вначале в голове субъекта преступления, а затем, реализу ется за счет предметной деятельности. Напомним положение К. Маркса: «мы предполагаем труд в такой форме, в которой он составляет исключительное достояние человека. Паук совершает операции, напоминающие операции ткача, и пчела постройкой своих восковых ячеек посрамляет некоторых лю дей - архитекторов. Но и самый плохой архитектор от наилучшей пчелы с самого начала отличается тем, что прежде чем строить ячейку из воска, он уже построил ее в своей голове. В конце процесса труда получается резуль тат, который уже в начале этого процесса имелся в представлении человека, т.е. идеально» ^. Следовательно, прежде чем субъекту преступной деятель ности осуществлять преобразование объекта, конечное состояние последнего должно быть предварительно «построено в его голове». Такой подход может быть представлен в виде модели, которая обеспечивает управление «по рас согласованию» (рис. 5). Как правило, указанные представления связывают с именем Н. Винера, который в 1948 году использовал термин кибернетика для обозначения новой науки'^^. Задача корректировки выполняемых действий с помощью контура обратной связи может быть представлена схематически (рис. 5). Обратная связь, корректирующая действие Действие и его результат (достигнутый г Ситуа- текущий результат) Разность между этало ция Вы ном и достигнутым ход (рассогласование) «Вход» к Требуемый результат (эталон) А Там же. с. 189.

Райнес Р.Л., Горяинов О.А Телеуправление. Изд. 2-е М.: Энергия. 1965. С. 18.

Рис. 5. Схема сравнения достигнутого и требуемого результатов действия и обратная связь, обеспечивающая управление по рассогласованию На рис. 5 показан механизм, с помощью которого происходит управле ние. В основе этого механизма лежит сравнение ожидаемого результата с ре ально достигнутым. При несовпадении результатов, называемом рассогласо вание цели и результата действия, осуществляется необходимая корректи ровка.

Самым важным моментом в приведенных рассуждениях является то, что коррекция поведения осуществляется целенаправленно только путем сравнения результата с целью. Отсюда возникает управленческая задача по подбору средств действия и операций в составе действия, позволяющие осу ществить: а) преобразование объекта;

б) операцию сравнения требуемого и текущего состояния объекта. Первые из указанных относятся к внешней дея тельности, вторые к внутренней деятельности субъекта преступления.

На этой основе можно предложить схематическое изображение кон цепции преступной деятельности, исходя из общих положений уголовного права о регулирующей функции психики (рис. 6).

отражение вовнутрь (психические, процессы) \ сознание (психика) преступная дея тельность материальная среда, в которой формируются следы преступле ния отражение во вне (следообразование) ПО Рис. 6. Психическое отражение выступает как регулятор преступного поведения Предложенная нами схема совпадает с положениями психологов и криминологов. Так, А.Н. Леонтьев включил кибернетические методы иссле дования в арсенал средств, позволяющих изучать психическую деятельность человека. Рассматривая проблему применения методов кибернетики в психо логии, он пишет: «...распространение в ней кибернетического подхода имеет иное научное оправдание. Ведь психология - это конкретная наука о возник новении и развитии отражения человеком реальности, которое происходит в его деятельности и которое, опосредуя ее, выполняет в ней реальную роль.

Со своей стороны кибернетика... позволяет ввести в изучение процессов от ражения количественные методы и этим обогащает учение об отражении как общем свойстве материи».

Что же представляет собой идеальное выражение в психике субъекта преступления конечного состояния преобразуемого объекту? В психологии этому соответствует три понятия: потребность, мотив и цель. Все три указан ных понятия взаимосвязаны между собой. За основу берется, как правило, потребность, из которой формируется мотив и, в последующем, цель дейст вия.

В ходе уголовно-правового исследования принципа субъективного вменения В.В. Лунеев приходит к следующему пониманию процесса форми рования мотивации преступного поведения. Он пишет: «В широком плане мотивация преступного поведения может быть определена как внутренний субъективный стержень (процесс) преступления, который включает в себя актуализацию потребности, формирование конкретного мотива, опредмечи вание мотива в цели, выбор путей достижения цели, предвидение и прогно зирование возможных последствий, принятие решения действовать, контроль Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. 1977. С. 53.

и коррекция совершаемых действии на основе действующего мотива и дру гие моменты»'^^.

Сравнивая перечисленные В.В. Луневым структурные элементы пре ступного поведения со схемой, приведенной на рис. 6, обнаруживаем не только полное соответствие, но и возможность конкретизировать с помощью модели те связи, без которых не возникает преступления, как целостной сис темы. При этом автором верно используется кибернетический подход при моделировании преступной деятельности.

Академик В.Н. Кудрявцев предложил модель преступного поведения и изобразил ее в виде графической схемы'''^. Целью создания модели автор из брал отображение динамики развития конкретного преступления. Им отме чается, что «используя... динамическую модель генезиса преступления, можно проследить, как формируется и осуществляется решимость человека на совершение преступления, при каких показателях силы и напряженности того или иного психического процесса преступная активность становится достаточно высоко вероятной или даже неизбежной... анализ этой динамики дает возможность прогпозировать поведение отдельных лиц... с точки зре ния возможного выбора или будущего поступка»'^'.

Диссертант разделяет позицию процитированного автора и считает, что динамическая характеристика преступления, которая для криминалистиче ских исследований точно определяется ранее указанным понятием «меха низм преступной деятельности», является одной из наиболее важных сторон как в раскрытии и расследовании преступления, так и в ходе уголовно правовой оценки деяния.

В процитированной работе В.Н. Кудрявцев приводит подробный ана лиз предложенных в литературе моделей преступления и преступного пове дения. Им рассматриваются криминологические модели преступного поведе '^^ Лунеев В.В. Субъективное вменение. М. Спарк. 2000. С. 62.

''° Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирова ния. Учеб. пособие. М. Форум-инфра-М. 1998. С. 33.

'^' Там же. С. 25.

ния, использованные в работах Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского, В.В.

Лунеева, Ю.М. Антоняна и Ю.Д. Блувштейна, О.А. Гаврилова, Г.Л. Аванесо ва, В.А. Леванского, В.А, Минаева, Д.О. Хан-Магомедова, С Е. Вицина, Б.В, Андреева, В.В. Панкратова и М.В. Самольяновой.

На основании обзора литературы автор приходит к выводу, что только с помощью включения в модель обратных связей появляется возможность адекватного модельного выражения реальных закономерностей развития преступного поведения. Однако указывает, что лишь в одной модели, пред ложенной Ю.М. Антоняном и Ю.Д. Блувштейном, авторы отказались от ли нейного изображения генезиса преступления и применили обратную связь, с целью отображения динамики индивидуального преступления'^^.


Рассмотренные выше психологические и уголовно-правовые модели имеют важное познавательное значение, но не могут быть без определенных изменений перенесены в криминалистику и использованы с целью решения рассматриваемой нами конкретной криминалистической задачи. Для того чтобы понять причины невозможности некритичного заимствования крими налисткой ранее указанных моделей, следует рассмотреть одну из фундамен тальных категорий криминалистики - категорию деятельности.

2.3. Место элементов субъективной стороны нреступления в кри миналистической модели нрестунной деятельности.

Деятельность как кримииалистическое ионятие. Наряду с категорий отражения, одной из наиболее фундаментальных категорий криминалистики является категория деятельности. Однако взаимосвязь этих категорий в об щей теории криминалистики еще мало исследована. * В механизме преступления Р.С. Белкин именно преступную деятель ность рассматривал в качестве предмета исследования криминалистики. Дис сертант разделяет мнение тех ученых, например, Н.П. Яблокова и Л.Д. Самы '^^ Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирова ния. Учеб. пособие. М.: Форум-инфра-М. 1998. С. 25.

^, В.Я. Колдина'^'*, М.К. Каминского'^^ А.Ф. Лубина'^^ и других авто ров, которые полагают, что категория преступной деятельности представляет собой одну из сторон двуединого предмета криминалистики, образованного преступной деятельностью и деятельностью по выявлению и расследованию преступлений.

М.К. Каминский правильно выделяет ряд методологических идей, на которых базируется современная криминалистика. Среди них автор отмечает, прежде всего, следующие категории: «отражение», «деятельность», «систем ность». Однако вслед за Р.С. Белкиным М.К. Каминский рассматривает в связи с категорий деятельности лишь отображение ее вовне, и понимает дея тельность как материальное явление, которое посредством закономерностей отражения в неживой природе отображается в следах преступления, которые в свою очередь отображаются субъектом деятельности по выявлению и рас следованию преступлений.

«В процессе раскрытия преступления, - указывает М.К. Каминский, отражается деятельность и отражается отражение деятельности, в силу чего и воссоздается в изоморфной модели минувшее деятельностное событие, назы ваемое преступлением»''^. Тем самым если и уделяется какое-либо внимание психическому отражению, то речь идет о субъекте деятельности по выявле нию и раскрытию преступлений, но не о субъекте преступной деятельности.

'^^ Самыгин Л.Д., Яблоков Н.П. Информационные основы расследования и крими налистическая характеристика преступления // Криминалистка. Учебник. Под ред. Н.П.

Яблокова. М.: БЕК. 1996. С. 34;

'^"^ Колдин В.Я., Яблоков П.П. Преступная деятельность и криминалистическая дея телность как двуединый объект криминалистического изучения // Криминалистка. Учеб ник. Под ред. П.П. Яблокова. М.: Юристь. 2000. С. 15.

'^^ Каминский М.К. Что есть, что может быть и чего быть не может для системы «Криминалистика» // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете сис темно-деятельностного подхода. Ижевск. 2001. Вып. 3. С. 5-16. Отметим, что М.К. Камин ский выделяет связь между обеими деятельностями в качестве основы определения пред мета криминалистики.

Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма пре ступной деятельности. Автореф. дисс.... док-раюрид. наук. Н. Новгород 1997. С. 25.

'^^ Каминский М.К. Что есть, что может быть и чего быть не может для системы «Криминалистика» // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете сис темно-деятельностного подхода. Ижевск. 2001. Вып. 3. С. 5-16.

Тем самым упускаются из вида закономерности преступной деятельности и протекающий в ее системе процесс отражения вовнутрь. Для анализа пре ступной деятельности категория отражения не используется, в результате че го оказываются вне теоретического анализа те стороны преступной деятель ности, которые соответствуют субъективной стороне преступления.

Анализируя взгляды таких ученых как Андреев И.С, Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Баев О.Я., Возфин И.А,, Петелин Б.Я., Самыгин Л.Д.'^^ с точки зрения выявления отношения двух категорий криминалистики «отражение» и «деятельность», можно нрийти к выводу, что отражение в криминалистике понимается только в качестве отражения преступной дея тельности вовне, в следах преступления. Но оно не включено в каком-либо виде, возможно, в качестве структурного элементк, в систему преступной деятельности.

Включение отражения вовнутрь в систему преступной деятельности в качестве самостоятельного структурного компонента, с нашей точки зрения, является возможным путем решения проблемы криминалистического иссле дования субъективной стороны преступления и тех «неуловимых» психиче ских процессов, которые обозначаются этим элементом состава преступле ния.

В то же время сложность описания такого объекта криминалистическо го исследования, каким является нреступная деятельность, потребовало фор мирования особого метода ее исследования, получившего название систем но-деятельностный подход.

^'^ Андреев И.С. и др. Курс криминалистики. Минск: Высшая школа, 2000, 335 с;

Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г. и др. Криминалистика. М.: Норма, 2004, с;

Баев О.Я. Криминалистика. Сборник задач и заданий. ПРИОР, 2001,176 с;

Возгрин И.А.

Введение в криминалистику: История, основы теории, библиография. М.: Юридический центр Пресс, 2003, 475 с. Возгрин И.А. и др. Криминалистика. Схемы и терминология.

СПб: ГУ МВД России, 2000, 152 с. Петелин, Б. Я. Криминалистическое обеспечение дока зывания вины обвиняемого //Правоведение. 1993. № 1. С. 106-111;

Самыгин Л.Д. Рассле дование престунлений как система деятельности. М.: Изд-во-МГУ. 1989. 180 с.

Системно-деятельпостпый подход. Рассматривая исторические ас пекты формирования деятельностного подхода, Р.С. Белкин справедливо указывал, что «деятельностный подход к объектам познания криминалисти ки, акцентируемый в работах М.К. Каминского, В.В. Клочкова, В.А, Образ цова и ряда других авторов.,., - это вовсе не некая «новая концепция дея тельностного подхода»... Об изучении преступной деятельности как объекта криминалистической науки писал еще Ганс Гросс, не говоря уже обо всех пионерах отечественной криминалистики».

Специфика объекта исследования криминалистики обусловила форми рование соответствующего научного инструментария, названного деятельно стным подходом. Системно-деятельностный подход попадает под определе ние, которое дают И.С. Андреев, Г.И. Грамович и И.И. Порубов, когда верно указывают, что учение о методах криминалистики представляет собой уче ние «об инструментарии, с помощью которого исследователь-криминалист 1 СП познает предмет науки». Однако этот подход еще не во всех учебниках по криминалистике включается в соответствующий раздел. Например, Н.Г. ТТТу рухнов, ориентируя свое учебное пособие на прикладные вопросы кримина tо I Л С И И, не включил деятельностный подход в число методов, которые ИТ К имеют существенное практическое значение.

Причиной этого, мы полагаем, может быть не только относительная но визна указанного подхода, но и то, что он занимает некоторое промежуточ ное положение между общими методами криминалистики и всеобщим мето дом криминалистики — диалектическим материализмом. Основным фактором недостаточного внимания к деятельностному подходу, по нашему мнению, является определенная недооценка того места и значения, которое он зани мает в общей теории криминалистики, в том числе в криминалистических теориях отражения и следообразования.

'^^ Белкин Р.С. Курс криминалистики. Закон и право. М. 2001. С. 91.

'^° И.С. Андреев, Г.И. Грамович и Н.И. Порубов. Криминалистика. Учеб. пособие.

Под ред Н.И. Порубова. Минск: Высшю шк. 1997. С. 11.

'^' Шурухнов Н.Г. Криминалистика. Учебное пособие. М.: Юристь. 2002. С. 8.

Как и в иных науках (например, в работе В.И. Крутова, И.М. Грушкова, В.В. Попова и др.'^^), в криминалистике выделяется три уровня методов.

Наиболее общий характер имеет диалектический метод, являющийся всеоб щим методом криминалистики. Затем идут общенаучные методы. К общим (общенаучным) методам криминалистики относятся: наблюдение, измере ние, описание, сравнение, эксперимент, моделирование, математические, ки бернетические и эвристические методы исследования. К третьей группе от носятся специальные методы криминалистики, в число которых входят, на пример, технико-криминалистические методы и др. Ряд авторов выделяет из всеобщего метода криминалистики подгруппу формально-логических мето дов'. При разработке частных криминалистических теорий они усматрива ют четыре уровня методов познания в криминалистике.

Проблема окончательного определения системы методов криминали стики не может считаться решенной, потому что наука развивается и тем са мым система общенаучных методов продолжает пополняться.

Одним из основных направлений развития деятельностного подхода в прикладном аспекте и приобретения им уровня конкретизации, сопоставимо го с методическими рекомендациями, является сочетание его с методом мо делирования.

Именно это направление получило в последнее время наибольшее раз витие и оценивается в качестве наиболее перспективного. Так, например, М.И. Александрова решает задачу создания структурно-функциональной мо дели преступной деятельности по легализации (отмыванию) доходов, полу '^^ В. И. Крутов, И. М. Грушко, В. В. Попов и др. Основы научных исследований.

Учебн. для техн. вузов. М., Высш. шк. 1989. С. 56.

'^^ Белкин Р. С. Курс криминалистики. 2001. С. 229.

'^"^ Криминалистика. Учебник. Под ред. Е.П. Ищенко. М.: Юристь. 2000. С. 24.

'^^ Шиикевич Н. Е. Актуальные проблемы криминалистической виктимологии. Ав тореф. дисс.... канд. юрид. наук. Челябинск. 2004. С. 16.

'^^ Криминалистика. Учебник. Под ред. Е.П. Ищенко. М.: Юристъ. 2000. С. 24.

ченных преступным путем'^^. Предлагаемая автором модель изображается в виде схемы.

В 80-х и 90-х годах XX века деятельностный подход являлся основопо лагающим инструментом научных исследований ряда научных школ отече ственных криминалистов (г. Н. Новгород, а затем и г. Ижевск). Отметим ра 1RR I КО боты Е.С. Лехановой, К.Н. Ивенина, в которых указывается, что форми рование криминалистической модели преступной деятельности является не обходимым условием для создания частных криминалистических методик, позволяющих концентрировать «внимание на более «тонких» различиях пре ступной деятельности, более точно разграничивающих сходные по образу Преступных действий, но разные по субъективной стороне (умыслу) преступ лeния»'^^. Этот вывод подтверждается современной работой А.А. Беляко вa'^^.

Одним из исследований, обеспечивших дальнейшее развитие деятель ностного подхода, стала докторская диссертация А.Ф. Лубина. Предметом научного исследования автора явились теоретико-методологические законо мерности построения исследовательской модели механизма преступной дея тельности. Он пишет: «механизм преступной деятельности как особая кри миналистическая категория позволяет корректно развести смежные понятия:

преступная деятельность;

способ совершения действий;

криминалистическая " характеристика преступлении».

'^^ Александрова М.И. Некоторые теоретические аспекты формирования структурно функциональной модели преступной деятельности по легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете системно-деятельностного подхода. Вып. IV. Ижевск. 2003. С. 17-30.

'^^ Лехапова Е. С. Криминалистический анализ учетного процесса в методике вьив ления и расследования преступлений. Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. Н. Новогород.

1996.

'^^ Ивенин К. Н. Выявление и расследование преступлений, связанных с искажения ми отчетности, в условиях перехода к рыночным отношениям. Автореф. дисс.... канд.

юрид. наук. Н. Новгород. 1993. С. 8.

'^°Тамже. С. 12.

'^' Беляков А.А. Криминалистическое взрывоведение: йроблемы теории и нрактики.

Красноярск. Универс. 2003. С. 95.

^^^ Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма нре ступной деятельности. Автореф. дисс.... док-ра юрид. наук. Н. Новгород, 1997. С. 25.

Излагая деятельностный подход автор исследует историю возникнове ния понятия «преступная деятельность». Он отмечает, что в конце XIX и в начале XX века понятие «преступная деятельность» было в ходу среди евро пейских юристов. Г. Ван-Гаммель, А. Прэнс, Ф. фон Лист сформулировали положение о том, что преступление - это лишь государственная и правовая оценка содеянного. Преступление - понятие только юридическое. Не оно должно в первую очередь занимать умы криминалистов, указывает Лакас саль. Далее А.Ф. Лубин пишет: «Собственно, на волне французской («лион ской») социологической школы термин «преступная деятельность» вошел в научный оборот. Если таковой термин применялся, то это означало, что речь шла не о преступлении, как юридическом понятии, а о человеческом прояв лении, в основе которого были два фактора: объективный и субъективный.

Эти факторы и «дают равнодействующую - преступную деятельность»'^•'.

Можно согласиться с тем, в человеческой деятельности выделяются объективный и субъективный аспект. Однако не совсем понятен ход мысли А.Ф. Лубина в отношении того, как эти аспекты могут дать в качестве своей равнодействующей преступную деятельность как юридическое понятие. Нам кажется, что более верна выше сформулированная нами позиция о том, что юридическая оценка является еще одной стороной, с которой дополнительно следует исследовать этот особенный вид деятельности.

Рассматривая современную криминалистику и позиции современных авторов через призму истории данного понятия, А.Ф. Лубин указывает, что предметная деятельность и есть то «криминалистическое» понятие преступ ления, на чем настаивают современные криминалисты, к которым он относит Г.А. Густова, М.К. Каминского, В.А. Образцова'^^.

Для того чтобы криминалистика могла создать модель преступной дея тельности (и деятельности по выявлению и расследованию преступлений), приходится выделять в понятии преступления собственно криминалистиче Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма пре ступной деятельпости. Автореф. дисс.... док-ра юрид. наук. Н. Новгород, 1997. С. 25.

'^'' Там же.

скую часть, и в этом существенная особенность криминалистического на правления развития деятельностного подхода, - полагает автор. К такой точке зрения склоняются и некоторые другие исследователи. Так, например, В.А.

Образцов и Н.В. Кручинина выделяют правоведческую и следоведческую / стороны деятельности субъектов уголовного преследования.

Под руководством профессора М.К. Каминского за последнее десяти летие была создана научная криминалистическая школа в г. Ижевске. Одним из научных инструментов этой школы стал системно-деятельностный. В рамках этой школы С.Н. Иванов привел «модельное описание преступной деятельности, осуществляемой организованными преступными группами вымогателей», ставшее основой предложенных им рекомендаций по преодо лению противодействия расследованию вымогательств.

Н.В. Матушкина предложила криминалистическую модель преступной деятельности по уклонению от уплаты налогов и ее использование в целях выявления и раскрытия преступлений этого вида'^^. Среди криминалистиче ских работ, в которых системно-деятельностный подход был успешно при менен, следует отметить также кандидатские диссертации Н.И. Вытовтовой, A.M. Каминского, М.И. Умарова, Г.А. Шкляевой, И.И. Рожкова, Г.Г. Кама ловой, А.В. Щербакова. На основе этих исследований развитие системно деятельностного подхода получило в диссертациях, выполненных под руко водством профессора В.Ю. Толстолуцкого, в том числе работы Э.Г. Хомяко ва, В.В. Городилова, К.В. Соснина, А.Р. Усиевич. Однако в область интере сов перечисленных исследователей не попали проблемы отражения вовнутрь, являющиеся основой для криминалистического анализа субъективной сторо ны преступления.

'^^ Кручинина Н.В. Основы криминалистического учения о проверке достоверности уголовио-релеваитной ииформации. Автореф. днсс.... док-раюрид. наук. М. 2003. С. 13.

'^^ Иванов С.Н. Организационные и тактические проблемы расследования вымога тельств, совершенных преступными группами. Автореф. дисс.... канд. юрид. наук.

Ижевск. 1996. С. 7.

'^^ Матушкина Н.В. Криминалистическая модель преступной деятельности по укло нению от уплаты налогов и ее использование в целях выявления и раскрытия преступле ний этого вида. Автореф. дисс.... канд. юрид. наук. Ижевск. 1997.

K.A. Корсаков и Е.Б Серова понимают под криминалистической моде лью следующее: «Криминалистическая модель - это искусственная система, воспроизводящая с той или иной степенью сходства исследуемый в сфере уголовного судопроизводства объект (криминал), изучение которого позво ляет получать новые знания об оригинале, необходимые для решения задач правосудия и управления профессиональной деятельностью участников про При создании модели преступной деятельности главным вопросом яв ляется «не столько набор элементов и их параметров, сколько наличие отсутствие между ними закономерной взаимосвязи».

Одним из пионеров деятельностного подхода является М.К. Камин ский, предложивший компонентную структуру преступной деятельности (рис. 6), в которой сведены в единую систему потребность, мотив, цель, зада чи, результат, объект деятельности, действия и операции. Главным достоин ством схемы является указание связей между компонентами преступной дея Схема М.К, Каминского требует пристального анализа, потому что бы ла использована соискателем для исследования структурных компонентов модели преступной деятельности с целью установления субъективной сторо ны преступления.

В левой половине схемы указаны такие компоненты, как потребность (По) и мотив (М). Мотив является опредмеченной (Пр - предмет, который удовлетворяет потребность субъекта деятельности) потребностью. Тем са мым в выборе предмета деятельности возникает проявление таких субъек '^^ Корсаков К.А. и Серова Е.Б. Метод моделирования в деятельности государствен ного обвинителя // Руководство для государственных обвинителей: криминалистический аспект деятельности /под ред. О.Н. Коршуновой. СПб.: Изд-во Юрид. центр Пресс. 2003.

С. 77.

'^^ Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма пре ступной деятельности. Автореф. дисс.... док-раюрид. наук. Н. Новгород 1997. С. 35.

^°° Толстолуцкий В.Ю., Каминский М.К. Компопентный состав преступной деятель ности // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете системно деятельностпого подхода. Вып. 2. Ижевск. 1999. С. 4-9.

тивных компонентов как потребность и мотив. Поскольку мотив есть связь потребности с реальным предметом (предметом, выступающим еще пока в виде идеального отображения), то в объективной обстановке мотив форми рует цель действия. Все излагаемое автором согласуется с выше приведен ными нами представлениями других исследователей о субъективной состав ляющей преступной деятелыюсти.

Рассматривая цель в качестве компонента модели, мы переходим к правой части схемы. С нашей точки зрения, правая часть схемы представляет собой структурное выражение одного из уровней деятельности - действия.

Такая трактовка модели подтверждается следующими данными. Согласно схеме, действие включает цель, задачи, результат, изменение объекта, систе му средств действия (технических и интеллектуальных), а также движения и операции. Все перечисленное как раз составляет структуру действия.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.