авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«ИЗ ФОНДОВ РОССИЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БИБЛИОТЕКИ Егоров, Сергей Николаевич Теоретические основы криминалистического ...»

-- [ Страница 4 ] --

Одной из задач моделирования является создание копии объекта оригинала, которая позволяет изучить отдельные стороны объекта познания и взаимосвязь этих сторон. Речь идет о прикладных моделях третьего типа, для которых важно отобразить наиболее полно моделируемь1й объект.

В то же время создание модели всегда процесс целенаправленный. Мо дель должна отображать лишь наиболее существенные с точки зрения целей исследования свойства оригинала. Тем самым она становится проще ориги нала, но именно за счет упрощения позволяет выделить в нем интересующие субъекта познания закономерности и представить их в «чистом» виде.

Таким образом, изменение цели создания модели необходимым обра зом приводит к определенному изменению структуры и отношений между компонентами самой модели. Без какого-либо видоизменения модели она не является средством научного инструментария для решения новой научной проблемы. В то же время модель должна сохранять в своей структуре уже познанные существенные стороны оригинала. Поэтому построение модели в частном научном исследовании, как правило, представляет собой дополнение определенными компонентами уже имеющихся моделей объекта- оригинала.

CP о оЦ R и СР СР м дв, операции, и t Где обозначены:

По - потребность;

Иср - интеллектуальные средства;

Пр - предмет;

Тср - технические средства М - мотив;

Он - исходное состояние объекта Ц - цель;

Ок - конечное состояние объекта Scp - средства;

3N - задача R - результат / - информация о субъекте деятельности, заключенная в конечном состоянии объекта Рис. 6. Схема компонентного состава преступной деятельности по М.К. Каминскому Приведенные основания послужили базой для использования предло женной М.К. Каминским модели преступной деятельности, а, соответствен но, и основных положений системно-деятельностного подхода в качестве средства создания модели, в которой учтены те есте.ственнонаучные стороны преступной деятельности, которые составляют основу субъективной стороны преступления.

С нашей точки зрения, схема М.К. Каминского важна тем, что она единственная в криминалистической литературе реализует структурный под ход к деятельности не только в отношении ее компонентов, но и, что наибо лее ценно, структурирует связи между ними.

Анализ криминалистической модели (рис. 6) показывает, что в своих компонентах она соответствует ряду моделей преступления, созданных в уголовном праве^°'. Состав и структура деятельности в криминалистике мно гократно подвергались исследованию. Этой проблеме посвящены работы Л.Д. Caмыгинa^"^ В.К. Лисиченко^'^^ Т.С. Волчецкой^"^ О.В. Чeлышeвoй^°^ В.А. Образцова^^^ и других авторов.

В то же время существенным положительным отличием модели М.К.

Каминского является наличие в ней контура с обратной связью. На рис. видна прямая и обратная связь между результатом й целью действия. Тем са мым автор делает шаг в сторону кибернетического подхода в моделировании.

Это позволяет выделить необходимые связи между структурными компонен тами модели, в том числе и теми, что представляют субъективную сторону преступления: потребность, мотив, цель, результат.

Можно прийти к выводу, что предложенная М.К. Каминским схема в сравнении с существующими в криминалистике моделями полнее и точнее отражает объективные закономерности механизма преступной деятельности, в том числе и в отношении субъективной стороны преступления.

Рассматривая некоторые упрощенные варианты этой схемы, мы пред лагаем модели, позволяющие отобразить ряд наиболее важных для нашего исследования сторон преступной деятельности.

Вынося на первое место соотношение между отображением вовнутрь (психическим отражением) и отражением вовне (следообразованием), можно предложить следующую схему (рис. 7), включающую контур с обратной свя зью. Схема, приведенная на рис. 7, иллюстрирует наиболее общие законо мерности преступной деятельности, сочетая в себе два вида отражения: во ^°' Лунеев В.В. Субъективное вменение. М. Спарк. 2000. С. 62.

'°^ Самыгии Л.Д. Расследование преступлений как система деятельности. М.: Изд-во МГУ. 1989. С. 11.

^^'^ Лисиченко В.К. Использование данных естественных и технических наук в след ственной и судебной практике. Киев: "Вища школа", 1979 С. 60.

^°'^ Волчецкая Т.С. Современные проблемы моделирования в криминалистике и следственпой практике: Учебное пособие Калининград: Калипингр. ун-т, 1997. С. 52.

^^^ Челышева, О.В. Место приемов и методов деятельности следователя в механизме расследования /О. В. Челышева.//Правоведение. 2003. JV21. С. 154-162., ^°^ Образцов В.А. Выявление и изобличение преступника. М.: Юристъ. 1997. С. 98.

внутрь и вовне. В основе предложенной модели лежит контур с обратной связью (рис. 7).

модель объективного мира результат отражения вовнутрь регуля (внутренняя деятельность) торная функция отраже психики ние во внутрь отражаемое - нреступная дея тельность субъекта (внешняя деятельность) отражение во вне отражение в следах Рис. 7. Закономерности отражения преступной деятельности вовне и вовнутрь Схема, представленная на рис. 7, показывает, что механизм отражения преступной деятельности в следах (вовне) содержит в себе результат отраже ния вовнутрь, поскольку психическое отражения является регулятором (управляющей системой) деятельности субъекта. Тем самым, не возникает необходимости отражения отдельно внешней деятельности и отражения внутренней деятельности, поскольку преступная деятельность едина.

Предложенная (рис. 7) схема требует пояснения, поскольку неясно, что представляет собой отображаемый объект. В криминалистике, как уже было указано, исследование закономерностей отражения преступления в следах подразумевает разделение акта отражения на следующие компоненты: а) «следообразующий» объект;

б) «следовоспринимающий» объект;

в) меха низм следообразования.

To, что мотивы, установки, цель находит свое выражение в предметной деятельности - факт известный. Однако криминалистике не известен меха низм формирования следов, обусловленный не особенностями следовоспри нимающего объекта или субъекта, а структурой и характеристикой следооб разующего объекта - действия. В связи с этим новым в теоретическом плане является вопрос о рассмотрении механизма следообразования через некото рые характеристики действия субъекта. Такой подход требует исследования действия как самостоятельного уровня преступной деятельности. Вместе этим возникает и необходимость разработки классификации преступного действия с точки зрения специфики следообразования.

2.4. Действие - как внешнее проявление элементов субъективной стороны преступления.

В структуре деятельности именно действие содержит обратную связь.

Без обратной связи не может реализоваться управляющая функция психики, под которой подразумевается субъективная сторона преступления. Для кри миналистики важно положение деятельностного подхода, заключающееся в том, что именно наличие прямой и обратной связи и создает действие как са мостоятельную структурную единицу деятельности.

Обратим внимание, что прямая и обратная свя^и, если их взять за осно ву действия, позволяют выделить важнейшие для нас при криминалистиче ском исследовании субъективной стороны преступления два структурных элемента действия: цель и результат. Если брать за основу цель действия, то ее «овеществление» в результате является прямой связью между ними. В то же время сложный результат действия не достигается одномоментно, а тре бует сравнения с поставленной целью. Такое сравнение представляет собой обратную связь между целью и результатом. Поэтому отметим, что киберне тическое моделирование преступного действия является необходимым мето дом криминалистического исследования.

в тоже время анализ структуры действия конкретизирует представле ния о механизмах психического отражения, которые составляют неотъемле мую часть механизма преступной деятельности. Использование контура с обратной связью позволяет целенаправленно моделировать закономерности психического отражения, учитывая фундаментальные положения уголовного права, касающиеся осознания или неосознания признаков состава преступле ния^°^. Этот аспект проблемы будет рассмотрен нами ниже.

Исследуем ряд теоретических положений деятельностного подхода, ка сающихся сложных отношений между двумя уровнями — деятельностью и действием.

А.Ф. Лубин приводит следующую структурную схему деятельности, выделяя в ней уровни формирования (рис. 8): деятельность, действие, опера ция Деятельность мотив Цель Действие..г Задача i "Г" Операция Условие Рис. 8. Система деятельности (по А.Ф. Лубину) В.Ю. Толстолуцкий и М.К. Каминский проанализировали схему, при веденную на рис. 8. Авторы отметили два момента. Во-первых, уровневая ^°^ Никифоров Б.С. Субъективная сторона в формальных преступлениях // Советское государство и право. 1971. №3. С. 116. См. также: Никифоров Б.С. Об умысле по дейст вующему законодательству // Советское государство и право. 1965. No6., Злобин Г.А., Ни кифоров Б.С. Умысел и его формы. М., 1972.

^"^ Схема приводится по работе: Толстолуцкий В.Ю,, Каминский М.К. Компонент ный состав преступной деятельности. Криминалистика, криминология и судебные экспер тизы. Вып. 2. Ижевск. 1999. С. 5. (С. 4-9).

архитектура преступной деятельности предложена А.Н. Леотьевым. Исполь зуя системно-структурный подход, А.Ф. Лубин изобразил связи графически, в виде схемы. Во-вторых, авторы пишут, что, сравнивая схемы, приведенные нами на рис. 6 и рис. 8, «при первом взгляде мы не обнаруживаем каких-либо особенных различий. Более того, имея один и тот же источник в работах А.Н.

Леонтьева, схемы как будь-то дублируют друг друга. На самом деле в них имеются различия фундаментального характера, и именно поэтому они не повторяют, а взаимодополняют друг друга. Прежде всего, различие заклю чаются в том, в схеме 2^°^ деятельность представлена как многоуровневый объект».

Для цели нашего исследования схема на рис..8 интересна следующим.

Если провести вертикальную черту в середине рисунка, то слева окажутся деятельность, действие, ситуация и операция, все они относятся к внешней деятельности. Справа на схеме располагаются: мотив, цель, задача, условие.

Перечисленные компоненты деятельности выступают в составе внутренней деятельности. Следовательно, данная схема является делением (анализом) системы деятельности одновременно по двум признакам. По вертикали она отражает уровневое строение деятельности, как системы с иерархическими связями. По горизонтали каждый уровень делится на то, что относится в нем к внешней деятельности (объективной стороне преступления) и к внутренней деятельности (субъективной стороне преступления).

Обратим внимание на те особенности познавательной ситуации, кото рые обусловлены решением задачи практического характера - установление признаков состава, относящихся к субъективной CTQpoHe преступления. Дело в том, что вся преступная деятельность рассматривается как заранее пред ставленная субъектом, в чем собственно и заключается критерий умышлен ности. Следовательно, реальное преступление рассматривается с весьма чет ^''^ Эта схема воспроизведена нами на рис. 8.

^'° Толстолуцкий В.Ю., Каминский М.К. Компонентный состав преступной деятель ности. Криминалистика, криминология и судебные экснертизы. Вын. 2. Ижевск. 1999. С.

5. (С. 4-9).

ко обозначенной позиции. Эта позиция заключается в том, что все деяние представляется как целесообразная деятельность субъекта преступления. Это единственно верная позиция в такой познавательной ситуации.

Следствием указанной позиции по отношению к реальному преступле нию является то, за основу исследования всего преступления берется умысел — то есть общая цель совершаемых действий. Обраш,аясь к структурным схе мам деятельности (рис. 6 и рис. 8), мы видим, что в центре внимания стано вится не деятельность, а иной уровень ее организации — действие. Действие оказывается единственным уровнем в системе деятельности, которое разви вается именно так, как описывают деяние признаки субъективной стороны преступления.

Отсюда вытекает вопрос: существует ли аналогичная точка зрения в литературе по деятельностному подходу? Просмотренная нами криминали стическая литература, в которой использован деятельностный подход, свиде тельствует о том, что все основные идеи почерпнуты криминалистикой из психологии. В этом проявляется прикладной характер этой науки — она не разрабатывает самостоятельно проблем, носящих общенаучный характер, а использует знания, полученные иными науками.

Мы обнаружили в литературе по психологии авторов, которые иссле довали деятельность именно в том ключе, который важен для нас — с позиции выделения действия как предмета исследования, через который рассматрива ется вся деятельность.

Отношение между деятельностью и действием, только в качестве уп рощения, рассматриваются как отношение целого (деятельности) и части (действия, комплекс действий). В тоже время это упрощенное представление (часть — целое) наиболее широко распространено в литературе^".

•^" Возгрин И.А., Сальникова В.П. и др. Криминалистика. Схемы и терминология.

Учебное пособие. Лексикон, 2001, 152 с ;

Возгрин И.А., Стеианов А.А. Основы методики и дидактики курса Криминалистика. Изд, 2002, 224 с. Волынский В.А. Криминалистиче ская техника. ЮНИТИ, 2000, 311 с ;

Гаврилин Ю.В., Шурухнов Н.Г. Криминалистика:

Методика расследования отдельных видов престунлений: Курс лекций. Книжный мир, 2004, 466 с. Зорин Г.А. Теоретические основы криминалистики. Амалфея, 2000, 416 с.

Исследование литературы, посвященной соотношению действия и дея тельности, дало неожиданные результаты. Оказалось, что ряд исследователей рассматривает действие как единственное реально существующее целое.

Именно в виде действия деятельность предстает как следообразующий объ ект в схеме акта отражения Р.С. Белкина. Случайно ли то, что великий кри миналист не отвел места в структурной деятельности, а взял за основу меха низма следообразования именно действие?

Позиция Р.С. Белкина верна и подтверждается следующим высказыва нием А.Н. Леонтьева. Человеческая деятельность, указывал автор, не суще ствует иначе как в форме действия и «если из деятельности мыслеиио вы честь осуществляющие ее действия, то от деятельности вообще ничего 212 -ш " * не останется». В криминалистической литературе встречаются редкие указания на то, что преступление, как правильно указал М.К. Каминский, может быть не только деятельностью, но и действием.

Л.С. Выготский, ставший одним из основоположников деятельностно го подхода в психологии, сформулировал научную позицию, согласно кото рой действие является тем предметом, который как раз и представляет собой объект исследования в деятельностном подходе^'''.

Взгляд на преступную деятельность через призму действия приводит к изменению смысла психологического понятия «мотив». На схемах мотив со ответствует уровню деятельности. Однако такая трактовка мотива с нашей точки зрения является односторонней. Все криминалисты ссылаются на по зицию А.Н. Леонтьева, который полагал, что в деятельностном подходе мо тив есть опредмеченная потребность. Это верно. Но мотив характеризует по требность тогда, когда мы исследуем уровень деятельности. В ситуации, ко гда следообразующим объектом является действие, мотив оборачивается Козловцев В.А., Маликов С В. Краткий курс криминалистики. Вопросы и ответы. Юрли тинформ, 2002, 224 с ;

Коршунова О.Н., Степанов А.А., ред.Курс криминалистики: В томах. Юридический центр Преес, 2004, 1889 с.

^'^ Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М. Политиздат. 1977. С. 104.

^ ^ Выготский Л.С. Психология развития как феномен культуры. М. Воронеж. 1996.

• ' С. 321.

другой стороной - он характеризует предмет действия, предмет преступной деятельности. Отсюда может быть понята классификация мотивов, исполь зуемая в уголовном судопроизводстве. Корыстный мотив, мотив ревности и другие мотивы, отображают именно характеристики предмета посягательст ва.

»

Нами предлагается рассматривать мотив как идеальную характеристи ка предмета посягательства. С точки зрения действия, мотив идеально выра жает свойства объекта, которые могут удовлетворить потребность субъекта.

Именно поэтому мотив опредмечивается в каждом действии^''* и, таким обра зом, возникает цель действия.

Если мы рассматриваем преступную деятельность с точки зрения предмета посягательства, то становится понятным, как именно мотив объе диняет в единую последовательность ряд действий - все они объединяется одним и тем же предметом. Цель и мотив не совпадают по своему содержа нию потому, что представляют собой разные идеальные компоненты единой криминальной ситуации. Предлагаемый нами подход к смыслу понятий по зволяет обнаружить интересный факт - отсутствует различие между право вым и психологическим пониманием понятий «мотив» и «цель».

А.Е. Меркушов рассмотрел пример, когда в описательной части приго вора, вынесенного Московским городским судом, отсутствовало изложение совершенного Медне убийства Л. и покушения на убийство А. с целью со крытия факта убийства Л. При этом судом не были указаны мотивы совер шенных Медне действий в отношении А.. В такой ситуации как раз обна руживается различие между целью и мотивом. Цель действий Медне в отно шении А. - убийство А. В тоже время мотивом является сокрытие факта убийства Л. Таким образом, мотив связывает два действия, в обоих из кото рых ставится цель - лишение жизни другого человека.

^''^ Приведенное теоретическое положение сформулировал А.Н.'Леонтьев и мы его разделяем.

^'^ Меркушов А.Е. Некоторые воиросы кассационной практики по уголовным делам Верховного суда РФ // Бюлл. Верх. Суда РФ. 1997, К°9. С. 20-24.

Фактически, второе действие является продолжением первого (вытека ет из него) и составляет одно с ним продолженное во времени действие. Для объединения этих действий используется термин «преступная деятельность».

Разделение конкретной преступной деятельности на два действия обусловле но различием в объектах, на которые осуществляется воздействие преступ ника — организма потерпевших Л. и А.

Одновременно в приведенном примере можно проследить и механизм возникновения умысла на совершение убийства А. Умысел выражается в ви де особой «сверхцели» - сокрытия факта убийства Л. Этот механизм, по на шему мнению, раскрывает процесс формирования преступного мотива.

Предлагаемый нами подход позволяет понять причины ошибок в опре делении мотива. В ниже приведенном примере одно действие Карякина, вы разившееся в избиении Карякиным бывшей жены и его угрозе ножом (угроза убийством), рассматривалось изолированно от иных действий, образующих преступную деятельность. По этой же причине судом не был установлен мо тив ревности в уголовном деле.

Судебная коллегия по уголовным делам Верхорного Суда РФ 13 февра ля 1997 г. удовлетворила протест прокурора по следующим основаниям.

Президиум Самарского областного суда, оставляя без удовлетворения про тест прокурора области, в нарушение требований ст. 351 УПК РСФСР, не привел оснований, по которым доводы протеста признал неправильными или несущественными, фактически сослался лишь на показания потерпевшей.

Из показаний Карякина в суде отношения между ним и его бывшей же ной (Карякиной) были неприязненные. 17 сентября 1994 г. они поссорились.

Потерпевшая Карякина показала, что с Карякиным и несовершеннолетней дочерью от брака с ним она проживала в одном доме. Между ней и бывшим мужем происходили ссоры, он нередко избивал ее. Свидетели Безгина (сест ра Карякина) и Савельева (его племянница) подтвердили, что Карякин и его бывшая жена жили плохо.

Таким образом, из материалов дела видно, что отношения между Каря киным и Карякиной на протяжении длительного времени носили неприяз ненный характер. Хотя брак между ними официально расторгнут, они факти чески жили одной семьей. При таких обстоятельствах вывод суда о том, что Карякин действовал беспричинно, из хулиганских побуждений, а не из лич ной неприязни, противоречит материалам дела. Об этом свидетельствовали и действия Карякина, совершенные против бывшей жены. В деле отсутствуют сведения о нарушении им общественного порядка. С его слов, во время ссо ры с Карякиной на личном огороде кроме них находились его сестра и пле мянница, других граждан не было.

Как показали Карякина, Безгина и Савельева, действия Карякина были направлены против бывшей жены, остальных он нецензурно не оскорблял и телесных повреждений им не причинял. Согласно показаниям свидетеля По спеловой, она слышала, как Карякины скандалят, однако, не вмешивалась, решив, что они сами решат «семейные дела».

Таким образом, умысел Карякина был направлен не на нарушение обш;

е ственного порядка, а на выяснение отношений с бывшей женой, с которой он продолжал проживать совместно, хотя и относился к ней неприязненно. Как видно из материалов дела, у Карякина не было умысла на нарушение обш;

е ственного порядка. Он звал свою жену домой, чтобы разобраться с ней в личных отношениях, и лишь после того, как она отказалась, избил ее.

Доводы Карякина о том, что он избил жену из ревности, судом не опро вергнуты.

При таких обстоятельствах избиение Карякиным бывшей жены следова ло квалифицировать по ч. 1 ст. 112 УК РСФСР, как умышленное причинение легких телесных повреждений, повлекших кратковременное расстройство здоровья, а его угрозу ножом - по ст. 207 УК РСФСР (угроза убийством), по скольку потерпевшая воспринимала ее как реальную.

Приведенные положения и примеры важны для понимания некоторых пробелов в криминалистической теории отражения..Р.С. Белкин указывал: «в Определение СК Верх. Суда РФ от 13.02.97 //БВС РФ С. 18-19.

сложных связях участвуют в акте отражения и объект преступления, и мотив, и цель, и вина преступника^'^. К сожалению, механизма такого отражения ав тор не разработал.

Р.С. Белкин отмечал также, что объект преступления, как обществен ные отношения, на которые посягает преступник, репрезентируется в акте отражения действиями и предметом посягательства, субъективные же мо менты — только действиями (бездействием). Таким образом, - полагал автор, и «объект преступления, и субъективные элементы состава преступле ния участвуют в процессе возникновения изменений среды опосредованно: и через отражаемые и отражающие объекты, и через средства 6тpaжeния»^'^.

Процитированное положение Белкина точно указывает на то, что именно действие предстает в качестве непосредственно отображаемого объ екта из всех структурных уровней преступной деятельности. В то же время, согласно приведенному высказыванию, субъективные элементы состава пре ступления фиксируются в изменениях среды опосредованно. Как нами будет далее показано, в криминалистической теории отражения не учитывается возможность непосредственного отображения субъективной стороны пре ступления - мотивов, целей, задач - тех компонентов, которые относятся к внутренней стороне преступления.

Чаще всего научный анализ приводит авторов к идее о том, что непо средственно отображаемыми аспектами субъективной стороны преступления являются осознаваемые операции и средства действия. Такой подход (вер немся к иерархической структуре деятельности на рис. 8) является переходом на более низкий уровень исследования преступной деятельности. При этом свойства самого действия остаются неисследованными.

В.И. Шаров указал, что, с его точки зрения, наиболее перспективным в дальнейшем криминалистическом познании преступной деятельности явля ^'^ Белкин Р.С. Криминалистика: нроблемы сегодняшнего дня. М.: НОРМА. 2001. С.

54.

^'^ Выделено мной - С.Е..

^'^' Белкин Р.С. Криминалистика: нроблемы сегодняшнего дня. М.: НОРМА. 2001. С.

54.

ется исследование ее структуры на уровне операций, обеспечивающих спо соб выполнения действия. Автор пишет: «в криминалистических исследова ниях высказано предложение рассматривать деятельность преступника как последовательность операций, входящих в общий состав системы действий.

Понятно, что дальнейшее развитие этого положения должно предполагать, по крайней мере, два направления: выделение сущности операций, а также расположение этих элементарных операций в общей структуре преступной деятельности»^^^.

С нашей точки зрения, операции могут быть исследованы лишь в со ставе действия. А.Н. Леонтьев определяет операции следующим образом:

«...мы обозначаем этим термином совершенно определенное содержание деятельности: операции - это те способы, какими осуществляется дейст вие». Из этого положения однозначно вытекает тот факт, что суть опера ций составляет действие, а вот способ его выполнения может быть отнесен к операциям. Другими словами, выполнение операций и есть выполнение дей ствия. Следовательно, в центре криминалистического анализа вновь оказы ваются именно действия, а не деятельность и не операции.

Действие определяет и то, что соответствует уровню сознания. Субъек тивная сторона преступления ставит в основу рассмотрения преступной дея тельности факт осознанности своих действия и результатов. В связи с этим если говорить об операциях, то должна быть определена группа сознательно контролируемых операций.

В литературе по деятельностному подходу мы обнаружили анализ этой проблемы. Действительно, существует сознательней контролируемая группа ^^^, входящая в состав действия. Сознательные операции представ ^^° Шаров В. И. Формализация в криминалистике. Вопросы теории и методологии криминалистического исследования. Автореф. дисс.... док-ра юрид. наук. Н. Новгород.

2003. С. 44.

^^' Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат. 1977. С. 266.

^^^ Операции А.Н. Леонтьев разделяет па две группы: «сознательные операции», ко торые соответствуют задаче, и операции, представляющие собой автоматизм, поэтому ут ратившие пеобходимость контроля сознания за их выполнением.

ляют собой путь от цели к результату, связывают их между собой. Другими словами, это идеальное представление механизма преобразования того объ екта, на который осуществляется воздействие субъекта преступной деятель ности.

Примером осуществления сознательных операций может служить со вершение преступления Максимычевым и Бондаревым, которые 16 июня 2004 года около 20.00, оба в состоянии алкогольного опьянения, находясь в парке «Березовая роща» по ул. Авангардной г. Ижевска и увидев ранее не знакомого им потерпевшего Сотникова, достоверно зная, что при нем нахо дится сотовый телефон, вступили между собой в сговор на хищение чужого имущества. Действуя согласованно, по единому умыслу на хищение, Макси мычев и Бондарев подошли к Сотникову и потребовали от него передачи им сотового телефона. Получив отказ, Максимычев и Бондарев отвели Сотнико ва в безлюдное место, где снова потребовали у него передачи телефона, на что вновь получили отказ. Бондарев, действуя по единому умыслу с Макси мычевым, согласно отведенной ему роли в группе, нанес несколько ударов руками и ногами по голове и различным частям тела потерпевшего, а Мак симычев, сдавив рукой шею Сотникова, потребовал передачи телефона. Вос пользовавшись тем, что воля потерпевшего подавлена примененным ими на силием, Максимычев и Бондарев открыто, из корыстных побуждений похи тили у него сотовый телефон «Сименс А-50» стоимостью 2 310 рублей с чех лом стоимостью 220 рублей, а всего имущества на сумму 2 530 рублей, при чинив потерпевшей Сотниковой Е.В. материальный ущерб. С похищенным Максимычев и Бондарев с места происшествия скрылись, распорядившись чужим имуществом по своему усмотрению.

Приведенный пример показывает, что в момент обсуждения совмест ных действий по отбору телефона у субъектов преступной деятельности сформировался идеальный образ действия и тех операций, которые будут ис пользованы при его реализации. Операции заключались в нанесении ударов Архив Федерального суда Индустриального района г. Ижевска. Дело № 1-367-04.

по голове и различным частям тела с целью подавления сопротивления по страдавшего. Перечисленные операции относятся к группе осознаваемых. До совершения преступления действие было определено тем, что перечень включенных в него операций был предопределен и представлен в сознании в идеальном плане. Обратим внимание на то, что в такой идеальной форме представлено преобразование объекта воздействия из исходного состояния в конечное.

Пример показывает, каким именно образом можно криминалистиче скими средствами объективно установить операции, входящие в структуру действия минувшей преступной деятельности, и тем самым определить круг «оказываюш,егося в сознании». Этот подтверждает положение, что способы (операции), и в этом их особенность, - указывает Леонтьев, «отвечают не мо тиву и не цели действия, а тем условиям, в которых дана эта цель, т.е. задаче (задача и есть цель, данная в определенных условиях)»^^"*. Данное положение отображено на рис. 8.

Теоретический анализ системы понятий, таких как: ситуация, задача, условия, операция, способ выполнения действия и действие, является важ ным не только для совершенствования деятельностного подхода, но и быстро развивающегося в криминалистике ситуационного подхода. Эту часть про блемы мы рассмотрим в третье главе.

Разделяя мнение А.Н. Леонтьева о том, что задача и есть цель, данная в определенных условиях, мы приходим к пониманию криминалистического значения воссоздания объективных условий, в которых осуществлялась пре ступная деятельность. Ранее нами уже было отмечено, что, в конечном итоге, познание фактических обстоятельств выражается в «изоморфной модели преступной деятельности» (терминология М.К. Каминского). Однако важно и описание (воссоздание) условий, в которых преступная деятельность проте кала. В этом мы видим перспективы развития ситуационного подхода в кри миналистике.

Там же. С. 266.

с нашей точки зрения, именно потому, что конкретно существующие условия (криминальная ситуация) определяют способ, каким осуществляется преступное действие, становится возможным на основе этой взаимосвязи с необходимой степенью точности достигнуть «изоморфность» модели, уста новить операции и цели действия, основываясь на способе совершения пре ступления. Отметим, что, с нашей точки зрения, именно тут и обнаруживает ся связь между неуловимым субъективным содержанием сознания преступ ника и материальной стороьюй преступления. Указанная связь является базой для установления субъективной стороны преступления, по мере того как ре конструируется способ совершения преступления.

Не случайно существенное значение реконструкции обстановки пре ступления И.М. Лузгин придал в работе, посвященной моделированию при расследовании преступлений'^^^. Реконструкция обстановки представляет со бой первый и самый необходимый шаг в определении преступных целей и задач, посредством которых однозначно устанавливается и содержание соз нания субъекта преступной деятельности. При известных целях является ус тановленным актуально сознаваемое, при известных способах выполнения действий (выраженных в виде операций) является установленным то, что «оказывается осознанным».

Приведем в качестве примера преступление, в котором криминальная ситуация представляется с различных сторон. В приговоре излагается сле дующее. Во дворе дома между Деминым Д.А. и Деминым В.Ф. на почве лич ных неприязненных отношений возник конфликт, в ходе которого Демин Д.А. и Демин В.Ф. взаимно оскорбляли друг друга, после чего Демин В.Ф., желая прекратить конфликт выбежал со двора дома на улицу, и побежал в сторону трамвайной остановки «ул. Тимирязева», расположенной по ул. Ти мирязева г. Ижевска. Демин Д.А. выбежал вслед за Деминым В.Ф. со двора дома, догнал его около киоска аудиозаписи, и умышленно, с целью причине ^^^ Лузгип И. М. Моделирование при расследовании преступлений. М.: Юрид. лит.

1981. С. 152.

ния физической боли и телесных повреждений, нанес Демину В.Ф. один удар кулаком в область левого глаза, причинив ему сильную физическую боль и телесные повреждения. От удара у Демина В.Ф. побежала из носа и горла кровь. После этого Демин Д.А. свои действия прекратил. Своими преступ ными действиями Демин Д.А. причинил Демину В.Ф. согласно заключению судебно-медицинской экспертизы JT 10466 от 18 ноября 2003 года физиче s»

скую боль и телесные повреждения характера закрытого перелома левой ску ловой кости со смещением отломков;

кровоизлияния под слизистую век и белочную оболочку левого глазного яблока, которые причинили в совокуп ности средней тяжести вред здоровью по признаку длительности его рас стройства.

В тоже время подсудимый Демин Д.А. вину признал частично. Пока зал, что он находился в гостях у бабушки Деминой М.И., куда также пришел его дядя - Демин В.Ф, который, не проходя в дом, предложил ему извинить ся перед ним за ранее происшедший конфликт в 2002 году. Он возмутился, сказав, за что ему извинения. Демин В. попросил Демина Д. выйти на улицу, поговорить. Паходясь во дворе дома, дядя, ничего не говоря, нанес ему один удар ладонями обоих рук в область щек. Затем схватил его за ворот одежды и стал пытаться нанести ему еще удары. В это время из дома выбежали бабуш ка с его отцом - Деминым А.Ф., и вытолкнули Демина В. за ворота, на ули цу. Увидев, что их двое, Демин В. убежал в сторону трамвайной остановки «ул. Тимирязева» к киоску аудиозаписей. Он подошел к Демину В. и спросил его: «За что он его ударил?», на что Демин В. стал его оскорблять, назвав «сопляком», «нелюдью», при этом замахнулся на него. Подумав, что дядя со бирается его вновь ударить, он нанес дяде один удар кулаком в область лица.

От удара Демин В. не падал, на щеке у него образовалась опухоль. После че го они вместе прошли во двор дома, где он извинился перед Деминым В..

^^^ Архив Федерального еуда по Индустриальному району г. Ижёвека Дело № 1-413 03.

Различие в описании ситуации судом и обвиняемым показывает разли чие в субъективном отношении к конфликту. С точки зрения обвиняемого в конфликтной ситуации его действия рассматривались им как самооборона.

Отметим, что ни следствием, ни заш,итником эта общая версия события не рассматривалась. Основаниями для разработки версии по самообороне могли стать: во-первых, то, что обвиняемого уже ударили, во-вторых, продолжали оскорблять. На этом фоне замах дяди расценивался им как попытка вновь ударить, которую обвиняемый предотвратил опережаюш;

им ударом.

Приведенный пример показывает необходимость восстановления одно временно как структуры преступного действия, так и условий в которых оно производится. Мы пришли к позиции, суть которой заключается в том, что только исходя из анализа реальной криминальной ситуации, становится воз можным более полное установление структуры действия, осуш;

ествленного преступником.

Проведенный теоретический анализ структуры действия на уровне способов выполнения действия - то есть операций, был бы не полным без рассмотрения и следующего тезиса А.Н. Леонтьева. «Как правило, операции, т.е. способы действия, вырабатываются общественно и иногда оформляются в материальных средствах и орудиях действия. Так, например, в счетах кри сталлизованы, материально оформлены счетные операции, в пиле — операции распиливания, пиления и т.д. Поэтому большинство операций в деятельности человека являются результатом обучения, овладения... способами и средст вами действия».

Таким образом, для установления круга осознаваемых субъектом пре ступной деятельности явлений одним из необходимых условий является ус тановление или, в необходимых случаях, реконструкция использованного средства (орудия или оружия), с помощью которого было действие осущест влено. Причинение телесных повреждений посредством нанесения удара ^^^ Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознанне. Личность. М. Политиздат. 1977. С. 266 267.

представляет собой осознаваемую операцию. Приведенный пример показы вает, что перелом скуловой кости потерпевшего (Демина В.) произведен без применения какого-либо орудия или оружия. Скуловая кость имеет особенно прочную конструкцию. Поэтому переломы костей лицевого черепа как пра вило происходят в области нижней челюсти. Перелом скуловой кости от удара рукой является редчайшим исключением и свидетельствует о патоло гии костей лицевого черепа потерпевшего.

В связи с этим трудно согласиться с решением суда признать обвиняе мого виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 112 ч. УК РФ. Более верно квалифицировать деяние по ч. 3. ст. 118 УК РФ - причи нение средней тяжести вреда здоровью по неосторожности. Панося удар ру кой в область скуловой кости, обвиняемый не мог иметь умысел на перелом кости, в чем выразился вред здоровью, причиненный указанным действием.

С точки зрения ожидаемой субъектом преступной деятельности степе ни тяжести причиняемых им потерпевшему повреждений, в ходе психиче ской деятельности ставится определенная цель и осознается (с помош,ью об ратной связи или предвосхиш,ается) результат действия, достигаемый с по мощью этой операции - удара. Иная степень тяжести повреждений, пред ставляюш;

ая собой иную цель, ставится при использовании материального средства действия. Таким средством действия может быть орудие или ору жие, например, использование орудий - палки, кирпича, или оружия — касте та, финки.

Приведенные выше результаты анализа структуры действия позволили уточнить механизм преступной деятельности путем перехода от более высо кого уровня в системе деятельности — уровня действий, к более низкому уровню - уровню операций. Это позволило нам показать круг осознаваемых явлений на уровне действий и на уровне операций.

^ ^ Литвак А.С. Программированное обучение в судебной медицине. М.: Медицина.

•^ 1970. С. 94-95. (219 с.) ^^^ Аконов В.И. Судебная медицина в вонросах и ответах. Ростов-на-Дону. 1998. С.

234-235. (448 с ).

Для формирования полного перечня осознаваемых явлений (а именно осознание составляет основу принципа субъективного вменения) требуется перейти от центрального для нашего анализа - уровня действий на более вы сокий уровень - на уровень преступной деятельности.

Только на уровне преступной деятельности появляется преступный мо тив, который вместе с целью представляет собой факультативный признак субъективной стороны преступления. Укажем, что факультативность мотива и цели соответствуют указанной выше специфике механизма осознания. Как мотив, так и цель могут не представлять собой преступные мотив и цель, од нако, способ совершения действия, то есть те задачи, а также условия, в ко торых действует субъект и средства, которые он использует, осознаются им всегда. Поэтому юридическое понятие вины с точки зрения объективной ре альности, а именно, структуры преступной деятельности, представлено уров нем способов совершения действий, то есть, прежде всего, уровнем осознан ных операций.

ВЫВОДЫ.

1. Различие между теоретической и прикладными моделями пре ступной деятельности обусловлено различием их места в познавательной деятельности. Теоретическая модель является моделью познаваемого объек та, тогда как прикладные (информационные) модели выступают в качестве средства его познания.

2. Формирование теоретической модели преступной деятельности проведено в рамках системно-структурного подхода рядом криминалистов, среди которых выделяются работы В.А. Образцова, М.К. Каминского, В.Ф.

Дубина. М.К. Каминский предложил компонентную структуру преступной деятельности, в которой сведены в единую систему потребность, мотив, цель, задачи, результат, объект деятельности, действия и операции^^^. Недостатком модели является отсутствие учета в ней признаков состава преступления. По этому она не может быть непосредственно использована для разработки кри ^^^ Толстолуцкий В.Ю., Каминский М.К. Компонентный состав преступной деятель ности // Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете системно деятельностного подхода. Вып. 2. Ижевск. 1999. С. 4-9.

миналистических средств установления субъективной стороны преступле ния.

3. Приоритетной стороной в криминалистическом анализе являются закономерности следообразования, специфические для отражения в следах признаков субъективной стороны состава преступления. Поскольку отражае мым объектом является действие, то исследование механизмов следообразо вания требует выделения двух моментов: во-первых, что отражается, во вторых, как отражается. Первый момент требует преимущественно раскры тия структурных свойств действия, второй — в первую очередь - функцио нальных. Отметим, что субъективная сторона преступления представляет со бой преимущественно функциональный аспект реальной преступной дея тельности. Поэтому при ее установлении на первый план выходят функцио нальные закономерности разворачивания преступной деятельности в виде последовательности конкретных действий, а лишь затем — структурные.

4. Функциональные свойства действия представлены формами дей ствия: материальной, материализованной, речевой, перцептивной, мыслью.

Структурные представлены: объектом и предметом действия, целью и моти вом, сознательными операциями, средствами и результатом.

5. Как верно указал Р.С. Белкин в схеме акта отражения отражается не преступная деятельность, а действие. Поэтому признаки состава преступ ления конкретизируются в соответствующих им структурных и функцио нальных элементах действия. Этот факт во многом раскрывает особенности следообразования при отражении субъективной стороны преступления.

6. Структурно-функциональная модель действия (СФМД) имеет существенное значение для криминалистической теории отражения. Модель позволяет раскрыть две группы закономерностей: а) закономерности отраже ния вовне - в следах преступления;

б) закономерности отражения вовнутрь в психике субъекта преступления.

7. Психические процессы с точки зрения криминалистической тео рии отражения представляют собой механизм отражения вовнутрь. Наличие отражения вовнутрь обеспечивает субъекту преступления саморегуляцию своей деятельности, что и является естественнонаучной основой уголовно правовой оценки деяния с точки зрения вины.

8. Предложена криминалистическая модель отражения вовнутрь. В основу модели взят из кибернетики контур управления с обратной связью. В качестве объекта управления выступает преступная деятельность;

управ ляющей системы - психика (сознание) субъекта;

обратной связью, обеспечи вающей восприятие окружающего мира, выступает перцептивная форма дей ствия;

прямой связью является сама преступная деятельность, проявляющая ся вовне в следующих формах действия: материальной, материализованной, речевой.

9. Использование функционального подхода позволило показать, что речевая форма действия является специфическим механизмом отражения вовне субъективной стороны преступления. Находящиеся в сознании пре ступника мотивы и цели, желаемый результат, а также психическое отноше ние к своим действиям и их результату непосредственно выражается в речи лица, совершающего преступление. Поэтому произносимые в ходе соверше ния преступления слова представляют собой «речевые следы», которые фик сируются окружающими лицами или техническими средствами. А речь пред ставляет собой еще один «канал» передачи информации вовне о психической стороне деятельности субъекта преступления.

ГЛАВА 3. КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ ДЕЙСТВИЙ ПО ФОРМЕ И ЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРИ УСТАН0ВЛЕНР1И СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНР1Я 3.1. Понятие формы действия и его место в деятельностном подходе.

Рассмотренные выше характеристики действия приводили нас либо к необходимости анализа структурного состава его с точки зрения операций используемых средств, либо к его месту в структуре деятельности. В обоих вариантах, во-первых, использовался структурный подход к анализу пре ступной деятельности. Во-вторых, из поля зрения выпадало действие как са мостоятельный предмет исследования. В-третьих, упускалась из вида функ циональная сторона действия. Именно важность учета функциональной сто роны действия явилась причиной выделения содержания этой главы в само стоятельный раздел. В тоже время отметим, что функциональная сторона не отвергает, а дополняет структурный аспект анализа действия. Тем самым мы стремились к структурно-функциональному рассмотрению предмета нашего исследования - действия.

Исследование действия с точки зрения его формы целесообразно произ водить на основе выделения его структурных элементов. Л.Б. Ительсон пред лагает следующие структурные элементы действия: а) материальные усло вия, в которых выполняется действие;

б) объект и предмет действия;

в) цель;

г) конечный результат;

д) механизм сопоставления достигнутого результата с конечной целью действия;

и) канал обратной связи, позволяющий осуществ лять коррекцию выполнения действия;

к) операции, которые объединены це лью действия в определенную последовательность;

л) средства выполнения операций (средства действия);

м) способы действий и навыки.

А.Н. Леонтьев в основных чертах приводит подобную структуру дейст вия. Он указывает на различие между объектом и предметом действия: «ак ^ ^ Ительсон Л.Б. Лекции по общей психологии. Мн. Харвест. «Издательство ACT».

•' 2000. С. 208.

туально сознаваемым является лишь то содержание, которое выступает перед субъектом как предмет, на который непосредственно направлено то или иное его действие». Таким образом, действие с одним и тем же предметом мо жет приводить к различным осознаваемым его свойствам.

Охарактеризовав действие структурно, перейдем к исследованию его функциональных сторон. Формы действия - относительно новое для крими налистики понятие. Как закономерности объективной реальности формы действия были обнаружены известным отечественным психологом П,Я, Гальпериным, одним из основоположников деятельностного подхода в пси хологическои науке, Действие содержит в себе механизм отражения, - полагал П,Я, Гальпе рин, и с целью фиксации отдельных моментов акта отражения вовнутрь раз бил этот механизм на этапы, которые назвал формами действия. Дальнейшее исследование форм действия было проведено Н, Г, Салминой^^'*, Полагаем, что выделенные авторами формы действия как раз представляют собой этапы отражения вовнутрь.

Выделение функционального аспекта действия позволило П,Я, Гальпе рину раскрыть механизм формирования мысли. Его представления составили оригинальную теорию, признанную во всем мире - теорию поэтапного фор мирования умственных действий, В 1999 году за разработку и практическую реализацию этой теории П,Я, Гальперину (посмертно) и группе его учеников и последователей была присуждена Премия Президента РФ в области обра Пас интересует теория П,Я, Гальперина еще и.потому, что она позволя ет отследить различные формы действия - от идеальных, представленных ^^^ Леонтьев АН. Деятельность. Сознанне. Личность. М, 1977, С, 248, ^• Гальперин П.Я. Психологня как объективная наука. М.-Воронеж. 1998, С. 272.

^^ ^^'^ Н. Г. Салмина. Виды и функции материализации в обучении. Изд-во МГУ. 1981.

С. 7. • ^^^ Подольский А.и. Вступление // Лекции но нсихологнн. М.: Книжный дом «Уни версисте», Высш. школа. 2002. С. собственно мыслью, до материальных действий, выражающихся в изменении свойств и структуры материальных объектов.

«Отдельная мысль - как явление психологическое — представляет со бой ни что иное, как предметное действие, перенесенное во внутренний, ум ственный план, а затем ушедшее во внутреннюю речь»^^^, — писал П.Я. Галь перин. Такая позиция верна и показывает генетическое отношение «чисто»

психологических явлений с известным криминалистике предметным дейст вием. Именно предметное действие, преобразующее свойства объекта, рас сматривается в криминалистике в качестве следообразующего процесса. Од нако механизм преступной деятельности состоит не только из материальных действий. Это лишь одна функция действия, поэтому и было предложено ис следовать иные функции действия, приведшие к понятию форм действия. В криминалистике понятие форм действия использовано В.Ю. Толстолуцким с целью конкретизации представлений о механизме преступления^''^.

С позиций криминалистической теории отражения формы действия представляют собой перечень следообразующих взаимодействий субъекта со средой. Восстановление действия во всех его формах является практически важной задачей. Каждая форма оставляет свои особенные следы, поэтому пе речень следов, на основе установления которых можно раскрыть преступле ние, существенно расширяется. Анализ форм преступного действия в конеч ном итоге позволяет более точно реконструировать субъективную сторону совершенного преступления.

По форме действия классифицируются следующим образом.

Классификация действии по форме (формы действия):

1. Материальная форма — реальное преобразование материального объекта.

Эту форму действия указывают ряд авторов, раскрывающих механизм преступной деятельности. Так, например, М.К. Каминский указывает, что в Гальперин П.Я. Психология как объективная наука. М.-Воронеж. 1998. С. 272.

Толстолуцкий В.Ю, Криминалистическая информатика. Ижевск. 2003. С. 41.

ходе деятельности осуществляется преобразование объекта из исходного со стояния в конечное^'''^. Автор обозначает такое преобразование схематически в виде С-Ои-Ок отношения, в котором действие субъекта (обозначен — С) яв ляется материальным. Материальная форма действия лежит в основе меха низма образования материальных следов.

2. Материализованная форма — действие производится со знаком или создает знак. Знак используется с целью воздействия на другого субъекта.


Тем самым материализованная форма действия представляет собой ориентацию на субъект - субъектные отношения. Отношения между двумя субъектами всегда опосредованы знаком. Только на первый взгляд кажется, что между двумя субъектами происходит общение.непосредственно. На са мом деле общение всегда опосредовано знаками различных видов.

Знак может быть представлен специально созданными для этой цели объектами (рисунок) и явлениями (жест), либо нредметами, выполняющими функцию знака. Следы преступления также являются знаками. Обратим вни мание на то, что одно и тоже действие может иметь различные функции, то есть выступать в разных формах. Действие, которое с точки зрения субъекта преступной деятельности представлено в материальной форме как изменение материального объекта, имеет и другую функцию — оно является материали зованным потому, что для субъекта деятельности по выявлению и расследо ванию преступлений выступает как изменение материального объекта (фор мирование следа), то есть знака, указывающего на лицо, совершившее пре ступление.

3. Перцептивная форма - восприятие на психическом уровне (но не на уровне физиологической работы органов чувств). Только осуществление деятельности позволяет говорить психической стороне восприятия.

Результатом действия, когда оно представлено в виде перцептивной формы, является самоосознание и предвидение результата выполняемого Каминский М.К. Процедурная революция и криминалистика // Профессиональная деятельность адвоката как объект криминалистического исследования // Екатеринбург:

Чароид. 2002. С. 78.

действия. Действие выступает тут особой функцией - восприятием окру жающего мира и своей деятельности. В нашем исследовании эта форма дей ствия важна тем, что определяет содержание собственного сознания субъекта преступной деятельности. При этом результатом такого действия является, с одной стороны, восприятие внешних объектов и собственных действий, а с другой, - регуляция собственного поведения.

4. Речевая форма - действие может осуществляться в форме внешнего проговаривания или речи про себя. В первом случае действие направлено на другого человека, во втором - на самого себя, как правило, с целью саморе гуляции поведения.

5. Умственная форма - преобразование идеальных образов.

Выделение форм действия имеет значение для создания криминалисти ческой модели механизма преступления.

Рассмотрим на примере указанные выще формы действия.

Материальная форма действия. Функция этого действия заключается в преобразовании состояний материальных объектов. Например, 14 сентября 2004 года Пушин с целью кражи чужого имущества пришел в автокооператив «Орбита-2». Через имеющийся пролом в кирпичной стене гаража № 661 указанного автокооператива незаконно проник в гараж, откуда тайно из корыстных побуждений похитил 2 колеса от мотоцикла «Р1ж Юпитер-5» на сумму 660 рублей, принадлежавшие потерпевшим Баранову М.М. и Барановой Л.Н., причинив им материальный ущерб на указанную сумму. С похищенным Пущин с места происшествия скрылся, распорядившись чужим имуществом по своему усмотрению.

Преступник осуществил ряд действий в материальной форме: проникно вение в гараж, похищение (то есть перемещение) колес от мотоцикла, уход с места кражи и распоряжение колесами по своему усмотрению.

Архив Индустриального районного суда г.Ижевска. Дело №1-492-04.

Материально-материализованная форма действия.

Сочетание указанных форм действия встречается достаточно часто при манипулировании опасными для здоровья и жизни предметами — колюще режущим оружием, огнестрельным, взрывчатыми веществами, ядами и т.д.

Неосторожно причинение смерти или вреда здоровью возникает в ситуации, когда один и тот же предмет используется для реализации двух целей: мате риальной - как средство действия, и материализованной - как средство де монстрации субъектом неосторожного преступления своих возможностей.

В рассмотренном ниже преступлении ружье, являясь материальным объектом, использовалось в двух целях: а) похвастаться и б) напугать. Ос новная функция действия с ружьем - материализованная - определяет со держание сознаваемой части собственной деятельности. Поэтому тот факт, что ружье сохраняет свойство стрелять при его демонстрации другим, не яв ляется содержанием сознания субъекта преступной деятельности, хотя и должно являться. В рассматриваемом примере этот факт был установлен и повлек изменение квалификации деяния.

В Определения Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 13 июня 1995 г. указано, что надзорная инстанция, признав убийство совершенным по неосторожности, переквалифицировала действия осужденного со ст. 103 на ст. 106 УК РСФСР.

Рассмотрим криминалистическую модель преступной деятельности, на основе которой Боготольским районным народным судом Красноярского края Хороший осужден по ст. 103 УК РСФСР. Он признан виновным в умышленном убийстве Драко при следующих обстоятельствах.

21 января 1994 г. в двенадцатом часу ночи в доме Хорошего в г. Богото ле находились Бирюков, Вишняков, Петрова, Амельченко и Драко. Хороший стал оказывать знаки внимания Драко, с которой он находился в дружеских отношениях. Драко ответила ему, что ей это надоело, и села рядом с Бирюко вым, продолжая разговор. Хороший, видя, что его ухаживания отвергаются, с целью обратить на себя внимание принес из соседней комраты в разобран ном виде двухствольное охотничье ружье 12-го калибра, собрал его, зарядил ружье и из неприязни умышленно произвел выстрел в Драко. В результате выстрела нотерневшей причинены телесные повреждения в виде слепого ог нестрельного дробового ранения головы с множественными переломами кос тей основания черепа, что повлекло ее смерть.

Судебная коллегия по уголовным делам и Президиум Красноярского краевого суда приговор в отношении Хорошего оставили без изменения.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора суда и кассационного определения и отмене постанов ления Президиума краевого суда, переквалификации действий Хорошего со ст. 103 на ст. 106 УК РСФСР, считая, что убийство Драко было совершено им по неосторожности в результате преступно-небрежного обраш,ения с оружи ем.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 13 июня 1995 г. протест удовлетворила, указав следующее. Хороший вину в умыш ленном убийстве Драко не признал. В судебном заседании он пояснил, что решил похвастаться охотничьим ружьем 12-го калибра, достал и собрал его.

Кто-то из присутствовавших сказал, что ружье есть, а патронов нет. Тогда он взял два патрона 16-го калибра и зарядил ружье. Курки ружья взводятся ав томатически. Он стал демонстрировать ружье, водя им горизонтально, хотел пошутить, попугать присутствовавших. Убивать Драко у него умысла не бы ло. По его мнению, выстрела произойти не могло, поскольку патроны он «утопил» в стволы. Неожиданно для него произошел выстрел, и заряд попал в Драко. Возможно, он и нажал на курок, но как это было - не помнит. Ана логичные показания Хороший давал в ходе предварительного следствия. Как видно из материалов дела, ноказания Хорошего об обстоятельствах проис шедшего подтверждаются имеющимися в деле доказательствами. Судом ус тановлено, что Хороший принес ружье с целью обратить на себя внимание.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, из домовладения Хороше го были изъяты: двухствольное внутрикурковое ружье 12-го калибра (в од ном из стволов которого находился патрон 16-го калибра на расстоянии 3, см от основания ствола, а из другого (левого) ствола ощуш,ался занах гари) и гильза 16-го калибра с согнутыми краями, с запахом*пороха.

По заключению судебно-баллистического эксперта взведение курков производится взводителями при открывании ружья. Из ружья 12-го калибра возможен выстрел патроном 16-го калибра при условии соприкосновения донца гильзы со щитком колодки. Согласно заключению судебно медицинского эксперта, выстрел был направлен снизу вверх, что свидетель ствует о том, что дульные срезы ружья находились выше относительно ш;

ит ка колодки.

Как пояснил свидетель Бирюков, Хороший во время происшедшего с Драко не ссорился, ревности из-за того, что Драко* пересела к нему, у него возникнуть не могло. Они были друзьями, и Драко общалась со всеми при сутствовавшими. Хороший показывал им ружье, по горизонтали водил ство лами на уровне его лица. Потом раздался выстрел. Он не понял, как это про изошло.

Хороший крикнул, чтобы вызвали «скорую помощь».. Вместе с Хоро щим Бирюков отвез Драко в больницу, а оттуда они поехали в милицию.

Свидетели Вишняков и Амельченко дали аналогичные показания. Кроме того, Амельченко пояснил, появившееся у Хорошего ружье никого не испу гало, угроз он не высказывал и специально ни в кого не целился. По словам Вишнякова, выстрел был неожиданным. Как показала свидетель Петрова, Хороший сказал, что он сейчас что-то покажет и вышел, а вернулся с ружь ем. Отношения между Драко и Хорошим были нормальные, и атмосфера ве селья и разговора не нарушалась, когда она пересела к Бирюкову. Хороший держал ружье на уровне головы Драко, что-то говорил ей и неожиданно про изошел выстрел. Хороший сразу отбросил ружье, стал биться головой о печь и кричать, что он не хотел убивать, просил вызвать «скорую помощь».

Приведенные доказательства свидетельствуют, что между Драко и Хо рощим были дружеские отношения. В день происшедшего между ними также не возникло конфликта.

То обстоятельство, что Хороший до выстрела нытался заигрывать с Дра ко, но она не восприняла этого и пересела на другое место, с достоверностью не подтверждает вывод суда о возникновении между ними неприязни и со вершении убийства из ревности.

В нарушение требований ст. 301 УПК РСФСР вывод суда в приговоре об умышленном лишении Хорошим жизни Драко не мотивирован.

Между тем, как видно из материалов дела, поведение Хорошего после выстрела - растерянность, переживание, принятие мер к оказанию медицин ской помощи, свидетельствует о том, что выстрел был для Хорошего и всех присутствовавших неожиданным.


Тем не менее. Хороший грубо нарушил правила обращения с оружием, вследствие чего произошел выстрел, и была убита Драко. Нарушая правила обращения с оружием. Хороший мог и должен был предвидеть возможность выстрела и убийства кого-либо из присутствовавших, а потому его действия следует квалифицировать по ст. 106 УК РСФСР как неосторожное убийст во^^^ Приведенный пример иллюстрирует возможность выполнения осознан ного действия в материализованной форме - похвастаться ружьем, однако, свойства объекта обнаруживают одновременно и иную - материальную фор му действия - производится выстрел, ведущий к причинению смерти другого человека.

Материализованная форма действия.

Криминалистическое значение материализованной формы заключается в том, что оно обеспечивает невербальное взаимодействие субъекта с другим субъектом. Такое взаимодействие осуществляется с помощью знака.

В криминалистике действия со знаками рассматривались только по от ^'^^ Судебная практика но уголовным делам в 2-х частях. Часть 2. Разъяснения по во нросам Общей и Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. /Сост. С.А.

Подзоров. М., Экзамен, 2001. С. 302-204.

ношению к деятельности по выявлению и раскрытию преступлений. Так ма териальные следы преступления являются знаком, который в свою очередь выступает носителем информации^"*'. Р. С. Белкин, рассматривая знаковые системы в криминалистике, указал, что под знаком подразумевают чувствен но воспринимаемый предмет (звук, рисунок и т.п.), который в процессе по знания используется для хранения, закрепления, преобразования и передачи информации. Знак - это предмет, который выступает не объектом познания, а его средством.

Однако в механизме преступления знак играет не менее важную роль.

Отметим, что знак есть отображение в материальной среде субъективного состояния лица, совершающего преступление. В связи с этим криминалисти ческая теория отражения не может уйти от исследования знаков и их исполь зования субъектом преступной деятельности в ходе, достижения преступного результата. Нередко знак выступает в механизме преступления как средство воздействия на субъект. Тем самым в криминалистическом смысле знак ана логичен орудию и оружию в материальном воздействии на какой-либо физи ческий объект.

Удивительно, но в криминалистике до настоящего времени нет теоре тических исследований вопроса деятельностного взаимодействия двух субъ ектов, то есть с позиций криминалистической теории отражения. Большинст во криминальных ситуаций, даже при причинении вреда здоровью или смер ти, развивается не только в плане материального воздействия на организм потерпевшего оружием или орудием, но действиями, которые носят инфор мационный, угрожающий характер.

^""Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. М.: НОРМА.

1999. С. 31;

Белкин Р.С. Курс криминалистики. Закон и право. М., 2001. С. 74;

Аверьянова Т.В., Белкин Р.С, Корухов Ю.Г. и др. Криминалистика. М.: Норма, 2004, С. 52;

Агафонов В.В., Филиппов А.Г. Криминалистика: Вопросы и ответы. М.: Юриспруденция, 2002, С.

30-34;

Шурухпов Н.Г. Криминалистика. М.: Юристъ, 2004, С. 12;

Яблоков Н.П. Кримина листика в вопросах и ответах. М.: Юристъ, 2004, С. 20.

^''^ Белкин Р.С. Курс криминалистики. Закон и право. М., 2001. С. 215.

Приведем позицию В.Е. Корноухова по этому вопросу. Автор совер шенно правильно формулирует проблему, назвав параграф в учебнике сле дующим образом «Способ совершения преступления и механизм следообра зования»^'^^ Однако в изложении материала этого параграфа он существенно сужает область механизмов, которые должны быть рассмотрены. «... При со вершении преступления, - пишет В.Е. Корноухов, возникают различные ви ды взаимодействия: механическое, физическое, химическое, биологическое или их комбинации». ^^ Отметим, что взаимодействие между двумя субъек тами не может быть сведено к перечисленным взаимодействиям.

Далее автор рассматривает такие частные вопросы: а) механизм обра зования следов при механическом взаимодействии (давление, скольжение, распил, трение, сверление, качение и др.);

б) механизм образования следов при физическом взаимодействии (электротехнические и лучевые аспекты);

в) механизм образования следов при химическом взаимодействии (окисление, соединение, восстановление, замещение и разложение);

г) механизм образо вания следов при биологическом взаимодействии.

Папрашивается продолжение этого перечня взаимодействий - социаль ным взаимодействием, выражающимся в общении между людьми. Однако как раз этого раздела нет у автора. Этого раздела нет и у других авторов и редакторов учебников по криминалистике. И обусловлен указанный пробел криминалистической теорией отражений, в которой следовоспринимающим объектом является только объект, а не субъект. Механизм образования иде альных следов, как нами показано выше, в криминалистике не исследован.

В криминалистической теории следообразования существует принцип, указанный В.Е. Коруховым: «Форма отражения (следа) непосредственно за висит от свойств отображающего объекта и лишь опосредованно — от ориги ^''•' Корноухов В.Е. Способ совершения преступления/ Курс криминалистики. Общая часть. М.: Юристь. 2000. С. 180. (С. 170-189) ^^"^ Там же.

.^"*^ Этот принцип, конечно, можно применить к формированию идеаль ных следов, но при этом из поля зрения выпадают особенности отображаемо го объекта. Возможно, поэтому действие субъекта преступления и его функ циональная характеристика так долго оставались вне интересов исследовате лей. При получении сведений о преступлении от свидетелей наиболее важен не механизм психического отражения, который характеризует свидетеля, а что именно отражается в преступлении - детали, составляющие механизм преступления.

На необходимость глубокого исследования механизма взаимодействия между субъектами указывают работы исследователей, представляющих со бой науку уголовного права. Так, например, А.И. Плотников отмечал, что субъективную сторону преступления обычно определяют как психическую деятельность, непосредственно связанную с совершением преступления. Та кое определение нельзя признать точным. Оно не в полной мере учитывает сложную взаимосвязь объективного и субъективного, уровень их разграни чения при разборе признаков состава. Автор отмечает, что разделить объек тивное и субъективное в этом плане (состава преступления) имеет смысл только по отношению к сознанию лица, совершающего преступление (объек тивное) или к внешней стороне его деяния (субъективное).

«Поэтому сознание других лиц, - подчеркивает А.И. Плотников, при частных к совершению преступления, окажется в сфере объективного как на ходящееся за пределами сознания преступника. Приведенная же формула «психическая деятельность, непосредственно связанная с совершением пре ступления», охватывает и сознание лиц, которые не являются субъектами преступления (например, при выполнении приказа, незаконность которого не очевидна), поскольку психическая деятельность этих лиц также имеет непо средственное отношение к совершенному преступлению. Во избежание дву смысленности субъективную сторону можно определить как психическую ^^^ Корноухов В.Е. Способ совершения преступления/ Курс криминалистики. Общая часть. М.: Юристь. 2000. С. 180. (С. 170-189) деятельность лица, виновного в совершении преступления, непосредственно относящуюся к признакам его состава»^"*^.

В процитированном не случайно делается уточнение формулировки субъективной стороны преступления. Зачастую наличие у окружающих пси хической деятельности является важнейшим пунктом в механизме преступ ления, имеющим не только криминалистическое (в отношении следообразо вания), но и уголовно-правовое значение (квалифицирующее).

Автор приводит пример, который нами уже рассматривался выше, но сейчас в нем более интересны, дополнительно к исследованным, две другие стороны. Во-первых, вновь необходимость использования кибернетического подхода при анализе проблем, связанных с установлением субъективной сто роны преступления, но теперь в контур с обратной связью включены два субъекта, а взаимодействие между ними является информационным - с по мощью знаков. Для каждого из субьектов характерно отражение вовнутрь, которое и регулирует деятельность каждого из взаимодействующих субъек тов.

Во-вторых, в приводимой криминальной ситуации мы попытаемся вы делить проблемы воссоздания механизм преступной деятельности в его пол ном объеме. То есть создания действительно «изоморфной» модели преступ ной деятельности, в которую включена и сигнальная сторона действий — ма териализованные действия.

А.И. Плотников пишет: «Так, например, преступник, демонстрируя оружие и угрожая убийством из пистолета, требует и получает деньги у кас сира банка. Субъективной стороной преступления* будет психическая дея тельность этого преступника, а объективной - внешние по отношению к его сознанию обстоятельства: демонстрация оружия, требование денег, угроза, сознание кассира, воспринявшего эти требования и угрозы, передача денег ^^^ Плотников А.И. Объективное и субъективное в уголовном праве (оценка нресту пления по юридическим признакам). Оренбург. Издательский центр ОГАУ. 1997. С. 79-80.

преступнику, осознание кассира является необходимым звеном, замыкаю щим цепочку событий, внешний по отношению к сознанию преступника»^''^.

Нас интересуют действия, с помощью которых преступник воздейству ет на другого субъекта, обеспечивая себе достижение результата в механизме преступной деятельности: демонстрация оружия, угрозы. Материализованное действие по своей функции предназначено для воздействия на субъекта. Де монстрация оружия — есть материализованное действие. В результате такого действия меняется состояние субъекта, на которого направлено воздействие.

Например, в механизме преступления Чебакова именно демонстрация оружия являлась важнейшим действием для достижения преступного резуль тата. Чебаков, вооружившись газовым пистолетом модели «ИЖ-79», намере ваясь использовать его в качестве предмета, используемого в качестве ору жия, для причинения телесных повреждений, вернулся во двор, где стал пре следовать Федюнькина и, догнав его на площадке между вторым и третьим этажами второго подъезда дома 32 по ул. Буммащевской г. Ижевска, учинил скандал Федюнькину, в ходе которого передернул затвор газового пистолета модели «ИЖ-79» и направил ствол пистолета в сторону Федюнькина, выска зывая в его адрес угрозы физической расправой и убийством, создавая угрозу для его жизни и здоровья, которые он воспринимал реально и опасался их Тем самым, материализованное действие носит характер информацион ного сигнала, обеспечивает реальное воздействие на другое лицо.

Речевая форма действия рассматривается нами как развитие материа лизованной формы действия, поскольку и та и другая основаны на использо вании знака.

В речевой форме действия воздействие осуществляется на определенно го субъекта — потерпевшего (а также, свидетелей, соучастников и т.д.). По ^''^ Плотников А.И. Объективное и субъективное в уголовном праве (оценка престу пления по юридическим признакам). Оренбург: Издательский центр ОГАУ. 1997. С. 47.

^^^ Архив Индустриального районного суда г.Ижевска. Дело J b 1-112- V этому иной субъект, например потерпевший, выступает в криминалистиче ском плане в качестве объекта действия. С позиций еледообразования произ носимые преступником слова представляют собой точно такой же след пре ступления, что и физическое изменение материальных объектов. В совре менном обществе, когда работают камеры слежения или ведется аудиозапись в магазинах, аэропортах, метро и т.д., а также все более широко распростра няется прослушивание телефонных переговоров службами безопасности тех или иных организаций, фиксация речи преступника становится рядовым, часто встречающимся событием. Наиболее традиционным «средством фик сации», образно выражаясь, «речевых следов», являются свидетели, потер певшие, субъекты преступления.

Речевая деятельность наиболее полно отражает субъективные намерения преступника. Тем самым при анализе речевых следов появляется возмож ность непосредственно исследовать содержание сознания лица, совершаю щего преступление.

Слово, точнее речевая форма деятельности, выступает и в качестве при знака состава преступления, подлежащего установлению." Так, например, предусмотренное в ст. 107 УК РФ состояние аффекта, в котором совершено убийство, может быть вызвано тяжким оскорблением со стороны потерпев шего. В комментарии к данной статье А.В. Наумов отмечает, что «психиче ское насилие выражается в угрозе причинить физическое насилие, огласить 249 А заведомо клеветнические, позорящие сведения». Автор имеет в виду, что механизм такого психического насилия представлен в виде речевого дейст вия.

Весьма иллюстративным примером необходимости учета одновременно материальной и речевой формы действия в механизме совершения преступ ления является ст. 131 УК РФ - «Изнасилование». Выражение воли и жела ния женщины в отношении предлагаемого полового акта происходит, как ^"^^ Комментарий к Уголовному кодексу Росснйской федерации. Под ред. А.В. Нау мова. Юристь. М. 1996. С. 288.

правило, в речевой форме. Отрицательное отношение к такому предложению выражается в криках о помощи. Так, например, 5 июня 2002 года в вечернее время в ходе распития спиртного Будилов предлагал Лапухиной вступить с ним в половую связь, однако, та отказалась. Будилов В.А., желая совершить с Лапухиной половой акт с применением силы, завел, ее в маленькую комнату квартиры. Насильно раздел ее, и, несмотря на крики о помош,и, сопровождая свои действия нанесением ей побоев руками по лицу, причинив телесные по вреждения в виде кровоподтеков, против ее воли совершил с ней половой акт.

После изнасилования Ланухина, находясь в состоянии.сильного душев ного волнения (аффекта), вызванного насилием со стороны Будилова, взяла в ванной комнате кухонный иож и им нанесла Будилову множественные удары по различным частям тела, в том числе в жизнено-важные органы - грудную клетку, живот, причинив при этом телесные повреждения характера: раны передней поверхности грудной клетки слева, проникающей в полость около сердечной сорочки со сквозным повреждением стенки левого желудочка сердца;

раны передней поверхности левого плечевого сустава, проникающей через межпозвоночный диск между 6 и 7 шейными позвонками в просвет спинного мозгового канала с повреждением мягкой оболочки спинного моз га;

раны живота, проникающей в брюшную полость, с повреждением печени;

которые согласно заключению судебно-медицинской экспертизы причинили тяжкий вред здоровью по степени опасности для жизни;

а также поверхност ной раны подбородка, множественных ран кистей, ]^ножественных непрони кающих ран грудной клетки, которые могли нричинить легкий вред приме нительно к живым лицам. От нолученных телесных повреждений Будилов скончался на месте^^°.

Суд признал Лапухину Н.С. виновной в совершении преступления, пре дусмотренного Ч.1 ст. 107 УК РФ, на основании чего назначил ей наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы, в силу ст. 73 УК РФ постановил наказа Архив Индустриального районного суда г. Ижевска. Дело № 1-61.

ние считать условным с испытательным сроком на 2 года.

Мать убитого утверждала, что ее сын Владислав не мог изнасиловать женщину. Обвиняла Лапухину в совершении полового акта по обоюдному согласию при совместном припятии спиртных напитков. Подтверждала свои предположения тем, что соседи не слышали шума драки и криков женщины о помощи. Утверждала, что сына убили во сне по иным причинам.

В этой ситуации показания свидетелей, являющихся соседями, имеют определенное значение. Крики о помощи представляют собой следы престу пления и требуют установления. Речевая деятельность убитого и насилуемой женщины имеет как криминалистическое значение, так значения для квали фикации преступления. Криминалистическое значение речевой деятельности в данном случае заключается в возможности реконструкции картины престу пления. Особое значение речевая деятельность имеет для установления пси хического отношения каждого из участников преступления к происходящим событиям и собственным действиям.

Речевая форма действия, как правило, предшествует материальным дей ствиям. Таким образом, вся преступная деятельность в полном объеме может быть представлена только как совокупность действий, имеющих различную форму. Преступник первоначально пытается будущую жертву речевым дей ствием заставить выполнить те или иные действия.

В иных видах нреступлений, например, преступлениях против жизни речевая форма действия либо существует наряду с материальной формой, ко гда причинение смерти сопровождается какими-либо высказываниями, либо осуществляются два последовательно протекающих действия, из которых одно имеет речевую форму, а другое - материальную.

Приведем следующий пример. Акмалов проиграл в карты потерпевшему 15 тыс. рублей. С целью избавления от возврата карточного долга он решил убить потерпевшего и попросил Ивакина помочь ему в этом. Во время разго вора с потерпевшим о возврате долга Акмалов и Ивакин попросили его раз решить возвратить долг частями. Однако потерпевший отказался, предлагая оплатить долг полностью. Тогда Акмалов двумя выстрелами из ружья убил его.

В Определении Верховного Суда РФ по делу Акмалова и Ивакина ука зывается, что в данном конкретном случае убийство было совершено не из " " г корыстных побуждении, а на почве личных неприязненных отношении.

Механизм приведепного преступления слагается из двух действий: пер вого - имеющего речевую форму и второго - имеющего материальную фор му. Целью первого действия было добиться возврата долга частями. По скольку это не удалось, то возникли неприязненные отношения. Поэтому следующее действие было обусловлено этой причиной. Таким образом, до бавление в криминалистическую модель действия в речевой форме позволи ло правильно установить умышленность совершенного действия, а также цель и мотив преступления.

Моделирование механизма следообразования при выиолнеиии субъектом действия в речевой форме.

Выше нами было указано, что В.Е. Корноухов верно связал способ со вершения преступления с механизмом следообразования. Продолжая его идею, мы уже рассмотрели место речевой формы действия в способе престу пления. Теперь важно показать место речевой формы действия в механизме следообразования.

Формы действия различаются во многом благодаря и специфике ис пользуемых средств деятельности. В речевой форме действия средством яв ляется слово. Не рассматривая всю огромную литературу по проблемам лин гвистики, выделим только те указанные в ней стороны слова, которые позво ляют рассматривать его как средство речевого действия. Слово - структурная единица языка, служащая для именования предметов и их свойств, явлений, отношений действительности, обладающая совокупностью семантических.

^^' Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2003 по уголовным делам // Бюллетень ВС РФ. №1 январь 2004. С. фонетических и грамматических признаков. Язык определяется как один из классов знаковых систем^^''.

Исторически слово рождается в качестве звука, который производится субъектом деятельности^^''. Поэтому слово в своей исторической основе яв ляется внешним средством деятельности. Слово в первую очередь выполняет 'У ее функцию коммуникации. В тоже время, речевая форма действия может протекать не только как внешняя деятельность - общение с другими людьми, но и во внутреннем плане - в виде мысленного проговаривания. В любом случае, речевое действие становится основой для формирования понятий^^^.

Мы мыслим только знаками, - считал Пирс^^^.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.