авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 10 |

«СОВЕТСКАЯ ЭТНОГРАФИЯ А 1968 Редакционная коллегия: Ю. П. П етрова-А веркиева (главный редактор), В. П. Алексеев, Ю. В. ...»

-- [ Страница 2 ] --

Если п р ев ращ ен и е зимовников в селения х арактер н о д л я ряда к а в ­ казских н ародов, то п ревр ащ ени е летовок в селения, н асколько нам и з­ вестно, яв л ен и е исклю чительное и непосредственно связа н н о е к а к с вы ­ работавш ейся практи кой отгона скота на постоянные летние базы, т а к и высоким уровнем р азв и ти я зем ледельческой культуры. О тсю да очевидна важность в ы я вл е н и я связи процесса о б разов ан ия поселений с разл и ч ­ ными ф о р м а м и ведения скотоводческого хозяйства.

Р а зл и ч н ы е способы ведения скотоводства оказали влияние и на утварь молочного хозяйства. Н а л и ч и е в Армении основных видов сырья — глины, ка м н я, д ер ев а и м е т а л л а — у ж е с древнейших времен способствовало знач ительн ом у разви тию ремесленного производства.

В р азли чн ы х частях Армении р а з в и в а л а с ь именно та отрасль, для кото­ рой имелось необходимое сырье. Однако, независимо от этого, н аб л ю ­ дается связь у тв ари молочного хозяй ства с практи ковавш ейся формой скотоводства. Так, в р ай он ах оседло-пастбищ ного скотоводства почти вся у т в ар ь молочного х озяй ства б ы л а из глины. Зд есь и здавн а вырабо­ тана вы с о кая техн и ка изготовления глиняны х изделий всевозможных разм еров и н азн ачен ия, что п о д тв ер ж д а ется т а к ж е многочисленными находкам и к е р ам и ки в разл и чн ы х частях Армении 45. В рай он ах ж е от­ гонного скотоводства горазд о шире и сп о л ьзо вал ась д еревян н ая, м е тал ­ лическая и к о ж а н а я посуда. Т ам же, где отсутствовал древесный или иной м а т е р и а л д л я изготовления посуды, она прио б р етал ась на стороне.

На сезонны е стоянки и збегал и возить глиняную посуду — к а к легко бью­ щуюся и громоздкую. И не случайно у кочевЫх обществ использование глиняной утв ар и было доведено до минимума, поскольку в условиях кочевания она б ы л а явно не н адеж н ой. Т аким образом, сравнительное изучение у тв ар и молочного х о зяй ства в р ай о н ах б ы тования различных форм скотоводства п озволит вы яви ть некоторы е характерн ы е особен­ ности м атер и ал ьн о й культуры арм ян р ас см атр и в аем о го периода.

Ф орм ы скотоводства о к а зы в а л и определенное влияние и на семейный быт. Э тн ограф ические м а тер и ал ы п оказы ваю т, что в тех районах, где п р акти ко в ал а сь отгонная си стем а со д ер ж ан и я скота, объективно созд а­ вались реа л ь н ы е предпосылки д л я сохранения больш их семей, что выте­ кало из с а м о го х а р а к т е р а х о зяй ства арм ян, п р ед ставл явш его собой симбиоз зем л е д е л и я со скотоводством.

Н а это обратил внимание X. А. Ерицян: «Ч асть сем ьи о ста в а л а с ь в селении. С тало быть откочевки п р ед п ол агал и наличие м н огосем ей ности»46. Так, в ряде селений Тавуш а, Сюника, А р ц ах а, В ай оц -дзора и других при вьш асе скота на сезонных п астб и щ ах один из членов семьи нахо д ил ся при стаде. А. Д. Ерицов от­ мечал, что в таву ш ско м селении К ульпы из трех сыновей крестьянина С а а к а Д ж а г и н о в а один «предан скотоводству и редко бы вает дома: л е ­ том он на эйлаге, в остальное ж е в рем я в зи м о в н и к е » 47. Н. Еригоров в описании быта ж и тел ей с. Татев писал: «Если в семье есть несколько братьев, то один из них (обыкновенно меньший) с женой и детьми от­ п р авл яется на кочевье, где проводит все л е т о » 48.

45 Б. Б. П и о т р о в с к и й, К армир-блур, т. I— III, Ереван, 1950— 1955, А. А. М а р ­ ч и р о с я н, Армения в эпоху бронзы и раннего ж елеза, Ереван, 1064, сгр 182, 292 я др.;

Т. С. Х а ч а т р я н, М атери альная к у льтура древнего Артика, Ереван, 1963.

стр. 146— 147.

46 X. А. Е р и ц я и, У каз. раб., стр. 296.

47 А. Д. Е р и ц о в, Экономический быт государственных крестьян К азахского уезда Е лисаветпольской губернии, «М атериалы д л я изучения экономического быта государственных крестьян З акавказско го края», т. II, Тифлис, 1886, стр. 48 Н. Г р и г о р о в, Село Татев, Зангезурокого уезда Елисаветпольской губернии, «Сборник м атериалов д л я описания местностей и племен К авказа», в-яп. 13, 1892, стр. 87.

Ю, И. Мкртумян В ряд е селений В ай оц-дзора (Ехегис, М артирос, Г ндеваз и др.), жите­ ли которых п р акти ко в ал и отгон скота на сезонные пастбищ а, в конце XIX в. ещ е с о х р а н я л ась т а к а я п р ак ти к а р а зд е л а гердастан а (большой с е м ь и ), при которой семьи д вух б ратьев совместно поселялись для веды ния комплексного хозяйства. Уход за скотом и ведение молочного хозяй­ ства в о зл агал и сь на одного б р а т а и его семью, а полевые земледельче­ ские р аботы — на семью второго брата.

А налогичны е ф акты в р ай о н ах оседлопастбищ ного скотоводства, где| система с о д ер ж ан и я скота д е л а л а возм ож н ы м ведение всего хозяйстве силам и одной малой семьи, нами не засвидетельствованы.

В р яд е мест с отгонной формой скотоводства, как, например, в Шири­ не, ан ал оги чн ая п р ак ти к а р а з д е л а большой семьи т а к ж е не получила, больш ого распространения. Н о именно здесь достиг совершенства инсти­ тут «кисови», к которому п рибегали не только малом ощ ны е хозяйства, но и малочисленны е по своему составу семьи. Последние не могли посы лать отдельны х своих членов на летовку, т а к к а к они были заняты на полевых зем ледельческих работах.

Э тн о гр аф ам и отмечено, что тради ци и семейной общины были сильны преимущ ественно в горных и п редгорны х р а й о н а х 4Э Это объясняют.

обычно большей архаичностью всего хозяйства в у ка зан н ы х районах.

О д н ако следует добавить, что значительную роль в сохранности тради­ ций семейной общины сы г р а л а п р ак ти к а отгона скота на сезонные от­ селки, п р е д п о л а га в ш а я переселение части семьи. Одновременное ведение зем ледельческого х озяй ства в сочетании с отгонной формой скотоводства могло иметь место лиш ь при наличии многочисленной семьи, при оседло­ пастбищ ном скотоводстве это было не обязательно. Д ум ае тся, именно в этом следует искать причину р а зд е л а большой семьи, при котором для ведения комплексного х озяй ства совместно поселялись семьи двух братьев, что мы н аб л ю д ал и в ар м ян ски х селениях В айоц-дзора. Отсюда вы те кае т необходимость учета особенностей хозяйства при изучении больш их семей. И ссл ед ован и я Р. Л. Х а р а д зе п о казал и, что виды семей­ ных общин в Грузии в ар ь и р о в ал и в зависимости от занятий населения5 Р. Л. Х а р а д з е в ы д е л я л а следую щ ие основные виды грузинской семейной общины: с преимущ ественно зем ледельческим хозяйством;

с преимуще­ ственно скотоводческим хозяйством;

с симбиозным хозяйством. Автор убедительно п оказы вает, что отгонная ф о рм а скотоводства объективно способствовала сохранности больш их с е м е й 51.

К ром е того, в своеоб разн ы х условиях отгонного скотоводства было меньше -основания д л я приниж ения роли женщ ины. В историко-этногра­ фической л и т е р а т у р е 52 д ав н о было у ка зан о на высокое положение стар­ шей в семье ж енщ ин ы (тантикин), ведавш ей всеми д ом аш ним и делами и пользо вавш ейся большим авторитетом среди всех остальных членов семьи. Хотя в арм ян ской семье и было б езразд ел ьн ое господство главы семьи, тем не менее сильны были и переж итки м а т р и а р х ата, нашедшие о т р аж ен и е в свадебн ы х и других обычаях.

В р ас см а тр и в ае м о е в р ем я к а к в самом селении, т а к и на летовке, на тантикин было во зл о ж ен о ведение молочного хозяйства, игравшего зна­ чительную роль в экономике арм ян при отгонном скотоводстве. А поло­ ж ени е ж ен щ и н ы в семье, ее п р ав а и обязанности определялись, как пра­ 49 Э. Т. К а р а п е т я н, А рмянская семейная общ ина, Ереван, 3958, стр. 13! и др.

50 Р. Л. X а р а д з е, У каз. раб., т. I.

51 Там ж е, ст.р. 41 и сл.

52 П. П. Н а д е ж д и н, К авказский край, Тула, 1895, стр. 142;

Г. Ф. Ч у р с и н, А рмяне Зан гезура, Тифлис, 1931, стр. 242—243 и др.

Скотоводство и быт н а с е л е н и я в а р м я н ск о й д е р е в н е в X I X в.

вило, экономическим значением ее труда. Высокое п о лож ен ие женщины в условиях разви то го молочного х озяй ства было отмечено и у ряда этно­ графических групп грузинского н ар о д а 53.

П риведенны е м а тер и ал ы в ы я вл я ю т генетические связи многих э ле­ ментов м а тери ал ьн ой культуры, производственного и семейного быта армян с разл и чн ы м и способами ведения скотоводческого хозяйства, что, несомненно, у к а з ы в а е т на больш ую значим ость их учета* при объяснении первых. Д а л ь н е й ш е е исследование вопросов, связанных с выявлением роли форм скотоводства в слож ении тех или иных сторон быта, позволит глубже изучить многие этнограф ические аспекты жизни арм янского н а ­ рода.

SUMMARY The p aper show s how v ario u s elem ents of th e m aterial cu ltu re and everyday life of A rm enians are g en etically connected w ith d ifferent m ethods of anim al husbandry. The A rm enians of E a ste rn A rm enia p ractise d an im al h u sb a n d ry alo n g sid e w ith their m ain occupation — ag ricu ltu re. Its tw o basic form s — on the d ista n t and settled pastures — each had got local subtypes. The au th o r u ses eth n o g rap h ic d a ta to show th e influence of various anim al h u sb an d ry form s on the o rg a n iz atio n of econom y (e. g. of form s of p a­ sture u tiliz a tio n ), on m aterial cu ltu re (settlem ents, blocks of d w elling houses and other buildings both in the village! and on seaso n al p a stu res, utensils, etc). The au th o r stresses that the tru e u n d e rsta n d in g of the role the v ario u s form s of the anim al h u sb an d ry p lay in the form ation of a people’s ev ery d ay life is n ecessary for the correct in terp re tatio n of certain eth n o g rap h ic phenom ena.

53 P. JI. Х а р а д з е, У каз. раб., сгр. 152, 154, 190 и сл.;

В. М. Ш а м и л а д з е, Указ. раб., стр. 27.

В. В. П и м е н о в ЧУДСКИЕ ПРЕДАНИЯ КАК ИСТОЧНИК ПО ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРА СССР О дн а из са м ы х слож н ы х (проблем этнокультурной истории народен н аш его европейского С евера в эпоху ф еодального средневековья (XII— XVII вв.) возн и кает при попытке восстановить черты их духовной жизни С кудость сообщений источников п о б у ж д а е т отнестись со вниманием i св оео б разн о м у р а з р я д у местных исторических преданий, ан али з которы:

п о зво л я ет проникнуть (хотя бы отчасти) в мир духовных интересов и создателей и носителей на разл и чн ы х — подчас весьма ранних — этапа истории и почерпнуть дополнительны е д ан ны е об их этнической исторю:

Относительно высокий уровень разв и ти я материальной культуры, хс зяй ст в а и социальной организации, достигнутый северными абориген ными н а р о д а м и в рас см а т р и в ае м у ю эпоху, сложность этнической исторш об у сл о в ле н н ая р азн о о б р азн ы м и св язям и этих народов (русская колонн за ц и я С евера, миграции вепсов на север и северо-восток, переселени к ар ел о в в Россию, торговля и т. д.), позволяю т думать, что и духовная и к у л ь ту р а д о л ж н а б ы л а отличаться достаточно разви ты м характером сл ож н ы м составом.

Особый интерес п р ед став л яе т выяснение роли вепсского народа этнокультурном разви тии ук а зан н о й зоны, т а к к а к здесь, в пределах' обш ирной северной историко-этнографической области, вепсы издавна за н и м а л и к а к бы цен тр ал ьное положение, находились на перекрестке р азл и ч н ы х взаи м н ы х влияний, имевш их разн ы е направления и неодина­ ковую интенсивность.

П р е д с тав и ть себе ф о льклор вепсов эпохи средневековья в сколько нибудь полном виде — при н асто я щ ем уровне изученности вепсского ф о л ь к л о р а вообщ е — едва ли возможно. Конечно, основные ж а н ры уст­ ного народного творчества (сказки, песни и проч.), известные по немно­ гочисленным позднейшим записям, бытовали у ж е тогда, но в сколько нибудь конкретном вы раж ен и и проецировать наш и представления о них в столь глубокое прош лое пока что слишком рискованно.

Иное д ел о предания. И х явственно вы р аж ен н ы й историзм, тесная с в язь с этногенетическими процессами, а в р я д е случаев с известными историческими событиями, устойчивость сю ж етов и отдельных мотивов (что легко д о к а з а т ь сличением материалов, со б ран н ы х за последние сто с лиш ним л е т ), наконец, больш ая, сравнительно с другими фольклорны­ ми ж а н р а м и, простота сю ж етно-образной структуры — эти черты позво­ л яю т видеть в чудских п р ед ан иях (не следует см еш ивать с преданиями о чуди, которы е мы рассм отр ели в другом м е с т е 1), пользуясь вы раж е­ нием А. В. Арциховского, своеобразное «окно в исчезнувший мир».

1 В. В. П и м е н о в, Вепсы. О черк этнической истории и генезиса культуры, М, Л „ 1965, гл. III.

Ч у д ск и е п р е д а и я ист очник' эт нокульт урной истории — З а д а ч а состоит в том, чтобы верно уловить подлинно^ историческое со­ д ерж ан и е, заклю чен н ое в них, установить более или менее твердые пункты соприкосновения ф ол ькл орны х и исторических материалов.

Среди чудских преданий четко прослеж иваю тся три основных типа сю ж етов: 1) п р ед ан ия о п р ед ках — первонасельниках д ан н ы х местно­ стей, 2) п р ед ан и я о «панах» и 3) слож н ы е «синтетические» предания, в о б р а вш и е в себя многие черты из д вух первых групп. Понятно, это — л и ш ь с а м а я о б щ а я си стем ати зац и я. В нутри каждого из выделенных типов н етрудно зам ети ть известное количество подтипов, вы явл яю щ и х к а к местные особенности, т а к и хронологические напластования, в о зни к­ шие в процессе р азв и ти я сюжетов.

Очень типичный о б р а з е ц ' п р ед ан ия о п редках-первонасельниках з а ­ писан н ам и в деревн е ГЦелейки, располож енн ой на границе современного р ассел ен и я северных вепсов, и св язан с н азв ан и я м и двух населенных пунктов — Гимреки (по-вепсски H iim d ’ogi;

ср. hiim — «родня», «род­ ственник», д ерев н я н аходится на берегу О неж ского озера) и Гакручья (в верхо вьях р. С ви р и ). П р е д а н и е повествует о двух б ратьях — Гиме и Гаке, которы е в н е з а п а м я т н ы е в рем ена поселились со своими родичами (hiim ) п ер в он ачальн о на том месте, где теперь находится д. Гимрека, и зан и м а л и с ь ры боловством и охотой. Постепенно им стало тесно жить в одном месте, и м л ад ш и й — Г а к со своей родней ушел от брата на берег Свири, где и основал поселение, которое и по сей день н азы вается по его имени — Гакручей. Е д в а ли м о ж но со м неваться в том, что эта легенда я в л я е т с я рем инисценцией весьма д ал екого прошлого, когда предки при­ онеж ских вепсов ещ е м а л о з ан и м ал и сь земледелием, а главным о б р а ­ зом — охотой, ры боловством и собирательством. Интересно отметить, что д ерев н я Г и м река теперь зас ел ен а почти исключительно русскими (вепсов в ней всего несколько ч ел ове к), а Гакручей — только русскими.

П редан и е ж е определенно у к а з ы в а е т на то, что в прошлом здесь жили вепсы, это нах од ится в соответствии и с другим и д а н н ы м и 2. Типоло­ гически очень б ли зко е к изл ож ен н о м у (хотя и утративш ее подробности) предание заф и к с и р о в а н о среди олонецких к а р е л о в -л и в в и к о в 3. Сильно обесцвеченное (но сохранивш ее имя гёроя) предание отмечено в Выте горских К ондуш ах;

п ред ан ия того ж е типа распространены на очень обширной территории — они ф иксированы на К аргополы цине (Валдие во), на Пинеге, на Н и ж н ей Д в и н е 4.

Конечно, п р ед ан и я данного типа имеются у многих народов;

но в у к а ­ занном регионе они п риобрели особые черты, которые следует принять во внимание. Р асп р о стр а н е н и е этих преданий в пред ел ах столь широкого ар е ал а не могло не породить известных различий в д еталях, однако не только об щ ее типологическое, но, быть может, т а к ж е генетическое род­ ство их м е ж д у собою не к а ж е т с я невероятны м. П о крайней мере четыре признака р о д н я т их в есьм а прочно: 1) тесная привязанность каждого предания к определенному поселению и его названию, 2) прикрепление имени п р ед к а к патронимической группе родственных семей, н аселяю ­ щих ту или иную деревню, 3) то, что родство героев выступает в качестве единственной формы связи м е ж д у ними, и 4) прибалтийско-финское зв у ­ чание личных и собственных имен.

2 Н апример, данными топонимики. См.: Н. И. Б о г д а н о в, К истории вепсов, «Изв. Карело-Ф инского ф илиала А Н СССР», 1951, № 2, стр. 32— 33.

3 П. М и н о р е к и й, Олонецкие корелы и Ильинский приход, «Олонецкий сбо р ­ ник», вып. II, П етрозаводск, 1886, стр. 175.

4 См.: «О лонецкие Губернские Ведомости» (далее: О Г В ), 1883, № 4, стр. 39;

ОГВ, 1892, № 46, -стр. 487;

П. С. Е ф и м е н к о, Заволочская чудь, Архангельск, 1868, ста­ тья 1, стр. 23;

там ж е, стр. 17 и др.

В. В. П им енов Д л я чрезмерной ар х а и за ц и и преданий данного типа нет достаточных оснований. В р я д ли верно р а с см а т р и в ат ь их к а к родовые предания в точном этнограф ическом значении тер м ин а «род». Это, скорее всего, п редан ия, о т р а ж а ю щ и е у ж е патроним ические отношения. Б о л ь ш ая или м ен ь ш ая сохранность в них деталей, вероятно зависит от продолжитель­ ности бы тования в той или иной местности, в той или иной этнической среде, что, в свою очередь, обусловлено временем заселения этой местно­ сти чудскими группами, яви вш им ися носителями данного фольклорного ж а н р а, а т а к ж е временем и интенсивностью славянской колонизации.

Так, п ред ан ие о Гиме и Г а к е сохранило р я д историко-бытовых подроб­ ностей в силу, быть может, более позднего засел ен и я вепсами юго-запад його П р и о н е ж ь я и относительной изоляции от прямого славянского воз­ действия;

сравнительно с ним в других местностях (Олонец, Вытегорские К ондуш и и т. д.) п ред ан ия сильно обесцветились. В северо-восточном районе их распро стран ен ия (П инега, Д в и н а ) на развитие преданий, ве­ роятно, сильное влияни е о к а з а л процесс русской колонизации и ассими­ л яц и и древнего вепсского населения.

Д р у г у ю разновидность чудских преданий о предках-первонасельниках составл яю т р ассказы, в которы х о тр ази л ся к а к бы второй этап расселе­ ния и более ш ирокого освоения территории. Н аиб ол ее полные варианты их отм ечаю тся по соседству с исторической областью разм ещ ени я вепсов, а та к ж е, разум еется, и внутри этого ар е а л а. Х арактерное предание за­ ф и кси ро в ан о на северной границе расселения вепсов в Прионежье (в с. Д ер ев ян н о м ;

в прош лом — то ж е вепсская д еревн я — P u je g — «Дере­ в я н н а я р е к а » ) : «М естное предание говорит, что первоначально посели­ л ись здесь д в а крестьянина: один на месте нынешнего погоста, а другой вверх по реке, где д еревн я Верховье. Д о л г о ж и л и они, не зн ая друг друга. О д н а ж д ы низовый ж и тел ь приш ел к реке за водою и увидел плыв­ ший по р е к е свеж ий веник, из чего заклю чил, что вверх по реке есть ж и тел ь и действительно н аш ел соседа». О сколок аналогичного предания отмечен около Виницы на Ояти. Точно так ие ж е предания записывались в н изовьях О лонки и Видлицы, на З а о н е ж с к о м полуострове, на севере К арел и и и в некоторы х других п у н к т а х 5.

С ю ж ет их ч резвы чайно устойчив. В арьиру ю т лиш ь незначительные детали.

Типологическая близость обеих разновидностей преданий о предках п ер вонасел ьн ик ах очевидна. Это д а е т нам право предположить, что они о т р а ж а ю т д в а п оследовательны х периода процесса заселения Обонежья и Заво л о ч ья. А р е ал преданий этого типа ед ва ли когда-нибудь можно будет с больш ой точностью определить, но те данные, которыми мы те­ перь р ас п о л ага ем, позволяю т очертить его приблизительно так: 0 6 онеж ье, З а в о л о ч ье и, возмож но, Кольский полуостров. В о зд е р ж и в а яс ь от окон чательного вы вода касательн о этнического происхож дения этих пре­ д ан ий (тем более, что подобные предания известны и у других народов Е в р о п ы ), об рати м вни м ани е на то, что, во-первых, они широко распро­ стр ани л и сь в р ай о н ах п реж н его местообитания летописной веси;

во-вто­ рых, в этот а р е а л хорошо вписы вается территория р азм ещ ени я докумен­ тал ь н ы х свидетельств о чуди-вепсах, и, в-третьих, лиш ь несколько шире его по очертан и ям об ласть распространения северны х преданий о чуди, 5 См.: ОГВ, 1883, № 63, стр. 646;

«Олонецкий сборник», вып. III, П етрозаводск, 1894, стр. 397;

П. М и н о р с к и й, У каз. раб., стр. 174;

Е. М. П р и л е ж а е в, К исто­ рии г. О лонца и его окрестностей, «Олонецкий сборник», вып. III, стр. 2 7 7 ;

«Карель­ ские народные сказки», сост. У. С. Конкка, П етрозаводск, 1959, стр. 203;

Гг Е. О н ч у к о в, Северные сказки, СПб., 1909, № 207.

Ч у д ск и е п р е д а н и я источник эт нокульт урной истории — значительную часть которы х мы у ж е ран ьш е признали отр аж аю щ е й т р а ­ дицию зн ак о м ст в а с древней Весью.

К у да более слож ен вопрос о т а к н азы ваем ы х «преданиях о панах».

Трудность ан а л и за, в о зн и к а ю щ ая из более сложной структуры самих преданий, усугуб л яет ся ещ е весьма невысоким качеством имеющихся записей (вернее — п ер ес к азо в ). С л о ж и л а с ь прочная тр ад и ц и я видеть в преданиях о «панах» только отр аж ен и е исторических воспоминаний н а­ родной борьбы с за х в атч и к ам и и граби телям и, что в местной д о р ев о л ю ­ ционной краеведческой л и т ерату ре п олучало трактовку в духе м о н ар х и ­ ческого «патриотизм а», и о ставл я ть в стороне следы, пусть не вполне я с ­ ные, кл ассо в ы х столкновений, не говоря у ж е о более древних мотивах, восходящих к п ред ан и я м о п редках-первонасельниках.

И сследователи, т а к или иначе за т р а г и в а в ш и е вопросы, связанные с трактовкой преданий о «панах», и в н аш е врем я м ало продвинулись впе­ ред в см ы сле исторического и ст о л к о в ан и я со д ер ж ащ его ся в них м ате­ риала. К а к историки, т а к и ф ольклористы часто про до л ж аю т рассмат­ ривать их только в качестве отголосков «смутного в р е м е н и » 6. М еж ду тем следует п рин ять в расчет, что термин «паны», «панки» не д олж ен вво­ дить в заб л у ж д ен и е. Конечно, в окончательном виде он оф ормился под влиянием событий н а ч а л а XVII столетия, но приобрел общий эпический характер к а к обозначение исторического противника;

поэтому опираться лишь на самы й термин при определении времени возникновения (преда­ ний дан ного типа нельзя.

Бы ли о тдельн ы е попытки подойти к решению вопроса с точки зрения более ш ирокой исторической перспективы. В. И. Смирнов, изучавший подобные предания, зап и сан н ы е в Костромской губернии, пришел к з а ­ ключению, что з а ними «крою тся глухие обрывочные намеки и обломки воспоминаний», более древние, «неж ели д а ж е тата р ски е погромы и смут­ ное время», «облом ки са м ы х древних преданий о заселении к р а я и н а ­ родных героях той эпохи » т В небольш ой монографии К. В. Ч и с т о в а.

впервые всерьез пр оделан опыт рассм отрени я местных преданий, в том числе и предан ий о «панах», с учетом особенностей исторического и этни­ ческого р а зв и ти я края. Г лавны е выводы и ссл ед ов ателя вполне со гл а­ суются и с н аш ими наблю ден и ям и, и нам предстоит ещ е к ним о б р а ­ титься.

Среди чудских преданий, объединенных в общий цикл по признаку упоминания в них «панов», довольно легко вы деляю тся три р азн о вид ­ ности сю жетов. К первой и, без сомнения, н аи более древней, относятся народные рас ска зы, в которы х «паны» рисуются не к а к захватчики и разбойники, а к а к оседлы е местные жители, обитавш ие здесь искони.

У них были свои постоянные ж и л и щ а, о чем говорят предания, фиксиро­ ванные близ О ш ты и С алм и нского погоста;

ж и л и щ а «панов», по п р ед а­ нию, были и близ П у д о ж а ;

на В о ж м о с а л м е (Вы гозеро) имелся «пан­ ский» п о г о с т 9.

6 См.: В. П е г о в, П ольско-ш ведская интервенция в К арелии в начале XVII века, Петрозаводск, 1939, стр. 32—33;

И. П. Ш а с к о л ь с к и й, Ш ведская интервенция в Карелии в начале X V II в., П етрозаводск, 1950, стр. 113— 114;

В. Б а з а н о в, Н ар о д­ ная словесность К арелии, П етрозаводск, 1947, стр. 130— 135.

7 В. И. С м и р н о в, К лады, паны, разбойники, «Труды Костромского научного общества по изучению местного края», вып. XXVI, Кострома, 1921, стр. 41.

8 К. В. Ч и с т о в, Бы лина « Р ах та Рагнозерский» и предание о Рахчое из Рагн озера, «С лавянская филология. Сборник статей», т. III (изд. Сов. комитета славистов к IV М еж дународному съезду слави стов), М., 1958, стр. 358—388.

9 П. М и т р о п о л ь с к и й, Смутное врем я в народных преданиях и памятниках Олонецкой губ., «Олонецкий сборник», вып. III, стр. 250 и 252;

ОГВ, 1857 № 20.

стр. 111, № 22, стр. 1122;

О ГВ, 1905, № 19, стр. 3.

3 Советская этнография, № В. В. П и м е н о в Отнош ение к «панам » в п ред ан иях этой разновидности отнюдь не в раж д еб н ое. Н апротив, «паны» в них и зо б р а ж аю тс я ка к нечто родное,;

д а ж е свящ енное;

в вепсских деревнях «паны» выступают в качестве предков, от которы х произош ло современное население. Г. И. Куликов­ ским в 1890-х гг. установлено, что в с. Р о ксе (ю жнее О ш ты), и теперь ещ е наполовину заселен н ом вепсами, «панов» считали к а к бы своими и д а ж е у стр аи в ал и по ним еж егодно общественную поминку («Киселев день») |0. В дер. Чайгиной (в бывшем Ефимовском районе Ленинград­ ской обл., где ж и в у т ю ж ны е вепсы) нами заф и кси ро в ан а легенда, в од­ ном отношении очень б л и зк а я по сод ерж ан ию роксинской. Рассказы­ вают, что д ав н ы м -д а вн о здеш ние жители, оп асаясь военного нападения, приготовили себе у б еж и щ е в земле. О д н аж д ы, услы ш ав раскаты грома, они решили, что н ап ад ен ие н ач ал о сь и, спустившись в свое убежище, п огребли себя в нем. С тех пор о б р а зо в а л с я здесь «ж альник» — могиль­ ник в виде холма. Н а п ам яти рас ск а зч и к а там стояла христианская ча­ совня. В день поминовения родителей местные ж ители чащ е всего идут не в П елуш и — на погост, а к этому «ж альнику», где поминают не толькс родственников, но и погребенных в «ж альнике» предков — «панов»

В Вытегорском кр а е «при деревне К удам е (ср. вепсск. kudo 11—-«соору­ ж ени е в озере д л я впуска м ереж во врем я нереста»;

ku dod a — «ткать»

« в язат ь ры боловны е снасти, кр у ж ев а, чулки») — иначе Рахнова-гор;

(ср. вепсск. r a h n d a — «ж ать», ra h n o i — «жнец») одиноко стоит роща i поле и в ней часовня. Н а р о д н о е п редан ие говорит, что в этой рощ( «паны» похоронили себя вместе с детьми и сокровищ ами» 12. В окрестно стях Вытегорского ж е погоста «паны» оставили после себя потомство так, в дер. Н и ж н ей К у д а м е и теперь есть поколение их — семейство кре стьяп П аньковы х, п розванны х т а к по происхождению их от «панов». П сообщению Н. Н. Х арузин а, в П уд ож ск ом крае, в особенности на Вод лозере, «некоторые семьи считаю т себя потомками,,панов“ ». В дер А наньево (К упецкое озеро) сто ял а полувы сохш ая сосна, на мест которой, по преданию, «бы ла похоронена „п ан ск ая сестра1, и из ее кось вы ро сл а эта сосна;

„п роб овали ее рубить, д а не вы ш ло“ ». Под сосно!

м о л о д еж ь у с т р а и в а л а «гулянки» в П етров день 13.

П р е д а н и я о «панах» вообще, а в особенности те из них, что относятс!

к р ас см а тр и в ае м о й теперь первой разновидности, к а к правило, самьв тесным об разом приурочены к определенным археологическим памятни кам, ч ащ е всего — в п р ед ел ах бывшей Олонецкой губернии — к курган ным м огильникам «п риладож ского типа» 14. Эта связь с археологически ми п ам я тн и к а м и настолько прочна, что археологи пользую тся ею ка] н ад еж н ы м п ризн аком при отыскании новых объектов д л я раскопок. Tai были найдены и раскоп ан ы группы могильников в Ш еменичах (В. И. Рав д они касом и А. М. Л и н е вс к и м ), в Ч е л м у ж е (Г. П. Г роздиловым ) и в дру гих пунктах.

Все отмеченные обстоятельства побуж даю т п ризн ать предания о «па н ах»-предках, « п анах»-первонасельниках наиболее ранним слоем в об 10 Г. И. К у л и к о в с к и й, Из общинно-артельной ж изни Олонецкого края, Пет розаводск, 1897, стр. 100— 101;

е г о ж е, Похоронные о бр яды Обонежского края, «Оло нецкий сборник», вып. 111, стр. 422;

е г о ж е, Словарь областного олонецкого наречия СПб., 1898, стр. 36;

ср. И. К а л и н и н, Ч удь и паны, « Ж и вая старина», '913, вып. I II, стр. 146.

1 Этимологии здесь и дал ее наши (В. Я ).

12 П. М и т р о п о л ь с к и й, У каз. раб., стр. 254.

13 ОГВ, 1884, № 70, стр. 694;

Н. Н. X а р у з и н, И з материалов, собранных сред!

крестьян П удож ского уезд а Олонецкой губернии, «Олонецкий сборник», вып. Ill стр. 320 и 339.

14 ОГВ, 1866, № 37, стр. 693;

1890, № 48;

1903, № 11 и мн. др.

Ч у д ск и е п р е д а н и я источник эт нокульт урной истории — щ ем цикле преданий о «панах», восходящ им к эпохе широкого бытова­ ния ск азан и й о п редках-героях, реликтовы е предания о которых рассмот­ рены выше. С ам ы й термин, прим енявш ийся, ка к видно, д л я обозначения мест захор он ен и я героев, п ам я ть о которых сох ранял ась и консервиро­ в а л а с ь б л а г о д а р я р азв и то м у культу предков, возможно, возник задолго до того, к а к на севере России появились действительные «паны» — поль­ ско-литовские захватчики. Б ы ть мож ет, это слово, получившее в русской п ередаче — в р езу л ь т ате народной этимологизации в духе п р ед ст ав л е­ ний, возникш их в «смутное время» и после него,— вид «паны», «панки», п ер в оначальн о было св язан о с некоторыми детал ям и похоронного о б ­ р я д а аборигенного населения (ср.

вепсск. p a n d a — «положить», финск. и карельск. р а п п а — в том ж е значении, вепсск. m a h a p a n d a — «хоронить», m a h a p a n e n d — «похороны», финск.— савакот, m a a h a p a n j a i s e t — «похо­ роны» и т. д.). Н екоторы е топонимы О б он еж ь я (такие ка к «починок П анковской » в В аж е н с к о м погосте или «деревня П а н о в с к а я словет К и ­ сел е в ская за лесом» в Ош тинском погосте), присутствую щие в писцовой книге А н д р ея Л и х а ч е в а 1563 г. 15, не стоят, конечно, ни в какой связи с бывш им позднее польско-литовским нашествием.

В ы явл ени ю п ервоначальн ого со д ер ж ан и я и значения преданий о «па­ нах» в больш ой мере могло бы способствовать установление более или менее точной топ ограф и и распро стр ан ен ия их в п р ед ел ах северных рус­ ских областей. К сож алению, мы пока что не в состоянии с достаточной точностью очертить а р е ал д а ж е всего ц икла предания о «панах», не гово­ ря у ж е о его р азн ов и д н остя х или подциклах. В самом общем виде терри­ тория их р азм ещ е н и я приурочивается в общ ем к севернорусским райо­ нам и в ы ри совы вается в следую щ их очертаниях: на зап ад е предания местами отмечены в бывшей П сковской губернии, д ал ее густо рассыпаны в южной и восточной частях Олонецкой, кое-где фиксированы на К оль­ ском полуострове, отмечены в Вологодской, Костромской 16 и Вятской, а так ж е в зап ад н о й части (П о он еж ье) А рхангельской губернии. И з о б л а ­ сти р ас п р ос тран ен и я преданий «панского» ц икла безусловно исклю чаю т­ ся территории рассел ен и я современных народов пермской и волго-фин ской язы ко в ой групп. И скл ю чаю тся и северные карелы, у которых, п р ав ­ да, имеется свой собственный цикл р ас ск а зо в о борьбе с захватчиками, но в них вы сту паю т их подлинные исторические противники — шведы 17.

В итоге остается весьма обш и рная, но все ж е вполне об о зр им ая террито­ рия, з а н я т а я русскими, ю ж ны м и ка р ел ам и, вепсами и отчасти са ам а м и -= лопарями, а т а к ж е — в д ал ек о м прош лом — мерей. Н али чны е м атериалы позволяют предполож ить, что об ласть б ы тования преданий о «панах» предках, «п ан ах» -п ерв он асел ьн и ках д о л ж н а будет в ы глядеть уже. Таким образом, весь цикл преданий к а к будто св язан с вепсской, лопарской и, возможно, мерянской культурной традицией.

К ак бы то ни было, все ж е зн ач и те л ь н ая часть преданий о «панах»

принадлежит к д ругой разновидности, а именно к той, в которой пове­ ствование йа сам ом деле о т р а ж а е т собы тия н а ч а л а XVII в. Сюжеты преданий этой второй группы более р азн оо б разн ы, но по преимуществу в них р а с с к а з ы в а е т с я о н ап ад ен и я х «панов», «литвы», «разбойников» на мирные деревни местного населения. Ч а сто п редан ие приурочено к к а ­ кому-нибудь озеру или ручью или ж е иной особенности л ан дш аф та.

15 «П исцовые книги О бонежской пятины», JL, ЮЗО, стр. 100 и 226.

16 ОГВ, 1841, 41—45, стр. 203—203;

В. И. С м и р н о в, Указ. раб., стр. 27 и сл, И. К а л и н и н, У каз. раб., ср. П. С. Е ф и м е н к о, Заволочская чудь, Архангельск, 1869, статья 1, стр. 11, 36.

1 П. М и т р о - п о л ь с к и й, Указ. раб., стр. 244;

ср. ОГВ, 1875, № 63, стр. 705— 706.

3* •36 В. В. П им енов М естны е ж и тел и иной р а з сп р ав л яю тся с «панами» при помощи хитро­ сти, усыпив бдительность врагов, н ап р ав л яю т их лодку в пучину водо­ п ад а;

в других сл уч аях объединенны е силы крестьян побеж даю т их в жестокой битве;

наконец, не редкость и так и е варианты преданий, в ко­ торы х «паны» гибнут б л а г о д а р я чудесному божественному вмешатель­ ству 18. Интенсивность бы тован и я преданий о «панах» в Олонецкой гу­ бернии в свое в рем я б ы л а столь велика, что «паны» стали фигурировать и в других ф ол ькл о рны х ж а н р а х. Так, они упоминаю тся в сказке, записанной в З а о н е ж ь е (« П аны наехали, стреляют, паляют, нас уби­ ваю т») 19.

М ногие п р ед ан и я р ас см а тр и в ае м о й разновидности, видимо, отлича­ лись высокими худож ественны м и достоинствами. Судить о них, конечна, трудно, т а к к а к особенности я з ы к а и стиля этих преданий во многом б езв о зв р атн о потеряны д л я нас в связи с отсутствием в прошлом их запи­ сей ф ол ькл ор истам и -п р оф есси о нал ам и. Все ж е и имеющиеся пересказы д аю т возм ож н ость составить до известной степени близкое к истине п ред ставлен и е о поэтическом строе так и х преданий. Особенно вырази­ тельны те из них, в которых главны е героини — женщ ины. В одних рас­ с к а зы в а е т с я о том, к а к девуш ка, пресл ед уем ая «панами», бросилась с высокой горы в реку, в других повествуется о том, к а к б ла го д а р я своей находчивости д ев у ш ка не только сп асается сам а, но и губит всех врагов.

К числу последних относится ш ироко и звестн ая в К арелии легенда о Д е ­ вичьем о с т р о в е 20.

О снову идейного со д ер ж ан и я преданий о борьбе с «панами» в том их виде, к а к они дош ли до нас, составл яю т мотивы защ и т ы родной земли от зах в атч и ков и насильников, патриотической борьбы за свободу народа, борьбы, ко то р а я рисуется р а с с к а зч и к а м к а к единственно справедливый способ р азр е ш ен и я конф ликта. Н е д а р о м повествование всегда ведется в эпически спокойном духе;

в п ред ан и я х постоянно подчеркиваю тся такие качеств а их героев — ч ащ е всего безы мянных,— к а к смелость, находчи­ вость, готовность п о ж ер тв о в ать собою и своей ж изнью ради победы над врагом. С ам и предания, о т р а ж а ю щ и е по сущ еству местные и частные события, воспринимаю тся к а к широкие обобщ ения исторического под­ вига н ар о д о в России, в том числе и вепсского народа, в борьбе за свобо­ ду Родины.

Вместе с тем труд но прим ириться с мыслью, будто в преданиях «пан­ ского» ц икла вовсе отсутствовали мотивы внутренней социальной борь­ бы. П р а в д а, п р ед ан и я д аю т сравн и тельно м а л о м а т ер и ал а д л я уверенны?

суж дений по этому вопросу. О д н ако не забудем, что записи их произво­ дились до известной степени тенденциозно, а интересую щ ие нас теперь моменты — вольно или невольно — отф ильтровы вались с самого начала Т аким об разо м, наш и п редполож ени я б ази рую тся на некоторых общи?

с о о б р аж ен и я х и косвенных данных.

П р е д п р и н я т а я недавно В. А. Ф игаровским попы тка рассмотреть з а ­ ново д о ку м е н т а л ь н ы е м атери алы, касаю щ иеся с о ц и ал ьн ы х 'д ви ж е н и й ь России в 1614— 1615 гг., привела автора к интересным выводам. В. А. Фи гаровский приш ел к заключению, что в эти годы имело место массовое восстание крестьян, о то ж д ествл я ть которое с действиями грабительски?

бан д и ш а е к авантю ристов, проникавш их из-за руб еж а, неверно. Восста 18 Н. Е. О н ч у к о в, Северные сказки, № 2326;

О ГВ, 1843, № 24;

ОГВ, 1560, № стр. 2;

1864, № 22;

1866, № 37;

1869, № 35, стр. 335;

1892, № 93;

«П ам ятная книжка Олонецкой губернии на 1867 год», П етрозаводск, 1966, стр. 1127— 128.

19 П. К о р е н н о й, Заонеж-ские сказки, П етрозаводск, 1918, стр. 9— 10.

20 «П ам ятн ая книж ка О лонецкой губернии на 1867 год», стр. 117— 118.

Ч у д ск и е п р е д а н и я источник эт нокульт урной истории — ние, по В. А. Ф игаровском у, охватило весьма широкий район, населенный по преим ущ еству черносошным и дворцовым крестьянством, в частности, и на севере России (в Вологодском, Белозерском и соседних с ними у ез­ дах) 21. С ледовательно, исторические свидетельства, истолкованные т а ­ ким способом, д аю т известные основания, чтобы и на м а т е р и а л а х п реда­ ний п о пробовать оты скать следы того ж е процесса.

«П аны » преданий, к а к мы видели, рисовались народному сознанию не только в качестве грабителей. О б р а з «пана» — предка, п ерв о н асел ь ­ ника н и к ак не согласуется с обликом «пана» в преданиях о гр аб еж ах, насилиях и разорениях. В этой связи в озни каю т вопросы: не яв л яе тся ли т а к а я двойственность народного пред ставлен и я о «панах» результатом двойственного п олож ен ия сам их крестьян в пору, когда откристаллизо в ы в ал ся весь цикл «панских» п редан ий ? Н е следует ли допустить, что в обстановке н ап р яж е н н о й национально-освободительной и классовой борьбы, реа л ь н ы е ф ак т ы которой позднее осм ыслялись в форме пре­ даний, н арод ное сознание, с одной стороны, ф икси ро вал о и обобщало примеры действительны х столкновений с в р агам и своей земли, а с другой стороны, ж и во о т кл и кал о с ь и на вспыш ки социальной борьбы, д ля веде­ ния которой крестьяне д о л ж н ы были объединяться в отряды, ватаги?

Не об этом ли свидетельствует то место в роксинской легенде, где гово­ рится об о б р азо в ан и и «шаек» (п о д разу м евается — из местных крестьян) с «п ан ам и » во главе? Н е о сочувствии ли этим псевдо-«панам», ассоци­ ированным в сознании с п редкам и-первон асельн и кам и, говорят концовки некоторых преданий, где повествуется о трагической гибели их под зем ­ лей? Н акон ец, не яв л яе тся ли связь м е ж д у п редан иям и о «панах» и легендами о р азб о й н и ка х и к л а д а х более тесной, чем ее себе обычно представляют, и не следует ли чрезвычайно полож ительную народную оценку р азб о й ни ков — защ итн и ков угнетенных и обездоленных — в к а ­ кой-то степени р аспростран ить и на определенную группу преданий о «панах»?

Все это, разум еется, только д огад ка, подтвердить которую по и зло­ женным выш е причинам теперь ещ е не п р ед ставл яется возможным.

Однако п остан о вка ук а зан н о й проблемы, по-видимому, не является и з­ лишней.

П роследить д ал ьн ей ш и е пути р азв и ти я исторических преданий на ко ­ ренных вепсских терри то ри ях не удается: д л я этого мы не располагаем необходимыми данны ми. Н о этот фольклорны й цикл п роявился на сосед­ них территориях, население которых было св язан о с вепсами этническим родством, историческими и культурны ми взаимоотнош ениями. Н а основе общего чудского, в том числе и вепсского, фольклорного наследства у южных карел ов, л о п а р ей и русских (в особенности в П уд ож ск ом крае, который в прош лом т а к ж е н аселял и вепсы) возникаю т сложные «синте­ тические» п р е д а н и я 22, вершиной р азви тия которых являю тся пудожские предания о Р а х к о е из Р а г н о з е р а и былина « Р а х т а Рагнозерский».

Подробный р азб о р преданий этого ц икла не входит в наш у задачу, так как, во-первых, нет н у ж д ы повторять работу, успешно проделанную К. В. Чистовым, а, во-вторых, это увело бы нас слишком дал еко от основ­ ной темы. О гр ан и чи м ся п оэтому лиш ь отдельны ми суж дениями и с д е л а ­ ем некоторые д о б а вл е н и я к тому, что у ж е установлено названны м иссле­ дователем.

2 В. А. Ф и г а р о в е к и й, К рестьянское восстание 1614— 1615 гг., «Исторические записки», 73, 1963, стр. 194 и сл.

22 Публикацию их см.: К. В. Ч и с т о в. М атериалы к изучению былины и предания о Рахкре из Рагн озера, «Труды К арельского филиала АН СССР», вып. XX. 1959, стр. 1122— 166.

В. В. П им енов А н али з топонимических и исторических преданий приводит к мысли, что цикл «синтетических» преданий следует р ассм атри в ать не изолиро­ ванно, а в тесной связи, в одной системе с преданиями предыдущих ти­ пов. П оместив этот цикл преданий, т а к сказать, на верхней ступеньке типологической лестницы, нетрудно заметить, что в нем сплавились, син­ тези р о в ал и сь многие мотивы и образы, присущие двум предыдущим типам. И н ач е говоря, п ред ан и я о п ервонасельн иках-п редках и о «панах»

послуж или м атер и ал о м, из которого слож ились ск азан и я типа предания о Р ахкое. В сам ом деле, он (Р ахк ой, иногда К урик или безымянный ге­ рой), несомненно, предок, п ервонасельник здеш них мест;

само предание о нем и о б р а з героя тесно св я за н ы именно с данной местностью. В леген­ д ах о Р а х к о е (К ур и ке и т. п.) имеется эпизод с вениками или щепками, плы вущ и м и по реке, что воспринято из преданий о первонасельниках вто­ рой разновидности. К ром е того, Р а х к о й и з о б р а ж а е т с я в качестве борца против «панов»;

источник этого мотива не н уж д аетс я в пояснении. Не­ трудно о ты скать и другие соответствия.

Б ы л о бы, конечно, заб л у ж д ен и ем сводить все к обнаруж енны м соот­ ветствиям и на этом основании не зам еч ать качественного своеобразия синтетических преданий типа легенды о Рахкое. (Они сложнее и по по­ строению сю ж ета, и по своему идейному смыслу, и по использованию худож ественны х средств, пусть д а ж е заи м ствован н ы х из преданий, типо­ логически более элем ен тарн ы х. Герой синтетических преданий отличает­ ся необыкновенной силой, в определенных обстоятельствах исчезающей у него, чем п ользую тся его враги, и во звр а щ аю щ ей ся к нему, что в ко­ нечном счете обеспечивает ему победу. В этих п реданиях присутствуют сл ож н ы е сю жеты, н азв ан н ы е К. В. Чистовы м « Р а х т а и н еверная жена»

и «Единоборство Р ах ты », в процессе р азви тия которых раскры вается и и зм ен а ж е н ы с ат а м а н о м разбойников или «панов», и предательство до­ чери, не ж е л а ю щ е й помочь освободиться связа н н о м у герою-отцу, и по­ мощ ь м алол етнего сына, подавш его отцу нож, и р ас п р а в а героя над в рагам и, изменницей-ж еной и предательницей-дочерью. Всего этого нет в п ред ан и я х предш ествовавш и х более архаических типов). Но для вос­ со зд ан и я истории возникновения сю ж ета, д л я реш ения вопроса об его этническом п роисхож дении у к а за н н ы е вы ш е соответствия дал еко не без­ различны.

То ж е следует с к а з а т ь и о некоторых сохраненных преданиями этно­ граф ических реали ях. Х арактер но, что более слож ны е типы преданий к а к бы впи ты ваю т в себя бытовые черты, наличествую щ ие в преданиях типологически более простых. У ж е в ранних п реданиях о первонасель­ ни к ах -п р ед ках второй разновидности присутствуют краткие, но очень интересные характер и сти ки ж илищ. Н апри м ер, низовый ж и тел ь из пре­ д ан и я об основании В идлицы «проживал... в избуш ке с маленькими окош кам и и черной печкой». В то ж е врем я и Р а х т а (Р ахк о й ) живет в рубленой избе с высоким подклетом, куд а он прячет по возвращении домой свои л ы ж и. Гим и Г а к охотились с помощ ью л у к а и стрел. Луком ж е и стрел ам и пользую тся «паны» и борцы с ними. С этой ж е точки зр е­ ния очень лю бопы тны этнографические д етал и в предании о Р ах кое из Р агн о зер а. Они за с л у ж и в а ю т внимания, т а к к а к помогаю т уяснить воп­ рос о взаи м о отн ош ен и ях ю ж н окарел ьски х и русских вариантов п реда­ ний, с одной стороны, и саам ски х — с другой.

Б о л ь ш а я степень близости их м е ж д у собою не вы зы вает сомнений.

С ю ж етн ое сходство простирается вплоть до мелких деталей. Но этногра­ ф и ческая о б стан ов ка в карельско-русских и саам ски х в ар и ан тах — р а з ­ лич н ая, о т р а ж а ю щ а я конкретны е условия бы тования в этнически неоди наковой среде. Вместе с тем нетрудно зам етить, что саам ских этногра­ Ч у д ск и е п р е д а н и я источник эт нокульт урной истории — фических д етал е й очень немного д а ж е в тех в ар и а н т а х преданий, кото­ рые зап и сан ы от саам о в, не говоря у ж е о карельско-русских. Действие иногда происходит в веже, и зр ед к а упоминаю тся олени, в р а г а ловят с помощью п етли-силка, рас ставлен н ого при входе в вежу, что с известны­ ми оговор кам и т а к ж е мож ет восприним аться в качестве саам ско й этно­ графической черты,— вот, п о ж ал уй, и все. Н о в тех ж е са ам с ки х п р ед а­ ниях имею тся явно более ю ж н ы е по происхождению эт н о г р а ф и ч е с к и е »

подробности — и з б а с сенями, ам б а р и т. д. В ю ж ны х ж е п ред ан иях типа легенды о Р а х к о е из Р а г н о з е р а этнограф ические детали о т р а ж а ю т от­ нюдь не са ам с к и й тип хозяйства, бы та и культуры. Н а оленеводство нет д а ж е и н ам ека. Герои ж и в у т в рублены х избах. П ри них имеются бани и риги. Р а х к о й за н и м а е т с я изготовлением дровней, а не лопарских кере жек. П р а в д а, он ры болов и охотник, но по см ыслу предания ясно, что для него зан ят и е этими п ром ы слам и не исклю чает всего остального, что входит в общий ком плекс деревенского сельскохозяйственного быта. Со­ здается определенное впечатление заи м ствован н ое™ предания саамами от ю ж ны х соседей. Т ак о е впечатление, возможно, подкрепит еще и тот факт, что у са ам о в сю ж ет типа п р ед ан ия о Р а х к о е получил р аспростра­ нение в сказочном ж а н р е, а у карелов-ливвиков и в П уд о ж ск о м крае — в ж а н р е исторических преданий.

С ледует с к а за т ь несколько сл о в об именах героев преданий. В тех преданиях, где их имена присутствую т (имеем в виду синтетические п ре­ д ан ия), довольно устойчиво н азы ва ю т ся д ва имени — Курик и Рахкой (в р азл и чн ы х в а р и а ц и я х ). Отметим попутно, что в саам ски х сюжетных аналогиях имени героя нет. Эти имена нередко приурочены к сходно зву­ чащим топ они м ам (К ур и ков а сельга, Куриковское, Кюрей-мяги и т. д.;

Рахковичи, Р а х к о й л а, Р а х к о в а гора и проч.). К. В. Чистов вы сказал предположение, что оба имени, возмож но, св язан ы с н азван иям и двух древнекарельских родов «К ур ил а» («Курильчи» или «Курильцы» рус­ ских актов) и « Р о к у л а» (в русских средневековы х д окум ентах «Рбкуль цы» или « Р о в к у л ь ц ы » ). Н е отр и цая вероятности такого толкования, з а ­ метим, что имя Р ахко й, надо полагать, было известно не только карелам, в частности, п р и л а д о ж с к и м (о чем свидетельствует сообщение М и каэл я Агрнколы в середине XVI в.) 23, но и вепсам: современные оятские вепсы сохранили воспоминание об этом в терм ине pacin rah k o i — «запечник», «домовой»;

в некоторы х местах слово утрати ло у ж е и это значение и ст а­ ло осм ы сляться к а к «леж ебока», «лю бящ ий погреться на печи». И з всего этого, по-видимому, д с л ж е н след овать тот вывод, что, возможно, и имя, и предание и зд а в н а были общ им достоянием очень узкой группы чуд­ ских народов, п о д д ер ж и в аю щ и х м е ж д у собою настолько тесные культур­ ные связи, что это наш л о отр аж ен и е во взаи м н ом обмене фольклорными сюжетами.

Н ам о стается еще, хотя бы бегло, остановиться на вопросе о том, как соотносятся чудские п редан ия с п ред ан иям и о чуди. О бсуж дение этого вопроса полезно вести к а к путем сопоставительного ан а л и за самих пре­ даний, т а к и при помощи сличения областей их распространения. Р а з ­ ные авторы у ж е пр обовал и проводить и сследован и я в первом аспекте, сравнивая, главны м о б р а зо м, п редан ия о чуди с преданиями о « п а н а х » 24.

Следует, конечно, помнить, что п рям ы е сопоставления этих двух групп 2 К. В. Ч и с т о в, Былина «Р ах та Рагиозерский» и предание о Рахкое из Р агн ­ озера, стр. 374;

Д. В. Б у б р и х, Об одном обманчивом историческом документе, журн. «Н а рубеж е», 1949, № 2, стр. 9Е—94.

24 См., например, Е. В. Б а р с о в, Об олонецких древностях, «Олонецкий сборник», ш п. III, стр. 175;

И. К а л и н и н, Указ. раб., стр. 138 и 145.

40 В. В. П им енов преданий до некоторой степени рискованны: ведь мы часто имеем дело не с точными их записям и, а с п ересказам и, за полную надежность которых поручиться нельзя. С ледовательно, нужно, соблю дая осторож­ ность, ср а вн и ва ть л иш ь наиболее устойчивые элементы. Но все ж е и при этих условиях нетрудно зам етить, что оба цикла преданий содерж ат как сходные, т а к и отличные черты.


Д ействительно, если об рати ться к сопоставлению преданий о чуди и о «панах», то н ел ьзя пройти мимо того несомненного ф ак та, что и в тех и в других легко о б н а р у ж и ть н ем ало совпадений в составе сюжетов.

Среди них следует отметить осмысление героев в качестве предков;

зака­ пы вание в землю, в резу л ь тате чего будто бы возникали мргильники и клад ы ;

б атал ь н ы е эпизоды;

чудесное ослепление врагов и пр.

О д н ако эти совп аден ия отнюдь не полные и не точные. Например, и з о б р а ж е н и я военных действий в подробностях сильно различаются:

в п ред ан и я х о чуди они п редставлен ы весьма обобщенно, освобождень от каки х-либ о деталей;

наоборот, в чудских п редан иях о «панах» сооб' щ а ется много ж и в ы х деталей, д аю тся описания военных хитростей и т. д И м ею тся и другие сю ж етны е различия. В п реданиях о чуди отсутствуют эпизоды с плы вущ ими по реке вениками или щ епками, в них нет имен героев (исключение составл яет только один случай упоминания чудского в о ен ач ал ьн и ка А м и н та), д а, собственно, нет и отдельных героев, а дей­ ствуют массы, группы, именуемы е общ им н азванием — чудь. В отличие от чудских преданий с их сравнительно ясно вы раж ен н ы м историзмом, пред ан иям о чуди более присущи элементы сказочности. Наконец, раз­ личны сам ы е принципы группировки тех и других преданий в циклы, что о тр аж ает, несомненно, разн и ц у в истории возникновения и бытования сюжетов.

Р а с с м а т р и в а я вопрос во втором аспекте, с точки зрения топографии преданий, также нетрудно уловить черты сходства и различия, т. е. вы­ д елить территории, где и те, и другие предания бытуют одновременно, совместно, и знач ительн ы е ареал ы, где бытуют одни предания, но отсут­ ствую т другие. К числу районов, где они встречены в совместном быто­ вании, относятся территории бывшей Олонецкой губернии, в особенности ее ю ж ны е и восточные уезды — Лодейнопольский, Вытегорский, Карго польский и П удож ский, а т а к ж е Т ихвинская округа, Поонежье, низовья Д вины, зн ач и те л ь н ая часть теперешней Вологодской области и некото­ рые местности Костромской.

Вместе с тем совершенно ясно, что предания о чуди зан и м аю т про­ странства, значительно более обширные. М ож н о довольно твердо ска­ зать, что там, где бытуют чудские предания, наприм ер о «панах», почти н ав е р н я к а — за немногими исключениями — встретишь и предания о чуди;

однако наличие в той или иной местности преданий о чуди вовсе не означает, что тут непременно будут распространены чудские преда­ ния. Ины ми словами, распространение того или иного типа преданий н аходится не в прямой, а какой-то более сложной, опосредствованной зависим ости д ру г от друга.

О б ъясн ен ие этому нужно, видимо, искать в условиях сложного и многогранного процесса этнической истории р яд а народов, населявших обш ирны е простр ан ства изучаемого района, и несомненно, что роль неко­ торы х п рибалтийско-ф инских народов, в частности и д а ж е в особенно­ сти вепсов, я в л я л а с ь здесь д ал еко не последней.

С в я за т ь все разновидности преданий о предках-первонасельниках с каки м -л и бо одним н ародом не п ред став л яется возможным, да и вряд ли т а к а я попытка б ы л а бы оп рав дан а. Эти ранние и наиболее простые ф орм ы преданий в ы р а б а т ы в а л и с ь вепсами, к а рел ам и и их южными и Ч у д ск и е п р е д а н и я ист очник эт нокульт урной истории — восточными соседями в сходных исторических условиях совместно и я в ­ ляю тся их общ им достоянием. Впрочем, и среди них вы деляется одна группа (в ари ан ты с плы вущ им и вениками или щ еп к ам и ), л о к ал и зу ем ая более четко, к о торая в п р ед ел ах Северной историко-этнографической об­ ласти без особенных затруднений п риурочивается именно к ю ж н о к а р е л ь ­ ской и вепсской территориям.

В д ал ьн ей ш е м р азв и ти е преданий пошло разны ми путями. С одной стороны, ло кал ьн ы е, имевш ие сугубо местное значение события послу­ ж или с н а ч а л а поводом д л я возникновения преданий о «панах»-предках, затем, о сл о ж н я я сь мотивами социально-политических столкновений н а ­ чала X V II в.,— преданий о борьбе с «панами» и, наконец, сложных «син­ тетических» преданий типа легенды о Р а х к о е из Р агнозера. С другой стороны, процессы, за х в ати в ш и е более обширную территорию,— м и г р а­ ция вепсов из области их преимущественного расселения на северо восток, в З авол о ч ье, а зате м асси м и ляци я их мощным колонизационным потоком русского населени я — н аш л и о траж ен и е в русских преданиях о чуди.

С опоставлен ие чудских преданий о «панах» с п редан иям и о чуди, установление некоторых точек соприкосновения в процессе ф ор м и ров а­ ния этих д ву х циклов и вместе с тем отчетливо в ы р а ж ен н ы х различий как в со д ер ж ан и и сюжетов, т а к и в их разм ещ ени и,— все это п о дс казы ­ вает весьма зам ан чи в ую идею — попы таться св язать распространение преданий о «панах» с расселением и культурным воздействием самих вепсов. О снован и я д л я в ы д виж ен ия такой гипотезы, к а к видим, имеются, но, к со ж ален ию, вполне строго обосновать ее теперь ещ е невозможно.

Главное затр уд н ен ие видится нам в том, что ар еал разм ещ ени я п р ед а­ ний о «панах» (в особенности о «панах»-предках, «панах»-первонасель никах) не вполне точно соответствует тем территориям, на которых в той или иной мере м ож но ф и кси ровать непосредственное пребывание вепсов.

Мы имеем в виду, в частности, территорию Костромской области, где в начале II ты сячелетия, несомненно, обитало мерянское население и где также расп ро стран ен ы п р ед ан ия о «панах», в том числе и о «панах» предках. Хотя сущ ествование вепсско-мерянских культурны х связей, хорошо за м етн ы х по археологическим д анны м раскопок круганов юго восточного П р и л а д о ж ь я и позднедьяковских городищ и могильников, и присутствие смешанной вепсско-мерянской топонимики в области, которую Д. В. Б у б р и х н азы в а ет «южны м входом в З а в о л о ч ь е » 25, как будто бы и у к а з ы в а ю т вы ход из затрудн ен ия, все ж е от окончательного суждения приходится в о зд е р ж а т ь с я до тех пор, пока, во-первых, не будут получены более п одробные и н ад еж н ы е историко-археологические свиде­ тельства, р ас к р ы в а ю щ и е х а р а к т е р вепсско-мерянских взаимоотношений, а, во-вторых, не б удут собраны и подробно п р оан ал и зи ров ан ы предания о «панах» на всей территории их разм ещ ения.

Более тесно с в я зы в а ю т с я с вепсами слож н ы е «синтетические» п ред а­ ния типа легенды о Р а х к о е из Р агн о зер а, которые к преданиям о чуди имеют у ж е совсем сл аб о е касательство. О б л асть их разм ещ ения неве­ лика и очерчивается достаточно четко. Б ы тов ан и е этих преданий в про­ шлом т а к ж е и у вепсов, к а к сказано, очень вероятно. Косвенное тому подтверждение мож но видеть в распространении текстуально сов п ад аю ­ щих вари ан тов среди карел ов-л ю ди ков и ливвиков, этнокультурное род­ ство которых с вепсам и не требует дополнительны х доказательств, и 25 Д. В. Б у б р и х, П роисхож дение карельского народа, П етрозаводск, 1947, стр. 28.

42 В. В. П им енов русского населени я П уд ож ск ого кр а я, ассимилировавш его прежде жив­ ших здесь вепсов.

К- В. Чистов, исследуя историю данного сю жета, наметил два воз­ м ож н ы х реш ения вопроса об его этнических корнях: либо он возник на д рев н ел оп арской этнической почве и заи м ствов ан древними вепсами в процессе ассим иляции лопарей, либо ж е он явл яется вепсским, и саамы восприняли его от древних вепсов в резу л ьтате контактов, несомненно, имевш их м е с т о 26. Ясно, что при прочих равн ы х условиях присутствие в са ам с к и х п р ед ан и я х ю ж ны х этнограф ически х подробностей представ-' л я е т собою н е м а л о в а ж н ы й аргумент, п обуж даю щ и й нас отдать предпоч- тение второму предположению.

И так, изучение чудских преданий — теперь мы мож ем сказать, что в определенной мере они д о л ж н ы считаться та'кже и вепсскими,— приво­ д и т к заклю чению, что история их возникновения и бытования оказы­ в ается на поверку куда более сложной, чем это п редставлялось преж­ ним иссл ед о вателям. О на п редстает перед нами к а к своеобразное фоль­ клорное о тр аж ен и е этногенетических процессов, происходивших в IX— X IV и XV— X V III вв. в П ри он еж ье, П р и л а д о ж ь е и в Заволочье.

SUMMARY T chud’ tra d itio n a l legen d s (not to be confused w ith R ussian legends about the T chud’) are know n to n o rth ern R u ssian s, the V epses, the sou th ern K arelians and the L apps. These leg en d s m ay b e classed u n d er th ree categ o ries: legends about ancestors w ho first settled th e territo ry, leg en d s about «pans», and «synthetic» legends. The le­ g en d s about an cesto rs ap p ear to be th e earliest. Their ethnic n a tu re is h a rd to defined b u t they a re p robably linked w ith V eps and south K arelian environm ent. W ithin the second group — leg en d s ab o u t «pans» — tw o s tra ta m ay be distin g u ish ed. The earlier s tra tu m includes leg en d s w here p ans ap p ear in the role of honoured ancestors. The la te r s tra tu m co n tain s leg en d s a b o u t the stru g g le a g a in s t «pans» as invaders (an echo of events in the b e g in n in g of the X VII cen tu ry — the «Troubled Tim es»). Both those kinds of leg en d s are p robably connected w ith the K arel-V eps and perhaps also w ith M eria c u ltu ral tra d itio n s. T chud’ leg en d s reach th eir hig h est developm ent in the cycle of sy n th etic ta le s (i. e. the legend of R ahkoi from th e R agno Lake) w hich m ust be considered pred o m in an tly Y eps in th eir orig in. Thus T chud’ legends contain material w hich m ay be of im portance for in v e stig a tin g ethnic histo ry w ithin the N orth Euro­ pean h isto rical eth n o g rap h ical region.


2 К. В Ч и с т о в, Былина..., с.тр. 377.

r' В. В. Г и н з б у р г НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ ВЗАИМОСВЯЗИ РАСО ГЕН ЕЗА И ЭТНОГЕНЕЗА Р а с о г е н е з и этногенез п р ед став л яю т собой две взаимосвязанны е стороны р а зв и т и я человечества, в ы текаю щ ие из его биологической и социальной сущности. Человечество, которое б л а г о д а р я общественному труду все б ольш е о св аи в ает природу, все больш е подчиняет ее себе, п р о д о л ж а ет тем не менее о ставаться частью природы.

О д н а к о биологическое разви тие человечества существенно отли­ чается от разв и ти я животных. У ж и вотны х оно протекает по законам эволюции органического мира, которые в общей форме сф орм улировал Ч. Д а р в и н — наследственности, изменчивости и естественного отбора.

Последний я в л я е т с я ведущ им ф ак то ром вид ооб р азо ван и я у животных, за к р е п л я я ад ап ти вн ы е призн аки в популяции. В развитии человечества, в резу л ь тат е все более активного отношения к условиям существования, основной ф ак то р в эволю ции ж ивотного м и ра — естественный отбор — все б о льш е тер я л свое значение. Н о и в той мере, в какой селективный процесс п р о д о л ж а л и п р о д о л ж а е т действовать, он х ар актери зуется либо непосредственным приспособлением биологических свойств к социальной среде, либо, если дело идет о приспособлении к географическим ф ак т о ­ рам, через посредство социальной среды.

О б щ а я тенденция социального р азв и ти я человечества проявляется в уменьшении изолированности и уси л и ваю щ ем ся смешении.

О бщ ественно объединенны е коллективы людей на первых порах стро­ ятся по непосредственному кровному родству. Впоследствии возникают этнические общности р азн ы х степеней (в зависимости от развития про­ изводственных отнош ений): племена, союзы племен, народности. Н а к а ­ питалистической стадии р азви тия общ ества возникаю т нации.

Эти ф орм ы общ ественны х объединений в значительной мере опреде­ ляют пути о б р а зо в а н и я коллективов, х ара кт ер и зу ю щ и х ся наследственно обусловленной совокупностью биологических признаков, проявляю щ ихся как в морфологических особенностях, т а к и в иммунно-биологических свойствах организмов. Т акие коллективы и составл яю т расы человече­ ства, изучаем ы е отр асл ью антропологической науки, которая н азы ­ вается этнической антропологией или расоведением.

Р асы человека и другие группы расовой систематики являю тся биоло­ гическими сущ ностями (катего ри ям и) и изучаю тся биологическими методами. О д н ак о пути их ф ор м и ро в ан и я определяю тся историческими (социальными) ф ак торам и.

1 В основу статьи полож ен доклад, прочитанный на М еж дународном антрополо­ гическом симпозиуме, посвященном вопросам развития древнего и современного че­ ловечества. Симпозиум был организован Биологическим отделением и Антропологиче­ ским комитетом Венгерской А кадемии наук в Будапеш те 10— 12 октября 1967 г. Из советских антропологов в семинаре принимали участие В. В. Гинзбург и Т. А. Тро­ фимова.

44 В. В- Г и н з б у р г А нтропологическая х ар а к тер и сти к а этнических групп от р аж ает исто, рию их ф орм и ро ван ия. П оэтом у изучение антропологического состава этнических групп м ож ет способствовать пониманию условий их развития.

И зм ен ен ие физического типа м ож ет свидетельствовать о приходе другой этнической группы, иногда и зд а л ека. Об исторических событиях может св и детельствовать и смешение рас, отмечаемое на определенной терри­ тории в каком -ли б о историческом периоде.

Н а арене истории вы ступаю т этнические объединения разного мас­ ш т а б а — племена, народы, нации, зан и м аю щ и е определенную террито­ рию и имею щ ие определенные антропологические характеристики. Ста­ бильность, или, наоборот, изменение этих характери сти к о траж аю т исто рию этнических групп. В этом случае антропологические данные п вы ступаю т к а к исторический источник, н ар яд у с данны ми археологии, этногр аф ии и лингвистики, которые взаимно дополняю т д руг друга.

Я зы к и ку л ь ту р а могут р асп р остран ять ся и независимо от антрополо­ гических типов, но антропологические типы обычно не распространяю т^ без культуры и я з ы к а 2. Поэтому, распростран ен ие антропологического типа на определенной территории о т р а ж а е т какие-то этноисторические процессы.

С оветские антропологи уделили много внимания вопросам использо­ ван ия антропологических д ан ны х при решении вопросов этногенеза.

П ривлечение д ан ны х антропологии к изучению этногенеза особенно п лодотворно в условиях неполноты или отсутствия исторических, этно­ граф и ческих и лингвистических источников. П ривлечение антропологи­ ческих д ан ны х к изучению этногенеза в зонах соприкосновения больших рас, т ак и х к а к З а п а д н а я Сибирь, С ред н я я Азия, Ю ж н а я Азия, северная А ф р и к а и др. особенно эффективно, т а к ка к здесь разли чи я меж ду ком­ понентами в ы ступаю т более отчетливо. При этом нужно учитывать эпо­ хал ь н ы е изменения физических признаков, количественные соотношения см еш и в аю щ и х ся групп, р азл и чи я в дем ограф ических процессах у наро­ дов, р а зл и ч а ю щ и х ся по своим антропологическим свойствам и т. п.

П ол ож ен и е о ведущ ей роли социальны х ф акторов является основным в антропологии. Его игнорирование ведет к построению теорий, иногда весьма д а л е к и х от науки.

Э тническая общ ность — это социальное объединение, сложившееся на определенной территории и х ар а ктер и зу ю щ е еся языком, культурой психическим ск ладо м и т. п. П он яти е этнической общности является предметом обсуж дения. По мнению Н. Н. Ч е б о к с а р о в а 3, этническим!:

общ ностям и могут быть исторически слож ивш иеся социальны е коллек­ тивы внутри н арод а — этнографические группы, которые могут быть г очень большими, наприм ер ю жны е и северные великоруссы в составе русского народ а. Но. этническая общность мож ет быть единицей поряд­ ка большего, чем народ, об р азу я близкую по язы ку и культуре группу н ародов, которой Н. Н. Ч ебок саров д ает н азв ан и е этнолингвистической общности. К такой относятся, например, восточные сл авяне — русские украин ц ы и белорус-сы.

Г руп пи ровка этнических общностей может производиться по разным принципам.

М. Г. Л ев и н и Н. Н. Ч е б о к с а р о в 4 р а з р а б о т а л и понятие «историко­ этнограф ической» (или «историко-культурной») области — территории.

2 Г. Ф. Д е б е ц, М. Г. Л е в и н, Т. А. Т р о ф и м о в а, Антропологический мате­ риал как источник изучения вопросов этногенеза, «Сов. этнография», 1952, № 1.

3 Н. IT. Ч е б о к с а р о в, П роблемы типологии этнических общностей в трудах советских ученых, «Сов. этнограф ия», 1967, № 4.

4 М. Г. Л е в и н, Н. Н. Ч е б о к с а р о в, Хозяйственно-культурные типы и исто­ рико-этнографические области, «Сов. этнография», 1955, № 4.

П р о б л е м ы в з а и м о с в я зи р а с о ге н е за и эт ногенеза на которой в р езу л ь тате длительны х связей, взаимного влияния и общ ­ ности исторических судеб народов, населяю щ их эту территорию, сл о ж и ­ л а с ь о п ред ел ен н ая кул ь турн ая общность. Х арактер ны е особенности и границы историко-этнографических областей не остаю тся неизменными.

Но на к а ж д о м конкретном отрезке времени они п р ед став л яю т опреде­ ленную реальность. В качестве п рим ера авторы приводят н ароды Си­ бири. Там в ы деляю тся следую щ ие историко-этнографические области:

ям ал о -т а й м ы р с к а я, з ап ад н о си би рск ая, ал тае-саян ская, восточносибир­ ск ая, к а м ча тско -чук отска я и ам у р о -сах а л и н ск ая. У народов к а ж д о й из этих областей м ож но о б н а р у ж и т ь некоторые культурные особенности, не всегда св язан н ы е с определенными хозяйственно-культурными типами, но говор ящ и е о сущ ествовании д ли тельн ы х и тесных исторических связей.

Д р у г о й формой общности яв л яю тс я хозяйственно-культурные типы, под которы ми М. Г. Л ев и н и Н. Н. Ч ебо к саро в понимают исторически сл о ж и в ш и еся ком плексы особенностей хозяй ства и культуры, характер ­ ные д л я народов, обитаю щ и х в определенных естественно-географиче­ ских условиях, на определенном уровне их социально-экономического развития.

С ледовательн о, на одинаковом уровне разв и ти я производительных сил в сходных географических условиях один и тот ж е хозяйственно­ культурны й тип м ож ет сл ож и ться независимо у разны х народов в р а з ­ ных, д а ж е отдален н ы х д р у г от д руга областях. В качестве примеров эти ав торы п р и в од ят хозяйственно-культурны е типы на территории Сибири:

арктически х охотников и рыболовов, речных рыболовов, тае ж н ы х охот ников-оленеводов, оленеводов тундры. Сходный тип хозяйства сформ и­ ро вал ся у р азн ы х н ародов, иногда терри тори ально удаленных.

К ультурн о-хозяйственн ы е и историко-этнографические области могут быть вы делены и по археологическим данны м. Так, распространение культуры краш ен ой к ерам и ки на обширной территории Европы и Азии не св яза н о с какой-то определенной историко-этнографической о б щ ­ ностью. Т ак и е культуры, к а к трипольская, ан ау ская, ян ш ао — пред став­ л яю т б ли зкие культурно-хозяйственны е типы, разви вш иеся в разных историко-этнографических областях. П ри м ером историко-этнографиче­ ской общности я в л я е т с я с ф о р м и р о в ав ш а я ся на обширной территории Ю жной Сибири, К а з а х с т а н а и Ю ж ного П р и а р а л ь я андроновская культура.

Антропологические типы, о т р а ж а ю щ и е родство групп, часто совпа­ дают с и сторико-этнографическими областями. Так, в западносибирской области р а з в и л с я у р ал ь ски й антропологический тип, в алтае-саянской области — ц ен тр ал ьн оази атски й, в восточносибирской области — б ай ­ кальский, в ам урской области — ам уро-сахалинский, в камчатско-чукот­ ской о б л а с т и — арктический тип.

П р и м ер а м и и сторико-этнографических областей в Средней Азии я в ­ ляются области к з а п а д у от А м у -Д ар ьи, м еж д у Аму- и С ы р-Д арьей и к северо-востоку от последней, где основными антропологическими типами соответственно я в л яю т с я средиземноморский, тип Среднеазиатского междуречья (п ам иро-ф ерган ски й ) и южносибирский.

Н а прим ере Средней Азии мож но видеть, каким образом история н а ­ рода о т р а ж а е т с я в его физическом типе. Р езу л ь таты п алеоантропологи­ ческих иссследований п оказал и, что восточная ветвь протоевропейской расы, п ред ст ав л ен н ая т а к н азы в а ем ы м андроновским типом, д а л а, с од­ ной стороны, более грац и ли зован н ую ф орму в виде типа С р ед н е ази ат­ ского м еж дуречья, с другой — путем смеш ения с монгольской расой — о б р а з о в а л а ю жносибирский антропологический тип. В формировании 46 В. В. Г и н зб ур г физического типа н аселени я С ред неази атского меж дуречья принял уча-j стие и.средиземноморский расовы й тип, который в эпоху бронзы был распростран ен шире, чем в н астоя щ ее время, будучи характерен для д ревнего зем ледельческого н аселени я Средней Азии.

В форм и рован ии узбекского н ар о д а основную роль играло древнее иран оязы чн ое население, которое п рин яло тюркский язык, а затем и свое нынешнее этническое имя. В развитии казахского и киргизского наро д ов известную роль играли не только приш лы е тюркские, но и более древние местные этнические группы. Исторические судьбы этих народов очень ясно о т р а ж а ю т с я в их физическом типе. М ож но утверж дать, что д о л я ц ен тр ал ь н о а зи а т ск о го ком понента всего больш е у киргизов, затем идут ка зах и, затем узбеки с родовыми делениями и, наконец, узбеки без родовы х делений, которы е у ж е м ало отличаю тся от тадж иков.

Д а н н ы е истории и этнограф ии способствуют решению вопросов paco-i генеза, у к а з ы в а я на об стоятельства ф орм и рован ия физических характе­ ристик этнических общностей. В этом отношении пред ставл яет интерес изучение антропологических особенностей таких групп, пути образова­ ния которых хорош о известны, к а к например, ам ериканцы США, ку­ бинцы и др.

Н а основании изучения так и х групп мы мож ем судить и о путях фор­ м и рован ия физического типа тех этнических общностей, история которых известна в недостаточной мере.

И зучению путей р ас о о б р а з о в а н и я удел яется много внимания в теоре­ тической антропологии. В Советском Союзе этими вопросами занима­ лись В. В. Бун ак, А. И. Ярхо, Г. Ф. Д ебец, Я- Я. Рогинский, М. Г. Левин, Н. Н. Ч ебок саров, В. П. Алексеев и д р. 5.

П р и расовом ан а л и з е к а ж д о й конкретной этнической группы нужно стрем иться учесть пути (модусы, по терминологии В. П. А лексеева) ее расоген еза, которы е вы текаю т из ее исторического развития. Н а ранних с та д и я х ф ор м и ро в ан и я современного человека реакц ия его организма на воздействие внешней среды резче п р о я в л я л а с ь в развитии функциональ­ ных особенностей частей тел а пограничных со средой (кожи и др.).

В р азн ы х у слови ях среды в о р ган и зм е вы р а б а ты в аю тс я определенные иммуно-биологические свойства, ул у чш аю щ и е и регулирующие его об­ мен вещ еств и т. п. С этим св язан ы к а к процессы акклим атизации, так и приспособления о р ган и зм а к условиям систематической трудовой дея­ тельности и к ж и зн и в социальной среде.

Р а зв и т и е производительны х сил и производственных отношений, о п ред ел яя и и зм ен яя д л я человечества условия внешней среды, создавая искусственную среду разной степени благоприятности, в которой реали­ зую тся адап ти вн ы е и генетические процессы — влияю т на природу сам ого человека. П о с л е д н яя все меньше зависит от природных, а больше от общ ественны х условий, и от степени изолированности той или иной этнической или социальной группы. В р ас о о б р а зо ва н и и отдельных этни­ ческих групп современного человечества зн ачительн ую роль играют под­ чиненные истории их ф орм и рован ия генетико-автоматические процессы.

5 В. В. Б у н а к, Человеческие расы и пути их образования, «Сов. этнография», 1956, № 1;

А. И. Я р х о, О некоторых вопросах расового анализа, «Аитрспологиче ский ж урнал», 1934, № 3;

Г. Ф Д е б е ц, Опыт графического изображ ения генеалоги­ ческой классиф икации человеческих рас, «Сов. этнограф ия», 1958, № 4 • е г о ж е, О некоторых направлениях изменений в строении человека современного вида, «Соз.

этнография», 196И, № 2;

Я. Я. Р о г и н с к и й, М. Г, Л е в и н, Антропология, М., 1963;

Н. Н. Ч е б о к с а р о в, Основные принципы антропологических классификации, «Тру­ ды И н-та этнографии АН С ССР», нов. серия, т. 16, 1951;

В. П. А л е к с е е в, Модусь:

расообразования и географическое распространение генов расовых приэнак';

в. «Соз этнография», 1967, № 1.

П р о б ле м ы в з а и м о с в я зи р а со ген еза и эт ногенеза С общ ими принципам и св яза н ы методы изучения истории ф орм и ро ва­ ния физических хар а к т ер и сти к этнических общностей, н азы ва ем ы е иног­ да м етодам и и принципам и расового ан ализа.

Э тническая общность, с биологической точки зрен и я,— популяция, х а р а к т е р и зу ю щ а я с я определенным генным составом. В зависимости от исторических условий ф орм и ров ан и я популяции разли чаю тся и свойства ее генофонда. В условиях изоляции образуется устойчивое сочетание генов, что со зд ае т однородный расовы й тип независимо от того, н аск оль ­ ко разл и чн ы были физические хар актери сти ки предков этой популяции.

Но если смешение заш л о н едалеко, то это приводит к сосуществованию в одной этнической общности разн ы х пасовы х типов, которые в ы я в л я ­ ются при антропологическом анализе.

В ходе изучения путей ф о р м и рован ия физических свойств популяции наиболее дискуссионным я в л яе тся вопрос о роли сочетаний признаков, н аб л ю д ае м ы х у отдельны х особей.

П оп уляц ион и стское н ап р ав л ен и е в расоведении отрицает целесооб­ разность изучения таких сочетаний, считает их случайными и не видит в них п рояв л ен и я сочетаний средних величин, свойственных исходным элементам, вош едш им в состав данной популяции. О тсю да — основным методом а н а л и з а я в л яе т ся математический, причем м атем ат и к а служит не д л я количественной х арактер и сти ки искомых биологических или исто­ рических законом ерностей, а считается основным методом обнаруж ения этих законом ерностей, вытесняя биологический и исторический ан али з условными эмпирическими' ф орм улам и.

В п ротивополож ность популяционистской концепции кр ай н яя степень типологического н ап р а в л е н и я в расоведении исходит из признания одно­ факторной наследственности цельны х расовы х комплексов. З а д а ч у и зу ­ чения популяции крайн и е типологисты т а к ж е сводят к выделению в ней различных расовы х элементов, которые у к л ад ы ва л и с ь бы в м а тем ат и ­ ческие в ы р а ж ен и я, вкл ю чаю щ и е в себе за р а н е е определенное количество расовых элем ен тов и их комплексов. Но, преувеличенно абсолю тизи­ руя зн ачение и ндивидуальны х комплексов, они недоучитывают в о з­ можность незави си м ого н аследован и я, вследствие чего сочетания отдель­ ных п ри зн ак о в п ер ек ры в аю т п ределы их изменчивости у разны х расовых типов.

Основное полож ение генетики — возм ож н ость независимого наслед о­ вания расовы х признаков, которые, к а к и о б усл авл иваю щ ие их факторы, могут о б р азо в ы в ат ь разл и чн ы е сочетания. П ри этом к а к правило не н а ­ рушаются основные анатом о-ф изиологические свойства человеческого организма, но со зд ается б о л ь ш а я в ари аб ел ь н ос ть физического типа от­ дельных особей, ещ е более у с и л и в а ю щ а я с я количественными градациям и выраженности к а ж д о й особенности, которые могут быть и фенотипиче­ скими, св яза н н ы м и с услови ям и среды.

О днако л е ж а щ и й в основе генетики принцип независимости наследо­ вания отдельны х расовы х признаков, к а к и о б у сл ав л и в аю щ и х их ф ак то ­ ров, не и склю чает комплексную передачу их по наследству. Именно этим путем с о зд аю тс я условия длительного сохранения расового типа, в ы я в ­ ляющегося не то л ьк о в сочетании разб р о са н н ы х у р азн ы х особей п р и зн а ­ ков, но и в значительном количестве определенных индивидуальных сочетаний, со зд аю щ их расовое сходство отдельных особей. Генетически комплексное н асл ед о в ан и е п р изн ако в м ож ет явиться результатом сцеп­ ления генов или их плейотропны м действием.

Мы не м о ж ем ск азать, почему у данного индивидуума о к а зал о сь то или иное сочетание отдельны х признаков. Это сочетание м ож ет образо­ ваться в р езул ь тате смеш ения на протяж ени и р яд а поколений, но м о ж р т 48 В. В. Г и н зб ур г т а к ж е яви ться следствием неясных пока процессов, т а к называе­ мых эпохальн ы х изменений. М ы не м ож ем сказать, являю тся ли инди­ видуумы, разл и ч а ю щ и еся по своим физическим свойствам, представите­ л я м и вош едш их в состав популяции разн ы х рас или вариантами одной расы.

С р ед н я я совокупность признаков, в ы р а ж е н н а я в статистических na-j рам етр ах, не д а е т оснований судить о том, о б р азо в ал ас ь ли данная п опуляция в резу л ь тате автохтонного развития, или в процессе смешения в прош лом двух или больш его количества популяций, различавшихся по физическим свойствам, или, наконец, в результате смеш ения в данном поколении. Х а р ак те р и с т и к а популяции по средним данным, независимо от того, сконцентрированы ли комплексы п ризнаков у отдельных индиви­ дуумов, или рассеяны в разн о о б р азн ы х сочетаниях, мож ет быть допу­ сти м а при историческом ан ал и зе ее происхождения.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 10 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.