авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

«КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА Охрана и использование селекционных достижений (комментарий основных положений главы 73 ГК РФ) * ...»

-- [ Страница 3 ] --

Страхование профессиональной ответственности необходимо отличать от страхования общегражданской ответственности, поскольку страховая защита в первом случае предостав ляется от претензий, связанных с потреблением третьими лицами материальных и нематери альных благ, имеющих денежное выражение, производимых лицом, осуществляющим соот ветствующую профессиональную деятельность.

Как уже говорилось, этот вид страхования используется в тех областях деятельности, где определенные услуги оказываются физическими лицами с применением их профессиональ ных качеств. Профессиональную ответственность при этом не могут нести юридические лица, например таможенные брокеры и перевозчики, в силу закона [ст. 93, 139 Таможенного кодек са РФ от 28 мая 2003 года (ред. на 6 декабря 2007 года)] ими могут быть только специализи рованные организации (юридические лица).

Однако не будет страхованием профессиональной ответственности страхование работода телем ответственности за причинение вреда его работником третьим лицам. В соответствии 42 Хозяйство и право со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его ра ботником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица и под его контролем за безопасным проведением работ.

В силу ст. 238 Трудового кодекса РФ от 30 декабря 2001 года № 197-ФЗ (ред. на 1 декаб ря 2007 года) работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действи тельный ущерб.

Рассмотрение некоторых особенностей страхования профессиональной ответственности делает очевидным, что его юридическая природа в достаточной степени спорна. Но несо мненно, что основная цель данного вида страхования состоит также в возмещении вреда, как и при других видах имущественного страхования, а начало, объединяющее его со всеми ви в "идее общего обеспечения возможной потребности" 4.

дами страхования, Л. БАЛАШОВА, адвокат, аспирант кафедры гражданского права Московской государственной юридической академии Серебровский В. И. Избранные труды. — М.: Статут (в серии "Классика российской цивилистики"), 1997, с. 450.

КОРПОРАТИВНОЕ ПРАВО Доли участия в уставных капиталах хозяйственных обществ как особые объекты гражданского оборота Особое значение долей участия в уставных капиталах хозяйственных обществ состоит в том, что с фактом их приобретения законодатель связывает момент возникновения корпоративных правоотношений. В зависимости от вида хозяйственного общества правовой режим долей может иметь определенные особенности, которые проявляются даже в терминологии.

Так, доли участия в уставном капитале акционерного общества именуются акциями. Сам термин "акция" употребляется в действующем законодательстве в нескольких значениях.

Во-первых, под акцией понимается ценная бумага (ст. 143 ГК РФ). Согласно п. 1 ст. Кодекса ценная бумага представляет собой документ, удостоверяющий с соблюдением уста новленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. Таким образом, определение ак ции как разновидности ценной бумаги происходит посредством использования термина "до кумент". В свою очередь под документом понимают материальный носитель с зафиксирован ной на нем информацией в виде текста, звукозаписи (фонограммы), изображения или их сочетания, предназначенный для передачи во времени и пространстве в целях общественного использования и хранения (ст. 1 Федерального закона от 29 декабря 1994 года № 77-ФЗ "Об обязательном экземпляре документов"). Ценная бумага характеризуется неразрывной связью имущественных прав и удостоверяющего их документа.

Долгое время ни в науке, ни в законодательстве не существовало ясного и четкого понятия ценной бумаги 1. Впервые термин "ценная бумага" (Wertpapiere) был закреп лен в общегерманском торговом уложении 2. Впоследствии сущность ценной бумаги была определена посредством указания на неразрывную связь между документом, удостоверяющим право, и самим этим правом. Неразрывность связи заключалась в констатации того факта, что без документа нет и права 3. По этому поводу Л. С. Эль яссон писал, что право требования приняло форму документа не только для глаза, но и для юридической мысли 4. Акция как ценная бумага удостоверяет комплекс прав ее владельца по отношению к акционерному обществу. Документ служит в данном слу чае своеобразным средством, благодаря которому удостоверяемые им права актив но вовлекаются в гражданский оборот. Р. Саватье отмечал, что воплощение прав в бумаге позволяет им участвовать в гражданском обороте в качестве "телесного иму щества" 5. И. А. Покровский также усматривал предназначение ценных бумаг в обеспе чении более свободного режима обращения имущественных прав 6. Соглашаясь в принципе с данным высказыванием, подчеркну справедливость мнения, высказанно См., например: Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т. II: Товар. Торговые сделки. — М.: Статут, 2003, с. 60.

Нерсесов Н. О. О бумагах на предъявителя с точки зрения гражданского права / Избранные труды по пред ставительству и ценным бумагам в гражданском праве. — М.: Статут, 1998, с. 138.

Там же, с. 140-141.

Эльяссон Л. С. Деньги, банки и банковские операции. — М., 1926, с. 124.

Саватье Р. Теория обязательств: Юридический и экономический очерк. — М.: Прогресс, 1972, с. 108.

Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. — М.: Статут, 1998, с. 240-241.

44 Хозяйство и право го М. М. Агарковым, о том, что упрощение оборота имущественных прав не главная и не единственная причина появления института ценных бумаг. Ученый полагал, что основная цель, достижению которой служит институт ценных бумаг, это перерас пределение рисков, возникающих при появлении, осуществлении и прекращении прав, удостоверяемых ценными бумагами 7.

Во-вторых, под акцией понимается часть уставного капитала акционерного об-щества.

Такое значение данного термина следует из п. 1 ст. 99 ГК РФ и п. 1 ст. 25 Федерального зако на от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее Закон об АО), согласно которым уставный капитал акционерного общества составляется из номинальной стоимости акций общества, приобретенных акционерами. Рассмотрение акции в качестве единицы уставного капитала обусловлено наличием у нее определенной номинальной стои мости. Акции, принадлежащие к одному выпуску, обладают одинаковой номинальной стои мостью (ст. 2 Федерального закона от 22 апреля 1996 года № 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг";

далее Закон о рынке ценных бумаг). Помимо этого номинальная стоимость всех обыкно венных акций общества должна быть одинаковой (п. 1 ст. 25 Закона об АО). С наличием у акции номинальной стоимости в конечном итоге связаны функции уставного капитала, о которых неоднократно упоминалось в юридической литературе 8. Так, гарантийная функция заключается в том, что размер уставного капитала, который складывается из номинальных стоимостей акций, приобретенных акционерами, обеспечивает ответственность общества по своим обязательствам. Определительная функция позволяет установить объем корпоративных прав акционера по отношению к обществу или долю его участия в деятельности общества.

Величина доли участия определяется количеством акций, находящихся в собственности ак ционера, и их номинальной стоимостью.

Необходимость наличия у акции номинальной стоимости признается в большинстве стран континентальной Европы. Что касается США, то там наблюдается прямо про тивоположная ситуация. Корпоративное законодательство большинства штатов уже давно разрешает выпуск акций без номинальной стоимости 9. Такой подход объясня ется тем, что в США ни законодательство, ни доктрина не знают понятия ценной бумаги в его классическом значении, известном в странах с романо-германской пра вовой системой. Впервые акции без указания номинальной стоимости появились в Нью-Йорке в 1912 году. Их признание было связано со стремлением решить пробле му убытков, которые несли акционерные корпорации при продаже их акций на бирже по цене ниже номинальной. Попытки компенсировать издержки новыми эмиссиями приводили к еще большему обесценению акций. В итоге сложилась практика, впо следствии получившая отражение в законодательстве, когда акции выпускались без указания номинала. Основное значение приобрела их рыночная стоимость, опреде ляемая в момент заключения сделок с акциями 10.

К сожалению, тенденция к отмене номинальной стоимости акции была отчасти восприня та российским законодателем, первым шагом которого стало признание в качестве самостоя тельных объектов права так называемых дробных акций. Об этом свидетельствует п. 3 ст. Закона об АО, согласно которому дробная акция обращается наряду с целой акцией и предос тавляет своему владельцу те же права, что и акция соответствующей категории (типа), но в объеме, соответствующем части целой акции, которую она составляет. Существование дроб ных акций допускалось и ранее, но лишь в качестве исключения и как временное явление.

Дробные акции, образующиеся в ходе проведения процедуры консолидации ценных бумаг, не предоставляли своим владельцам никаких корпоративных прав, не могли свободно обращать ся и подлежали обязательному выкупу акционерным обществом [п. 1 ст. 74 Закона об АО (в ред. от 24 мая 1999 года)]. Показательно, что в постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П Агарков М. М. Учение о ценных бумагах // Основы банкового права. Курс лекций. Учение о ценных бумагах.

Научное исследование. Изд. 2-е. — М.: БЕК, 1994, с. 223-233.

См., например: Нарышкина Р. Л. Акционерное право США. — М.: Изд-во МГИМО, 1978, с. 51-52.

Более подробно см.: Сыродоева О. Н. Акционерное право США и России (сравнительный анализ). — М.:

Спарк, 1996, с. 42-48.

Ласк Г. Гражданское право США. — М., 1961, с. 405-406;

Алехин Б. И. Рынок ценных бумаг. — Самара, 1992, с. 47.

Корпоративное право Конституционный Суд РФ признал не противоречащими Конституции РФ положения п. ст. 74 Закона об АО о принудительном выкупе дробных акций, тем самым косвенным образом подтвердив временный характер этого явления. Положения действующего акционерного законодательства о дробных акциях неоднократно подвергались критике со стороны правове дов 11. Размывание номинальной стоимости акций в конечном итоге приведет к отказу от су ществующей в настоящее время концепции уставного капитала, призванного обеспечить выполнение определенных функций, в том числе и указанных выше. На неразрывную связь между номинальной стоимостью акций и уставным капиталом справедливо указывала О. Н. Сыродоева 12.

Отмечу, что этот очевидный вывод разделяют не все юристы. Можно встретить пуб ликации, авторы которых, например Д. Степанов и Д. Архипов, считают его "упроще нием действительности" 13. В подтверждение такой позиции они ссылаются на зару бежное законодательство. На основании "краткого обзора" некоторых нормативных правовых актов Германии, Франции и США они почему-то делают общий вывод о том, что институт дробных акций известен большинству иностранных корпоративных правопорядков 14.

К сожалению, эти авторы, как представляется, не совсем точно понимают существо имеющейся проблемы, что приводит к своеобразному восприятию аргументов против закреп ления института дробных акций, в результате чего полемический запал авторов превращается в борьбу с "ветряными мельницами". Большинство правоведов подвергает сомнению не саму возможность появления дробных акций, которую как временную меру действительно допус кают корпоративные законодательства Германии и Франции, а правомерность закрепления в законодательстве дробных акций в качестве самостоятельных объектов гражданского оборота, неизвестных в таком виде ни германскому, ни французскому правопорядку. Показательно, что доводы, свидетельствующие о появлении дробных акций как о временной, исключитель ной мере, в избытке приводятся и сторонниками этого явления 15.

Помимо несовместимости института дробных акций с концепцией уставного капитала ак ционерного общества можно утверждать, что он не соответствует существующему понима нию акции как ценной бумаги. Действительно, акции как ценной бумаге присущ признак неделимости заключенных в ней прав, которые могут быть переданы лишь в совокупности одновременно с передачей самой ценной бумаги (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Дробная акция также не соответствует признакам эмиссионной ценной бумаги, закрепленным в ст. 2 Закона о рынке ценных бумаг. Она не размещается выпусками, а появляется в силу оснований, исчерпываю щий перечень которых предусмотрен п. 3 ст. 25 Закона об АО, и, как следствие, не может удостоверять те же права, что и целая акция выпуска, из которой была образована сама дроб ная акция.

Дополнительные аргументы против закрепления института дробных акций в отечествен ном законодательстве были приведены Г. С. Шапкиной, В. С. Емом и Д. В. Ло-макиным. По мимо этого целесообразность признания дробных акций подвергается сомнению в диссерта ционных исследованиях последнего времени 16.

Наконец, в-третьих, под акцией нередко понимают сами права, которые ею удостове ряются. Такое понимание акции не основано на классическом определении этой разновидно сти ценной бумаги. Действительно, между ценной бумагой как документом и удостоверяе См., например: Ем В. С., Ломакин Д. В. Новое в акционерном законе о дробных акциях // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2002, № 4, с. 77-84;

Шапкина Г. С. Новое в российском акционерном законодатель стве (Изменения и дополнения Федерального закона "Об акционерных обществах"). — М.: Центр деловой инфор мации еженедельника "Экономика и жизнь", 2002, с. 9.

Сыродоева О. Н. Указ. соч., с. 48.

Степанов Д., Архипов Д. Правовое регулирование дробных акций и возможные пути его совершенствования // Хозяйство и право, 2006, № 9, с. 75.

Степанов Д., Архипов Д. Указ. соч. // Хозяйство и право, 2006, № 8, с. 64.

Там же, с. 57-58, 63-64.

См., например: Сагайдачная К. С. Правовое регулирование выпуска акций акционерными обществами: Авто реф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 2007, с. 9-10.

46 Хозяйство и право мыми им правами существует неразрывная связь, но этого недостаточно для их отождествле ния.

От подобного упрощенного подхода предостерегал профессор М. М. Агарков, когда проблема соотношения таких категорий как "ценная бумага" и "права", удостоверяе мые ценной бумагой, не стояла так остро. Он, в частности, писал, что формуле ове ществления прав в ценной бумаге "нельзя придавать значение большее, чем образ ному выражению, порой весьма удобному при изложении и хорошо оттеняющему особенности ценных бумаг, но ни в какой степени не обладающему той степенью точности, которая необходима в юридических построениях" 17.

Отождествлению акции и воплощенных в ней корпоративных прав способствует широко распространенное явление, известное как "дематериализация" ценных бумаг. Изначально потребности гражданского оборота требовали воплощения прав в документе, что и способст вовало появлению классических ценных бумаг как обособленных документов, ценность кото рых определялась удостоверяемыми ими правами. Затем, с развитием биржевой торговли ценными бумагами, вследствие совершенствования информационной инфраструктуры, по зволяющей совершать сотни сделок на бирже в режиме реального времени, эти документы стали сдерживать оборот прав. По существу, возникла ситуация, когда для осуществления корпоративных прав отпала потребность в предъявлении акции. Более того, субъектами кор поративных прав стали признаваться лица, которые уже произвели отчуждение принадлежа щих им акций, тем самым утратив статус акционера. Например, согласно абз. 2 п. 4 ст. Закона об АО список лиц, имеющих право получения дивидендов, составляется на дату фор мирования списка лиц, имеющих право участвовать в общем собрании акционеров, на кото ром принимается решение о выплате соответствующих дивидендов. Порядок определения даты составления такого списка установлен в п. 1 ст. 51 Закона. Эта процедура делает типич ной ситуацию, когда на дату проведения общего собрания список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, в повестку дня которого включен вопрос о выплате дивидендов, и соответственно список лиц, имеющих право на получение таких дивидендов в случае принятия положительного решения по указанному вопросу, не совпадают по составу с перечнем акционеров общества, определенным на дату проведения общего собрания. Такой вариант возможен, когда часть акционеров, включенных в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, отчуждает принадлежащие им акции до даты прове дения общего собрания. В результате осуществление корпоративных прав без предъявления акции становится возможным не только в силу фактических обстоятельств, обусловленных совершенствованием оборота ценных бумаг, но и в силу правовых оснований. Стоит вспом нить слова Г. Ф. Шершеневича о том, что праву, которое может быть осуществлено без бума ги, незачем искать воплощения в бумаге 18.

Отсутствие необходимости предъявления самой ценной бумаги как документа для осуще ствления воплощенных в ней прав привело к появлению в нашем законодательстве так назы ваемых бездокументарных ценных бумаг. Предпосылки для появления ценных бумаг, суще ствующих без обособленных документов, можно найти в п. 1 Положения о выпуске и обра щении ценных бумаг и фондовых биржах в РСФСР, утвержденного постановлением Прави тельства РСФСР от 28 декабря 1991 года № 78. Согласно данному акту ценные бумаги могли существовать в форме обособленных документов или в виде записей на счетах. Более четкое представление о бездокументарных ценных бумагах было закреплено в Законе о рынке цен ных бумаг. Согласно абз. 6 ст. 16 данного Закона любые имущественные и неимущественные права, закрепленные в документарной или бездокументарной форме, независимо от их на именования являются эмиссионными ценными бумагами, если условия их возникновения и обращения соответствуют совокупности признаков эмиссионной ценной бумаги. Так законо датель поставил знак равенства между правами из ценной бумаги и самой ценной бумагой.

Свое логическое завершение позиция отождествления ценной бумаги и удостоверяемых ею прав и, как следствие, признания унифицированного правового режима классических и бездо Агарков М. М. Указ. соч., с. 178.

Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового права. — М.: Спарк, 1994, с. 173.

Корпоративное право кументарных ценных бумаг получила в Докладе о концептуальных подходах к месту и роли депозитарной деятельности на современном рынке ценных бумаг, утвержденном ЦБ РФ, ФКЦБ РФ и Минфином РФ 1 июля 1997 года 19. В этом программном документе предлагалось исходить из того, что ценная бумага остается имуществом, вещью вне зависимости от выбора способа фиксации прав из нее и, следовательно, для любой ценной бумаги должны действо вать общие нормы гражданской оборотоспособности, установленные для вещей. Иными сло вами, предлагалось рассматривать бездокументарные ценные бумаги в качестве своеобразной юридической фикции, позволяющей распространить на них правовой режим вещей.

В данном направлении развивается и судебная практика. Высший Арбитражный Суд РФ допускает применение норм о виндикации в отношении бездокументарных акций и употреб ляет по отношению к таким объектам гражданских прав характеристики, свойственные ве щам, например количественные показатели 20. Ситуация усугубляется еще и тем, что в на стоящее время акции как именные эмиссионные ценные бумаги могут выпускаться только в бездокументарной форме (п. 2 ст. 25 Закона об АО, ст. 2, 16 Закона о рынке ценных бумаг).

Отмечу, что предложения о рассмотрении бездокументарной ценной бумаги в каче стве своеобразной фикции, позволяющей применять по отношению к такой ценной бумаге правовой режим вещей, высказывались и в юридической литературе. Приме ром могут служить рассуждения Л. Г. Ефимовой, которая со ссылкой на общий под ход, сформулированный Д. И. Мейером в отношении фикций в праве, полагает до пустимым этот прием применительно к бездокументарным ценным бумагам 21.

Не имея принципиальных возражений против позиции данного автора 22, замечу, что при знание того или иного явления в качестве юридической фикции ничего не дает в смысле вы яснения его правовой природы, о чем писал еще Г. Ф. Шерше-невич 23. Как представляется, сомнительной ценностью обладают пространные рассуждения, уместные больше для фило софского трактата, описывающие бездокументарную ценную бумагу как некую идеальную оболочку, которая "призвана "закрыть" в себе некоторый набор и объем обязательственных прав" 24. Вряд ли можно согласиться также с проектированием "новых" конструкций, опосре дующих хорошо изве-стные явления.

Например, Д. В. Мурзин предлагает рассматривать ценную бумагу как бестелесную вещь, представляющую собой "обязательственное договорное право, регулируемое нормами вещного права" 25.

Неясно, для чего четкое понятие обязательственного права подменять размытым по со держанию и неизвестным действующему отечественному законодательству понятием бесте лесной вещи. Суждение о том, что это необычное право регулируется нормами вещного пра ва, следует оставить без комментариев. Общеизвестно, что нормы права регулируют общест венные отношения, а не сами себя. Право не регулирует право.

Вестник Банка России, 1997, № 47.

См., например: пп. 7, 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21 апреля 1998 года № 33 "Обзор практики разрешения споров по сделкам, связанным с размещением и обращением акций". См. также: Мурзин Д. В.

Истребование ценных бумаг от отчуждателя (новая практика Высшего Арбитражного Суда РФ и потребности граж данского оборота) // Проблемы теории гражданского права. Вып. 2 / Институт частного права. — М.: Статут, 2006, с. 67-74.

Ефимова Л. Г. Банковские сделки: право и практика: Монография. — М.: НИМП, 2001, с. 178-181. Подобных взглядов придерживаются и иные авторы. См., например: Габов А. К вопросу о признании ценной бумаги // Законо дательство и экономика, 1999, № 2, с. 43;

Решетина Е. Н. К вопросу о правовой природе бездокументарных ценных бумаг // Журнал российского права, 2003, № 7, с. 106 и др.

В юридической литературе была высказана прямо противоположная позиция, согласно которой рассмотре ние бездокументарной ценной бумаги в качестве фикции не имеет под собой никаких оснований. Распространение на бездокументарные ценные бумаги правил о ценных бумагах, существующих в форме обособленных документов, является лишь приемом юридической техники. При этом автор приведенного суждения почему-то посчитал, что сама по себе фикция в данном случае не может быть результатом юридической техники. — См.: Лотфуллин Р. К.

Юридические фикции в гражданском праве. — М.: Юристъ, 2006, с. 116-120.

Шершеневич Г. Ф. Общая теория права: Учебное пособие. В 2-х т. Т. 2. Вып. 2, 3, 4. — М.: Изд-во "Юридиче ский колледж МГУ", 1995, с. 179.

Степанов Д. И. Защита прав владельца ценных бумаг, учитываемых записью на счете. — М.: Статут, 2004, с. 19.

Мурзин Д. В. Ценные бумаги — бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг.

— М.: Статут, 1998, с. 79.

48 Хозяйство и право Появление в нашем законодательстве феномена бездокументарных ценных бумаг во мно гом связано с некритичным заимствованием сходных конструкций, хорошо известных амери канскому и английскому правопорядку. От такого подхода предостерегал еще в конце 20-х годов прошлого столетия М. М. Агарков 26.

В основе этого предостережения лежало признание того факта, что общее право не знало, и не знает до настоящего времени, классического понятия ценной бумаги 27.

Зато в США и Великобритании активно используется категория оборотного документа (negotiable instrument), в качестве которого может выступать "предъявительская или ордерная бумага, предоставляющая своему добросовестному держателю право на получение платежа, свободное от недостатков в праве его предшественников" 28. Вообще, оборотный документ представляет собой простой договор о денежном платеже, удовлетворяющий определенным требованиям 29. Этот документ удостоверяет определенные имущественные права, которые, однако, не связаны с ним неразрывно. Отсутствие взаимосвязи между документом и удостове ряемыми им правами проявляется, в частности, в возможности уступки этих прав без передачи самого документа. Более того, само осуществление прав допускается без предъявления доку мента, что было бы невозможным применительно к классической ценной бумаге, обладающей признаком презентационности. Передача удостоверяемых оборотным документом прав проис ходит в рамках обычной процедуры уступки права требования (assignment), в процессе которой цедент (transferor или assignor) передает цессионарию (transferee или assignee) комплекс иму щественных прав. Причем права, рассматривающиеся как имущество в требованиях (chose in action), в отличие от вещей или имущества во владении (chose in possession) передаются в собственность. Таким образом, если для передачи прав, удостоверяемых классической ценной бумагой, требуется совершение опосредованного акта, а именно — передача документа, то для уступки прав, поименованных в оборотном документе, это излишне.

Обычно для перевода на английский язык термина "ценная бумага" используется слово "security". Непосредственным предшественником понятия "security" был термин "security for money", используемый в качестве родового понятия для обозначения разнообразных долговых документов 30. Начиная со второй половины XIX века термин "security" стал использоваться для обозначения акций 31. В законодательстве отдельных штатов этот термин получил закрепле ние в начале прошлого века 32, а первая попытка формулирования его единообразного опреде ления была предпринята в 1929 году 33. Первое развернутое определение "security" появилось на уровне федерального законодательства в легендарном Securities Act и охватывало собой любое долговое обязательство, в том числе облигацию и расписку, акцию, инвестиционный контракт и многие другие категории, которые трудно сочетаются в континентальном правосоз нании 34. Термин "security" лег в основу наименования целого процесса секьюритизации ("securitization"), призванного заменить традиционные схемы банковского кредитования новыми схемами финансирования, основанными на выпуске "securities" 35. В связи с изложенным трудно не согласиться с Д. А. Пенцовым, верно подметившим, что имеющиеся сходства между поня тиями "security" и "ценная бумага" весьма немногочисленны 36. В то же время коренное отличие между ними отсутствие у "security", так же как и у оборотного документа, свойства презента ционности, неотъемлемой характеристики ценной бумаги — делает их разнопорядковыми кате гориями. Таким образом, в общем праве акция как комплекс прав не нуждается в особом мате риальном носителе. Не случайно еще Г. Ф. Шершеневич обратил внимание на тот факт, что выпуск английскими компаниями акций в форме обособленных документов явление доста точно редкое 37. Самостоятельное существование корпоративных прав и удостоверяющего Агарков М. М. Указ. соч., с. 186.

Там же, с. 185.

Там же.

Ласк Г. Указ. соч., с. 621;

Единообразный торговый кодекс США. Серия: Современное зарубежное и между народное частное право. — М., 1996, с. 155-200.

Rosin G. S. Historical perspectives on the definition of a security // South Texas law review, 1987. Vol. 28. P. 600.

Ibid. P. 604.

Loss L., Cowett E. Blue sky law. Boston, Toronto. 1958. P. 7.

Handbook of the National conference of commissioners on uniform state laws and proceedings of the thirty-ninth annual conference. Memphis. 1929. P. 171.

Federal securities laws. Legislative history 1933–1982. Vol. 1. Washington. D. C. 1983. P. 99.

См.: Бэр Х. П. Секьюритизация активов: секьюритизация финансовых активов — инновационная техника фи нансирования банков. — М.: Волтерс Клувер, 2006, с. 3-66.

Пенцов Д. А. Понятие "security" и правовое регулирование фондового рынка США. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2003, с. 171.

Шершеневич Г. Ф. Курс торгового права. Т. I: Введение. Торговые деятели. — М.: Статут, 2003, с. 390.

Корпоративное право документа подчеркивается и на терминологическом уровне. Права, обусловленные долей уча стия в уставном капитале акционерной корпорации и часто с ней отождествляемые, обознача ются как share of stock. Документ, именуемый сертификатом (stock certificate), удостоверяет, что поименованное в нем лицо является собственником определенного количества долей или имущества в требованиях (chose in action) 38. Характеристику акции как разновидности chose in action разделяют не все правоведы. Так, выдающийся исследователь в сфере корпоративного права профессор Гувер отмечал, что определение акции как имущества в требованиях не рас крывает содержания понятия акции, поскольку сам термин "chose in action" еще не окончатель но определен 39.

Многочисленными определениями акции изобилуют и судебные решения. Например, судья Фарвелл в деле Borland’s Trustee V. Steel охарактеризовал акцию как интерес акционера в ком пании, ограниченный денежной суммой, обеспечивающей ответственность акционера и его интерес, состоящий в серии взаимных соглашений, принимаемых всеми акционерами. Анали зируя это определение, профессор Гувер справедливо указал, что корпоративные права не огра ничиваются фиксированной денежной суммой, выплачиваемой участниками компании, посколь ку одинаковыми правами могут обладать и лица, которые приобрели акции по номинальной стоимости и лица, оплатившие акции по рыночной цене 40.

Перечень тех или иных трактовок термина "акция" можно продолжать бесконечно долго.

Однако отдельные нюансы не влияют на общее понимание акции как комплекса прав, сущест вующего вне зависимости от документа, которым они могут быть удостоверены. Влияние обще го права в части понятия ценных бумаг существенным образом отразилось и на законодатель ствах отдельных стран континентальной Европы. В настоящее время прослеживается тенден ция к дематериализации ценных бумаг, когда права из документа уже не мыслятся как единое целое с материальным носителем. Такой носитель в форме документа рассматривается лишь в качестве одного из возможных способов фиксации прав. Во Франции принцип "дематериали зации ценных бумаг" был введен в 1982 году благодаря принятию Закона "О финансах", соглас но которому с третьего ноября 1984 года все ценные бумаги перестали выпускаться в обраще ние в форме обособленного документа. Операции с именными ценными бумагами начали фик сировать их эмитенты, а ценные бумаги на предъявителя стали учитывать банки 41. Не обошли эти веяния и Германию. В настоящее время в этой стране эмиссия множества ценных бумаг как обособленных документов может быть заменена выпуском одного документа, так называемо го глобального сертификата (Sammel-oder Globalurkunde). Помимо этого широкое распростра нение получило понятие недокументированных (бездокументарных) ценных бумаг (krperloser Wertrechte) 42.

Неудивительно, что бездокументарные ценные бумаги нашли отражение и в современном российском законодательстве. Такие ценные бумаги, по мнению некоторых зарубежных экс пертов, более "развитые" и более "сложные", поэтому именно они будут способствовать вы явлению существа ценной бумаги 43. Отмечу, что согласно ст. 149 ГК РФ бездокументарные ценные бумаги представляют собой всего лишь способ фиксации прав, традиционно удосто веряемых обычными документами. В си-лу этого обстоятельства они не могут быть, в отли чие от классических ценных бумаг, объектами права собственности 44. Нельзя согласиться с А. А. Маковской в том, что ГК РФ "для целей регулирования оборота ценных бумаг поставил знак равенства между документарной и бездокументарной формами ценных бумаг" 45. Бук вальное толкование п. 1 ст. 149 ГК РФ показывает, что законодатель отнюдь не ставит знак равенства между бездокументарными ценными бумагами и классическими ценными бумага ми, а говорит всего лишь о применении правил, установленных для ценных бумаг, к бездоку ментарной форме фиксации прав, и то только тогда, когда иное не вытекает из особенностей такой фиксации. Если где-то и сказано о таком "равенстве", так это в Законе о рынке ценных бумаг, положения которого мало согласуются с нормами ГК РФ. Соглашусь, что законодатель иногда может наделить разные по своей сущности объекты "определенными одинаковыми Ласк Г. Указ. соч., с. 425.

Gover L. C. В. Modern company law. L. 1954. P. 339.

Ibid. P. 340-341.

Жамен С., Лакур Л. Торговое право: Учебное пособие. — М.: Международные отношения, 1993, с. 117.

Brox H. Handelrecht und Wertpapierrecht. 10. Auflage. Mnchen: Verlag C. H. Beck. 1993. S. 241.

Батлер У. Э., Гаши-Батлер М. Е. Корпорации и ценные бумаги в России и США. — М.: Зерцало, 1997, с. 48.

Суханов Е. А. Объекты права собственности // Закон, 1995, № 4, с. 94-98.

Маковская А. А. Залог денег и ценных бумаг. — М.: Статут, 2000, с. 42.

50 Хозяйство и право "правовыми свойствами" 46. А. А. Маковская приводит уместный пример, когда по общему правилу положения об ипотеке недвижимого имущества соответственно применяются к зало гу прав арендатора по договору об аренде такого имущества 47. Но почему-то никому не при ходит в голову объявлять права арендатора особой разновидностью недвижимого имущества, чего не отрицает указанный автор, а ведь это то же самое, что признавать ценной бумагой объект, не являющийся вещью.

Итак, корпоративные права могут удостоверяться акцией ценной бумагой, и в этом смысле прав В. А. Белов, утверждающий, что акция документарный способ удостоверения таких прав 48, а права могут удостоверяться и иным способом: например, посредством записей по лицевым счетам в реестре акционеров или по счетам депо в депозитарии. Однако в послед нем случае не происходит образования особой разновидности ценной бумаги, выделяемой по признаку формы, бездокументарной ценной бумаги. Неуместно использовать форму для обособления какого-то вида ценных бумаг, поскольку форма, впрочем, как и реквизиты, отно сится к конститутивным признакам самой ценной бумаги (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Абсурдность внедрения в отечественное законодательство нового вида ценных бумаг бездокументарных неоднократно отмечалась цивилистами 49. Какой смысл в использовании ценных бумаг понятия ценной бумаги, неотделимой от понятия документа, для обозначения случаев удосто верения прав, не требующих документарного носителя? "Бездокументарная ценная бумага", понимаемая как особый объект гражданских прав, отождествляемая с удостоверяемыми ею правами, является в данном случае надуманной категорией. Такая "бумага" фактически не закрепляет никаких прав, поскольку они фиксируются записями по лицевым счетам в реестре или записями по счетам депо в депозитарии, которые по своей природе, конечно же, не равно значны ценной бумаге как документу, хотя некоторые юристы и утверждают обратное 50.

Объектом гражданского оборота в действительности являются не мифические конструк ции в виде бездокументарных ценных бумаг, удостоверяющих корпоративные права, а сами эти права. Корпоративные права акционера представляют собой единый комплекс взаимосвя занных и взаимообусловленных прав. Этот комплекс, конечно, можно именовать акцией, но такая "акция" не будет иметь ничего общего с акцией как ценной бумагой. Единство прав проявляется в невозможности уступки какого-либо отдельного права из этого комплекса.

Передать можно лишь все права в совокупности. Взаимосвязанность прав заключается в том, что в основе их возникновения лежат одни и те же юридические факты, которые в совокупно сти приводят к появлению корпоративного правоотношения. Взаимообусловленность харак теризуется тем, что одни права служат гарантией надлежащего осуществления других прав.

Например, для того, чтобы акционер мог принять участие в общем собрании акционеров, осуществив тем самым свое неимущественное право на участие в управлении деятельностью общества, он должен быть надлежащим образом уведомлен о готовящемся собрании в поряд ке, предусмотренном ст. 52 Закона об АО. Такое уведомление становится возможным лишь потому, что акционер имеет право на информацию 51. Голосуя на общем собрании акционеров по вопросу о выплате дивидендов, акционер осуществляет право на участие в управлении обществом, но одновременно с этим способствует объявлению обществом дивидендов, реали зует свое имущественное право на участие в распределении прибыли. Примеры можно про должить.

Маковская А. А. Различия в правовом регулировании отношений между акционером и закрытым акционер ным обществом и отношений между участником и обществом с ограниченной ответственностью. — См.: Корпора ции и учреждения: Сб. статей / Отв. ред. М. А. Рожкова. — М.: Статут, 2007, с. 55.

Там же, с. 56.

Белов В. А. Сделки с акциями, выпуск которых не зарегистрирован // Законодательство, 1998, № 10, с. 10.

См., например: Крашенинников Е. А. Ценные бумаги на предъявителя. — Ярославль, 1995, с. 11-12;

Су ханов Е. А. Вступительная статья к книге: Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. — М.:

ЮрИнфор, 1996, с.14-15;

Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве, с. 127-128;

Он же. Бездоку ментарные ценные бумаги (научно-практический очерк). — М.: ЦентрЮрИнфор, 2001, с. 4-99;

Ломакин Д. В. Акцио нерное правоотношение. — М.: Спарк, с. 53-69.

Лапач В. А. Система объектов гражданских прав: Теория и судебная практика. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2002, с. 435.

Гарантийная функция права акционера на информацию уже отмечалась в юридической литературе. — См., например: Ломакин Д. Право акционера на информацию // Хозяйство и право, 1997, № 11.

Корпоративное право Определяя природу комплекса корпоративных прав, подчеркну, что она имеет имущест венный характер. Ранее уже было обосновано суждение об имущественном характере корпо ративных правоотношений 52. Очевидно, что в имущественном правоотношении совокупность прав, являющихся элементами его юридического содержания, не носит неимущественного характера. Хотя самому комплексу корпоративных прав, который именуется долей участия, присуща имущественная природа, отдельные его составляющие могут иметь неимуществен ный характер. Речь идет о неимущественных правах, которые опосредуют неимущественное участие акционера в деятельности акционерного общества. К данным правам традиционно относятся право на участие в управлении деятельностью акционерного общества, право на информацию и право на контроль. Вряд ли можно согласиться с мнением тех авторов, кото рые видят в этих правах или в отдельных правомочиях, которые их составляют, имуществен ную природу.

Например, Е. Н. Решетина делает следующий вывод: поскольку право голоса можно рассматривать как форму распоряжения акцией, такое "неимущественное право пре вратится в имущественное" 53.

Не вдаваясь в подробности возможности "превращения" прав, отмечу, что так называемое право голоса не является формой распоряжения акцией как классической ценной бумагой.

Голосуя на общих собраниях акционеров, участник акционерного общества не распоряжается акцией, а осуществляет удостоверяемые ею права. Акт распоряжения акцией влечет за собой передачу прав, а не их осуществление. Не случайно законодатель проводит четкое различие между процессом осуществления прав из ценной бумаги и актом их передачи (п. 1 ст. 142 ГК РФ). Распоряжается ценной бумагой ее собственник, лицо, обладающее вещным правом на бумагу как на документ, в рамках осуществления правомочия распоряжения, являющегося элементом содержания права на бумагу, но не права из бумаги. Правомочие на участие в голосовании, так же как и право на участие в управлении деятельностью акционерного обще ства, сами по себе лишены имущественного содержания и не являются имущественными в предлагаемом некоторыми авторами особом широком значении этого термина 54. Однако этого недостаточно для того, чтобы закреплять за ними характеристику личных неимущест венных прав, пусть и связанных с имущественными, как это делает Г. Н. Шевченко 55. Личные неимущественные права традиционно понимаются в доктрине как неотчуждаемые и непере даваемые, как права, неразрывно связанные с личностью их носителя. В настоящее время такой подход получил закрепление и на уровне закона (п. 1 ст. 150 ГК РФ). Очевидно, что неимущественные права акционера в составе доли участия могут быть переданы иным лицам.

Вместе с тем особое значение, придаваемое в Кодексе термину "неимущественные права", в силу которого они отождествляются с личными неимущественными правами, не должно, как представляется, приводить к отказу от употребления этого термина в отношении таких прав акционера, как право на участие в управлении деятельностью общества, право на информа цию и право на контроль. Подобные попытки вызывают серьезные сомнения.

Так, И. И. Пышкин, отмечая особый смысл, который вкладывает законодатель в тер мин "неимущественные права", предлагает заменить его термином "контрольно-управ ленческие права" 56.

Но если законодатель хотя бы использует словосочетание "неимущественные права", пусть и в определенном значении, то предлагаемая указанным автором конструкция ему во обще неизвестна. Более того, термин "неимущественные права" позволяет охарактеризовать природу таких прав, а словосочетание "контрольно-управлен-ческие права" представляется См., например: Ломакин Д. В. Акционерное правоотношение, с. 7-29.

Решетина Е. Н. Правовая природа корпоративных эмиссионных ценных бумаг. — М.: Издательский дом "Го родец", 2005, с. 24.

См., например: Юлдашбаева Л. Р. Правовое регулирование оборота эмиссионных ценных бумаг (акции, об лигации). — М.: Статут, 1999, с. 23.

Шевченко Г. Н. Эмиссионные ценные бумаги: понятие, эмиссия, обращение. — М.: Статут, 2006, с. 12.

Пышкин И. И. Содержание и проблемы осуществления контрольно-управленческих прав акционеров // Зако нодательство, 2003, № 3, с. 7.

52 Хозяйство и право весьма расплывчатым. Замечу, что разграничение личных неимущественных и просто неиму щественных гражданских прав уже производилось в юридической литературе.

Например, В. А. Кабатов среди правомочий автора выделял личные неимуществен ные, которые тесно связаны с личностью автора и неотделимы от нее, а также про сто неимущественные правомочия, осуществление которых может передаваться другим лицам 57.

Неимущественные права не определяют характера всего комплекса корпоративных прав, который, как отмечалось, имеет имущественную природу. Правда, это по-ложение очевидно не для всех.

Г. В. Цепов пишет, что трудно понять, каким образом совокупность имущественных и неимущественных прав акционера в целом способна образовывать имущественное право. По его мнению, "поскольку любая часть должна обладать свойствами целого, то неимущественное право (элемент) должно обладать качествами имущественного права (целого). Однако неимущественное право по определению не может быть имущественным" 58.

С таким подходом согласиться нельзя. Во-первых, часть это не то же самое, что целое, поэтому суждение о тождестве целого и части, не позволяющее признать имущественную природу комплекса корпоративных прав, если в него входят неимущественные права, проти воречит формальной логике. Во-вторых, суждение о том, что имущественные и неимущест венные права в ряде случаев могут образовывать единое целое, не является откровением в науке.

Применительно к авторскому праву еще В. И. Серебровский писал о невозможности разделения имущественных и неимущественных прав автора 59. Некоторые цивили сты объединяли комплекс имущественных и неимущественных прав автора в рамках права авторства, которое, по их мнению, являлось собирательным. Так, З. В. Ро мовская отмечала, что обособление права авторства, в качестве самостоятельного права, можно сравнить с выделением помимо триады правомочий собственника еще и права лица считаться собственником имущества 60.

В-третьих, комплекс корпоративных прав или доля участия представляет собой особый объект гражданских прав, который если и можно определять в качестве субъективного граж данского права, то с большой долей условности, поскольку данный объект имеет особый правовой режим, отличающийся от правил, которым подчиняется оборот субъективных граж данских прав. А то, что в рамках одного объекта права могут сочетаться имущественные и неимущественные составляющие при общей имущественной природе объекта, хорошо из вестно нашей доктрине и законодательству. Пример имущественные комплексы как объек ты гражданских прав.

Итак, в условиях современного оборота комплекс корпоративных прав как объект граж данского права имеет особый правовой режим. Его специфика обусловлена тем, что в на стоящее время ценность корпоративных прав классических акционерных обществ, которыми являются открытые общества, "акции" которых котируются на бирже, определяется не столь ко предоставляемыми ими возможностями, сколько оборотоспособностью таких прав. Чем больше их ликвидность, тем выше их ценность 61. Корпоративные права превращаются в спе кулятивное средство, биржевые операции с которым способны принести значительные при были. Корпоративные права все чаще приобретаются не с целью их осуществления, а с целью последующей возмездной уступки с извлечением выгоды за счет разницы цен. Причем между актом приобретения и уступки прав зачастую проходят считанные минуты. Корпоративные права трансформируются в финансовый инструмент, способ получения быстрого дохода, с которым по эффективности никак не может соперничать право на ди-виденд.

Кабатов В. А. Советское авторское право на произведения изобразительного искусства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — М., 1954, с. 7.

Цепов Г. В. Акционерные общества: теория и практика: Учеб. пособие. — М.: ТК Велби;

Изд-во "Проспект", 2006, с. 92.

Серебровский В. И. Вопросы советского авторского права. — М., 1956, с. 101, 107.

Ромовская З. В. Право авторства / Проблемы советского авторского права. — М., 1979, с. 79.

См.: Миркин Я. М. Ценные бумаги и фондовый рынок. — М., 1995, с. 67.

Корпоративное право Закон Германии "О кредитном деле" относит ценные бумаги к категории финансовых инструментов [§ 1, XI 1 Kreditwesengesetz i. d. F. v. 9.9. 1998 (BGB1 I 2776)] 62. Под финансовыми инструментами на международных рынках капитала обычно понимают договоры или возникшие на основании договора права, которые предусматривают исполнение в денежной форме, при этом договоры и права в отношении них также служат финансовыми инструментами 63.

Косвенным образом российский законодатель также относил ценные бумаги к категории финансовых инструментов (абз. 7 ст. 34 Закона о рынке ценных бумаг) 64. В настоящее время термин "финансовый инструмент" нередко употребляется в со-четании с термином "срочные сделки". Так, согласно п. 2 ст. 2141 Налогового кодек- са РФ под финансовыми ин струментами срочных сделок, базисным активом по которым являются ценные бумаги, пони маются фьючерсные и опционные биржевые сделки. Наиболее полный перечень финансовых инструментов дан в пп. 4-7 Методики расчета кредитного риска по условным обязательствам кредитного характера 65.

Конечно, термин "финансовый инструмент", обозначающий имущественный актив, спо собный к быстрой продаже, в качестве которого в данном случае выступают акции, выпущен ные в бездокументарной форме, имеет в большей степени экономическое значение. Через призму юридических категорий акции, выпущенные в бездокументарной форме, представля ют собой особый объект гражданских правоотношений долю участия, корпоративное пра во членства в акционерной корпорации, являющийся комплексом имущественных и неиму щественных корпоративных прав акционера. Правовой режим долей участия в акционерных обществах далеко не одинаков. Во многом он обусловлен типом акционерной корпорации.

Известно, что доли участия в закрытой акционерной корпорации ограничены в обращении (п. 3 ст. 7 Закона об АО).

Во-первых, они могут быть размещены только среди акционеров или иного, заранее опре деленного круга лиц.

Во-вторых, акционеры такого общества имеют преимущественное право приоб-ретения долей участия, продаваемых другими акционерами, по цене предложения третьим лицам.

Отмечу, что подобные ограничения не характерны для классических акционерных обществ, которые изначально создавались для концентрации капиталов и их быстрого перемещения посредством свободно обращающихся ценных бумаг акций. Поэтому запреты, ограничи вающие свободный оборот долей участия в акционерном обществе, противоречат акционер ной форме организации предпринимательской деятельности.


На то обстоятельство, что, в сущности, закрытые акционерные корпорации являются обществами с ограниченной ответст венностью, которым законодатель разрешил эмитировать суррогаты акций, неоднократно обращалось внимание в юридической литературе 66. Впоследствии эти идеи были восприняты авторами Концепции развития корпоративного законодательства на период до 2008 года, проект которой был утвержден на заседании Правительства РФ 18 мая 2006 года. Если они будут реализованы на уровне законодательства, произойдет отказ от искусственного дробле ния единой акционерной формы на типы, один из которых "закрытый" имеет с этой формой весьма мало общего. Однако особенности обращения долей участия в закрытых ак ционерных обществах не меняют их правовой природы, и они, как и доли участия в открытых акционерных обществах, являются комплексами имущественных и неимущественных прав акционеров, имеющих в целом имущественную природу, опосредующих имущественное и неиму-щественное участие акционеров в деятельности общества.

См.: Райнер Г. Деривативы и право. — М.: Волтерс Клувер, 2005, с. 230.

Там же, с. 1.

Указанная статья, так же как и глава 9 Закона о рынке ценных бумаг, в которой она находилась, утратила си лу с 1 февраля 2007 года в соответствии со ст. 15 Федерального закона от 16 октября 2006 года № 160-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О рекламе".

См.: Приложение № 2 к Инструкции Банка России от 16 января 2004 года № 110-И "Об обязательных норма тивах банков" // Вестник Банка России, 2004, № 11.

См., например: Ломакин Д. В. Типы и виды акционерных обществ // Вестник Московского университета. Серия 11. Право, 2002, № 3, с. 70-74.

54 Хозяйство и право Такой же природой обладают доли участия в иных хозяйственных обществах и товарище ствах. Этот подход разделяется не всеми учеными.

Так, Л. А. Новоселова полагает, что нет достаточных оснований для отождествления долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и акционер ного общества. В последнем случае доля воплощена в бездокументарной ценной бумаге, удостоверяющей корпоративные права, а доля в уставном капитале ООО представляет собой не только имущественные права, но и обязанности 67.

Данный вывод представляется не совсем верным. Действительно, у участников общества с ограниченной ответственностью существуют не только субъективные права, но и юридиче ские обязанности по отношению к обществу. Но вряд ли правильно утверждать, что они обра зуют с правами единое целое, особый объект гражданского оборота долю участия. Доля в уставном капитале ООО есть выражение корпоративных прав. Приобретение таких прав вле чет за собой и возложение обязанностей на участника общества. Таким образом, наличие юридических обязанностей обусловлено корпоративными правами, позволяющими опреде ленному лицу считаться участником ООО. Наличие юридических обязанностей у участника ООО является следствием обладания им этими правами. Изначально корпоративные права приобретаются посредством внесения вклада в уставный капитал. Подчеркну, что и дейст вующее законодательство рассматривает долю в уставном капитале ООО исключительно в качестве имущественного актива, а не как неразрывное единство актива в виде имуществен ных прав и пассива, представленного обязанностями 68.

Имущественный характер доли участия не позволяет рассматривать ее в качестве особого субъективного организационного права участия в обществе, как это предлагает делать А. В. Майфат 69.

Очевидно, что применительно к хозяйственным товариществам можно говорить лишь о долях участия, принадлежащих полным товарищам. Эти доли участия законодатель рассмат ривает в качестве долей в складочном капитале хозяйственного товарищества (ст. 79 ГК РФ), в хозяйственных обществах доли участия именуются долями в уставном капитале (ст. 93, п. ст. 96 ГК РФ). Доля в уставном капитале хозяйственного общества не может быть сведена к имущественным правам обя-зательственной природы. В подтверждение этого тезиса можно привести все ранее использованные аргументы для доказательства особой природы корпора тивных прав, которая не является ни вещной, ни обязательственной 70. По этой же причине нельзя согласиться с утверждением о том, что такая "доля представляет собой идеальную квоту (часть) в праве собственности на имущество общества или товарищества, своеобразный аналог доли в общей собственности" 71. Признание за участниками хозяйственного общества и товарищества статуса собственника обусловлено смешением правовых и экономических кате горий. В рамках судебной практики правовая природа доли в обществе с ограниченной ответ ственностью определяется по-раз-ному. Можно встретить дела, в которых суд определяет долю в качестве имущественного права обязательственного характера 72. Однако поскольку доля участия, являющаяся выражением корпоративных прав, представляет собой особый объект гражданских прав, к ее отчуждению применимы далеко не все нормы, регламенти рующие порядок уступки прав. В данном случае более корректно говорить не о переходе прав в рамках правопреемства, а о прекращении корпоративных прав у отчуждателя доли и воз никновении их у ее приобретателя. Действительно, как объяснить, исходя из правил о право преемстве, тот факт, что у приобретателя доли могут возникать корпоративные права с иным объемом и содержанием, чем те, которыми обладал отчуждатель доли? Например, ситуация, Новоселова Л. А. Оборотоспособность доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственно стью. — См.: Объекты гражданского оборота: Сб. статей / Отв. ред. М. А. Рожкова. — М.: Статут, 2007, с. 207.

Для иллюстрации сказанного можно, в частности, обратиться к ст. 21, 25 Федерального закона "Об общест вах с ограниченной ответственностью".

Майфат А. В. Гражданско-правовые конструкции инвестирования: монография. — М.: Волтерс Клувер, 2006, с. 144.

См., например: Ломакин Д. В. Акционерное правоотношение, с. 7-29, 85-103.

Лапач А. В. Система объектов гражданских прав, с. 491.

См., например, постановление ФАС Северо-Западного округа от 18 января 2005 года по делу № А13-6709/ 04-24.

Корпоративное право возникающая при отчуждении доли участия в ООО лицом, обладающим так называемыми дополнительными правами. Дополнительные права, предоставленные отдельным участникам ООО, при отчуждении ими своей доли в уставном капитале общества полностью или в части не могут быть переданы новому участнику общества (п. 2 ст. 8 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

В свое время В. П. Грибанов, анализируя проблему динамики права собственности при переходе имущества от одного лица к другому, убедительно доказал, что с пере ходом имущества не происходит переход самого права собственности, которое пре кращается у продавца и возникает у покупателя 73. "Отчуждение имущества посред ством договора купли-продажи есть осуществление собственником принадлежащего ему права распоряжения. Совершив акт распоряжения имуществом, собственник исчерпал (осуществил до конца) свое право собственности, которое вместе с этим и прекратило свое существование" 74.

Справедливости ради отмечу, что у этой точки зрения были не только сторонники, к числу которых можно отнести профессора В. А. Рясенцева, но и противники, которым, однако, не удалось доказать ее несостоятельность 75. Представляется, что нет достаточных оснований для рассмотрения участника хозяйственного общества в качестве собственника доли участия. Но логика рассуждений выдающегося ученого вполне может быть применена при анализе рас сматриваемого вопроса. Участник хозяйственного общества, как и собственник имущества, вправе распорядиться долей участия, "исчерпав" тем самым свои корпоративные права, в связи с чем они не уступаются вместе с долей, а прекращаются. Такой подход позволяет раз решить многие затрагиваемые в юридической литературе проблемы, связанные с переходом доли к самому хозяйственному обществу, например созданному в форме общества с ограни ченной ответственностью 76. Если в данном случае говорить о переходе прав, то становится непонятным, каким образом они могут принадлежать лицу (хозяйственному обществу), если им корреспондируют обязанности, возложенные на то же лицо. Сторонники обязательствен ной природы корпоративных прав по-разному пытаются объяснить этот феномен.

Так, О. Ломидзе полагает, что в данном случае не происходит немедленного прекра щения обязательства в силу положений ст. 413 ГК РФ, поскольку законодатель уста навливает отсрочку, в течение которой право может быть передано другим участни кам или третьим лицам 77.

Представляется, что здесь нет необходимости ни в признании "отсрочки", ни в создании иных подобных ей механизмов. Во-первых, как уже отмечалось, корпоративные права не являются обязательственными по своей природе. Во-вторых, они не переходят с передачей доли, а прекращаются у отчуждателя и возникают у приобретателя, но зачастую в ином объе ме и с иным содержанием. Так, единственное право, которое возникает у ООО при передаче ему доли участия в его же уставном капитале, право распоряжения указанной долей. Реше ние об осуществлении данного права должно быть принято общим собранием участников общества в порядке, предусмотренном ст. 24 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответствен ностью". Если общество откажется от осуществления своего права в течение года с момента ее перехода к нему, доля должна быть погашена с соответствующим уменьшением уставного капитала корпорации.

Как представляется, сказанное не дает достаточных оснований для признания возможно сти существования права собственности на долю. Хотя в судебных актах нередко встречаются Грибанов В. П. Правовые последствия перехода имущества по договору купли-продажи в советском граж данском праве / Осуществление и защита гражданских прав. — М.: Статут, 2000, с. 384-398.


Там же, с. 388.

Аргументы против разделяемой нами позиции В. П. Грибанова содержатся, в частности, в работах Б. Б. Чере-пахина. — См., например: Черепахин Б. Б. Правопреемство по советскому гражданскому праву / Труды по гражданскому праву. — М.: Статут, 2001, с. 311-313.

См., например: Лапач В. А. Указ. соч., с. 490.

Ломидзе О. Переход обязательственных прав участников юридических лиц // Российская юстиция, 1999, № 10.

56 Хозяйство и право упоминания о праве собственности на долю в уставном капитале ООО 78. Признание арбит ражными судами права собственности на долю в уставном капитале, конечно же, не свиде тельствует о ее вещной природе, как ошибочно считают некоторые авторы 79, как и удовле творение судом виндикационного иска, когда предметом виндикации являются бездокумен тарные ценные бумаги, не свидетельствует о том, что они являются индивидуально определенными вещами. Очевидно, что, если в интересах развития гражданского оборота на некоторые объекты прав в какой-либо части распространяется правовой режим вещей, этого еще недостаточно для признания вещной природы таких объектов. Случаи, когда при регули ровании общественных отношений, объектом которых выступает то, что по определению не может считаться вещью, применяются нормы права, как если бы в качестве такого объекта выступала вещь, хорошо известны и широко распространены. Так, предметом классического договора купли-продажи традиционно являются вещи. Однако в силу п. 4 ст. 454 ГК РФ об щие положения о купле-продаже могут применяться к продаже имущественных прав, что не делает их тождественными вещам.

Таким образом, доля участия в уставном капитале хозяйственного общества, будучи ком плексом имущественных и неимущественных прав участника общества, имеющим в целом имущественную природу, и опосредующая имущественное и неимущественное участие в деятельности общества, представляет собой особый объект гражданских прав.

Д. ЛОМАКИН, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова Наследование юридическими лицами:

проблемы и перспективы развития законодательства Традиционно юридические лица признаются наследниками исключительно по завещанию, но не по закону, ибо последнее "основывается на родстве, а родство понятие, не применимое к юридическому лицу…" 1.

Согласно ст. 1116 ГК РФ существующие на день открытия наследства юридические лица могут быть призваны к наследованию по завещанию. К юридическим лицам относятся орга низации, имеющие установленный законом статус. Поэтому право наследования не приобре тают организации, которые юридическими лицами не являются (например, не прошедшие государственную регистрацию). Нельзя согласиться с тем, что "завещания в их пользу следует признавать действительными и исполнять как завещания, в которых указана цель использова ния имущества" 2. Такое решение вопроса в настоящее время законодательно не урегулирова но, в связи с чем следует исходить из исчерпывающего перечня наследников, призываемых к наследованию (ст. 1116 ГК РФ). При наличии в завещании образования неюридического лица условие о назначении его в качестве наследника должно признаваться недействитель ным. В целом предоставление указанным образованиям права наследования позволило бы расширить круг субъектов наследования и в наибольшей степени реализовать принцип свобо ды завещания.

Если завещание составлено в пользу структурного подразделения юридического лица, то наследником является само юридическое лицо. Особого акта толкования за-вещания в таком См., например: постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 июля 2006 года № 2664/06;

от 17 мая 2005 года №16545/04.

См., например: Урюжникова А. В. Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной от ветственностью // Гражданское право, 2006, № 1.

Мейер Д. И. Русское гражданское право. В 2-х ч. — М., 2000, с. 141, 142.

Чепига Т. Д. Наследование по завещанию в советском гражданском праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук.

— М., 1965, с. 8.

Корпоративное право случае не требуется, поскольку права и обязанности структурного подразделения предпола гаются возникшими в пользу самого юридического лица.

Для призвания к наследованию по завещанию юридическое лицо должно существовать на день открытия наследства, то есть необходимо, чтобы его создание (регистрация) на указан ный момент уже завершилось, а ликвидация не окончилась 3. Юридическое лицо считается созданным (а правоспособность возникшей) со дня внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц (п. 2 ст. 51 ГК РФ). Именно этот день не обходимо соотносить со временем открытия наследства (днем смерти наследодателя) для решения вопроса о возможности юридического лица быть призванным к наследованию. Пра воспособным юридическое лицо должно быть именно на момент открытия наследства, а не на момент составления завещания. Поэтому возникает вопрос: может ли быть составлено заве щание в пользу еще не существующего юридического лица?

Т. Д. Чепига предлагает признать возможным исполнение завещательного распоря жения, в котором указано не существующее на момент составления завещания юри дическое лицо, но созданное на день открытия наследства 4.

С таким решением вопроса можно согласиться при условии, что в завещании указаны ин дивидуализирующие наследника признаки (наименование, его организационно-правовая форма, а при возможности место нахождения). В нормативных актах, регламентирующих деятельность нотариусов по удостоверению завещаний и совершению иных нотариальных действий, отсутствует требование об обязательном указании места жительства или места нахождения наследников. Поэтому данная ин-формация предоставляется завещателем в том случае, если он ею обладает.

Дореволюционное законодательство, в отличие от судебной практики, не допускало возможности оформления завещательных распоряжений в пользу не существующих на момент составления завещаний юридических лиц. Как отмечал Г. Ф. Шершеневич, выходом из сложившейся ситуации являлось указание в завещании на лицо, которое будет способствовать возникновению юридического лица 5. Но неясной оставалась продолжительность срока ожидания для создания юридического лица.

Интересным в связи с этим представляется законодательство Израиля: "Юридиче ское лицо призывается к наследованию, если на момент смерти наследодателя оно обладало имущественной правоспособностью, либо имущественная правоспособ ность возникла в течение года с момента выдачи свидетельства о вступлении заве щания в законную силу. Суд может продлить указанный срок еще на один год" (ст. Закона "О наследовании") 6.

Действующее российское законодательство, указывая на возможность юридического лица стать наследником по завещанию, не разрешает вопросов, связанных с его реорганизацией.

Процесс реорганизации изменяет субъектный состав участников гражданского оборота, уста навливая правопреемство в правах и обязанностях. В ста-дии реорганизации юридическое лицо может находиться как на день открытия наследства, так и в период срока для принятия (отказа) наследства. Процедуру реорганизации оно может пройти до момента открытия на следства.

В цивилистической литературе проблему наследования реорганизованным юридиче ским лицом решают по-разному. В одних случаях утверждают, что, поскольку право наследования не возникает до момента открытия наследства, оно не подлежит пе редаче при реорганизации. Следовательно, юридическое лицо правопреемник реорганизованного юридического лица, которое было указано в завещании, к насле См.: Телюкина М. В. Комментарий к Федеральному закону от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоя тельности (банкротстве)" // Подготовлен для СПС "КонсультантПлюс", 2003.

См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Часть третья (постатейный) / Отв. ред. Л. П. Ануфриева. — М., 2004, с. 30.

См.: Шершеневич Г. Ф. Курс гражданского права. — Тула, 2001, с. 639-640.

Гражданское законодательство Израиля / Сост., предисл., пер. с иврита М. С. Хейфец;

науч. ред.

Н. Э. Лившиц. — СПб., 2003, с. 444.

58 Хозяйство и право дованию не призывается 7. А если право наследования уже возникло? Как быть в этой ситуации? В других случаях вывод о правопреемстве считают необходимым, но, руководствуясь положениями ст. 1116 ГК РФ, противоречащим закону 8. А. Н. Гуев де лает вывод о невозможности наследования имущества юридическим лицом, реорга низованным в результате присоединения на день открытия наследства, поскольку присоединенное юридическое лицо (указанное в завещании) считается прекратив шим свою деятельность с момента внесения записи об этом в государственный ре естр, но автор не упоминает об иных формах реорганизации 9. З. Г. Крылова указыва ет, что правопреемники юридических лиц могут призываться к наследованию. Од нако далее автор пишет, что "юридические лица, возникшие в результате преобразо вания юридического лица наследника (реорганизация, слияние, разделение и др.), прекращающего юридическое лицо, выводятся из числа наследников" 10.

Проанализированные позиции дают основания более последовательно сформулировать общие правила наследования юридическими лицами при прохождении ими реорганизации и ликвидации. Возможно выделить несколько ситуаций. Первая реорганизация юридическо го лица завершена до дня открытия наследства. Момент завершения реорганизации определя ется ст. 16 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ "О государственной регист рации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей". В этом случае к наследова нию реорганизованное юридическое лицо не призывается, ибо право наследования в субъек тивном смысле как принадлежащее лицу право на приобретение наследства возникает лишь с момента открытия наследства 11. А если это право еще не возникло, оно не может переходить в порядке правопреемства к реорганизуемым юридическим лицам. Поэтому, как представля ется, необоснованна позиция Н. В. Щербиной (которая поддерживает мнение Г. Е. Авилова), что призвание правопреемника к наследованию допустимо, если суд по иску заинтересован ного юридического лица не истолкует завещание в том смысле, что волеизъявление наследо дателя распространяется и на организацию-правопреемника 12.

Вторая ситуация реорганизация юридического лица завершена в течение срока на при нятие наследства. При этом момент принятия решения о реорганизации (до или после откры тия наследства) значения не имеет, поскольку до государственной регистрации вновь воз никших юридических лиц (или при присоединении до внесения записи в единый государ ственный реестр юридических лиц записи о прекращении деятельности присоединенного юридического лица) реорганизация не считается завершенной. Временной отрезок между принятием решения о реорганизации и регистрацией создаваемых в результате реорганизации юридических лиц законом не определен и может быть достаточно длительным. В этот проме жуток времени юридическое лицо продолжает свою обычную экономическую деятельность, в результате которой может быть увеличен объем обязательств, уменьшен объем прав, состав имущества 13. И если до момента завершения реорганизации была выражена воля на принятие наследственного имущества, то к правопреемникам должно переходить само наследственное имущество. Если же право на принятие наследства не было реализовано юридическим лицом до окончания процесса реорганизации, то действующее законодательство не допускает воз можности перехода этого права к правопреемникам.

С таким решением законодателя трудно согласиться. Право на принятие наследства воз никло в день смерти наследодателя и уже принадлежало юридическому лицу. "Это право является имущественным правом, так как оно дает наследнику возможность стать преемни См.: Комментарий к части третьей Гражданского кодекса РФ / Под ред. А. Л. Маковского, Е. А. Суханова. — М., 2002 (комментарий к ст. 1116 ГК РФ).* При написании настоящей статьи источники, помеченные знаком *, использованы в том виде, в котором они содержатся в СПС "КонсультантПлюс". В связи с этим в ссылках на такие источники номера страниц не приводятся.

См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ, части третьей / Под ред. К. Б. Ярошенко. — М., 2003 (коммен тарий к ст. 1116 ГК РФ).* См.: Гуев А. Н. Постатейный комментарий к части третьей Гражданского кодекса РФ. — М., 2002, с. 16.

Комментарий к Гражданскому кодексу РФ. Часть третья (постатейный) / Отв. ред. Л. П. Ануфриева. — М., 2004, с. 10.

См.: Серебровский В. И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. — М., 2003, с. 72, 73.

См.: Щербина Н. В. Субъекты наследственного правопреемства по российскому законодательству: Автореф.

дис. … канд. юрид. наук. — М., 2004, с. 32.

См.: Тимаев Ф. И. Реорганизация акционерных обществ. — М., 2003.* Корпоративное право ком умершего в его имущественных отношениях" 14. Для перехода рассматриваемого права к правопреемникам юридического лица было бы достаточным его отражения в опосредующих процесс реорганизации документах: передаточном акте или разделительном балансе. При этом между правопреемством прав и обязанностей в порядке реорганизации и в порядке на следования существует ряд отличий.

1. Разный характер правопреемства. При реорганизации имеет место общее (универсаль ное) правопреемство, а при переходе права на принятие наследства частное (сингулярное) правопреемство 15.

2. В отношении завещанного имущества юридическое лицо должно выразить свою волю на принятие или отказ от наследства, обратившись к нотариусу по месту открытия наследства с заявлением о принятии наследства или совершив фактические действия по принятию на следства в рамках установленного законом срока (ст. 1153, 1154 ГК РФ);

в отношении имуще ства, переходящего в порядке реорганизации, согласия на его принятие не требуется.

3. Документ, подтверждающий преемство в правах и обязанностях при наследовании, свидетельство о праве на наследство;

при реорганизации передаточный акт или раздели тельный баланс.

4. По долгам наследодателя юридическое лицо как наследник отвечает в пределах стоимо сти перешедшего к нему наследственного имущества. Объем ответственности по обязательст вам реорганизуемого юридического лица не ограничивается только имуществом, перешед шим в порядке реорганизации.

Кроме того, право на принятие наследства тесно связано с личностью. Его переход к дру гим лицам (если уже после открытия наследства наследник умер, не успев его принять) осу ществляется только в рамках отношений наследственной трансмиссии в силу прямого указа ния закона. Статья 1156 ГК РФ предусматривает переход рассматриваемого права в отноше нии физических лиц, но не юридических, что может негативно повлиять на их права при ре организации. Поэтому представляется необходимым расширить сферу отношений наследст венной трансмиссии, распространив их на юридических лиц правопреемников.

В таких формах реорганизации, как слияние, присоединение и преобразование, право на принятие наследства должно найти свое отражение в передаточном акте, а при разделении и выделении в разделительном балансе. Если нельзя определить правопреемника по кон кретным правам, вновь возникшие юридические лица рассматриваются как солидарные кре диторы, и любой из них вправе реализовать требование в полном объеме. Солидарность тре бований может быть установлена и в отношении права на принятие наследства. По п. 1 ст. ГК РФ к числу оснований возникновения солидарных обязательств относятся закон и дого вор. "Однако этот перечень неполный и неточный. Очевидно, что солидарность может быть установлена не только договором. Она может возникать из совокупности других юридических фактов..." 16. Применительно к анализируемой ситуации солидарность возникнет из совокуп ности следующих юридических фактов: составление завещания, открытие наследства, приня тие решения о реорганизации. Реализацию солидарного права способно осуществить любое из реорганизованных юридических лиц, которое образовалось в результате разделения или выделения. Полученное наследственное имущество вследствие акта принятия наследства одним из наследников юридических лиц породит обязанность осуществить расчеты с дру гим юридическим лицом. Реальна и другая ситуация с применением конструкции солидарно го обязательства "с резолютивным условием такого рода, что заявление одного уничтожает право другого" 17. Не исключено и то, что право принадлежит обоим, но только один из них имеет право исключить другого своим заявлением 18.

Серебровский В. И. Указ. соч., с. 206.

Поддерживая теорию универсальности правопреемства при реорганизации юридических лиц, отмечу, что в юридической литературе вопрос о характере правопреемства при разделении и выделении является спорным.

Анализ точек зрения см., например: Жданов Д. В. Реорганизация акционерных обществ в Российской Федерации. — М., 2002, с. 104-110.

Сарбаш С. В. Обязательства с множественностью лиц и особенности их исполнения. — М., 2004, с. 36.

Там же, с. 101.

См.: Бернгефт Ф., Колер И. Гражданское право Германии, с. 237. Цит. по: Сарбаш С. В. Указ. соч., с. 102.

60 Хозяйство и право Выразить волю на принятие наследства юридическое лицо должно через свои органы. И если речь идет о принятии имущества, стоимость которого позволяет квалифицировать при нятие наследства как крупную сделку, то необходимо соблюдение установленных законода тельством требований к ее совершению (ст. 78-80 Федерального закона "Об акционерных обществах", ст. 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Если это унитарные предприятия или учреждения, то возможность к самостоятельному со вершению сделок с имуществом определяется характером наделенного собственником права (хозяйственного ведения или оперативного управления).

Третья ситуация реорганизация юридического лица завершена после истечения срока на принятие наследства. В этом случае реализация права на принятие наследства не будет отличаться какими-либо особенностями. Но могут возникнуть трудности с определением правопреемника при оформлении наследственных прав. При разделении и выделении, как было указано, солидарность прав каждого из юридических лиц повлечет необходимость вы дачи свидетельства о праве на наследство одному из них с обязательством произвести необ ходимые расчеты с другим юридическим лицом.

Не менее сложен вопрос о праве наследования юридического лица, которое находится в процессе ликвидации. Ликвидация юридического лица (ст. 61-65 ГК РФ и глава VII Феде рального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных пред принимателей") завершается внесением соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Если ликвидация юридического лица завершена на день открытия наследства, то к наследованию этот субъект не призывается. Если процедура ликвидации не завершена на день открытия наследства, то совершение сделок, не связанных с ликвидацией (в том числе принятие наследства), законодательством не допускается.

Интересен в связи с этим опыт западных стран. Так, законодательство Германии предусматривает, что если до возбуждения или во время производства по делу о несостоятельности в пользу должника открывается наследство, в том числе по завещанию, то должнику предоставляется право принятия наследства или отказа от него. При этом данное право не может быть реализовано конкурсным управляю щим над имуществом должника [§ 83 Положения о несостоятельности (Закон о регу лировании порядка производства по делам о несостоятельности от 5 октября 1994 года)] 19.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.