авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

«КОММЕНТАРИИ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА Изменения земельного законодательства: основные положения Федерального закона от ...»

-- [ Страница 5 ] --

В случае удовлетворения иска о признании сделки недействительной стороны обязаны возвратить друг другу все полученное по сделке. Однако поскольку в отношении должника введены процедуры банкротства, реституция означает, что третья сторона возвращает все полученное по сделке в конкурсную массу, в то время как требования третьей стороны под лежат удовлетворению в рамках конкурсного производства в соответствии с установленной Законом очередностью.

Существует поддержанная в ряде судебных решений позиция, согласно которой в случае реституции обязательство должника вернуть все полученное по сделке возникает после вве дения процедуры банкротства и, следовательно, является текущим платежом, подлежащим исполнению за рамками очередности удовлетворения требований кредиторов (см., например, решение Арбитражного суда г. Москвы от 9 ав-густа 2006 года по делу № А40-20681/06-71 221). Представляется, что данный подход не получит широкого распространения в судебной практике, поскольку нарушает интересы кредиторов и, таким образом, вступает в противоре чие с целями, ради достижения которых данные нормы введены в законодательство.

Сделка может быть признана недействительной в силу п. 3 ст. 103 Закона при наличии од новременно двух условий. Первое сделка должна быть заключена после принятия арбит ражным судом заявления о признании должника банкротом и (или) в течение шести месяцев, предшествовавших подаче заявления о признании должника банкротом. Второе указанная сделка должна повлечь за собой предпочтительное удовлетворение требований одних креди торов перед другими кредиторами.

Данная норма применима лишь к тем сделкам, стороной по которым выступает кредитор.

Так, в постановлении ФАС Северо-Западного округа от 25 июля 2005 года по делу № А52-7378/2004/1 отмечено, что общество не являлось кредитором фабрики, а потому продажа ему имущества не влекла предпочтительного удовлетворения тре бований общества перед другими кредиторами фабрики. В постановлении ФАС Вол го-Вятского округа от 9 марта 2007 года № А79-3959/2006 установлено, что сделка купли-продажи недвижимого имущества не может быть признана недействительной по п. 3 ст. 103 Закона, поскольку покупатель не являлся кредитором должника.

Дискуссию вызывает вопрос о том, на какой момент предпочтительное удовлетворение требований кредиторов должно быть установлено: на момент совершения сделки или на мо мент открытия конкурсного производства. В судебной практике преобладает подход, согласно которому «предпочтительное удовлетворение совершением оспариваемой сделки одного кредитора по сравнению с другими кредиторами должно было иметь место на день ее совер шения» 3. Если на момент заключения сделки компания-должник являлась платежеспособной, отсутствовала просроченная кредиторская задолженность, то о предпочтительном удовлетво рении требований одних кредиторов перед другими говорить нет оснований 4. Иное мнение в отношении данной проблематики будет подробнее рассмотрено далее.

См., например, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 2 мая, 24 апреля 2007 года № 09АП-3155/07-ГК по делу №А40-72923/06-86-1135.

См., например, постановление ФАС Северо-Западного округа от 29 апреля 2003 года по делу № А52/85/2003/1.

90 Хозяйство и право Согласно п. 2 ст. 103 Закона сделка, совершенная должником с заинтересованным лицом, признается недействительной, если в результате исполнения указанной сделки кредиторам или должнику были или могут быть причинены убытки. Таким образом, рассматривая требо вания внешнего управляющего, заявленные на основании данной нормы, суду необходимо установить заинтересованность лица, с которым должник заключил оспариваемую сделку, наличие или возможность причинения убытков кредиторам или должнику 5.

Статья 19 Закона о банкротстве четко определяет круг заинтересованных лиц. К заинтересованным юридическим лицам относятся материнские и дочерние по отношению к должнику организации в соответствии с гражданским законодательством. В качестве заинте ресованных физических лиц Закон признает руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров, коллегиальный исполнительный орган, главного бухгалтера, в том числе указан ных лиц, освобожденных от исполнения своих обязанностей в течение года до момента воз буждения производства по делу о банкротстве. Кроме того, к числу заинтересованных лиц относятся супруги названных физических лиц, родственники по прямой восходящей и нисхо дящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, а также родители, сестры и братья супругов. Таким же образом определяются заинтересованные лица по отно шению к арбитражному управляющему и кредиторам.

Доказанность убытков необходимое условие признания сделки недействительной.

Так, ФАС Северо-Западного округа в постановлении от 25 марта 2005 по делу № А13-7990/04-22 отказал в удовлетворении требования о признании недействи тельными договоров купли-продажи транспортных средств, поскольку условием признания недействительной сделки с заинтересованностью является причинение в результате исполнения сделки убытков должнику или кредиторам либо возможность такого причинения. Причинение или возможность причинения таких убытков в ре зультате исполнения договоров истцом не доказаны.

При применении нормы п. 3 ст. 103 Закона убытки оцениваются исходя из п. 2 ст. 15 ГК РФ.

Например, ФАС Центрального округа отменил судебные акты предыдущих инстанций и направил дело на новое рассмотрение на том основании, что суды, указывая в качестве убытков задолженность ответчика, возникшую в результате неисполнения им договора купли-продажи, сделали данный вывод без учета п. 2 ст. 15 Кодекса (постановление от 11 декабря 2007 года по делу № А35-338/07-С17).

В отношении угрозы причинения убытков ФАС Северо-Западного округа отмечает, что такого рода угроза возникает вследствие незаконного уменьшения конкурсной массы должника, что, в свою очередь, наступает в результате неправомерного отчу ждения имущества должника, в частности, продажи имущества по явно заниженной цене (постановление от 12 мая 2008 года по делу № А13-1833/2005-25).

Пункт 1 ст. 103 Закона, устанавливая возможность признания сделки недействительной согласно нормам, предусмотренным федеральным законом, формально допускает оспарива ние сделок в соответствии со ст. 169 ГК РФ как сделок, совершенных с целью, противной основам правопорядка и нравственности. В судебной практике существуют примеры рас смотрения подобных дел.

Так, ФАС Поволжского округа для применения последствий недействительности ничтожной сделки, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, по рассматриваемому делу, руководствуясь положениями ст. 169 ГК РФ, первостепен ное значение придает выявлению умысла у участников сделки, который опосредует понимание ими противоправности последствий совершаемой сделки и желание или допущение их наступления В этой связи суд оценивал доводы истца о том, была ли воля сторон направлена на совершение сделки купли-продажи долей или же на неисполнение обязательства перед кредиторами (постановление от 6 марта 2007 го да по делу № А57-22747/04-34).

В постановлении Пленума ВАС РФ от 10 апреля 2008 года № 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Постановление ФАС Центрального округа от 30 октября 2007 года по делу № А14-10259-2006/438/4.

Законодательство о банкротстве Российской Федерации» отмечается, что совершение должником сделок, которые могут быть признаны недействительными в соответствии с Законом, само по себе не является основанием для квалификации таких сделок как ничтожных в силу ст. 169 ГК РФ. Кроме того, примене ние в подобных случаях предусмотренных ст. 169 последствий недействительности сделки в виде взыскания полученного по сделке в доход РФ означало бы нарушение интересов креди торов должника.

В заключение следует рассмотреть некоторые особенности признания сделок недействи тельными при отчуждении активов кредитными организациями.

Согласно ст. 28 Федерального закона от 25 февраля 1999 года № 40-ФЗ «О несостоятель ности (банкротстве) кредитных организаций» (далее Закон о банкротстве кредитных орга низаций) сделки кредитных организаций, совершенные до момента назначения временной администрации, могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным федеральным законом.

Кроме того, законодатель вводит дополнительное основание для признания недействи тельной сделки кредитной организации в п. 2 ст. 28 данного Закона. Сделка, совершенная кредитной организацией в течение трех лет, предшествовавших назначению временной адми нистрации, может быть признана недействительной по заявлению руководителя временной администрации или кредитора в случаях, если цена указанной сделки и иные условия сущест венно в худшую для кредитной организации сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Анализ арбит ражной практики свидетельствует, что правило п. 2 ст. 28 Закона о банкротстве кредитных организаций применяется достаточно редко 6. Многие исследователи сходятся во мнении о том, что кредитные организации, используя различные финансовые схемы, избегают риска применения к ним основного для данного основания критерия недействительности сделок нерыночной цены.

В связи с толкованием норм Закона о банкротстве в отношении кредитных организаций относительно предпочтительного удовлетворения требований кредиторов необходимо учиты вать следующее. С момента открытия лицу счета и зачисления на него денежных средств лицо становится кредитором банка в размере остатка денежных средств на счете (постановле ние Президиума ВАС РФ от 12 декабря 2006 года № 10723/06 по делу № А71-232/2005-Г27).

Подтверждением преимущественного удовлетворения требований одних кредиторов пе ред другими может служить наличие заявленных требований иных кредиторов или наличие требований кредиторов с наступившим сроком исполнения, которые не были удовлетворены на момент заключения сделки.

Так, по мнению суда, в отношении владельцев счетов по размещенным депозитам и вкладам правовое значение имеет срок исполнения обязанности по перечислению и выдаче соответствующих сумм со счета. Только в случае неисполнения банком приня тых обязательств перед своими кредиторами в предусмотренные договорами сроки он будет считаться не исполнившим обязательство, а клиент банка кредитором, требования которого не исполнены в надлежащий срок (постановление Девятого ар битражного апелляционного суда от 2 мая 2007 года по делу № 09АП-3155/07-ГК).

Существует и иная точка зрения по данному вопросу.

Как полагает Н. Раскова, «поскольку все те лица, у которых имеется остаток денеж ных средств на счетах в банке, после признания этого банка банкротом считаются его кредиторами.., для применения п. 3 ст. 103 Закона о банкротстве не имеет значе ния, предъявлялись ли требования иных кредиторов в момент совершения сделки» 7.

Приведенный подход находит поддержку в некоторых судебных решениях.

Пулова Л. В. Порядок и особенности судебного разбирательства дел о несостоятельности (банкротстве) кре дитных организаций // Закон, 2007, № 7, с. 92.

Раскова Н. Предпочтительное удовлетворение требований кредиторов и применение последствий недействи тельности сделок // Хозяйство и право, 2008, № 3, с. 106.

92 Хозяйство и право Так, в постановлении ФАС Поволжского округа от 2 февраля 2006 года по делу № А65-27502/04-СГЗ-14 разъяснено, что толкование предпочтительного удовлетво рения требований одного кредитора как неудовлетворения требований других креди торов в результате заключения сделки в преддверии процедуры банкротства являет ся расширительным и фактически противоречит смыслу названной нормы Закона.

В другом деле суд оценил как правомерные решения предыдущих инстанций, со гласно которым договор цессии был признан недействительным, полагая, что не имеет значения, предъявлялись ли требования иных кредиторов в момент соверше ния сделки. Значение имеет наличие иных кредиторов после возбуждения в арбит ражном суде дела о банкротстве должника (постановление ФАС Московского округа от 9 августа 2006 года по делу № КГ-А40/7510-06).

Существование, по сути, противоположных подходов к трактовке норм о признании сде лок недействительными в случае банкротства компании-должника безусловно неблагопри ятный фактор для делового оборота. В данном случае, скорее всего, следует ориентироваться на подход Президиума ВАС РФ, который в рассматриваемых делах устанавливает наличие на дату заключения оспариваемого договора других кредиторов банка, требования которых не исполнены, и именно с этим обстоятельством связывает наличие оснований для применения норм Закона о банкротстве о признании сделок недействительными.

Итак, при структурировании сделки в области слияний и приобретений следует учитывать не только общие основания признания сделки недействительной, предусмотренные ГК РФ, но и основания, установленные законодательством о несостоятельности. В Законе о банкротстве заложен механизм, позволяющий оспорить сделку после ее завершения в целях защиты инте ресов кредиторов компании-банкрота. Законодатель не связывает возможность применения норм о признании сделок недействительными с добросовестностью или недобросовестностью контрагента, и данный вопрос не исследуется судами при вынесении решения в отношении действительности сделок. В то же время действующее законодательство позволяет добросове стному контрагенту прибегнуть к защите, предусмотренной для добросовестного приобрета теля имущества в общей части ГК РФ.

А. ГАВРИЛОВА, помощник по юридическим вопросам Компания «Бейкер и Макензи»

г. Санкт-Петербург ПРЕДПРИЯТИЯ И НАЛОГИ Об ответственности за неисполнение обязанности представить налоговые декларации и отчетность в электронном виде Налоговый кодекс РФ установил две формы представления налоговых деклараций: традици онную на бумажных носителях и новую в электронном виде.

В соответствии с п. 3 ст. 80 НК РФ налогоплательщики представляют в налоговый орган по месту своего учета по установленной форме налоговые декларации (расчеты) на бумажном носителе или по установленным форматам в электронном виде вместе с документами, кото рые должны прилагаться к налоговой декларации (рас-чету).

В п. 4 ст. 80 предусмотрено, что налоговая декларация (расчет) может быть представлена налогоплательщиком (плательщиком сбора, налоговым агентом) в налоговый орган следую щими способами:

лично или через представителя;

направлена в виде почтового отправления с описью вложения;

передана по телекоммуникационным каналам связи.

Для отдельных категорий налогоплательщиков закреплена безусловная обязанность пред ставлять налоговые декларации (расчеты) в налоговый орган по установленным форматам в электронном виде, которая исполняется передачей соответствующих данных по телекомму никационным каналам связи 1.

Налоговая обязанность по представлению деклараций в электронном виде возлагается на крупнейших налогоплательщиков 2, а также на тех, которые имеют сред-несписочную числен ность работников за предшествующий календарный год свыше 100 человек, в том числе вновь созданные организации (до 1 января 2008 года численностью свыше 250 человек). Правом налогоплательщика является представление в электронном виде документов, которые должны прилагаться к налоговой декларации (расчету). Все остальные категории налогоплательщиков могут воспользоваться по своему усмотрению правом представить налоговую декларацию в электронной форме. Налогоплательщики, сдающие налоговую отчетность в электронном виде, не представляют ее на бумажном носителе.

В п. 4 ст. 80 НК РФ перечислены, в частности, способы подтверждения налоговым орга ном факта получения декларации (расчета) и установлен порядок определения даты ее пред ставления. Так, при передаче отчетности по телекоммуникационным каналам связи налого плательщик получает квитанцию о приеме в электронном виде. Если декларация подается на бумажном носителе, инспектор проставляет отметку о ее принятии на копии.

Согласно п. 5 ст. 80 налогоплательщик должен подтвердить полноту и достоверность дан ных, указанных в налоговой декларации, подписью. Декларация без подписи считается не Общее количество налогоплательщиков-организаций, обязанных сдавать декларации в электронном виде, почти 100 тысяч, при этом в 2008 году добавилось около 30 тысяч.

Критерии отнесения организаций — юридических лиц к крупнейшим налогоплательщикам, подлежащим нало говому администрированию на федеральном и региональном уровнях, утверждены приказом ФНС от 16 мая го-да № ММ-3-06/308@.

94 Хозяйство и право представленной. Декларация, представленная в электронном виде, заверяется электронно цифровой подписью налогоплательщика. Форматы для представления отчетности в электрон ном виде в соответствии с требованиями НК РФ утверждает ФНС России.

Порядок представления налоговой отчетности в электронном виде определяет- ся Мин фином РФ, однако до его утверждения согласно письму Департамента нало-говой и таможен но-тарифной политики Минфина РФ от 24 декабря 2007 года № 03-01-13/9-269 действуют Порядок представления налоговой декларации в электронном виде по телекоммуникацион ным каналам связи, утвержденный приказом МНС России от 2 апреля 2002 года № БГ-3 32/169, и Методические рекомендации об организации и функционировании системы пред ставления налоговых деклараций и бухгалтерской отчетности в электронном виде по теле коммуникационным каналам связи, утвержденные приказом МНС России от 10 декабря года № БГ-3-32/705@, которые регламентируют взаимодействие налоговых органов и налого плательщиков при представлении налоговой отчетности в электронном виде по телекоммуни кационным каналам связи.

Кроме представления налоговой отчетности в электронном виде по телекоммуникацион ным каналам связи иных процедур сдачи отчетности в электронном виде, например на диске тах, заверенных электронно-цифровой подписью (ЭЦП), ни в одном нормативном правовом акте не установлено. При передаче налоговой отчетности по каналам связи используется со ответствующее программное обеспечение и порядок, где четко определены документы, кото рыми обмениваются налогоплательщик и налоговая инспекция. Налогоплательщик получает документ с ЭЦП (квитанцию), подтверждающий факт получения налоговым органом декла рации в электронном виде. И у налогового органа есть документ от плательщика, что он по лучил квитанцию. Обе стороны имеют юридически значимые документы с подписями.

Как уже отмечалось, в электронном виде обязаны сдавать налоговые декларации налого плательщики со среднесписочной численностью работников свыше 100 че-ловек 3. При этом квалифицирующим признаком такой обязанности налогоплательщика является документаль но подтвержденное превышение среднесписочной численности.

Согласно абз. 3 п. 3 ст. 80 НК РФ сведения о среднесписочной численности работников за предшествующий календарный год представляются налогоплательщиком в налоговый орган не позднее 20 января текущего года, а в случае создания (реорганизации) организации не позднее 20-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором организация была создана (реорганизована).

Указанные сведения представляются налогоплательщиком в налоговый орган по месту нахождения организации по форме, утвержденной приказом ФНС России от 29 марта года № ММ-3-25/174@ «Об утверждении формы Сведений о среднесписочной численности работников за предшествующий календарный год».

Таким образом, начиная с 1 января 2008 года все организации, независимо от среднеспи сочной численности работников, должны представлять в налоговый орган сведения о средне списочной численности работников за предшествующий календарный год не позднее 20 ян варя текущего года, а в случае создания (реорганизации) организации не позднее 20-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором организация была создана (реорганизована).

В целях контроля за среднесписочной численностью работников налогоплательщиков в налоговых органах действует специальный программный комплекс, куда заносятся сведения о среднесписочной численности работников. Кроме того, сведения, поступающие от налогопла тельщиков, уточняются по информационным ресурсам других организаций, например Фонда социального страхования.

Если налогоплательщик, обязанный подать сведения о своей численности, не сделает это го, налоговый орган направляет ему уведомление с просьбой представить необходимые доку менты.

Налогоплательщики, которые добровольно представляют налоговую отчетность в электронном виде, имеют те же права и несут те же обязанности, что и налогоплательщики, которым это предписано НК РФ.

Предприятия и налоги К налогоплательщику, который не представит данные в течение пяти дней, применяется налоговая ответственность по ст. 126 НК РФ «Непредставление налогово- му органу сведе ний, необходимых для осуществления налогового контроля», кро- ме случаев, когда затребованные налоговыми органами документы представлены в срок, но с ошибками.

Непредставление документов и сведений способно проявляться в форме уклонения лица от их представления, то есть правонарушитель прямо не заявляет об отказе их представить, но и не предпринимает никаких мер, чтобы исполнить запрос налогового органа.

Физические лица (должностные лица) также могут быть привлечены к административной ответственности по ст. 15.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях «Непред ставление сведений, необходимых для осуществления налогового контроля».

Переходя к рассмотрению особенностей взаимодействия налогоплательщика и налогового органа при представлении налоговой отчетности в электронном виде, отмечу, что согласно Временному регламенту обмена электронными документами с ЭЦП по телекоммуникаци онным каналам связи в унифицированной системе при-ема, хранения и первичной обработки налоговых деклараций и бухгалтерской от-четности при представлении их налогоплательщи ками через специализированного оператора связи, утвержденному приказом ФНС России от февраля 2008 года № ММ-3-6/50@ (далее Временный регламент), участниками электрон ного документооборота являются: налогоплательщик;

налоговый орган;

специализированный оператор связи, которые оказывают услуги по обмену электронными документами с ЭЦП по телекоммуникационным каналам связи.

По общему правилу электронный документ считается представленным в электронном ви де в налоговый орган с момента получения налогоплательщиком подтверждения об отправке.

В п. 1 Временного регламента определено, что представленный налогоплательщиком электронный документ с ЭЦП считается принятым налоговым органом с момента получения налогоплательщиком из налогового органа:

заверенного ЭЦП налогового органа протокола входного контроля, содержащего ин формацию о приеме;

квитанции о приеме, содержащей заверенный ЭЦП налогового органа представленный налогоплательщиком документ.

Таким образом, датой представления электронного документа считается дата его отправ ки, зафиксированная в подтверждении специализированного оператора связи.

Если налогоплательщик имеет среднесписочную численность свыше 100 человек и не ис полняет обязанность по сдаче налоговой отчетности в электронном виде, налоговый орган вправе отказать в приеме бумажной отчетности на основании п. 4 ст. 80 НК РФ, поскольку налоговая декларация может быть не принята у налогоплательщика, если она представлена не по установленной форме (установленному формату) и не в установленном порядке, то есть в электронном виде и переданной по каналам связи.

Таким образом, представление налоговой декларации (расчета) в ненадлежащем виде или неустановленным способом есть неисполнение налогоплательщиком обязанности, установ ленной п. 1 ст. 23 НК РФ, за что налогоплательщик должен быть привлечен к налоговой от ветственности.

В настоящее время налоговые органы привлекают налогоплательщиков, не представив ших налоговые декларации в электронном виде, по ст. 119 НК РФ «Непред-ставление налого вой декларации», которая предусматривает ответственность за непредставление налогопла тельщиком в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой деклара ции в налоговый орган по месту учета.

Ответственность по ст. 119 НК РФ наступает независимо от фактов полной и своевремен ной уплаты либо переплаты того налога, по которому подается соответствующая налоговая декларация, или отсутствия у налогоплательщика налоговой обязанности по итогам конкрет ного налогового периода, что само по себе не освобождает его от обязанности представления налоговой декларации по данному налоговому периоду.

Правоприменительная практика не выработала квалифицирующих признаков ука-занного нарушения положений НК РФ, а действующее законодательство не содержит самостоятельно 96 Хозяйство и право го состава налоговой ответственности за непредставление налоговой отчетности обязанными налогоплательщиками в электронном виде. Налогоплательщик, представляя налоговую дек ларацию не в соответствии с действующим форматом либо не представляя ее по причинам технического или технологического характера (в частности, технические проблемы специали зированного оператора связи, отсутствие прикрепленной ЭЦП, «сбой» связи и т. д.), привле кается налоговыми органами к ответственности за непредставление собственно налоговой декларации.

Подтверждает данный вывод и складывающая судебная практика. В определении ВАС РФ от 14 февраля 2008 года № 1475/08 отмечено, что положения НК РФ не пре дусматривают ответственность за представление декларации по неустановленной форме. Судами сделан правомерный вывод об отсутствии оснований для привлече ния общества к налоговой ответственности, установленной п. 1 ст. 119 НК РФ.

В постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 21 апреля 2008 года по делу № 09АП-3583/08-АК определено, что допущенная заявителем (на логоплательщиком) ошибка [на первом (титульном) листе налоговой декларации в поле «вид документа» общество ошибочно указало не «1/0» (первичный документ (декларация), а «3/1», (корректирующий документ (уточненная декларация)] не явля ется основанием для непринятия указанной декларации налоговым органом. Довод инспекции об отсутствии возможности исправлять налоговые декларации по теле коммуникационным каналам связи через специализированного оператора связи не влияет на обязанность налогового органа принять полученную от налогоплательщи ка налоговую декларацию и отразить ее показатели в лицевом счете.

Действующая модель передачи данных создает ситуацию, когда налогоплательщик, по су ти, отвечает за действия контрагента специализированного оператора связи, имеющего государственную аккредитацию на оказание указанных услуг и признаваемого ведомствен ными нормативными актами участником электронного документооборота. Однако отсутствие прямой причинно-следственной связи между противоправным действием (бездействием) и негативными последствиями не позволяет говорить о наличии объективной стороны и, следо вательно, о наличии налогового правонарушения, совершенного налогоплательщиком.

Таким образом, отсутствие самостоятельного вида налоговой ответственности за непред ставление налоговой декларации в электронном виде налогоплательщиками, на которых такая обязанность возложена Налоговым кодексом РФ, приводит к возникновению споров между налоговыми органами и налогоплательщиками, так как, с одной стороны, законодатель воз ложил на налогоплательщиков обязанность по представлению налоговых деклараций и отчет ности в электронном виде (ст. 80), а с другой не установил ответственность за неисполне ние такой обязанности.

Считаю целесообразным ввести в Налоговый кодекс РФ отдельный состав налогового правонарушения за непредставление налоговых деклараций и отчетности в электронном виде, определить элементы такого правонарушения, разграничить ответственность налогоплатель щика и специализированного оператора связи.

Д. БУРЦЕВ, государственный советник Российской Федерации 3 класса, кандидат юридических наук Оттиски печатей организаций и их роль в охране общественных интересов Согласно п. 5 ст. 2 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», п. 7 ст. 2 Федерального закона от 26 де-кабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и п. 3 ст. 2 Федерального закона от 14 ноября года № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» данные типы организаций должны иметь круглую печать, содержащую их полное наименование на русском языке и указание на их место нахождения. Эти законодательные акты не указывают на цель изготовления и применения круглых печатей. Можно лишь прийти к логическому выводу, что оттиски печатей необходимы в качестве дополнительного средства идентифика Предприятия и налоги ции документов организаций, а в некоторых случаях и для подтверждения легальности (за конности) некоторых видов товаров.

Статьей 9 Федерального закона от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском уче те» (далее Закон о бухучете) оттиск печати организации не признается обязательным рек визитом первичного учетного документа. Названный Закон предусматривает такие обязатель ные реквизиты, как наименование организации, должностей лиц и их личные подписи и др.;

в большинстве случаев этого достаточно для идентификации сторон сделки. Как представляет ся, при отсутствии специального закона о порядке изготовления, учета, применения и замены печати юридического лица требование о дублировании наименования организации путем нанесения оттисков печатей на все первичные документы не лишено юридического основания и экономического смысла или целесообразности. Мошенники имеют возможность создавать и регистрировать фирмы-однодневки, становиться на налоговый учет, платить символические налоги, изготавливать любое количество печатей.

Пункт 2 ст. 9 Закона о бухучете требует применения первичных учетных документов по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации.

Например, постановлением Госкомстата России от 25 декабря 1998 года № 132 «Об утвер ждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету торговых опера ций» утверждены альбомы унифицированных форм первичной документации по учету опера ций в торговле (в том числе в комиссионной) и общественном питании. Из 64 утвержденных форм первичной учетной документации реквизит в виде оттиска печати обязателен лишь для товарной накладной по форме № ТОРГ-12, составляемой продавцом в двух экземплярах. В альбоме не приведены образцы каждого из экземпляров, поэтому можно сделать ошибочный вывод о том, что оба экземпляра накладной должны иметь два оттиска печати (продавца и покупателя). По моему мнению, требование, направленное на проставление оттисков печатей всех сторон сделки на все экземпляры товарной накладной, невыполнимо и экономически необоснованно.

К примеру, представитель покупателя, расположенного в Уфе, прибыл в Москву для получения товара. В экземпляре товарной накладной, оставляемой у продавца, будут указаны реквизиты покупателя (наименование, адрес, номер телефона, банковские реквизиты), а также должность, фамилия, имя и отчество представителя грузополучателя, номер и дата доверенности покупателя, выданной своему представителю. К товарной накладной прилагается доверенность, где есть от тиск печати покупателя. В самой накладной оттиска печати покупателя не должно быть. Лишь в том случае, когда за товаром прибыл руководитель покупателя, имеющий право действовать без доверенности, он приложит свою печать (оттиск печати) к экземпляру накладной продавца. Нет необходимости в проставлении оттиска печати покупателя и по прибытии груза (товара) на склад покупателя.

Вопрос первый: почему в остальных 63 формах первичной учетной документации, пред назначенных для учета хозяйственных операций в торговле и общественном питании, Гос комстат России не предусмотрел в качестве реквизитов оттиски печатей? Ответ может быть следующим. В соответствии с п. 3 ст. 1 Закона о бухучете одной из основных задач бухгал терского учета является предотвращение отрицательных результатов хозяйственной деятель ности организации, а проставление оттисков печати в первичных документах, предназначен ных только для внутреннего потребления, может привести к отрицательным последствиям:

нерациональному использованию трудовых, денежных и материальных ресурсов, ослаблению контроля за совершением хозяйственных операций (бесконтрольному использованию печа тей, изготовленных во множестве экземпляров) и т. д. По этим же причинам нельзя требовать проставления оттисков печатей во всех экземплярах первичных документов.

Печать покупателя (грузополучателя) в накладной ТОРГ-12 будет отсутствовать и при продаже товаров физическим лицам, а также индивидуальным предпринимателям, не имею щим печатей.

Второй вопрос: почему оттиски печатей накладываются лишь на товарные накладные?

Оттиски печатей являются дополнительным средством для идентификации сторон сделки. В первичных документах, заполняемых вручную, возможны неясность записей, незначительные 98 Хозяйство и право ошибки, а четкие и ясные оттиски печатей, дублирующие основные реквизиты сторон сделки, нивелируют недостатки записей в товарных накладных. Предполагается, что юридические лица контролируют правомерность использования своих печатей, поэтому оттиск печати контрагента повышает «статус» первичного документа в глазах должностных лиц контрагента и контролирующих государственных органов.

По упомянутым причинам требуется оттиск печати в справке по форме КР-1 и поручении обязательстве по форме КР-2, применяемым при продаже товаров в кредит, в акте (накладной) по форме ОС-1, используемом при продаже основных средств одним юридическим лицом другому юридическому лицу. В то же время когда покупателем основного средства выступает физическое лицо, а также юридическое лицо, представитель которого имеет доверенность с оттиском печати, в актах (накладных) оттиски печатей покупателя не требуются. Не нужны они и в актах (накладных), оформляемых при внутреннем перемещении основных средств (руко водителю и главному бухгалтеру организации нет необходимости повышать «статус» своего документа пу-тем проставления оттисков печатей. Они и так знают, что документы подписа ны надлежащими лицами, а хозяйственная операция, отраженная в первичном документе, соответствует действительности).

Для оформления некоторых хозяйственных операций установлены более строгие требова ния по заполнению реквизитов первичных документов, а также введены дополнительные документы.

Так, с целью контроля за легальностью оборота алкогольной продукции в соответст вии с п. 2 ст. 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государ ственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» розничная торговля такой продукцией разрешается только при наличии сопроводительных документов (товарно-транспортных наклад ных ТТН, справок к ТТН) (ст. 102). Форма справки к ТТН и Правила заполнения справки (далее Правила) утверждены постановлением Правительства РФ от де-кабря 2005 года № 864 «О справке к товарно-транспортной накладной на этило вый спирт, алкогольную и спиртосодержащую продукцию».

Правила предусматривают обязательное проставление четких и ясных оттисков печатей в справке к ТТН организациями, выступающими в роли продавца и покупа теля. При отсутствии оттисков печатей в справке к ТТН организация розничной тор говли может быть привлечена к административной ответственности по ч. 2 ст. 14. КоАП РФ (постановление ФАС Дальневосточного округа от 7 июля 2008 года по делу № Ф03-А73/08-2/2427). Некоторые суды признают, что ненадлежащее оформление справки к ТТН не свидетельствует о наличии незаконного оборота алкогольной про дукции (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 21 июля 2008 года по делу № А33-2600/08-Ф02-3319/08).

Действительно, если директор магазина свою подпись в справке ТТН не заверил печатью своего же магазина, то невозможно утверждать, что совершен нелегальный оборот алкоголь ной продукции. Во-первых, оборот алкогольной продукции (погрузка на транспорт, доставка до магазина, разгрузка на склад магазина) начинается не только без оттиска печати магазина, но и без подписи директора магазина в этом документе. Проставление оттиска печати магази на рядом с подписью его директора не улучшает качество документа, хранимого в магазине.

Если экземпляры справок требуются для продавца или контролирующих государственных органов, то в них обязателен оттиск печати магазина. Если же государство подозревает, что подпись директора или другого компетентного лица подделали работники магазина, то оттиск печати такие противозаконные действия не предупреждает. Желаемого можно добиться, лишь если законом будут предусмотрены специальные печати, изготовлением которых должны заниматься органы внутренних дел, а хранение и использование таких печатей будет осуще ствлять специальное должностное лицо магазина, имеющее особые права и соответствующую таким правам ответственность. Кроме того, магазины розничной торговли обязаны проводить отчисления в государственный фонд премирования должностных лиц торговых организаций, контролирующих законность продажи алкогольной продукции.

Предприятия и налоги Типовая межотраслевая форма ТТН (№ 1-Т) утверждена постановлением Госкомстата России от 28 ноября 1997 года № 78 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету работы строительных машин и механизмов, работ в автомо бильном транспорте». В образце ТТН, включенной в альбом, предусмотрен реквизит грузоот правителя в виде «М. П.», а в указаниях по применению и заполнению этого первичного до кумента нет требования по обязательному проставлению оттиска печати грузоотправителя на первом экземпляре ТТН, оставляемом у грузоотправителя. Второй, третий и четвертый экзем пляры, заверенные подписями и печатями (штампами) грузоотправителя и подписью водите ля, долж- ны вручаться водителю. Из них второй сдается грузополучателю. Третий и четвер тый экземпляры, заверенные подписями и печатями (штампами) грузополучателя, сдаются организации владельцу автотранспорта. Автотранспортная организация прилагает третий экземпляр ТТН к своему счету и высылает его заказчику автотранспорта.

Упомянутое постановление принято с учетом положений п. 3 ст. 1 Закона о бух-учете. По становление не требует заполнения излишних граф и строк ТТН. Аналогично следовало под робно описать порядок заполнения и других форм первичной учетной документации, в про тивном случае некоторые налоговые органы предъявляют излишние требования к налогопла тельщикам: к примеру, требуют заверения актов (накладных) по форме ОС-1 оттисками печа ти и при вводе в эксплуатацию смонтированного (установленного) собственными силами налогоплательщика оборудования (или мебели), а некоторые из них требуют заверения акта (накладной) и подписью представителя продавца оборудования (или мебели).

В указаниях по применению и заполнению ТТН Госкомстатом России применен термин «печать (штамп)», что способно привести к разночтению: одни понимают, что специальным законом и постановлениями Госкомстата России формы печатей не установлены, поэтому они могут быть и треугольными, и четырехугольными, то есть не отличающимися от штампов;

другие утверждают, что на лицевой стороне ТТН должен быть оттиск круглой печати, а на оборотной стороне места для большого круглого или иной формы штампа нет, поэтому дол жен быть оттиск маленького штампа со словами «принял склад № » или «отпустил склад № »;

третьи считают, что на лицевой стороне ТТН может быть оттиск любой круглой печати грузоотправителя, а в штампах должны содержаться те же реквизиты, которые должны быть по закону на круглых печатях организаций.

Слово «штамп» произошло от итальянского слова «stampa» (печать), представляет собой печать прямоугольной или иной формы 1. Значит, в условиях отсутствия закона о печатях и штампах эти термины равноценны, поэтому при использовании для оформления первичных документов штампов (печатей) прямоугольной, квадратной, треугольной или овальной формы необходимо добиться, чтобы в их тексте обязательно содержались наименование и адрес (место нахождения) организации, хотя бы в сокращенном виде. Штампики для гашения кас совых документов могут иметь лишь слова: «Оплачено, дата _ г.», а для гашения ис «Погашен, дата _ г.».

пользованных талонов Современный экономический словарь / Б. А. Райзберг, Л. Ш. Лозовский, Е. Б. Стародубцева. — М.: ИНФРА-М, 2006.

100 Хозяйство и право С 2009 года организации имеют право разрабатывать и утверждать собственные формы первичной учетной документации, поэтому область применения печатей сузится. В то же время появится несогласованность положений учетной политики сторон договора: одна сто рона может предусмотреть в качестве обязательного реквизита первичного учетного докумен та оттиск печати контрагента, а другая сторона может признать такой реквизит излишним.

Поэтому в текстах заключаемых договоров необходимо предусматривать в качестве обяза тельного реквизита того или иного первичного документа, представляемого другой стороне договора, оттиск печати ее контрагента. В целях охраны интересов сторон договора, на мой взгляд, обязательным реквизитом доверенности на получение имущества и товарно транспортных накладных должен быть оттиск печати получателя (на доверенности) и отпра вителя (на экземплярах товарно-транспортной или товарной накладной, передаваемых полу чателю имущества и транспортно-экспедиционной организации).

Оттиски печатей повышают степень доверия к документам контрагентов, способствуя ох ране общественных интересов.

С. НОВИКОВ, директор ООО «ФинВест-Аудит»

г. Уфа ОПЫТ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ Принцип добросовестности в договорном праве:

российское законодательство и судебная практика Гражданский кодекс РФ, в отличие от большинства гражданских кодексов континентальной Европы, непосредственно не устанавливает общего принципа добросовестности в договорном праве. Не удается вывести данный принцип и из анализа норм Кодекса, регулирующих как договорные отношения, так и гражданско-правовые отношения в целом.

ГК РФ не закрепляет обязанность добросовестного исполнения сторонами договорного обязательства. Статья 309, устанавливающая обязанность надлежащего исполнения обяза тельств и иерархию требований, которым должно отвечать надлежащее исполнение обяза тельства, не упоминает о принципе добросовестности. Согласно данной статье надлежащим является такое исполнение, которое соответствует условиям обязательства и требованиям закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований обычаям дело вого оборота или иным обычно предъявляемым требованиям. Никакие иные законы также не предусматривают обязанность сторон по договорному обязательству исполнять его на основе принципа добросовестности.

Таким образом, исполнение обязательства, формально соответствующее букве закона и договора (с учетом его толкования в рамках ст. 431 ГК РФ), выступает надлежащим исполне нием обязательства согласно действующему российскому законодательству.

ГК РФ не содержит также требования о соответствии условий договора принципу добро совестности. Можно было бы предположить, что отсутствие такого требования в случае воз никновения спорных ситуаций может быть компенсировано путем толкования судом условий договора, помимо прочего, в русле принципа добросовестности. Однако это не представляет ся возможным с учетом правил толкования договора в ст. 431.

Статья 431 ГК РФ не указывает прямо на то, что условия договора должны толковаться в соответствии с принципом добросовестности.

Наоборот, как справедливо отмечает М. Брагинский, ст. 431 ГК РФ последовательно выражает положения теории волеизъявления, согласно которой при толковании договора предпочтение должно, прежде всего, отдаваться тому, что написано в до говоре, даже если одна из сторон при заключении договора имела в виду что-то отличное от того, что следует из буквального толкования текста договора 1.

Только в случае неясности буквальных слов и выражений договора суд вправе отступить от текста договора и выяснить действительную общую волю сторон с учетом цели договора.

Действительно, согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом в первую очередь должно приниматься во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, которое в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Поскольку в реальной жизни выявить действи тельную волю, то есть психическое и ментальное состояние, сторон при заключении договора невозможно, ее отождествляют с определенным образом объективированным поведением 102 Хозяйство и право сторон, как-то: предшествующими переговорами и перепиской, практикой, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаями делового оборота, последующим поведением сторон (абз. 2 ст. 431). Последнее, однако, есть не что иное, как форма волеизъявления, кото рая, как следует из абз. 2 ст. 431 ГК РФ, приравнивается в российском договорном праве к воле сторон.

В общей части ГК РФ, устанавливающей основы гражданского права, в отличие от норм договорного права, понятие «добросовестность» упоминается дважды: в п. 2 ст. 6 и ст. 10 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 6 ГК РФ права и обязанности сторон гражданского правоотношения в случае наличия пробела в законодательстве и договоре, отсутствия применимого к ним обы чая делового оборота, невозможности использования аналогии закона определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований доб росовестности, разумности и справедли-вости.

Таким образом, в соответствии с указанной нормой требование добросовестности наряду с требованиями разумности и справедливости применимо для восполнения пробелов в договоре или в законодательстве только в крайнем случае. В действительности буквальное толкование ст. 6 ГК РФ практически исключает возможность определения прав и обязанностей сторон с учетом требования добросовестности, поскольку практически во всех случаях найдется либо применимый обычай делового оборота, либо норма законодательства, регулирующая сходные отношения.

Статья 10 ГК РФ, устанавливающая пределы осуществления гражданских прав и форму лирующая одновременно конструкцию злоупотребления правом (пп. 1 и 2) и презумпцию добросовестности (п. 3), заслуживает особого внимания.

Дело в том, что в некоторых правовых системах (в частности, испанской) принцип добросовестности тесно связан с конструкцией злоупотребления правом: ст. 7 Граж данского кодекса Испании явно совмещает две доктрины 2 (п. 1 данной статьи уста навливает обязанность осуществления гражданских прав в соответствии с принци пом добросовестности;

п. 2 формулирует достаточно широкую конструкцию зло употребления правом 3 ).

Однако анализ указанных норм ГК РФ не позволяет сделать аналогичный вывод примени тельно к российскому гражданскому праву.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуще ствляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотреб ление правом в иных формах. С одной стороны, данная норма определяет лишь пределы осу ществления гражданских прав, а не устанавливает требования к их осуществлению, в отличие от принципа добросовестности. С другой стороны, конструкция злоупотребления правом сформулирована в ГК РФ настолько широко (запрещается «злоупотребление правом в иных формах», содержание которого не раскрыто нигде в законодательстве;

в доктрине и судебной практике также не выработан единый подход к его толкованию), что на основе ее доктри нального и судебного толкования можно гипотетически сформулировать общий принцип добросовестности.

В соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Как следует из содержания указанной нормы, она имеет очень ограниченное применение к дого ворным отношениям ввиду того, что в договорном праве защита права поставлена в зависи мость от добросовестности лишь в ст. 662 ГК РФ, где установлен порядок возмещения арен Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. — М.: Статут, 2001, с. 266-267.

R. Zimmermann, S. Whittaker, Coming to Terms with Good Faith, в кн.: R. Zimmermann, S. Whittaker, Good Faith in European Contract Law, 2000, с. 694.

Гражданский кодекс Испании (Cdigo Civil de Espaa) от 24 июля 1889 года // Электронный ресурс http://www.ucm.es/info/civil/jgstorch/leyes/ccivil.htm (перевод с исп. автора).

Опыт правоприменения додателем по договору аренды предприятия стоимости неотделимых улучшений арендован ного имущества.

Кроме того, презумпцию добросовестности следует отличать от принципа добросовестно сти. Любая презумпция служит лишь для распределения бремени доказывания того или иного факта (в данном случае добросовестности), в то время как принцип является общеобязатель ным, исходным нормативно-юридическим положением, выступающим критерием правомер ности поведения и деятельности участников регулируемых правом отношений 4. Следователь но, принцип добросовестности, в отличие от презумпции добросовестности, призван устано вить обязанность суда проверять поведение сторон на предмет его соответствия данному принципу независимо от того, ссылается одна сторона на этот принцип или нет, доказана ли недобросовестность какой-либо из сторон.


Приведенный анализ показывает, что принцип добросовестности участников договорных отношений в частности и гражданских отношений в целом в действующем законодательстве не установлен. К такому же выводу приходят и многие ученые, а именно: С. Сарбаш 5, Г. Гаджиев 6, К. Скловский 7, Ю. Фогельсон 8, А. Чукреев 9, В. Емель-янов 10.

Тем не менее, как это ни удивительно, в доктрине присутствует и противоположная точка зрения о том, что принцип добросовестности является законодательно закрепленным принци пом гражданского права.

Наиболее ярко данная позиция выражена В. Вороным, который на основе п. 2 ст. ГК РФ утверждает, что «требование добросовестности объективно существует», а исходя из анализа п. 3 ст. 10 ГК РФ делает вывод о наличии в законодательстве принципа добросовестности 11. Аналогичный вывод на основе данной нормы сделан в учебнике по гражданскому праву под редакцией Е. Суханова 12.

В. Белов, критикуя формулировки п. 3 ст. 10 ГК РФ и констатируя, что российское гражданское законодательство «не придает должного значения принципу добросове стности, разумности и справедливости», тем не менее отмечает, что «добросовест ность — принцип гражданского права. Поступая недобросовестно, лицо ставит себя вне гражданского права, а значит, не вправе рассчитывать на гражданско-правовую и законодательную защиту» 13. Иными словами, признавая наличие в гражданском законодательстве принципа добросовестности, ученый лишь критикует подход зако нодателя к его закреплению.

Стоит также отметить, что Г. Гаджиев, который, как уже указывалось, отрицает факт закрепления в ГК РФ принципа добросовестности, полагает, что данный прин цип, тем не менее, судам нужно выводить из Кодекса: «Забота о нравственной осно ве взаимоотношений в предпринимательской сфере требует дополнительного шага в сторону более широкого подхода к анализируемой норме (п. 1 ст. 10). Всякое осуще ствление права, противоречащее принципу добросовестности, следует рассматри вать как одну из форм злоупотребления правом» 14.

Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В. В. Лазарева. — М.: Юристъ, 2000, с. 134.

Сарбаш С. В. Исполнение обязательства. — М.: Статут, 2005, с. 115.

Гаджиев Г. А. Конституционные принципы рыночной экономики. (Развитие основ гражданского права в реше ниях Конституционного Суда Российской Федерации). — М.: Юристъ, 2002, с. 91.

Скловский К. К вопросу о применении понятий добросовестности и основы правопорядка и нравственности // Хозяйство и право, 2005, № 8, с. 132.

Фогельсон Ю. Б. Оговорка о добросовестности и российское договорное право. — В кн.: Forging a Common Legal Destiny: Liber Amicorum in honor of William E. Buttler / Edited by N. Erpyleva, M. Gashi-Battler, J. Henderson. — London, 2005, с. 117-134.

Чукреев А. А. Добросовестность в системе принципов гражданского права // Журнал российского права, 2002, № 11.

Емельянов В. И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. — М.: Лекс Книга, 2002.

Вороной В. Добросовестность как гражданско-правовая категория // Законодательство, 2002, № 6. См. также:

Щенникова Л. В. Справедливость и добросовестность в гражданском праве России (несколько вопросов теории и практики) // Государство и право, 1997, № 6.

Ем В. С. в кн.: Гражданское право. В 2-х т. Т. I. Учебник / Под ред. Е. А. Суханова. — М.: Волтерс Клувер, 2004 (глава 11).

Белов В. А. Добросовестность, разумность, справедливость как принципы гражданского права // Законода тельство, 1998, № 8.

Гаджиев Г. А. Указ. соч., с. 102-103.

104 Хозяйство и право Таким образом, нормы ГК РФ, казалось бы, однозначно указывающие на отсутствие принципа добросовестности в гражданском праве, все же ложатся в основу прямо противопо ложных выводов в доктрине о наличии принципа добросовестности в гражданском праве.

Более того, анализ судебной практики демонстрирует, что в большей части судебных актов, где судом затрагивается вопрос о добросовестности поведения сторон договора, суды исходят из существования данного принципа в договорном праве.

Несмотря на отсутствие прямо закрепленного в Гражданском кодексе РФ принципа доб росовестности, суды, как правило, толкуют рассмотренные нормы Кодекса таким образом, как будто данный принцип в них содержится. Кроме того, основываясь опять же на указанных нормах, суды часто формулируют принцип добросовестности и иногда даже провозглашают его одним из основных начал гражданского права.

Обратимся, прежде всего, к применению судами рассмотренных ст. 309, 431, 6 и 10 ГК РФ.

Решая вопрос о надлежащем исполнении обязательств, суды нередко игнорируют бук вальный текст ст. 309 ГК РФ. Они рассуждают так, как если бы обязанность добросовестного исполнения обязательств была установлена в ГК РФ наряду с обязанностью надлежащего исполнения или одним из критериев надлежащего исполнения являлось соответствие испол нения принципу добросовестности.

В одних решениях суды без каких-либо объяснений используют понятие «добросове стное исполнение обязательства» вместо понятия «надлежащее исполнение обяза тельства» 15. В других первое понятие подменяется вторым непосредственно в тексте ст. 309 ГК РФ. Например, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 22 июня 2007 года по делу № А56-8467/2006 изложил текст ука занной статьи таким образом: «согласно статье 309 ГК РФ добросовестным призна ется исполнение, соответствующее условиям обязательства и требованиям закона, иных правовых актов» 16.

Представляется, что именно на ст. 309 ГК РФ в данном изложении основываются следующие выводы судов: «лицо, нарушающее требования законодательства, не может действовать добросовестно» 17 или «поведение истца не может быть расцене но как добросовестное и разумное, поскольку противоречит обычаям делового обо рота» 18.

Здесь уместно вспомнить, что в соответствии со ст. 309 ГК РФ исполнение обязательства в противоречии с обычаем делового оборота признается ненадлежащим. Данное понимание нормы ст. 309 повлияло на толкование судами и некоторых специальных норм договорного права.

Речь идет, прежде всего, о ст. 621 ГК РФ, которая защищает интерес арендатора, надле жащим образом исполнявшего свои обязанности по договору аренды, предоставляя ему по истечении срока договора при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на новый срок. Закон ставит защиту указанного права арендатора в зависимость исключительно от того, исполнял ли он надлежащим образом свои обязанности по договору, и не связывает это с его добросовестностью.

См.: постановление Президиума ВАС РФ от 27 апреля 2004 года № 14931/03, определения ВАС РФ от марта 2008 года № 2657/08, от 15 октября 2007 года № 12682/07, от 4 марта 2008 года № 2730/08;

постановления ФАС Московского округа от 15 августа 2002 года по делу № КГ-А40/5277-02, от 29 ноября 2001 года по делу № КГ А40/6884-01, от 6 августа 2001 года по делу № КГ-А40/4018-01, от 13 июля 2001 года по делу № КГ-А40/1919-01-3, ФАС Волго-Вятского округа от 29 декабря 2003 года по делу № А43-6929/2003-9-272, ФАС Северо-Западного округа от 26 марта 2008 года по делу № А56-3318/2006, от 1 октября 2007 года по делу № А56-40529/2005, ФАС Дальнево сточного округа от 23 мая 2008 года по делу № Ф03-А37/08-1/1635.

См. также постановление ФАС Северо-Западного округа от 22 февраля 2007 года по делу № А05-8019/2006 3.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 9 апреля 1998 года по делу № Ф08-474/98.

Постановление ФАС Поволжского округа от 25 сентября 2001 года по делу № А12-5408/01-с16-Y/с23.

Опыт правоприменения Несмотря на это при применении данной нормы суды нередко вместо понятия «арендатор, надлежащим образом исполняющий свои обязанности по договору аренды» вводят понятие «добросовестный арендатор» 19.

Ярким примером такой подмены понятий является постановление ФАС Северо Западного округа от 6 декабря 2004 года по делу № А26-722/04-16, где суд изложил ст. 621 ГК РФ следующим образом: данная норма права является способом защиты прав и интересов только добросовестного арендатора. Добросовестность арендато ра предполагает надлежащее исполнение всех принятых по заключенному договору обязательств.

Используя ст. 431 ГК РФ, суды, как и в случае со ст. 309 ГК РФ, отступают от буквально установленных норм и даже вопреки им руководствуются принципом добросовестности.

Приведу примеры.

По договору страхования от угона был застрахован автомобиль. В соответствии с правилами страхования, являвшимися неотъемлемой частью договора, автомобиль должен был в ночное время находиться на охраняемой стоянке. Автомобиль был угнан и выгодоприобретатель обратился в суд с требованием о выплате страхового возмещения. В момент наступления страхового случая автомобиль находился на открытой территории дачного участка, обнесенного забором с железными воротами, запертыми на замок. Страховщик отказывался от выплаты страхового возмещения, ссылаясь на несоблюдение выгодоприобретателем условия об охране. Толкуя ука занное условие правил страхования, ФАС Московского округа в постановлении от 2 июля, 30 июня 2004 года по делу № КГ-А40/5474-04-П признал, что при отсутствии в условиях договора какой-либо конкретизации понятия «охраняемая стоянка» истец указанное условие договора выполнил. Страхователь является потребителем стра ховых услуг и потому всякое условие договора страхования, не урегулированное надлежащим образом с подачи страховщика профессионального участника рынка страховых услуг, должно толковаться в пользу добросовестного страхователя.

В другом деле суд рассматривал спор о распределении транспортных расходов по доставке товара в соответствии с расторгнутыми договорами дистрибуции. Два договора дистрибуции, заключенные последовательно между сторонами, по-разному распределяли указанные расходы;


соглашением о расторжении договоров данный вопрос не был урегулирован.

Передавая дело на новое рассмотрение, ФАС Дальневосточного округа в поста новлении от 15 октября 2002 года по делу № Ф03-А73/02-1/2120 указал на то, что при определении стоимости транспортных расходов последние должны быть отнесены на стороны в соответствии с условиями договоров, а также ввиду необходимости получения предпринимателем вознаграждения за выполненную работу должны быть соблюдены принципы добросовестности действий участников гражданских правоот ношений, исключающих злоупотребление правом.

Что касается п. 2 ст. 6 ГК РФ, то данная норма используется судами достаточно редко и в основном в связи с необходимостью применить аналогию закона. Тем не менее в отдельных случаях судами все же предпринималась попытка распространить на правоотношения требо вания разумности и добросовестности, причем тогда, когда такие отношения одновременно были урегулированы другой нормой права (то есть вопреки правилам, установленным п. ст. 6 ГК РФ).

Например, в постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 3 сентября 1998 года по делу № Ф08-1367/98 отмечено, что продажа имущества по заниженной цене яв ляется основанием для признания сделки недействительной в силу нарушения тре бований добросовестности, разумности и справедливости, установленных ст. 6 ГК Постановления ФАС Московского округа от 23 ноября 2001 года по делу № КГ-А40/6722-01, от 20 сентября 2005 года по делу № КГ-А41/8799-05, от 10 сентября 1998 года по делу № КГ-А40/2110-98, ФАС Волго-Вятского округа от 10 августа 2005 года по делу № А29-4732/2004-2э, ФАС Северо-Западного округа от 25 июня 2003 года по делу № А21-1132/03-С1, от 22 февраля 2007 года по делу № А05-8019/2006-3, от 14 ноября 2007 года по делу № А56-8467/2006, ФАС Восточно-Сибирского округа от 13 октября 2005 года по делу № А19-28935/04-21-Ф02 5068/05-С1, ФАС Северо-Кавказского округа от 20 сентября 2006 года по делу № Ф08-4460/2006, ФАС Поволжского округа от 24 июля 2007 года по делу № А65-23167/06-СГ2-24.

106 Хозяйство и право РФ, а также на основании ст. 179 ГК РФ.

Статья 10 ГК РФ в целом, а также отдельные ее пункты, как правило, толкуются в судеб ной практике расширительно. Следует отметить, что именно они в большинстве случаев слу жат нормативным обоснованием формулируемого судами общего принципа добросовестно сти.

В одних делах суды, формулируя принцип добросовестности, основываются на ст. ГК РФ в целом. Например, в постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 8 мая 2008 года по делу № А74-1792/07-Ф02-1821/08 указано, что в силу ст. ГК РФ субъекты гражданских правоотношений должны осуществлять гражданские права разумно и добросовестно 20. В других ссылаются на п. 3 ст. 10: в силу п. ст. 10 ГК РФ исполнение обязательства должно подчиняться принципам разумности и добросовестности как общим принципам осуществления гражданских прав и ис полнения обязанностей 21. В третьих на конструкции злоупотребления правом: в соответствии со ст. 10 ГК РФ, закрепляющей принцип добросовестности в осуществ лении гражданских прав, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осу ществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах 22.

Однако непосредственным установлением принципа добросовестности многообразие слу чаев расширительного толкования норм ст. 10 ГК РФ в целях установления обязанности доб росовестного осуществления прав и исполнения обязанностей не ограничивается.

В практике можно выделить большую группу судебных актов, где путем комплексного толкования п. 3 и п. 1 ст. 10 ГК РФ суды приходят к выводу о том, что Гражданский кодекс ставит защиту любого права в зависимость от добросовестности его осуществления.

Используя презумпцию добросовестности, установленную п. 3 ст. 10 ГК РФ, при распре делении бремени доказывания наличия или отсутствия в действиях лица злоупотребления правом суды логически приходят к выводу о тождественности злоупотребления правом и недобросовестности: в п. 3 ст. 10 закреплена презумпция разумности и добросовестности действий субъектов гражданского права. Неразумное и недобросовестное поведение прирав нивается Кодексом к злоупотреблению правом 23.

Рассматривая запрет злоупотребления правом как запрет недобросовестного осуществле ния прав, суды заключают, что ГК РФ запрещает недобросовестное осуществление прав.

Замечу кстати, что в некоторых случаях такой запрет толкуется одновременно как обязан ность добросовестного осуществления прав 24. Иными словами, комплексное толкование пп. и 3 ст. 10 ГК РФ приводит к установлению принципа добросовестности в неявной форме.

В соответствии с п. 2 ст. 10 ГК РФ в случае установления факта злоупотребления правом суд вправе отказать в судебной защите такого права. Если злоупотребление правом и недоб росовестное осуществление права равнозначны, то суд также может отказать в защите права См. также постановления ФАС Северо-Западного округа от 29 августа 2001 года по делу № А56-14097/01, от 2 ноября 2007 года по делу № А56-11558/2006, ФАС Западно-Сибирского округа от 27 мая 2002 года по делу № Ф04/1905-617/А45-2002.

Постановление Арбитражного суда г. Москвы от 26 декабря 2007 года по делу № А41-К1-13698/07;

см. так же постановления ФАС Уральского округа от 26 января 2006 года по делу № Ф09-4340/05-С6, ФАС Западно-Си бирского округа от 12 декабря 2005 года по делу № Ф04-8929/2005(17797-А03-21), от 23 мая 2005 года по делу № Ф04-5712/2004(10337-А03-24), от 12 мая 2005 года по делу № Ф04-2799/2005(11103-А03-39), от 3 мая 2005 года по делу № Ф04-2531/2005(10863-А46-39), от 23 марта 2005 года по делу № Ф04-1453/2005(9613-А03-39), от октября 2007 года по делу № Ф04-7290/2007(39358-А27-17).

Постановление ФАС Уральского округа от 15 марта 2004 года по делу № Ф09-595/04-ГК;

см. также поста новления ФАС Московского округа от 29 июля 1999 года по делу № КА-А40/2272-99, от 30 июля 2003 года по делу № КГ-А40/5041-03, от 27 марта 2001 года по делу № КГ-А40/1209-01, Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 ноября 2007 года по делу № А56-4063/2007.

Постановления ФАС Северо-Западного округа от 8 февраля 2008 года по делу № А56-11600/2006, от 23 ап реля 2005 года по делу № А56-16034/04, ФАС Волго-Вятского округа от 29 июня 2005 года по делу № А43 30803/2004-2-1004, от 2 мая 2007 года по делу № А43-10580/2006-39-231, ФАС Московского округа от 16 июня года по делу № КГ-А40/5134-05.

См., например, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 ноября 2007 года по делу № А41-К1-23234/06.

Опыт правоприменения недобросовестному лицу 25. Или, иными словами: «закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно» 26.

К такому же итогу приходят суды и в процессе применения п. 3 ст. 10 ГК РФ.

Несмотря на то что в указанной норме добросовестность сторон презюмируется, лишь ко гда защита права поставлена законом в зависимость от добросовестности, суды, как правило, толкуют эту норму расширительно и применяют ее как общую презумпцию добросовестности ко всем гражданско-правовым отношениям, в том числе и к договорным.

В одних случаях суды на основе п. 3 ст. 10 непосредственно формулируют общую пре зумпцию добросовестности: в соответствии со ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается 27. В других, дословно цитируя п. 3 ст. 10 Ко декса, тем не менее используют его, когда защита права субъекта не поставлена в зависимость от его добросовестности 28.

На первый взгляд формулирование общей презумпции добросовестности применительно ко всем гражданско-правовым отношениям, когда законодательно общее требование добросо вестности не закреплено, может показаться бессмысленным. Ведь если добросовестное осу ществление прав и исполнение обязанностей не требуется, то и факт добросовестности субъ екта гражданско-правовых отношений не входит в бремя доказывания, а значит, нет необхо димости в какой бы то ни было презумпции.

Однако детальное изучение судебных актов показывает, что суды, ссылаясь на общую презумпцию добросовестности, фактически устанавливают общее требование добросовестно сти в договорных отношениях и ставят защиту прав субъектов таких отношений в зависи мость от соблюдения ими требования добросовестности.

Данный вывод можно проиллюстрировать позицией ФАС Северо-Западного округа, высказанной в постановлении от 12 марта 2008 года по делу № А21-910/2005. Стра ховщик обратился к лицу, ответственному за вред, причиненный выгодоприобрета телю, в порядке суброгации. Ответчик, возражая против иска, ссылался на отсутст вие у выгодоприобретателя страхового интереса, а также невступление договора в силу и, следовательно, на необоснованность выплаты страховщиком страхового возмещения.

Не принимая во внимание данный довод ответчика, не подтвержденный доста точными доказательствами, суд указал, что истец, являясь профессионалом в своей сфере деятельности, проверил указанные обстоятельства при решении вопроса о выплате страхового возмещения и при обращении в арбитражный суд с иском осно вывал защиту своих прав на добросовестном исполнении своих обязанностей (п. ст. 10 ГК РФ) 29.

Следует упомянуть также случаи использования судами общей презумпции добросовест ности при распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих значение для разре шения дела. Речь идет о применении п. 3 ст. 10 ГК РФ одновременно со ст. 65 АПК РФ, вме Постановление Президиума ВАС РФ от 14 ноября 2006 года № 8259/06;

см. также постановление ФАС Севе ро-Кавказского округа от 25 апреля 2005 года по делу № Ф08-1572/05.

Постановления ФАС Московского округа от 6 марта 2008 года по делу № КГ-А40/14569-07-П, от 28 мая 2008 года по делу № КГ-А41/2342-08, ФАС Северо-Кавказского округа от 6 января 2004 года по делу № Ф08 5035/2003, от 22 января 2008 года по делу № КГ-А40/14138-07, от 4 сентября 2002 года по делу № Ф08-3230/2002, ФАС Поволжского округа от 4 декабря 2007 года по делу № А65-6848/06-СГ3-13. К такому же выводу, но со ссыл кой на п. 2 ст. 10 ГК РФ приходит ФАС Центрального округа в постановлении от 4 октября 2006 года по делу № А08-5291/05-10.

Постановления ФАС Северо-Западного округа от 14 августа 2002 года по делу № 4708;

см. также постанов ления ФАС Северо-Кавказского округа от 25 апреля 2005 года по делу № Ф08-1572/05, ФАС Северо-Западного окру га от 30 мая 2001 года по делу № А42-4388/00-9-301/01, ФАС Дальневосточного округа от 1 июля 2002 года по делу № Ф03-А51/02-1/1182, ФАС Уральского округа от 30 января 2006 года по делу № Ф09-11/06-С4, ФАС Поволжского округа от 25 октября 2007 года по делу № А12-352/06-С22-5/27.

См., например, постановления ФАС Северо-Западного округа от 9 марта 2006 года по делу № А42-7851/03-2, Девятого арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2007 года по делу № 09АП-11031/2007-АК.

См. также постановления ФАС Московского округа от 24 февраля 2004 года по делу № КГ-А40/793-04, ФАС Поволжского округа от 25 октября 2007 года по делу № А12-352/06-С22-5/27, ФАС Северо-Кавказского округа от 29 ноября 2006 года по делу № Ф08-5742/2006.

108 Хозяйство и право сто ст. 65 АПК РФ или вопреки правилам распределения бремени доказывания, установлен ным данной статьей.

В некоторых редких ситуациях речь идет именно о распределении бремени доказы вания самого факта недобросовестности субъекта договорных отношений, как, на пример, в решении Арбитражного суда г. Москвы от 26 мая, 2 июня 2006 года по делу № А40-282/06-43-4: довод ответчиков о том, что истец злоупотребляет правом, предъявляя иск о признании договора ничтожным, отклоняется судом как не дока занный ответчиками в силу презумпции добросовестности, установленной п. 3 ст. ГК РФ. Суд, ссылаясь на п. 3 ст. 10 ГК РФ и умалчивая о ст. 65 АПК РФ, все же рас пределил бремя доказывания в точном соответствии с последней.

Однако чаще всего суды, руководствуясь презумпцией добросовестности, распределяют бремя доказывания не самого факта недобросовестности, а других обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и на первый взгляд никак не связанных с добросовестностью.

При этом суды исходят из того, каким должно быть поведение добросовестного субъекта в конкретной ситуации.

ФАС Северо-Западного округа, рассматривая спор по иску покупателя оборудования о возмещении убытков, причиненных вследствие ненадлежащего качества продук ции, указал, что в силу п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту граж данских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добро совестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских право отношений предполагаются. Поэтому ответчик, сославшись на то, что он не предос тавлял гарантию качества, должен был доказать данное обстоятельство (постанов ление от 9 марта 2006 года по делу № А42-7851/03-21).

В то же время суд совершенно справедливо возложил бремя доказывания факта непредос тавления гарантии, на который ссылается продавец, на него самого. Такой вывод полностью соответствует ст. 65 АПК РФ. Однако вместо ст. 65 АПК РФ суд сослался именно на пре зумпцию добросовестности, заботясь, таким образом, о соответствии его решения не столько букве закона, сколько подразумеваемому принципу добросовестности. По существу, суд в данном деле отметил, что продавец, добросовестно осуществляющий свои обязанности по договору купли-продажи, должен предоставить покупателю гарантию качества;

добросовест ный покупатель, в свою очередь, вправе рассчитывать на предоставление продавцом гарантии на покупаемый им товар.

Показательно, что в другом случае аналогичная логика суда привела к результату прямо противоположному тому, к которому должно было привести применение ст. АПК РФ (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 7 июня 2008 года по делу № 09АП-5923/2008-ГК). Между сторонами возник спор относитель но факта выполнения подрядчиком работ в соответствии с договором. В качестве доказательства факта выполнения работ подрядчик представил уведомление о вру чении письма, направленного в адрес заказчика, которое, как он утверждал, содер жало подтверждающие данный факт документы. Суд первой инстанции, исходя из принципа добросовестности участников гражданского оборота, посчитал, что основа ния сомневаться в доводах ответчика о направлении в адрес истца документов, подтверждающих выполнение работ, отсутствуют, и пришел к выводу о том, что уведомление о вручении и почтовая квитанция служат надлежащим доказательством направления истцу указанных актов. Девятый арбитражный апелляционный суд от менил решение, указав, что вывод суда первой инстанции о направлении истцу дан ных документов в связи с признанием им принципа добросовестности участников гражданского оборота с учетом заявления истца о неполучении им указанных доку ментов не подтвержден фактическими обстоятельствами и не соответствует требо ваниям ст. 65 АПК РФ.

Приведенный анализ применения ст. 309, 431, п. 2 ст. 6 и ст. 10 ГК РФ показывает, что практика придает нормам этих статей совершенно иной смысл, чем тот, который вытекает из буквального их толкования.

Однако расширительным толкованием норм упомянутых статей присутствие добросове стности в судебной практике не ограничивается. Часто суды формулируют общий принцип Опыт правоприменения добросовестности, основываясь на гражданском законодательстве в целом или общих прин ципах гражданского права.

Например, в постановлении от 4 сентября 2007 года по делу № КГ-А40/8631- ФАС Московского округа указал, что в силу действующего законодательства граж дане и юридические лица должны осуществлять свои права разумно и добросовест но 30. ФАС Северо-Кавказского округа в другом деле отметил: согласно общим прин ципам гражданского права, подлежащего применению к отношениям сторон, сторо ны в гражданском обороте должны действовать добросовестно, разумно и осмотри тельно 31.

В некоторых постановлениях суды применяют принцип добросовестности без ссылки на нормы права, как если бы наличие данного принципа в договорном праве было очевидным фактом.

В качестве примера можно привести постановление Девятого арбитражного апелля ционного суда от 10 декабря 2007 года по делу № 09АП-16047/2007-ГК. Рассматри вая спор о праве страхователя на выплату страхового возмещения по наступившему страховому случаю, суд отклонил не подтвержденный доказательствами довод стра ховщика о праве последнего на отказ от выплаты страхового возмещения в связи с сообщением страхователем ложных сведений об обстоятельствах наступления стра хового случая, а также ссылку страховщика на приостановление уголовного дела, возбужденного по факту угона транспортного средства (что являлось страховым событием). При этом суд исходил из принципа разумности и добросовестности сто рон, а также обязанности страховщика при наступлении предусмотренного в догово ре страхования события (страхового случая) возместить страхователю причиненный вследствие этого события убыток 32.

Нельзя не упомянуть также о том, что во многих случаях суды, хотя и не формулируют общий принцип добросовестности и не ссылаются на нормы ГК РФ, законодательство в це лом или общие принципы гражданского права, тем не менее демонстрируют, что добросове стность осуществления субъектами договорных отношений их прав и исполнения обязанно стей имеет или должна иметь значение для вынесения правильного решения по конкретному делу.

Передавая дело на новое рассмотрение, ФАС Московского округа в постановлении от 28 сентября 2000 года по делу № КГ-А40/4350-00 отметил, что при новом рас смотрении дела необходимо оценить с точки зрения добросовестности поведение каждой из сторон при выполнении обязанностей по досудебному урегулированию возникшего спора, после чего решить вопрос о возможности рассмотрения иска по существу. Президиум ВАС РФ в постановлении от 14 ноября 2006 года № 8259/06, также передавая дело на новое рассмотрение, указал на необходимость оценки со стороны суда действий сторон по согласованию столь высокой цены на охранные услуги (годовая стоимость охранных услуг превышала стоимость активов общества) с точки зрения добросовестности охранного предприятия по установлению такой цены за свои услуги 33. Иногда добросовестность поведения сторон договора признается судами в качестве одного из факторов, влияющих на юридическую силу договора (постановление Президиума ВАС РФ от 9 июля 2002 года № 848/02), или обстоя тельства, влияющего на установление обоснованности заявленного истцом тре См. также постановление ФАС Московского округа от 10 января 2001 года по делу № КА-А41/6196-00.

Постановления ФАС Северо-Кавказского округа от 24 ноября 2004 года по делу № Ф08-5611/04, от 5 фев раля 1998 года по делу № Ф08-99/98, ФАС Уральского округа от 30 сентября 2003 года по делу № Ф09-2756/2003 ГК, от 18 февраля 2004 года по делу № Ф09-305/04-ГК, ФАС Дальневосточного округа от 30 сентября 2003 года по делу № Ф03-А59/03-1/2302.

См. также постановления ФАС Волго-Вятского округа от 23 декабря 2004 года по делу № А29-8873/2003-2э, ФАС Уральского округа от 27 октября 1999 года по делу № Ф09-105/99-ГК, Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 февраля 2008 года по делу № 09АП-566/2008-ГК.

Постановления ФАС Московского округа от 11 декабря 2002 года по делу № КГ-А41/7866-02, от 1 февраля 2006 года по делу № КГ-А40/14159-05, от 15 февраля 2005 года по делу № КГ-А40/368-05, ФАС Северо-Кавказского округа от 12 августа 1999 года по делу № Ф08-1672/99, от 18 октября 2005 года по делу № Ф08-4834/05.

110 Хозяйство и право бования из договора (постановление Президиума ВАС РФ от 9 октября 2001 года № 817/01).



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.