авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 23 |

«Д. Н. ТАЛИЕВ (1908—1952) Фотографии Д. Г. Дебабова, октябрь 1946 г. А К А Д Е М И Я Н А У К С С С Р ...»

-- [ Страница 10 ] --

Для промеров использовано 20 экз. из южного Байкала (район пос. Листве ничное). Так как форма тела у этого вида сильно варьирует, возможно, что у особей из других районов Байкала некоторые цифровые показатели могут не уложиться в приводимые выше пределы изменчивости тех или иных пластических признаков.

17* Распространение. Большеголовая широколобка распро странена только в Байкале;

в притоки озера и в р. Н. Ангару она не за ходит, совершенно отсутствует в сорах Байкала. Наиболее многочисленна в южной и средней частях озера, на севере Байкала встречается реже.

Отсутствует в районе Селенгинского мелководья, в Малом море обитает преимущественно по островному (восточному) побережью, имеется в районе Ушканьих островов.

Б и о л о г и я. Обитает в основном на каменистом дне, в значительно меньших количествах на каменисто-илистых или каменисто-песчанистых грунтах. Распределена от прибрежья до глубин в 100— 120 м, чаще от 5 до 70 м. Наибольшие скопления этого вида приурочены к районам, имеющим обширные коло нии губок. Плодовитость от 618 до 1622 икринок. Нерест в феврале—апреле, еще в подледный период, на камени стом грунте и глубинах, повидимому не превышающих 10 м. Нами обнаружены 2 кладки этого вида на 3 и 5 м;

обе были расположены на нижней поверхности камней и охранялись самцами. Судя по сетным уловам в течение марта в районе бухты Анга, в участке, где заведомо происходило икрометание большеголовой широколоб ки, количество самцов на нерестилищах значительно превышает число самок. В посленерестовый период мас совой гибели большеголовой широколобки подмечено не было. После размножения отнерестившиеся особи, очевидно, отходят на большие глубины, так как во второй половине мая и в июне, как правило, В. baicalensis в прибрежье нет, а ловится он на глубинах, начиная примерно с 15—20 м. Однако уже в августе и сентябре В. baicalensis вновь появляется на небольших глубинах.

Места икрометания большеголовой широколобки по запад ному берегу южной части Байкала расположены на Рис. 103. Брюш- каменистом грунте повсеместно, начиная от истока р.

Н. Ангары и на север до Малого моря. Как сообщает ной плавник Batrachocottus Дыбовский (1874), в период нереста в районе сел.

baicalensis (Dyb. ). Култук большеголовая широколобка заходит в устье р. Култушной, однако на западном берегу Байкала нам ни разу не удалось наблюдать или слышать о весеннем подходе больше головой широколобки в устья рек. Косячного хода на нерестилище у этого вида не наблюдается.

Во второй половине лета мальки В. baicalensis ловятся на каменистых грунтах и глубинах от 5 до 20 м. Рост (в миллиметрах) В. baicalensis из разных районов Байкала протекает следующим образом (Базикалова и др., 1937).

Из южного Байкала:

Из Малого моря:

Из Баргузинского залива:

Как видно из приведенных данных, наиболее быстрорастущей яв ляется популяция большеголовой широколобки из южного Байкала (район пос. Лиственичное и пос. Б. Коты). Что же касается наиболее замедленного роста у популяции из Баргузинского залива, то это еще требует дополнительного исследования, так как по Баргузинскому району приведенный выше возрастной материал был явно недостаточным.

Пища взрослого В. baicalensis в летний период, по данным исследова ния (Базикалова и др., 1937), состояла из бокоплавов (85. 7%), рыб (10. 9%) и личинок ручейников (3. 4%). У особей из Малого моря все содер жимое желудков было лишь из остатков бокоплавов, причем из них пре обладали Poekilogammarus pictus (Dyb. ) и P. rostratus Sow. У особей из се верного Байкала остатки бокоплавов составляли 80%, а 20% пищи при ходилось на неполовозрелых рыб из рода Cottocomephorus. Из бокоплавов здесь в основном встречены представители рода Eulimnogammarus.

У большеголовых широколобок из района пос. Лиственичное 12. 9% падало на остатки рыб из рода Cottocomephorus, 9. 8% — на личинок ру чейников, 1. 5% — на остатки моллюсков (Valvata), 1. 5% — на остатки олигохет и 74. 3% составляли остатки бокоплавов;

из последних в наи больших количествах выедаются Pallasea cancelloides (Gerstf. ), P. kessleri (Dyb. ), Brandtia lata lata (Dyb. ) и некоторые виды рода Eulimnogam marus. В подледный период питание большеголовой широколобки не сколько отличается от летнего. По наблюдениям Е. А. Корякова, иссле довавшего желудки у 135 экз. большеголовой широколобки, выловлен ных в районе пос. Лиственичное за период с января по апрель, 77. 2% их пищи составляют беспозвоночные животные, а 22. 8% — Cottidae, а именно Paracottus kneri (Dyb. ), P. kessleri (Dyb. ) и Cottocomephorus grewingki (Dyb. ). Среди беспозвоночных свыше 90% составляли попреж нему бокоплавы, причем интересно, что в желудках нескольких экземпля ров этой широколобки были обнаружены довольно крупные экземпляры хорошо вооруженного бокоплава Acanthogammarus victorii (Dyb. ). Для всех других видов Cottidae столь крупные вооруженные бокоплавы уже не могут служить объектами пищи. Очевидно большеголовой широколобке свойственно схватывать все движущиеся перед ней предметы, могущие уместиться в ее огромной пасти, так как в желудках этого вида Е. А. Ко ряков неоднократно находил кусочки шлака, затонувшие щепки и даже кедровые орехи. Характер пищи большеголовой широколобки находится в полном соответствии с устройством ее органов схватывания и прогла тывания пищи. Как уже отмечено, зубы на челюстях у этого вида силь ные, конические и круто загнуты назад. В процентах к длине головы высота ротовой щели составляет 74. 0—81. 0, ее ширина 56. 0—69. 0, длина верхнеглоточных площадок с зубами 13. 5—16. 7, их ширина 10. 5—11. 9, нормальный промежуток между верхнеглоточными 7. 1—9. 7, максималь ный промежуток между ними 29. 6—36. 4, общий продольный сдвиг верхне глоточных площадок 25. 6—30. 3, длина нижнеглоточных площадок с зу бами 13. 5—14. 3, горизонтальная ширина глотки 55. 0—58. 0;

в процен тах к длине тела длина кишечника равна 45. 0—48. 0, длина пилорических придатков 7. 0—9. 0. Для верхнеглоточных характерен поворот на вну треннее ребро, т. е. свойственный хищным формам. Большеголовая широ колобка плавает мало;

обычно она грузно лежит на дне, опираясь на по ловину площади нижних лучей грудного плавника, под прикрытием камня или в зарослях губок и подстерегает добычу, которую схватывает своей огромной пастью, как западней. При передвижениях она преиму щественно ходит по дну, опираясь при этом на нижние лучи грудного и брюшного плавника, при этом брюшной и грудной плавники одной стороны переставляются синхронно.

Х о з я й с т в е н н о г о з н а ч е н и я большеголовая широколобка в настоящее время не имеет, однако несомненно, что в осеннее время и особенно зимой и ранней весной, в период икрометания, она может облавливаться в значительных количествах. Очевидно наиболее добыч ливым может быть промысел по западному берегу южного Байкала, от истока р. Н. Ангары и до Малого моря, на участках с каменистым дном. С хозяйственной точки зрения большеголовую широколобку нужно признать вредным видом, так как она уничтожает в значительных коли чествах уже освоенных промыслом представителей рода Cottocomephorus и, кроме того, несомненно является пищевым конкурентом черного ха риуса. Но наряду с этим не исключена возможность, что в весенний период и личинки большеголовой широколобки являются объектами питания черного хариуса.

la. Batrachocottus baicalensis pachytus, subsp. nov. — Зеленая большеголовая широколобка (рис. 22, В, 104) Талиев, Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., X I I, Batrachocottus baicalensis pachytus 1948, стр. 107—158 (экология).

D VII, 16, А 12, Р 15, V I, 3, С I—10—I, 1. 1. 12. Кости черепа зна чительно более тонкие, нежели у типичной формы. Крыша мозговой коробки кпереди несколько сужается. Шип на предкрышке слабый.

Плечевой пояс с резко удлиненными дистальными radialia, благодаря чему основание грудного плавника имеет вид предплечья. Три нижних луча грудного плавника очень утолщены и в своем основании имеют большие крючкообразные апофизы.

В процентах длины тела: длина тела до основания С 86. 4, антедор зальное расстояние 36. 9, постдорзальное расстояние 39. 8, антеанальное расстояние 55. 1, наибольшая высота тела 28. 8, наименьшая высота тела 6. 6, длина хвостового стебля 11. 4, длина основания ID 14. 2, длина осно вания IID 25. 0, длина основания А 17. 6, высота ID 7. 1, высота IID 11. 9, высота А 11. 4, длина Р 18. 7, длина V 13. 4, длина головы 29. 2.

В процентах длины головы: заглазничное расстояние 54. 9, высота головы у затылка 66. 6, ширина головы 86. 2, горизонтальный диаметр глаза 16. 7, длина рыла 27. 4, ширина лба 19. 6, длина верхнечелюстной кости 54. 9, ширина верхнечелюстной кости 11. 8.

Тело голое;

нет даже отдельных твердых зернышек под грудными плавниками. Рудиментарный шип на предкрышке совершенно скрыт в коже. Подглазная кость не выдается, межжаберный промежуток широ кий. Брюшные плавники далеко не достигают анального отверстия.

Спинные плавники разделены маленькими промежутками. Основание грудного плавника удлиненное и имеет вид предплечья. Три нижних луча грудного плавника мясистые и совершенно свободны от межлу чевых перепонок. Туловище очень широкое и высокое. Цвет тела ярко зеленый с темными зелено-бурыми пятнами на спине. Все плавники с рядами темных пятен. Длина до 169 мм.

Некоторыми рыбаками в пос. Лиственичное именуется широколобкой с ногами или зеленой широколобкой.

От типичного В. baicalensis новый подвид прежде всего отличается значительными изменениями в строении грудных плавников, редук цией шипа на предкрышке, увеличением постдорзального расстояния, наибольшей высоты тела, длины хвостового стебля, высоты и ширины головы, длины и ширины верхнечелюстной кости. Длина грудного и брюшного плавников и длина головы, по сравнению с типичной фор мой, уменьшены.

Исходя из перечисленных особенностей, можно с достаточной долей вероятия предполагать, что новый подвид, по сравнению с типичным В. baicalensis является формой еще менее подвижной, а при передви жениях, очевидно, приспособленной к хождению по дну. Отмеченные выше особенности в строении грудных плавников у В. baicalensis pa chytus, с нашей точки зрения, настолько существенны, что они одни, может быть, могли бы явиться основанием для выделения этой формы Рис. 104. Batrachocottus baicalensis pachytus, subsp. nov. — зеленая большеголо вая широколобка. Против пос. Б. Коты, глубина 180—220 м.

даже в самостоятельный вид. Однако, поскольку эти особенности грудного плавника уже намечаются у типичного В. baicalensis, повидимому более правильным явится выделение зеленой большеголовой широко лобки лишь в обособленный подвид.

Р а с п р о с т р а н е н и е. Batrachocottus baicalensis pachytus изве стен нам в единственном экземпляре, пойманном 2 сентября 1940 г. про тив пос. Б. Коты, на глубине 80—180 м, на илисто-песчаном грунте с ока танными камнями. Однако и этот единственный экземпляр был утрачен в г. Ленинграде в период войны. При расспросах рыбаков пос. Листве ничное нам удалось установить, что зеленая большеголовая широколобка некоторым из них известна по случайным ее попаданиям в районе пос. Лиственичное в феврале—марте при бармашевом промысле на ха риуса, на глубинах около 10—15 м. Но все наши попытки восстановить котипы этого подвида в ихтиологической коллекции Байкальской лимно логической станции Академии Наук СССР пока не увенчались успехом.

2. Batrachocottus uschkani, sp. nov. —Ушканская широколобка (рис. 56, 105) Batrachocottus ushkani Т а л и е в, Тр. Байкальск. лимнол. ст., XII, 1948, стр. 107—158 (биология).

2) V I — VII, 15—16, A11—13, P 15—16, 7 1, 3, С (6—8)1—10—1(4—6), 1. 1. 12—18, sp. br. 5—6, vert. 32—33, пилорических придатков 4. Череп прочный;

крыша мозговой коробки кпереди несколько суживающаяся, в средней части выпуклая. Сочленовная ямка, служащая для прикрепле ния к мозговой коробке hyomandibulare, обращена своей вогнутой поверх ностью книзу, благодаря чему череп в целом довольно узкий. Внешние края передних отростков frontalia приподняты вверх, головка ethmoi deum вздутая. Предкрышка имеет утолщенный грубый шип. На месте заглазничных косточек 2 мягкие трубочки;

из них нередко верхняя полностью окостеневает. Скелет плечевого пояса более массивный, нежели у В. baicalensis;

сочленение элементов вторичного пояса лишено эластичности. Дистальные radialia развиты слабо. Scapula и coracoi deum раздвинуты на 11/2 radiale.

Межрадиальное отверстие одно.

Заднеключичная кость отсутствует или имеется в значительно редуци рованном состоянии. Позвоночник с менее массивными, нежели у В.

baicalensis, туловищными позвон ками;

позвонки хвостового стебля неукороченные. Первая гемальная дуга нередко развивается уже на VIII позвонке.

В процентах длины тела: длина тела до основания С 82. 1—86. 9 (в среднем 84. 3), антедорзальное рас стояние 35. 8—39. 3 (в среднем 37. 8), постдорзальное расстояние 36. 8—41. 4 (в среднем 39. 7), анте анальное расстояние 46. 2—57. 4 (в среднем 54. 5), наибольшая высота тела 17. 7—22. 7 (в среднем 19. 8), наименьшая высота тела 4. 9—6. (в среднем 5. 5), длина хвостового стебля 8. 9—13. 2 (в среднем 10. 7), длина основания ID 8. 6—14. 3 (в среднем 11. 5), длина основания IID 22. 6—26. 9 (в среднем 25. 1), длина основания Л 16. 8—19. 8 (в среднем 18. 3), высота ID 6. 9— 10. 4 (в среднем 8. 6), высота IID 11. 9—14. 1 (в среднем 13. 0), высота А 11. 3—13. 5 (в среднем 12. 7), длина Р 18. 1—21. 5 (в среднем 20. 1), длина V 13. 5—16. 2 (в сред нем 15. 2), длина головы 30. 2—33. (в среднем 31. 6).

В процентах длины головы: заглазничное расстояние 47. 2—52. (в среднем 49. 1), высота головы у затылка 51. 3—61. 1 (в среднем 56. 2), ширина головы 61. 8—76. 1 (в среднем 66. 7), горизонтальный диаметр глаза 12. 8—18. 0 (в среднем 15. 2), длина рыла 32. 4—38. 2 (в среднем 35. 3), ширина лба 15. 6—23. 6 (в среднем 19. 5), длина верхнечелюстной кости 45. 6—54. 3 (в среднем 48. 6), ширина верхнечелюстной кости 8. 8—11. (в среднем 10. 1).

Тело голое или с еле заметными твердыми зернышками под грудными плавниками. Нижняя челюсть не выдается вперед. Грубый шип на пред крышке совершенно скрыт кожей. Подглазная кость слабо выдается.

Ethmoideum образует на конце рыла бугорок. Межжаберный промежу ток сравнительно узкий. Спинные плавники, как правило, соприка саются. Нижние лучи грудного плавника не утолщены и соединены между собой высокими межлучевыми перепонками. Брюшные плавники анального отверстия не достигают;

они менее мясистые, нежели у В. bai calensis и в средней части выгнуты наружу. 1 Боковая линия оканчивается под серединой IID или в некоторых случаях даже под его задней полови ной;

отверстия боковой линии небольшие. Основной цвет тела ярко коричневый с беспорядочно разбросанными многочисленными мелкими темными пятнами. Все плавники с рядами темных пятен. У самцов на за тылке эпителиальные бугорки. Длина до 144 мм, чаще всего 100—110 мм (18 экз. ).

Как можно видеть из вышесказанного, ушканская широколобка в известной мере приближается к большеголовой, однако между ними имеются и существенные различия: В. uschkani является формой с мень шим числом позвонков, его парные плавники не приспособлены для хо ждения по дну, боковая линия простирается дальше к хвосту, нежели у В. baicalensis, и имеет отверстия меньшего диаметра. Заглазничные косточки и заднеключичная кость развиты несколько лучше, чем у В. bai calensis. Отличается от этого вида ушканская широколобка и некоторой рельефностью рыла (а именно несколько выдающейся подглазной косточ кой и вздутой головкой ethmoideum) и укороченностью нижней челюсти.

По пластическим признакам различия следующие: у ушканской широко лобки меньшие высота тела и длина основания непарных плавников, вместе с тем у нее больше постдорзальное расстояние, длина хвостового стебля, грудного плавника, рыла, высота головы и ширина верхнече люстной кости.

Наличие некоторых из перечисленных признаков дает основание предполагать, что это достаточно древний вид, в известной мере даже перебрасывающий мост между подродами Paracottus s. str. и Batracho cottus baicalensis.

Р а с п р о с т р а н е н и е. Ушканская широколобка обнаружена лишь у побережья Ушканьих островов, причем она наиболее многочис ленна у восточного берега Длинного Ушканьего острова. В осеннее время (сентябрь—октябрь) встречена на глубинах от 10 до 150 м, исключительно на каменистом грунте, а ее мальки чаще всего ловятся на глубине от до 20 м и изредка до 50 м.

Б и о л о г и я этого эндемичного для района Ушканьих островов вида нам совершенно не известна.

Хозяйственное значение. Благодаря очень узкому ареалу и относительной немногочисленности ушканская широколобка про мыслового значения иметь не может. С хозяйственной точки зрения ее роль в биологическом балансе Байкала ничтожна. Может быть лишь ее личинки в какой-то мере являются объектом питания хариуса, обитаю щего в районе Ушканьих островов.

Подобно тому, как это имеет место у Paracottus (Leocottus) kessleri (Dyb. ).

3. Batrachocottus nikolskii (Berg) — Жирная широколобка (рис. 5, 22, Д, 40, B, 57, 86, Б, 106, 107) Coitus nikolskii Б е р г, Ежегодн. Зоол. муз. Акад. Наук, V, 1900, стр. 346, табл. VIII, фиг. 1—2 (описание).

Batrachocottus nikolskii B e r g, Die Cataphracti des Baikalsees, 1907, S. 50, Taf. I I, Fig. 1. — Б а з и к а л о в а и др., Тр. Байкальск. лимнол. ст., VII, 1937, стр. 109— 212 (биология). — Т а л и е в, Вестн. рентгенол., XX, 1938, стр. 230, 231 (скелет туловища). — Т а л и е в, Тр. Байкальск. лимнол. ст., X, 1940, стр. 241—335(серо диагностика). — Т а л и е в и К о р я к о в, Докл. Акад. Наук СССР, LVIII, 8, 1947, стр. 1838, 1839 (потребление кислорода). — Т а л и е в, Тр. Байкальск. лимнол. ст.

АН СССР, XII, 1948, стр. 107—158 (биометрика, вертикальное распределение). — Т а л и е в и К о р я к о в, Докл. Акад. Наук СССР, LIX, 4, 1948, стр. 757 (эколо гия). — Т а л и е в и К о р я к о в, там же, LXVIII, 1, 1949, стр. 171 (удельный вес).

D (V) VI—VII (VIII), (14) 15-17 (18), А 11-14, Р 15-17 (18), V I, 3, С (6—7)I—10—I(4—5[6]), 1. 1. 7—14, sp. br. 6—7, vert. (35)36—37, пилорических придатков 4—6. Череп довольно нежный и высокий, с очень расширенными и глубокими бороздами для органов боковой линии. У некоторых особей в средней части крыши мозговой коробки имеется незарастающая костной тканью щель (рудимент пинеального отверстия). Вторая подглазная кость очень суженная, нежная, непрочно прикреплена к предкрышке. Заглазничные или заменяющие их мягкие трубочки отсутствуют. Шипы на предкрышке небольшие и тупые. Скелет плечевого пояса характеризуется полным отсутствием заднеключичной кости. Scapula и coracoideum раздвинуты на 11/2 radiale. Межрадиальное отверстие одно. Костный элемент брюшных плавников очень слабый и небольшой;

расположенные на его нижней поверхности гребни низкие и наполовину редуцированные. Элементы правой и левой сторон соеди нены по средней линии непрочно. Первый (колючий) луч брюшного плав ника короткий, с очень небольшими апофизами в своем основании. Туло вищных позвонков 13—14, они удлиненные и массивные. Парапофизы и гемальные дуги, по сравнению с другими представителями рода Batra chocottus, развиваются на более отдаленных от головы позвонках (см.

табл. 2).

В процентах длины тела: длина тела до основания С 80. 6—85. 4 (в сред нем 82. 8), антедорзальное расстояние 32. 0—33. 3 (в среднем 32. 8), пост дорзальное расстояние 40. 3—43. 5 (в среднем 42. 0), антеанальное расстоя ние 51. 0—56. 8 (в среднем 53. 0), наибольшая высота тела 16. 1—23. (в среднем 19. 2), наименьшая высота тела 4. 8—5. 5 (в среднем 5. 1), длина хвостового стебля 14. 6—17. 1 (в среднем 16. 3), длина основания ID 10. 3— 14. 1 (в среднем 11. 2), длина основания IID 21. 7—25. 8 (в среднем 23. 4), длина основания А 13. 6—18. 6 (в среднем 15. 5), высота ID 4. 5—7. (в среднем 6. 0), высота 11D 10. 0—10. 7 (в среднем 10. 3), высота А 10. 0— 13. 8 (в среднем 11. 8), длина Р 15. 4—18. 6 (в среднем 17. 5), длина V 9. 1— 11. 3 (в среднем 10. 3), расстояние ID—IID 5. 1—8. 6 (в среднем 6. 7), длина головы 23. 1—25. 6 (в среднем 24. 3).

В процентах длины головы: заглазничное расстояние 48. 4—54. (в среднем 51. 6), высота головы у затылка 58. 0—74. 5 (в среднем 64. 2), ширина головы 74. 3—100. 0 (в среднем 83. 7), горизонтальный диаметр глаза 13. 8—17. 6 (в среднем 16. 1), длина рыла 31. 4—35. 5 (в среднем 33. 1), ширина лба 19. 3—29. 4 (в среднем 22. 7), длина верхнечелюстной кости 45. 1—47. 1 (в среднем 45. 8), ширина верхнечелюстной кости 10. 0—11. (в среднем 10. 8).

У русских по западному берегу Байкала, как и некоторые другие глубоко водные виды Cottidae, имеет общее название — глубинная широколобка.

Тело под грудными плавниками покрыто мелкими шипиками, сидя щими в кожных бугорках;

иногда шипики совершенно скрыты кожей и видны лишь одни кожные бугорки. Отверстия боковой линии очень большие;

такие же отверстия име ются и на голове, и даже еще более увеличенные в области ни жней челюсти и межглазничного пространства. У самцов на пред крышке обычно 2 притуплённых шипа, нацело скрытых в коже;

у самок верхний шип несколько бо лее заострен и частично выступает наружу. Нередко у самок ниже верхнего шипа на предкрышке имеется не один, а 2 рудиментар ных шипа. ID всегда отделен про межутком от IID, у самца — большим, у самки — меньшим.

ID у старых самцов при осно вании обрастает жиром и кажется очень маленьким. Брюшные плав ники, как правило, очень ма ленькие, редуцирующиеся. У сам ца на брюхе кожа собрана в складочки, усажена ворсинками;

такие же ворсинки имеются и по внешней стороне основания груд ных плавников;

у самок складоч ки кожи и ворсинки отсутствуют.

Межлучевые перепонки в плавни ках у самцов мясистые и непро зрачные, у самок более нежные и полупрозрачные. Хвостовой плав ник обычно усеченный. Основной цвет верхней части тела палевый, брюхо, нижняя часть головы, брю шные и анальный плавники белые.

Нередко на спине и затылке гряз новато-серые размытые, непра вильной формы пятна. Грудные плавники и ID бесцветные, на IID изредка размытые серые пятна.

Из всех байкальских Cottidae жирная широколобка обладает на именьшим удельным весом — от 1. 007 до 1. 043 (в среднем 1. 028).

Длина самца до 240 мм, наиболее крупные пойманные нами самки имели в длину 220 мм. Чаще всего вылав ливаются особи длиной 130—150 мм.

Р а с п р о с т р а н е н и е. Жирная широколобка распространена только в открытом Байкале, в основном на илисто-каменистых грунтах, во всех районах озера.

Б и о л о г и я. Вертикальное распределение жирной широколобки еще не вполне ясно;

обычно она встречается от 100—120 м до наибольших глубин, причем максимум ее обитания приходится на глубины 400—700 м.

Но известны поимки жирной широколобки в прибрежье, на глубинах даже менее 10 м. Нам кажется, что эти попадания чисто случайны, и за счет их мы не можем расширять верхнего предела батиметрического профиля жирной широколобки. На глубинах менее 100 м известно лишь семь попаданий В. nikolskii. За то, что они были случайны, говорят сле дующие факты. В зимний (особенно подледный) период, когда некоторые виды байкальских Cottidae действительно выходят на меньшие глубины, В. nikolskii, как правило, никогда не попадается в прибрежье. Вместе с тем в летнее время, особенно после сильных штормов, известны случаи поимки в прибрежной зоне поврежденных особей и других глубоковод ных видов байкальских Cottidae. А так как В. nikolskii, повидимому, обитает не только на дне, но ему свойственно подниматься в толщу воды (см. ниже), нет ничего удивительного в том, что некоторые особи именно этого вида скорее всего могут случайно попасть в прибрежье. За эта говорит и то, что в августе 1946 г. в районе пос. Лиственичное один экзем пляр жирной широколобки был обнаружен Е. А. Коряковым выброшен ным на берег, что совершенно не свойственно видам Cottidae, обитающим в прибрежье.

Время и условия нереста жирной широколобки нам точно не известны, но самки этого вида с вполне зрелой икрой наиболее часто ловятся в апреле—мае;

их плодовитость 550—570 икринок.

Состав пищи жирной широколобки, по нашей просьбе, был просмотрен А. Я. Базикаловой у 19 взрослых экземпляров, пойманных в осеннее время на глубинах 240—880 м в южной части Байкала. У 10 особей в же лудках обнаружены голомянки (у 9 — остатки Comephorus dybowskii, у одной — С. baicalensis), а у 9 имелись остатки только беспозвоночных животных и неорганические частицы. При этом в восьми желудках встре тилось по одной голомянке, и лишь в двух желудках — по две. Многие заглоченные голомянки были довольно крупными. Так, например, у одной широколобки длиной 184 мм была обнаружена малая голомянка длиной 121 мм, а у широколобки в 136 мм — голомянка длиной 66 мм. Голо мянки поедаются как самцами, так и самками жирной широколобки.

Из беспозвоночных в пищевом рационе В. nikolskii 94% составляют боко плавы, и из них значительную часть нектобентические формы, как Para garjajewia petersi (Dyb. ) и глубоководные формы рода Eulimnogammarus.

Из донных гаммарид особенно многочисленны Parapallasea lagowskii (Dyb. ) и другие, не определимые по остаткам представители этого рода, Carinurus reissneri (Dyb. ) и виды Мaeropereiopus Sow. Из прочих беспо звоночных животных обнаружены кокон планарии и личинки Chirono midae. В значительных количествах в желудках жирной широколобки встречаются также кусочки дерева и древесной коры, остатки водорослей и кусочки шлака.

По характеру пищи жирной широколобки видно, что этот вид яв ляется не только донной формой, но в значительной мере и батипелаги ческой, особенно приспособившейся к питанию голомянкой.

Каким образом жирная широколобка ловит нектобентические формы в абиссали Байкала?

Поскольку у этого вида размеры плавников относительно небольшие, habitus мало прогонистый и имеется особенное строение скелета конеч ностей, очевидно, что широколобка плавает не активно за счет локомо торной функции плавников, но, благодаря своему необычайно низкому естественному удельному весу, равноценному удельному весу голомянок, пассивно всплывает в наддонные слои воды и как бы парит в толще воды, хватая при этом все движущееся поблизости. Очень возможно именно этим способом ловли добычи объясняется частое нахождение в желудке описываемого вида кусочков древесины, шлака, и т. п. Кроме того, на этот способ косвенным образом указывает факт поимки очень упитанного экземпляра жирной широколобки, оба глаза которой были нацело пора жены Myxobolus (рис. 107). Как можно видеть из рисунка, у этого экземпляра (длина 210 мм), вылов ленного 22 июня 1948 г. в районе пос. Лиственичное на глубине около 1000 м, вместо глаз имеется две ог ромные яйцевидные шишки, напол ненные спорами Myxobolus;

между тем естественный удельный вес этого экземпляра был 1. 001 и его желу док был переполнен пищей. Следо вательно наличие опухолей не ме шало этой особи ловить добычу, но безусловно явилось бы серьезной помехой в случае активной охоты за пищей.

Пассивное всплывание В. nikol skii над дном и возможность дли тельного пребывания его в толще воды в горизонтальном положении почти без движений неоднократно наблюдались как нами, так и Е. А. Коряковым в аквариуме.

Несмотря на хищнический образ жизни, органы схватывания и про глатывания пищи не в такой мере типичны для хищника, как это имеет место у B. baicalensis. Зубы на челюстях меньших размеров, чем у большеголовой широколобки, и ме нее загнуты назад. В процентах к длине головы высота ротовой щели равна 41. 0—48. 0, ее ширина 44. 0—57. 0, длина верхнеглоточных площадок 12. 8—15. 2, их ширина 9. 7—10. 5, нормальный промежуток между верхнеглоточными площад ками 6. 1—10. 3, максимальный про межуток между ними 17. 5—22. 7, общий продольный сдвиг верхне глоточных площадок 9. 7—10. 8, дли на нижнеглоточных с зубами пло щадок 10. 8—12. 6, горизонтальная ширина глотки 33. 0—46. 0. Длина кишечника в процентах к длине тела составляет 48. 0—64. 0, а длина пилорических придатков 17. 0—23. 0.

Однако для верхнеглоточных, как и у большеголовой широколобки, харак терен поворот на внутреннее ребро. Очевидно относительно слабый отпе чаток, налагаемый хищничеством на строение органов схватывания и про глатывания пищи у жирной широколобки, обусловлен тем, что этот вид узко приспособлен к питанию лишь одной голомянкой, являющейся крайне медлительной и слабой рыбой. Вместе с тем приобретение органами схва тывания и проглатывания пищи ярко выраженного хищного облика неминуемо повлекло бы утяжеление скелета головы, что естественно препятствовало бы эволюционным преобразованиям этого вида в сторону приобретения им возможности пребывания в надонных, а может быть даже и в более верхних слоях воды.

Х о з я й с т в е н н о е з н а ч е н и е. Специального облова жирной широколобки в настоящее время не производится, но в качестве прилова она изредка попадается в сети зимой в Малом море при специальном промысле на большую красную широколобку (Procottus jeittelesi major).

Организация специального облова жирной широколобки осложнена ее разрозненным распределением в Байкале и преимущественным обитанием на больших глубинах.

Выеданием голомянки жирная широколобка особого ущерба рыбному хозяйству Байкала в настоящее время не приносит;

однако Comepho ridae являются также основным объектом питания нерпы и их истребле ние широколобкой может отрицательно сказаться на последней.

4. Batrachocottus multiradiatus Berg — Пестрокрылая широколобка (рис. 22, Г, 38, Г, 42, 58, 59, 86, 108) var. var. ? Berg, Batrachocottus nikolskii multiradiatus + Batrachocottus nikolskii Die C a t a p h r a c t i des Baikalsees, 1907, S. 53, 54, Taf. II, Fig. 2 (описание).

Batrachocottus multiradiatus Б е р г, Рыбы пресных вод СССР, I I, 1933, стр. 710, рис. 688. — Б а з и к а л о в а и др., Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., V I I, 1937 Г стр. 109—212 (биология). — Т а л и е в, Вестн. рентгенол., X X, 1938, стр. 230, (скелет туловища). — Т а л и е в и К о р я к о в, Д о к л. Акад. Н а у к СССР, L V I I I, 8, 1947, стр. 1838 (потребление кислорода). — Б а з и к а л о в а и Талиев, там ж е, L I X, 3, стр. 565 (биология. ). — Т а л и е в и К о р я к о в, там же,.

L I X, 4, 1948, стр. 757 (экология). — Т а л и е в, Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., X I I, 1948, стр. 107—158 (биометрика, вертикальное распределение). — Т а л и е в и К о р я к о в, Д о к л. Акад. Н а у к СССР, L X V I I I, 1, 1949, стр. 171 (удельный вес.

D (VI) VII—VIII, 15—19, А (12) 13—15. Р 16—19, V I, 3, С (8)I—10—I(6), 1. 1. (9) 10—15, sp. br. 6—7 (8), vert. 35—36, пилориче ских придатков 4. Морфологически близок к В. nikolskii. Череп более грубый и низкий. Щель в крыше мозговой коробки (рудимент пинеального отверстия), как правило, отсутствует. Вторая подглазная кость развита нормально. На месте верхней заглазничной кожистая трубочка. Верхний шип на предкрышке заостренный. Скелет плечевого пояса у некоторых особей имеет очень маленькую заднеключичную кость. Scapula и coracoi deum раздвинуты на 1 /4 radiale. Межрадиальных отверстий 2 или 3 (третье, нижнее, если имеется, то зачаточное). Скелет брюшных конечностей с нижней стороны несет хорошо развитые гребни. Туловищных позвонков 12—13, они не увеличены в размерах;

позвонки хвостового стебля, наоборот, несколько удлиненные.

В процентах длины тела: длина тела до основания С 83. 1—86. 6 (в сред нем 84. 9), антедорзальное расстояние 32. 0—33. 8 (в среднем 32. 7), пост дорзальное расстояние 40. 1—46. 1 (в среднем 42. 4), антеанальное рас стояние 50. 0—54. 0 (в среднем 52. 3), наибольшая высота тела 17. 6—26. (в среднем 21. 2), наименьшая высота тела 5. 1 — 7. 0 (в среднем 5. 9), длина хвостового стебля 15. 0—17. 6 (в среднем 16. 2), длина основания ID — 11. 2—14. 8 (в среднем 12. 6), длина основания IID 21. 4—26. 1 (в сред нем 23. 5), длина основания А 16. 0—19. 6 (в среднем 18. 1), высота ID 5. 9—8. 4 (в среднем 6. 7), высота IID 10. 5—13. 0 (в среднем 11. 8), У русских по западному берегу Байкала — глубинная широколобка.

высота А 8. 2—11. 0 (в среднем 9. 6), длина Р 15. 7—19. 4 (в среднем 16. 9), длина V 10. 7—12. 1 (в среднем 11. 8), расстояние ID—IID 1. 6—4. 4 (в сред нем 3. 0), длина головы 26. 0—28. 6 (в среднем 27. 3).

В процентах длины головы: заглазничное расстояние 51. 7—57. (в среднем 54. 3), высота головы у затылка 60. 3—69. 4 (в среднем 65. 0), ширина головы 75. 8—93. 1 (в сред нем 83. 2), горизонтальный диаметр глаза 15. 7—22. 6 (в среднем 18. 7), длина рыла 28. 6—36. 7 (в среднем 33. 4), ширина лба 15. 4—22. 7 (в сред нем 19. 0), длина верхнечелюстной кости 42. 5—46. 9 (в среднем 44. 7), ширина верхнечелюстной кости 9. 8— 11. 9 (в среднем 11. 1).

По пластическим признакам пест рокрылая широколобка отличается от жирной несколько большими дли ной туловища, основанием анального плавника, брюшных плавников, головы и заглазничного пространства.

Вместе с тем наибольшая высота тела несколько меньше, чем у жир ной. Тело под грудными плавниками покрыто многочисленными шипи ками, у старых особей сидящими в кожных бугорках, а у молодых вы ставляющимися наружу. Отверстия боковой линии очень большие как в боковой линии, так и на голове.

Верхний шип на предкрышке как у самцов, так и у самок обычно заост рен и несколько выступает наружу.

Один или два редуцированных ниж них шипа, как правило, скрыты в коже. У старых особей не наблю дается уменьшения высоты ID вследствие отложения жира на спине.

Брюшные плавники нормально раз виты и в средней части несколько выгнуты наружу. У молодых особей брюшные плавники равны примерно половине расстояния между их осно ванием и анальным отверстием, а у старых покрывают / 3 этого про странства. У старых самцов на брюхе имеются поперечные складочки и очень немногочисленные ворсинки. Межлу чевые перепонки у самцов более мясистые, нежели у самок. Хво стовой плавник усеченный. Основ ной цвет верхней части тела старых особей палевый или желто вато-черный, а молодых светлокоричневый с темными редкими пятнами.

Весьма характерны для этого вида темные полосы на грудных и пятни стость на IID и хвостовом плавнике. Спинные плавники соприкасаются или почти соприкасаются. Естественный удельный вес 1. 046—1. 053, в среднем 1. 050. Длина до 203 мм, обычно у половозрелых особей она равна 115—130 мм. Р а с п р о с т р а н е н и е. Пестрокрылая широколобка распростра нена во всех районах Байкала и населяет участки исключительно с или стым дном. В притоках Байкала, в р. Н. Ангаре или мелководных сорах (лагунах) этого озера не обнаружена.

Б и о л о г и я. Распределена на глубинах от 30 до 940 м, причем в летнее время максимум обитания взрослых особей падает на глубины 200—400 м, а молодых — 50—200 м;

в зимний же (особенно подледный) период как неполовозрелые, так и взрослые особи выходят на меньшие глубины и ловятся от 30 м и глубже. Самки с текучей икрой обычно встре чаются в южном Байкале с конца марта до последних чисел мая на глуби нах 70—200 м;

их плодовитость 602—605 икринок. Как уже сказано, в конце июня на глубине около 100 м в районе Баргузинского залива была обнаружена кладка этого вида с уже сформировавшимися эмбрио нами. Кладки, очевидно, охраняются самцами до выхода из икры личи нок, так как совместно с этой икрой был уловлен тралом отнерестившийся, тощий самец В. multiradiatus длиной 156 мм. Вылупляющиеся из оболочки личинки пестрокрылой широколобки, очевидно, держатся очень разроз ненно, поскольку нам ни разу не приходилось вылавливать их в Бай кале. Во второй половине сентября и в октябре на глубинах около 100 м, на участках дна с илистым грунтом, изредка попадаются уже мальки длиной 14—15 мм.

Нам точно не известно, существуют ли нерестовые концентрации пестрокрылой широколобки, однако следует заметить, что в конце марта в районе пос. Лиственичное в один конец сети длиной до 30 м попалось 29 крупных особей, среди которых 7 были зрелые самки, а остальные самцы.

Рост (в миллиметрах) В. multiradiatus из Баргузинского залива про текает следующим образом (Базикалова и др., 1937):

Учитывая, что наиболее мелкие особи этого вида с развитыми поло выми продуктами имеют длину свыше 110 мм, можно думать, что полово зрелость пестрокрылой широколобки наступает в 4 года.

Пища пестрокрылой широколобки из Баргузинского залива в осен ний период на 100% состоит из бокоплавов (Базикалова и др., 1937).

Преимущественными объектами ее питания являются Poekilogammarus rostratus Sow., P. araneolus Sow., Plesiogammarus gerstaeckeri (Dyb. ), Pallasea brandti (Dyb. ), Carinogammarus zablozkii Sow. и молодь Acantho gammarus victorii maculosus (Dor. ). По нашей просьбе А. Я. Базикалова просмотрела содержимое желудков 12 крупных экземпляров пестрокры лой широколобки, пойманных 16 апреля 1949 г. в районе пос. Лиственич ное на глубине 675 м. В желудке одной особи, наряду с бокоплавами, Пестрокрылая широколобка является значительно варьирующим видом, что в свое время побудило Берга (1907) четыре уклоняющиеся от. типичной формы особи из предосторожности рассматривать предположительно как особый вариетет жир ной широколобки (В. nikolskii var?). Однако теперь, при наличии в коллекции Бай кальской лимнологической станции очень больших сборов по В. multiradiatus, совер шенно очевидно, что бывшие в руках Берга четыре своеобразных экземпляра являются всего лишь уклоняющимися от типичной формы представителями того же вида.

был обнаружен также 1 экз. Comephorus dybowskii. Желудки же осталь ных 11 экз. были наполнены почти исключительно ракообразными и лишь в незначительной степени различными частицами, опускающимися на большие глубины из верхних горизонтов воды. Среди бокоплавов из некто бентических и пелагических форм обнаружены Abyssogammarus sarmatus (Dyb. ), Plesiogammarus zienkowiczi (Dyb. ), другие неопределимые остатки видов этого рода, а также Macrohectopus branickii (Dyb. );

из донных же бокоплавов — Parapallasea lagowskii (Dyb. ), Ceratogammarus dybowskii Sow., Carinogammarus sp. и в значительном количестве представители рода Ommatogammarus Stebb. Кроме того, в желудке одной особи най дены остатки Copepoda. Из частиц, попадающих в глубинные зоны с мел ководья, в небольших количествах найдены кусочки угля, шлака, хити новые остатки жука, древесные листья и даже обломок веточки лист венницы.

Из анализа пищи пестрокрылой широколобки видно, что она ловит добычу, подобно жирной широколобке, не только на дне, но и в наддон ных слоях воды. Однако характер питания этих двух видов принципи ально различный. Если жирная широколобка хватает все, что перед ней движется, то у пестрокрылой широколобки, очевидно, имеется слабая избирательная способность. На это указывают почти полное отсутствие в желудках этого вида голомянок и очень небольшое, по сравнению с жирной широколобкой, количество различных частиц, опускающихся на глубины из верхних слоев воды. Поскольку у В. multiradiatus имеются 2 или даже 3 межрадиальных отверстия в скелете плечевого пояса, удли нение позвонков хвостового стебля и их значительная каудализация, увеличение числа лучей в плавниках, а также значительно более высокий по сравнению с жирной широколобкой естественный удельный вес, ста новится очевидным, что описываемый вид поднимается в наддонные (а может быть и более верхние) слои воды не пассивно, но при помощи локомоторной функции своих плавников. Повидимому пестрокрылая широколобка активно охотится и за добычей, однако преследуя преиму щественно более мелкие формы. Последнее предположение подтвер ждается тем, что у нее верхнеглоточные кости поворачиваются не только на внутреннее ребро (как это имеет место у В. baicalensis и В. nikolskii), но также обладают поворотом назад, т. е. внутрь глотки, что свойственно лишь крупным зоофагам.

Х о з я й с т в е н н о е з н а ч е н и е. В настоящее время пестро крылая широколобка почти не промышляется. Однако в период Великой Отечественной войны Южно-Байкальским рыбзаводом была сделана по пытка облова этого вида в районе сел. Голоустное. В марте—апреле 1943 г. омулевыми сетями было выловлено 15 ц Cottidae, из которых свыше 90% приходилось на пестрокрылую широколобку, а в 1944 г.

в эти же сроки ее было выловлено 6 ц. Позднее этот лов заглох в связи с тем, что в районе Слюдянки начался массовый промысел Cottocome phorus grewingki (Dyb. ), который для рыбаков представлял большую выгоду. Лов пестрокрылой широколобки в районе сел. Голоустное произ водился на илистых грунтах и глубинах от 30 до 200 м.

В настоящее время пестрокрылая широколобка составляет лишь некоторый прилов к большой красной широколобке (Procottus jeittelesi major) при специальном зимнем сетном облове последней в Малом море.

Ресурсы пестрокрылой широколобки в Байкале довольно значительны.

Так, например, 9 октября 1933 г. в Баргузинском заливе малой моделью промыслового оттертрала за 20 минут траления на глубине 105 м было добыто 324 шт. этого вида (Базикалова и др., 1937). Таким образом, имея в виду скопления этого вида в открытых участках Байкала, покрытых 18 Д. Н. Талиев илами, в частности перед устьем р. Селенги, в северо-восточном углу Баргузинского залива, северо-западной части Малого моря и против дельты р. Голоустной, можно ожидать, что в качестве второстепенного объекта промысла этот вид представит для промысла известный интерес, особенно в конце зимы и начале весны, на глубинах от 50 м и более.

В зимний период в Баргузинском заливе пестрокрылая широколобка нередко служит объектом питания для залегающих по ямам осетров.

Однако не исключена возможность, что в это время она является и неко торым конкурентом в питании омуля, который, как известно, зимой также опускается на большие глубины и придерживается преимущественно таких участков, на которых в значительных количествах обитает и опи сываемый вид.

3. Род COTTOCOMEPHORUS PELLEGRIN Cottocomephorus P e l l e g r i n, Bull. Mus. Hist. Nat., Paris, VI, 1900, p. (тип: С. megalops=inermis). — В e r g, Zool. Anz., XXX, 1906, S. 910. — В е г g, Die Cataphracti des Baikalsees, 1907, S. 61.

Baicalocottus Б е р г, Ежегодн. Зоол. муз. Акад. Наук, VIII, 1903, стр. 100 (тип:

С. grewingki).

Тело веретенообразное, совершенно голое или с мелкими шипиками под грудными плавниками и небольшими эпителиальными бугорками на затылке. Зубы на челюстях и сошнике;

на последнем в форме треуголь ника, направленного вершиной вперед. Голова вооружена слабо;

на пред крышке 2 или, редко, 3 редуцирующихся, совершенно скрытых в коже, прямых шипа, из которых первый (верхний) и второй сидят на одном основании;

но подкрышечный шип нацело отсутствует. Крыша мозговой коробки несет еле уловимые следы затылочных и заглазничных бугров, или они отсутствуют. Борозды для органов боковой линии на черепе развиты хорошо;

в области черепного свода они прикрыты 3 длинными каналообразными перемычками. Табличные косточки в числе 2 пар ни когда не срастаются с черепом. Заглазничных косточек нет, но на месте dermosphenoticum имеется или отсутствует кожистая трубочка. Килевая кость очень узкая и длинная, с резко приподнятым передним концом.

На клейтральных костях — хорошо выраженная оперкулярная линия;

заднеключичная кость отсутствует;

туловищные позвонки, начиная с III или IV, снабжены длинными сосковидными поперечными отростками, несущими epipleuralia. Позвонки хвостового стебля с резко наклонен ными кзади остистыми отростками. В скелете хвостового плавника 3 ши роко расставленных epuralia. Позвонков 37—42. Жаберные тычинки длинные, узкие и невооруженные. Жаберные щели широкие;

межжабер ный промежуток узкий, так что жаберные перепонки едва прикреплены к нему. Два спинных плавника с VII—X, 17—21 лучами. Анальный плав ник с 19—22 лучами. Брюшной плавник с I, 4 лучами. Хвостовой плав ник с глубокой выемкой, с (11—15)I—10—I(10—13) лучами. Боковая линия неполная;

она идет выше середины тела и тянется не далее верти кали конца ID, а затем бороздка без отверстий продолжается до осно вания С. Отверстия боковой линии мелкие, зачастую плохо различимые.

Брюшные плавники далеко не доходят до анального отверстия. У всех представителей рода очень резко выраженный половой диморфизм. Вылу пившиеся из икры личинки ведут пелагический образ жизни;

они отли чаются от личинок всех других родов байкальских Cottidae наличием на затылке пузыревидного sinus cephalicus.

В этом роде известны 2 вида и один подвид, очень плохо отличаю щихся друг от друга по счетным признакам.

ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНАЯ ТАБЛИЦА ВИДОВ И ПОДВИДА РОДА COTTOCOMEPHORUS Взрослые особи 1 (2). На затылке всегда имеются мелкие эпителиальные бугорки. Под грудными плавниками шипики. Спина пятнистая. Грудные плав ники с резкими поперечными полосами. На месте верхней заглаз ничной косточки имеется мягкая кожистая трубочка. 1 — Южный 1. С. grewingki (Dybowski).

и средний Байкал 2 (1). На затылке эпителиальные бугорки совершенно отсутствуют.

Еле различимые шипики под грудными плавниками только у самок.

Спина однообразно темная, без всяких следов пятнистости. Слабо выраженные поперечные полосы на грудных плавниках преимуще ственно у самок и молодых особей. Мягкая трубочка на месте верх ней заглазничной отсутствует.

3 (4). 1. 1. 10—20. Грудные плавники укладываются в полной длине тела обычно не менее 4 раз. Продольный диаметр глаза меньше или равен ширине лба. — Преимущественно северный Байкал 1а. С. grewingki alexandrae Taliev.

4 (3). 1. 1. 15—23. Грудные плавники укладываются в полной длине тела менее 4 раз. Продольный диаметр глаза обычно больше ширины 2. С. inermis (Jakowlew).

лба Личинки и мальки 1 (2). У личинок рыло тупо обрывается книзу. На месте грудных плав ников очень маленькие, со слабо развитыми лучами пластинки, далеко не достигающие анального отверстия. В средней части туло вища на вертикали начала ID и под его концом 2 группы крупных меланофоров. Молодые стадии мальков также с тупым рылом;

на предкрышке 2 хорошо заметных шипика. Грудные плавники далеко не достигают анального отверстия. На туловище 7—10 поперечных 1. С. grewingki (Dybowski).

полос 2 (1). У личинок рыло острое. Грудные плавники достигают или почти достигают анального отверстия. Пигментные клетки на туловище лишь в верхней части желточного мешка, в основании хвостового плавника и зачаточных лучей в области I I D. У мальков рыло также острое. Грудные плавники заходят за вертикаль анального отверстия. Шипы на предкрышке выражены очень слабо. Полосы 2. С. inermis (Jakowlew).

на туловище отсутствуют 1. Cottocomephorus grewingki (Dybowski) — Желтокрылка (рис. 6, 22, И, 27, 38, В, 40, Д, 42, 60—62, 87, 109—113) Cottus grewingkii D y b o w s k i, Verh. Zool. -bot. Ges. Wien, XXIV, 1874, S. 384. — Д ы б о в с к и й, Изв. Сиб. отд. Геогр, общ., VII, 1—2, 1876, стр. 6, табл. I, фиг. 2. — Б е р г, Ежегодн. Зоол. муз. Акад. Наук, V, 1900, стр. 336.

Чтобы обнаружить эту трубочку, нужно надрезать кожу позади глаза не сколько ниже верхнего края орбиты и отогнуть ее в сторону (иногда трубочка отры вается вместе с кожей, но и тогда ее нетрудно заметить).

Личинки и ранние стадии мальков С. grewingki alexandrae Taliev не известны.

У русских — бычок, желтокрылый бычок, желтокрылка, ерашка;

в пос. Кул тук — желтогривка, самки — пузатка, мальки — поедъ. У бурят — ерахай, буха хай, шара — бухахай.

18* Centridermichthys «gruvintii» (laps. ) S a u v a g e, N. Arch., ser. 2, I, 1878, p. 146.

Грацианов, И з в. Общ. любит. естествозн., Centridermichthys grewingki антропол, и этногр., X C V I I I, 1902, стр. 28.

Cottocomephorus grewingki B e r g, Die C a t a p h r a c t i des Baikalsees, 1907, S. (частью). — D y b o w s k i, Kosmos, X X X I I I, Lwow, 1908, p. 24, rys. 19. - Б е р г, Рыбы пресных вод Российск. имп., 1916, стр. 454 (частью). — С в е т о в и д о в, Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., VI, 1935, стр. 54. — Т а л и е в, там ж е, стр. 65. — Ба зикалова и др., там ж е, V I I, 1937, стр. 109—212 (биология). — В е р е щ а г и н, там ж е, стр. 216 (биология). — Т а л и е в, Вестн. рентгенол., X X, 1938, стр. 230, 231, рис. 9. — Т а л и е в, Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., X, 1940, стр. 2 4 1 — 335 (серодиагностика). — Т а л и е в, Освоим бычковый промысел н а Б а й к а л е, 1944, стр. 8 (биология). — Т а л и е в и К о р я к о в, Д о к л. Акад. Н а у к СССР, L V I I I, 8, 1947, стр. 1838, фиг. 3 (потребление кислорода). — Т а л и е в, Т р. Б а й к а л ь с к.

лимнол. ст., X I I, 1948, стр. 107—158 (биометрика, вертикальное распределение). — Б а з и к а л о в а и Т а л и е в, Д о к л. Акад. Н а у к СССР, L I X, 3, 1948, стр. (биология). — Т а л и е в и К о р я к о в, там ж е, L I X, 4, 1948, стр. 757 (экология). — Т а л и е в и К о р я к о в, там ж е, L X V I I I, 1, 1949, стр. 171 (удельный вес). — Т а л и е в, в : Промысловые рыбы СССР, 1949, стр. 679, цветн. рис. 211.

D VII—IX, 17—20, А 19—22, Р 17-19, V I, 4, С (11-13)I-I0-I(10-13), 1. 1. (9) 10—17, sp. br. 16—19 (21), vert. 37—40, пилорических при датков 2. Череп нежный;

его крыша широкая, особенно в области межглазничного пространства;

в ее задней части имеются слабые руди менты заглазничных и затылочных бугров, по середине некоторая вдав ленность. Парные parietalia своими зигзагообразными отростками почти смыкаются друг с другом. Ушные капсулы совершенно не вздуты. Перед ние края глазницы резко опущены вниз, этмовомерный блок, наоборот, сильно приподнят. От сошника кзади простираются 2 расходящихся отростка. Mesopterigoideum рудиментарный. На месте верхней заглаз ничной мягкая трубочка. Передний конец отолитов с небольшим углубле нием и сглаженными краями (Горовацкая, 1942). Клейтральная кость массивная и неподвижно сочленена с надклейтральной костью. По их наружной стороне проходит хорошо выраженная оперкулярная линия.


Radialia, за исключением первого, надвигаются на хрящ. Межрадиаль ных отверстий 4, из них нижнее зачаточное. Scapula и coracoideum раз двинуты на 2 radialia. Позвонки хвостового стебля со значительно накло ненными назад остистыми отростками. В уростилярном позвонке верх няя и нижняя половины hypurale почти симметричны;

epuralia широко расставлены. По пластическим признакам самцы и самки желтокрылки значительно отличаются друг от друга, поэтому приведем результаты их промеров по отдельности (табл. 9).

Данные табл. 9 получены на основании измерения 15 самцов и 15 самок, пойманных в период размножения в районе Слюдянки. Однако особи из Малого моря несколько отличаются от южнобайкальских пред ставителей этого вида. Прежде всего они характеризуются меньшим чис лом позвонков: если у 30 экз. южнобайкальских желтокрылок мы насчи тали 38—40 (в среднем 39. 4) позвонков, то у 25 экз. маломорских желто крылок их было 37—39 (40), в среднем 38. 0. По пластическим же призна кам маломорские желтокрылки отличаются в основном следующими особенностями (в процентах длины тела): длина тела до С у 84. 8—87. (в среднем 86. 6), у самок различий нет;

антедорзальное расстояние у 28. 3—30. 7 (в среднем 29. 5), у 27. 1—30. 5 (в среднем 28. 7);

длина V у 10. 4—12. 4 (в среднем 11. 5), у 9. 2—11. 2 (в среднем 10. 0);

высота головы у затылка у 50. 8—61. 3 (в среднем 56. 7), у 55. 5—66. (в среднем 61. 1);

ширина головы у 54. 0—65. 6 (в среднем 59. 8), у по этому признаку различий нет. Таким образом по пластическим призна кам маломорские желтокрылки отличаются от южнобайкальских особей меньшей длиной тела до С (у самцов), большим антедорзальным расстоя нием, более длинными брюшными плавниками и меньшей высотой го Таблица Промеры Cottocomephorus grewingki ловы. По другим морфологическим признакам различий не прослежи вается.

У желтокрылки на затылке и в передней части спины имеются неболь шие эпителиальные бугорки, под грудными плавниками мелкие шипики.

Верхний шип на предкрышке скрыт в коже, но хорошо заметен по резко выраженному бугорку (у самок он меньших размеров). Боковая линия обычно несколько заходит за вертикаль середины ID. Брюшко и бока серебристые, последние (особенно в период икрометания) с розовато синеватым отливом. Основной цвет спины и головы зеленовато-бурый с небольшими темнокоричневыми пятнами. У половозрелых самцов спина темнеет и имеет уже буровато-синеватый тон, пятна же становятся почти черными. Грудные плавники с 5—8 резко выраженными фиолетово черными полосами. Неясные полосы наблюдаются также на С и отчасти на IID. В период нереста грудные плавники у самцов окрашиваются в лимонно-желтый цвет, а на лучах, с их внутренней стороны, появ ляются эпителиальные бугорки наподобие жемчужинок;

желтеют так же IID, А и особенно ID. В остальное время года плавники самцов желто крылки желтовато-зеленые. У самок в период нереста плавники совер шенно не меняют своей зеленовато-бурой окраски и бугорки на лучах грудного плавника не развиваются. Межлучевые перепонки у половозре лых самцов мясистые и непрозрачные, у самок же и молодых особей тон кие и прозрачные. Естественный удельный вес желтокрылок 1. 041—1. 050, в среднем 1. 046. Длина самцов до 144 мм, обычно 120—122 мм, длина самок до 120 мм, обычно 100—105 мм.

Р а с п р о с т р а н е н и е. Cottocomephorus grewingki обитает лишь в южной и средней частях Байкала;

в северной впадине типичная форма заменена подвидом Cottocomephorus grewingki alexandrae. На западном берегу Байкала типичная желтокрылка исчезает севернее губы Заворот ной, по восточному она распространена до Баргузинского залива;

из Чи выркуйского залива и еще более северных участков этого побережья ни одного экземпляра типичной желтокрылки нам не известно. Из Байкала желтокрылка заходит в р. Н. Ангару и в низовья некоторых притоков южной и средней частей озера. В верхнем течении Ангары она вылавли вается довольно часто. Известны случаи поимки ее в низовьях р. Иркута;

по непроверенным данным, изредка встречается также и в низовьях р. Ангары. Из байкальских притоков в отдельных случаях обнаружена лишь в реках Селенге, Турке, Бугульдейке и Голоустной, причем высоко по этим рекам она не поднимается. Так, в р. Селенге, по сведениям, полу ченным от старого рыбака С. В. Свиньина, однажды несколько экземпля ров этого вида было поймано у дер. Творогово (примерно в 40 км от устья);

в р. Турку отдельные экземпляры поднимаются на 3—4 км от устья, а в реках Бугульдейке и Голоустной молодые особи этого вида изредка вылавливаются в дельтовой части.

Б и о л о г и я. В вертикальном на правлении желтокрылка распределяется от прибрежья до глубин в 300 м, лишь изредка отдельные особи вылавливаются на глуби нах 400—450 м. Однако на мелководье желтокрылка обычна лишь в открытых участках Байкала. В байкальские соры стайки этого вида заходят редко, пре имущественно весной и в начале лета.

Так как желтокрылка в большой мере является пелагической рыбой, ярко выра женной приуроченности к определенным грунтам у нее не наблюдается. Тем не менее несколько более многочислен этот вид на песчаных, песчанисто-каменистых и илистых грунтах;

на участках же с круп нокаменистым дном желтокрылка встре чается несравненно реже. Вертикальное распределение этого вида в основном за висит от времени года. В весенний период как нерестующие косяки, так и нагульные стаи желтокрылки встречаются на мелко водье (от прибрежья до глубин 40—50 м). Рис. 111. Жабра Cottocomephorus grewingki (Dyb. ).

Летом, при прогревании прибрежных слоев воды свыше 10°, желтокрылка на мелко водье обычно отсутствует;

в это время она отходит на глубины 100—300 м и держится там распыленно, совершая лишь правильные суточные миграции: в дневное время находится у дна, в ночные часы поднимается в толщу воды. Осенью, при понижении температуры при брежной воды до 8°, небольшие нагульные стайки желтокрылки вновь появляются у берегов, придерживаясь, однако, глубин не менее 5—8 м.

В начале зимы основные стаи этого вида придерживаются 70—200 м глубины.

На нерестовых площадях первые стайки желтокрылки появляются уже в конце января или в первых числах февраля. Постепенно их коли чество нарастает, и если в том или ином районе в данный год происходит интенсивный нерест ранее созревающих стай, то уже в половине марта наблюдается массовый ход, который продолжается до конца месяца.

Затем количество рыбы на нерестилищах резко сокращается, и новый, максимальный подход происходит примерно в середине мая;

к первым числам июня он обычно заканчивается, и в течение всего июня, даже июля, наблюдаются лишь небольшие подходы наиболее молодых генера ций этого вида.

Подобная картина нерестовых подходов желтокрылки характерна для южной оконечности Байкала (Мурино—Култук) и Малого моря, как это показал ход промысла здесь с 1943 по 1950 гг. (рис. 112, 113).

В южной оконечности Байкала мартовский массовый подход происходит чаще и более резко выражен, нежели у маломорского стада этого вида.

Прежде мы предполагали, что нерестящиеся в марте желтокрылки пред ставляют собой особую, раннесозревающую расу этого вида (Талиев, 1944а), однако, как показали наши позднейшие исследования, это особи Рис. 112. Динамика уловов желтокрылки по годам южной части Байкала (Мурино—Култук).

более старших возрастных категорий, в основном четырехлетки и от" части трехлетки. Что же касается основного, майского, подхода, то он* Как в южной оконечности Байкала, так и в Малом море, происходит почти одновременно и представлен преимущественно особями в воз расте 3+ и 2+ лет.

Наличие на нерестилищах в ранние сроки более старших возра стных категорий желтокрылки достаточно наглядно доказывается хотя бы средними размерами этих рыб в промысловых уловах, производившихся в различные календарные сроки. Так, например, в 1944 г. в районе г.

Слюдянки в течение апреля—мая наблюдались следующие колебания средних размеров самцов и самок, в зависимости от сроков их облова (табл. 10).

До известной степени эту зависимость можно проследить и у мало морских желтокрылок, пойманных сетями в течение апреля 1942 г. в районе мыса Ото-Хушун (табл. 11).

Соотношение полов на нерестилищах у желтокрылки также под вержено значительным колебаниям в зависимости от времени улова.

Обычно вначале подходят самцы, затем постепенно увеличивается количество самок, в момент массового хода число последних значи тельно преобладает над количеством самцов. К концу нереста в Таблица 10 Таблица Средние размеры Cottocome Средние размеры самцов в районе phorus grewingki и самок Cottocomephorus gre мыса Ото-Хушун wingкi в р а й о н е С л ю д я н к и уловах снова преобладают самцы. Эта зависимость хорошо может быть показана, например, по уловам желтокрылки в районе г. Слюдянки в апреле—мае 1944 г. (табл. 12).

Подобные же соотношения полов характерны и для раннесозреваю щих косяков. Так, в 1949 г. в районе Слюдянки был довольно хороший мартовский подход желтокрылки и соотношения полов в различные календарные сроки в нем выразились следующим образом (табл. 13).

Таблица Таблица Уловы Уловы Cottocomephorus Cottocomephorus в районе Слю grewingki в районе Слюдянки grewingki в 1944 г. дянки в 1949 г.

Следовательно процентное соотношение полов как у раннесозреваю щих, так и у позднесозревающих косяков желтокрылки подвержено одним и тем же закономерностям.

Появляющиеся на нерестилищах первые разрозненные стайки самцов желтокрылки вначале держатся над глубинами в 30—40 м. Они совер шают правильные суточные вертикальные миграции, а именно: в вечер ние часы, ночью и утром держатся непосредственно под поверхностью льда, в дневные же часы опускаются на дно. Постепенно стайки продви Рис. 113. Динамика уловов желтокрылки по годам в Малом море.


гаются в сторону берега и концентрируются на глубинах 1 5—4 м В этот период желтокрылка движется вдоль берега зачастую непрерывной лен той, нередко растянувшейся на несколько километров. Такой массовый ход, как правило, происходит лишь в утренние и вечерние часы При этом рыба предпочитает итти под чистым и прозрачным льдом, участки с торосистым льдом или покрытые снегом она обычно обходит В Малое море косяки желтокрылки заходят как с севера, так и с юга, через Оль хонские ворота, двигаясь преимущественно по материковому берегу лишь в средней и южной частях Малого моря они переходят и на остров ные участки берега и на отдельные острова. В южной оконечности Байкала (Мурино—Култук) ход рыбы наблюдается как с севера на юг, так и с юга на север. Особой закономерности нам здесь подметить не удалось;

следует только отметить, что при наличии в районе нерестилищ течений, возни кающих от нагонно-сгонных явлений, как правило, косяки желтокрылки движутся лишь против течения. При пасмурной погоде и сильных ветрах ход желтокрылки почти всегда прекращается, и рыба ложится на дно.

В начальный период подхода рыбы на нерестилища как самки, так в особенности и самцы усиленно питаются, позднее же, с началом нереста, их желудки обычно совершенно пусты. Нерестовыми площадями для желтокрылки, как правило, являются побережья Байкала с песчанисто каменистым грунтом и наиболее часто район с постепенно понижающимся уклоном дна. Из наиболее крупных нерестилищ этого вида отметим юж ную оконечность Байкала от пос. Мурино на востоке и до Широкой пади (западнее пос. Култук) на западе, Малое море, а именно все его западное побережье от Ольхонских ворот до мыса Арул, и островное побережье от бухты Загли до района Соса-Дарлагата. Кроме того, значительные нерестилища этого вида имеются по западному берегу Байкала в районе бухты Берхин, сел. Бугульдейка, пос. Харгино и, в меньшей мере, в районе Голоустного, Б. Котов и Лиственичного, а по восточному — между пос. Поворот и Посольским сором, в районе дер. Сухой, между р. Туркой и пос. Горячинск и в Баргузинском заливе у мыса Макаров ского. Нам не известно, размножается ли желтокрылка в р. Н. Ангаре и притоках Байкала, однако в двух тихих заводях в истоке Н. Ангары мы неоднократно находили кладки этого вида.

Так как из года в год желтокрылка идет на одни и те же места не реста, и, кроме того, существуют вполне конкретные морфологические отличия у разных стад, например у маломорского и южнобайкальского, можно думать, что отдельные локальные стада этого вида приурочены к определенным нерестилищам. Окончательно этот вопрос может быть решен лишь после проведения массового меченья.

Нерест желтокрылки происходит на утренней заре на глубинах 0. 5— 3 м, причем обычно около одной икромечущей самки находятся 3—4 самца, относящихся враждебно друг к другу и нередко бросающихся в сторону противников. После вымета икры, продолжающегося около 40 минут, самки сейчас же отходят от икры и забиваются под ближайшие камни;

позднее через 2—3 часа, мы их там уже не находили. С момента вымета самкой икры и до выхода из нее личинок кладку охраняет один и тот же самец. Остальные два или три самца после окончания самкой икромета ния очень быстро отплывают в сторону и присоединяются к другой, еще не выметавшей икры самке. Плодовитость желтокрылки от 1000 до 2400, в среднем 1700 икринок. Таким образом размеры кладок этого вида до вольно различны.

Охраняющие кладки самцы, как правило, никуда от них не отхо дят, а, будучи насильно отогнанными, очень быстро возвращаются обратно. Если перед таким самцом водить в воде тонким прутиком, то нередко он на него бросается. Примерно через каждые 40—50 минут охраняющий икру самец обмахивает ее плавными асинхронными движе ниями своих грудных плавников. При этом если кладка прикреплена к нижней поверхности камней, то самец располагается непосредственно под кладкой;

если же она находится сверху, то самец, обмахивая кладку, одновременно оплывает ее кругом. Если охраняющий кладку самец по гибает, то в большинстве случаев гибнет и кладка;

частично она уничто жается гаммаридами и планариями, в большей же мере такая беспризор ная кладка покрывается илом и, хотя не имеет заметных механических повреждений, тем не менее погибает. Так как кладки, охраняемые сам цами, как правило, не бывают покрыты илом, следует думать, что перио дическое обмахивание икры плавниками самцов имеет для ее нормаль ного развития очень большое значение. Очевидно, кроме аэрации, здесь еще важнее смывание с икры оседающих на нее из воды механических частиц.

За время охраны икры самцы желтокрылки очень сильно худеют, становятся совершенно черными, а их грудные и отчасти спинные плав ники приобретают еще более яркий желтый цвет. К моменту выхода из икры личинок самцы становятся совершенно вялыми и мало реагируют на внешние воздействия. Однако, повидимому, не все охраняющие икру самцы погибают. В 1936 г. в районе пос. Лиственичное (падь Абукеиха) средняя плотность охраняющих икру самцов на нерестовых площадях составляла 5 самцов на 1 м 2. После же массового выхода из икры личи нок количество мертвых самцов здесь составляло лишь 3 самца на 1 м 2, причем все они были не моложе 3+ лет. Из этого мы заключаем, что более молодые возрастные категории самцов переживают первый нерест и размножаются вторично.

Кроме того, как нами неоднократно подмечалось, в годы с меньшим количеством ветров и, следовательно, с более ранним прогреванием воды на нерестовых площадях, гибель самцов желтокрылки после размноже ния имеет более массовый характер. Исходя из этого, вполне вероятно допустить, что имеющие место в отдельные годы колебания в численности раннесозревающих косяков желтокрылки (рис. 112, 113) зависят именно от количества погибших самцов в нерестовый сезон предыдущего года.

Вообще слабо выраженный первый ход у маломорского стада желтокрылки может быть обусловлен этой же причиной, а именно тем, что в Малом море, как правило, наблюдается более раннее прогревание воды, нежели в южной оконечности Байкала. Отсюда вполне возможно предположить, что в Малом море вообще процент выживающих после первого нереста самцов очень невелик. Однако специальных наблюдений над гибелью — самцов в этом Что же касается самок, то они, повидимому, сразу после икрометания отходят на большие глубины, так как отнерестившиеся самки в общих уловах желтокрылки встречаются очень редко, и мы никогда не находили их мертвыми в прибрежье.

Развитие желтокрылки у поздненерестящихся особей продолжается 35—40 дней. Вылупившиеся из икры личинки сейчас же переходят к пела гическому образу жизни;

вначале они держатся небольшими стайками в районе прибрежной полосы, но примерно через месяц собираются в огромные косяки (протяженностью иногда в несколько километров) и совершают кочевки вдоль берегов. Обычно в дневные часы личинки придерживаются прибрежья, а ночью выходят в открытые районы Байкала. Вертикальные миграции у молоди желтокрылки почти отсут ствуют;

лишь при значительном волнении, независимо от времени суток, они опускаются на глубины до 10—15 м.

Об отсутствии у молоди желтокрылки правильных суточных верти кальных миграций писал еще Захваткин (1932). Это подтвердилось и на шими многолетними наблюдениями. В осенний период (сентябрь—октябрь) стаи сеголеток нередко объединяются с годовичками своего вида, причем последние в таких случаях почти всегда плывут впереди. Дважды нам даже пришлось наблюдать в районе пос. Лиственичное в дневные часы, что в стаи сеголеток желтокрылки были вкраплены мальки Phoxinus phoxinus (L. ), причем последние ни в какой мере не нарушали строя стаи и вели себя совершенно так же как и молодь описываемого вида.

В ноябре сеголетки желтокрылки опускаются на глубины свыше 30 м и начинают вести в основном уже придонный образ жизни.

Рост желтокрылок из южной оконечности Байкала (район Слюдянки) и Малого моря иллюстрируется следующими данными.

Прежде всего следует отметить значительно замедленный темп роста самок по сравнению с самцами. Эта особенность, весьма характерная для представителей рода Cottocomephorus в целом, ни у одного из других видов байкальских Cottidae не имеет столь яркого выражения. Далее видно, что как самцы, так и самки южнобайкальской желтокрылки суще ственно отстают в росте от маломорских особей этого вида. Принимая во внимание отмечавшиеся уже ранее морфологические различия желто крылок из этих двух районов, необходимо допустить, что здесь мы имеем дело с двумя различными формами, повидимому, представляющими собой в таксономическом отношении обособленные племена (natio) или элемен тарные виды (infraspecies). В настоящий момент мы этот вопрос оставляем открытым, поскольку для его обоснованного разрешения необходимы спе циальные исследования, в первую очередь выяснение хотя бы точного ареала каждой из этих форм. Не исключена возможность, что при этом будут выявлены еще и другие обособленные формы данного вида.

Пища взрослой желтокрылки в летне-осенний период (Базикалова и др., 1937) на 75. 1% состоит из типично планктических форм, и лишь 24. 9% приходится на придонных и донных животных. Так, у желтокры лок из южного Байкала (район пос. Лиственичное) 60. 0% пищи падает на Epishura baicalensis, 33. 3% — на молодь своего рода и лишь 6. 7% — на бентических амфипод. В районе Селенгинского мелководья 57. 9% всей пищи желтокрылки составляют Macrohectopus branickii (Dyb. ), 26. 3% — Epishura baicalensis, 10. 5% — Cottocomephorus juv. и лишь 5. 3% — бен тические Amphipoda. У желтокрылки из Малого моря 51. 7% пищи со ставляют Epishura baicalensis, 31. 1% —бокоплавы из рода Poekilogam marus, ведущие придонно-пелагический образ жизни, и лишь 17. 2% падает преимущественно на бентические формы Amphipoda;

при этом значитель ная доля из этого количества приходится на очень мелких особей Acan thogammarus. Наконец у желтокрылки из Баргузинского залива 66. 6% пищи составляют Epishura baicalensis, 16. 6% — Macrohectopus branickii, 11. 1% —мальки своего рода и лишь 5. 7% —бентические Amphipoda.

Таким образом мы видим, что хотя в основном пища желтокрылки состоит из планктических форм, тем не менее в смысле размеров и видо вого состава улавливаемой добычи описываемый вид довольно универса лен. Это находится в полном соответствии с устройством его органов схватывания и проглатывания добычи. С одной стороны, у желтокрылки наблюдаются сравнительно небольшая раздвинутость жаберных дуг, появление на них значительного числа длинных и невооруженных тычи нок, а также поворот верхнеглоточных костей лишь на наружное ребро и сдвиг в сторону глотки, т. е. признаки, обычно свойственные мелким зоофагам. С другой же стороны, для этого вида характерны довольно крупные острые и загнутые назад зубы, расположенные в два правильных ряда, и хорошо выдвигающаяся вперед верхняя челюсть — особенности, свойственные из Cottidae уже более хищным формам.

Подобная универсальность этих органов желтокрылки проявляется и в ее некоторых измерительных признаках. Так, в процентах к длине головы высота ротовой щели равна 53. 0—59. 0, ее ширина 31. 0—39. 0,.

длина верхнеглоточных площадок с зубами 10. 3—14. 3, их ширина 7. 4— 8. 3, нормальный промежуток между верхнеглоточными 4. 3—5. 7, макси мальный промежуток между ними 20. 0—28. 6, общий продольный сдвиг верхнеглоточных площадок 18. 7—28. 5, длина нижнеглоточных площадок с зубами 9. 0—11. 8, горизонтальная ширина глотки 32. 0—35. 0. Длина кишечника в процентах к общей длине тела составляет 70. 0—72. 0, а длина пилорических придатков — 14. 0—17. 0.

Итак, по длине и ширине глоточных площадок с зубами, максималь ному и нормальному промежуткам между верхнеглоточными костями, длине кишечника и пилорических придатков желтокрылка должна была бы быть причисленной к мелким зоофагам, однако по значительному продольному сдвигу верхнеглоточных и довольно большим размерам ро товой щели и размерам глотки она скорее должна быть признана потреби телем довольно крупной пищи.

Приспособляемость желтокрылки к обитанию и ловле добычи в толще воды достаточно совершенна. Она, как мы уже указывали, имеет довольно высокий удельный вес, поэтому в своем эволюционном развитии она не пошла по пути пассивного освоения пелагиали и парения в толще воды, но завоевала эту экологическую нишу активно, преимущественно за счет локомоторной функции своих плавников. В соответствии с этим мы находим у желтокрылки в строении некоторых ее органов достаточно характерные черты, отображающие активный образ жизни этого вида.

Прежде всего нужно подчеркнуть, что такие характерные для этого вида признаки, как каудализация передних позвонков хвостового стебля, развитие в хвостовом плавнике большого количества добавочных невет вистых лучей, выемчатая и строго симметричная форма этого плавника, резкое увеличение длины парапофизов на туловищных позвонках и, наконец, развитие в скелете плечевого пояса большего числа межради альных отверстий, являются, несомненно, очень важными адаптивными признаками, непосредственно связанными с пелагическим образом жизни этого вида. Добавим сюда и такие признаки, как появление на брюхе серебристого отлива, веретенообразную форму тела, сокращение ширины головы и увеличение ее высоты.

Чтобы понять существенное значение этих преобразований у желто крылки по сравнению с другими видами байкальских Cottidae, достаточна сказать, что даже при посадке на грунт этот вид не ведет себя как осталь ные обитающие на дне Cottidae, а именно — не лежит грузно и не опи рается на внутреннюю поверхность нижних лучей грудного плавника, но соприкасается с субстратом лишь ребром преаксиального края груд ного плавника, благодаря чему очень легко и быстро может всплывать.

Учитывая все своеобразные особенности желтокрылки, нужно признать, что этот вид среди остальных байкальских Cottoidei является наиболее прогрессивной и широко эволюционировавшей формой;

очевидно благо даря этому в количественном отношении С. grewingki является несрав ненно более многочисленным, нежели все другие виды и разновидности байкальских Cottoidei.

Х о з я й с т в е н н о е з н а ч е н и е желтокрылки исключительно велико. Начиная с 1942 г. ее начали усиленно облавливать, и в 1948 г.

вылов этого вида (при небольшом прилове некоторых других Cottidae) составил 40% всей годовой рыбодобычи Иркутского Государственного рыбопромышленного треста.

Кроме того, желтокрылка является основным объектом питания наиболее ценных в промысловом отношении байкальских рыб. Во вторую половину лета и осенью личинки и мальки желтокрылки зачастую состав ляют свыше 50% всей пищи байкальского омуля (Кожов, 1934а);

они называются байкальскими рыбаками поедью, и, по их справедливому мнению, определяют привалы омуля к берегу в тех или иных районах озера. Вместе с тем омуль довольно широко питается и взрослыми желто крылками. Так, например, в желудках у 85 омулей, выловленных в фев рале 1944 г. в южном Байкале против истока Ангары (на глубине 70— 50 м), пища в весовом отношении на 93% состояла из годовичков и двух леток Cottocomephorus grewingki. Согласно сообщению А. П. Сидорычева, у омулей, пойманных в августе 1950 г. в районе сел. Поворот, желудки были заполнены почти исключительно взрослыми особями желтокрылки.

Очень существенно значение желтокрылки и в питании байкальского хариуса. По данным Световидова (1931), молодь описываемого вида зани мает в питании белого хариуса 60. 7%.

Велика роль молоди и взрослых желтокрылок в пищевом рационе байкальских сигов, что подтвердилось нашими наблюдениями в и 1944 гг. Наконец заметим, что взрослые желтокрылки являются весьма существенным объектом питания байкальской нерпы (Иванов, 193б, 1938).

Итак, с хозяйственной точки зрения желтокрылка действительно является весьма важным представителем байкальской ихтиофауны, во-первых, как непосредственный объект промысловой эксплоатации и, во-вторых, как кормовая база для более ценных в промысловом отно шении пород байкальских рыб. Имея в виду существенную роль желто крылки в питании других промысловых рыб Байкала, вылов ее следует организовать в такой форме, которая не подорвала бы ее основных за пасов.

la. Cottocomephorus grewingki alexandrae Taliev — Северобайкальская желтокрылка (рис. 114 и 115) Талиев, Тр. Байкальск. лимнол.

Cottocomephorus grewingki var. alexandrae ст., VI, 1935, стр. 64, табл. I, фиг. 4 (juv., описание). — Б а з и к а л о в а и д р., там ж е, V I I, 1937, стр. 109—212 (биология). — В е р е щ а г и н, там ж е, стр. (биология). — Т а л и е в, Вестн. рентгенол., X X, 1938, стр. 231, 232 (скелет туло вища). — Т а л и е в, Т р. Б а й к а л ь с к. лимнол. ст., X I I, 1948, стр. 107—158 (верти к а л ь н о е распределение).

У маломорских рыбаков — ангарский бычок или ранний бычок.

V I, 4, D (VII) VIII—X, 17—19 (20), A 20—22, P 18—21, С (12—14)I—10—I(11—13), ]. 1. 10—20, sp. br. (16)18—20, vert. 39—40.

Череп как у типичной формы, но более нежный;

заглазничные косточки или заменяющие их мягкие трубочки отсутствуют. В плечевом поясе нижнее (четвертое) межрадиальное отверстие более развито, нежели у типичного Cottocomephorus grewingki. Туловищных позвонков не менее 14, причем парапофизы нередко появляются на III позвонке, тогда как у типичной формы туловищных позвонков зачастую бывает 13 и парапофизы, как правило, появляются не ближе, чем с IV позвонка. По пластическим при знакам самцы и самки северобайкальской желтокрылки несколько отли чаются друг от друга, поэтому их индексы, полученные в результате промеров 15 самцов и 13 самок, выловленных в северном Байкале (против г. Козлова, 17 ноября 1943 г. ), мы приведем по отдельности (табл. 14).

Сопоставив индексы С. grewingki alexandrae с индексами типичной формы, можно видеть, что описываемый подвид отличается от нее умень шенными показателями высоты тела, основания спинных плавников, длины грудного плавника, длины головы, высоты и ширины головы, ширины лба и верхнечелюстной кости. Наоборот, длина хвостового плав ника, промежуток между спинными плавниками, диаметр глаза, длина рыла и верхнечелюстной кости у этого подвида по сравнению с типичной формой большие. Из сопоставления индексов обеих форм видно, что самцы северобай кальских желтокрылок по пластическим признакам несравненно ближе к самкам типичной формы, нежели к самцам, и что половые различия у описываемого подвида выражены слабее, нежели у типичного С gre wingki.

Тело северобайкальской желтокрылки прогонистое, тонкое;

эпите лиальные бугорки на затылке отсутствуют;

лишь под грудными плавни ками, обычно у самок, имеются очень мелкие шипики. Шипы на пред крышке сильно редуцированы, совершенно скрыты кожей, и верхний из них прощупывается с большим трудом. Боковая линия доходит до вер тикали задней половины ID. Спина и верхняя часть головы коричневато бурые, без всяких следов пятен;

брюшко и бока перламутрово-серебри стые. Плавники зеленовато-бурые, обычно с тонкими межлучевыми перепонками;

у самок и молодых особей на грудных плавниках слабые размытые поперечные полосы (не более 6) буровато-фиолетового оттенка.

В период размножения верхняя часть тела у самцов несколько чернеет, окраска боков тела начинает отливать розовато-фиолетовым, межлучевые перепонки в плавниках несколько грубеют и на внутренней стороне лучей грудного плавника появляются эпителиальные бугорки. Однако плав ники не желтеют, но приобретают коричневатый оттенок. У самок в пе риод размножения бока тела также отливают розовато-фиолетовым.

Длина самцов до 170 мм, самок до 160 мм;

обычно вылавливаются особи длиной 120—130 мм.



Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 23 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.