авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 ||

«1 Саадат Юсифова Доктор философии по юридическим наукам «Односторонняя декларация независимости Косово, или что ждет международное право» Баку: Чашыоглу, 2010. - 364 ...»

-- [ Страница 11 ] --

3. Наконец, некоторые теоретики предлагают разделение Косово вдоль этнических линий. Для этого можно было бы использовать этнические критерии.T1149 Фактически некоторые из французских членов KFOR, T действующих в Косово, уже предложили разделение Косово вдоль реки Ибар, так, чтобы его север, населенный в основном сербами, остался у Сербии, и большая часть юга отошла бы к Косово.T1150 Это решение T учитывает тот факт, что сербское меньшинство, живущее в Косово, может иметь право на самоопределение в той же степени, что и косовские албанцы, которые имели право на самоопределение в пределах Сербии.T1151 Кроме того, это решение соответствует этническому T принципу, который предоставляет этническим группам право на IAIN KING &WHIT MASON, PEACE AT ANYPRICE:, at 2-3 (describing "serious TP PT hostilities" between the two groups and nothing "the rift between Serbs and Albanians in Kosovo was deeper than that between any of the other nationalities in Yugoslavia" in the late 1990s).

Anes Alic & Igor Jovanovic, Kosovo….

TP PT Zejnullah Gruda, Some Key Principles for a Lasting Solution of the Status of Kosova, at TP PT 358.

IAIN KING &WHIT MASON, PEACE AT ANYPRICE:, at TP PT Milena Sterio THE KOSOVAR DECLARATION OF INDEPENDENCE, Part V.B.

TP PT ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО независимую государственность.T1152 Это решение также учитывает тот T факт, что север Косово уже функционирует в качестве de facto отделившегося государства: он охраняется международными силами и имеет теневые структуры, независимые от центрального правительства Косово.T1153 Хотя это решение не решает проблему сербских анклавов и T деревень на юге Косово, которые остались бы в составе Косово и не были бы возвращены Сербии, но решает проблему северного Косово. Это решение также предоставляет выбор сербам, живущим на юге Косово, для того чтобы переехать на относительно короткое расстояние - в северное Косово, чем в далекую северную Сербию или в другое отдаленное место.

Разделение Косово вдоль этнических линий, простое признание того, что межэтнические отношения в этом регионе слишком взрывоопасны. Таким образом, вместо того чтобы заставить этнические группы смешаться и рискнуть гражданским неповиновением и насилиемT1154, эта опция T предусматривает новые границы, которая могла бы предложить каждой этнической группе представительное государство.T1155 Разделение Косово T вдоль этнических линий отбрасывает идеалистические понятия многоэтнического общества и принимает более «прагматичное» видение Косово уже как разделенного общества. Но, думаем, при существовании около трех тысяч этнических групп создание государств вдоль этнических линий абсурдно и может привести к перекраиванию всего земного шара, хаосу, войнам и неопределенности.

Одним из самых серьезных последствий поддержания независимости Косово со стороны Запада является прекращение дальнейшего обсуждения вышеупомянутых «новых структур» для организации нации и государства. Кроме того, оно подрывает идею автономии (или федерализма) в качестве инструмента решения конфликтов.T1156 Как T комментирует Б.Коппитерс, с каждым разом будет все труднее убедить Zejnullah Gruda, Some Key Principles for a Lasting Solution of the Status of Kosova, at TP PT 366, 389-90.

Anes Alic & Igor Jovanovic, Kosovo…..

TP PT IAIN KING &WHIT MASON, PEACE AT ANYPRICE…,:at 263. Scholars have already TP PT noted that "Kosovo's demographics point towards... mono-ethnicity," and that once the present generation in Kosovo dies, "the ghost of multi-ethnicity will go with them."

Zejnullah Gruda, Some Key Principles for a Lasting Solution of the Status of Kosova, at TP PT 357-58.

V.Cheterian, ‘Impact of Kosovo Recognition on the Caucasus Conflicts',..... at 6.

TP PT сецессионистские движения, такие как в Южной Осетии и Абхазии, почему федеральные модели являются более подходящими для них, в то время как в других случаях, таких, как в Косово, это считается не подходящим.T1157 T Вышеупомянутые решения для Косово представляют альтернативы независимости. Такие альтернативы могут обойти многие проблемы, вызванные внезапной независимостью Косово, предлагая всего лишь длительное решение для этого непостоянного, изменчивого региона.

*** Таким образом, поиск новых альтернатив или концепций о самоопределении и признании приводит к постепенному изменению ландшафта международных отношений и формированию совершенно новых правил игры между признанными и непризнанными субъектами международного права, что дает основание говорить о международном праве как о живом организме, еще не достигшем совершеннолетнего возраста. Так, постоянные пертурбации международных отношений, попытка адаптации существующих правил к новым реалиям, вплоть до их изменения, предполагают трансформацию международного права в более гибкую и прагматичную, но, тем не менее, стабильную систему правовых норм.

4. Необходимость формирования новой международной системы События последнего десятилетия, как грузинский, так и косовский кризисы, локальные межэтнические конфликты, действия американских войск в Ираке и Афганистане, российских войск в Чечне, а также реакция мировой общественности на эти события выдвигают на первый план вопрос о тенденциях изменения мирового порядка в ближайшем и в более отдаленном будущем.

Bruno Coppieters, ‘The Recognition of Kosovo: Exceptional but not Unique’ in What is TP PT ‘just’ Secession? (Is Kosovo Unique?), European Security Forum Working Paper No. (February 2008) at 5.

ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО Возможно ли одностороннее вмешательство во внутренние дела государств извне, со стороны великих держав? Насколько это правомерно? Непрекращающиеся споры вокруг приоритета принципа территориальной целостности или принципа самоопределения народов, кризис универсальной и региональной системы безопасности, монополия на разрешение региональных конфликтов, которая приводит к их замораживанию и превращению в инструмент давления на маленькие государства со стороны великих держав. Где пределы и границы такого вмешательства? Наконец, кто вправе определять правомочность такого вмешательства? Эти и многие другие подобные вопросы требуют обсуждения и поиска ответов.

Формирование новой международной системы никогда не происходит одномоментно. На создание опор нового миропорядка, отлаживание механизма балансов и контрбалансов, достижение в итоге устойчивого равновесия требуется время. Процессы, происходившие в последнее десятилетие ХХ века, оказались более глубокими, чем те, которые следовали за обеими мировыми войнами, и становление новой системы международных отношений затянулось.

4.1. Предпосылки для реформирования Вестфальская система международных отношений, сформированная после 1648 года, обусловила создание национальных государств и закрепила в мировом порядке определенные правила,T1158 которые, с T известными поправками и модификациями, работают до сих пор.

Вестфальская система закрепила государственный суверенитет в качестве системообразующего принципа миропорядка, впервые в международном праве утвердила принцип невмешательства во внутренние дела других суверенных государств. Как пишет С.В.Кортунов,T1159 она претерпела T шесть модификаций, каждая из которых была результатом крупных военных потрясений: Вестфальский мирный договор 1648 года;

наполеоновские войны и заключение Венского мира 1815 года;

Крымская война 1854-1856 гг., закончившаяся поражением России и Парижским конгрессом 1856 года;

франко-прусская война 1870-1871 гг., приведшая к С.В. Кортунов, Крушение Вестфальской системы и новый мировой порядок.

TP PT «Мировая политика» 2007 г. Журнал «Золотой Лев» № 125-126 - издание русской консервативной мысли (Twww.zlev.ruU) U T Там же TP PT установлению Франкфуртского мира;

Первая мировая война 1914- годов, в результате которой сложился хрупкий Версальский мир, в котором впервые в истории была предпринята серьезная попытка создать универсальную международную организацию — хотя бы в масштабе Европейского континента, — несущую ответственность за мир и безопасность в Европе, была запрещена агрессивная война и т.д.;

Вторая мировая война 1939-1945, закончившаяся тотальным поражением Германии, Японии и их союзников, приведшая к заключению ялтинско потсдамского мира.

Главной отличительной чертой ялтинско-потсдамского мирового порядка от Версальского было формирование — взамен рухнувшего многополярного — биполярного мироустройства с идеологическим оттенком. Другими значительными фактами были создание международных организаций, универсальной и региональной систем безопасности, определение принципов современного международного права. Эта конфронтация вошла в историю ХХ века как «холодная война». Конфронтационный тип взаимодействия заставлял все остальные страны мира делать жесткий выбор между двумя мировыми полюсами, что предопределило еще одну особенность ялтинско-потсдамской системы — мир ограниченного суверенитета. Хотя ялтинско потсдамский мировой порядок не имел прочной договорно-правовой базы, уровень стабильности и управляемости международной системы был весьма высоким. Стабильность обеспечивалась режимом взаимного ядерного сдерживания, а управляемость достигалась тем, что для решения сложных международных вопросов было достаточно согласования позиций лишь двух главных акторов — СССР и США.

Биполярный мир рухнул в 1991 году, сразу же после распада СССР.

Одновременно началась эрозия ялтинско-потсдамского мирового порядка. Именно с этого времени становится особенно заметен упадок Вестфальской системы, размываемой процессами глобализации. Сегодня фактически Вестфальский порядок находится в состоянии системного кризиса.

Дело в том, что биполярный мир по своей природе коренным образом противоречил классической Вестфальской системе, утвердившей многополярный миропорядок. В еще большем противоречии с ней оказался мир однополярный, сложившийся после распада СССР, поскольку единственной супердержавой оставались только США.

ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО Конечно, этот мир представлял собою не Pax Americana и даже, вероятно, не мировую гегемонию США. Скорее, это была попытка осуществить мировое лидерство при помощи «мягкой силы».

В результате в мировой политике с 1991 года начала складываться своеобразная иерархия, руководящим звеном которой de facto стали США. Из всей «Большой восьмерки», несмотря на ослабление своих позиций на мировой арене, лишь Россия оспаривала главенствующую роль США. К мировой иерархии при лидерстве США не были подключены Китай и Индия, хотя они оказывали и оказывают влияние на мировой порядок благодаря наличию у них динамично растущего экономического потенциала.

Рост экономических потенциалов КНР, Индии, России, ЮАР, ЕС, Бразилии, Мексики и других стран в конце ХХ — начале ХХI веков не создавал предпосылок для формирования многополярного мира, поскольку экономическим, политическим и военным лидером оставались США.

Сложившуюся в 1991-2001 гг. систему мироустройства можно было бы назвать полицентрической однополярностью. Суть этого миропорядка состояла в реализации исторического проекта на базе экономической, военно-политической и этико-правовой общности стран Запада и распространения этих стандартов на весь мир. Но это вызвало достаточно серьезное сопротивление во всем мире, в том числе и активизацию «асимметричного ответа» в форме транснационального терроризма.

Кроме того, новый миропорядок был основан на процессах глобализации.

Это была попытка создать глобальный мир по единым стандартам. Но процессы глобализации начали размывать метафизическую основу национального суверенитета — национальную идентичность всех без исключения стран мира. Миграционные потоки в свою очередь стали стремительно разрушать идентичность сложившихся национальных государств Европы и Америки.

Невмешательство во внутренние дела других стран отброшено в пользу концепта всеобщей гуманитарной интервенции или всеобщей юрисдикции. Такие из основных принципов современного международного права, как принципы самоопределения народов и наций, защиты прав человека, на практике нередко вступают в противоречие с двумя другими основными принципами — принципом суверенного равенства государств и принципом территориальной целостности государств.

Конец однополярного мира связан с некоторыми серьезными пертурбациями в международных отношениях в конце ХХ - начале ХХI С.В.КортуновT1160, века. Как утверждает однополярный мир T просуществовал всего 10 лет — с 1991 по 2001 год. Началом его крушения стали террористические акты в США 11 сентября 2001 года.

Как нам кажется, конец однополярного мира нужно исчислять не с сентября 2001 года, так как после этого было еще вторжение в Ирак в 2003 году без санкции СБ ООН, а с 8 августа 2008 года после одностороннего непропорционального применения силы со стороны России против Грузии в ответ на попытку Грузии восстановить свою территориальную целостность военным путем. А начало конца однополярного мира уходит истоками к косовскому кризису. Это можно считать очередным водоразделом в мировой политике.

Внутренний этнополитический конфликт в сравнительно небольшой европейской стране спровоцировал опасный кризис на мировой арене. В результате увеличения числа участников претерпели изменения и содержание конфликта внутри Косово, и мотивы непосредственно вовлеченных в него сторон.

В связи с этим С.Маркедонов заявляет о конце ялтинско-потсдамской модели международного права. Согласно ему,T1161 «пятидневная война»

T поставила точку в развитии процесса общемирового масштаба. Она показала невозможность объективного, а главное - эффективного и легитимного международного арбитража. Но это лишь следствие «конца истории» международного права. Точнее, его ялтинско-потсдамской модели.

Любое международное право исторично, оно возникает как закрепление итогов определенного процесса или события глобального масштаба.

С.В. Кортунов, Крушение Вестфальской системы и новый мировой порядок.

TP PT «Мировая политика» 2007 г. Журнал «Золотой Лев» № 125-126 - издание русской консервативной мысли (Twww.zlev.ruU) U T Сергей Маркедонов, «Пятидневная война»: предварительные итоги и следствия, TP PT «Неприкосновенный запас» 2008, №5(61) События и комментарии, http://magazines.

TU russ.ru/nz/2008/5/ma11-pr.htmlU T ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО С.Маркедонов кризис международного права исчисляет не с момента натовских бомбардировок бывшей Югославии, а с момента окончания «холодной войны». Большинство экспертов и политиков, пишет он, говорили о кризисе международного права с момента завершения «холодной войны», объединения Германии, распада СССР и СФРЮ.

Однако события 1989 - 1991 годов были только началом конца. С признанием Косово и российским ответом в виде признания Абхазии и Южной Осетии ялтинско-потсдамская модель международного права окончательно перестала существовать как легитимная и признаваемая всеми совокупность норм. Теперь отдельные центры силы могут вне общих критериев и подходов признавать или не признавать международную правосубъектность кого бы то ни было. В феврале года часть государств, входящих в ООН, среди которых были и три постоянных члена Совета Безопасности, признала независимость бывшей сербской автономии. А в августе 2008 года Россия - еще один постоянный член Совета Безопасности ООН, а также член «ядерного клуба» признала суверенитет двух бывших автономий Грузии. При этом Россия демонстративно отказывается признавать Косово, а США и страны Европейского Союза даже после «горячего августа» не желают отказываться от принципа «территориальной целостности Грузии». В августе 2008 года Россия за полгода до того, как США и ЕС признали независимость Косово, заявила о себе как о новом центре силы в мире, который может по собственному почину признавать независимость тех государств, которые сочтет достойными того. Таким образом, общие правила, стандарты и критерии перестали работать. Политическая целесообразность стала главным мерилом мировой политики. Другими словами, фактически «пятидневная война» подвела черту под процессом разрушения послевоенной модели мироустройства.

*** Иллюзии конца ХХ века не оправдались. Грузинский сценарий определил самый худший вариант развития событий, но подобного сценария следовало ожидать, в истории международных отношений не бывают исключения, они всегда являются прецедентами.

Так, первая война новой эпохи - конфликт в зоне Персидского залива, завершившийся в начале 1991 года разгромом классического агрессора Ирака и освобождением жертвы неспровоцированного нападения Кувейта, казалось стала проверкой в деле нового, справедливого, единого, многостороннего мирового порядка. Представлялось, что единство воли и эффективность действий десятков стран, объединенных принципами Устава ООН, являются достаточной гарантией от международного произвола. Потенциальные агрессоры получили наглядный урок, а потенциальные жертвы агрессии приобрели уверенность в защите со стороны сил, обеспечивающих мировой порядок.

Правда, как вскоре выяснилось, главным вызовом новому миропорядку стала не классическая агрессия. Гораздо более серьезной оказалась проблема конфликтов на этнической или религиозной почве, вышедшая на поверхность сразу во многих регионах мира, как только сошла на нет «холодная война». Впрочем, и здесь многие находили основания для оптимизма. То, как произошел распад Советского Союза, вселяло уверенность в управляемости процессов реорганизации мирового геополитического пространства. Демонтаж огромной ядерной державы с тысячелетней историей осуществился в основном упорядоченно, главным образом благодаря тому, что Российская Федерация - ядро СССР и историческая метрополия этого евразийского колосса - почти спокойно «отпустила» свои бывшие окраины.

Иначе развивались события в Югославии, где была предпринята неудачная попытка сохранить единство федерации, силой обуздав центробежные тенденции. В начале 90-х годов Югославия стала очагом многих конфликтов, заставивших мир содрогнуться и приведших к вмешательству извне. Как ни парадоксально, первоначальный общий оптимизм был очень силен, и многие были уверены в том, что югославский и другие подобные конфликты не только морально сплотят мировое сообщество, но и дадут мощный импульс формированию некоего реального прототипа «мирового правительства». Это станет настоящим «прорывом» к политическому объединению человечества.

В этот период на авансцену мировой политики выдвигалась ООН, до тех пор чаще служившая полем конфронтации, чем форумом сотрудничества.

А Совет Безопасности ООН, прежде безнадежно блокированный из-за несогласия между его постоянными членами, стал проявлять устойчивое единодушие. Право вето не применялось ни одним из государств - членов Совета Безопасности несколько лет подряд.

Понятие миротворчества было расширено и переосмыслено. Помимо пассивного поддержания мира (peacekeeping) возросла потребность в ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО активном принуждении к миру (peace enforcement) тех, кто практикует насилие, появилось понятие «гуманитарная интервенция». В результате впервые стало возможным задействовать главу VII Устава ООН, посвященную коллективным силовым акциям против агрессора, в том числе в этнополитических конфликтах. Появились проекты создания постоянных международных вооруженных сил и полиции, реанимации Военно-штабного комитета ООН, придания генеральному секретарю ООН функций «всемирного главнокомандующего» и т. п.

Однако с самого начала «новый интервенционизм» оказался перед двойной дилеммой:

Во-первых, в большинстве этнополитических конфликтов сталкивались принцип территориальной целостности государств и так называемое право наций на самоопределение, одновременно сформулированное еще в конце Первой мировой войны.

Во-вторых, новая доктрина международного вмешательства во имя защиты прав человека (гуманитарной интервенции) однозначно предусматривала ограничение суверенитета государств.

Что касается первого противоречия, то с точки зрения действующего международного права конфликт принципа территориальной целостности государств и права наций на самоопределение вплоть до отделения является в значительной степени искусственным. Принцип территориальной целостности и нерушимости границ (т.е. отказа от их насильственного изменения) является доминирующим в международном праве. Правом на сецессию обладают, в специально оговоренных случаях, не «нации», а территории, входящие в состав сложных государств. В мире, где проживают - далеко не всегда компактно - около 2 тыс. этносов, буквальная реализация их «права на отделение» не может не привести к всеобщему хаосу.

Второе противоречие носит более серьезный характер. Оно связано с общей демократизацией международных отношений. Сегодня права человека в любой стране являются «предметом озабоченности всего мирового сообщества». Следовательно, нарушение этих прав неизбежно влечет реакцию со стороны международных организаций, объединений государств и отдельных правительств. Проблема состоит в разногласиях между государствами по поводу характера, форм, субъекта, а также объекта такой реакции. Какой международный орган обладает правом на принятие легитимных решений? Кто и в каком порядке призван исполнять эти решения? Какими могут и должны быть формы и пределы применения силы? Как обеспечить «равенство всех стран перед международным правом»? Пока здесь существует гораздо больше вопросов, чем ответов. Можно констатировать, что коллективный и индивидуальный интервенционизм, ставший после окончания «холодной войны» основным способом применения военной силы в мире, сам становится источником международных осложнений. Яркий пример тому - косовский и южноосетинский кризисы.

Косовский кризис высветил другие важные черты нового порядка. Так, перемены в международных отношениях преобладают над преемственностью не столь явно и не повсеместно, как предполагалось ранее. В то время как часть мира проявляет готовность к действительно фундаментальным изменениям (пример - введение единой европейской валюты), другая его часть демонстрирует стойкую приверженность сложившимся стереотипам мышления и поведения. Речь не идет о новом разделении стран на «прогрессивные» и «регрессивные». Процессы глобализации и интеграции, затрагивающие человечество в целом, иногда соседствуют в одних и тех же странах с процессами примитивизации жизни и структурного разложения обществ. Популярность геоэкономики растет параллельно ренессансу традиционной геополитики.

Д.Тренин пишет, что «косовский кризис означает важнейший прецедент в современной практике международных отношений: впервые в истории военный удар по суверенному государству был нанесен в ответ не на внешнюю агрессию, а на внутренний конфликт и на насилие государства в отношении собственного населения. В реакции стран НАТО тесно переплелось многое: и жесткий внешнеполитический реализм, и стремление к реализации идеала демократии в полиэтническом обществе, и давление общества в пользу «принятия мер», и манипулирование общественным сознанием с помощью средств массовой информации.T1162 T Несмотря на резкие различия в реакции на интервенцию НАТО, бесспорно, что на исходе ХХ века то, что делает правительство в пределах границ своей страны, перестает являться сугубо внутренним Дмитрий Тренин, Косово: международные аспекты кризиса, http://www.carnegie.ru/ TP PT TU ru/pubs/books/volume/36353.htmU T ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО делом данного государства. Массовый исход беженцев из района конфликта выступает в качестве важнейшего стимула к активизации международного вмешательства. В результате международное вмешательство постепенно становится нормой, если в ходе внутреннего конфликта оказываются затронутыми права человека. В то же время само это вмешательство носит сугубо избирательный характер, и интервенты практически не имеют возможности избежать обвинений в следовании «двойным стандартам».

Из-за серьезных разногласий между постоянными членами Совета Безопасности ООН международное вмешательство в Югославии и Ираке в 1998-1999 и 2003 гг. осуществилось без санкции Совета Безопасности, по решению руководства США и/или Совета НАТО. Многие говорили, что такая практика может иметь немаловажные последствия в будущем, и не только для Европы, но и для всего мира. Одностороннее объявление независимости Косово, последующие события в Грузии еще больше усугубили кризис межгосударственных отношений.

Как пишет Тимоти Эш, ситуацию в нашем мире определяют несколько гигантских перемен. Эти перемены в значительной степени обусловлены развитием рыночной экономики во всемирном масштабе (иначе глобализацией). Одна из этих перемен - так называемый «подъем остальных», что ярко продемонстрировали события 8 августа 2008 года.

Не принадлежащие к западному миру державы бросают вызов экономическому господству Запада. Они побеждают Запад в той игре, которую он сам изобрел, и тихо и спокойно меняют правила этой игры.

Сегодня изменения в экономической мощи преобразуются в политическую и военную мощь гораздо быстрее, чем мы ожидали.T1163 T Поэтому, утверждает Т.Эш, как никогда велика потребность в либеральном международном порядке. Но, в отличие от 1990-х годов, когда Джордж Буш-старший надеялся заменить «холодную войну»

«новым мировым порядком», перспективы установления такого порядка уже далеко не такие радужные. Власть и влияние рассеялись среди слишком большого количества соперничающих государств.T1164 T Тимоти Гартон Эш, Нам, сторонникам либерального международного порядка, грозит TP PT новый глобальный беспорядок ("The Guardian", Великобритания), 11 сентября 2008, http://www.inosmi.ru/translation/243897.htmlU TU T там же TP PT То есть фактически происходит формирование неовестфальской системы ХХI века, но уже не на двуполярной или однополярной основе, как было в ХХ веке, а на новой многополярной основе, где власть будет распределяться и балансироваться между великими и региональными державами, а малые страны будут группироваться под орбитой этих держав в соответствии с их стратегическими и тактическими национальными интересами. Подобная система требует и аналогичного международного права, то есть определенных правил поведения, так как стабильность любой системы международных отношений обуславливает предопределенные правила поведения акторов.

4.2. Региональная интеграция как панацея Заглядывая вперед, можно сказать, что международная система будет нуждаться в защите территориального принципа. «Западные правительства отныне будут очень осторожны и отдавать себе отчет в том, что территориальный принцип довольно быстро может попасть под удар требований национальных меньшинств.

С.Г. де Понте отмечает, что в случаях Косово и Южной Осетии противостояние Востока и Запада приведет к замене международного урегулирования, которая будет исходить из принципа ответственности защищатьT1165. Другими словами, никто не заинтересован в чрезмерной T дестабилизации.

Касательно геополитических перспектив будущего С.Г. де Понте задается вопросом: «Представляет ли увеличение количества малых государств по всей Европе настоящую угрозу для мира?» Он ставит на один уровень «микрогосударства» с большими нестабильными объединениями: «В действительности эти «микрогосударства» не опаснее, чем большие неустойчивые объединения, разделенные между меньшинствами, которые рискуют столкнуться в любой момент. Региональная интеграция попытается исправить эту неустранимую тенденцию к разделению». А главной угрозой для будущего он считает внутренние конфликты:

«Сегодня наиболее большую опасность для нашего будущего представляет растущий риск гражданской войны внутри государств».

Cyril de Guardia de Pont, Conflit gorgien: une crise mlant contradictions du droit TP PT international et crise tatique, http://www.agoravox.fr/article.php3?id_article=45797U TU T ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО С.Г.де Понте видит решение проблемы в интеграции наподобие Европейскому Союзу и противопоставляет региональную интеграцию жесткому конструктивизму национального государства. Позиция С.Г.де Понте укладывается в логику американской доктрины «раздробления больших государств на малые для более простой управляемости ими».

Как утверждает европеец С.Г. де Понте, «в действительности все будут смотреть на Европу, которая способна реально интегрировать население этих государств и постепенно по-настоящему регулировать их конфликты: очень медленное, но реальное угасание ирландского конфликта, рассеяние каталонского вопроса показывают, что с этой точки зрения региональная интеграция более эффективна, чем жесткий механизм строительства национальных государств».

*** Так, подобные мысли звучали и при выдвижении Пакта стабильности для Южного Кавказа. Основная концепция этого проекта состояла в растворении неурегулированных конфликтов в общей региональной интеграции. Тогда не будет необходимости вести споры по поводу территориальной целостности и национального самоопределения вплоть до приобретения независимости, так как главной заботой будут экономические сношения и взаимосвязи.

ЕС последовательно придерживается решения локальных конфликтов мирным путем и выступает за стабильность и обеспечение безопасности в регионеT1166, нарушение которых может отрицательно воздействовать на T осуществление региональных программ ЕС, и, кроме того, может помешать установлению стабильных экономических отношений со странами Южного Кавказа. Не случайно также создание Совета по Южному Кавказу, целью которого является координация сотрудничества ЕС с тремя закавказскими странами.

Взяв за основу предложение общенационального лидера Азербайджана Г.Алиева «о создании Пакта стабильности для Южного Кавказа», выдвинутое на Стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года, ЕС инициировал проект «Пакт стабильности для Кавказа». Проект имел целью создание благоприятных условий для расширения ЕС на Кавказ, что выражалось в Relations bilatrales : Armenie, Azerbajan, Georgie, Conclusions du Conseil sur le TP PT Caucase du Sud, 1. 6. 104 //Bulletin UE -2001, 19.04. «решении сложных задач в регионе, используя комплексный подход, основанный на учете взаимных интересов и выгод»,T1167 таких, как T открытие коммуникаций, трансграничное сотрудничество, доступ к ресурсам региона и т.д. Но главным предварительным условием являлось урегулирование конфликтов на Кавказе.

Несмотря на то, что авторы данного проекта пытались избежать несостоятельности, появившейся в случае аналогичного проекта для Балкан, данный документ был полон противоречий, и критерии создания пакта не отвечали национальным интересам государств, для которых он был предназначен, так как здесь автономные образования оформлялись в качестве самостоятельного субъекта внутрикавказского форума. Принцип горизонтальных отношений автономий с центральной властью стал главной причиной неудачи данного проекта. Именно поэтому этот проект не имел успеха на Кавказе.

Учитывая реалии последнего времени, ЕС в марте 2003 года выступает с новым проектом «Расширенная Европа», в рамках которого предлагаются возможные варианты решения армяно-азербайджанского конфликта.

Основной целью проекта является подготовка стран Южного Кавказа для тесного экономического сотрудничества с ЕС.

После южноосетинского кризиса в 2008 году ЕС разработал новый проект для углубления интеграции стран Кавказа. 3 декабря 2008 года Польша и Швеция предложили новую политику в отношении восточных соседей. В так называемое «Восточное партнерство», которое будет иметь вид многонационального форума, вошли 27 государств ЕС, а также Украина, Молдова, Грузия, Армения и АзербайджанT1168. T В свою очередь комиссар ЕС по вопросам внешних отношений и Европейской политики соседства Бенита Ферреро-Вальднер подчеркнула, что «пришло время, чтобы ЕС открыл новую страницу в отношениях с восточными партнерами. Так как события в Восточной Европе и на Южном Кавказе сильно влияют на безопасность ЕС, наша политика в Emerson M., Tocci N., Prokhorova E., CEPS Working Document N152, Пакт TP PT стабильности для Кавказа, Консультативный документ специальной группы СЕПС по проьлемам Кавказа, ноябрь 2000 года, абстракт, www.euroasia.netU, с. TU T ЕС официально предложил странам Южного Кавказа, Украине и Молдове участие в TP PT “Восточном партнерстве”, 03.12.2008 18:35 GMT+04:00 /PanARMENIAN.Net/ ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО отношении этих стран должна быть сильной и однозначной»T1169. T Еврокомиссия предлагает ассоциацию с шестью постсоветскими странами - Арменией, Грузией, Азербайджаном, Беларусью, Молдовой и Украиной, и признать «европейскую идентичность и устремление этих стран».

Разрешение региональных, в том числе кавказских конфликтов С.Г.де Понте не случайно видит в интеграции. «В действительности Кавказ зону, находящуюся вне реального процесса региональной интеграции, постигло несчастье. Единственная мечта будущего, которая могла дать возможность его населению, – будущая интеграция при уважении разнообразия, но процесс этот, очевидно, будет очень долгим»T1170. T Думаем, европейское видение урегулирования, а точнее сказать, замораживания конфликтов носит, мягко говоря, несколько утопический характер. В «Старом Свете» существует некая иллюзия по поводу панацеи в виде интеграции. Обзор конфликтов «через розовые очки»


деформирует реальное восприятие действительности. Дело в том, в отличие от европейских конформистов, кавказцам очень сложно переступить через себя. Чисто психологически неурегулированность территориальных споров всегда будет камнем преткновения не только для экономических сношений, но и в политическом и культурном сотрудничестве. Она всегда будет напоминать о себе, как незаживающая рана. А при таком раскладе говорить о полном региональном сотрудничестве не приходится.

4.3. Миропорядок ХХI века: мы находимся на пороге создания неовестфальской системы Вестфальская система продолжает жить и сегодня, поскольку сохраняются государственные границы;

количество суверенных государств растет, увеличиваются их возможности воздействия на своих граждан. Государства сами создают новые международные организации, в которые добровольно передают часть своего суверенитета;

наконец, нет такого международного органа, которому государства были бы готовы передать весь национальный суверенитет. Другими словами, речь идет о Там же TP PT Cyril de Guardia de Pont, Conflit gorgien: une crise mlant contradictions du droit TP PT international et crise tatique, http://www.agoravox.fr/article.php3?id_article=45797U TU T кризисе «вестфальского суверенитета», т.е. политической организации, основанной на том, что внешние факторы фактически не могут воздействовать на внутреннюю политику суверенных государств или могут, но очень ограниченно.

«Вестфальский суверенитет» и правда стал размываться, однако это не означает вообще конец суверенитета, который в новых условиях наполняется новым содержанием. Лучшего, чем взаимодействие и развитие государств на основе принципа суверенитета, придумано не было и в перспективе не будет. Он эволюционирует вместе с развитием государства и общества. Каждый раз на каждом новом историческом этапе этот принцип приходит в новом обличье. Именно поэтому в глобализирующемся мире защита интересов государства требует объединения, а не разрушения суверенитетов.

Это можно было бы назвать подготовкой к созданию неовестфальской системы. Она должна учитывать как позитивный, так и негативный опыт Вестфальской системы. Сохранив принцип государственного суверенитета, необходимо предусмотреть эффективные механизмы недопущения глобальных проблем, проявлений геноцида и этнических чисток.

Однако они должны действовать в рамках легитимных структур, обладающих достаточным моральным авторитетом, для того чтобы их решения носили общепризнанный характер, а не вызывали обвинения в произволе и двойных стандартах. Неовестфальская система должна опираться на четкие правила игры, которые позволяли бы упорядочить вопрос о пределах ограничения суверенитета.

Как утверждает С.В.Кортунов, наблюдатель, который видит глубокий кризис Вестфальской системы, порожденный упадком национальных государств в результате процессов глобализации, невольно задается вопросом: не вернется ли человечество в ХХI веке к имперскому строительству на новой основе? В этом контексте вполне объяснимо желание американских неоконсерваторов объявить США «новой империей». Однако тезис о рождении «новой империи» — не более чем миф, с некоторой завистью замечает С.В.Кортунов. Суть стратегии США состоит не в том, чтобы взять на себя ответственность за глобальное управление, а в том, чтобы обеспечить себе свободу рук, т.е. свободу от необходимости отвечать за те процессы и события в мире, которые не ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО представляют интереса для собственной безопасности и развития.

Соответственно, и военные интервенции США осуществляют не там, где действительно имеются проблемы у мирового сообщества — будь то проблемы безопасности или развития, — а там, где у США есть корыстные военные, политические и экономические интересы. Об этом, в частности, говорит Стратегия национальной безопасности, в которой США обосновывают свое право наносить превентивные удары по любым странам, заподозренным ими в поддержке терроризма. Это значит, что все разговоры Вашингтона о «глобальном лидерстве» — не более чем риторика. На деле же никакого «глобального лидерства» нет, поскольку США, конечно же, в действительности далеко не отождествляют свои интересы с интересами мирового сообщества.T1171 T Размышляя о том, почему имперская политика США проваливается всюду и везде, американский философ Ф. Фукуяма указывает на две причины. Во-первых, эта политика основана на идее о том, что США позволено применять силу тогда, когда другим этого делать нельзя. Во вторых, последствия вторжения в Ирак не прибавили аппетита в американском обществе к дальнейшим дорогостоящим интервенциям.T1172 T А вот для России вопрос о возможном имперском будущем — это ключевой вопрос не только внутренней, но и внешней политики.

Оправдывая имперские амбиции России, С.В.Кортунов утверждает, что восстановление, хотя бы частичное, Российской империи осуществится на основе свободного волеизъявления желающих объединения народов и связывает это с процессом восстановления русской идентичности, которая постепенно замещает советскую. Однако это пугает наше внешнее окружение. В России сегодня лишь складывается государственность, понимание целей и перспектив развития, своего места и роли в современном мире. Далее он отмечает, что чуть ли не любые попытки Москвы заявить о своих национальных интересах, отстаивать их во внешней политике — будь то в вопросах СНГ, НАТО или, к примеру, С.В. Кортунов, Крушение Вестфальской системы и новый мировой порядок.

TP PT «Мировая политика» 2007 г. Журнал «Золотой Лев» № 125-126 - издание русской консервативной мысли (Twww.zlev.ruU) U T Gardian, February 26, TP PT русско-иранских отношений — встречают враждебную реакцию и немедленно интерпретируются на Западе как «имперские амбиции».T1173 T Таким образом, крах однополярного мира приведет к становлению нового многополярного мирового порядка. Попытка США установить однополярный мировой порядок не имеет перспектив в качестве безальтернативной тенденции мирового развития, а роль Европы в формировании нового мирового порядка относительно уменьшится, в то время как роль таких держав как Китай, Россия, Турция, Индия, Бразилия, потенциально возрастет. То есть новый мировой порядок отныне не будет формироваться в парадигме двустороннего российско-американского взаимодействия.


Следовательно, основное противоречие наступившего ХХI века — это конфликт между «Севером» и «Югом», т.е. между богатыми (и сильными) странами, поглощающими основную массу мировых ресурсов, и бедными (и слабыми). Международная безопасность зависит от разрешения этого противоречия, главную роль в котором играют богатые страны. Это значит, что процессы, которые обобщенно называют «глобализацией», скорее всего, несколько замедлятся. В свете происшедших событий они должны быть переосмыслены. Во всяком случае, эти процессы должны интегрировать интересы гораздо большего количества стран, чем раньше. Глобализация из идеи партикулярной, отражающей волю богатых стран, должна превратиться в подлинно глобальную и всеобщую, блага от которой могли бы получать все, а не только «избранные» страны и народы. Так как мир будет многополярным, роль маленьких государств также должна возрасти.

События начала ХХI века заставляют задуматься о переоценке роли международного права в целом. Нужно решить вопрос о соотношении права и силы. Роль права, его моральный авторитет и моральный авторитет международных организаций, включая ООН, были подорваны известными событиями предшествующего периода. Право в настоящее время санкционируется силой. Есть сила — есть и право. Но такое положение недопустимо. Развитым странам мира нужно продемонстрировать свое уважение к международному праву, а для этого С.В. Кортунов, Крушение Вестфальской системы и новый мировой порядок.

TP PT «Мировая политика» 2007 г. Журнал «Золотой Лев» № 125-126 - издание русской консервативной мысли (Twww.zlev.ruU) U T ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО начать меняться самим. Нужно понять, что международное сообщество ХХI века — это не мир центров силы, а мир взаимоуважения наций и культур.

4.4. Новое международное право: возможные сценарии В качестве ответа на эти вопросы можно сформулировать несколько сценариев развития событий. Приведем здесь два из них – нежелательный и желательный.

4.4.1. Нежелательный сценарий Bellum omnium contra omnes (Война всех против всех) Организация мирового сообщества остается нереформированной.

Сохраняется такой реликт времен постялтинско-потсдамского миропорядка, как постоянные члены Совета Безопасности ООН, обладающие правом вето на любые решения Совета. Такая ситуация ведет к дальнейшему падению эффективности институтов ООН, которая на сегодня и так недостаточно эффективна и находится в состоянии системного кризиса, и в конечном счете к невозможности принятия необходимых решений. Мнение мирового гражданского общества, международных и национальных неправительственных организаций выслушивается, но зачастую не учитывается политиками. В этой ситуации нелегкое бремя принятия решений по применению силовых действий для защиты прав человека принимает на себя группа стран, например, НАТО. При этом применяется шаблон соблюдения прав человека, игнорирующий или слабо учитывающий конкретные исторические условия других стран. К тому же, силовые действия зачастую преследуют в реальности осуществление геополитических интересов этой группы стран или одной лидирующей страны.

Такая ситуация является неприемлемой для других государств. Например, претензии стран НАТО на право вмешательства в дела других стран рассматриваются населением этих государств как нарушение принципа суверенитета, т.е. агрессия. Усугубляются экономические противоречия между развитыми и развивающимися странами, между «Севером» и «Югом». Мир возвращается к конфронтационной биполярной модели, нарастает напряженность, усиливается угроза военного конфликта.

В условиях разобщенности не исключены и провокационные действия экстремистов в виде актов террора, которые в условиях растущей взаимной подозрительности стран друг другу могут отнести за счет взаимных агрессивных действий. Мир снова становится на грань войны.

4.4.2. Желательный сценарий Pax huic domiu (Мир этому дому) Происходит серьезная организационная реформа ООН, исключаются реликты времен «холодной войны», такие, как право вето и ограниченный состав Совета Безопасности ООН. Устанавливается баланс власти между Генеральной Ассамблеей, Советом Безопасности и Международным Судом ООН с учетом механизма сдержек и противовесов в соответствии с концепцией разделения властей. Определяются четкие взаимоотношения между универсальной организацией ООН и региональными организациями и т.д. Мнение мирового гражданского общества не только принимается во внимание, но и учитывается в обязательном порядке. Мнение общественных организаций становится основой для формирования повестки дня международных политических структур. Становится реальным формирование второй палаты ООН из представителей международных и национальных общественных организаций. Участие национальных организаций различных стран в процессе принятия решения на глобальном и региональном уровнях отчасти снимает напряженность, порождаемую снижением степени суверенитета отдельных стран. Этому способствуют также рост межрегионального сотрудничества и расширение трансграничного сотрудничества структур местного самоуправления.

Силовые методы для защиты прав человека применяются легитимным путем и только после исчерпания всех мирных средств решения конфликтных ситуаций (в том числе и при участии психологов медиаторов переговоров). Оставшиеся экстремистские организации, включая и религиозного толка, становятся объектом совместных действий всех политических и общественных структур мирового сообщества.

*** ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЧТО ДАЛЬШЕ?

КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО Конечно, трудно ожидать, что реальное развитие событий будет происходить по второму сценарию. Однако осознание опасности реализации первого сценария позволит всем заинтересованным индивидам, странам и международным организациям предпринять определенные шаги по его предотвращению.

4.4.3. Послесловие «Право» при самой элементарной, строго юридической характеристике это критерий «юридической правомерности», основание и свидетельство, своего рода социальный знак того, что каждый из нас вправе или не вправе что-то делать, как-то поступать.

Еще по суждениям древнеримских юристов (определение А.К.Цельса), «право, будучи наукой о добре и справедливости, призвано быть основанием для отличия дозволенного от недозволенного».T1174 T Как пишет С.Пейсон,T1175 международное право не должно превращаться в T стерильную науку, юристы-международники должны больше прислушиваться к критике реалистов, обращающих внимание на динамические факторы, лежащие вне правовых рамок. Так, проблемы национализма, империализма, стратегии в отношении к сырьевым ресурсам, баланса сил, безопасности – все они играют первостепенную роль в формировании будущего наций – остаются по большей части за пределами правового регулирования.

И хотя теоретически право обеспечивает рамки, в которых происходят все значимые международные события, на практике же их можно и дозволительно изучать безотносительно к правовым соображениям.

Международное право может оставаться маленькой опрятной наукой в себе, но если оно не может служить цели определения политического курса государств в самых серьезных вопросах, юристам международникам нельзя не встревожиться о будущем своей науки.

Но нам более близка позиция неолибералов, так как они «всегда стремятся к замене силы правом в международных отношениях, к системе соглашений и международных организаций». Они считают, что, кроме Алексеев С.С.T Философия права. - М.: Норма, 1999. С. 4.

TP PT T S. Payson Wild. What is the Trouble with International Law? // The American Political TP PT Science Review. 1938. Vol. 32. No 3. P. 479.

гегемонии и равновесия сил, существует третья модель международных отношений, основанная на универсальном праве, международных организациях, которые противопоставляют состоянию анархии доверительное сотрудничество государств и народов.T1176 T Современное международное право - это система юридических норм, регулирующих межгосударственные отношения в целях обеспечения мира и сотрудничества. К.А.Бекяшев определяет международное публичное право как систему обязательных норм, выраженных субъектами этого права в источниках, являющихся общеобязательным критерием правомерно дозволенного и юридически недозволенного и через которые (нормы) осуществляется управление международным сотрудничеством в соответствующих областях или принуждение к соблюдению норм этого права.T1177 Другими словами, норма международного права является T моделью определенного международного отношения, система же международного права - нормативная модель системы международных отношений. Эти модели воздействуют на международные отношения в целях максимального приближения их к своему содержанию.

Григорий Тинский, Мечты о евроармии – трансатлантическая полемика:

TP PT неконсерваторы против нелибералов, RPMonitor, 21.11. Международное публичное право, учебник, под. ред. К.А.Бекяшева, 2005, стр. TP PT ОДНОСТОРОННЯЯ ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОСОВО, ИЛИ ЧТО ЖДЕТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО Заключение Более чем за двести лет существования идея самоопределения получила весьма широкое распространение: к ней апеллируют и сепаратисты, и унитаристы. После пятидесяти лет относительно стабильных границ, появившихся в результате Второй мировой войны, внезапные вспышки сецессий по окончании «холодной войны» обусловили дискуссии и в международном праве, и в международных отношениях относительно условий, посредством которых сецессия может быть возможной.

В 2008 году Косово и его сторонники начали эксперимент односторонней сецессии. С этой точки зрения декларация независимости Косово представляет интересный случай в международном праве. Она ставит важные вопросы относительно современного понимания теорий международного права о сецессии, государственности и признания.

Кроме того, она бросает вызов ученым для доказывания новых теорий, «оправдывающих» такую одностороннюю сецессию, или опровержения таковой. Она поднимает вопрос будущего взрывоопасных регионов, так как многие задаются вопросом о долгосрочной жизнеспособности и подлинной независимости Косово без военной и экономической поддержки Запада.

Наконец, она вызывает беспокойство относительно установления прецедента сецессионистской идеологии. Так, декларация независимости Косово обусловила (непреднамеренно) моральную опасность в Грузии в августе 2008 года. Если международное сообщество стремится избежать этих бедствий, а не ждать их, крайне важно развить широко принятые правовые нормы, которые скрываются на заднем плане и служат сдерживающими средствами. Улучшение ясности в этой области права, так же как и увеличение предсказуемости поведения международных акторов в будущих ситуациях подобного рода, одинаково ценно для достижения правильного результата.

Прежде чем международное сообщество признает право группы на выход из состава государства, последствия этого признания и возможный ущерб, который оно может нанести, должны быть тщательно взвешены по сравнению с последствиями доступных альтернатив.

Последствия признания права на сецессию могли в большинстве случаев быть слишком серьезными для международного права, чтобы допустить его в качестве права. Именно это беспокойство побудило Сербию, а также сторонников стабильности международных отношений обратиться в Генеральную Ассамблею ООН, для того чтобы та поставила вопрос законности односторонней сецессии Косово. Запрос ГА ООН о Консультативном Заключении у Международного Суда ООН говорит об увеличивающейся значимости нормы в международных отношениях.

Надеемся, несмотря на все сомнения, Международный Суд привнесет ясность в вопросы односторонней сецессии, ее соответствия или несоответствия существующему международному праву, определит общий подход коллективного признания или непризнания таких сецессионистских единиц и даст уверенность в завтрашнем дне, в том, что международные отношения станут более стабильными, так как правила поведения не будут подвергаться постоянным политическим конъюнктурным пертурбациям. Наконец, возможно, Консультативное Заключение даст толчок реформированию международного права на более справедливых началах, где сила будет подчиняться праву, а не наоборот.

Хотелось закончить словами древних римлян: «Sequi debet potentia justitiam, non praecedere» - сила должна следовать за правосудием, а не предшествовать ему.

Для заметок Для заметок Для заметок

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.