авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 12 |

«Институт банкротства: становление, проблемы, направления реформирования Москва 2005 УДК [347.736+658.168](470+571) ББК 65.290 ...»

-- [ Страница 8 ] --

Кроме того, целесообразно в принципе пересмотреть концеп цию ликвидацию юридических лиц, не осуществляющих никакую деятельность. Как уже было указано выше, Председатель Высшего Арбитражного Суда РФ В. Яковлев справедливо отметил, что во просы о ликвидации таких юридических лиц должны решаться не в суде, поскольку в данном случае спор отсутствует. Этого же мне ния придерживаются и многие другие эксперты. В частности, как отмечает С. Сарбаш, поскольку подавляющее большинство фор мальных юридических лиц не имеет ни имущества, ни кредиторов, судебная ликвидация, предоставляющая соответствующие гаран тии участникам правоотношений, как правило, нецелесообразна и экономически излишне обременительна для общества. В связи с чем следует законодательно установить административную систе му упрощенной ликвидации формальных юридических лиц, преду сматривающую гласность процедуры и возможность перехода при необходимости к судебной ликвидации. По нашему мнению, ука занная позиция является правильной и в будущем в целях совер шенствования законодательства о банкротстве следует рассмот реть возможность установления системы упрощенной ликвидации отсутствующих должников во внесудебном порядке.

Одна из проблем в правоприменительной практике связана с порядком предъявления требований кредиторами и закрытием реестра кредиторов.

Как следует из п. 2 ст. 228 закона «О банкротстве», конкурсный управляющий уведомляет в письменной форме о банкротстве от сутствующего должника всех известных ему кредиторов отсутст вующего должника, которые в течение месяца со дня получения уведомления могут предъявить свои требования конкурсному управляющему. При этом, в соответствии со ст. 142 закона «О бан кротстве», реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о призна нии должника банкротом и открытии конкурсного производства. В данном случае имеется коллизия норм, устанавливающих сроки предъявления требований кредиторов.

С этой проблемой тесно связан также вопрос о необходимости публикации сведений о признании отсутствующего должника бан кротом и об открытии конкурсного производства в отношении от сутствующего должника. В нормах закона «О банкротстве», уста навливающих особенности процедуры банкротства отсутствующе го должника, вопрос о необходимости публикации указанных све дений никак не решен, в п. 2 ст. 228 закона лишь указано, что кон курсный управляющий должен уведомить известных ему кредито ров отсутствующего должника о банкротстве отсутствующего должника. Тем не менее, в ст. 128, регулирующей порядок опубли кования сведений о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства, не содержится исключения касательно публикации сведений о банкротстве отсутствующего должника. В данном случае существуют две позиции.

В соответствии с первой кредиторы отсутствующего должника подлежат только уведомлению конкурсным управляющим, по скольку в нормах, определяющих особенности банкротства отсут ствующего должника, не предусмотрено обязательного опублико вания сведений о банкротстве отсутствующего должника и начале конкурсного производства. Например, указанная позиция изложе на в Комментарии к ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под редакцией Залесского В.В. Как указывают авторы данного Ком ментария к закону, «упрощенная процедура не предполагает опуб ликования сведений о признании должника банкротом и об откры тии конкурсного производства. Отсутствие имущества должника сводит этот вопрос к индивидуальному оповещению, что сущест венно нарушает права кредиторов. Одно дело – упрощенный поря док принятия решения о признании должника банкротом и об от крытии конкурсного производства (независимо от размера креди торской задолженности) и другое – оповещение кредиторов. При таком положении ни один кредитор не застрахован от недобросо вестного поведения конкурсного управляющего. В ситуации с от сутствующим должником для кредиторов имеет значение уже не столько удовлетворение их требований, сколько надлежащее оформление невозможности взыскания долгов для отнесения их на убытки. Правильное оформление требований для всех кредито ров имеет огромное значение, поэтому упрощение процедуры оповещения об открытии конкурсного производства, очевидно, ущемляет права тех кредиторов, которые не известны конкурсному управляющему. В отношении оповещения конкурсных кредиторов суд не контролирует конкурсного управляющего. Думается, что положения п. 2 об упрощенной процедуре извещения конкурсных кредиторов не отвечают целям и задачам, как Закона, так и граж данского оборота».

Вторая позиция, по нашему мнению, является более обоснован ной. Она состоит в том, что сведения о банкротстве отсутствующего М.: Издательство г на Тихомирова М.Ю., 2003 г.

должника должны публиковаться в общем порядке, установленном законом «О банкротстве», на основании нижеследующего. Хотя в нормах о банкротстве отсутствующего должника закона «О банкрот стве» отсутствуют положения, устанавливающие порядок публика ции сведений о банкротстве отсутствующего должника, тем не ме нее, в ст. 128 закона «О банкротстве», устанавливающей обязатель ность публикации сведений о признании должника банкротом и от крытии конкурсного производства, как уже было указано выше, не содержится исключения для случая банкротства отсутствующего должника. Также в ст. 228 закона «О банкротстве», не указано, что уведомление кредиторов о банкротстве отсутствующего должника является заменой публикации сведений о банкротстве отсутствую щего должника, установленной ст. 128 закона «О банкротстве». Что касается практики, то она, была в основном единообразной: реше ния арбитражных судов о признании банкротами отсутствующих должников публиковались всегда.

В связи с изложенным интересными и обоснованными пред ставляются рассуждения, приведенные А.В. Егоровым. Предпо ложим, должник является отсутствующим и у него объективно су ществует десять кредиторов с равными требованиями. Он призна ется банкротом, а конкурсному управляющему становится извест но только о двух кредиторах.

Первый подход. Управляющий публикацию не производит, а из вещает двух известных ему кредиторов, которые заявляют свои требования в месячный срок с момента получения извещения (п. ст. 178 Закона 1998 г., п. 2 ст. 228 Закона 2002 г.). Но сразу возни кает вопрос, когда можно считать закрытым реестр кредиторов.

По видимому, никогда, поскольку в любой момент каждый из ос тавшихся восьми кредиторов может заявить свои требования.

Также нет никаких оснований выносить их за реестр и удовлетво рять их требования после требований тех двух, которые успели заявить свои требования в течение месяца. Тут же возникает во Некоторые проблемы опубликования сведений, связанных с банкротством (на примере отсутствующего должника). – Вестник Высшего Арбитражного Суда Рос сийской Федерации, №12/2003.

Некоторые проблемы опубликования сведений, связанных с банкротством (на примере отсутствующего должника)». – Вестник Высшего Арбитражного Суда Рос сийской Федерации, №12/2003.

прос: как быть, если конкурсный управляющий произведет свои расчеты с первыми двумя кредиторами, а потом появятся остав шиеся восемь кредиторов? Возвращать все обратно и распреде лять заново (и так до бесконечности) или оставить без защиты по следних кредиторов, точнее, с ограниченной защитой, так как иск о привлечении к имущественной ответственности арбитражного управляющего не всегда приведет к полноценной защите интере сов кредиторов? Если действовать по второму варианту, то это не справедливо и никак не отвечает основной цели банкротства, ко торая уже называлась, – справедливое распределение имущества несостоятельного должника между его кредиторами.

Эту ситуацию удается решить при втором подходе – конкурсный управляющий производит в установленном порядке публикацию, с которой связан срок на предъявление требований со стороны всех без исключения кредиторов отсутствующего должника, и одно временно исполняет свои обязанности, специально установленные Законом (п. 3 ст. 178 Закона 1998 г., п. 2 ст. 228 Закона 2002 г.), по извещению известных ему двух кредиторов. Для последних уста новлен специальный срок – месяц с момента получения извеще ния. А все оставшиеся кредиторы, неизвестные конкурсному управляющему, будут заявлять свои требования в течение того срока, который определен для случаев публикации (по прежнему Закону – не менее двух месяцев с момента публикации, по новому Закону – только два месяца с момента публикации). По истечении всех этих сроков конкурсный управляющий сможет закрыть реестр требований кредиторов. И если будет обнаружено соответствую щее имущество, то он начнет производить расчеты с кредиторами.

Из изложенного следует, что в целях устранения коллизии меж ду указанными выше нормами закона «О банкротстве» необходимо внести в него изменения и дополнения, указав, распространяются ли нормы об обязательной публикации сведений о банкротстве на случаи банкротства отсутствующего должника, а также, разъяснив, какой срок закрытия реестра кредиторов подлежит применению в случае банкротства отсутствующего должника.

7.8. Банкротство ликвидируемого должника Наибольшее количество проблем в правоприменительной прак тике возникает еще на стадии обращения в арбитражный суд с за явлением о признании ликвидируемого должника банкротом.

Как следует из ст. 224 закона «О банкротстве», в случае, если стоимость имущества должника – юридического лица, в отноше нии которого принято решение о ликвидации, недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, ликвидационная комис сия (ликвидатор) обязана обратиться в арбитражный суд с заявле нием о признании должника банкротом.

При этом при наличии указанных выше обстоятельств, обнару женных после принятия решения о ликвидации юридического лица и до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидато ра), заявление о признании должника банкротом должно быть по дано в арбитражный суд собственником имущества должника – унитарного предприятия, учредителем (участником) должника или руководителем должника.

Определенные сложности возникают в случае, когда заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) подает креди тор. Нередко кредитор, осознав, что его требования не будут удов летворены, стремится к скорейшей ликвидации должника. Причины могут быть разными. Одной из причин является недобросовест ность ликвидационной комиссии (ликвидатора). В частности, закон не ограничивает ликвидационную комиссию временными рамками в части составления промежуточного ликвидационного баланса должника, хотя при определенной недобросовестности ее членов этот процесс может затянуться на неопределенное время.

Можно привести другой пример, приведенный в одной из ин тернет конференций по банкротству. Ликвидационная комис сия более года не платила по долгам. При этом в соответствии со ст. 61 ФЗ «Об исполнительном производстве» все исполни Петров Д.А. К вопросу о банкротстве ликвидируемого должника. – Журнал рос сийского права, № 3 (87) 2004 г.

Пудров Ю. «Банкротство ликвидируемого должника», сообщение от 21.03. 17:43:00, конференция «Банкротство», размещенная на web сайте Ассоциации незави симых налоговых консультантов и интернет аудиторов России http://yedelkin.annkiar.ru/conference/messages.asp?IDConf=14&IDTheme= тельные листы были переданы органами Службы судебных при ставов ликвидационной комиссии. За это время ликвидационная комиссия распродала имущество, рассчиталась с «приоритет ными» кредиторами. Один из обиженных кредиторов обратился с заявлением в суд. Суд в принятии заявления отказал, мотиви руя это тем, что после создания ликвидационной комиссии только ликвидационная комиссия имеет право подавать заявле ние о банкротстве. Апелляционная инстанция отменила соот ветствующее судебное определение, руководствуясь тем, что ликвидационная комиссия не «имеет исключительное право», а обязана подать вышеуказанное заявление, кредиторы же в силу ст. 6 закона «О банкротстве» 1998 г. имеют право обратиться с заявлением о банкротстве в арбитражный суд. В это время лик видационная комиссия «спохватилась» и сама подала заявление о признании указанного должника банкротом. При этом поста новление суда апелляционной инстанции попало к судье, рас сматривавшей дело по первой инстанции на день позже опреде ления о принятия заявления ликвидационной комиссии. Впо следствии председатель ликвидационной комиссии была назна чена по упрощенной процедуре конкурсным управляющим. Став конкурсным управляющим, она отклонила требования кредито ров о привлечении себя к субсидиарной ответственности. Апел ляционная и кассационная инстанция же сочли назначение за интересованного лица конкурсным управляющим соответст вующим законом и требования кредиторов остались неудовлетворенными.

При этом указанный выше случай не является единичным;

как по казала практика правоприменения закона «О банкротстве» 1998 г., арбитражные суды часто ограничивали право кредитора на обраще ние в суд с заявление о признании должника банкротом (фактически лишая его подобного права). Аргументация судов при этом была следующая. Если принятие решения о ликвидации и создании лик видационной комиссии имело место до обращения кредитора в ар В данном случае в пример приводится случай из практики применения закона «О банкротстве» от 1998 г., поскольку нормы, определяющие порядок обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ликвидируемого должника, в новом законе «О банкротстве» от 2002 г. не претерпели изменений.

битражный суд и возбуждения дела о банкротстве должника, то рас смотрение в суде спора о признании должника банкротом в поряд ке, предусмотренном законом «О банкротстве», по заявлению кре дитора должника, исключалось в любом случае, поскольку причи ной ликвидации юридического лица являлось не его банкротство, а иные основания. Так, решения арбитражных судов первой и второй инстанции, признавших ликвидируемого должника банкротом по заявлению кредитора, были отменены постановлением кассацион ной инстанции.

В связи со сказанным, интерес представляют выводы по данно му вопросу, изложенные в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26 ноября 2002 г. № 5169/02. Суть де ла следующая. Товарищество с ограниченной ответственностью «Первая складчина» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании закрытого акционерного обще ства «Челябинская производственно коммерческая фирма «Авто техснаб» банкротом. Определением суда от 10.01.2001 г. в отно шении должника введена процедура наблюдения и назначен вре менный управляющий. Постановлением апелляционной инстанции от 29.01.2002 г. указанное определение отменено. Федеральный арбитражный суд Уральского округа постановлением от 27.03.02 г.

указанные судебные акты отменил и производство по делу прекра тил со ссылкой на отсутствие у кредитора права инициировать процесс банкротства должника, принявшего решение о добро вольной ликвидации. Высший Арбитражный Суд РФ постановление кассационной инстанции отменил, постановление апелляционной инстанции оставил без изменения, а дело направил на новое рас смотрение, руководствуясь нижеследующим.

При принятии заявления кредитора судом установлено наличие признаков банкротства, а именно: задолженность в размере 1413095 руб. и просрочка в ее погашении свыше трех месяцев. В отзыве должник не оспаривал этих фактов, но указал, что в связи с решением собрания акционеров от 28.08.01 г. он находится в ста дии ликвидации, для чего в соответствии со ст. 61 Гражданско Петров Д.А. К вопросу о банкротстве ликвидируемого должника. – Журнал рос сийского права, № 3 (87) 2004 г.

Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ № 3, 2003 г., с. 98.

го кодекса Российской Федерации создана ликвидационная ко миссия.

Вынося определение о введении процедуры наблюдения, суд первой инстанции не учел, что по правилам параграфа 2 главы Закона о банкротстве 1998 года такая процедура в отношении лик видируемого должника не вводится, поэтому апелляционная ин станция обоснованно отменила данное определение.

Суд кассационной инстанции, отменяя определение от 10.12.01 г.

и постановление апелляционной инстанции от 29.01.02 г. и пре кращая производство по делу, ошибочно исходил из того, что при наличии ликвидационной комиссии последняя обязана была ини циировать процесс банкротства, кредитор же таким правом не на делен.

Этот вывод является неправильным и не соответствующим п. ст. 183 Закона о банкротстве, согласно которому любой из креди торов должника в любой момент до завершения процедуры ликви дации должника может обратиться в арбитражный суд с заявлени ем о признании должника банкротом.

Следует отметить, что действительно в ст. 224, как уже было указано выше, установлена обязанность ликвидационной комис сии обратиться в суд в случае недостаточности имущества долж ника – юридического лица для удовлетворения требований креди торов. И в случае, если указанное обстоятельство было обнаруже но до создания ликвидационной комиссии (назначения ликвидато ра), заявление должно быть подано в арбитражный суд собствен ником имущества должника – унитарного предприятия, учредите лем (участником) должника или руководителем должника. Тем не менее, представляется, что «право» кредитора не исключает «обя занности» ликвидационной комиссии (ликвидатора), и наоборот, «обязанность» не исключает «права». В рассматриваемом случае законодатель, видимо, хотел подкрепить ситуацию, складываю щуюся в отношении ликвидируемого должника, «обязанностью»

ликвидационной комиссии (ликвидатора) обратиться в суд с заяв лением о признании должника банкротом. В пункте 2 ст. 174 Зако на о несостоятельности 1998 г. указано: «При обнаружении обстоя тельств, предусмотренных п. 1 настоящей статьи (свидетельст вующих о недостаточности имущества должника для удовлетворе ния требований всех кредиторов), ликвидационная комиссия (лик видатор) обязана (обязан) обратиться в арбитражный суд с заяв лением о признании должника банкротом. Предполагалось, что ликвидационная комиссия (ликвидатор), узнав о недостаточности имущества должника для удовлетворения требований всех креди торов и обладая всей доказательственной базой, должна обра титься в суд, который, мог возложить обязанности конкурсного управляющего на его председателя. Но трактовать обязанность ликвидационной комиссии (ликвидатора) как ограничение прав кредитора в этом случае представляется неверным. К сожалению, принятие закона о несостоятельности 2002 г. не упростило ситуа цию. Нормы о банкротстве ликвидируемого должника остались практически неизменными. Следовательно, проблемы Закона о несостоятельности 2002 г. плавно перекочевали в новый.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод о целе сообразности изменения формулировок п. 2 и 3 ст. 224 с целью устранения судебных ошибок в правоприменительной практике.

7.9. Привлечение к ответственности за нарушение закона «О банкротстве».

Следует отметить, что законодательством установлена как гра жданско правовая, так и административная и уголовная ответст венность за нарушение законодательства о банкротстве.

Привлечение к гражданско правовой ответственности Как следует из п. 1 ст. 10 закона «О банкротстве» «в случае на рушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ли квидационной комиссии (ликвидатором), гражданином должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обя заны возместить убытки, причиненные в результате такого нару шения».

Петров Д.А. К вопросу о банкротстве ликвидируемого должника. – Журнал рос сийского права, № 3 (87) 2004 г.

При этом в законе не определено, что же следует в данном слу чае понимать под нарушениями положений закона «О банкротстве»

и каким образом будут рассчитываться убытки, причиненные ли цами, указанными в п. 1 ст. 10 закона. Неопределенность в данных вопросах может повлечь за собой неправильно применение дан ной нормы об ответственности, закрепленной в п. 1 ст. 10 закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 10 закона «О банкротстве» неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, кото рый установлены ст. 9 закона «О банкротстве», влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом «О бан кротстве» возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления по обязательствам должника, возникшим после истечения срока предусмотренного п. 3 ст. 9 закона.

При этом, как следует из ст. 9 закона «О банкротстве», руково дитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

– удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должни ком денежных обязательств, обязанности по уплате обяза тельных платежей и (или) иных платежей в полном объеме пе ред другими кредиторами;

– органом должника, уполномоченным в соответствии с учреди тельными документами должника на принятие решения о лик видации должника, принято решение об обращении в арбит ражный суд с заявлением должника;

– органом, уполномоченным собственником имущества долж ника – унитарного предприятия, принято решение об обраще нии в арбитражный суд с заявлением должника;

– обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятель ность должника;

– в иных случаях, предусмотренных законом «О банкротстве».

Должник обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, если при проведении ликвидации юридического лица установлена невозможность удовлетворения требований кредито ров в полном объеме.

Что касается срока подачи соответствующего заявления, то, со гласно п. 3 ст. 9, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных настоящей статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствую щих обстоятельств.

На практике, если руководители всех организаций во всех слу чаях, когда удовлетворение требований одного кредитора или не скольких кредиторов приведет к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обяза тельных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, а также когда обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невоз можной хозяйственную деятельность должника, достаточно боль шое количество предприятий можно вовлечь в процедуру банкрот ства и обанкротить. Вследствие этого за совершение указанного нарушения закона «О банкротстве» к ответственности фактически можно привлечь директоров многих предприятий.

Кроме того, как было указано выше, одним из случаев, в кото рых руководитель должника или индивидуальный предпринима тель обязан обратиться в суд с заявлением о признании банкро том, является случай, в котором обращение взыскания на имуще ство должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника. При этом он должен обра титься в суд в течение месяца после того, как ему станет известно наступление указанного обстоятельства. При этом в законе не разъяснено, в каких случаях хозяйственная деятельность должника может осложниться: в случае, когда общий размер долгов пред приятия превышает стоимость основных средств или в каких либо других случаях? Фактически указанную норму закона можно очень широко толковать, а значит на практике возможно достаточно мно го ситуаций, в которых руководителя должника или индивидуаль ного предпринимателя можно привлечь к ответственности за не подачу заявления о признании соответствующего предприятия и индивидуального предпринимателя банкротом. Применение ука занной нормы на практике затруднено также и тем, что в данном случае непонятно кто будет подавать заявление о привлечении ру ководителя или индивидуального предпринимателя к ответствен ности, поскольку информация, имеющая принципиальное значе ние для определения размера кредиторской задолженности пред приятия, а также для определения того, что обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает не возможной хозяйственную деятельность должника, находится в распоряжении узкого круга лиц, и, к примеру, кредиторы указан ной информацией не обладают.

В п. 4 ст. 10 закона «О банкротстве» установлено, что «в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должни ка, собственника имущества должника – унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, кото рые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недос таточности имущества должника может быть возложена субсиди арная ответственность по его обязательствам».

Следует отметить, что судебная практика применения закона «О банкротстве» от 1998 г. (а указанная выше норма, закрепленная в п.

4 ст. 10, практически не отличается от понятия преднамеренного банкротства, данного в законе «О банкротстве» от 2002 г. ) по де лам, связанным с привлечением участников (учредителей), собст венников и иных лиц к субсидиарной ответственностью в связи с банкротством должника по их вине, до настоящего времени склоня ется в сторону отказа в привлечении к ответственности за предна меренное банкротство. Это связано, прежде всего, со сложностью в установлении причинно следственной связи между использовани ем указанными в законе лицами своих прав давать обязательные для должника указания и возможностей иным образом определять Как следует из п. 2 ст. 10 «Фиктивное банкротство и преднамеренное банкротст во» ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 8 января 1998 г. № 6 ФЗ «в случае банкротства должника по вине его учредителей (участников) или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия (преднамеренное банкротство), на учредителей (участников) должника – юридического лица или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам».

его действия и банкротством предприятия, а также со сложностями доказывания факта виновности соответствующих лиц.

В качестве примера можно привести одно из судебных реше ний по вопросу о привлечении к ответственности за преднамерен ное банкротство.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25 апре ля 2000 г. по делу № А13 551/99 01 государственное предприятие «Военторг 337» Управления торговли Ленинградского военного округа (ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное произ водство.

Конкурсный управляющий ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО обра тился в Арбитражный суд города Москвы с иском о привлечении к субсидиарной ответственности Российскую Федерацию в лице Минимущества РФ и Минфина РФ, взыскав с последнего за счет средств казны Российской Федерации из федерального бюджета в пользу ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО денежные средства в размере 4339724 руб. 90 коп.

Исковые требования мотивированы тем, что истец основан на праве хозяйственного ведения, учредителем истца является Ми нимущество РФ, собственником закрепленного за истцом имуще ства является государство в лице Правительства РФ, по долгам которого к ответственности непосредственно привлекается ГУФК МФ РФ. На основании распоряжений Минимущества РФ имущест во истца по балансу было передано федеральному казенному предприятию «Управление торговли Ленинградского военного ок руга». По мнению истца, действия его собственника и учредителя лишили истца возможности произвести расчеты с кредиторами, заключить с ними мировое соглашение, продолжать хозяйствен Указанное дело рассмотрено на основании закона «О банкротстве» 1998 г., тем не менее, поскольку, как уже было указано выше, норма о привлечении к субсиди арной ответственности в случае недостаточности имущества должника, учредите лей (участников) должника, собственника имущества должника – унитарного пред приятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия в случае банкротства должника по вине указан ных лиц, практически не претерпела изменений в законе «О банкротстве» 2002 г.

ную деятельность, то есть привели истца к банкротству, требуемая сумма составляет сумму требований всех кредиторов.

Решением от 25 ноября 2002 г., оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 10 февраля 2003 г., арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении иско вого заявления конкурсного управляющего ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО к Минфину РФ, ГУФК МФ РФ об обязании ответчиков пере числить истцу солидарно 4339774 руб. 90 коп.

Истцом впоследствии была подана кассационная жалоба с просьбой отменить решение суда и постановление суда апелляци онной инстанции, а исковые требования удовлетворить.

Кассационная инстанция в удовлетворении жалобы отказала, руководствуясь, в том числе следующими основаниями.

Для субсидиарной ответственности учредителей (участников), собственника имущества юридического лица или других лиц по обязательствам юридического лица необходимыми условиями яв ляются:

во первых, наличие у соответствующего лица права давать обя зательные для юридического лица указания либо возможности иным образом определять его действия;

во вторых, совершение этим лицом действий (или его бездей ствие), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права давать обязательные для юридического лица общества указания и (или) своих возможностей иным образом определять его действия;

в третьих, причинно следственная связь между использовани ем соответствующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и действием самого юридического лица, повлекшим его несостоятельность (банкротство);

в четвертых, недостаточность имущества общества для расче тов с кредиторами.

Однако истец не представил надлежащих доказательств, свиде тельствующих о том, что к несостоятельности (банкротству) ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО привело именно отчуждение спорного имущества. Таким образом, причинно следственная связь между использованием учредителем истца своих прав и возможностей в отношении истца и действием самого истца, повлекшим его несо стоятельность (банкротство), отсутствуют. Как следует из мате риалов дела, задолженность перед кредиторами возникла у ГП «Военторг 337» УТ ЛенВО до отчуждения этого имущества.

Таким образом, истец не доказал наличие в данном случае у его учредителя субсидиарной ответственности по обязательствам истца.

Кроме того, вина учредителя истца в совершении действий, по влекших за собой банкротство последнего, не была установлена Арбитражным судом Вологодской области при рассмотрении дела № А133 5517/99 01 о банкротстве истца, в то время, как это об стоятельство подлежит доказыванию и оценке судом именно в де ле о несостоятельности должника.

Довод истца о том, что суд не принял во внимание заключение Территориального органа Федеральной службы России по финан совому оздоровлению и банкротству в Вологодской области о пред намеренном банкротстве истца, является несостоятельным, по скольку ТО ФСФО России сделал вывод только о нарушении прав кредиторов в результате вывода ликвидного имущества из активов должника, но не о влиянии этого обстоятельства на факт банкротст ва должника и не о вине учредителя в этом банкротстве.

Привлечение к ответственности за фиктивное банкротство Следует отметить, что законодательством предусмотрена как административная, так и уголовная ответственность за фиктивное банкротство.

В соответствии с п. 1 ст. 14.12 Кодекса РФ об административ ных правонарушениях, фиктивное банкротство представляет со бой заведомо ложное объявление руководителем юридического лица о несостоятельности данного юридического лица или инди видуального предпринимателя о своей несостоятельности, в том числе обращение этих лиц в арбитражный суд с заявлением о при знании должника банкротом при наличии у него возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме и влечет Извлечения из Постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 30 апреля 2003 г. № КГ А40/2221 03. Источник – справочная правовая система «Гарант».

От 30 декабря 2001 г. №195 ФЗ.

наложение административного штрафа в размере от сорока до пя тидесяти минимальных размеров оплаты труда или дисквалифика цию на срок до трех лет.

При этом, как следует из ст. 197 Уголовного кодекса РФ, фик тивное банкротство представляет собой заведомо ложное объяв ление руководителем или собственником коммерческой организа ции, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несо стоятельности в целях введения в заблуждение кредиторов для получения отсрочки или рассрочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно для неуплаты долгов, если это деяние причинило крупный ущерб, и наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере зара ботной платы или иного дохода за период от одного года до двух лет либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового.

Таким образом, понятия фиктивного банкротства, одно из кото рых установлено Кодексом РФ об административных правонаруше ниях, другое Уголовным кодексом РФ, несколько различаются.

К примеру, если административно правовая ответственность за фиктивное банкротство может применяться как в случае банкрот ства коммерческих, так и некоммерческих организаций и индиви дуальных предпринимателей, то уголовная ответственность за фиктивное банкротство может наступать только в случае банкрот ства исключительно коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей.

Такая дифференциация законодателем субъектов, банкротство которых может быть признано фиктивным, непонятна, ведь, как следует из п. 2 закона «О банкротстве», действие закона «О бан кротстве» распространяется на все юридические лица, за исклю чением казенных предприятий, учреждений, политических партий и религиозных организаций.

Кроме того, если субъектами административной ответственно сти за фиктивное банкротство являются только руководители юри дического лица и индивидуальные предприниматели, то субъекта От 13 июня 1996 г. № 63 ФЗ.

ми уголовной ответственности за фиктивное банкротство являются также собственники коммерческих организаций.

В данном случае возникает вопрос о целесообразности включе ния собственников в перечень субъектов, которые могут привле каться к уголовной ответственности за фиктивное банкротство.

Так, как следует из ст. 197 Уголовного кодекса РФ, фиктивное бан кротство представляет собой именно заведомо ложное объявле ние о несостоятельности коммерческой организации и индивиду ального предпринимателя.

При этом как следует из толкования ст. 8–9 закона «О банкрот стве», а также иных норм гражданско правового законодательства, правом на подачу заявления от имени должника обладает исклю чительно лицо, имеющее право действовать от имени организации без доверенности, следовательно, ее руководитель, но на основа нии решения органа, уполномоченного в соответствии с учреди тельными документами должника о принятии решения о ликвида ции должника (например, общего собрания членов кооператива и.т.п.), либо решения органа уполномоченного собственником имущества должника – унитарного предприятия (ст. 295 ГК РФ).

Ст. 37 закона «О банкротстве» установлено, что заявление должни ка может быть подписано не только руководителем, но и иным ли цом, уполномоченным, в соответствии с учредительными докумен тами должника, на подачу заявления о признании должника бан кротом, тем не менее, на практике, как правило, таким лицом вы ступает именно руководитель должника, кроме того, данный вывод следует и из указанных выше ст. 8–9 закона «О банкротстве».

Следует отметить, что мнения экспертов по данному вопросу расходятся, в частности, Гуев А.Н., анализируя понятие «руково дитель организации», пришел к выводу, что «именно руководитель, а не другое лицо, относящееся к числу лиц, осуществляющих управленческие функции, может быть субъектом фиктивного бан кротства». В соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несо стоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), руко Комментарий к Федеральному закону «О несостоятельности (банкротстве)»: По статейный научно практический под. Ред. В.Ф. Попондопуло, М. 2003 г.

Гуев А.Н. Комментарий к УК РФ для предпринимателей. – М.: Инфра М Норма, 2000.

водитель должника – это единоличный исполнительный орган или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее, в соответствии с федеральным законом, деятельность от имени юридического лица без доверенности. Так, в соответствии с п.1 ст.72 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) каждый участник полного товарищества вправе действовать от имени товарищества, если учредительным договором не установ лено, что все его участники ведут дела совместно либо ведение дел поручено отдельным участникам.

Кроме того, ст. 69 закона «Об акционерных обществах» преду сматривает, что полномочия по управлению могут быть переданы управляющей организации или индивидуальному предпринимате лю (управляющему) по договору, а ст.42 закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» допускает передачу функций единоличного исполнительного органа индивидуальному пред принимателю (управляющему) по договору. Б. Колб делает вывод, что руководитель управляющей организации или управляющий предприниматель также могут нести ответственность за фиктивное банкротство. Однако сложность состоит в том, что управляющие действуют от имени юридического лица не на основании феде рального закона, а на основании договора.

По мнению других экспертов, к уголовной ответственности за фиктивное банкротство могут быть также привлечены руководите ли временной администрации кредитной организации. Однако это правило действует только в случае приостановления полномочий исполнительных органов кредитной организации, поскольку только при этом условии он осуществляет деятельность от имени кредит ной организации без доверенности.

Из изложенного следует, что фактически формальная возмож ность привлечения к уголовной ответственности собственника ор ганизации существует, поскольку это установлено ст. 197 Уголов ного кодекса РФ, тем не менее, на практике это невозможно, по скольку установление ответственности за фиктивное банкротство напрямую связано с подачей заявления о признании несостоя См., например, Кузнецов О.А. Фиктивное банкротство организации: коллизии гражданского, уголовного и процессуального права. – Судебно арбитражная прак тика Московского региона. – Вопросы правоприменения. 2003, № 3.

тельным (банкротом) в арбитражный суд, а собственник коммер ческой организации таким правом, согласно законодательству, не обладает.

Кроме того, если административная ответственность за фик тивное банкротство наступает исключительно в случае заведомо ложного объявления о несостоятельности и, в том числе, при об ращении указанных в законе лиц в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, то, как следует из Уголовного кодекса РФ, фиктивное банкротство представляет собой исключи тельно заведомо ложное объявление о несостоятельности.

Следует отметить, что если ранее законом «О банкротстве» от 1998 г. (гл. XI) было предусмотрено добровольное объявление о банкротстве должником, то законом «О банкротстве» 2002 г. доб ровольного объявления о банкротстве должника не предусмотре но. Из изложенного следует, что формально ст. 197 Уголовного кодекса не может быть применена в принципе (также как и норма Кодекса РФ об административных правонарушениях, в соответ ствии с которой административная ответственность за фиктивное банкротство может наступить в случае заведомо ложного объяв ления о несостоятельности), поскольку законом «О банкротстве»

от 2002 г. не предусмотрено объявления о признании несостоя тельности.

При применении норм Кодекса РФ об административных право нарушениях, а также Уголовного кодекса об ответственности за фиктивное банкротство возникают и другие сложности. В частности, как следует из указанных выше норм, субъективная сторона как на званного преступления, так и административного правонарушения характеризуется виной в форме умысла, т.е. соответствующий субъект преступления и правонарушения представляет заведомо ложную информацию о том что организация – банкрот находится на грани банкротства, вводит этим в заблуждение кредиторов и желает этого. Следует отметить, что на практике достаточно сложно дока зать, что указанное преступление совершено умышленно и руково дитель организации или индивидуальный предприниматель наме ренно вводил в заблуждение кредиторов и знал о том, что организа ция сможет удовлетворить все их требования.

Кроме того, необходимым условием для привлечения к уголов ной ответственности за фиктивное банкротство является то, что заведомо ложным объявлением о несостоятельности в целях вве дения в заблуждение кредиторов для получения отсрочки или рас срочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно для неуплаты долгов причинен крупный ущерб.

При этом, согласно ст. 169 закона «О банкротстве» крупным ущербом признается стоимость, ущерб, доход либо задолжен ность в сумме, превышающей двести пятьдесят тысяч рублей.

Таким образом, для привлечения к уголовной ответственности за фиктивное банкротство необходимо доказать наличие причин но следственной связи между заведомо ложным объявлением о несостоятельности и причинением крупного ущерба, что на прак тике сделать достаточно сложно. Фиктивное банкротство относит ся к числу преступлений с материальным составом, т.е. его обяза тельный признак – причинение ущерба. Причем, согласно диспо зиции ст.197 УК РФ, ущерб должен быть крупным. УК РФ относит это понятие к числу оценочных, поэтому правоприменитель в из вестном смысле свободен в трактовке этого термина Однако та кая «свобода» оказалась невостребованной работниками правоох ранительных органов. Отсутствие четких критерием «крупного ущерба» также относится к числу препятствий применения ст. УК РФ. Такой ситуации способствуют и различные доктринальные толкования этого понятия. Так, Гуев А.Н. полагает, что суд должен исходить из характера ущерба, его размера, имущественного по ложения кредиторов и т.п. Другие авторы предлагают исходить «из объема деятельности предприятия, потерь кредиторов», из «существа и значимости ухудшения финансового или экономиче Кузнецов О.А. Судебно арбитражная практика Московского региона. Вопросы правоприменения. – 2003, № 3.

Яни П. Криминальное банкротство. Банкротство преднамеренное и фиктивное. – Законодательство. 2000. 3. С. 65.

Гуев А.Н. Комментарий к УК РФ для предпринимателей. – М.: Инфра М Норма, 2000.

Комментарий к УК РФ под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. – М.: Нор ма ИНФРА М, 1999.

ского положения потерпевших». Колб Б. задается вопросом: как считать ущерб – для всех кредиторов или для каждого в отдельно сти? К тому же определение ущерба по таким делам обычно объек тивно затянуто во времени, а без наличия ущерба отсутствует и состав фиктивного банкротства. Негативные черты оценочных по нятий давно известны науке уголовного права: "они таят в себе возможность судебной ошибки вследствие наличия субъективного момента в их применении, поскольку содержание оценочного по нятия в значительной степени определяется правосознанием юри ста, применяющего уголовный закон" и в целом затрудняют еди нообразное применение уголовного закона».

Следует отметить, что в последнее время многими экспертами рассматривается вопрос об исключении нормы об уголовной от ветственности за фиктивное банкротство. Это связано, прежде всего, с отсутствием общественной опасности фиктивного бан кротства, поскольку максимальный вред, который может быть при чинен подачей заведомо ложного заявления о признании несо стоятельным (банкротом) – это отсрочка уплаты долга до 7 меся цев. Так же, как показывает практика, нормы уголовного и адми нистративного кодекса касательно привлечения к ответственности за фиктивное банкротство в настоящее время практически не при меняются.

В настоящее время дискуссия о необходимости уголовной и административной ответственности за фиктивное банкротство ак тивно ведется среди экспертов. Тем не менее, даже в том случае, если указанные нормы не будут исключены из Кодекса РФ об ад министративных правонарушениях и Уголовного кодекса, они под лежат кардинальному изменению.

Уголовное право. Особенная часть: Учебник для вузов. Отв. Ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселев. – М.: Норма, 2001. С. 447;

Верин В.П. Преступле ния в сфере экономики. – М.: Дело, 1999. С. 97.

Колб Б. Объективная сторона криминальных банкротств. – Законность. 2001. № 1. С. 13.

Это следует из ст. 51 закона «О банкротстве», в соответствии с которой дело о банкротстве должно быть рассмотрено в заседании арбитражного суда в срок, не превышающий 7 месяцев с даты поступления заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд.

Привлечение к ответственности за преднамеренное банкротство.

Законодательством установлена как административная, так и уголовная ответственность за преднамеренное банкротство.

Так, как следует из п. 2 ст. 14.12 Кодекса РФ об административ ных правонарушениях, преднамеренное банкротство представляет собой умышленное создание или увеличение неплатежеспособно сти юридического лица или индивидуального предпринимателя и влечет наложение административного штрафа в размере от сорока до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или дисква лификацию на срок от одного года до трех лет.

В соответствии со ст. 196 Уголовного кодекса РФ, преднаме ренное банкротство – это умышленное создание или увеличение неплатежеспособности, совершенное руководителем или собст венником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившее крупный ущерб, которое наказывается штрафом в размере от пятисот до восьмисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода за период от пяти до восьми месяцев либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до ста минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца либо без такового.

Согласно указанным выше нормам Кодекса РФ об администра тивных правонарушениях и Уголовного кодекса, ответственность за преднамеренное банкротство наступает в случае создания или увеличения неплатежеспособности.

Как отмечает Горелов А.П. применительно к определению преднамеренного банкротства, данному в Уголовном кодексе РФ (но оно также может быть применено и к аналогичному определе нию в этой части, закрепленному в Кодексе РФ об административ ных правонарушениях), «в Уголовном кодексе до сих пор не учтены изменения, произошедшие в законодательстве о банкротстве 1998 г.

и закрепленные в законодательстве 2002 г. Если ранее неплатеже Горелов А.П. Неопределенность норм об ответственности за экономические пре ступления как неустранимые сомнения в виновности лица. – Адвокат, 2003 г. №12.

способность действительно могла быть создана либо увеличена, то теперь под ней понимается неспособность юридического лица удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательст вам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных плате жей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. То есть ныне неплатежеспособность не свя зана с соотношением суммы долгов со стоимостью имущества, из которого организация может их погасить, и ее (неплатежеспособ ность) вряд ли можно создать либо увеличить, поскольку обяза тельства должник либо исполняет, либо нет».

Проблемой в данном случае является также и определение субъектов административной и уголовной ответственности за преднамеренное банкротство. Так, в п. 2 ст. 14.12 Кодекса РФ об административных правонарушениях вообще не указаны субъекты данного правонарушения. Что касается ст. 196 Уголовного кодек са, то субъектами такого преступления как преднамеренное бан кротство, могут быть руководитель, собственник коммерческой организации, а также индивидуальный предприниматель. При этом, кого же следует понимать под собственником организации, в данной статье не определено, что на практике может вызвать мно жество проблем, связанных с толкованием указанной нормы.

Следует также отметить, что, если в п. 2. ст. 14.12 Кодекса РФ об административных правонарушениях не установлено, в отно шении кого может быть применено преднамеренное банкротство, а значит, оно по умолчанию может быть применено в отношении всех субъектов, которые могут быть признаны банкротами, то, как следует из ст. 196 Уголовного кодекса РФ, уголовная ответствен ность может быть применена за преднамеренное банкротство, в случае, если оно имело место в отношении исключительно ком мерческой организации. При этом, как уже было указано выше, в Действительно, в соответствии с законом «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» от 19 ноября 1992 г. № 3929 1, под несостоятельностью (банкротст вом) понималось неспособность удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом или в связи с неудовлетворительной структурой баланса должника.


соответствии с законом «О банкротстве» банкротами могут быть признаны не только коммерческие, но и некоторые некоммерче ские организации. Таким образом, если следовать логике ст. Уголовного кодекса, получится, что фактически, если преднаме ренное банкротство было допущено в отношении некоммерческой организации, состав преступления будет отсутствовать, в связи с чем данная норма Уголовного кодекса несомненно нуждается в корректировке в указанной части.

Субъективная сторона преднамеренного банкротства – как ад министративного правонарушения, так и преступления – характе ризуется такой формой вины, как умысел, который, также как и в случае фиктивного банкротства, на практике доказать достаточно сложно. Например, как указывает Разоренов Н.В., «сложность привлечения недобросовестных руководителей к уголовной ответ ственности объясняется тем, что следствию необходимо доказать, что действия по созданию либо увеличению неплатежеспособно сти совершались с прямым умыслом, т.е. руководитель должен был предвидеть, что совершенные им действия приведут к бан кротству, осуществлять их намеренно и желать наступления несо стоятельности.

Руководитель, которому грозит привлечение к ответственности за преднамеренное банкротство, всегда может сослаться на не достаточную оценку рыночной ситуации, неправильный прогноз развития компании, неблагоприятную рыночную ситуацию, нако нец, на допущенные профессиональные просчеты. В этом случае обязанность по доказыванию прямого умысла у руководителя ор ганизации должника будет лежать целиком и полностью на сторо не обвинения. И при отсутствии необходимых доказательств выне сение обвинительного приговора невозможно».

Следует также отметить, что Уголовным кодексом установлено также дополнительное условие привлечения к уголовной ответст венности за преднамеренное банкротство, а именно, указанное преступление должно быть совершено руководителем или собст венником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц. То есть для того, чтобы привлечь к ответственности за данное престу Разоренов Н.В. Кто крайний при банкротстве. – Гражданин и право, 2003 г., № 2.

пление, придется доказывать также, что оно было совершено в личных интересах указанных лиц, что также является труднореали зуемым на практике.

Также необходимым условием для привлечения к уголовной от ветственности за преднамеренное банкротство является то, что умышленным созданием или увеличением неплатежеспособности, совершенным руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц был причинен крупный ущерб.

Как уже было указано выше, согласно ст. 169 закона «О бан кротстве» крупным ущербом признается стоимость, ущерб, доход либо задолженность в сумме, превышающей двести пятьдесят ты сяч рублей.

При этом категория крупного ущерба является оценочной, что также затрудняет применение данной нормы закона. Кроме того, в случае с преднамеренным банкротством, также как и с фиктивным банкротством, для привлечения к уголовной ответственности не обходимо доказать наличие причинно следственной связи между созданием или увеличением неплатежеспособности и причинени ем крупного ущерба, что на практике также является достаточно сложным.

Следует также отметить, что в настоящее время в связи с пере смотром норм Кодекса РФ об административных правонарушени ях и Уголовного кодекса в отношении ответственности за преступ ления и правонарушения в сфере несостоятельности (банкротст ва) возникает вопрос о целесообразности изъятия норм, устанав ливающих ответственность за преднамеренное банкротство из на званных нормативно правовых актов. Это связано, прежде всего, с тем, что указанные нормы являются по сути своей недействующи ми. Так, к примеру, как указывает Н.В. Разоренов, действующее законодательство устанавливает уголовную ответственность за преднамеренное банкротство (ст.197 Уголовного кодекса РФ). Од нако прецедентов привлечения к уголовной ответственности руко О проблемах, связанных с определением крупного ущерба, см. также параграф данного раздела, посвященный проблемам в привлечении к ответственности за фиктивное банкротство.

Разоренов Н.В. Кто крайний при банкротстве. – Гражданин и право, 2003 г., № 2.

водителей организаций, признанных банкротом, крайне мало.

Первое дело, по которому Красносельский районный суд г. Санкт Петербурга в марте 2001 г. вынес в отношении генерального ди ректора ООО «Ника» обвинительный приговор по ст.177, 196 УК РФ, создало прецедент в отечественной практике. Причем появле ние первого в истории современной правоприменительной прак тики обвинительного приговора в отношении руководителя орга низации должника за преднамеренное банкротство – заслуга от части конкурсного управляющего ООО «Ника» Александра Таран това, проводившего «ликбез» сотрудников правоохранительных органов в области банкротства, и защиты подсудимой, которая признала свою вину. Однако массового привлечения к уголовной ответственности руководителей недобросовестных должников за этим приговором не последовало. В отличие от вышеуказанного дела большинство других возбужденных дел либо закрывались на стадии предварительного расследования, либо «сыпались как кар точные домики» в суде.

Также тот факт, что нормы об ответственности за преднамерен ное банкротство крайне редко применялись и применяются на практике, отмечает и Трефилова Т.И., в частности, по ее словам, «выявить преднамеренное банкротство очень нелегко. И самая большая ответственность здесь лежит на арбитражном управляю щем. Однако зачастую в процедурах банкротства, которые прово дились по закону о банкротстве № 6 ФЗ, арбитражные управляю щие, и в силу непрофессионализма, и в силу нежелания, крайне редко выявляли эти факты».

Ответственность за неправомерные действия при банкротстве Как следует из ст. 14.3 Кодекса РФ об административной ответ ственности, сокрытие имущества или имущественных обяза тельств, сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе, передача имущества в иное владение, отчуждение или уничтожение имущества, а равно со крытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учет ных документов, если эти действия совершены при банкротстве Интернет конференция Трефиловой Т. компании «Гарант» 20 мая 2003 г.

или в предвидении банкротства, влекут наложение администра тивного штрафа в размере от сорока до пятидесяти минимальных размеров оплаты труда или дисквалификацию на срок до трех лет.

При этом, как следует из ст. 195 Уголовного кодекса РФ, «со крытие имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информа ции об имуществе, передача имущества в иное владение, отчуж дение или уничтожение имущества, а равно сокрытие, уничтоже ние, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность, если эти действия со вершены руководителем или собственником организации должника либо индивидуальным предпринимателем при банкрот стве или в предвидении банкротства и причинили крупный ущерб, наказываются ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет со штрафом в размере до двухсот ты сяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осу жденного за период до восемнадцати месяцев».

В данном случае возникает вопрос относительно толкования понятия «предвидение банкротства». Согласно ст. 8 закона «О бан кротстве», «должник вправе подать в арбитражный суд заявление должника в случае предвидения банкротства при наличии обстоя тельств, очевидно свидетельствующих о том, что он не в состоянии будет исполнить денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок».

Следовательно, можно сделать вывод о том, что предвидение банкротства фактически означает на практике ситуацию, в которой все обстоятельства очевидно свидетельствуют о том, что должник не в состоянии будет исполнить денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок. Предвидение банкротства означает «такое положение долж ника, когда он имеет возможность в момент обращения в суд с за явлением о банкротстве удовлетворить требования кредиторов, однако понимает, что в ближайшем будущем эта возможность ис чезнет. При этом, очевидно, отсутствуют признаки банкротства, что не позволяет должнику подать обычное заявление (представ ляется, отсутствовать могут как один из признаков – срок либо объем задолженности, так и оба одновременно).

Следует отметить, что отсутствие в законодательстве четких критериев предвидения банкротства, позволяет отнести указанную категорию к оценочной. При этом на практике определить времен ные рамки между предвидением банкротства и непосредственным возникновением признаков банкротства достаточно сложно, что является одной из причин бездействия рассматриваемых норм.

Рассмотрим субъектный состав данных неправомерных дейст вий при банкротстве. В Кодексе РФ об административных право нарушениях субъекты данного правонарушения не определены, что фактически означает то, что к административной ответствен ности за сокрытие имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе и т.д. можно привлечь любое лицо, скры вающее имущество, обязательства или и информацию об имуще стве, а именно как лиц участвующих в деле о банкротстве так и не участвующих в данном деле.


При этом п. 1 ст. 195 Уголовного кодекса определено, кто может являться субъектом данного преступления, а именно руководи тель или собственник организации должника или индивидуальный предприниматель. В данной норме также не определено, кого же следует понимать под собственником организации: учредителей, акционеров или каких либо других лиц, что также существенно ос ложняет применение указанной нормы.

В указанной норме, закрепленной в п. 1 ст. 195 Уголовного ко декса, так же, как и в нормах, закрепленных в ст. 196 и 197 и про анализированных выше, одним из условий привлечения к уголов ной ответственности за сокрытие имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе, о его размере, местонахо ждении либо иной информации об имуществе, передача имущест ва в иное владение, отчуждение или уничтожение имущества, а равно сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятель ность, является причинение крупного ущерба, что также требует Телюкина М.В. Комментарий к Федеральному закону от 26 октября 2002 года № 127 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». – Законодательство и экономи ка, № 3–12, март–декабрь 2003 г. Источник – справочная правовая система «Гарант».

доказывания причинно следственной связи между совершенными действиями и причинением крупного ущерба и на практике являет ся затруднительным.

П. 2 ст. 195 Уголовного кодекса РФ также предусмотрено при влечение к уголовной ответственности за неправомерное удовле творение имущественных требований отдельных кредиторов руко водителем или собственником организации должника либо инди видуальным предпринимателем, знающим о своей фактической несостоятельности (банкротстве), заведомо в ущерб другим кре диторам, а равно принятие такого удовлетворения кредитором, знающим об отданном ему предпочтении несостоятельным долж ником в ущерб другим кредиторам, если эти действия причинили крупный ущерб. Совершение указанного преступления наказыва ется ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до одного года со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч руб лей или в размере заработной платы или иного дохода осужденно го за период до шести месяцев либо без такового.

Применение указанной нормы на практике также затруднено в связи со следующими факторами.

Прежде всего, неясно, каким образом следует толковать тер мин «фактическая несостоятельность», ведь ответственность за данное преступление наступает в случае, если имущественные требования отдельных кредиторов удовлетворяются соответст вующими субъектами именно в тот момент, когда им уже известно о фактической несостоятельности юридического лица или индиви дуального предпринимателя. В законе «О банкротстве» термин фактическая несостоятельность не применяется.

Подробнее о проблемах, связанных с определением крупного ущерба, см. пара граф «Некоторые проблемы в привлечении к ответственности за фиктивное бан кротство» данного раздела.

В данном случае следует также отметить, что в п. 2 ст. 195 Уголовного кодекса допущена некорректная формулировка;

как следует из указанной нормы, руководи тель или собственник организации – должника и индивидуальный предприниматель для того, чтобы стать субъектами преступления, должны знать о «своей» фактиче ской несостоятельности. Если индивидуальный предприниматель в данном случае действительно будет знать о свое несостоятельности, то руководитель или собст венник будет располагать информацией о фактическом банкротстве соответст Чем же в таком случае несостоятельность отличается от факти ческой несостоятельности? Можно предположить, что первое в отличие от второго есть факт банкротства, установленный реше нием суда. Фактическая же несостоятельность означает наличие предусмотренных ст. 3 Закона о несостоятельности обстоятельств, которые в то же время еще не стали основанием для вынесения указанного судебного решения.

Такое более или менее логичное заключение вступает, тем не менее, в известное противоречие с содержанием уголовно правового запрета, адресованного кредитору. Так, последний при влекается к уголовной ответственности по ч.2 ст.195 УК РФ, если причиняет другим кредиторам крупный ущерб путем принятия от должника неправомерного удовлетворения, зная при этом об от данном ему несостоятельным должником предпочтении. Противо речие заключается в том, что наказуемо принятие удовлетворения от несостоятельного должника. Однако с учетом сказанного неяс но, должен ли должник быть несостоятельным в юридическом смысле, т.е. должно ли быть вынесено соответствующее решение о признании его банкротом, либо он должен быть несостоятелен фактически, т.е. при наступлении обстоятельств, указанных в ст. Закона о несостоятельности?

Как видим, использование в законе юридически некорректной терминологии, являющееся существенным просчетом юридико технического характера, создает труднопреодолимые препятствия для применения данной нормы.

Так же, как следует из ч. 2 ст. 195 Уголовного кодекса, уголовная ответственность за рассматриваемое преступление наступает также в случае принятия удовлетворения имущественных требова ний кредитором, если его требования удовлетворены неправо мерно в ущерб интересам других кредиторов и в случае, если кре дитор знал об отданном ему предпочтении со стороны несостоя тельного кредитора. Следует отметить, что на практике доказать то, что кредитор заранее знал, что его требования удовлетворяют вующей организации, но не «своем» банкротстве, в связи с чем данная норма нуж дается в уточнении.

Горелов А.П. Можно ли применять нормы об ответственности за преступления в сфере банкротства. – Законодательство, 2004 г. №1.

ся приоритетно и в ущерб требованиям других кредиторов, очень сложно, что также существенно осложняет применение данной нормы Уголовного кодекса.

Кроме того, как и в случае с рассмотренными выше нормами Уголовного кодекса об ответственности за преступления в сфере банкротства, обязательным условием привлечения к ответствен ности за преступление, предусмотренное п. 2 ст. 195, является причинение ущерба неправомерным удовлетворением имущест венных требований отдельных кредиторов руководителем или собственником организации должника либо индивидуальным предпринимателем, знающим о своей фактической несостоятель ности (банкротстве), заведомо в ущерб другим кредиторам, а рав но принятие такого удовлетворения кредитором, знающим об от данном ему предпочтении несостоятельным должником в ущерб другим кредиторам, является причинение этими действиями круп ный ущерб. Как уже было отмечено выше, на практике доказать причинно следственную связь между соответствующим действием и причинением крупного ущерба в отсутствие четких критериев расчета и определения крупного ущерба не представляется воз можным.

Подробнее о проблемах, связанных с определением крупного ущерба см. пара граф «Некоторые проблемы в привлечении к ответственности за фиктивное бан кротство» данного раздела.

Глава 8. Корпоративное банкротство в Канаде Как и многие другие сферы жизни страны, канадские законы о банкротстве и принципы их практического применения проистека ют из общего англо французского наследия. У Соединенного Ко ролевства были заимствованы основы законодательства о бан кротстве, дружественного по отношению к кредитору, – столь не похожего на относительно популистский и ориентированный в пользу должника «Кодекс о банкротстве» США. Кроме того, при сутствуют и определенные элементы наполеоновского «Граждан ского кодекса», который до сих пор служит основой принципов торгового права, применяемого в Квебеке.

8.1. Экономические основы банкротства Процедуру банкротства нередко определяют как способ спра ведливого распоряжения остаточными активами обанкротившего ся лица или корпорации – в чем и состоит ее назначение. Выража ясь словами одного из наиболее авторитетных в этом вопросе специалистов Канады, «законодательство о банкротстве имеет следующие цели:

1. распределение выручки от продажи активов банкрота спра ведливо и в соответствии с установленными законодательст вом порядком и очередностью;

«Parents unmarried and living abroad…» Earle Birney. «Canada: a case history», in F.R.

Scott and A.J.M. Smith – The blasted pine, Toronto, Macmillan, 1957.

Американцы в течение целого столетия – с 1793 г. по 1898 г. – вырабатывали наи более оптимальную схему стабильного режима банкротства. Финансовые дома северо восточных штатов стремились обеспечить солидную защиту для кредито ров, тогда как представители аграрного Юга, ориентированные на защиту прав штатов, более склонялись в пользу должников, особенно фермеров, и противились принятию федерального закона. На протяжении XIX в. был принят, а затем отменен целый ряд законов. Только когда стала очевидной насущная необходимость сроч ной реорганизации гибнущих железных дорог после Гражданской войны, был, на конец, введен стабильный режим под федеральной юрисдикцией – и то не ранее 1898 г. См. Skeel D.A., Jr., Debt’s dominion: a history of bankruptcy law in America. – Princeton University Press, 2001.

Bennett F., Bennett on creditors’ and debtors’ rights and remedies, 4th ed. – Carswell, Toronto, 1994, 534 p.

2. наказание недобросовестных должников в случаях, когда на лицо нарушение определенных стандартов поведения;

3. исправление положения должников, в результате чего отдель ные банкроты получают возможность освободиться от финан совых обязательств и реабилитироваться;

4. укрепление доверия к кредитной системе, чтобы кредиторы были уверены, что система работает справедливо, гарантируя возмещение нарушителями закона причиненного ими ущерба и обеспечивая равные права лицам внутри одного и того же «класса» кредиторов».

Немало исследователей, занимающихся проблемами банкрот ства, имеет юридические образование. Поэтому неудивительно, что в их работах столь много говорится о необходимости честных и справедливых процедур банкротства и наказаний для нарушителей закона. Однако, с точки зрения экономической политики, на самом деле цели банкротства можно разделить на две категории: одни преследуют справедливость, другие же – эффективность. При этом у исследователей экономистов, как правило, большее вни мание уделяется именно последней категории – возможно, ввиду того, что она представляет аналитический интерес. Первые три из перечисленных выше целей процедуры банкротства ориентирова ны на обеспечение справедливости, тогда как четвертая прямо ка сается одного из принципиальных вопросов экономической эф фективности. На деле же, разумеется, все они в той или иной сте пени имеют отношение к проблеме обеспечения эффективности, обозначая некую структуру, позволяющую регулировать последст вия финансовой несостоятельности более четко и с меньшими по терями экономических ресурсов, чем, скажем, при использовании «методов самопомощи» или создании долговых тюрем.

С точки зрения экономической эффективности, «политика бан кротства» должна преследовать две общие цели. Одна, как отме чает Беннетт, состоит в создании и поддержании у кредиторов уверенности в том, что в случае окончательной проверки платеже способности должника требования их будут удовлетворены спра ведливо и быстро. Только при наличии всеобщей веры в предска зуемость, безотлагательность и надежность применения процеду ры банкротства, основанной на ежедневном административном опыте и сотнях реальных примеров, появится возможность сведе ния до минимума как трансакционных издержек, так и стоимости заемного капитала. Удержание подобных издержек на минималь ном уровне насущно необходимо для обеспечения инвестиций и экономического развития. То, что происходит в «зоне отчаяния» – сфере банкротств, – оказывает влияние и на стоимость и доступ ность капитала, а от этого зависят все существующие компании.

Вторая цель из категории экономической эффективности свя зана с имуществом несостоятельного должника и приобретает особую важность в случае банкротства фирмы. С точки зрения об щественных интересов, в этом случае крайне важно как можно скорее передать активы несостоятельных владельцев и управляю щих в новые руки, чтобы не допустить экономических потерь, не избежных при длительном простое. Обанкротившейся компании будет трудно получить новые заказы, закупить сырье и привлечь кредиты, а также вновь привлечь и сохранить на рабочих местах энергичных, талантливых рабочих и менеджеров. Фирма, рабо тающая на надежной основе, т.е. способная производить при быльную продукцию или услуги при условии освобождения от прежних долгов, представляет собой ценный «кусок» обществен ного капитала. Если уничтожить наработанную ею структуру клиен тов, поставщиков, кадров и налогов, то для каждого из используе мых ею производственных ресурсов, возможно, и найдется иное применение в экономике, но это будет неизбежно сопряжено с высокими транксационными издержками, включающими и потерю стоимости фирмы как таковой, что тоже немаловажный фактор.

К числу внешних факторов относятся такого рода потери, не до казуемые в качестве претензий по банкротству, как убытки по ставщиков и их работников, сокращение инвестиций со стороны этих фирм, потребительские издержки, связанные с поиском но вых поставщиков, и прекращение разорившейся фирмой отчисле ний на благотворительность и местную общественную жизнь. В Канаде любые зачеты убытков в целях начисления налога на при быль будущих периодов теряются в случае ликвидации фирмы, ес ли активы ее распродаются постепенно, что и является одной из причин того, что поглощение другой фирмой – весьма часто при меняемое средство исправления финансовой ситуации. Таким об разом, очень многие бывают заинтересованы в сохранении фирмы как экономической единицы, пока стоимость ее как действующего предприятия превышает ликвидационную стоимость. Как правило, в результате фирма реструктуризируется или реорганизуется с целью устранения последствий прошлых ошибок руководства или владельцев.

На практике достижение указанной цели (сохранение эффек тивности фирмы) удачнее всего обеспечивается путем передачи ее новым собственникам и назначения новых управляющих, имеющих в своем арсенале конкретные идеи относительно того, как фирму можно оздоровить, причем быстро и при условии, что за последствия прошлых ошибок будут отвечать именно те, кто их со вершал. В число тех, кому подобным образом «делают стрижку»

(если воспользоваться сленгом финансистов), входят, в порядке перечисления: владельцы обыкновенных акций;

владельцы приви легированных акций;

необеспеченные кредиторы;

кредиторы, по лучившие обеспечение под свой кредит;

государство. Новые вла дельцы (как правило, это кредиторы, получившие собственность в обмен на долговые обязательства) назначают новых директоров, которым надлежит беспристрастно решить, стоит ли сохранить на рабочих местах менеджеров, приведших фирму к ее краху. Многие будут уволены, а взамен привлечены другие.

Поэтому главный административный вопрос в случае банкрот ства корпорации состоит в принятии правильного решения относи тельно того, как лучше сберечь экономические ценности – сохра нить ли действующую фирму, пусть и с определенными потерями в результате реструктуризации, – или же ликвидировать ее, тем са мым «распылив» ее активы, чтобы они в конечном итоге нашли се бе применение в других местах. Подобное решение, как правило, приходится принимать поспешно, в ситуации крайнего напряже ния, под влиянием справедливых требований многочисленных уча стников банкротства, чтобы права их не нарушались. И чем круп нее корпорация, потерпевшая крах, тем сложнее предъявляемые претензии. Именно тогда и происходит «проверка на прочность»

законодательства о банкротстве – выясняется, позволяет ли оно хладнокровно и объективно принимать и проводить в жизнь подоб ные решения в ситуациях крайнего стресса.

То, каким будет окончательное решение о судьбе фирмы, зави сит от механизмов, имеющихся в распоряжении судебно административной системы. Режимы, благоприятствующие креди торам – как, например, в Великобритании или в Канаде до 1992, – обычно предполагают передачу активов неплатежеспособной фирмы доверенному лицу, которое быстро ее ликвидирует (воз можно, путем единовременной продажи) в интересах кредиторов.

Расплата для менеджмента, дирекции и акционеров наступает не медленно. При подобных режимах наблюдается тенденция заяв лять о банкротстве позднее того срока, который был бы оптимален с экономической точки зрения, поскольку менеджмент, видя, что положение фирмы становится все более отчаянным, а терять при этом нечего, пускается во все более отчаянные авантюры с чужими деньгами. Примером другой крайности может служить процедура банкротства в соответствии с Гл. 11 «Кодекса о банкротстве» США, которую менеджмент использует как весьма простой и обычный стратегический прием. Делани в этой связи упоминает банкротст ва компаний «Мэнвилл», «Континентал Эйрлайнз» и «Тексако».

Более того, судьи, применяя Гл. 11, могут оказаться недостаточно компетентными. Бэрд и Моррисон высказывают по этому поводу следующие соображения.

Судьи, ведущие дела о банкротстве, не могут полноценно заме нить участников рынка. Участники рынка рискуют собственными деньгами, поэтому для них жизненно важно принять квалифици рованное решение. Более того, существует естественный меха низм отбора, благодаря которому выживают только те участники рынка, которые принимают квалифицированные решения. У судей же, принимающих решения по делам о банкротстве, нет подобного механизма конкуренции или отбора. Они сменяются только раз в четырнадцать лет, а решения о закрытии конкретных фирм зани мают далеко не главное место в общих списках дел. Более того, те, кто принимает решение о смещении судьи (другие федеральные 281 Delaney K.J. Strategic bankruptcy: how corporations and creditors use Chapter 11 to their advantage. – Berkeley, University of California Press, 1998.

Baird D.R. and Morison E.R.. Bankruptcy decision making. – J. Law, Econ. & Org., 17: (2001): 366–7.

судьи), также не имеют больших возможностей для адекватной оценки эффективности работы судей, ведущих дела о банкротстве.

Кроме того, как только начинается слушание по делу в соответ ствии с Гл. 11, судья обязан дистанцироваться от остальных его участников. Раздел 341 «Кодекса о банкротстве» [США] запрещает судье, ведущему дело о банкротстве, присутствовать на встречах менеджеров фирмы с кредиторами, где они обязаны передавать последним необходимую информацию. Правила судебного пове дения ограничивают для судьи, ведущего дело о банкротстве, воз можности для сбора информации неформальными путями. Более того, ему разрешается беседовать с кем либо из участников дела только в присутствии остальных участников, а проводить свое соб ственное расследование запрещено.

Эти комментарии столь же справедливо можно отнести и к ка надским судьям, которые в большинстве своем (за пределами То ронто) выносят решения по делам о банкротстве, не имея большо го опыта и знаний именно в данной сфере.

Ключевой момент здесь состоит в том, что принятие правильно го решения в пользу выбора либо реорганизации, либо ликвидации возможно только при максимально полном раскрытии необходи мой информации, а также наличии надлежащего опыта и житей ской мудрости у того, кто это решение принимает. Система, при которой обязательным условием является предоставление боль шого объема информации всем заинтересованным сторонам, обычно обеспечивает более успешные результаты, поскольку при таких условиях стратегия ведения переговоров с большей вероят ностью будет нацелена на принятие решений, наиболее выгодных для всех сторон, чем в ситуации явно неравноправного владении информацией.



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 | 10 |   ...   | 12 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.