авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

««Историческая страница Орска» «История Оренбуржья» Авторские проекты Раковского Сергея На правах рукописи ...»

-- [ Страница 4 ] --

В Бугульминском уезде тептяри были припущенниками башкирских волостей в пяти командах. I команда находилась на земле Надыровской и Юрминской волости. II–IV команды полностью располагались в Надыровской волости. Информации о пятой команде нет. Тептярей, владеющих «пустолежащей землей Надыровой волости» – было 11 деревень.

Владеющих «без актов» тептярей–23 деревни.

Остальные тептярские деревни были по допуску жителей Надыровой волости, по припуску башкир и ясашных татар. По указу Сената проживали тептяри четырех деревень. Тептяри «заграничные выходцы, причисленные по указу Оренбургской казенной палаты»–3 деревни. Тептяри Агирзеево и Тойкино «проживают с согласия жителей в муллинском звании».

Тептяри Дымской, Муртазиной и Татарский Кандыз–владели совместно с ясачными татарами на казенной земле. Тептяри Новое Надырово были припущенниками башкир и ясачных татар. Есть и дополнительная информация. Например, в 1833 году «нарезано в пользу бывшего кантонного начальника XII кантона до 4000 десятин, но до решения дела земля осталась во владении месягутовских жителей». В Бугурусланском уезде тептяри I–III команд были припущенниками на земле Кыпсакской и Надыровской волости. Тептяри владели совместно с казенными татарами, на казенной земле (Новое Якупово). Например, тептяри Кульшарипово «владеют землей тархан по припуску башкир». В Бузулукском уезде тептяри проживали на земле Сынрянской волости.

                                                             Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 150–223.

  Тептяри Амирханово и Сейфутдиновка жили на казенной земле, остальные владели землей совместно с ясачными татарами и башкирами. В Верхнеуральском уезде «для прииска золота или других металлов, земли тептярей с их согласия арендует генерал-лейтенант Жемчужников по утвержденному правительственному контракту».

В Мензелинском уезде тептяри были припущенниками башкирских волостей в составе I–IX команд. Здесь тептяри жили «по допуску», «по припуску», где «землепользование совместное»–100 деревень. Тептяри «заселены на общественных землях»–23 деревни. Тептяри «заселены на собственно своих землях»–14 деревень. Тептяри «заселены с исстари на собственных жалованных им землях»–Старый Байляр, Дауково, Калмаш, Калмия, Кузембетово, Кулюково, Кускеево, Малтабарово, Подгорный Такирмень, Семекеево, Тавларово, Старый Такирмень, Толубаево, Тонгузино, Топаево, Урусово, Усаево. Все они были вотчинниками.

В Оренбургском уезде тептяри «пользуются казенными землями, что было им разрешено»–3 деревни. Жители «получили нарезку земель на душу по VII ревизии, но никаких актов не выдано»–Биккулово и Мусино.

Дополнительная информация в документе следующая: башкиры деревни Псянчино «имеют указ 1755 года сентября 15 дня бывшего военного губернатора Неплюева на право владения, занимаемой ими земли». В башкирской деревне Якшимбетово «состоят 18 человек из тархан, зауряд– хорунжий Салтяшев с товарищами, коим по указу Оренбургской канцелярии 1755 года представлено право в числе 42 дворов заселиться в этом году на пожалованной земле около Шарлацкого яму на реке Куюргазе, где находится деревня Якшимбетово. В летнее время выходят на кочевье».253 В Оренбургском уезде тептяри были припущенниками башкирских волостей в составе I команды. На какой башкирской волости она находилась, информации нет.

                                                             Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 223–284.

  Тептяри в Стерлитамакском уезде являлись припущенниками башкирских волостей в девяти командах. I команда Юрматынская (Ильчик– Тимировой, Кармышевой тюб);

II команда Кесе–Табынская, Бишеул– Табынская, Дуван–Табынская, Юрматынская (Ильчик–Тимировой, Кармышевой тюб);

III команда Тамьянская, Юрматынская (Ильчик– Тимировой, Кармышевой тюб);

IV команда Бишеул–Табынская, Телтим– Юрматынская, Дуван–Табынская, Миркит–Минская;

V команда Мусалинская, Телтим–Юрматынская, Дуван–Табынская, Миркит–Минская;

VI команда Миркит–Минская, Телтим–Юрматынская, Юрматынская, Бегеняш–Минская, Яик–Суби–Минская;

VII команда Миркит–Минская, Юрматынская, Телтим–Юрматынская, Бегеняш–Минская, Табынская, Яик– Суби–Минская;

IX команда Миркит–Минская волость.

Здесь тептяри «без актов» жили в 6 деревнях. Остальные были припущенниками башкир–вотчинников. Например, тептяри Ибраево владели башкирской землей совместно с «ясачными татарами и купцами, участвовавшими в покупке земли». Тептяри Балыклыкулево владели землей «совместно с припущенниками мещеряками и ясачными татарами».

Дополнительная информация следующая. У тептярей деревни Янурусово был «спор о земле с башкирами–вотчинниками, которые оную не правильно продали в 1833 году генерал-майорше Пашковой с разрешения военного губернатора. Впредь до решения дела земля отдана в пользование припущенников». В Троицком уезде тептяри были припущенниками башкирских волостей в I и II командах. Команда I Кущинская, Тырнаклинская и Мурзаларская волости. Данных о волостной принадлежности второй команды тептярей нет. Тептяри Абдулино «владеют землей по кортому вообще с башкирами–вотчинниками Кущинской волости с платежом оброка с каждого двора по 2 рубля в год». Тептяри Аминево «документ по случаю                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 284–310.

  утраты не имеют». Тептяри Еланлино и Верхние Киги: «земля кортомлена вообще с мещеряками». Оброк последних составлял 25 копеек в год со двора.

Тептяри Нижние Киги: «земля кортомлена ими у башкир–вотчинников с мещеряками».

В Уфимском уезде тептяри являлись припущенниками башкирских волостей в десяти командах. I команда Уршак–Минская, Минская, Чуби– Минская, Кара–Табынская;

II команда Минская, Бишеул–Табынская, Юмран–Табынская, Курпяч–Табынская;

III команда Кыркули–Минская, Каршинская, Чуби–Минская, Дуванская;

IV команда Канлинская, Каршинская, Дуванская;

V команда Каршинская;

VI команда Минская, Кудейская, Ногайская;

VII команда Минская, Кудейская, Ельдяцкая, Кубовская, Бялякай–Кудейская, Истриковская;

VIII команда Минская;

IX команда Тырнаклинская, Каратавлинская, Мало–Кущинская, Мурзаларская;

X команда Уршак–Минская, Чуби–Минская волость. В Уфимском уезде тептяри жили по договорам с башкирами. Например, тептяри Абраево и Чувалкипово землю приобрели от башкир Кыркули–Минской волости, но «впоследствии названа казенною» эта земля. Тептяри Кургаш Елга «переименованные в 1771 году из башкирского звания».

При покупке земли тептяри Малоязово обязались платить «оброк по копеек в год с каждого дома». Тептяри Рысмекеево «документов не имеют, а живут по припуску ясачных татар деревни Рысмекеево, которые владеют землей по купчей крепости». В Челябинском уезде тептярей не было. В Вятской губернии тептяри были в 1, 2, 3 командах. В Елабужском уезде тептяри–вотчинники жили в Варзя Большая и Малая, Рысово, Салауш «по жалованным их предкам грамотам». В Пермской губернии в Екатеринбургском уезде тептярей не было. В Красноуфимском уезде, в каких командах были тептяри не известно.

Здесь тептяри–татары Арсланково «заселились до 1765 года по                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 310–377.

  первобытному их состоянию в башкирском сословии в Упейской волости имеют грамоту от Великих государей царей и великих князей Иоанна и Петра Алексеевича от сентября 1695 года».

Надо сказать, что здесь «в число тептярей включены башкиры в Верхнем, Новом и Среднем Бугалыше». Например, «тептяри–татары деревни Ока Большая жительствуют вместе с мещеряками у сих последних допущенниками». В Осинском уезде тептяри первой команды «проживают издревле с башкирами I и X кантонов» на земле Кайпановской волости и частично имеют собственную землю. Тептяри «жительствуют на жалованной предкам их земле по грамотам и утвердительным памятям»–тептяри Бардинская, Константиново, Султанаево, Таныпово и Усть Ашапово. Таким образом, согласно документам большинство тептярей как сословие в первой половине XIX столетия были припущенниками башкирских волостных вотчин. По расчетам Давлетбаева Б.С. и Асфандиярова А.З. в 1855 году в этническом отношении тептяри состояли из представителей различных народов. Среди 133802 душ мужского пола тептярей удмурты составляли 6499 душ мужского пола (5 %), татары – (8 %), марийцы – 23152 (17 %), «собственно тептяри» – 93895 душ мужского пола (70 %). Последние, несомненно, состояли из татар и башкир. Это подтверждается разделением тептярей по вероисповеданию. Язычников (марийцев и удмуртов) было 29256 (22 %), магометан (башкир и татар) – 103744 (77,4 %), христиан (крещеных язычников и обратившихся в православие магометан) – 802 (0,6 %) душ мужского пола. Эти народы в тептярском сословии жили в Оренбургской губернии (девять уездов), Самарской губернии (три уезда), Вятской губернии (один уезд) и Пермской губернии (два уезда). Как видно, большинство тептярей –                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 352–377.

Давлетбаев Б.С. К эволюции социально–политического положения тептярей в первой половине XIX века // XXVI съезд КПСС и проблемы аграрной истории СССР. Уфа, 1984.

С. 345.

  93895 душ мужского пола не представлено в отдельной этнической классификации. Первыми по времени и этнически однородными тептярями (как и припущенниками) стали разорившиеся в результате различных причин башкирские общинники. Усиление позиций тептярей в Башкирии не входило в расчеты правительства. Это видно и в полном непризнании купчих земель, приобретенных тептярями у башкир–вотчинников. В то же время власти поощряли покупку башкирских земель крестьянами. Особенно много земель было приобретено с конца XVIII–начала XIX века. По количеству собственников крестьян Оренбургская губерния уступала лишь Таврической губернии. Несмотря на земельную неустроенность тептярей, правительство предпринимало энергичные усилия по превращению их в казенных крестьян.

Еще в 1789 году Оренбургская и Вятская казенные палаты предложили обложить тептярей, живущих в тех губерниях, оброком в 3 рубля 70 копеек с души. Предложение было утверждено сенатским указом от 13 декабря года, но отменено высочайшим рескриптом через два месяца вследствие протеста тептярей и бобылей. В 1790 году их обязали сформировать два казачьих полка по 500 человек, которые полностью содержались тептярями (кроме поставки лошадей и продовольствия тептяри были обязаны платить по два рубля с души на содержание этих полков). В начале XIX века оренбургский генерал–губернатор Волконский предложил упразднить тептярские полки, взамен этого обложить население оброком по 6 рублей с души на содержание 10 постоянных полков на Оренбургской линии. Когда стало известно об этом проекте, от тептярей поступили жалобы и протесты. Поэтому предложение Григория Семеновича не было реализовано.

                                                             Асфандияров А.З. Башкирия после вхождения в состав России (вторая половина XVI– первая половина XIX века). Уфа, 2006. С. 271.

Давлетбаев Б.С. К эволюции социально–политического положения тептярей в первой половине XIX века // XXVI съезд КПСС и проблемы аграрной истории СССР. Уфа, 1984.

С. 346.

  Петр Кириллович Эссен (1817–1830) предлагал тептярские полки не трогать, наоборот, сделать их регулярными (для этого денежный сбор с тептярей удвоить и довести до 4 рублей 51 копейки с души в год), а тептярских полковых чиновников сравнять с армейскими чинами». Последняя часть предложения Эссена встретила энергичное возражение в комитете министров из-за опасности возникновения «между тептярями и бобылями нового дворянства». Здесь надо отметить, что за заслуги перед Отечеством отдельные тептяри получали вотчинные права на землю. В Белебеевском уезде четыре деревни, в Бирском – 43, в Мензелинском три, в Елабужском четыре и в Осинском уезде шесть тептярских деревень находилось на землях, жалованных тептярям русскими царями. Доля этих поселений составляет 5, % от 1075 тептярских – в большинстве своем этнически смешанных деревень. Кроме того, восемь деревень тептярей в Бирском уезде были на земле, охраняемой царской оберегательной грамотой, что составляет 0,7 % от всех тептярских деревень. Одним словом, 6,4 % деревень было расположено на жалованных угодьях. В этом плане Чулошников А.П. неправильно утверждал, что «немногие из тептярей–оброчников, главным образом из числа прежних княжеских фамилий, платя государству особый тептярский ясак, позже сами превращались в собственников земли и входили в сословие башкир– вотчинников».262 Даже в случае царского пожалования мишари и тептяри не переходили в сословие башкир–вотчинников. Эти вотчинники из тептярей оставались в своем тептярском сословии.

                                                             ПСЗРИ – I. Т. 36. № 27902. С. 317–319;

Давлетбаев Б.С. К эволюции социально– политического положения тептярей в первой половине XIX века // XXVI съезд КПСС и проблемы аграрной истории СССР. Уфа, 1984. С. 346–347.

Асфандияров А.З. Башкирия после вхождения в состав России (вторая половина XVI– первая половина XIX века). Уфа, 2006. С. 207.

Чулошников А.П. Феодальные отношения в Башкирии и башкирские восстания XVII и первой половины XVIII веков // МИБ. М.;

Л., 1936. Ч. 1. С. 18.

  В результате предложения Петра Кирилловича Эссена тептярские полки остались в прежнем виде, но денежный сбор на их содержание был увеличен. Новые проекты преобразования тептярского сословия относятся к началу 30-х годов XIX века. Ссылаясь на злоупотребления тептярских старшин при выполнении рекрутской повинности, Оренбургское губернское правление предложило учредить в тептярских селениях волостное управление по типу казенных крестьян, а прием рекрут возложить на Оренбургское рекрутское правление. Этот проект вызвал протест тептярей.

После подавления восстания 1835 года два тептярских полка, как не очень надежные, были распущены, но денежный сбор на содержание упраздненных полков остался. Теперь сбор шел на содержание Оренбургского, а затем Уфимского казачьих полков. Последняя значительная реформа в управлении тептярями началась в конце 40-х годов XIX века. В октябре 1849 года было решено передать тептярей Вятской губернии в ведомство министерства государственных имуществ. Оренбургский гражданский губернатор Ханыков Я.В. поддерживал политику перевода тептярей в казенное ведомство. Отрицательное отношение тептярского населения к данному переводу беспокоили Перовского В.А. Подполковник Балкашин Н.В. как командующий Башкиро-мещерякским войском ратовал за сохранение военно–казачьего положения тептярей. Предложение Балкашина Н.В. о присоединении тептярей и бобылей к Башкиро-мещерякскому войску было поддержано Николаем I. Переданные в ведомство министерства государственных имуществ тептяри Вятской губернии были обратно возвращены в военное ведомство.264 22 февраля 1855 года тептярское сословие присоединили к Башкиро-мещерякскому войску. Объединенное                                                              Давлетбаев Б.С. К эволюции социально–политического положения тептярей в первой половине XIX века // XXVI съезд КПСС и проблемы аграрной истории СССР. Уфа, 1984.

С. 347.

Рахимов Р.Н. Тептяри Башкирии в XVII–60-х годах XIX века: социально– экономическое развитие. Дис…канд. ист. наук. Уфа, 1993. С. 79, 80.

  войско стало называться Башкирским. Увеличился и штат его канцелярии.

Тептяри, по мнению Перовского В.А., считавшиеся «малоспособными к военной службе», были освобождены от нее. Поставка рекрутов заменялась 60-копеечным сбором. Все они, в числе 266069 душ обоего пола, были включены по месту жительства в неслужащие башкирские кантоны. После этого Башкирское войско было распределено по новым 28 кантонам. По Сенатскому указу «О тептярях, бобылях и башкиро-мещеряках» от 14 июля 1855 года «впредь постановляемое о тептярях надлежит разуметь постановленным и для бобылей, составляющих один народ с тептярями, точно так, как все постановляемое о башкирах относится к принадлежащим к ним мещерякам».266 Таким образом, с присоединением тептярей к Башкиро мещерякскому войску они стали военными припущенниками.

Таким образом, припущенник – понятие более широкое, нежели тептяр. Почти все тептяри – припущенники, но не все припущенники были тептярями. Тептяри жили как землепользователи (615696 десятин – 64,4 % от всех 955916 десятин, владеемых или пользуемых ими земель в середине XIX века), на казенной (115318 десятин, или 12,1 %), на собственной жалованной или купленной земле (224902 десятин, или 23,5 %). Припущенники тептяри не являясь собственниками занимаемых угодий, могли самовольно без ведома башкир–вотчинников припустить других припущенников (в Белебеевском уезде в деревне Шункеево припущенниками тептярей были мишари). Многие тептяри не имели владельческих актов (в Бирском уезде тептяри Ильбахтино: «есть одни расписки в платеже государю императору ясаку с подъемными деньгами»).

Существовали различные формулировки припускных записей. Все эти                                                              ПСЗРИ – II. Т. 30. № 29060. С. 170–171;

Асфандияров А.З. Кантонное управление в Башкирии (1798–1865). Уфа, 2005. С. 187.

ПСЗРИ – II. Т. 30. № 29519. С. 512.

Асфандияров А.З. Башкирия после вхождения в состав России (вторая половина XVI– первая половина XIX века). Уфа, 2006. С. 267, 269.

  частные акты свидетельствуют, что большинство тептярей были припущенниками.

Сословие тептярей по своему положению было близко, с одной стороны, к башкирам и мишарям, с другой, к казенным крестьянам. Это промежуточное положение тептярей подтверждают следующие факты:

относительно управления тептяри через губернское правление подчинялись военному губернатору, где команды тептярей были под руководством старшин. Тептяри несли в первой половине XIX века военную службу.

Существовавшая подушная подать была меньше чем у казенных крестьян.

Причем тептяри рекрут не поставляли. Подобное положение тептярей не устраивало правительство. Поэтому власть не оставляла попыток перевода тептярей в государственные крестьяне. Тептяри в ответ на подобную политику протестовали. Другой крайностью во внутренней политике российской власти было создание в 1855 году военно–служилого сословия тептярей.268 Поэтому являясь совместно с крестьянами главной рабочей силой края, в то же время тептяри привлекались и к военной службе в составе своих конных полков. Поэтому многонациональное сословие тептярей находилось по своему правовому положению между податным крестьянским сословием и военно–служилыми сословиями башкир и мишарей.

                                                             Рахимов Р.Н. Тептяри Башкирии в XVII–60-х годах XIX века: социально– экономическое развитие. Дис…канд. ист. наук. Уфа, 1993. С. 159, 160.

  Глава III.Аграрная политика правительства в Башкирии в первой половине XIX столетия § 1.Земельные законы Законодательные материалы о башкирах–вотчинниках и припущенниках мишарях и тептярях являются историческими источниками, отражающими явления экономической, политической, социальной, культурной жизни в ушедшей эпохе. Обладая юридической силой, акты затрагивали интересы всех членов общества. Всестороннее исследование законодательных источников не только как юридических (законодательство есть правовая основа любого государства) и публично–правовых документов, но и с точки зрения выполнения ими социальных функций является требованием времени. И еще нуждается в дальнейшем изучении.

Известно, что по Соборному Уложению 1649 года у башкирского населения было запрещено покупать землю «и не менять и в заклад и сдачею и в наем на многие годы не имать».269 Данная политика государства прослеживается и в наказе уфимскому воеводе Сомову Ф.И. 1664 года, указах 1682, 1694 годов. Правительство подтверждала права башкир на землю и в ходе разбирательств по челобитным вотчинников. Определенные ограничения для вотчинников на эксплуатацию лесного фонда Башкирии наступили после петровских преобразований. Указом от 1719 года было запрещено рубить корабельный лес. Указами от 28 марта 1720 года271, 27 мая 1720 года272, 21 мая 1724 года правительство подтвердило положения указа 1719 года.273 По указу от 11 февраля 1736 года                                                              ПСЗРИ – I. Т. 1. № 1. С. 80–81.

ПСЗРИ – I. Т. 9. № 6581. С. 335–342;

Устюгов Н.В. Башкирские восстания 1662– годов // ИЗ. М., 1947. Т. 24. С. 106–107.

ПСЗРИ – I. Т. 6. № 3552. С. 173.

ПСЗРИ – I. Т. 6. № 3593. С. 200–202.

ПСЗРИ – I. Т. 7. № 4510. С. 286–287;

Акманов А.И. Земельные отношения в Башкортостане и башкирское землевладение во второй половине XVI–начале XX века.

Уфа, 2007. С. 84, 90.

  башкирам было разрешено продавать свои земли служилым людям и припущенникам мишарям. Тептярей и бобылей, не участвовавших в башкирских бунтах, освободили от платежа оброка башкирам, оставив их на одном прежнем ясачном платеже в казну. Неплюев И.И. был против этого.

Приказав представить ведомости о числе и местожительстве тептярей и бобылей, Неплюев вместе с тем требовал, чтобы при этом было обращено особое внимание на то, каким башкирам принадлежат земли, занятые тептярями и бобылями, – участвовавшим в бунтах или мирным башкирам.

В первом случае, то есть если земли, занимаемые тептярями и бобылями, принадлежали бунтовавшим башкирам, «поселившиеся на них сходцы из чуваш, татар и других, в силу указа 1736 года, освобождались от всякого подчинения башкирам и от платежа им оброка». В противном случае, если это были земли мирных башкир, Неплюев считал несправедливым освобождать от оброка поселившихся на них тептярей и бобылей.

Опираясь на указ от 20 августа 1739 года, Неплюев говорит, что «тептярям и бобылям, которые из них поселились и живут на землях верных и непристававших к воровству башкир, в послушании у них башкир хотя и не быть, однако же, о платеже оброков рассмотреть. Ежели они какие припущенники и прежде оброки по надлежащему платили, то и ныне от того не отрешать. Буде же оных платить не похотят, то бы шли и селились на пустых бунтовщичьих землях особыми деревнями, ибо у верных башкир на их земли право отнимать не сходно и было бы не правосудно, то есть, чтобы верного с бунтовщиком сравнять».274 Нельзя не признать справедливым доводы Неплюева. Не могло не согласиться с ним и правительство.

20 августа 1739 года был снят ясак с отошедших под строительство крепостей башкирских вотчинных земель.275 По указу от 8 августа 1743 года                                                              ПСЗРИ – I. Т. 9. № 6890. С. 741–745;

Витевский В.Н. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его составе до 1758 года. Казань, 1891. Вып. 3. С. 397, 404.

ПСЗРИ – I. Т. 10. № 7876. С. 867–871.

  была узаконена практика государственных раздач земель служилым людям за счет вотчин башкирского населения. О праве башкир отчуждать вотчинные угодья для горнозаводского дела было сказано в указе от 13 марта 1744 года.276 Очередное подтверждение вотчинного права башкир было зафиксировано в указе от 16 марта 1754 года.277 По указу от 23 июня года продажа башкирских волостных земель была разрешена только с согласия всех вотчинников при условии отсутствия земельных споров.

15 марта 1761 года указом Сената Оренбургской губернской канцелярии «велено было пришедших на порозжие земли из разных мест людей, которые там домами завелись и хлебопашество имеют, оставить на местах их жительства, а другим впредь переселенцам селиться запретить.

Указать башкирам, чтобы они теперь больше никого селиться допускать не дерзали».278 В документе сообщается, что «запрещение таковое цели не достигло. Ибо не только башкиры под разными видами допускали припущенников селиться на своих землях, но даже и прежние их припущенники сами собою приходящих из русских губерний казенных поселян: черемис, вотяков, чувашей и других селили на занимаемых ими землях». Это усложнило «наделение землей мещеряков, тептярей и бобылей, древних обитателей на земле башкирских».

Главный директор межевой канцелярии, сенатор Петр Алексеевич Обрезков в 1810 году «обозревавший Оренбургскую губернию» писал, что башкиры «Оренбургской и Пермской губернии, от дурной ли их нравственности, или по склонности к горячим напиткам, продают десятки тысяч десятин земли за несколько сот рублей.279 Отчего они могут быть доведены до крайности такой, что не будут в состоянии содержать лошадей».

                                                             Чулошникова Н.А. К истории башкирского землевладения и русской поземельной политики после указа 1832 года // ТООИКК. Оренбург, 1921. Вып. 1. С. 28.

ПСЗРИ – I. Т. 14. № 10198. С. 42–44.

Акманов А.И. Земельные отношения в Башкортостане и башкирское землевладение во второй половине XVI–начале XX века. Уфа, 2007. С. 99–102, 285.

ПСЗРИ – I. Т. 39. № 29870. С. 260, 269.

  Сенатор предложил: «не благоугодно ли будет высочайше повелеть, дав»

башкирам «право помещиков, ограничить число десятин, которое непременно должно оставаться по ревизии на каждую душу. С предоставлением некоторого излишества «на будущее приращение в людях, и чтобы отныне все продажи» башкирами «земель рассматривались и утверждались начальниками губерний. Предоставив право на отказы их просить в Правительствующий Сенат, и чтобы начальники губерний, утвердившие таковые продажи, доносили о том». Далее говорилось, что «по образу жизни башкирского народа, упражняющегося более в скотоводстве, нежели в хлебопашестве, и по отправлению ими иррегулярной военной службы, невозможно ограничить их 15 десятинной пропорцией, а следует, по крайней мере, определить 30 десятин на каждую душу». Оренбургский военный губернатор Петр Кириллович Эссен в своем представлении в Сенат предложил временно запретить продажу башкирских вотчинных земель. В результате были изданы указы от 11 октября 1818 года и 15 апреля 1824 года. Главная идея этих законодательных актов состояла в том, что дачные пределы, установленные в ходе Генерального межевания, признавались бесспорными. В этом плане межевой департамент Сената запретил заключение припускных записей. Отчуждение волостных вотчин разрешалось только в исключительных обстоятельствах с обязательным юридическим оформлением. В 1818 году Эссен П.К. планировал разделить земли в башкирских волостях между вотчинниками и припущенниками, где остаток предполагалось продать новым переселенцам. По мнению Эссена П.К. башкирам–вотчинникам следовало дать по VII ревизии 40 десятин и гражданским припущенникам 15 десятин на душу мужского пола. После наделения остаток должен был составлять                                                              ПСЗРИ – I. Т. 39. № 29870. С. 269.

Акманов А.И. Земельные отношения в Башкортостане и башкирское землевладение во второй половине XVI–начале XX века. Уфа, 2007. С. 285–286.

  десятин земли. Их Петр Кириллович предложил позволить башкирам продавать по цене не менее 3 рублей за десятину. Здесь нужно было иметь поддержку 2/3 вотчинников. Если продажи не следовало в течение 3 лет, то предлагалось перевести эти земли в казну с уплатой башкирам по 3 рубля за десятину.

Однако правительство на предложение Эссена П.К. не реагировало.

Поэтому Эссен П.К. 28 сентября 1826 года обратился к царю, где повторил главные положения своего плана от 1818 года. В итоге Сенат рассмотрел проект Эссена П.К. и постановил сохранить запрет на продажу башкирских вотчин. Для окончательного землеустройства вотчинников в ходе Генерального межевания при Правительствующем Сенате создали Особый комитет по делам башкирских земель. Этот комитет стал главным разработчиком закона от 10 апреля 1832 года. В законе говорится следующее. «Желая прекратить отныне все разыскания по владению за башкирскими землями и уничтожить на будущее время всякое действие, с упомянутым указом 1736 года связь иметь могущее, дабы таким образом утвердить права башкир на принадлежащие им земли, и положить конец разорительным тяжбам, мы повелеваем». Признать башкир владельцами всех тех земель, которые ныне бесспорно им принадлежат.

Прекратить действие указа 11 октября 1818 года, которым запрещена была продажа башкирских земель. При продаже вотчинных угодий было необходимо согласие двух третей башкирского общества, несмотря на нежелание третьей. Составление подробнейших правил на продажу башкирских земель было предоставлено оренбургскому военному губернатору, который должен был учитывать местные условия. Чтобы от разрешения продажи владельцы не несли                                                              Акманов А.И. Земельные отношения в Башкортостане и башкирское землевладение во второй половине XVI–начале XX века. Уфа, 2007. С. 286–287.

ПСЗРИ – II. Т. 7. № 5287. С. 197.

  убытков, в каждой волости оставили от 40 до 60 десятин земли, по усмотрению местной власти, на душу такой земли, которую башкирское общество не имела права продавать. Если в некоторых волостях этого количества десятин земли на душу не было, то продажа или иное отчуждение земли в этих волостях запрещалась.

Башкирские земли, состоявшие в арендном содержании, оставили до окончания условленных сроков, где разрешалось и впредь отдавать вотчины в аренду с согласия двух третей общества, но не более как на двенадцать лет.

Если земля содержала руду, то башкирам разрешалось предоставлять эти месторождения во временное содержание желающим учреждать горные заводы и фабрики. Рубка леса производилась только с одобрения военного губернатора и ведома горного начальства. В силу того, что заводы и фабрики, требовали для основания и содержания значительных капиталов, сроки на отдачу их в арендное содержание, могли распространяться и далее двенадцати лет, по взаимному согласию. Все договора на содержание земель регистрировались в надлежащих присутственных местах. Мишари, тептяри и крестьяне, обмежеванные бесспорно отдельными от вотчин башкир межами, получили неприкосновенные земли за счет изъятия угодий из башкирских волостей. Таким образом, припущенники сумели закрепить за собой арендуемые по припуску у башкир–вотчинников земли.

Поселившихся на башкирских угодьях припущенников, без законных актов, определяющих пространство владения, от чего между ними и вотчинниками происходили споры, наделили: мишарей, тептярей и бобылей, как занимающихся более скотоводством, или несущих казачью службу, десятинами земли.284 Татар, казенных, удельных и других поселенцев военного ведомства, удовлетворили пятнадцати десятинной пропорцией на душу седьмой ревизии. Но только при условии, если после такой нарезки у самих башкир останется не менее 40 десятин земли на душу. В этом случае                                                              ПСЗРИ – II. Т. 7. № 5287. С. 197–198.

  этих поселенцев наделяли такой пропорцией, «какая по соразмерности числа душ с количеством остальной земли причтется». Наделение землями было на попечении казенной палаты, при надлежащем содействии со стороны Оренбургской межевой конторы и под главным наблюдением военного губернатора.

Все спорные дела башкир рассматривались на общих основаниях вотчинного и крепостного права, «обращаясь к трем началам: межеванию, крепостям и десятилетней давности владения». Крепостные акты, данные до указа от 11 октября 1818 года, признавались законными. Договора заключенные после 11 октября 1818 года стали «ничтожными». Надо сказать, что башкирам было позволено прекращать мировыми сделками тяжбы их с другими владельцами, по согласию двух третей мирского общества. Сила этого указа не распространялась на земли Оренбургской линии.285 Таким образом, настоящий акт стал очередным подтверждением российским государством вотчинного права башкир на землю.

Вскоре появились «Высочайше утвержденные правила во исполнение Высочайшего указа 10 апреля 1832 года составленные на продажу и отдачу в кортому башкирских вотчинных земель». Рассмотрим этот закон. В первом разделе говорится о продаже земель. Желающие купить земли башкир– вотчинников должны были «войти с ними в условия». Вотчинниками признавались все башкиры в пределах одной волости или тюбы «хотя бы они разделялись на разные команды и даже состояли в разных уездах». Давать свое согласие или несогласие имели право все башкиры– вотчинники без всякого преимущества в пользу чиновников. В этом плане кантонные начальники и старшины участвовали наравне со всеми другими вотчинниками. И то только в том случае, если они принадлежали к той                                                              ПСЗРИ – II. Т. 7. № 5287. С. 198;

Аетбаев А.Р. Аграрная политика России и башкиры в Оренбургской губернии в первой половине XIX столетия // История науки и техники.

2010. № 9 (Специальный выпуск № 3). С. 84–86.

ПСЗРИ – II. Т. 8. № 6334. С. 424.

  волости, которая продавала землю. «Чиноначалие» здесь не имело никакого значения или влияния. Если 2/3 вотчинников были согласны на продажу земли, то избирался поверенный для заключения условий между продавцом и покупателем. Предварительные условия договора выдвигались при помощи кантонного начальника и юртовых старшин, на которых основывались купчие крепости и другие виды отчуждения.

Условия договора должны были быть написаны на «трехрублевой крепостной бумаге». В них фиксировалось количество ревизских душ в волости, которой принадлежала отчуждаемая земля. Имелись ли на нее план и межевая книга, или другие законные акты? Сколько оставалось сверх продаваемой земли у вотчинников бесспорно? Из какого количества всей вотчинной земли, сколько десятин отводилась в продажу? Какие были урочища продаваемого участка? Какова была цена, за каждую продаваемую десятину? («зависивщая от взаимного согласия»). Сроки уплаты и кто обязывался внести необходимые крепостные пошлины?

Этот акт, заменяющий мирской приговор и доверенность избранного поверенного должен был быть подписан или утвержден «своеручно» тамгами всех вотчинников согласных на продажу земли на тех условиях, которые в нем были оговорены. Действительно ли вотчинники изъявили согласие на оговоренные условия? За подлинность приложенных тамгов были ответственны кантонные начальники или их помощники. Этих помощников начальники кантонов могли оставить ответственными за себя. Юртовые старшины должны были засвидетельствовать условия своей подписью и печатью. Доверенность, выдаваемая вотчинниками поверенному на заключение в присутственном месте законного акта, заверялась согласно закону. После завершения всех процедур поверенный представлял условия на рассмотрение оренбургского военного губернатора. Кантонный начальник должен был                                                              ПСЗРИ – II. Т. 8. № 6334. С. 424.

  уведомить о находившихся на территории волости припущенниках. Сколько их состояло по последней ревизии, наделены ли они необходимой пропорцией земли? Если нет, то нужно было рассмотреть, не подлежала ли в нарезку этим припущенникам продаваемая земля.

Если военный губернатор одобрит условия, то выдавалось разрешение на совершение купчей крепости или другого рода отчуждение в гражданской палате. Далее условия возвращались поверенному, от которого поступили условия для одобрения военным губернатором. Только после этого гражданская палата, получив условия, совершала купчую крепость на законном основании. Если до совершения купчей крепости большинство башкир–вотчинников или все отменяли свое желание продать землю и предоставляли об этом в гражданскую палату в необходимый срок свое мнение, определенное указом от 18 апреля 1807 года, то на эту продажу налагался запрет. Отказники возмещали покупателям убытки. Если сделка совершалась, то никаких претензий от продавцов, ни от их потомков не принималось и ни каких разъяснений не производилось.

Второй раздел закона был посвящен «отдаче земли в кортомное содержание». В законе сообщалось, что башкиры–вотчинники излишние свои земли могли отдавать за оброк в аренду. В представленных на одобрение военному губернатору условиях должны были быть включены точные границы урочищ, отдаваемые за оброк. Вступительный взнос. Срок владения. Право владельцев и контрагента в случае неустойки. Необходимо было следить за тем, чтобы во время аренды не истреблялись леса. Подробно определялись правила пользования угодий. В каком виде вернуть землю по завершении аренды. Отдаваемые земли в оброчное содержание нельзя было подвергать формальному межеванию, ибо при перемене условий через 12 лет могли измениться и границы владения. В предупреждение споров четко оговаривались границы земель                                                              ПСЗРИ – II. Т. 8. № 6334. С. 424–425.

  при свидетелях. Если в недрах земель находили руду, то башкиры могли эти земли передать государству за приличное вознаграждение.

Если башкиры желали отдать рудные месторождения частным лицам, то в этом случае в условиях сдачи в аренду этих земель должны были быть обозначены все урочища и места, в которых разрешалась разработка руд.

Право разработки не распространялось на всю дачу. Поэтому желающие учреждать горные заводы должны были предварительно ознакомиться на месте с участком разработки.

Сроки отдачи в оброчное содержание леса и земли устанавливались в зависимости от цели: для одних только поисков руд и камней, с отвозом их на заводы или для строительства последних? Для разведки и транспортировки ресурсов срок аренды ограничивался 30 годами. Если горнозаводское дело только начиналось, то для разведки, разработки, добычи и параллельного строительства заводов срок аренды мог быть продлен в условиях аренды. Определение суммы, которую кортомщики платили вотчинникам, предоставлялось взаимному соглашению. Дачи, отдаваемые на горное дело на большой срок более 40 лет, отводились по правилам межевания, с постановлением межевых знаков и с выдачей контрагенту планов. Относительно употребления «сумм выручаемых за проданные и отданные в кортомное содержание земли» сообщалось, что 1/3 должна была составлять общественный капитал. Другие 2/3 делились между вотчинниками. «Из коих первая отсылается для обращения из процентов в одно из кредитных учреждений по выбору оренбургского военного губернатора или по собственному желанию вотчинников». Суммы эти принимались от покупателей особо избранными от башкирского общества доверенными людьми и записывались в выданную этим лицам от военного губернатора шнуровую книгу и хранились в кантонной квартире за печатями кантонного начальника и поверенных от                                                              ПСЗРИ – II. Т. 8. № 6334. С. 425–426.

  общества. Часть общественного капитала могла вноситься в кредитное учреждение. Проценты с этих общественных денег шли на общественные нужды по желанию башкир–вотчинников и утверждению военного губернатора, который по обязанности своей должен был быть общим попечителем башкир и блюстителем их благосостояния.

Деньги шли на пособие бедным башкирам, погорельцам, на детское обучение и на содержание общественных построек. Пособие давалось малоимущим башкирам на вооружение и одежду, на содержание местной власти. Другие 2/3 выдавались старейшинам каждого семейства башкир– вотчинников с приложением тамги в получении денег.

Деньги распределялись по семействам согласно решению общественного приговора. За распределением сумм следить необходимо было очень строго. Не согласившиеся на продажу земли или отдачу в оброчное содержание независимо от этого получали свою долю наравне со всеми. Особо оговаривалось в законе, что «кантонные начальники и старшины в разделе денег не имеют никакого преимущества». 4 апреля 1834 года был издан указ Правительствующего Сената об обязанности по обмежеванию вотчин башкир Оренбургской казенной палатой и о создании для этого особой комиссии. Сенат заслушал записку из дела по рапорту межевой канцелярии, где говорилось о необходимости закрепления к Оренбургской межевой конторе уездных землемеров для размежевания башкирских земель согласно аграрному закону от 10 апреля 1832 года. В указе говорилось, что Генеральное размежевание в Оренбургской губернии «производилось назад тому более уже 30 лет». За это время многие башкиры–вотчинники значительную часть своих угодий продали помещикам и разным лицам в вечность или на сроки. Или вновь допустили на свои земли                                                              ПСЗРИ – II. Т. 8. № 6334. С. 426–427.

ПСЗРИ – II. Т. 9. № 6957. С. 266–272.

  припущенников. На генеральных планах не значилось многих деревень.

Многие жители перешли на другие земли. Отчуждения башкирских земель совершались не по количеству десятин и качеству угодий, а только по урочищам и граням. «Покупатели башкирских земель, имея владения и даже заселения не старались об особом вымежевании своих угодий из башкирских дач». Аграрные акты от 17 июня 1837 года и 14 октября 1838 года специально в «Полном собрании законов Российской империи» не издавались. Однако есть отдельные свидетельства о содержании данных законов. В этом плане Усманов Х.Ф. приводит ссылку на архивное дело, где согласно исследователю отмечается, что Правительствующий Сенат настоящими указами разъяснил: «никто из припущенников, поселившихся на башкирских землях как до 7 сентября 1837 года, так и после того, не должен быть обязательно сселяем». Упомянутые выше акты частично раскрываются в «высочайше утвержденном мнении Государственного Совета» от 14 декабря 1842 года.

Только здесь дата возможно по опечатке написана «11 июня 1837 года», а не 17 июня 1837 года». Рассмотрим текст земельного закона. Государственный Совет, в департаменте Экономии и в общем собрании, рассмотрев внесенные министром юстиции, по высочайшему повелению, два дела, решенные в общем собрании первых трех департаментов Правительствующего Сената, о припущенниках на башкирские земли по Оренбургской и Пермской губерниям, нашел, что предмет, разрешению в настоящем случае подлежащий, заключается в вопросе: должно ли определение общего собрания Сената 11 июня 1837 года о сих припущенниках в Оренбургской губернии, впоследствии другим определением 14 октября 1838 года                                                              ПСЗРИ – II. Т. 9. № 6957. С. 266–268.

ПСЗРИ – II. Т. 44. № 46750. С. 148;

Усманов Х.Ф. Размежевание башкирских дач между вотчинниками и припущенниками по правилам 10 февраля 1869 года // Из истории сельского хозяйства Башкирии. Уфа, 1976. С. 28.

  распространенное в этом отношении и на губернию Пермскую, подвергнуть изменению, или оставить оное и впредь в своей силе? Определение Сената содержит в себе два предмета. Первое. Предоставление оренбургскому военному губернатору, внесенные им и министром государственных имуществ предположения к облегчению поселенцев на башкирских землях, подвергнуть местным соображениям, по сделанным Сенатом замечаниям.

Второе. Указание Оренбургской казенной палате, чтобы она, в назначении и отводе башкирских земель припущенникам, следовала буквально десятому пункту приложения к статье 256 Свода законов гражданских, заимствованной из высочайшего указа 10 апреля 1832 года о землях башкирских. Первый их этих предметов представляет лишь распоряжение предварительное, для исполнения 459 статьи Свода учреждений Правительствующего Сената, а последний есть обращение действий палаты к подлежащему закону.

Но обстоятельство, возбудившее недоумение в министерстве юстиции и послужившее поводом к настоящему вопросу, состоит именно в том, что Сенат, вместе с упомянутым указанием, поставил на вид казенной палате правило, что, при разборе припущенников, ни кто из них, поселившийся на башкирских землях по день получения указа Сената, сселяем с оных быть не должен. Остановясь на этом собственно распоряжении и признав нужным рассмотреть, не противоречит ли оное цели и разуму вышеприведенного закона, Государственный Совет принял на вид, что целью указа 1832 года было прекращение всех розысканий по владению башкирскими землями, утверждение земельных прав башкир и положение конца разорительным тяжбам. В соответственность этому указ тот постановил правила. Как поступать с водворившимися поселенцами, за коими занятые ими земли обмежеваны, и какой пропорцией наделять тех, которые не имеют законных актов,                                                              ПСЗРИ – II. Т. 17. № 16330. С. 215.

  определяющих пространство владения. Далее, на ком должно лежать само наделение землями, каким порядком рассматривать прочие тяжебные дела башкир. Наконец хотя и повелено всякое за тем дальнейшее с обеих сторон притязание по владению землями, вопреки правил постановленных, воспретить и самих жалоб не принимать.

Однако в целом указе ничего не сказано о том, подвергать ли поселенцев и в каких случаях выселу на казенные земли, и не сказано, без сомнения, потому, что подобная мера, столь разорительная для поселенцев и обременительная для казны, если бы в последствии и надлежало приступить к ней, должна быть предметом предварительных соображений заведывающего переселенцами начальства и особого разрешения правительства. Из означенного определения Сената видно, что разбор припущенников, которых число, по сведениям еще 1826 года, простиралось до 100 тысяч душ одного мужского пола, не приведен еще к окончанию, между тем, как этим лишь разбором может обнаружиться число поселенцев, не подходящих под правила статьи 256, сообразно чему должно будет определить и меры их устроения.

Сверх того свод их с земель башкирских, которых они не имели бы права удержать за собою по действующему закону, в настоящем случае был бы мерой преждевременной, потому, что в виду Сената имеются предположения как главного начальства, заведывающего башкирами, так и управления государственных имуществ, цель которых облегчить поселенцев и устранить невыгоды переселения их на другие земли, – предположения, по которым Сенат, когда получит местные соображения, предоставляет себе войти с всеподданнейшим докладом. По этим соображениям Государственный Совет, принимая постановление, сделанное Сенатом на счет несселения припущенников, не за меру окончательную, но как распоряжение, упреждающее преждевременные                                                              ПСЗРИ – II. Т. 17. № 16330. С. 215–216.

  в этом отношении действия со стороны местных властей и соответствующее цели указа 1832 года, мнением положил: определения общего собрания первых трех департаментов Правительствующего Сената 11 июня 1837 года и 14 октября 1838 года оставить в своей силе. Но дабы устранить всякое недоразумение между властями и предупредить новые неправильные водворения на башкирские земли, предписать, кому следует, чтобы, по разборе припущенников и вообще переселенцев на башкирские земли в Оренбургской и Пермской губерниях, сделано было, в свое время, постановление о тех из них, которые, по существующим правилам и по особым уважениям, не могут, оставлены быть на занятых ими землях, если впрочем, к тому времени не последует, каких либо в этих правилах изменений и чтобы, под строгой ответственностью подлежащих мест и лиц, не были допускаемы впредь водворения без предварительного разрешения оренбургского военного губернатора. Очевидно, что указы от 17 июня 1837 года, 14 октября 1838 года, декабря 1842 года легализовали положение большинства припущенников на башкирских дачах и закрепили их владельческие права. Постановление Государственного Совета от 27 декабря 1848 года разъяснило понятие «припущенник». Под «припущенниками» отныне подразумевались для правительства все категории поселенцев на башкирских землях, как арендаторы, так и самовольные переселенцы. Все они могли жить на территории края. «Лишь бы припущенники водворились не позднее сентября 1837 года». 21 марта 1850 года появилось представление оренбургского военного губернатора о наделении башкирских припущенников, состоящих в малоземельных башкирских волостях, узаконенной пропорцией земли.

                                                             ПСЗРИ – II. Т. 17. № 16330. С. 216.

Сборник законов, распоряжений и сведений для руководства межевых комиссий, их членов и землемеров при размежевании башкирских дач. СПб., 1899. С. 116.

  Оказалось, что значительная часть башкирских припущенников проживала в малоземельных башкирских волостях, где не только им, но и самим вотчинникам земли было недостаточно. При наделении их землей в размере, назначенном согласно указу от 10 апреля 1832 года не хватало до одного миллиона девятисот семидесяти трех тысяч пяти сот шести десятин.

Очевидно, что российская власть признала земли, где их собственники башкиры сами ощущают земельный голод, и отсутствует фонд для наделения припущенников «малоземельными территориями». В таких землях считалось необходимым в первую очередь оградить собственность башкир от разорения и только потом заниматься обустройством припущенников. Это еще раз подтверждает тот факт, что государство всегда стояло на страже института собственности. 10 июня 1857 года Государственный Совет рассмотрел представление военного министра «о наделении землей башкир–вотчинников и их припущенников». В многоземельных башкирских дачах припущенники военного ведомства наделялись по 30, а гражданские по 15 десятин на душу VII ревизии. В малоземельных башкирских дачах, когда назначение военным припущенникам по 30 десятин на душу требовало переселения на другие земли припущенников гражданского ведомства, то наделение тех и других производилось пропорционально тому количеству, какое было назначено согласно указу от 10 апреля 1832 года. Если в малоземельных башкирских дачах был недостаток земли для наделения самих башкир–вотчинников, или после наделения вотчинников не оставалось земли для припущенников, то раздел земли между вотчинниками и припущенниками производился пропорционально количеству. С компенсацией вотчинникам за отходящую из их владения землю.

Упомянутый выше пропорциональный раздел земли допускался только                                                              ПСЗРИ – II. Т. 31. № 30035. С. 17.


ПСЗРИ – II. Т. 32. № 31968. С. 527.

  тогда, когда для башкир–вотчинников причиталось не менее 15 десятин земли на душу IX ревизии. Башкиры–вотчинники вознаграждались за убытки отводом из смежных свободных казенных земель соразмерного количества угодий или денежной компенсацией по три рубля серебром за десятину.

«Потребный на сие расход, если земли приобретаются для припущенников гражданского ведомства, производится из хозяйственных капиталов тех отдельных ведомств, к коим принадлежат сии припущенники». Источники компенсации башкирам–вотчинникам за земли, отводящиеся для военных припущенников оренбургскому и самарскому генерал–губернатору, предоставлялось просить у военного министерства.

Земли, приобретенные припущенниками от башкир по крепостным актам, вошедшим в законную силу, и состоящие в бесспорном владении этих припущенников, принадлежали припущенникам–владельцам на праве полной собственности. Земли, на которые припущенники документов не имели, предоставлялись им только на право пользования и поступали в распоряжение того ведомства, к которому принадлежали наделяемые припущенники – землепользователи. «Управление в последствии тех припущенников, которые не будут наделены вполне достаточным количеством земли, с теми, которые получат полную пропорцию, возлагается на заведующих припущенниками начальства, но не в виде непременной и общей в отношении всех припущенников меры, а только условной, на случай необходимости, и с тем, чтобы к такому уравнению было приступлено не прежде, как по окончании надела всех припущенников». 23 июля 1857 года вступили в силу регламентации по наделению землей военных припущенников. С наступлением лета 1857 года из многоземельных десяти башкирских дач отмежевали удобной земли десятин для проживающих в тех дачах припущенников военного ведомства:

по VII ревизии 3140, а по IX ревизии 5342 души. К этим припущенникам                                                              ПСЗРИ – II. Т. 32. № 31968. С. 527–528.

  переселили припущенников военного сословия с малоземельных дач: до душ по IX ревизии. Упомянутые выше 94200 десятин земли разделили между ними поровну, чтобы на каждую душу IX ревизии досталось не менее десяти десятин. Для межевых действий употребили имеющихся топографов, разделив их на две партии. Для заведывания партиями назначили из межевой канцелярии двух землемеров. Так поступали в наделении припущенников военного ведомства землей и из других башкирских дач, если не было на них припущенников иного ведомства. Подведем итоги. В первой половине XIX века правительство вернулось к практике 30-х годов XVIII века. Указом от 11 февраля 1736 года было велено предоставить мещерякам, выступившим в ходе башкирского восстания на стороне власти, в вечное и безоброчное владение земли, взятые ими за оброк у вотчинников. Башкирам было разрешено продавать свои земли служилым людям и припущенникам мишарям. Тептярей и бобылей, не участвовавших в восстании, освободили от платежа оброка башкирам, оставив их на одном прежнем ясачном платеже в казну.

В дальнейшем политика изменилась. В силу того, что в восстании участвовали не все башкиры, в 1742 году припущенников верных башкир обязали платить оброк. В 1755 году «бунтовщиков» простили. Все «бунтовщичьи» земли переходили старым владельцам. Поэтому возникла путаница, породившая многочисленные тяжбы. Для упорядочивания земельных отношений в крае по указу Правительствующего Сената от ноября 1790 года все иски мишарей «о бунтовщичьих землях» были уничтожены.302 Земли, на которых припущенники сидели по разрешению властей оставили за ними. В процессе Генерального межевания земли части припущенников были отмежеваны особыми округами. Большинство                                                              ПСЗРИ – II. Т. 32. № 32098. С. 634–635.

Усманов Х.Ф. Размежевание башкирских дач между вотчинниками и припущенниками по правилам 10 февраля 1869 года // Из истории сельского хозяйства Башкирии. Уфа, 1976. С. 25.

  деревень припущенников осталось в общих дачах с вотчинниками без указания количества следуемой землепользователям земли. Это породило множество земельных споров и вынудило правительство разработать новый аграрный акт от 10 апреля 1832 года. Башкиры были обязаны бесплатно уступить припущенникам часть своих угодий. Припущенники, земли которых при размежевании были отделены от башкирских дач, остались «в неприкосновенном владении занимаемых ими земель». Несмотря на изъятие земель в пользу припущенников из волостных вотчин, настоящий акт стал очередным подтверждением российским государством вотчинного права башкир на землю. Было восстановлено положение акта от 1736 года о продаже вотчинных угодий башкирского народа. Разрешение продажи земли башкир с согласия двух третей мирского общества открывало, наконец, и здесь дорогу рыночным отношениям. Были введены нормы наделения землей населению края. Поэтому указ от 10 апреля 1832 года стал важнейшим регулятором в аграрном строе стабилизировавший напряжение в обществе Оренбургской губернии в первой половине XIX века.

Правительство приняло целый ряд земельных законов о башкирах и припущенниках в первой половине XIX века. Единого курса на всем протяжении аграрной политики царской власти не было. Безусловно ведущей тенденцией было стремление власти создать условия для закрепления позиций припущенников в земельных делах с вотчинниками. Центральное положение здесь занимает указ от 10 апреля 1832 года.304 Наделение угодьями землепользователей было возложено на Оренбургскую казенную палату. Ее деятельность ограничилась, однако, лишь сбором сведений о                                                              Усманов Х.Ф. Размежевание башкирских дач между вотчинниками и припущенниками по правилам 10 февраля 1869 года // Из истории сельского хозяйства Башкирии. Уфа, 1976. С. 25–26.

Аетбаев А.Р. Аграрная политика России и башкиры в Оренбургской губернии в первой половине XIX столетия // История науки и техники. 2010. № 9 (Специальный выпуск № 3). С. 84–86.

  численности вотчинников и припущенников. Практических результатов почти не было. Для ускорения устройства припущенников в 1849 году была учреждена межевая комиссия. Но и после этого размежевание земель не продвинулось вперед. Необходимы были разъяснения. В результате появились акты от 10 июня и 23 июля 1857 года. Поэтому после издания закона от 10 апреля 1832 года появились акты, которые развивали дальше положения этого указа. Всероссийский аграрный рынок получал новый импульс для своего развития. Таким образом, государство как гарант института земельной собственности башкир–вотчинников в законодательных актах оберегало их земельные права. Однако для развития промышленности, сельского хозяйства и торговли нашей страны необходима была эксплуатация природных ресурсов Башкирии и увеличение численности рабочей силы за счет перевода военно–служилого населения в податное сословие.

Государственные задачи экономического развития Отечества входили в противоречие с необходимостью соблюдения вотчинных прав башкирского народа. Поэтому земельные законы были компромиссом между интересами башкир–вотчинников и феодального государства стремившегося к росту производительных сил Башкирии.

                                                             Усманов Х.Ф. Размежевание башкирских дач между вотчинниками и припущенниками по правилам 10 февраля 1869 года // Из истории сельского хозяйства Башкирии. Уфа, 1976. С. 26–27.

  § 2.Земельные споры Землевладение башкир как собственность на основное средство производства включало право обладания и право пользования землей в рамках российского законодательства. Непременным условием, для распоряжения башкирами, мишарями и тептярями упомянутым выше объемом правомочий было верноподданническое отношение с государством как верховным собственником земли. Нарушение прав башкир–вотчинников как правообладателей вело к земельным спорам с различными субъектами аграрных правоотношений.

Башкиры, мишари и тептяри имели по документам многочисленные земельные тяжбы. «При случившихся ныне о землях спорных делах всяк утверждает свое право, ссылаясь на окладные ясачные книги, с коих угодий они ясак платили, через то якобы и те земли им крепки, на которых из оброку ясака за угодья были отданы».306 Одним из источников земельных споров была непоследовательность аграрной политики правительства.

Указом от 11 февраля 1736 года, «все земли виновных башкир повелено было раздать мещерякам, или утвердить за прочими поселенцами.

Не были ни приведены надлежащим образом в исполнение, ни уничтожены во всей полноте: отсюда произошла та запутанность во владении тамошними землями, которая, вместе с неудобством правил на продажу и отдачу в наем башкирских земель, породила множество тяжб, обременяющие низшие и высшие судебные места». По документу «Западные башкиры» в Белебеевском уезде есть фактов земельного спора тептярей. Деревни тептярей Алпаево, Кучуково и Сарысазово были в споре «с казенными поселянами деревни Дюртюлей и помещицей Тевкелевой о сенокосных лугах», деревни Карьявдино и Наратасты «спор о земле с помещицей Тевкелевой», Анясево «спор с                                                              Навеки с Россией. Уфа, 2007. Ч. 1. С. 95.

ПСЗРИ – II. Т. 7. № 5287. С. 197–198.

  казенными поселянами» неизвестно какой деревни. Спор с тептярами деревни Токбердино вели жители Катаево, Кильки Абызово и Куяново.

Тептяри деревни Ильчимбетово Байряковой тюбы и Такаево «спор о земле с майором Буниным», Тузлыкушево «спор с Усень–Ивановским заводом», Азналы Карамалы «спор о земле с жителями деревни Петровки» и Митряево (Аюпово) «спор с казенными поселянами деревни Юмашево».


В Бирском уезде есть 52 факта земельного спора. Тептяри Уразаево имели «спор с мещеряками и тептярями деревни Подлубово», жители Верхнего Сухояза «спор с деревнями Большой Сухояз, Курманаево и Сосново», тептяри Сулейманово «спор с казаками Ельдяцкой станицы».

Очень много было споров с крестьянами. Например, тептяри Откустино «спор с крестьянами села Артакул». Подобные споры с крестьянами вели тептяри деревень Султангулово, Тайнишево, Чаки, Орьебаш, Аначево, Арлян, Бишкураево, Новая Орья, Старая Орья. Это в основном удельные крестьяне, ясачные крестьяне и крестьяне без обозначения их принадлежности.

Споры с дворянами и чиновниками из башкир и мещеряков имели следующие деревни: Старое Кульчубаево «спор с помещицей Никифоровой», жители Тынбахтино, Куразово и Киябак имели «спор с помещиком Краснокутским», Измарино и Токтарово «спор с башкирским сотником Кутлубаевым», жители Кочашево, Исенбаево и Ишбулдино и Атлегишево «спорили с полковником Струковым». Тептяри деревни Карабаево «спор из мещеряков с майором и 14 класса Максютовым», жители Берлячево были в споре с башкирами и мещеряками. Земельные споры тептярей с тептярями вели деревни тептярей Абдуллино–Ишметово, Арсланбеково–Батраково, Байгузино–Старое и Новое Урьи, Старое Кангильдино–Карабаево и Актимирово, Подлубово–Уразаево, Тойчибаево–Старое и Новое Дюртюкеево. У тептярей было много земельных                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 111–214.

  споров и с башкирами. Всего 18 фактов. Тептяри имели спор с башкирами Гарейской, Урман–Гарейской, Унларской, Кыр–Унларской, Таныпской, Кыр–Таныпской, Еланской, Иске–Еланской, Ирехтинской, Ельдяцкой, Тазларской и Шамшадинской волостей.

В Бугульминском уезде по документам есть только факт пользования спорной землей Надыровской волости деревни тептярей Месегутово. В Бугурусланском уезде тептяри деревни Кульшарипово «поземельный спор имеют с помещиком Дурасовым, которому продана часть башкирской земли без их согласия». Любопытно, что свидетельств земельных споров в Бузулукском, Верхнеуральском, Мензелинском и Челябинском уездах по документу вообще нет.

В Стерлитамакском уезде тептяри деревень Янгыскаиново, Кутлугузино, Инзилги, Нижнее Арметево и Сасыкулево имели спор с Богоявленским заводом. Последняя деревня спорила и «с помещицей Воиновой, с казаками Табынской крепости». Тептярская деревня Турсагали Усманово спорила с ясашными крестьянами. Верхние Услы, Услытамаково, Янурусово имели спор с башкирами–вотчинниками Тельтим–Юрматынской и Юрматынской волостей. Всего было 9 фактов спора.

В Троицком уезде было 17 фактов спора. Башкиры–припущенники деревень Авязево, Карабашево, Иксаново, Бурангулово, Кучуково, Мулдакаево, Мухамет Сактаево, Сеитово, Сейтимбетово, Сулейманово, Суюндуково, Татлымбетово, Уразбаево, Ялчигулово жили «на спорной земле Барын и Кара–Табынской волостей со Златоустовскими заводами». Башкиры Байсакалово, Кукеево и Тюхфетово «на спорной земле Куваканской волости со Златоустовскими заводами». Более земельных споров не было. В Уфимском уезде было 17 фактов спора. Тептяри (Старое Адзитарово) «спор о земле с наследниками покойного муфтия Гусейнова и башкирами Уршак–Минской волости». С помещиком Аксаковым спорили тептяри                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 150–318.

  (Старое Киешки), с помещицей Иглиновой (Сарт Мусино), с помещиком Сергеевым (Новое Тимкино), с помещицей Степановой (Лобово). Тептяри имели земельный спор с государственными крестьянами, тептярями, мещеряками и башкирами (деревни тептярей Шарипово, Бишкино, Кызылбаево).

В Вятской губернии в Елабужском уезде было 13 фактов земельного спора. В Сарапульском уезде и в уездах Пермской губернии (Екатеринбургский, Пермский, Шадринский) фактов спора по документу нет.

Рассмотрим Елабужский уезд Вятской губернии: тептяри имели много земельных споров с помещицей Тевкелевой, казной и башкирами (Большая и Малая Варзя, Кечкутан, Пелемеш, Кучуково, Салауш и Уразаево).

В Красноуфимском уезде Пермской губернии тептяри Аркайково имели «споры с Сергинскими заводами Губиных и башкирами Упейской волости в нарушение записи», жители Арсланково «спор о земле с башкирами Бала–Катайской волости». В Осинском уезде Пермской губернии тептяри спорили с татарами и башкирами (Бардинская, Константиново, Султанаево, Таныпово и Усть–Ашапово). Очевидно, что по материалам ведомостей башкирских и мишарских кантонных начальников и земских исправников о численности башкир, мишарей и тептярей по 19 уездам Оренбургской, Пермской и Вятской губерний, возможно, проследить факты земельных споров многонационального и многоконфессионального населения нашего края. Участники споров подавали жалобы и прошения. В основном они были адресованы оренбургскому генерал–губернатору. Немало жалоб было написано на имя царя. Обращаясь к власти, жалующиеся просят оградить их от злоупотреблений, обид, притеснений. Кроме самой жалобы, документы содержат делопроизводственную переписку, справки о землепользовании, выписки из различных учреждений. Около половины дел, связанных с                                                              Западные башкиры по переписям 1795–1917 гг. Уфа, 2001. С. 318–377.

  земельными тяжбами, содержат данные о том, из каких угодий состояли спорные земли. Но точная площадь оспариваемых участков указывалась редко. Подача жалоб и прошений обходилась дорого. Указ от 30 марта года требовал, чтобы прошения были написаны на гербовой бумаге. Поэтому люди платили за гербовую бумагу, оплачивали труд писаря и переводчика. Многие жалобы и прошения подавались повторно, ибо, оформленные не на русском языке, они возвращались обратно. Общество содержало поверенных, которые жили в городах, месяцами ожидая решения дел. Нередко приходилось добираться до далекого Петербурга. Особенно распространены были тяжбы в западных и северных районах Башкортостана, где с давних пор шло освоение края переселенцами. Во время Генерального межевания тяжебными были от 40 до 75 % башкирских волостных земель.313 Особенность многих земельных споров состояла в том, что большинство из них не были урегулированы. В эти тяжбы были вовлечены также частные владельцы, помещики, заводчики и гражданские припущенники. Таким образом, огромный массив земельных споров возникал в процессе осуществления права на землю башкир–вотчинников и припущенников. Однако земельные тяжбы по поводу нарушения прав собственника на владение, пользование и распоряжение землей не определяли характер взаимоотношений между многонациональным населением Башкирии.

                                                             ПСЗРИ – I. Т. 29. № 22076. С. 153–154;

Давлетбаев Б.С. Жалобы башкир и припущенников как форма антифеодального протеста // Социально–экономическое и политическое развитие Башкирии в конце XVI–начале XX в. Уфа, 1992. С. 43.

ЦИА РБ. Ф. 172. Оп. 1. Д. 15. Л. 69;

Давлетбаев Б.С. К методике анализа жалоб и прошений крестьян Башкирии (начало XIX в.) // Проблемы источниковедения истории СССР и специальных исторических дисциплин / Отв. ред. И.Д. Ковальченко. М., 1984. С.

56–57.

Давлетбаев Б.С. Материалы о земельных спорах как источник по аграрной истории Башкирии середины XIX века // ЮАС. Уфа, 1976. Вып. 2. С. 84–89.

  Заключение Башкирия – многонациональная и многоконфессиональная республика.

Население края формировалось с древнейших времен и в различных исторических условиях. В середине XVI века башкиры добровольно присоединились к России. Благодаря этому важнейшему событию целый народ стал носителем статуса земельного собственника. В силу того, что Башкирия была юго-восточной окраиной страны, военно–стратегические интересы царской власти определяли земельную политику в отношении башкир–вотчинников. Во второй половине XVI – первой трети XVIII столетия правительство оберегало вотчинные права башкирского народа.

С организацией Оренбургской экспедиции в 1734 году и принятием указа от 11 февраля 1736 года аграрная политика в крае характеризуется некоторой двойственностью. Подтверждая земельные права башкир, правительство начинает строительство крепостей, заводов и отводит за счет волостных вотчин земли переселенцам различного сословного и национального происхождения. В итоге к середине XVIII столетия башкирский народ потерял около половины своих вотчинных земель. Это было связано с задачами государственного строительства. Для развития народного хозяйства страны были необходимы земельные ресурсы и полезные ископаемые края. Единого курса на всем протяжении внутренней политики царской власти в Башкирии не было.

Российское государство в течение нескольких столетий постепенно сформировало сословия мишарей и тептярей. Их нельзя однозначно целиком относить к военно–служилым или гражданским сословиям. В силу того, что они находились в промежуточном положении, склоняясь в то или иное состояние, в зависимости от политики российской власти. Мишари и тептяри в Башкирии впервые упоминаются по историческим источникам конца XVI столетия и в документах позиционируют себя с землепользователями.

  10 апреля 1798 года в Башкирии была введена кантонная система управления. Башкиры и мишари продолжали находиться в военно–служилых сословиях (1754–1865). 11 башкирских и 5 мещерякских кантонов были образованы по уездному принципу. С присоединением в 1855 году тептярей к Башкиро-мещерякскому войску объединенное войско стало называться Башкирским, где тептяри на десять лет стали военными припущенниками.

Изменение политической обстановки и преодоление пограничного положения Башкирии сделало не нужным военное состояние башкир, мишарей и тептярей. В 1865 году последовала реорганизация Башкирского войска. Все население края пополнило ряды податного российского населения.

Общественное развитие башкир, мишарей и тептярей к концу XVIII столетия характеризуется дальнейшим усложнением социальных отношений.

Ведущим фактором эволюции социальной структуры становится кантонная реформа. По документам на вершине социальной лестницы с конца XVIII века можно четко выделить социальные группы с административным ресурсом или имеющих духовное звание. В этой верхушке особо выделяются чиновничество (человек обладающий чином на государственной службе), дворянство и мусульманское духовенство. Социальное положение рядовых общинников было одинаковым.

По повинностям башкиры и мишари сблизились с тептярями. Военно– стратегические интересы страны уступают место экономическим соображениям. Рентабельные для государства строительство башкирами, мишарями и тептярями дорог, укрепленных линий, перевозка грузов, обеспечение лесом и сельскохозяйственные работы крайне тяжело сказывались на благосостоянии этого населения. Военная служба башкир и мишарей постепенно заменяется трудовой повинностью.

Формирование мишарского сословия в Башкирии было связано с политикой интеграции юго-восточных окраин в состав России.

  Правительство по экономическим или военным соображениям создавала сословия из различных народов нашего Отечества. Мишарей проживающих в западных районах Казанской губернии, на правобережье Волги, в Нижегородской, Воронежской губерниях перевели в сословие государственных крестьян. Здесь военной угрозы для страны не было. Для экономического развития данных территорий нужна была рабочая сила.

Поэтому из мишарей там образовали податное сословие.

В Башкирии в XVII–XVIII столетиях ситуация была иной. По военно– стратегическим соображениям правительство создает из различных тюркских народов служилые сословия башкир и мишарей. Роль рабочей силы в крае выполняли тептяри и многоликое крестьянство. Только к середине XIX века положение башкир, мишарей и тептярей сближается.

Башкиры–вотчинники и военные припущенники мишари совместно проживая на территории Башкортостана, сформировали общую культуру при сохранении своего национального происхождения. Общего у башкир и мишарей было больше чем различий. Одна вера, единый духовный мир.

Только в материальном укладе в зависимости от района проживания были некоторые различия.

Все мишарские припущенники жили на территории башкирских волостей в составе своих общин. Земельной организацией была община.

Именно община представляла интересы мишарей в аграрных отношениях с башкирами–вотчинниками. И башкиры, и мишари имели одинаковые повинности, управлялись старшинами. Только башкиры являлись землевладельцами, а основная часть мишарей была землепользователями башкирских волостных вотчин. Поэтому в лице мишарей мы имеем категорию военных припущенников отличавшихся от башкир–вотчинников только по своим земельным правам.

В работе было рассмотрено отношение тептярей по поземельному владению в пределах башкирских волостных вотчин. У тептярей не было   разделения на волости. Основная часть тептярей в составе своих команд была припущенниками башкирских волостей. Существовали различные формулировки припускных записей. Все эти частные акты свидетельствуют, что большинство общин тептярей как земельные экономии находились на правах землепользователей по башкирским вотчинам. Являясь совместно с крестьянами главной рабочей силой края, в то же время тептяри привлекались и к военной службе в составе своих конных полков. Поэтому многонациональное сословие тептярей находилось по своему правовому положению между податным крестьянским сословием и военно–служилыми сословиями башкир и мишарей.

Правительство приняло целый ряд земельных законов о башкирах и их припущенниках в первой половине XIX века. Центральное положение здесь занимает указ от 10 апреля 1832 года. Настоящий акт стал очередным подтверждением российским государством вотчинного права башкир на землю. Было восстановлено положение акта от 1736 года о продаже вотчинных угодий башкирского народа. Были введены нормы наделения землей населению Башкирии.

Башкиры, мишари и тептяри имели по документам многочисленные земельные тяжбы. Нарушение прав башкир–вотчинников как правообладателей вело к земельным спорам с различными субъектами аграрных правоотношений. Одним из источников земельных споров была непоследовательность аграрной политики правительства. Издание множества аграрных актов и межевые работы не уменьшали количества земельных споров в крае. Этот огромный массив земельных споров возникал в процессе осуществления права на землю башкир, мишарей и тептярей. Однако земельные тяжбы по поводу нарушения прав собственника на владение, пользование и распоряжение землей не определяли характер взаимоотношений между населением Башкирии.

  Таким образом, история земельных отношений башкир–вотчинников и припущенников в Башкирии в первой половине XIX века была составной частью аграрной истории нашей страны. Аграрная история башкир– вотчинников в кантонную эпоху есть история функционирования института вотчинного права башкирского народа и земельных экономий припущенников в контексте внутренней политики Российского государства.

В узком понимании экономии припущенников являлись аграрными организациями свободных земельных держателей и до присоединения башкирского народа к Русскому государству не имели экономического, юридического и социального содержания.

В этом плане проблемы экономической формы собственности в Башкирии были связаны с проблемами изменения сущности землевладения и землепользования вотчинников и землепользователей, где право земельного держания башкирского народа включало право владения, право пользования своей волостной землей как объектом хозяйства и право распоряжения в форме института припуска. Непременным условием, для распоряжения башкирами упомянутым выше объемом правомочий было верноподданническое отношение с государством как верховным собственником земли. Можно с уверенностью сказать, что именно в ходе реализации земельных отношений башкир, мишарей и тептярей благодаря институту припуска были заложены основы для будущего совместного проживания в дружбе и согласии многонационального и многоконфессионального населения Башкирии.

  Список использованных источников и литературы I.Опубликованные источники 1.Ведомости башкирских и мишарских кантонных начальников о численности и социально–экономическом положении населения по деревням в середине XIX века / Составитель А.З. Асфандияров // Южноуральский археографический сборник / Отв. ред. Р.Г. Кузеев. Уфа: БФ АН СССР, 1976.

Вып. 2. С. 196–342.

2.Ведомости земских исправников о числе тептярей и бобылей Оренбургской, Пермской и Вятской губерний, количестве принадлежавших им земель с указанием актов и прав на эти земли, спорных и общих с другими лицами владений / Составитель Б.С. Давлетбаев // Малоизученные источники по истории Башкирии. Уфа: БФ АН СССР, 1986. С. 78–158.

3.Вельяминов–Зернов В.В. Источники для изучения тарханства жалованного башкирам русскими государями // Записки императорской академии наук.

Приложение к IV тому записок № 6. СПб., 1864. Т. 4. Кн. 2. С. 1–47.

4.Волков Д.В. Записка Дмитрия Волкова об Оренбургской губернии от мая 1763 года // Выбор статей из Оренбургских губернских ведомостей за 1859–1860 годы. Уфа: Губернская типография, 1859–1860. 1859. С. 334–339, 341–345, 346–352;

1860. С. 1–5.

5.Дополнения к актам историческим, собранные и изданные археографической комиссией. СПб.: Изд-во II Отделения Собственной Ее Императорского Величества Канцелярии, 1846. Т. 1. 400 с.

6.Западные башкиры по переписям 1795–1917 годов / Составители А.З.

Асфандияров, Ю.М. Абсалямов, М.И. Роднов. Уфа: Китап, 2001. 712 с.

  7.Материалы по истории башкирского народа (1800–1903) / Отв. ред. А.З.

Асфандияров. Уфа: ИИЯЛ УНЦ РАН, 2009. Т. 4. 132 с.

8.Материалы по истории Башкирской АССР. Башкирские восстания в XVII и первой половине XVIII вв. Сборник документов и материалов / Отв. ред. А.П.

Чулошников. Ч. 1. М.;

Л.: АН СССР, 1936. 631 с.

9.Материалы по истории Башкирской АССР. Сборник документов и материалов / Составитель Н.Ф. Демидова;

Под ред. С.М. Васильева. Т. 5. М.:

АН СССР, 1960. 783 с.

10.Навеки с Россией. Сборник документов и материалов / Составители Р.Р.

Кутушев, Ф.Г. Нугаева, В.Н. Макарова, Р.Н. Бикметова. Ч. 1. Уфа: Китап, 2007. 472 с.

11.Неплюев И.И. Записки Ивана Ивановича Неплюева (1693–1773). СПб.:

Изд-во А.С. Суворина, 1893. 197 с.

12.Новиков В.А. Сборник материалов для истории Уфимского дворянства.

Уфа: Изд-во Н.К. Блохина, 1879. 270 с.

13.Письма Перовского В.А. к Балкашину Н.В. с похода в Хиву 30 ноября 1839 года–20 марта 1840 года // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Оренбург: Изд-во «Каримов, Хусаинов и К», 1911. Вып. 23. С.

152–164.

14.Полное собрание законов Российской империи. Собрание – I. СПб., 1830.

Т. 1. № 1. С. 1–161;

Т. 4. № 2218. С. 436–438;

Т. 5. № 3380. С. 701–710;

Т. 6.

№ 3552. С. 173;

Т. 6. № 3593. С. 200–202;

Т. 7. № 4510. С. 286–287;

Т. 8. № 5316. С. 68;

Т. 8. № 5719. С. 399;

Т. 9. № 6581. С. 335–342;

Т. 9. № 6890. С.

741–745;

Т. 10. № 7876. С. 867–871;

Т. 12. № 8901. С. 51;

Т. 14. № 10198. С.

  42–44;

Т. 14. № 10453. С. 413–414;

Т. 17. № 12474. С. 329–339;

Т. 17. № 12570. С. 560–580;

Т. 17. № 12659. С. 716–794;

Т. 17. № 12711. С. 876–912;

Т.

24. № 17634. С. 229–230;

Т. 24. № 18019. С. 638–641;

Т. 25. № 18477. С. 189– 197;

Т. 25. № 18625. С. 337–345;

Т. 27. № 20867. С. 803–804;

Т. 29. № 22076.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.