авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |

«Международный общественный форум «Диалог цивилизаций» Министерство образования и науки Российской Федерации Нижегородский государственный университет им. Н. И. Лобачевского ...»

-- [ Страница 7 ] --

Люди не могут не искать истину, особенно в том, что относит ся к Богу и его воле в отношении человека;

точно так же они не мо гут не жить в соответствии с познанной истиной. Обязательства пе ред Богом будят совесть человека. Истина не может воздействовать иначе, как силой убеждения, овладевая человеком одновременно и тихо, и властно. В свою очередь, религиозная свобода, в которой человек нуждается, чтобы выполнить свой долг служения Богу, за щищает его от принуждения в гражданском обществе.

Человеческая личность имеет право на религиозную свобо ду. Эта свобода означает, что все люди должны быть защищены от принуждения со стороны отдельных личностей или социальных групп, так чтобы никто не был вынужден действовать вразрез со своей верой, будь то в частной или общественной жизни, один или совместно с другими, оставаясь в должных рамках.

Право на религиозную свободу, как провозгласил Второй Ва тиканский собор, «имеет основанием само достоинство человече ской личности, о котором говорят нам Божественное откровение и сам разум». Право человеческой личности на свободу вероиспо ведания должно быть признано конституционным законодатель ством, которое управляет обществом, и стать, таким образом, граж данским правом.

Именно достоинство, которое присуще всем людям, суще ствам, обладающим разумом и свободной волей и вытекающей из них личной ответственностью, наделяет их естественным стремле нием и моральным долгом искать истину, особенно религиозную.

Они также обязаны, раз познав истину, оставаться верными ей и привести всю свою жизнь в соответствие с тем, что эта истина ве лит.

Тем не менее люди не могут выполнять эти обязанности, не входя в противоречие с собственной природой, если они не защи щены от внешнего, в том числе психологического, принуждения.

Таким образом, право на свободное исповедание избранной веры имеет основанием не чью-то субъективную волю, а саму природу человека. Следовательно, от принуждения должны быть защище ны и те, кто не воплощает в жизнь свой долг искать истину и следо вать ей, и для отмены права на такую защиту нет оснований, если не был нарушен общественный порядок.

Свобода вероисповедания, бесспорно, теснее какого-либо дру гого права связана с человеческим достоинством. Человека отли чает способность к мышлению, нравственное чувство, формиру емое интеллектом и опытом, и способность действовать на осно ве интеллекта и нравственного чувства. Как таковая, каждая лич ность «запрограммирована» на стремление к познанию истины о происхождении, природе, назначении и судьбе человечестваСоот ветственно защита религиозной свободы есть защита права на по иск этой истины и права спокойно жить и почитать Бога в соответ ствии с ней как в одиночку, так и вместе с другими. (Религиозная свобода распространяется также на тех, кто считает, что поиск ис тины и вытекающие из него моральные императивы предполагают наличие не только прав, но и ограничительных обязанностей.) Ре лигиозная свобода простирается до самых корней того, что отлича ет человека от других существ и что заставляет говорить (следуя, например, Всемирной декларации прав человека) о наличии у него неприкосновенного внутреннего достоинства.

Гарантия религиозной свободы служит опорой также для дру гих фундаментальных прав, необходимых всем людям;

будучи основана на признании достоинства за каждой человеческой лич ностью, свобода вероисповедания способствует реализации других родственных прав. Правительство, отрицающее право на свободу совести, скорее всего, будет отрицать и другие неотъемлемые от человеческого достоинства права – например, на защиту от пыток или убийства. Столь же верно и обратное. Не менее тесной связью со свободой совести и вероисповедания обладают также граждан ские и политические права, необходимые для демократии.

Без свободы совести нет свободы слова, так как верующие не смогут дискутировать об основных положениях веры;

нет и свобо ды собраний, так как единоверцы не смогут встречаться, чтобы го ворить о своей вере и молиться своему Творцу;

нет и свободы пе чати, так как верующие не смогут делиться своими воззрениями с другими через прессу. Как отдельные верующие, так и религиоз ные группы желают и заслуживают свободы слова, свободы собра ний и права чувствовать себя в безопасности от необоснованного вторжения государства в их жизнь.

Во многих странах, где есть религиозные меньшинства, счи тается, что нельзя достигнуть большего, чем всеобщая религиоз ная терпимость. Однако подлинная религиозная свобода – это не что большее, чем просто терпимость. Ее основой является призна ние достоинства каждого человека не вопреки, а по причине нали чия у каждого собственных религиозных убеждений.

Великая задача XXI века состоит в том, чтобы поддержать и усилить религиозные сообщества – особенно мусульманские, – придерживающиеся такого рода взглядов, то есть считающих, что пойти навстречу немусульманским религиям значит не поступить ся исламом, а глубже и яснее понять его смысл. Меч ислама – бу дет ли он только отрезать уши внешним врагам, или острие его бу дет направлено внутрь, чтобы удалить то, что губит правду ислама?

Великая трагедия сегодняшнего дня состоит в том, что факел жертвенности и правды ислама – и, я бы осмелился добавить, всех прочих религий – был вырван из рук тех, кто должен держать его высоко, и теперь его несут враги правды и свободы. Можно сказать, что «огонь апостольского рвения», живой и яркий во всех религи ях, был украден с Божьих алтарей и теперь горит как адское пла мя в сердцах тех, кто сравнивает эти алтари с землей. Нам в самом деле суждена новая война, но не в виде столкновения цивилизаций, на которую так часто и ошибочно ссылаются. Нам суждена война с ложной свободой – гражданской и религиозной, – угрожающей на шей подлинной божественной свободе.

Конечно, это не связано лишь с исламом;

другим религиозным традициям также свойственны разные виды нетерпимости, веду щие к насилию. Это видно на примере недавнего роста индуист ского национализма в Индии, растущей напряженности на рели гиозной почве в Восточной Европе, Средней Азии и на Ближнем Востоке.

По всему миру мы наблюдаем продолжающийся регресс и де градацию религиозных прав. Опаснее всего то, что, к сожалению, на наших глазах многие недавние убежища свободы, где вера могла свободно проявлять себя, стали новыми аренами утонченной рели гиозной дискриминации. Закон о запрете на ношение религиозной одежды, принятый французской Национальной ассамблеей, – это пример такой потенциально опасной новой тенденции.

Европейские демократии, такие как Франция, Бельгия и Гер мания, обязаны и призваны быть образцами для государств, стре мящихся к полноценной демократии;

вместо этого мы видим, как Китай ссылается на действия, предпринимаемые Францией против религиозных меньшинств, для оправдания своей собственной по литики в отношении Фалуньгуна, христиан и других групп. Такого рода правительственные акции в европейских странах ограничива ют и ущемляют право каждого человека на следование своей вере в соответствии с велениями совести и служит опасным образцом для других стран по всему миру.

Соблюдение права на свободу вероисповедания не может рас сматриваться ни как милость государства, оказываемая его граж данам или жителям, ни как исключение. Следовательно, правовые или административные процедуры, применяемые к верующим или религиозным организациям, не должны, как правило, быть более строгими, чем те, которые данная правовая система предписыва ет для других случаев. Очень важно подчеркнуть, что свободу ве роисповедания нельзя смешивать со свободой от вероисповедания.

Политика секуляризации ни в какой форме не должна служить при крытием государственного атеизма и вытекающей из него – пусть непредумышленной – нетерпимости.

Почти пять лет назад по инициативе Соединенных Штатов НАТО вступил в войну за освобождение народов Косова и Мето хии от притеснений со стороны режима Слободана Милошеви ча. Пять лет спустя живущие в Косове православные сербы стали второсортными гражданами собственной страны, которым отказа но в основных правах человека. На глазах десятков тысяч военнос лужащих НАТО, включая американцев, с землей сравняли более 115 церквей и монастырей, из них более половины средневековых;

были осквернены бесценные фрески и иконы;

совершались напа дения на монахов и священников, идущих по улицам городов, засе ленных теперь одними албанцами.

Такая нетерпимая ситуация сложилась под международным наблюдением. Две трети довоенного сербского православного на селения Косова стали жертвами чисток;

их дома были сожжены дотла, и тысячи из них были убиты. Оставшиеся православные подверглись сегрегации и живут в гетто, отделенные от прочего на селения. Никто не взял на себя ответственность за эту гуманитар ную катастрофу.

Бездеятельность со стороны нас, верующих, делает нас соу частниками этих преступлений. Не замечать происходящее в сегод няшнем Косове – значит сделать нас безответными в споре с вра гами демократических ценностей и религиозной свободы в Ираке, Афганистане и других подобных местах, а этого мы допустить не можем.

В августе этого года я возглавлял делегацию лидеров амери канских религиозных организаций и организаций по защите прав верующих в Косове и Метохии. Это был первый такой визит со стороны американцев с 1999 года Этим лидерам необходимо было лично увидеть страдания сербов и православных в Косове. Среди прочего делегация решила взять под «духовное покровительство»

все пострадавшие или разрушенные церкви и монастыри, всего бо лее 150. Американские церкви будут предоставлять финансовые средства, ресурсы, материалы и добровольцев для обновления и ре конструкции этих церквей в сотрудничестве с международным со обществом и под руководством моего дорогого друга епископа Ар темие.

Даже здесь, в Греции, мы видим вмешательство государства, иногда благословляемое основной конфессией, в дела меньшинств, следующих своим религиозным убеждениям в соответствии с ве лениями их ума, сердца и совести.

Греция – единственная из стран Европейского союза, чья кон ституция запрещает прозелитизм;

точно так же она является един ственной из таких стран, осужденной Европейским судом по пра вам человека за недостаток религиозной свободы. Если говорить в целом о правовой ситуации в области религиозной свободы, с 2001 года в Греции не произошло никаких серьезных улучшений.

Православная церковь, иудаизм и ислам остаются единственными группами, рассматриваемыми законом в качестве «юридических лиц публичного права». Недавно римско-католическая церковь в Греции получила по решению суда легальный статус и в 2003 году была приглашена Министерством по делам образования и религии для участия в переговорах о ее легализации. Католики не согласны на статус «юридического лица публичного права» и предпочитают, чтобы греческое законодательство было приведено в соответствие с ситуацией в других странах Европейского союза.

Другие религиозные общины, как, например, община еванге лических протестантов или свидетелей Иеговы, состоящие в основ ном из этнических греков – граждан страны, считаются «юридиче скими лицами частного права». Это значит, что они рассматрива ются в качестве объединений частных лиц и не могут как единое целое выступать в суде, а также иметь или наследовать собствен ность. Согласно конституции, всем лицам, проживающим на тер ритории Греции, гарантируется «полная» защита религиозного вы бора. Однако та же конституция вопреки решению Европейского суда по правам человека запрещает прозелитизм (статья 13) и осо бо оговаривает, что отправление какого-либо обряда или культа не должно нарушать общественный порядок или противоречить мо ральным принципам.

Согласно законам 1363 от 1938 года и 1672 от 1939 года, ко торые рассматриваются некоторыми греческими верующими как дискриминационные, Министерство по делам образования и ре лигии выдает признанным или «учтенным» религиям специаль ные разрешения на строительство помещений для молитвы. Сто ит отметить, что эти разрешения – единственный (хотя и непрямой) акт признания новой религии государством. Но после решения по «делу Мануссакиса», вынесенного Европейским судом по правам человека в 1996 году, заявки на получение такого рода разрешений действительно принимаются министерством. Похоже, что прави тельство в большей степени, чем греческие законодатели, прислу шалось к решению суда. Согласно закону, министерство при выда че разрешений может руководствоваться мнением местного право славного епископа и полиция имеет право преследовать религиоз ные общины, строящие молитвенные дома или совершающие иные публичные действия без разрешения.

Так или иначе, религиозная свобода в Греции до сих пор за висит от таких факторов, как мнение господствующей конфес сии. Один из примеров воздействия этого фактора – дело Свобод ной евангелической церкви в Филиатре на Пелопоннесском по луострове. Невзирая на разрешение, выданное министерством (A3/20109/13-3-2002), местный православный епископ воспроти вился ее строительству, ссылаясь на необходимость противодей ствия незаконному прозелитизму (газета «Элефтерия» от 12 апреля 2002 г.). По причине такой позиции православного епископа статус этой протестантской общины остается неясным.

Весьма способствовал защите религиозных меньшинств ин ститут независимых уполномоченных, так называемых «граждан ских поверенных», принимающих от населения жалобы на госу дарственные органы (доклад № 5979.2.2/24-04-2002). Но местная полиция до сих пор имеет право преследовать религиозные мень шинства, строящие молитвенные дома или занимающиеся иной де ятельностью без разрешения, хотя на практике этого за последние два года не происходило. Тем не менее до сих пор обычным делом является задержание представителей религиозных меньшинств по лицией для выяснения личности. В 2001 году Кассационный суд постановлением № 20/2001 признал, что закон, требующий пред варительного государственного разрешения на строительство мо литвенного дома и иную деятельность, не нарушает право на сво боду вероисповедания (статья 13 Конституции и статья 9 Европей ской конвенции по правам человека). Лишь незначительное мень шинство судей сочло эту превентивную систему противоречащей как конституции, так и конвенции.

Отказ от свободы вероисповедания является также колоссаль ным – и, быть может, даже фатальным – препятствием на пути к успешной демократизации, от которой, в свою очередь, сильно за висят внутренняя стабильность и жизнеспособность нации. Наи большая опасность в этом аспекте угрожает новым, формирую щимся демократиям, но не должна приуменьшаться и в отноше нии полностью сформировавшихся. Так, успешное политическое развитие крупнейшей демократии мира – Индии, в частности, за висит от противодействия индуистским экстремистам, стремящим ся разрушить характерную для страны традицию (если то, что су ществует 50 лет, может быть названо традицией) религиозной тер пимости. Кашмирская проблема также не должна рассматриваться ни Индией, ни Пакистаном, ни США исключительно как политико стратегическая, без учета важнейшего фактора взаимной нетерпи мости между индуистами и мусульманами.

В формирующихся новых демократиях ставки еще выше. Мы наблюдаем борьбу за признание религиозной свободы как ценно сти в Афганистане и многих постсоветских государствах Средней Азии. Все они с той или иной скоростью движутся к демократии, но имеют опасную склонность сводить ее почти исключительно к сфере формальных процедур, связанных с многопартийностью и тайным голосованием. Но, как показывает обширный опыт Запада (о котором следует вспомнить Западной Европе), демократия нуж дается в определенном моральном климате, построенном на соот ветствующих универсальных принципах. В климате же исламской нетерпимости, который благоприятствует ей не больше, чем недав но преодоленный климат нетерпимости секулярной, демократия погибнет, едва родившись.

Защита религиозной свободы представляет принципиальный вызов правительствам, которые по той или иной причине стремят ся к поддержке определенной религиозной традиции с целью по давления всех прочих. От преодоления данной трудности не мень ше, чем от любого экономического, этнического или политическо го фактора, зависит успех или крах российской демократии, по скольку российские лидеры, стремясь заручиться политической поддержкой Русской православной церкви, борются с искушением ограничить в правах неправославные религиозные меньшинства.

Та же дилемма стоит перед лидерами Украины, Беларуси, Грузии и большинства других посткоммунистических стран Европы.

В странах, остающихся по сей день коммунистическими, та ких как Китай и Вьетнам, где культура не основана ни на одной конкретной религии, власти с опасением смотрят на рост интереса к традиционным ритуалам, могущего ускорить крах системы. Это выливается в жесткие репрессии;

правительство пытается сдержи вать и контролировать религиозный порыв и даже вносить измене ния в традиции, считающиеся «иностранными», а потому враждеб ными – такие, как католицизм в Китае. Вьетнам и Китай в одинако вой степени воспользовались растущей мировой (и в первую оче редь американской) обеспокоенностью терроризмом для оправда ния борьбы против «раскольников» и других старых «угроз», на пример, в лице угнетенных ими протестантов, живущих в горах Центрального Вьетнама, тибетских буддистов, уйгурских мусуль ман.

От укрепления свободы совести и вероисповедания зависит безопасность как любого, без исключения, конкретного государ ства, так и мира в целом. Прежде всего из него вытекает укрепле ние демократии, что в свою очередь способствует международной и региональной стабильности, а также экономическому процвета нию. Кроме того, оно помогает бороться с религиозным террориз мом. Я не знаю ни одного режима в мире, одновременно уважаю щего свободу вероисповедания и представляющего угрозу безопас ности США или любой другой страны.

Поистине тонкой задачей является соблюдение хрупкого рав новесия между светской природой государства и позитивной ро лью верующих в общественной жизни. Избежать противоречия в этом аспекте столь же важно, как предотвратить злоупотребление понятием свободы. Помимо прочего, такое равновесие соответ ствует требованиям здорового плюрализма и способствует постро ению подлинной демократии.

Как недавно заявил папа Иоанн-Павел II, «сдержанность и уравновешенность в демонстрации государствами своей светской природы благоприятствует диалогу между различными составля ющими общества, который, в свою очередь, стимулирует частое и честное сотрудничество между гражданским и религиозным обще ством ради общего блага».

Систематическая дискриминация любого меньшинства, в осо бенности религиозного, вредит безопасности, экономике и соци альному развитию самого государства, его соседей и международ ного сообщества. Отчуждение одной из групп населения страны правительством или другой частью населения при активной или пассивной поддержке правительства ведет к росту недовольства среди этих групп и отчуждению их от общества.

Проводимая государством дискриминация по религиозному признаку, будь то активная или пассивная, может вызвать напря женность в его отношениях с соседними странами, а в дальнейшем также привлечь внимание других заинтересованных государств и международных организаций.

Общественная и политическая напряженность и конфликты, вызванные чьими-либо отличиями от окружающего общества, за ставляют прибегнуть к принуждению и ужесточению законода тельства. Такое ужесточение уже произошло во Франции;

его воз можность обсуждается в Германии, Бельгии и других странах. Но законы, вызывающие негодование и стремление их обойти со сто роны столь многих верующих, не будут действенны. Отчуждение людей и подчеркивание их «ненужности» не решат проблему. Пра вительство ответственно за взаимовыгодное и мирное сосущество вание всех частей общества в данном государстве. Следовательно, его долг, за выполнение которого оно также несет ответственность, – гарантировать соответствующие права и блага, оставаясь верным плюрализму.

Если реальные случаи государственного преследования при бавляются к изоляции верующих от общества, их чуждости это му последнему, вызванной наличием у них иных норм в области социально-экономической жизни и образования, может начаться массовое бегство людей. Оно, в свою очередь, способно привести к неблагоприятным демографическим последствиям для страны и создать проблему беженцев для ее соседей.

Массовые миграции населения через границы становятся угрозой для безопасности стран, граничащих с религиозно нетер пимым государством. Дело может дойти до военной угрозы, если репрессивный режим использует против меньшинств силу. Обра щение китайских властей с беженцами из Северной Кореи, где по ложение чудовищно во всех отношениях, дает пример разумного подхода к таким проблемам.

Военная угроза, вызванная недостатком свободы в религиоз ной сфере, еще более возрастает, если репрессии на религиозной почве и недостаток свободы дают импульс актам насилия и даже террора со стороны страдающих религиозных меньшинств. Такие антиправительственные акты не заслуживают оправдания, но мо гут казаться их исполнителям единственным средством борьбы с режимом, нарушающим их основные права. Отрицание фундамен тального права на свободное исповедание избранной религии мо жет в самом деле создать прямую угрозу самому государству. Та ким образом, уважение к любому проявлению религиозной свобо ды есть эффективное средство для достижения гарантированной безопасности и стабильности внутри государства.

В современном мире, где терроризм стал новой империей зла, а религиозный экстремизм – агрессивной политической идеологи ей, слова президента Рональда Рейгана остаются столь же верны ми, как 8 марта 1983 года, когда он произнес их в своей речи перед Национальной ассоциацией евангелистов: «Подлинный кризис, с которым мы теперь столкнулись, – это кризис духовности;

по су ществу, он испытывает нашу волю и веру... Сила, нужная в наших исканиях человеческой свободы, черпается не из материального, а из духовного источника;

потому она не знает границ и способна устрашить, а в конечном счете и одержать верх над теми, кто пора бощает подобных им людей».

Эберхард Шнайдер ТРАНСФОРМАЦИЯ ЦЕННОСТЕЙ После крушения коммунистического режима в странах Центрально-Восточной Европы начались перемены, которые эти государства осуществляют самостоятельно, в отличие, например, от послевоенной Германии, где державы-победительницы взяли на себя эту задачу, а немецкие органы власти были лишь исполни телями. Изменения охватили как политическую, так и экономиче скую системы, порождая «дилемму синхронности», поскольку обе трансформации взаимообусловлены.

Одновременная трансформация экономической и политической систем Политическая и экономическая трансформации обусловлива ют себя взаимно. Все же в Москве имеется теперь мнение, что следует отделять дальнейшую экономическую трансформацию от политической. Как пример называются режим Пиночета в Чили, Южная Корея и Китай. Приводятся аргументы, что в Рос сии реализация радикальных реформ, которые идут за счет боль шинства населения, возможна только под авторитарным давле нием.

Однако это не будет функционировать. Невозможно надолго разделить общество на части, развивающиеся независимо друг от друга, так как экономическая демократия рыночной экономики тре бует политическую плюралистскую демократию и наоборот. Мож но пытаться игнорировать эти связи определенное время, но в силу существующей дистанции между экономической и политической системами либо политическая система приспосабливается к эконо мической, либо экономическое развитие тормозится. Последнее не может позволить себе Россия, если она хочет быть снова великой державой, что сегодня будет определяться в значительной степени экономически. Cогласно произведенному в декабре 2003 года фон дом Бертельсманна индекса трансформации государства с функци онирующей демократической системой достигают также хороших рыночных успехов трансформацииПримеры успешной реформы рыночной экономики в авторитарной политической системе проис ходят не из Европы, а из Латинской Америки и Азии. Кроме того, в этих странах не имелось раньше настоящей демократии. Оба фак тора не касаются России. Россия – это европейская страна. Даже если при Ельцине под «демократией» скорее подразумевалось «всё разрешено» и демократию нередко путали с хаосом, все же страна уже тогда ощутила ее вкус.

Представление о том, что трудные рыночные реформы воз можно реализовать только в авторитарной политической системе, несет с собой определенную надменность по отношению к наро ду, как будто бы он неспособен понять и принять реформы рыноч ной экономики. Как будто бы он, вероятно, вовсе неспособен к де мократии.

Более того, мнение о том, что рыночные реформы можно осу ществить только в авторитарной политической системе, является близорукостью. Реформы, скорее, будут поддержаны населением, если ему отчетливо разъяснять их необходимость и содержание.

Иначе население будет с тяжелым сердцем участвовать в рефор мах, считая, будто ему навязывают реформы, которые оно не пони мает и не желает. Чтобы этого не происходило, вероятно, следовало бы в Москве подумать над учреждением Федеральной информаци онной службы для работы с населением и прессой.

Если продолжится внедрение авторитарных тенденций, они могут развить собственную динамику. Кто захочет тормозить их, когда они начнут продвигаться в направлении диктатуры, если уже не будет демократической коррективы? Кто, когда и посредством каких критериев будет определять, что время авторитаризма про шло и что можно снова возвращаться к демократии? И, наконец, нельзя забывать, что авторитарная Россия имеет немного шансов интегрироваться в европейско-атлантический диалог.

Трансформация ценностей В политологии при исследовании процессов трансформации уделялось мало внимания проблеме трансформации ценностей. То, что трансформация ценностей является важной проблемой, мы ви дим на примере России. Неудача Советского Союза значила также крушение марксистско-ленинской идеологии и ее системы ценно стей. Даже если в течение последних лет в СССР только меньшин ство действительно могло поверить в эту идеологию и, может быть, еще меньше были абсолютно против, то у большинства населения эта идеология, проникающая на протяжении десятилетий в полити ческую, экономическую, общественную и духовную жизнь, оста вила непроизвольно осадок убеждений, критериев оценки и ори ентаций.

После неудачи этой идеологии возник сразу вакуум ценностей.

Если все, во что десятилетиями верили, стало сразу ошибочно, что может служить ориентиром теперь? Это не только личный вопрос людей, но и вопрос, который должен ставиться государством. На какое новое нравственное согласие может оно опираться?

Марксистско-ленинская государственная идеология тракто вала моральные ценности как отражение материального базиса и провозгласила чистую этику целей: все, что служит основанной на иллюзии конечной цели сооружения коммунизма, – хорошо и абсолютно несущественно, являются ли используемые для этого средства преступными. Кроме того, марксистско-ленинская госу дарственная идеология деформировала души людей. Так как, если они хотели выживать в такой системе и делать карьеру, они долж ны были признавать эту идеологию внешне, даже если они думали абсолютно иначе. Что осталось после десятилетиями практикуемо го разрушения человеческих норм этики? Если коммунисты смог ли сразу перейти в систему победоносной рыночной экономики, то вопрос о ценностях, которые нельзя сменить легко, как пальто, по прежнему остается открытым.

Поверхностный ответ на вопрос о новых ценностях предлага ет убежище в потреблении, наслаждениях и материальных вещах.

Разумеется, они не образуют никакую замену недостающей цен ностной ориентации, потому что человек как духовно одаренное существо не может длительный срок питаться только материальны ми вещами и наслаждениями.

Как обстоит дело с религией? Атеистическая идеология марксизма-ленинизма рассматривала религию в качестве пережит ка прошлого, однако усиленно преодолевала этот мнимый пережи ток, что, собственно, было ни к чему, коль это есть пережиток. По окончании многолетнего господства боевой государственной ре лигии по имени «атеизм» готовность большинства населения рас крыться религиозным ценностям была незначительна. На что мо жет опираться государство, чтобы достичь минимального согласия общества в нравственных ценностях?

человек – наивысшая ценность В статье 2 российской Конституции записано, что человек с его правами и свободами является наивысшей ценностью государства.

Чтобы сделать это ценностное преимущество понятным, необходи мо поставить философский вопрос: что есть человек? Является ли человек духовно одаренным существом, которое располагает спо собностями преодолеть пространство и время? Имеет ли человек трансцендентальное измерение? Те, кто отказывается от трансцен дентального измерения человека, ищут эту трансцендентальность в мире земном. Тем не менее они должны констатировать по про шествии некоторого времени, если они честны, что мир земной не может иметь никакого трансцендентального измерения.

Сущность трансцендентальности состоит, как уже само слово говорит за себя, в том, что она превосходит мир земной. Мир зем ной не является достаточным, отвечает не на все вопросы о чело веке и не объясняет всего. Это фиксируемо, и из этого исходит по требность в трансцендентальности и предчувствие трансценден тальности, которое можно называть религией, но религии имеют нередко различные представления о характере этой трансценден тальности.

Коммунизм искал псевдорелигиозно-трансцендентальности в мире земном в форме бесклассового общества обезличенных лю дей. Такая «земная трансцендентальность» является contradictio in adjecto, она не могла функционировать и в конечном счете должна была потерпеть неудачу, так как мир земной не может предлагать никакую трансцендентальность.

Чтобы избежать столкновения цивилизаций, необходимо ве сти диалог цивилизаций, чем так активно занимается Центр нацио нальной славы России. Исходной базой такого диалога может быть только общее, что имеют вместе все цивилизации, – это человек.

Что есть человек? Что составляет его существо? Что следует из де финиции его существа для политики, экономики, общества и куль туры?

Мы обретем успех, если сможем объединиться на основе общих ценностей, стремление к которым будет способствовать сохранению и уважению человеческого достоинства. Эти общие ценности из-за различия религий – причем я рассматриваю атеизм также в качестве религии как внутрисветскую религию – следует пояснить философ ски. Философия может положить рациональные основы для перехо да к религии, если она устанавливает, что потребность в трансцен дентальном измерении свойственна существу человека.

Философское основание религии Философское основание религии не должно и не может заме нять религию. Философия опирается на рациональное мышление человека, религия – на соответствующее откровение. Философия может подтверждать, что вера в Бога не неразумна, но она не может заменить веру. Философия – это рациональное осмысление, вера – это работа сердца. Однако философия может также помогать избе гать неразумной веры в какую-нибудь абсолютно нерациональную, запутанную или тоталитарную замену религии. И наоборот, вера, которая связана со знанием, стабильнее. Если вера основывается после долгих лет официального принудительного атеизма только на любопытстве или вызванном отставанием производства спросе, или если вера становится только ритуалом, то в тяжелых кризис ных ситуациях человека, возможно, она исчерпает себя.

Чтобы давать нравственную ориентацию подрастающему по колению, полезно было бы введение преподавания философии в школе. Однако философия не должна сводиться к представлению одного философа после другого. Так как тогда ученик будет зада ваться вопросом, какой же философ действительно прав, потому что каждый философ увлекает и противоречит большей частью его предшественнику. Этому предмету следует обучать систематично по таким разделам, как логика, критика познания, онтология, эти ка, природная философия, антропология, теодицея. Для этого необ ходимо разработать соответствующие учебники и учебный матери ал. Вероятно, содействие этому могло бы также стать задачей Цен тра национальной славы России.

Если рыночная экономика и демократия принимаются только как инструменты господства, которые были успешны в соревнова нии систем, а не из убеждения, то рыночная экономика и демокра тия подвергаются опасности не выжить в действительно тяжелых кризисных ситуациях. Закладка демократических и нравственных ценностей в сознание людей должна происходить в школе. А чтобы нравственного согласия во все более светском мире достигло как можно большее число людей, необходимо дать этическому консен сусу философское обоснование.

ГЛАВА 4.

КУЛЬТУРА ДОВЕРИЯ И ЕЕ ВОЗМОЖНОСТИ Бунимович М. Л., Липаков Е. В., Роскин В. Б.

ЕВРЕЙСКИЙ СЕМЕЙНыЙ КРУГ Рождение человека. Великая тайна. Великое чудо. Великое счастье.

С какого возраста следует начать его воспитание? С самого раннего. Обычно, когда малышу исполняется три года, его пригла шают в синагогу, капают мед на страничку Библии и спрашивают:

«Сладко ли?» Когда довольный ребенок подтверждает, что сладко, ему объясняют, что изучение Торы еще слаще. И начинают обучать мальчика буквам. (Кстати, до трех лет еврейских мальчиков обыч но не стригут.) У евреев считается, что ребенку надо уделять как можно больше времени, обязательно отвечать на все его вопросы. С раннего возраста детей сажают за обеденный стол со взрослы ми. Если в дом приходят гости, то детей никогда не удаляют в свою комнату. Во время обсуждения какой-то темы взрослые се рьезно выслушивают мнение детей. Учителя ставят своим уче никам отличные оценки не только за хорошие ответы, но и за удачные вопросы.

Древний трактат «Авот» в первой главе постановляет: «С пяти лет – изучают Письменную Тору (Библию), с десяти – Мишну (Тал муд), с тринадцати исполняют все заповеди». В тринадцать лет ев рейские мальчики становятся совершеннолетними, равноправны ми членами общины. С тринадцати лет юноше начинают оказы вать особую честь в синагоге – вызывать к чтению свитка Торы. Де вочки же, как известно, взрослеют быстрее, чем мальчики, а пото му считается, что их совершеннолетие наступает в двенадцать лет.

Что же означает совершеннолетие у евреев? Значит это одно – с этого возраста они обязаны выполнять заповеди.

Что такое заповедь? Само слово заповедь в данном случае – перевод с иврита, древнееврейского языка слова «мицва», которое происходит от глагола «цива» – «приказал». То есть заповедь – это то, что приказано еврейскому народу Всевышним. Если читая Би блию, встречаем повелительное наклонение – «Не убивай», «Хра ни субботу!» и т. д.– это все заповеди.

Заповеди занимают центральное место в еврейской жизни. У евреев нет понятия «религиозный еврей» – есть понятие «еврей, выполняющий заповеди». В современном демократическом обще стве достойным членом этого общества считается тот, кто выпол няет его (общества) законы. В иудаизме выполнением заповедей каждый еврей определяет свое отношение к традиции.

Всего заповедей шестьсот тринадцать. Из них двести сорок во семь – повелительных («дела...), триста шестьдесят пять – запре щающих («не дела...»). Источник подавляющего большинства за поведей – Библия. Некоторые заповеди даны Талмудом. Есть запо веди, относящиеся к взаимоотношениям человека со Всевышним (например, «Суббота»), есть заповеди, относящиеся к взаимоотно шениям человека с человеком (почитание родителей, помощь бед ным). Есть заповеди, которые можно понять логически (благотво рительность), а есть заповеди, которые разумом понять ну совер шенно невозможно (запрет есть свинину, обрезание).

Прочитав число заповедей – 613, справедливо задать вопрос:

как же их всех можно запомнить? Но в современных государствах зачастую законов не меньше. И тем не менее большинство граж дан не задается вопросом: как запомнить их всех и как их выпол нять?! Почему? Да потому что в разумном обществе законы – не случайный набор требований логически взаимосвязанные правила, поддерживаемые все общественно системой: школой, прессой, раз личными учреждениями и организациями. И если у нас возникает потребность узнать тонкости какого-то закона, тогда мы обращаем ся за помощью к знающим людям – адвокатам, нотариусам и т. п.

Примерно такая же ситуация и в еврейской традиции. Ев рей, живущий по повелениям Библии, воспринимает выполнение огромного свода заповедей как совершенно естественный образ жизни. Если же еврей сомневается, как выполнить правильно ту или иную заповедь, то или иное требование в конкретно жизнен но ситуации, то он обращается за советом к более знающему в ев рейском законе человеку – к раввину. Здесь надо отметить, что само слово «раввин» переводится на русский язык как «мой учитель».

Все заповеди очень важны. Но есть особые десять, которые были начертаны на двух огромных камнях – Скрижалях Завета, принесенных Моисеем с горы Синай. Эти заповеди имеют особы статус. Вот они:

– Я – Б-г твой – Не будет у тебя других богов – Не произноси имя Б-га напрасно – Помни день субботний, чтобы святить его – Чти отца и мать своих – Не убивай – Не развратничай – Не кради – Не лжесвидетельствуй – Не желай чужого Итак, скрижалей было две и на каждой высечено по пять за поведей. На одно скрижали – заповеди религиозно-философские (первые пять), а на второй – социальные (вторые пять). Скрижали были абсолютно одинаковыми и на каждой по пять заповедей. От сюда еврейская традиция делает вывод, что «философские» запо веди и заповеди «социальные» по значимости абсолютно равны.

Наиболее известны заповеди «Не укради» или «Уважай своих родителей». Но есть заповеди, к сожалению, менее известные, но такие нужные в повседневно жизни. В книге Левит в главе девят надцать, в стихе четырнадцатом «...перед слепым не ставь прегра ду». Казалось бы, да-да, все правильно. Только зачем такие элемен тарные вещи писать в Книге Книг. Не отъявленные же мы негодяи, чтобы ставить подножки слепым людям.

Иудаизм же понимает эту заповедь гораздо шире. Он запреща ет провоцировать человека на действия, которые могут принести ему вред, хотя сам он этого вреда может и не видеть (или видеть, но не понимать). Например, ваш одноклассник расхвастался, что летом, в каникулы, он занимался в секции прыгунов в воду с выш ки. Не надо его подзадоривать словами: «А вот прыгни-ка с это го моста в реку – посмотрим, что ты за спортсмен!» Почему нель зя так делать? А вдруг этот юноша еще неопытный прыгун (или во обще никакой не прыгун, а хвастун!). И тогда: мост – «преграда», а ваш знакомый – «слепой». Ведь гордость может ему не позволить правильно оценить трудность и его жизнь подвергнется опасности.

Именно на основании запрета «не ставь преграду перед слепым»

иудаизм запрещает родителям грубо разговаривать с детьми: ведь в ответ спровоцированный подросток может просто оскорбить отца, а вот это уже в иудаизме – страшное преступление.

Еще одну очень важную заповедь вы можете прочитать в кни ге Левит (глава 19, стих 16). Это требование Библии: «Не разноси сплетни в народе твоем». Нет, это не про ложь. (Про ложь сказано там же в стихе 12: «не обманывайте и не лгите» – причем Талмуд расширяет эту фразу так: «Обмануть еврея – грех. Обмануть не еврея – грех двойной».) Иудаизм категорически запрещает любые разговоры, в которых говорится о других людях что-либо, что мо жет им повредить (кроме таких случаев, как показания в суде). Ев рейская традиция считает, что сплетни, злословие и клевета уби вают сразу троих: говорящего, слушающего и того, о ком говорят.

Сюда же примыкает запрет позорить человека (даже если он виноват) в присутствии других людей. Иудаизм считает, что это преступление практически равно убийству. (Отсюда идет запрет учителям еврейских школ на классных родительских собраниях го ворить что-то нехорошее о конкретных учениках. Хвалить перед родителями других учеников – пожалуйста, а вот ругать публично нельзя. Если очень нужно нажаловаться на ученика, учитель обя зан это сделать лишь в отдельной конфиденциальной беседе с его родителем.) Когда рождается в еврейской семье маленький человечек, то, поздравляя его родителе, друзья и родные говорят традиционную фразу: «Пусть растет он для Торы, для хупы и для добрых дел».

Итак, «хупа». Хупа – это свадьба. Или точнее – свадебный бал дахин, беседка такая с крышей из красивой материи на четырех столбиках.

Свадьба – это такое событие, где нужна особая основатель ность. Еврейская традиция считает, что свадьба (и последующая жизнь в браке) – обязательнейший этап в жизни каждого еврея. Это заповедь Всевышнего. Ведь сказано в Книге Бытия (глава вторая, стих восемнадцать): «Нехорошо быть человеку одному». Поэтому в иудаизме нет и быть не может монашества и безбрачия. Если для интереса поискать в Библии, какая заповедь дана человечеству са мой первой, то ее вы встретите в начале Книги Бытия, и гласит она:

«Плодитесь и размножайтесь!»

(Две тысячи лет назад, во времена Второго Храма, в иудаизме существовали отдельные секты так называемых ессеев, практико вавшие безбрачие, но они погибли в огне Великого антиримского восстания и практически больше не возобновлялись.) В разных культурах существуют разные традиции брака. Луч ше всего вы знакомы с христианской традицией моногамного бра ка: один муж и одна жена.

У мусульман один мужчина может иметь одновременно до че тырех жен (если, конечно, способен их достойно содержать).

А, например, у буддистов, живущих в суровейших условиях Гималаев, существует такая форма брака, как полиандрия, то есть когда у одной дамы несколько официальных мужей (обычно эти мужья – друг другу родные братья).

В древности количество жен у еврейских мужчин не ограни чивалось. Можно было иметь сколько душе угодно (если мужчина способен был их достойно содержать). Еврейская традиция огра ничивала количество жен только у лиц одной профессии. Это цари.

Согласно традиции еврейский царь мог иметь (всего!) восем надцать жен. Почему именно восемнадцать? Так повелел Всевыш ний устами пророка Натана, который был близким другом и одно временно гневным обличителем царя Давида. Кто из вас захочет подробнее узнать об этом, прочтите Вторую книгу пророка Саму ила, главы одиннадцатую и двенадцатую (книги пророка Самуила представляют собой древнееврейские летописи) На протяжении веков еврейские мужчины чаще всего имели одну, реже – двух жен. Живший в эпоху средневековья (примерно тысячу лет назад) великий мудрец раби Гершом (которого прозвали «Светоч Изгнания») издал постановление, согласно которому евро пейским евреям разрешается иметь всего одну жену. Сегодня ев рейские браки строго моногамны.

Откроем Библию. Книга Берешит, глава пятая, стихи первый и второй: «...когда Бог сотворил человека, по Божественному подо бию Он создал его, мужчиной и женщиной Он их сотворил, и бла гословил их, и назвал их именем “человек” в день сотворения их».

То есть только после того, как мужчина и женщина находят друг друга, они достойны называться словом «человек».

Вернемся к еврейской свадьбе. К месту бракосочетания первой приезжает невеста. Сегодня она – царица. Весь мир – ее! Ее усажи вают в особое кресло – настоящий трон. Все ее поздравляют, все ее ублажают: поют, величают, славят. В честь невесты играют музы канты, танцуют подруги: суетятся, проверяя, все ли готово мамы жениха и невесты.

Мужчины в это время собираются в другом помещении. Же них, отцы жениха и невесты, раввин, свидетели сидят за столом, составляют так называемую «ктубу» (сравните с татарским словом «китаб»).

Ктуба – это документ, в котором перечисляются обязанно сти мужа и права жены.

Начинается ктуба с того, что два свидетеля заявляют: «Мы сви детельствуем, что жених такой-то сын такого-то, сказал не весте, такой-то дочери такого-то: “Будь мне женой соглас но закону Моисея и Израиля. И, с помощью Божье, я буду рабо тать, уважать тебя, кормить тебя, заботиться о тебе, одевать тебя – так, как обычно ведут себя мужья в народе Израиля, по настоящему заботящиеся о своих женах. Я дам тебе сумму де нег, равную двумстам динарам и причитающуюся тебе, и обязу юсь кормить тебя, одевать и обеспечивать тебе удовлетворение остальных нужд, равно как и супружескую близость в положенное время”. И согласилась такая-то дочь такого-то, невеста, и ста ла его женой».

В продолжение ктубы уточняют суммы приданого, которое невеста приносит в дом жениха, и прибавку к ктубе, которую же них обещает ей за это, гарантируя выплату ктубы стоимостью все го своего имущества. Он обязывается позаботиться о том, чтобы в случае его смерти или развода с нею она получила всю эту сумму денегОпыт тысячелетней жизни еврейского народа свидетельству ет: если молодые с самого начала понимают, на что они могут рас считывать, их дальнейшая совместная жизнь складывается более ответственно и, как ни странно, более счастливо.

Мужчины, танцуя перед женихом, начинают петь строки древ него псалма: «...вскорости, Господь, Бог наш, зазвучат в городах Иудеи и на улицах Иерусалима голос радости и голос веселья, го лос жениха и голос невесты, ликующие возгласы в честь женихов, стоящих под хупой и песни пирующих юноше. Благословен Ты, Го сподь, веселящий жениха с невестой!»

Отцы жениха и невесты сначала зажигают свечи, затем берут жениха под руки и с горящими свечами в руках (а все действо про исходит лишь после захода солнца) ведут его туда, где в окружении подруг восседает невеста.

Традиция говорит, что зажжение свечей вносит гармонию в жизнь молодой пары. Объяснение здесь следующее. Согласно тра диции, тело жениха состоит из 248 органов, а тело невесты из – органов. Введем понятие гематрии. (Каждая буква в древних язы ках – и в русском тоже – имеет свое цифровое выражение. Гематрия – способ изучения текстов с помощью сравнения сумм букв, со ставляющих слово ивритского слова «нер» – свеча составляет 250.

То есть выражает золотую середину, стремление к единству жени ха и невесты.) Жениха подводят к невесте, он опускает фату на ее лицо. В это время раввин произносит фразу из Книги Бытия (глава 24, стих 60):

«Сестра наша! Да будешь ты мириадами тысяч». А тем, что жених опускает вуаль на лицо невесты, он как бы показывает всем, что от ныне эта женщина находится под его защитой. Затем жених разво рачивается, и мужчины с пением и плясками уводят его от невесты и вводят по хупу.

Итак, жених уже стоит под хупой. Поющие и танцующие дру зья жениха отправляются за невестой. И здесь начинается, навер ное, самый эмоциональный момент еврейской свадьбы: невеста встает со своего кресла, и две мамы ведут ее под хупу.

Хупа символизирует дом мужчины. Женщина как бы оказыва ется под крышей дома будущего мужа. Семь раз обводят мамы не весту вокруг жениха. Затем становится она справа от него. Слева от невесты обе мамы, слева от жениха оба отца – они уже символизи руют единую семью.

Раввин читает благословение над бокалом вина. Затем произ носит: «Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь Вселенной, освя тивший нас Своими заповедями и предостерегший нас от кровос мешения, запретивший нам невест и разрешивший их нам лишь после того, как они станут нашими женами посредством хупы и свадьбы/ Благословен Ты, Господь, освящающий народ свой, Изра иль, с помощью хупы и свадьбы».

Жених и невеста отпивают по глоточку вина из бокала, над ко торым было уже произнесено благословение. Затем свидетели при глашаются подойти поближе, ибо начинается торжественный акт передачи обручального кольца невесте.

Надевание невесте на палец обручального кольца – древне еврейский обычай, символизирующий покупку невесты. Древняя традиция евреев решила, что не должно быть обручальных колец, украшенных драгоценными камнями, не должно быть обручаль ных колец с огранкой или особой выделкой. Нет. Все кольца долж ны быть одинаковыми: золотыми и гладкими. Невест много, и все они прекрасные и все они – разные.

Но плата за невесту не должна зависеть от материального со стояния жениха (или его родителей). Она всегда одинакова – глад кое золотое кольцо. Условие здесь одно – жених должен сам зарабо тать на золотое обручальное кольцо для своей невесты. Нельзя не весте дарить кольцо, полученное в наследство. Нельзя невесте да рить кольцо, купленное родителями или друзьями. Сам должен за работать и купить. Ну а если ты не в состоянии заработать на про стенькое золотое кольцо для любимой, то понятно, что жениться тебе еще пока рано.

Надеть кольцо на палец невесты тоже не так просто, как ка жется. Ведь она до надевания кольца на палец еще не принадле жит этому мужчине, а потому дотрагиваться до тела (даже до кон чика пальца) чужой (пока еще) женщины – это по еврейским зако нам верх неприличия.

Надевая невесте на указательный палец обручальное кольцо, жених произносит фразу: «Вот, ты посвящаешься мне в жены этим кольцом по закону Моисея и Израиля!» Затем раввин зачитывает ктубу. Зачитывая, он переводит ее с арамейского на разговорный язык (в Израиле – на иврит, а в России – на русский). Жених правой рукой передает ктубу невесте, невеста принимает его тоже правой рукой. Теперь в ее руках документ огромной важности!

После этого наиболее уважаемые люди приглашаются про честь семь особых молитв благословений. Когда прочитано послед нее, седьмое, молодожены снова отпивают по глотку вина и жених правой ногой разбивает бокал. Это очень древний обычай. Откро ем Книгу Псалмов (на иврите книга «Теилим»). Псалом номер 137.


В нем говориться о клятве, которую дали изгнанники из Иудеи по сле разрушения первого Храма (586 год до новой эры): «Если забу ду тебя, Иерусалим, – пусть отсохнет моя правая рука! Пусть при липнет язык мой к небу, если не буду помнить о тебе, если не постав лю Иерусалим во главу веселия моего!..» В этот момент «главы ве селья», в момент свадьбы, в счастливейший момент жизни, еврей ский жених показывает, что скорбь нашего народа все еще безмерна.

После этого молодых провожают в комнату уединения. Там их ждет (наконец-то!) легкий ужин – еврейский закон предписывает жениху и невесте поститься весь день перед свадьбой.

Гости тем временем по традиции кружат хору, быстрый народ ный танец. Молодые присоединяются к ним минут через двадцать– тридцать. Еврейские свадьбы обычно весьма многолюдны. В Из раиле или в Америке, к примеру, свадьба, на которой присутству ют человек 600–800, считается обычной, в России – традиционно поменьше.

На еврейских свадьбах обычно очень мало (или нет вообще) алкоголя. Хотя традиционная бутылка вина для благословения обя зательна на столе. Да и вообще иудаизм отвергает пышные свадеб ные застолья, где основное времяпрепровождение гостей и моло дых – за столом. На свадьбе главное – петь, танцевать, славить и ве селить жениха и невесту. На свадьбе обязательно должны присут ствовать люди, хорошо знающие Библию, а потому способные рас сказать и растолковать какие-нибудь интересные фрагменты тек ста. Да и неплохо было бы, если бы и жених показал гостям, что и его интеллект способен в этом смысле на многое. Сын, знающий Библию и умеющий интересно рассказывать, тактично и убеди тельно вести спор, – это слава и гордость его отца и матери. Зять, обладающий незаурядным умом и познаниями в Библии, – мечта и гордость его тестя и тещи.

А вот такое понятие, как «медовый месяц», евреям, чтящим традицию, просто чуждо. Почему? Это связано и с днем свадьбы.

Как он выбирается? Только по одному признаку – невеста в день свадьбы должна быть ритуально чиста. Попробуем разобраться, что же это такое.

Самым чистым и святым с точки зрения иудаизма в этом мире считается жизнь. Соответственно самым нечистым – смерть во всех ее проявлениях. Как известно, в теле женщины, если она здо рова, каждый месяц зарождается яйцеклетка, потенциально новая жизнь. Но если оплодотворение не произошло, то эта несостояв шаяся жизнь превращается в свою противоположность – в смерть.

И смерть эта выходит из организма женщины каждый месяц с мен струальной кровью. В это время с точки зрения иудаизма женщина ритуально нечиста. И мужчина не имеет права прикасаться к ней.

Как можно очиститься от присутствия смерти?

Обратимся к самому началу Библии, к описанию Дней Творе ния. Прочитайте, какое огромное значение с точки зрения Библии имеет вода.

Вода – это символ чистоты, очищения. Но вода не застояв шаяся, не затхлая, а та, что постоянно принимает участие в кру говороте воды в природе, проточная вода. Такую воду евреи из древле собирали в миквэ (буквальный перевод – «слияние») – ри туальные водовместилища, бассейны, наполняемые проточной водой. (Если археологи находят при раскопках древних зданий бассейны-миквэ, будь это в Иерусалиме времен царя Давида или в Риме времен Цезаря, сразу ясно, что это здание когда-то принад лежало евреям). Согласно иудаизму, погрузившись в воды мик вэ семь раз полностью, включая волосы, произнеся соответству ющие благословения, человек полностью очищается от ритуаль ной нечистоты.

Вернемся к еврейской семье. Сразу после свадьбы, после кро вотечения, как последствия первой брачной ночи, молодая жена становится запретной для своего мужа. Четыре-пять дней она – «нида» то есть запретна, нечиста. По прошествии этих дней необ ходимо начать отсчет так называемых «семи чистых дней», и толь ко тогда молодая жена будет вновь разрешена своему мужу. Так строга традиция в вопросах ритуальной чистоты.

Как только еврейская женщина понимает, что назавтра она бу дет нида, то есть ритуально нечиста по причине истечения мен струальной крови, она «отстраняется» от своего мужа, спит на от дельной постели. Когда проходят положенные природой дни и кро вотечение полностью прекращается, женщина начинает отсчиты вать «семь чистых дней». То есть только через неделю после окон чания кровотечения она идет и погружается в миквэ, и лишь по сле этого она снова разрешена своему мужу. Получается, что в те чение 12–13 дней в каждом месяце в еврейских семьях супруже ская близость запрещена. Зато когда жена очищается и приходит к мужу, их влечение друг к другу так же сильно, как и после свадь бы. Вынужденные длительные воздержания каждый месяц надеж но предохраняют супругов от пресыщения, способствуют постоян ному обновлению чувств. А как результат – стабильность брака и супружеское счастье.

Борисова Т. Г., Липаков Е. В., Кутурга Т. В., Ходырева Е. А.

ПРАВОСЛАВНОЕ ПОНИМАНИЕ КУЛЬТУРы И СЕМЬИ История может рассматриваться с разных сторон. Каждой из сторон кажется истинной именно ее трактовка событий, ее причи ны – наиболее вескими. Культурная традиция включает, кроме про чего, и традицию трактовать историю так, как видят ее представи тели этой культуры. Толерантность в культуре и истории – право каждого народа, религии иметь и давать свою трактовку событиям истории. Толерантная трактовка истории – это не отстраненное из ложение сухих фактов и не односторонне изложенная «правда», а право каждой стороны рассказать «свою историю», как она ее ви дит, чувствует, понимает.

Все начиналось в раю. Чисто и свято, как задумано, правиль но, то есть безгрешно. Грех – ошибка нравственного характера, противоестественное состояние человека, и потому он вносит в жизнь разрушение. Адам и Ева приняли на себя ответственность и совершили ошибку: не утвердившись в добре, не приняв добро вольно нравственные принципы в соответствии с голосом сове сти, заложенным Богом, дерзнули самовольно формировать нрав ственные критерии, стать сознательными вершителями добра и зла. Люди впустили грех в свою жизнь, и он совершил в ней ката строфические изменения, отстранив их от Бога. Они не исправи ли свой грех покаянием и остались наедине с миром и своим гре хом. Но, войдя в мир, грех разрушает и его. Грех одного влияет на всех. Общество есть взаимосвязанное сообщество индивидов, где каждый – активный член, источник либо добра и любви, либо зла и разрушения. Так мир, который при создании был «хорош весьма», становится хуже. Проклята земля за грехи человеческие.

Впущенный человеком, грех разрушает человека, нарушает его естественное состояние, делает его и людей вокруг несчастными.

И несчастный грешник продолжает грешить, совершая ошибку за ошибкой, разрушая себя и мир вокруг себя, делая грех более и бо лее легальным. Первый грех, совершенный Каином, поверг в пре ступление сразу четверть человечества (один из четырех людей на Земле стал убийцей). Это страшное преступление было траге дией, исключением. Но из явления исключительного грех стал со временем явлением массовым, а добродетель, наоборот, стала ис ключением. Нравственные несовершенства, ошибки ранее усер дно скрывались от других из боязни общественного осуждения.

Грех воспринимался всем обществом как недолжное поведение, нарушение общественной морали. Так общественная христиан ская мораль стояла на страже каждого отдельного человека и все го общества в целом.

Постепенно человечество все более терпимо стало относить ся к своим «слабостям», прихотям, позволяя себе все более и бо лее стремиться к удовольствиям, уже не задумываясь о греховной природе этих удовольствий. Так грех из «внутреннего конфликта», животной природы и морали, скрываемого грешником, порицаемо го обществом следствия духовной слабости, стал вполне допусти мым и неосуждаемым массовым явлением. Грех Каина, убийство, распространен в современном мире. Самый страшный грех – само убийство – также проникает в число вполне допустимых явлений посредством постепенной легализации эвтаназии. Чувство любви, призванное возвышать человека, делать его жизнь более прекрас ной и осмысленной, подменяется на плотский суррогат – секс. То, что призвано приносить в мир новую жизнь и радость, приносит смерть нерожденных младенцев. Происходит социальная реабили тация греха, его оправдание в общественном сознании и законода тельстве. Это путь к саморазрушению общества, ибо заповеди Бо жии суть правила безопасности общественной жизни.

Человек после грехопадения первых людей стал подвержен греху. Это значит, что человеку проще и внешне приятнее грешить, чем не грешить. Внешней силой, спасающей человека от падения, удерживающей и поднимающей его к небесным высотам, для хри стиан является Иисус Христос. Христианство утверждает, что мис сия Иисуса Христа освободила человека, желающего освободить ся, от власти греха. Принимая крещение и живя в мире по закону Божию, христианин погружается в среду спасения, Церковь. Ис точник спасения – Христос. Но христианин спасающийся не пас сивно принимает благодать, как манну небесную, а активно и усер дно стяжает ее, стяжает Духа Святого. Стяжать – от слова тянуть, тянуть на себя со всей силы духа, старательно и непрестанно, все ми способами: молитвой, таинствами Церкви, добродетелями, де лами милосердия. И остановиться в этом процессе нельзя, ибо пока человек жив, он, не спасен, а спасается.

Православное понимание культуры означает изменения, улуч шения, производимые человеком в процессе целесообразной дея тельности. В свое время Цицерон верно определил культуру как возделывание души человека. В ходе этого «возделывания» фор мируются определенные качества humanitas, что в переводе с ла тинского означает «человечность». Таким образом, человек спа сающийся, старающийся делать себя и жизнь вокруг себя лучше, исправлять нравственные шибки (грехи) и не допускать новых, «окультуривает», «культивирует» себя и мир вокруг себя. Значит, человек культурный в православном понимании – это человек спа сающийся, стремящийся восстановить в себе образ Божий и стать человеком в полном первоначальном смысле этого слова, улучша ющий себя и мир вокруг себя. Вся история христианства есть, собственно говоря, не что иное, как единый и великий поиск хри стианской культуры.


Культурная деятельность обязательно целенаправленна, имеет цель и идеал, образ, к которому стремится делатель. Формирова ние такого идеала – идеология, которая задает принципы и ценно сти, – дух, который творит себе формы культуры. Чтобы улучшать, надо четко представлять, что есть «хорошо», а что «плохо». Поэто му как культура не может быть лишена идеала, образа, ценностного ориентира, так невозможна культура в отрыве от идеологии.

Христианская культура имеет определенные религией ценно сти, идеалы. Цель ее – формирование христианского мировоззре ния и христианской идеологии в обществе, воспитание человека как христианина, совершенствование его личностных качеств в со ответствии с христианскими добродетелями для возвращения че ловеку образа Божия и торжества христианских ценностей в мире людей: любви к Богу и любви к ближнему. Дьякон Андрей Кураев в одном из интервью сказал: «Признаком культурного человека, в том числе церковного православного культурного человека, являет ся владение двумя искусствами:

– уметь видеть главное и отделять его от второстепенного, – ценить второстепенное ради того главного, которое в нем проступает».

Православная культура в философии, литературе, изобрази тельном искусстве, житиях святых показывает многочисленные об разцы такого «золотого пути». Церковь учит: «ненавидь грех, но люби грешника», отделяя наносное, грешное от «образа Божия» в человеке.

Миром правит любовь. Так задумано и так создано. Под водитель ством любви жизнь становится такой, как она и задумана Богом: счаст ливой, блаженной, безгрешной. Народ мудро говорит о такой жизни «как у Христа за пазухой», показывая тем самым высшую степень за щищенности и безопасности – защиту Христа. Давно замечено, что любовь делает человека лучше, чище, возвышеннее. И любовь между мужчиной и женщиной, и любовь детей к родителям и родителей к де тям, и любовь родственников, братская любовь, потому что все люди – братья, все от Адама и Евы. В человеческую природу и жизнь встрое ны естественные механизмы воспроизведения любви. Лучшим описа нием и определением высшей любви считается «Гимн христианской любви» в первом послании апостола Павла к коринфянам:

«Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится. Не безчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла. Не радуется неправде, а сорадуется истине;

Все покрывает, всему верит, всего надеет ся, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророче ства прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится» ( Кор. 13:4–8).

И высшее проявление православной культуры – любовь в са мых высоких проявлениях, а важнейшая задача культуры – воспи тание любви. Человек – субъект, обладающий свободой совести и свободой воли.

Свобода совести проявляется в способности к «самопрограм мированию», то есть к самостоятельному формированию внутрен них критериев оценки мира и себя, своих действий. Свобода воли проявляется в том, что Бог «отпускает» человека, позволяя ему са мостоятельно пролагать духовный маршрут, допуская отклонения, за которые человек берет на себя ответственность своим решением, самовольно и сознательно.

Когда мы говорим о том, как живут православные люди в со временном мире, нам надо начать с самого начала – с образования семьи. Мы мало ошибемся, если скажем, что цель жизни любого человека – быть счастливым. Жизнь семейная наиболее этому спо собствует, если она хорошо и правильно устроена.

Основы православной семьи Вспомним Христовы слова и Евангельские эпизоды, касающи еся брака и семьи. Вот как пишет об этом Иоанн Богослов.

Первое свое чудо Иисус Христос, являя себя, совершил на... свадьбе (Иоан., 2, 1–11). В городе Кане Галилейской проходи ла свадьба, на которую позвали Иисуса Христа с учениками и Его мать, Пресвятую Богородицу. Женились бедные люди, и у них не хватило вина. «...Мать Его сказала служителям: “Что скажет Он вам, то и делайте”. Служители, по слову Христову, наполнили до верха водой шесть каменных водоносов, вмещавших, по обычаю иудейского очищения, по две или по три меры воды. После это го Он сказал, чтобы из них почерпнули и отнесли к распорядите лю пира. Распорядитель на свадьбе, отведав воды, сделавшейся ви ном, не зная, откуда оно, укорил жениха: “Всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее;

а ты хоро шее вино сберег доселе”».

Первое чудо Христово было посвящено умножению человече ской радости, благополучию брака. Ведь новобрачным наверняка было очень неудобно и совестно, что у них не хватило денег. Вино в данном случае выступает как символ радости, а не средства поте ри человеческого облика.

В православии брак, свадьба, чаще всего употребляются при повествовании о Царствии Небесном, о грядущей отраде – как сим вол радости, счастья в Богообщении. Брак – это не просто совмест ное жительство людей разного пола;

что-то есть в этом единении особенное. Но что? Обратимся к Новому Завету (Матф., 19, 3–12).

Фарисеи, искушая, подлавливая на слове Иисуса Христа, спро сили Его: «По всякой ли причине позволительно разводиться чело веку с женой своею?» И Он ответил: «...Посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два одной пло тью, так что они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог соче тал, того человек не разлучает».

Человек оставляет своих родителей, он становится отдельным от своей старой семьи – и прилепляется, срастается, полностью разделяет себя с совершенно чужим человеком – женой! (Вспом ним о том, что в те времена «человеком» назывался только мужчи на, но не женщина.) Тем самым уравнивается достоинство мужчи ны и женщины, их ценность перед Богом.

Вам, наверное, доводилось слышать пословицу: «Браки заклю чаются на небесах». С точки зрения православия так оно и естьИ во многом из-за нашего нормального, обыкновенного житейско го эгоизма Церковь и говорит о том, что путь супружеский – по своему мученический. И при венчании на головы молодых возлага ются не только царские, но – мученические венцы. И поэтому, вос хищаясь мужеством и решимостью жениха и невесты преобразить, изменить полностью свою жизнь, Православная церковь поет им:

«Аллилуйя!»

Продолжим читать евангельский отрывок. Фарисеи, возражая Христу, спросили «Как же Моисей заповедал давать разводное письмо и разводиться с нею?» Христос отвечал им: «...Я говорю вам: кто разведется с женой своею не за прелюбодеяние и женит ся на другой, тот прелюбодействует;

и женившийся на разведен ной прелюбодействует» (Матф., 19, 7–10).

Слова Христовы ограничивают, налагают запрет на своеволие мужа, которому взбрело бы в голову под влиянием мгновенного на строения или желания причинить жене боль и несчастье развестись с ней. Напомним, что право на развод принадлежало только мужчи не. Христос говорит о том, что отношения в браке – особые, это не просто решение о ведении совместного хозяйства или вид какой-то особенной дружбы. Люди не просто соединяются;

их супружество – от Бога, и нести его люди должны осознанно и как подобает.

Ученики под впечатлением этих слов сказали: «Если таковая обязанность человека к жене, то лучше не жениться». Да, брак хри стианский с требованием любви и разделения всего, что будет в жизни, очень ответственный шаг. Но Христос отвечает им: «Не все вмещают слово сие, но кому дано... Кто может вместить, да вме стит». Есть люди, которым трудно понести все сложности брачно го жития;

необходимо знать себя, свои склонности и особенности и трезво подойти к решению вопроса – создавать семью или нет, из брать ли путь брачный или монашеский.

Особенности и различия между мирским и православным по ниманием отношений мужчины и женщины отчетливо проявляют ся в следующих сферах:

– в отношениях к Богу, понимании духовной составляющей от ношений и обязанностях, связанных с этой сферой;

– в отношении друг к другу;

– в отношении к деторождению, детям и их воспитанию;

– во взаимодействии с окружающим обществом.

Венчается человек – в вечность Православное отношение к браку – приоритет духовных отно шений над плотскими. Брак – не только деторождение, но прежде всего любовь и единение супругов, помощь, забота, терпение, но шение тягот друг друга. Когда муж и жена соединяются и становят ся малой Церковью. Когда глава жене – муж, а мужу – Христос. От ношения в семье иерархичны, требуют умения управлять и подчи няться.

Несмотря на то что современный мир так часто говорит, поет, пишет про любовь, ищет ее, мир наш страшно голоден лю бовью. Любовью истинной, которая животворит, которая под нимает человека над плотью, над грязью, над пошлостью, дела ет его сильным и свободным, открытым Жизни Вечной. И поэто му так жадно бросается на суррогаты любви, на отраву, на под делку – лишь бы услышать: «Я тебя люблю».

И после рождения детей зачастую проблема «нелюбви» не ис чезает. Родителям бывает проще купить в магазине тонну игру шек, сладостей, оплатить компьютер, посадить ребенка с голо вой в Интернет, только чтобы не приставал, не мешал им. Поэ тому бывает так, что даже ребенок из внешне хорошей, добропо рядочной семьи далеко не всегда в состоянии поделиться с родите лями наболевшим, услышать от них слово, продиктованное Любо вью. Но не такова семья православная.

В норме православная семья – это место, где люди не только живут на чисто физическом уровне, заботятся друг о друге, – но перед семьей стоит великая задача – стать «малой Церковью», где люди собраны во имя Божие, где они вместе растут и развива ются духовно, реализуя таланты Бога ради. И мужчина, и женщи на – соработники Богу, носящие Его Образ и стремящиеся (или от вергающие) к подобию Его. На мужчину возложена миссия преоб ражать мир, хозяйствовать в нем, «трудясь в поте лица своего»;

женщина, по замыслу Бога, – мать, зачинающая, носящая, кормя щая и воспитывающая детей «в целомудрии и чистоте». Она по мощница мужу своему, и первая помощь ее – это помощь духовная.

Женщина должна не только даровать мужчине утешение в жизни настоящей, но и помогать ему в достижении жизни вечной.

Слова апостольские «Хочу, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава муж, а Христу глава Бог»;

«Жены, по винуйтесь своим мужьям как Господу, потому что муж есть гла ва жены, как и Христос глава Церкви, и Он же Спаситель тела;

но как Церковь повинуется Христу, так и жены своим мужьям во всем.

Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь и пре дал себя за нее»;

«Так каждый из вас да любит свою жену, как само го себя;

а жена да боится своего мужа» (Еф. 5, 23–25;

28;

33) – на правлены против неправильных отношений между мужем и женой, складывающихся из-за пораженности грехом человеческой натуры.

Чтобы уничтожить деспотизм и своеволие мужа, апостол пред писывает, фактически повелевает ему любить жену: мужне люби те своя жены. Чтобы уничтожить в жене стремление к преобла данию над мужем, он высказывает ей основание, по которому она должна подчиняться мужу, поскольку создана от него. Муж в пра вославной семье – бесспорный глава, обладающий полнотой люб ви и ответственности за происходящее с семьей, он не может и не имеет права быть самодуром, поскольку самодур – сам себе голова, не признающий никакой власти над собой человек. Он сам себе за кон. Зрелый муж тот, который готов нести ответственность за жену и детей, признает, что над ним тоже есть власть. Как муж боится Бога, так и жена боится мужа.

Брак православный, венчанный, отличается от гражданской ре гистрации тем, что он, будучи таинством Церкви, низводит на су пругов и создающуюся семью Божие благословение и поставля ет их на служение. Жена призвана любить мужа, как Церковь лю бит Христа (вне любви нет другой связи между Христом и Церко вью), и по силе этой любви подчиняться мужу, как Церковь Хри сту, потому что царство благодати есть царство любви, а не рабско го страха.

Очень многие люди, вступая в брак, после регистрации прихо дят в церковь с просьбой об этом Таинстве. Им кажется, что «до полненная» венчанием регистрация будет крепче.

Великолепно и прекрасно совершение Таинства Венчания.

Пара с украшенными свечами в руках стоит перед алтарем, на го ловах их сияют венцы, в их честь поют величественные и торже ственные слова... Люди соединяют свои жизни навсегда, дают обе ты перед Тем, Кто дал им жизнь – перед Богом.

С экрана телевизора мы часто видим, как счастливая пара в фильме подходит к отечески улыбающемуся священнику, тот про износит положенные слова, после чего все становятся еще счаст ливее. Слово «венчание» вызывает у нас в памяти романы, истори ческие события, картину «Неравный брак». Практика показывает, что фильмы, книги, даже современные журнальные статьи не дают нормального, правдивого представления ни о сущности венчания, ни даже о его последовательности. Тем более о том, к чему этот прекрасный обряд обязывает.

Для православного человека (разумеется, по-настоящему пра вославного) венчание ни в коем случае не обряд, но Таинство. Та инство создания новой семьи, малой Церкви. Таинство потому, что свои собственные силы люди ставят как бы на второй план: основ ное – по воле Божией. Принять эту волю о себе и другом челове ке надо достойно, поэтому и готовиться к венчанию тоже надо не как взбредет, а по правилам, выработанным вековым опытом ре альной, а не иллюзорной церковной жизни. Надо морально гото виться к тому, что брак церковный – это уже навсегда. Нет обря да развенчивания. Если нет твердого желания и намерения пройти жизнь рука об руку – лучше не венчаться. Нельзя подвергать пору ганию Таинство.

Вот решение о семейной жизни принято. Назначена дата реги страции. Без государственной регистрации брака вас венчать не бу дут. Почему? Этот порядок часто вызывает смущение и непонима ние. Мол, нам печать не нужна, мы друг друга любим, перед Богом об этом свидетельствуем. А венчаться мы хотим для души, это – ду ховно. А батюшка всё одно твердит – принесите сначала свидетель ство о браке. Понимающе кивают молодые: церковь с советских времен запугана, просто такой порядок.

Нет, смысл в другом. Ежедневно перед священником, прини мающим исповедь, проходит ряд человеческих судеб, драм, иногда трагедий. И очень часто большинство этих печальных событий вы звано тем, что люди не думают о последствиях своих шагов, о том, что с ними будет дальше. Регистрация брака в органах государства – не просто штамп, и свидетельство о браке – не просто бумажка.

Это документ. Причем призванный защищать интересы вступаю щих в брак. Это подтверждение нашего реального, не придуманно го желания отвечать за свои действия. Подтверждение зрелости на ших намерений, если хотите.

Вот с батюшкой договорились. Чем раньше, тем лучше. Есть время походить к нему на исповедь, поговорить о жизни вообще и личной в частности, чувствах к будущему супругу. Это важно.

Если священник человек духовно опытный, он может вам подска зать возможные затруднения.

Начинается путь созидания семьи перед Богом с поста, под готовки к Причастию. Эта подготовка включает в себя недельный пост, воздержание от мяса, рыбы, молочных продуктов. И от сексу альных отношений (если они есть) тоже. В крайнем случае ограни чение. Рассматривайте пост как тренировку. Насколько вы можете вытерпеть, настолько именно вы – владелец своих желаний. Глав ное – соответствующая настройка души, осознание предстоящего.

Этому помогают установленный порядок подготовки к церковно му венчанию и соблюдение молитвенного правила. Оно включает в себя каноны, акафисты, собственно Последование ко Святому При чащению. Они есть практически во всех молитвословах. Тут глав ное – понять, что молитва не есть сотрясение воздуха. В норме это разговор с Богом. Почему именно на церковно-славянском? Это не какие-либо магические формулы. В чине венчания нет случайно го, бессмысленного, как бы ни казалось со стороны. Вера и поведе ние в церкви, опыт духовный начинается не с нас. Духовная тради ция включает в себя очень разный опыт – состояний, мыслей, об разов, навыков.

Но вот чин Венчания совершен. За праздничным столом си дят радостные молодые, они полны еще чувства приобщенности к светлому Таинству, чувства особенного дня. Сидят родители, близ кие, все те, кто может разделить радость брачного пира. Не случай но свадебный пир среди евангельских образов олицетворяет собой высшую радость, высшее веселье и счастье. И то, что последует за свадебным пиром, тоже должно быть свято...

По поводу отношений мужчины и женщины, как они пони маются в православной духовной традиции, существует множе ство заблуждений и предрассудков, характерных для массово го сознания. Почему-то в силу непонимания считается, что все эмоции, возникающие в этой сфере, запрещены и эти запреты увязываются с религиозными нормами, мотивами. Это не так.

Заповеди запрещают не эмоции, а дают нормы отношения к себе, миру, Богу.

Брачное состояние человека освящается Церковью как залог мудрого, зрелого и ответственного отношения человека к своей жизни и тому, кто отныне связал с ним свою судьбу. Это же обе щание разделения реальности, какой бы она не была – в горе, так в горе, в радости, так в радости, в богатстве и бедности, в болез ни. Не так просты были Святые Отцы, составлявшие последование венчания. От венчаемых требуется прямой ответ на прямой вопрос, тщательное взвешивание своего душевного потенциала, личност ная зрелость при решении одного из самых главных жизненных во просов – выбора родителя своих детей.

Другой аспект – если бы Православная церковь порицала секс как таковой, удовольствие сексуальное, зачем бы она благословля ла брак? Разве не знали духовники и исповедники о том, что люди выражают свою любовь и телесно? Отчего клирики сами много детны? Только потому, что стремятся исполнить Божие благослове ние – «Плодитесь и размножайтесь».

Рождение и воспитание детей И, конечно же, целостность семейной жизни пары связана с деторождением. Труд образования семьи, труд супружества, роди тельства достаточно труден и сложен, чтобы в мире, тем более в со временном, выполнять его в одиночку.

Различие между православным и современным мирским от ношениями к рождению и воспитанию детей особенно отчетли во. Деторождение всегда воспринималось как особая милость Бо жия, благодать: «Жена твоя, как плодовитая лоза, в доме тво ем;

сыновья твои, как масличные ветви, вокруг трапезы твоей»

(Пс. 127, 5). Перед нами есть Завет – благословение Божие: «Пло дитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт., 1, 28), прореченный еще в раю.

Применение многих средств, препятствующих деторождению, с православной точки зрения греховно, против Божьей воли. На ар хиерейском Соборе 2000 г. были приняты «Основы социальной кон цепции Русской православной церкви», в которых говорится об от ношении Церкви к противозачаточным средствам и действиям.

В последнее время одним из самых распространенных спосо бов прерывания беременности является аборт. Вот что говорится по поводу аборта: «С древнейших времен Православная церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убий ству. В основе такой оценки лежит убежденность в том, что зарож дение человеческого существа является даром Божиим, поэтому с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей челове ческой личности преступно».



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.