авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

«УДК 930(075.8) ББК 72; 3я73 У 91 ...»

-- [ Страница 2 ] --

Институт Франции - основное официальное научное учреждение Франции, объединяющее выдающихся деятелей науки, литературы и искусства и имеющее целью способствовать развитию наук и искусств. В него входят 5 академий: Французская академия, Академия надписей и изящной словесности, Академия наук, Академия искусств, Академия моральных и политических наук. До Великой французской революции в стране существовало 5 специальных академий. Национальный Конвент в 1793 г. упразднил их, а в 1795 г. Директория учредила Национальный институт наук и искусств. В 1806 г.

Национальный институт наук и искусств переименован в Институт Франции.

Первые объединения естествоиспытателей во Франции, Италии и Германии в XVI– XVII вв. (Академия деи Линчеи, общество «Леопольдина», академия М. Мерсенна и Монмора, Академия дель Чименто).

Основание академий наук в крупнейших странах Европы относится к эпохе, когда наука, особенно естествознание, переживала могучий подъем, круто пошла в гору после многих веков прозябания. XVII век называют иногда «веком гениев», «мятежным веком». Это был век бурного роста производительных сил, испытавший острую потребность в улучшении средств передвижения по суше и морю, горного дела, ремесел, земледелия.

В обстановке распространения живого интереса к науке приобретают популярность сочинения Фрэнсиса Бэкона, лорд-канцлера при дворе Якова I. В своих произведениях он посвящает современников в свою мечту о деятельной, живой науке, которая служит могуществу и благосостоянию человечества. Но как добиться быстрого умножения знаний?

Бэкон обращается не столько к людям науки, сколько к правителям («Новая Атлантида»), в чьей власти содействовать прогрессу наук достойными наградами и мудрыми распоряжениями, создавать ученые учреждения, строить для них здания, библиотеки, приобретать орудия и инструменты… Начиная с эпохи Возрождения академии, по типу платоновских, возникали в разных городах Италии. Большей частью это были недолговечные и небольшие кружки любителей философии, теологии, литературы, искусства. Но некоторые из них существуют до наших дней.

Академия деи Линчеи По примеру литературных академий в Италии возникли научные академии, оказавшие большое влияние на развитие и распространение науки и ставшие центрами научного прогресса.

Академия деи Линчеи, буквально – Академия «рысьеглазых» (на гербе - рысь), основана в 1603 г. Федерико Чези. Целью этой Академии было изучение и распространение научных знаний в области физики. Академия, первое заседание которой состоялось в Риме 17 августа 1603 г., сразу же подверглась яростным нападкам отца Федерико Чези, человека грубого, презиравшего всякие исследования. Ему удалось заставить прервать заседания в 1604 г.

В 1609 г. Федерико Чези преобразовал Академию, пригласив войти в ее состав новых членов – итальянцев и иностранцев, в первую очередь Галилея, который дал согласие на вступление в Академию 25 апреля 1611 г.

Между 1609 г. и 1630 г., когда умер Чези, Академия процветала и постоянно выступала с открытой защитой учения Галилея. В этот период она опубликовала важные научные работы, из которых упомянем «Историю и доказательства, касающиеся солнечных пятен»

Галилея. Попытки поддержать деятельность Академии после смерти Чези ни к чему не привели. Академия с трудом просуществовала до 1840 г. и была распущена папой Григорием XVI.

В 1847 г. папой Пием IX Академия была восстановлена под названием Новая папская академия деи Линчеи, а в 1870 г. преобразована в Королевскую академию деи Линчеи. В 1939 г. она слилась с распущенной Итальянской академией и, наконец, в 1944 г.

преобразована в Национальную академию деи Линчеи.

Академия опытов (Академия дель Чименто) Академия опытов была основана в 1657 г. князем Леопольде Медичи, братом великого герцога Фердинанда II. Под председательством князя Леопольде 19 июня того же года состоялось первое заседание Академии. Подобно ранее созданной Академии деи Линчеи, Академия опытов замышлялась для пропаганды науки и должна была способствовать расширению познаний в области физики путем коллективной экспериментальной деятельности своих членов, следуя методу, установленному Галилеем, на работы которого она прямо опиралась. Ее гербом была печь с тремя тиглями, над которой помещена надпись – изречение Данте «provando е riprovando» (доказательством и еще раз доказательством).

Деятельность академиков была полна разнообразных опытов. Примитивный воздушный термоскоп Галилея Торричелли преобразовал в жидкостный (спиртовой) термометр. Его конструкция оказалась столь удобной для различных применений, что в XVII веке «флорентийские термометры» стали знамениты. В 1694 г. один из членов Академии опытов Карло Ренальдини первый предложил принять в качестве фиксированных температур при градуировке термометра температуру таяния льда и температуру кипения воды. Ренальдини был поддержан в 1742 г. астрономом Цельсием, предложившим стоградусную шкалу с точкой «0», соответствующей кипению воды, и точкой «100», соответствующей ее замерзанию.

Члены Академии вели систематические метеорологические наблюдения. Исследование накопленных таким образом Академией данных позволяет заключить, что метеорологические условия в Тоскане во второй половине XVII века не отличались от теперешних.

5 марта 1667 г. Академия провела свое последнее заседание. В том же году она была распущена. Точные причины ее роспуска неизвестны, но роль сыграли, по-видимому, анонимность открытий, предписываемая правилами устава, согласно которым автор любого суждения, любого опыта, любого наблюдения должен оставаться неизвестным, принести себя в жертву Академии. Соперничество и зависть, зародившиеся между ее членами, и особенно между двумя крупнейшими – Вивиани и Борелли, и, наконец, враждебность и подозрительность римской курии, которая разжигала вражду между учеными, осмеивала их труды, угрожала их личности. Некоторые авторы сообщают, что князю Леопольде была обещана кардинальская шапка при том единственном условии, что Академия будет распущена.

На территории Германии различного рода академии, по типу итальянских, начали возникать еще в XVI веке.

Общество «Леопольдина»:

В 1652г. в городе Шфайнфурт возникло «Общество испытателей природы», которое положило начало ныне существующей Германской академии естествоиспытателей, иначе именуемой «Леопольдина». Основатель общества – врач Иоганн Лоренц Бауш. Первые члены Общества мечтали о воплощении в жизнь «Новой Атлантиды» Бэкона, об энциклопедическом охвате всех явлений природы, о связи нового знания с практическими задачами своего времени. Они называли себя Аргонавтами и распределили между собой их имена. К 1665 г. было 30 членов Общества. Испытывая финансовые трудности, они смогла лишь в 1662 г. издать небольшой сборник своих трудов. В 70-е годы император Леопольд I взял Общество под свое покровительство. С 1670 г. начали регулярно выходить его «Эфемериды», журнал, близкий по характеру к Лондонским «Философским запискам».

В 1678 г. Леопольд дал Обществу некоторые привилегии, например, право присваивать ученые звания по медицине и философии, равноценные университетским званиям. К этому моменту Общество имело свою библиотеку, кабинет натуралий, вело оживленную переписку с другими странами.

Однако из-за раздробленности Германии Общество не могло стать научным центром страны. Возникшие позже академии оттеснили Леопольдину на второй план. Интересы Общества были сосредоточены на ботанике, минералогии, медицине. Протоколов собраний не сохранилось, возможно, их и не было.

К середине XVII века центром научных связей становится Париж.

Академия Мерсенна и Монмора В истории науки Марен Мерсенн прославился не столько своими открытиями, сколько свей ролью в научной жизни эпохи. В его доме часто бывали Декарт, Паскаль, многие другие ученые. Мерсенн способствовал изданию во Франции работ Галилея и Декарта, вел обширнейшую переписку с Ферма, Торричелли, Гюйгенсом.

1630—1635 гг. ознаменованы появлением первых сообществ, деятельность которых определяется ориентацией на естественнонаучные исследования. «Академия Мерсенна» — не единственное, а только самое знаменитое из них. При этом места собраний и их периодичность остаются неизвестными.

После смерти Мерсенна его парижские друзья продолжали собираться в доме Монмора, любителя наук, убежденного картезианца. В 1657 г. они решили основать «академию» и составили ее программу, написанную в духе идей Бэкона. «Цель… - улучшение условий жизни посредством искусств и наук». Сохранились записи об отдельных собраниях Академии Монмора. Собрания эти не были регулярными, конфликт между Монмором и другим членом Академии Робервалем на несколько лет фактически заморозил деятельность Академии. Сторонники экспериментальной науки, каких тогда уже было немало, упрекали Академию в излишней склонности к отвлеченным дискуссиям. В 1664 г. Академия перестала существовать.

Основание Лондонского Королевского общества (1660 г.) и Парижской Академии наук (1666 г.).

Лондонское королевское общество Колыбелью Лондонского королевского общества принято считать Грешем-колледж – учебное заведение, открытое в конце XVI века, где наряду с другими предметами преподавались геометрия и астрономия. Первым профессором геометрии в Грешем колледже был Бригс (десятичные логарифмы). Большая свобода от университетских традиций и то обстоятельство, что колледж находился в Лондоне, в постоянном соприкосновении с деловой и политической жизнью столицы, делали его более восприимчивым к новым веяниям в науке.

Примерно в 1645 г. в Грешем-колледже начала собираться группа лиц, заинтересовавшихся новой наукой, в особенности открытиями Галилея и Торричелли. Среди них было несколько будущих «основателей» Лондонского королевского общества. Вскоре затруднительное положение, в которое колледж был поставлен гражданской войной, заставило часть его профессоров перебраться в Оксфорд, где создается свой кружок экспериментаторов, душой которого был Джон Уилкинс.

В 1653 г. по настоятельному приглашению Уилкинса, в Оксфорд переехал из Лондона Роберт Бойль, и с этого времени оксфордская группа заметно активизировалась в ущерб лондонской. Это объединение, не скрепленное четкой формальной организацией, Роберт Бойль назвал «невидимым колледжем».

В конце 50-х гг. оживилась деятельность кружка в Грешем-колледже, когда многие оксфордцы возвратились в Лондон. Собирались два раза в неделю после лекций по астрономии Кристофера Рена. После реставрации Стюартов у членов кружка созрела мысль заручиться покровительством короля, тем более что Карл II склонен был ожидать от науки практической выгоды для государства и сам немного развлекался наукой. Его благосклонность к научному кружку была обеспечена еще и тем, что в него входили несколько лиц, остававшихся сторонниками короля в годы его изгнания.

28 ноября 1660г. на своем очередном собрании 12 ученых-«основателей» составили «Меморандум», в котором записали свое решение основать «Коллегию для развития физико математического экспериментального знания». Было установлено время регулярных собраний и размер вступительного взноса – 10 шиллингов. Этим документом положено организационное начало Обществу, хотя название Лондонского королевского оно получило несколько позднее.

Основная заслуга Общества состоит в том, что оно с первых шагов своей деятельности завязало самые тесные связи с ученым миром Европы. В первую очередь это произошло благодаря Генри Ольденбургу, который в течение 17 лет с момента основания был секретарем Общества. Он получал в Обществе очень скромную оплату, которой едва хватало на покрытие секретарских расходов, а жил на средства от преподавания и переводов (в т.ч.

он перевел на латынь Бойля). Свободно владея немецким, латинским, английским и французским языками, Ольденбург переписывался с десятками лиц в разных странах. В архиве Общества сохранилось больше 700 писем к Ольденбургу.

Большинство членов Общества были физиками и медиками, хотя почти все они одновременно интересовались астрономией. Ярко выраженные математики Уоллис и Броункер были убежденными экспериментаторами. Кристофер Рен, архитектор и инженер, профессор астрономии в Грешем-колледже, деятельно участвовал в опытах по биологии и механике, конструировал оригинальные модели и приборы. Душой Общества были Роберт Бойль и Роберт Гук.

В течение 1661 г. король обсуждал с участниками дела Общества и дал согласие стать его членом. Он подарил Обществу некоторые ценности из своих коллекций. 15 июля 1662 г. он подписал Хартию, официально признающую Общество королевским учреждением под названием «Лондонское королевское общество для дальнейшего развития, посредством опытов, наук о природе и полезных искусств». Первым президентом Общества король утвердил Уильяма Броункера, а в дальнейшем Общество ежегодно избирало президента, который подписывал присягу по установленной форме. Был утвержден совет из 21 ученого для управления Обществом, который также вновь набирается ежегодно, причем заменяться могут не более 10 членов общества. Общество может иметь 1 казначея, 2 секретарей, канцеляриста, 2 служащих охраны – все они также вновь назначаются каждый год. Обществу дается право устраивать свои собрания и предпринимать другие нужные ему действия в любом месте Лондона и на 10 миль вокруг него, если эти действия не противоречат законам.

Король сделал попытку оказать Обществу финансовую помощь и написал письмо наместнику Ирландии об отчислении части доходов, но дела Ирландии были столь плохи, что фактически это ничего не дало.

В марте 1663 г. была подписана вторая «Хартия», во многом повторившая и заметно улучшившая первую. Некоторые поправки направлены на укрепление положения Общества в глазах общественного мнения. Король впервые объявляет себя «основателем и патроном»

Общества. Обществу был присвоен герб.

Научная программа Общества состояла в том, чтобы развивать естествознание и полезные искусства, мануфактуры, практическую механику, машины, изобретения, не вмешиваясь в богословие, метафизику, мораль, политику, грамматику, риторику и логику, возрождать забытые открытия и искусства. А также - проверять все системы, теории, гипотезы, не принимая ничего на веру без обсуждения и проверки опытами. Среди первоочередных задач: собрать все сведения, которые могут быть полезны для определения долготы мест на земле и местонахождения корабля в море.

Как осуществлялась эта программа, чем занимались члены Общества на регулярных собраниях, можно выяснить из 4-хтомного издания Протоколов Лондонского королевского общества за первые 27 лет его существования. Бросается в глаза практически полное отсутствие в первые годы чисто теоретических докладов, опыты и только опыты. После издания тома опытов Академии дель Чименто (1667 г.) Лондонское общество проверяло многие опыты флорентийцев. С 21 декабря 1671 г., когда в члены Общества был принят Исаак Ньютон, собрание часто перепроверяло его опыты и открытия, в особенности по теории света.

Огромное место занимают сообщения, связанные с различными производствами, ремеслами, земледелием. Впоследствии насыщенность экспериментами убывает, все меньше становится опытов, которые можно провести за короткое время в присутствии публики.

Вопросы «узкой» практики с годами рассматриваются меньше, но больше внимания уделяется решению значительных практических задач эпохи – определению долготы места, предсказанию грозы и шторма, усовершенствованию насоса, созданию новых движущих механизмов.

Большое место в Обществе занимали внешние связи. Некоторые ученые из Общества бывали в Италии и Франции, имели дружественные связи с кружком Мерсенна. Общество с самого начала переписывалось с Академией дель Чименто в Тоскане, обществом Монмора в Париже. На заседаниях зачитывались письма от Гюйгенса, Мариотта, Пикара, Лейбница.

С ростом членов Общества появилась некоторая специализация, которая выразилась в делении на комитеты. В 1664 г. существовали следующие комитеты: механика (самый большой, 69 человек), астрономия и оптика, анатомия, химия, агрономия, история ремесел, комитет по сбору и описанию всех сделанных наблюдений о явлениях природы и всех производственных опытах, комитет по корреспонденции.

Общее число членов Общества продолжало возрастать до середины 1670-х годов, дойдя в 1675 г. до 225, а затем быстро падает и с 1685-1695 гг. составляет 115-116 человек.

Испытывая недостаток денежных средств, Общество было вынуждено привлекать в свои члены людей, далеких от науки, эта категория доходила до состава.

Вторая проблема Общества – этот новый по духу и задачам институт бросил вызов традиционной науке и вызывал нападки со стороны ее представителей. Даже покровительство короля не спасало от обвинений. Примечательным актом такой защиты стала изданная в 1667 г. книга Томаса Спрата, молодого священника, который был принят в Общество в 1663 г. и вскоре приступил к работе над этим сочинением, очевидно, по прямому заданию Общества. Хотя книга называлась «Историей» Общества, она представляет собой скорее развернутый манифест, который разъясняет широкой публике цели Общества и отвечает на враждебные выпады против него. Но нападки не прекратились после выходы книги Спрата. Главной их вдохновительницей была Королевская медицинская коллегия, которая видела в Обществе опасного конкурента.

О содержании дальнейшей деятельности Общества мы можем составить представление по журналу «Философские записки», поскольку печатные протоколы собраний велись до 1687 г.,. Хотя официальным органом Общества «Философские записки» стали лишь в середине XVIII века, они с первого своего номера издавались секретарем Общества и косвенно отражали научные интересы его членов. Вообще, мысль об издании журнала появилась уже в первые годы, но непосредственным толчком к осуществлению этой идеи стал выход парижского «Журнала ученых».

11 января 1665 г. первый номер «Философских записок» был представлен в собрании Общества. В течение почти 12 лет Ольденбург был бессменным издателем «Записок». Он составлял их из статей членов Общества, своей обширной переписки, рефератов новых книг, английских и иностранных. За 150 месяцев он издал 136 номеров журнала.

Со смертью Ольденбурга издание журнала на 5 лет прекратилось. Это были годы секретарства Роберта Гука, который вместо журнала издал серию обзоров «Философские коллекции». В 1683 г. издание возобновилось, и продолжается по сей день.

Ньютон был избран членом общества 16 января 1672 г. в возрасте 27 лет. Незадолго перед этим он прислал Ольденбургу свой отражательный телескоп. Описание телескопа, вскоре появившееся в «Философских записках», вызвало большой спор о приоритете и дискуссию о теории света, в которую были втянуты Гук, Гюйгенс, Лейбниц. На протяжении многих заседаний Общество терпеливо разбирало доводы спорящих сторон. Т.е. Ньютон уже с самого своего вступления в Общество вынудил его сделать крен в сторону теоретических вопросов. Но и поддержка, полученная в Обществе, сыграла в научной судьбе Ньютона важную роль.

3 марта 1703г. скончался Роберт Гук. Последние годы его жизни были омрачены враждой с Ньютоном, тягостной для обоих: Ньютон не решался опубликовать свою «Оптику», пока жил Гук. Со смертью Гука ушла в прошлое блестящая пора коллективного экспериментирования. Кабинет Гука, с собранной его усилиями и его изобретательским гением коллекцией приборов и инструментов пришла в упадок. Президентом Общества стал Ньютон, он ежегодно избирался на этот пост в течение почти четверти века, до конца своих дней. Он председательствовал почти на всех собраниях, и когда оказалось трудно сочетать эту обязанность со службой в Монетном дворе, собрания Общества были перенесены со среды на четверг, чтобы Ньютон мог неизменно на них присутствовать. Есть мнение, что он был далеко не идеальным президентом, особенно в то время, полное раздоров и упадка.

Общество раскололось на группировки, и Ньютон, сильно предубежденный влиянием своих друзей, был управляем узким и весьма активным кружком. Ему недоставало такта, чтобы руководить убеждением, ораторским даром он не обладал. С другой стороны, своим исключительно серьезным отношением к президентским обязанностям он как бы создал новую концепцию ученого-администратора, которая отразилась и на деятельности его преемников.

В годы президентства Ньютона у Общества сложились трудные отношения с Гринвичской обсерваторией. Эта Обсерватория была построена в 1675 г., она не была подчинена Обществу, это было сугубо королевское учреждение, хотя король относился к ней с полным пренебрежением, и за 15 лет не было куплено ни одного инструмента. В 1767 г.

Общество приняло в свои члены Джона Флемстида, королевского астронома в Обсерватории. У Флемстида возник конфликт с комитетом Общества из-за публикации его трудов.

В 1710 г. Королевская Гринвичская обсерватория по распоряжению королевы Анны была передана под надзор Королевского общества. Королевскому астроному вменялось в обязанность ежегодно представлять Обществу копии своих наблюдений. Это новшество Флемстид встретил с крайней неприязнью. Только после его смерти в 1720 г. в должность королевского астронома вступил Галлей, и Общество смогло произвести необходимое переоборудование Обсерватории.

1710 г. был отмечен еще одним важным событием: Ньютон настоял на том, чтобы Общество приобрело собственное помещение. Был приобретен дом на Флит-стрит, средства на ремонт были пожертвованы частными лицами. Вскоре Общество перебралось в новое здание со своей библиотекой и музеем.

Ньютон последний раз председательствовал в собрании Общества 12 марта 1727 г. марта он скончался. Через 9 дней общество избрало новым президентом Ганса Слоана, бывшего при Ньютоне секретарем и вице-президентом.

В годы своего президентства Слоан пытался несколько обновить правила приема в члены Общества и упорядочить его финансы. Ему удалось заставить многих должников погасить задолженности по взносам. В 1731 г. Слоан приобрел для Общества небольшое имение, дававшее доход в 65 ф.ст. в год. Еще 400 ф.ст. составляли членские взносы и около 20 ф.ст. – вступительные взносы.

Из тех сфер деятельности Общества, которые меньше испытывали зависимость от его организационных и финансовых неурядиц, следует назвать астрономию. Астроном был единственным членом Общества, получавшим жалование за научную работу. Гринвичская обсерватория сохраняла известную самостоятельность, несмотря на опеку Общества. С г., после смерти Галлея, ею руководил Джеймс Брэдли. Ему наука обязана двумя большими открытиями: аберрация света (видимое смещение далеких звезд, вызванное движением Земли) и нутация (колебательное вращение земной оси).

Итак, Общество на протяжении всего первого столетия своего существования сохраняло основные формы организации, установленные его основателями, хотя уже спустя 30-40 лет эти формы обнаружили серьезные недостатки, которые привели к снижению числа членов, тяжелому финансовому кризису, неустойчивости управления.

С начала XVIII в. наблюдается численный рост Общества, укрепление его руководства, а к середине века – улучшение его материального состояния. Основной недостаток – перегруженность людьми, далекими от науки, - оставался неизменным и составлял отличительную особенность Общества среди других академий и научных обществ Европы.

Сегодня формально не связанное с деятельностью правительственных научных учреждений, Общество играет важную роль в организации и развитии научных исследований в Великобритании и действует как совещательный орган при решении основных вопросов научной политики, выступает в качестве национальной АН в международных неправительственных научных ассоциациях и т. п.

В отличие от национальных АН других стран, Общество не имеет собственной научно исследовательской базы. Влияние на развитие науки в стране оно оказывает через своих членов, работающих в исследовательских центрах.

Традиционно Общество направляет свою деятельность главным образом на исследования в области естественных наук. Расширен приём в члены общества представителей технических наук. Расширились контакты с национальными АН других стран.

Общество насчитывает выше 700 национальных и более 70 иностранных членов. В его составе - 29 лауреатов Нобелевской премии. Деятельность Общества финансируется за счёт парламентских субсидий (составляющих примерно 0,5 млн. фунтов стерлингов в год), доходов от продажи научных изданий, ежегодных членских взносов и других поступлений.

Парижская Академия наук Для успешной работы научного общества нужны ученые –профессионалы и государственная поддержка. Это прекрасно понимал всемогущий министр Кольбер при «короле-Солнце» Людовике XIV, взяв на себя миссию покровителя будущей Академии. Он предполагал создать единое научное учреждение, в которое войдут Французская академия, Академия наук и академия литературы. Но из-за оппозиции Французской академии и Сорбонны пришлось пойти на создание двух независимых учреждений – Академии наук и Академии надписей.

Ядром будущей Академии была небольшая группа математиков и астрономов, которые летом 1666 г. дважды собирались в доме Кольбера для астрономических наблюдений. 2 июля наблюдение затмения Солнца прошло удачно, его результаты тотчас же были сообщены Ольденбургу в Лондон. Т.о. Парижская академия еще до своего официального сформирования вступила в связь с Лондонским королевским обществом.

В соответствии с обширностью своих замыслов Кольбер нанял в Королевскую библиотеку переводчиков с английского, немецкого и с восточных языков. Переводились новые книги, статьи из «Философских записок».

В 1666 г. Людовик XIV закончил войну в Пиренеях заключением мира, и Кольбер воспользовался благоприятной ситуацией для осуществления своих планов. Помимо прочих задач, будущая Академия должна была украшать государство, служить повышению его престижа. Для этого нужны были громкие имена.

Никакого официального акта или документа об основании Академии наук еще не было, когда 22 декабря 1666 г. начались ее регулярные собрания. В первом списке членов Академии числится 21 имя. Жемчужиной Академии был Гюйгенс.

Кольбер запросил от всех академиков предложения о целях и задачах новой корпорации. В различных предложениях сказались разные представления об идеалах академии – понимание ее как общества наук и ремесел преимущественно для утилитарных целей или как генеральной академии, стоящей во главе французской культуры. Кольбер попытался объединить обе задачи. Все академики первого состава – ученые широкого профиля, но многие из них за пределами Академии были связаны с практической деятельностью. Требование широкой образованности определяло и классовый состав Академии, ее аристократичность.

В протоколе первого собрания от 22 декабря 1666 г. записано решение впредь собираться по 2 раза в неделю, по средам заниматься математикой, по субботам физикой.

Собрания происходили в библиотеке короля.

Лица, принятые в число академиков, получали жалование. Кроме штатных академиков, избирались нештатные, отечественные и иностранные, а при академиках могли быть ученики – элевы. Но статус всех этих категорий не был четко определен до принятия устава 1699 г.

Должности куратора экспериментом не существовало, опыты и инструменты готовили адъюнкты, каждый по указанию своего патрона.

Экспериментальное дело здесь не занимало столь подавляющего места, какое отводилось ему в Лондонском королевском обществе в ранние его годы. Возможно, это связано с тем, что в большинстве своем академики были картезианцами, благосклонными к идее обобщающей теории, что определило их критическое отношение к экспериментальному методу как господствующему методу в науке.

За 33 года, прошедших от основания Академии до принятия ее первого регламента, состав академиков почти полностью обновился, из первого списка остались только двое.

Вновь были избраны 41 академик. Самым значительным приобретением был итальянец Джованни Доминико Кассини, который взял на себя руководство недавно построенной обсерваторией и возглавлял все астрономические работы в Париже в течение более 40 лет.

Обсерватория стала центром не только этих работ, но вообще всей жизни Академии. В г. Пикар приобрел в Дании рукописные наблюдения Тихо Браге. Возвращаясь в Париж, он привез с собой молодого астронома Олафа (Оле) Ремера, который стал ближайшим помощником Кассини. В 1694 г. в число академиков были приняты племянник и сын Кассини. Все вместе это составило сильную группу, которая выдвинула Парижскую академию на ведущее место в астрономических исследованиях на рубеже XVII-XVIII веков.

За счет государственного финансирования астрономические работы велись в гораздо большем объеме, чем в Лондоне. В 1668 г. парижские астрономы наблюдали затмение спутников Юпитера. В 1676 г. иностранным членом Академии был избран Лейбниц, который жил в Париже в то время.

Протоколы заседаний Академии за XVII-XVIII вв. не опубликованы. О ее жизни в первые 30 лет можно получить представление по книге Дюамеля «История королевской академии наук», которую он издал в 1700 г., покинув пост секретаря. Журнала, в котором бы публиковались труда ее членов, Академия до конца XVIII века не имела, и книга Дюамеля в какой-то мере восполняла этот недостаток.

Особое значение Академия придавала работам по измерению Земли. Пикар занимался определением длины градуса земного круга. Кольбер неоднократно обсуждал с академиками возможность создания генеральной карты страны. Пикар предложил не составлять карт отдельных провинций, а провести сплошную съемку.

Выполняла Академия и чисто полезные поручения, например, решались гидравлические задачи, связанные с водоснабжением Версаля. Академики по заданию короля готовили большой сводный труд о машинах.

После отмены Людовиком XIV Нантского эдикта Гюйгенс как протестант был вынужден покинуть Францию. Его помощник Папэн переехал в Англию. Вернулся на родину Ремер. Это были чувствительные потери для Академии, отразившиеся на всей ее научной работе.

Устав Академии, подписанный королем 26 января 1699 г., был первым официальным документом, регламентирующим все стороны ее деятельности. В нем предусмотрены категории академиков: 10 почетных, по 20 штатных, нештатных и элевов. Штатные получали жалование. Выборы каждого из членов производились тайным голосованием, а затем утверждались королем. Все штатные академики обязательно должны жить в Париже. Из их числа назначается секретарь и казначей. Процедура выборов, описанная Уставом, была построена так, что королю в ней отводилась далеко не формальная роль. На место нештатного академика король выбирал одного из двух кандидатов, названных академиками.

В Уставе закреплены требования к кандидату на место академика: не моложе 25 лет, человек признанного добронравия, не принадлежит к какому-нибудь известному религиозному ордену, уже приобрел известность каким-нибудь печатным сочинением, курсом лекций, изобретением или открытием. В Уставе точно указаны дни и часы академических собраний и время каникул. Отпуск академику сверх общих каникул мог быть дан только с разрешения короля. Президент назначается королем каждый год. В Уставе формулируются обязанности президента, секретаря, казначея.

Что касается содержания заседаний, то по Уставу на каждом из них должны выступать с докладами по своей науке два штатных академика (т.о. каждый выступает примерно раз в месяц). Два раза в год Академия должна проводить публичные собрания. Устав обязывал академиков поддерживать постоянные связи с учеными во Франции и других странах и информировать Академию обо всем, что происходит в ученом мире. По поручению Академии отдельные ее члены должны были знакомиться с новой научно литературой и представлять собранию беспристрастные ее рефераты. Штатные академики получали жалование из королевской казны.

Организация Парижской академии в том виде, в котором она закреплена Уставом г., имеет много общего с тем идеалом, который нарисовал Бэкон в своей «Атлантиде». За Уставом 1699 г. стоял уже более чем 30-летний опыт работы Академии, и многие пункты просто закрепляли ту практику, которая выработалась на протяжении этих лет.

Устав в основных своих положениях действовал до 1784 г. После смерти Людовика XIV Академия с согласия регента герцога Филиппа Орлеанского произвела некоторые изменения своего количественного состава: число почетных членов было увеличено с 10 до 12, число мест нештатных академиков, на которые могли избираться иностранцы, с 8 до 12.

Смягчено ограничение, которое запрещало избирать в Академию лиц, принадлежавших к какому-либо религиозному ордену. Категория элевов была ликвидирована, вместо нее введены 12 мест адъюнктов.

С момента своего обновления Парижская академия начинает регулярное издание трудов своих членов. После принятия нового Устава Академия произвела ревизию накопившихся неопубликованных сочинений и постепенно издала их в 11 томах. Начатое с 1699 г. издание трудов академиков «История Королевской академии наук с мемуарами по математике и физике» представляло собой новый тип академического журнала, ставший впоследствии характерным для научных академий XVIII века. Каждый том состоял из частей: «истории», содержащей краткий обзор деятельности Академии за год и резюме сочинений академиков, и «мемуаров», т.е. самих сочинений. Письма и заметки посторонних лиц занимают небольшое место. Этот журнал был главным средством общения Академии с ученым миром.

Другим важным периодическим изданием, начатым Академией в первой четверти XVIII века, были публикации сочинений, премированных на конкурсах. Руйе де Месле, бывший советник парижского парламента, завещал Академии денежную сумму, позволившую начиная с 1720 г. ежегодно объявлять конкурсную задачу с премией в дукатов. Конкурсы Парижской академии скоро стали международной ареной борьбы мнений, состязания научных сил. Среди задач, объявлявшихся в 20-е и 30-е годы, примерно половина была посвящена теоретическим и философским проблемам механики, другая половина – вопросам, связанным с кораблестроением и мореходством.

«Журнал Ученых», который появился еще до основания Академии как частное издание, с 1702г. становится государственным журналом под надзором канцлера Поншартрена.

Редакцию его возглавил президент Академии аббат Биньон, директором математического отдела стал ее секретарь Бернар де Фонтенель. Фонтенель вообще был душою всех издательских мероприятий Академии. Он выполнял обязанности секретаря более 40 лет и проявил при этом выдающиеся качества организатора, популяризатора наук, ученого и литератора. Он ввел в Академии обычай, ставший традицией, - после смерти каждого академика произносить в собрании о нем «loge», похвальное слово. Это были не краткие некрологи, а развернутые биографические очерки, которые потом в полном виде печатались в «Истории Королевской академии наук». Сборник таких очерков Фонтенеля неоднократно переиздавался. После периода некоторого обезличивания в науке вновь пробуждается интерес к индивидуальности ученого.

Успехи Академии в отдельных науках: математики (Лопиталь) внесли большой вклад в развитие анализа бесконечно малых и его приложений. Результаты астрономических наблюдений стали основой для значительного исправления географических карт. Физики и химики в начале XVIII века работали в традиционных направлениях. Было опубликовано большое количество исследований по изучению упругости газов при взрыве, плотности и упругости воздуха и их зависимости от температуры, были внесены важные усовершенствования в устройство барометра и термометра. Химики были ориентированы в основном на фармакологию и минералогию, затем наблюдался поворот к практическим задачам металлургии.

Внешние связи Академии осуществлялись через ее корреспондентов. Поначалу корреспондентом называли любого отечественного или иностранного ученого, который регулярно вел переписку с кем-нибудь из членов Академии. На заседании 4 марта 1699 г.

был произведен подсчет таких лиц – их оказалось 85. Каждый из них считался корреспондентом не Академии наук вообще, а какого-то определенного ее члена. Только в 1753 г. было учреждено такое официальное звание, и корреспонденты начали набираться голосованием. Но избранный, если он в течение трех лет не переписывался с Академией, лишался этого звания.

Поскольку большая часть членов Академии работала в ней без всякого вознаграждения, это должны были быть богатые или состоящие на какой-нибудь службе люди. Большей частью это были ученые-профессионалы. О том, как оценивалось финансовое положение Академии ее членами в конце первой четверти XVIII века, свидетельствует записка одного из членов: «Академия, пользующаяся столь высокой репутацией в глазах иностранцев, кажется, близится к краху, если она не получит значительной поддержки, какую получают другие государственные учреждения».

Однако следует подчеркнуть, что именно Парижская академия заложила основы понимания научной деятельности как оплачиваемой государственной службы, признания новой общественной функции науки. Академик – это уже не просто человек науки и не ремесленник, это ученый-профессионал.

Сегодня французская академия наук является одной из 5 академий, составляющих институт Франции. В начале 1990-х гг. в академии было 130 действительных членов, членов-корреспондентов, 80 иностранных членов.

Историческая специфика Санкт-Петербургской императорской Академии наук (1725 г.).

13 января 1724 г. Петр 1 подписал в Сенате «Определение об Академии», а 20 января он получил от лейб-медика Блюментроста проект организации Академии, который и явился ее первым уставом. На полях этого документа царем были сделаны собственноручные добавления и поправки, после чего 22 января он был зачитан в Сенате и утвержден Петром.

Перед Академией ставились не только теоретические, но и практические цели разработка и распространение полезных практических знаний. В то же время петербургская Академия наук в отличие от западноевропейских должна была стать не только научно исследовательским, но и учебным заведением. Для разрешения учебных задач при Академии были учреждены Университет и Гимназия.

Как исследовательское учреждение Академия делилась на три класса:

математический, физический и гуманитарный. Программа деятельности Академии не была скопирована с других Академий, а являлась вполне самостоятельной, продиктованной потребностями быстро развивающейся страны. В отличие от иностранных академий, которые в основном подводили итоги научной работы, в России научная работа велась в стенах самой Академии, в ее кабинетах, лабораториях, мастерских.

Кроме научных исследований академики обязаны были заниматься и популяризацией науки в виде курсов для студентов и ежедневного чтения хотя бы одной лекции.

На содержание Академии Петр выделил 24 912 руб. в год. Академии предполагалось даровать право выбора пожизненного или сменяемого один или два раза в год президента, а также право присуждения академических степеней. Однако эти права наследниками Петра предоставлены Академии не были, и за них тщательно боролся впоследствии М.И. Ломоносов.

Академии было поручено руководство переводческими работами, для чего был учрежден Переводческий департамент.

С августа 1725 г. стали собираться заседания Академической конференции.

Президентом был назначен (не выбран) Блюментрост. Фактическое управление академическими делами вскоре перешло к Канцелярии и ее секретарю, изворотливому карьеристу Шумахеру. Составленный под его влиянием в 1747 г. регламент, выработанный без участия академиков, лишь подтвердил их незавидное, зависимое от Канцелярии положение. Некоторые крупные ученые уехали обратно за границу, не выдержав шумахер ского режима (среди них Даниил Бернулли и Леонард Эйлер).

Все же даже в это мрачное время внутри Академии шла большая научная работа, выполнялись важные работы по изучению природы и производительных сил страны, велось географическое и картографическое дело. В 1735 г. были основаны Историческое собрание и Российское собрание, поставившее себе целью изучение и совершенствование русского языка. Научные издания Академии - «Комментарии» и «Новые комментарии» - приобрели мировую известность.

Ломоносов стал главным вдохновителем всей работы Академии наук. Он четко определил ее основные задачи в деле служения Родине и развития русской и национальной культуры. Ломоносов составил «Древнюю российскую историю», в которой оставил задачу показать «благорассудному и справедливому» читателю «праведную славу» отечества.

Вокруг Ломоносова объединялись передовые деятели русской науки середины XVIII в. Петербургская Академия наук стала научным центром мирового значения. Успехам развития естественных наук в Академии способствовало создание при ней первоклассных для своего времени научных учреждений: Обсерватории с прекрасным оборудованием, Физического кабинета, Химической лаборатории и др.

Во второй половине XVIII века с возникновением новых, не связанных с Академией центров культурной жизни, она постепенно утрачивает свое руководящее значение в научной жизни страны.

Желая придать блеск принятому на свое личное попечение научному учреждению, Екатерина Вторая пригласила из-за границы ученых, среди которых были крупные представители европейской науки. Л. Эйлер, в первые годы своей деятельности уже работавший в Петербургской Академии, занял кафедру математики, а сыну его И. Эйлеру была предоставлена кафедра физики.

Значительно выросли ко второй половине XVIII в. кадры академиков, в каждой отрасти появились русские представители. Но если в области математических и естественных наук Петербургская Академия наук, безусловно, сохранила ведущее место в стране, то развитие общественных наук, философии и литературы шло в основном уже вне стен Академии и вне прямого руководства со стороны правительства.

Общественный подъем и успехи русской науки в 1860-х годах сравнительно мало затронули Академию наук. Академия почти забыла о своей обязанности готовить новую смену исследователей, но занималась просветительной деятельностью. В целом Академия стала очень похожей на многие западноевропейские академии с их кастовостью, замкнутостью и малой эффективностью.

Становление профессии инженера: основные этапы.

В настоящее время великое множество технических вузов готовит целую армию инженеров различного профиля для самых разных областей народного хозяйства.

Инженерная деятельность предполагает регулярное применение научных знаний для создания искусственных, технических. В этом заключается ее отличие от технической деятельности, которая основывается более на опыте, практических навыках, догадке. Есть многочисленные примеры, когда крупные ученые обращались к изобретательству, конструированию, проектированию, то есть осуществляли какое-то время, параллельно с научной, инженерную деятельность. Поэтому инженерную деятельность необходимо рассматривать независимо от того, кем она реализуется.

Современный этап развития инженерной деятельности характеризуется системным подходом к решению сложных научно-технических задач, обращением ко всему комплексу социальных гуманитарных, естественных и технических дисциплин. Однако был этап, который можно назвать классическим, когда инженерная деятельность существовала еще в «чистом» виде: сначала лишь как изобретательство, затем в ней выделились проектно конструкторская деятельность и организация производства.

Классическая инженерная деятельность Возникновение инженерной деятельности связано с появлением мануфактурного и машинного производства. В средние века еще не существовала инженерная деятельность в современном понимании, а была, скорее, техническая деятельность, органически связанная с ремесленной организацией производства.

Инженерная деятельность как профессия связана с регулярным применением научных знаний в технической практике. Первые импровизированные инженеры появляются именно в эпоху Возрождения. В эту эпоху формируемся идеал энциклопедически развитой личности, как человека знающего и умеющего. В науке и технике Нового времени наблюдается стремление к специализации и вычленению отдельных сторон предмета и отдельных явлений через систематические исследования. В социальном плане это время характеризуется становлением профессий ученого и инженера, повышением их статуса в обществе. Инженеры формируются в среде ученых, обратившихся к технике, или ремесленников-самоучек, приобщившихся к науке. Первые инженеры - это одновременно художники-архитекторы, консультанты-инженеры, алхимики и врачи, математики, естествоиспытатели и изобретатели. Таковы Леонардо да Винчи, Тарталья, Кардано, Джон Непер.

Именно такая двойственная ориентация инженера - с одной стороны, на научные исследования естественных, природных явлений, а с другой, - на производство, воспроизведение - заставляет его взглянуть на свое изделие иначе, чем это делают и ремесленник, и ученый-естествоиспытатель. Цель инженерной деятельности - сначала определить материальные условия и искусственные средства, влияющие на природу в нужном направлении, заставляющие ее функционировать так, как это нужно для человека, и лишь потом на основе полученных знаний задать требования к этим условиям и средствам, а также указать способы и последовательность их обеспечения и изготовления. Инженер, таким образом, как и ученый-экспериментатор, оперирует с идеализированными представлениями о природных объектах. Однако первый из них использует эти знания и представления для создания технических систем, а второй создает экспериментальные устройства для обоснования и подтверждения данных представлений.

С развитием экспериментального естествознания, превращением инженерной профессии в массовую в XVIII-XIX веках возникает необходимость и систематического научного образования инженеров. Именно появление высших технических школ знаменует следующий важный этап в развитии инженерной деятельности. Одной из первых таких школ была Парижская политехническая школа, основанная в 1794 г. Она стала образцом для организации высших технических учебных заведений, в том числе и в России. С самого начала эти учреждения начали выполнять не только учебные, но и исследовательские функции в сфере инженерной деятельности, чем способствовали развитию технических наук.

Инженерное образование с тех пор стало играть существенную роль в развитии техники.

К началу ХХ столетия инженерная деятельность представляет собой сложный комплекс различных видов деятельности (изобретательская, конструкторская, проектировочная, технологическая и т.п.), и она обслуживает разнообразные сферы техники (машиностроение, электротехнику, химическую технологию и т.д.).

Для современной инженерной деятельности характерна глубокая дифференциация по различным отраслям и функциям. Такая дифференциация стала возможной далеко не сразу.

На первых этапах своего профессионального развития инженерная деятельность была ориентирована на применение знаний естественных наук (главным образом, физики), а также математики, и включала в себя изобретательство, конструирование опытного образца и разработку технологии изготовления новой технической системы. Инженерная деятельность, первоначально выполняемая изобретателями, конструкторами и технологами, тесно связана с технической, которая становится исполнительской по отношению к инженерной деятельности. Связь между этими двумя видами деятельности осуществляется с помощью чертежей. Изготовлявшие их чертежники назывались в России «учеными рисовальщиками».

Для подготовки этих специалистов для заводов и предназначалось основанное в 1825 г.

«Строгановское училище технического рисования».

Классическая инженерная деятельность включала в себя изобретательство, конструирование и организацию производства технических систем, а также инженерные исследования и проектирование.

Понятие «научно-техническая политика» в историческом и современном значении.

Научно-техническая политика (НТП) является сравнительно новым направлением деятельности передовых государств современного мира, если сравнивать ее с политикой внешней, экономической, социальной и другими, имеющими уже многовековую историю направлениями. Моложе НТП можно, пожалуй, считать экологическую политику, которая по существу является прямым отпрыском научной или даже одной из ее ветвей или разновидностей.

Чтобы обрести надежную точку отсчета во времени, сформулируем, что мы конкретно понимаем под НТП. Достаточно полным и точным определением представляется следующее:

Научно-техническая политика государства - это планомерная и постоянная, организуемая специализированными государственными органами всех уровней работа или система мероприятий, имеющая своей целью создание оптимальных экономических, правовых, политических и иных условий для динамичного, эффективного и экологически безопасного развития научно-технического потенциала страны. Условия для появления такого рода политики созрели в период, непосредственно предшествовавший Второй мировой войне, в ходе этой войны и сразу после ее окончания.

Вторая мировая война со всей очевидностью показала новую роль научно-технического потенциала, она была в полном смысле войной техники, в военные годы совершались многие открытия, создавались изобретения (от пенициллина до радара и атомной бомбы), невиданными в мирное время темпами внедрявшиеся в практику и работавшие на победу.


Война к тому же «выпестовала» целый ряд отраслей промышленности, которые начали играть первую скрипку в экономике (реактивная техника, авиация, атомная промышленность, электроника и др.), и развитие которых требовало таких усилий и ресурсов, которые никто кроме государства мобилизовать не мог.

Другими словами, война установила между государством и наукой в целом, новые, прочные постоянные систематические связи. Это и дает нам основание считать окончание войны началом становления государственной НТП.

Прежде чем рассматривать конкретные этапы развития НТП, следует пояснить, на каком принципе строится предлагаемая здесь периодизация. Периодизация строится по принципу приоритетности решаемых НТП задач.

1. Первым периодом, естественно, является период институционализации НТП создание в системе государственной власти на разных уровнях специализированных органов, отвечающих за разработку и осуществление НТП, за управление национальной наукой. Во второй половине 40-х годов ХХ в. институционализация науки была приоритетной задачей для всех. Формы она приняла различные. В странах, где государство относится к «дирижистскому» типу (Япония, Франция) вопрос решался быстрее и проще. Во Франции было создано министерство науки. Его позже то сливали, то вновь разъединяли с министерством образования, но всегда оставался единый национальный центр управления научно-техническим развитием. В Японии, где вся система власти претерпела принципиальные изменения после войны, опека фундаментальной науки сосредоточилась в одном из управлений аппарата премьер-министра, а управление прикладными исследованиями и разработками - в Министерстве внешней торговли и промышленности.

Специального министерства науки не создавалось. Из достижений первого периода главным является понимание необходимости государственного подхода к руководству наукой, ее планированию и прогнозированию, понимание НТП как специфичной отрасли государственной деятельности, которой должны заниматься специализированные государственные органы.

2. Второй период - это время бурного роста капиталовложений в науку и роста самой сферы «наука-техника», числа ученых и инженеров, числа научных организаций и т.д. От военных лет страны получили богатейший научный задел, который был неизмеримо богаче того научного багажа, которым они располагали до войны. Кроме того, война горячая вскоре сменилась холодной войной, развернулась невиданная по масштабам гонка вооружений, ускоренные темпы развития техники сохранялись. Второй период кладет в здание НТП еще один краеугольный камень - промышленно развитая страна должна иметь «большую» сферу «наука-техника» и соответствующим образом ее оплачивать. Три важнейших характеристики, присущих прогрессу науки и техники: Во-первых, вклад технического прогресса в экономический рост имеет такое же значение, как и вклад традиционных факторов - труда и капитала. Во-вторых, для того, чтобы поддерживать темп появления крупных открытий и изобретений постоянным, объем вовлекаемых в сферу «наука-техника»

ресурсов должен возрастать по экспоненте. В-третьих, сфера «наука-техника» относится к структурам пирамидального типа. Вершину пирамиды образуют открытия и изобретения высшего класса, которые случаются редко, ниже - менее значительные, но более многочисленные достижения, затем всякого рода усовершенствования, а в основании огромный объем рутинной работы, достаточно далекой от полета научной мысли. В свете изложенного очевидно, что «золотой век» не мог длиться вечно.

3. К концу 60-х годов эйфория послевоенных лет уступила место некоторому разочарованию. Каждый шаг вперед давался труднее и требовал больше средств, чем предыдущий. А тут еще подоспели и знаменитые «нефтяные шоки» 70-x годов, которые потрясли всю мировую экономику и крайне затруднили финансовое положение ведущих корпораций и целых государств. Начинается третий период, который привносит в НТП трезвость, расчетливость и активный поиск наиболее эффективных форм организации ИР.

Можно сказать, что акцент переносится с экстенсивного на интенсивный путь развития.

Финансирование повсюду стабилизируется, а в некоторых странах сокращается. Третий период заканчивается приблизительно в начале 80-х годов.

4. При желании хронологической вехой можно считать провозглашение президентом США Р. Рейганом в январе 1982 г. политики «нового федерализма». Суть этой политики состояла в перераспределении функций по управлению научно-техническим развитием между федеральным правительством и правительствами штатов в пользу последних. Шаг вполне естественный, по крайней мере, по двум причинам. Во-первых, до этого времени основные исследовательские силы и объемы ИР сосредоточивались в отдельных, сравнительно небольших по сравнению с государством в целом, районах. В «регионах науки» стало тесно: плотность населения очень велика, транспортные артерии перегружены, цены на жилье очень высокие, много экологических проблем. В то же время здесь был накоплен прекрасный опыт развития науки и техники, взаимодействия университетов, промышленности и государственных научных учреждений, создания мелких и средних наукоемких фирм. Во-вторых, развитие остальных областей, которые в определенной степени равнялись на регионы науки, постепенно подготовило их к использованию опыта, накопленного «образцами». А общий подъем экономики требовал распространения этого опыта, по крайней мере, на большую часть территории страны. Четвертый период развития НТП привнес в ее систему два новых важнейших элемента - региональный аспект и охват малого и среднего бизнеса. Без этого НТП не могла бы ни географически охватить национальную экономику, ни проникнуть «вглубь» ее до малых фирм на местах, создавая тем самым базу для структурной перестройки всего хозяйства на наукоемкой основе.

5. Наконец, нынешний, пятый период эволюции НТП, с конца 80-x годов и по сегодняшний день, в какой-то мере завершает строительство ее здания. На последнем этапе предлагаемой периодизации государственная НТП обретает по отношению к сфере «наука техника» всеобъемлющий характер, то есть охватывает и все сектора науки, и все стадии процесса нововведений - фундаментальные исследования, прикладную науку, разработку и даже этап внедрения новинок в производство, выход с новой продукцией на рынок, внутренний и мировой. Именно на поддержке этой последней стадии, на внедрении научных и технологических новинок в практику делается основной акцент на современном этапе.

Анализируя те события и перемены, которые принес мировому сообществу ХХ век, не будет преувеличением сказать, что одним из наиболее важных, бесповоротных и перспективных изменений является становление нового статуса и роли науки.

Основные факторы развития науки и техники Начало процессу интеграции научной и технической деятельности положила промышленная революция XVIII—XIX вв. Необходимость машинизации, механизации производства придала науке сильную техническую направленность. Родились технические науки и инженерные профессии. Резко возросло и значение технических средств научных исследований. Был преодолен разрыв науки, техники и производства, образовалась новая система «наука — техника — производство».

На современном этапе НТП наука превратилась в решающий фактор развития техники, непосредственную производительную силу. Прогресс самой науки стал гораздо в большей степени определяться ее технико-технологической направленностью, уровнем опытно-экспериментальной базы, степенью оснащенности современными приборами, информационно-техническими средствами. Новый уровень взаимодействия науки и инженерии был обусловлен потребностью решения таких крупных комплексных проблем, как освоение космоса, овладение ядерной энергией. Именно здесь был накоплен ценный опыт организации взаимодействия исследовательских, проектных, конструкторских коллективов и опытного производства.

В настоящее время выделяются научно-технические дисциплины и соответствующие направления НТП, которые уже нельзя рассматривать с позиций разделения науки, инженерии и производства. Например, системотехника, эргономика, дизайн, информатика, биотехнология и др.

Объективные и субъективные факторы научно-технического прогресса — это две группы факторов, влияющих на ход и результаты НТП.

К объективным факторам НТП относятся:

• общественные отношения, при которых осуществляется материальное и духовное производство, в том числе получение и использование знания;

• закономерности развития науки и техники;

• уровень развития познавательных средств (теории, экспериментальной и опытной базы, приборов).

Субъективные факторы НТП — это:

• субъекты познания и технического творчества (ученые, инженеры, конструкторы, рабочие-новаторы, их формальные и неформальные организации);

• мировоззрение и психология научного творчества.

Фактором развития техники являются достижения науки, а развития науки — потребности совершенствования техники.

Важнейший из объективных факторов НТП — общественные условия, прежде всего базисные отношения общества на той или иной стадии его развития. Эти отношения влияют на ход НТП двояко:

1) определяя конкретные потребности общества в новом знании и технических решениях, т. е. воздействуя на проблематику НТП;

2) утверждая в науке и техническом творчестве разделение труда, сходное с разделением труда в материальном производстве.

Важнейший из субъективных факторов НТП — деятельность субъектов познания и технического творчества, в которой выражается активное отношение человека к условиям своего существования. На ход НТП субъекты влияют, прежде всего, тем, что производят новые научные идеи и технико-технологические решения, участвуют в распространении и практической реализации знаний. Однако, поскольку эта деятельность всегда определенным образом организована, она испытывает влияние со стороны отношений, складывающихся в научных и инженерно-конструкторских коллективах, профессиональных сообществах ученых и инженеров.


Соотношение науки и техники в историко-культурной динамике развития цивилизации В древнем мире техника, техническое знание и техническое действие были тесно связаны с мифологическим миропониманием. Один из первых философов техники Альфред Эспинас писал: «Живописец, литейщик и скульптор являются работниками, искусство которых оценивается, прежде всего, как необходимая принадлежность культа». Более того, первые машины, по-видимому, приносились в дар богам и посвящались культу, прежде чем стали употребляться для полезных целей. Важнейшим шагом на пути развития западной цивилизации была античная революция в науке, которая выделила теоретическую форму познания и освоения мира в самостоятельную сферу человеческой деятельности.

В античности понятие «тэхнэ» обнимает и технику, и техническое знание, и искусство. Но оно не включает теорию. Поэтому у древнегреческих философов, например, Аристотеля, нет специальных трудов о «тэхнэ». Более того, в античной культуре наука и техника рассматривались как принципиально различные виды деятельности. Существовало четкое различение науки и практического знания – тэхне. Тэхнэ не имело никакого теоретического фундамента, технический опыт передавался от отца к сыну, от мастера к ученику.

В средние века архитекторы и ремесленники полагались в основном на традиционное знание, которое держалось в секрете и которое со временем изменялось лишь незначительно.

Вопрос соотношения между теорией и практикой решался в моральном аспекте: например, какой стиль в архитектуре является более предпочтительным с божественной точки зрения.

Именно инженеры, художники и практические математики эпохи Возрождения сыграли решающую роль в принятии нового типа практически ориентированной теории. Изменился и сам социальный статус ремесленников, которые в своей деятельности достигли высших уровней ренессансной культуры. В эпоху Возрождения наметившаяся уже в раннем Средневековье тенденция к всеохватывающему рассмотрению и изучению предмета выразилась, в частности, в формировании идеала энциклопедически развитой личности ученого и инженера, равным образом хорошо знающего в самых различных областях науки и техники.

В науке Нового времени можно наблюдать иную тенденцию: стремление к специализации и вычленению отдельных аспектов и сторон предмета как подлежащих систематическому исследованию экспериментальными и математическими средствами.

Одновременно выдвигается идеал новой науки, способной решать теоретическими средствами инженерные задачи, и новой, основанной на науке, техники. Именно этот идеал привел в конечном итоге к дисциплинарной организации науки и техники. В социальном плане это было связано со становлением профессий ученого и инженера, повышением их статуса в обществе.

Специализация и профессионализация науки и техники с одновременной технизацией науки и сайнификацией техники имели результатом появление множества научных и технических дисциплин, сложившихся в XIX-XX веках в более или менее стройное здание дисциплинарно организованных науки и техники. Этот процесс был также тесно связан со становлением и развитием специально-научного и основанного на науке инженерного образования.

В современной литературе по философии техники можно выделить следующие основные подходы к решению проблемы изменения соотношения науки и техники:

• техника рассматривается как прикладная наука (линейная модель);

• процессы развития науки и техники рассматриваются как автономные, но скоординированные процессы (эволюционная модель);

• наука развивалась, ориентируясь на развитие технических аппаратов и инструментов;

• техника науки во все времена обгоняла технику повседневной жизни;

• до конца XIX в. регулярного применения научных знаний в технической практике не было, но оно характерно для современных технических наук.

Специфика естественных, общественных и технических наук.

Выявление специфики технических наук осуществляется обычно следующим образом:

технические науки сопоставляются с естественными (и общественными) науками и параллельно рассматривается соотношение фундаментальных и прикладных исследований.

При этом могут быть выделены следующие позиции:

1) технические науки отождествляются с прикладным естествознанием;

2) естественные и технические науки рассматриваются как равноправные научные дисциплины;

3) в технических науках выделяются как фундаментальные, так и прикладные исследования.

Технические науки и прикладное естествознание Технические науки нередко отождествляются с прикладным естествознанием. Однако в условиях современного научно-технического развития такое отождествление не соответствует действительности. Технические науки возникали в качестве прикладных областей исследования естественных наук, но это был не единственный способ их возникновения.

Разделение науки на фундаментальную и прикладную по результатам исследования слишком тривиально. Строго говоря, термин «прикладная наука» является некорректным.

Обозначая техническую науку в качестве прикладной, исходят обычно из противопоставления «чистой» и прикладной науки. Если цель «чистой» науки – «знать», то прикладной – «делать». В этом случае прикладная наука рассматривается лишь как применение «чистой» науки, которая открывает законы, достигая тем самым понимания и объяснения природы. Однако такой подход не позволяет определить специфику технических наук, поскольку и естественные, и технические науки могут быть рассмотрены как с точки зрения выработки в них новых знаний, так и с позиции приложения этих знаний для решения каких-либо конкретных задач, в том числе - технических. Кроме того, естественные науки могут быть рассмотрены как сфера приложения, например, математики. Иными словами, разделение наук по сфере практического применения является относительным.

Технические и естественные науки - равноправные партнеры Сегодня все большее число философов техники придерживаются той точки зрения, что технические и естественные науки должны рассматриваться как равноправные научные дисциплины. Каждая техническая наука - это отдельная и относительно автономная дисциплина, обладающая рядом особенностей. Технические науки - часть науки и, хотя они не должны далеко отрываться от технической практики, не совпадают с ней. Техническая наука обслуживает технику, но является, прежде всего, наукой, т.е. направлена на получение объективного знания.

Становление технических наук связано с широким движением в XIX веке - приданием инженерному знанию формы, аналогичной науке. Результаты: формирование профессиональных обществ, появление исследовательских журналов, создание исследовательских лабораторий и приспособление математической теории и экспериментальных методов науки к нуждам инженерии. Таким образом, инженеры ХХ века заимствовали не просто результаты научных исследований, но также методы и социальные институты научного сообщества. Поэтому технические науки должны в полной мере рассматриваться как самостоятельные научные дисциплины. Вместе с тем они существенно отличаются от последних по специфике своей связи с техникой.

Технические и естественные науки имеют одну и ту же предметную область инструментально измеримых явлений. Хотя они могут исследовать одни и те же объекты, но проводят исследование этих объектов различным образом.

Таким образом, естественные и технические науки - равноправные партнеры. Они тесно связаны как в генетическом аспекте, так и в процессах своего функционирования. Именно из естественных наук в технические были транслированы первые исходные теоретические положения, способы представления объектов исследования и проектирования, основные понятия, а также был заимствован самый идеал научности, установка на теоретическую организацию научно-технических знаний, на построение идеальных моделей, математизацию. В то же время нельзя не видеть, что в технических науках все заимствованные из естествознания элементы претерпели существенную трансформацию, в результате чего и возник новый тип организации теоретического знания. Кроме того, технические науки со своей стороны в значительной степени стимулируют развитие естественных наук, оказывая на них обратное воздействие.

Социо-культурные проблемы развития науки и техники.

Проблема оценки социальных, экологических и других последствий развития науки и техники в ХХ веке.

Некоторые этические проблемы научной деятельности При проведении научной, исследовательской деятельности ученый, специалист сталкивается с этическими проблемами. Этика науки - дисциплина, изучающая нравственные основы научной деятельности. Исторически научная этика берет свое начало от концепции эволюционной этики, впервые сформулированной английским философом и социологом Г.Спенсером. Согласно этой концепции нравственность рассматривается как форма развития эволюционного процесса, затрагивающего всю живую природу на той ее стадии, которая соотносится с развитием человеческого общества.

Соотношение добра и зла - это соотношение более развитого и менее развитого. Свое дальнейшее развитие эта концепция получила в трудах английских ученых Д. Хаксли, К.Уодингтона.

Главный методологический принцип заключается в том, что нравственность рассматривается не в качестве специфического общественного явления, а как проявление процесса биологической эволюции. С точки зрения эволюционной этики, нравственным долгом следует считать принятие человеком на себя миссии продолжения общей мировой эволюции и создания нового общества, находящегося в гармоническом единстве с космосом.

Попытки найти объективные основания морали в данных естествознания можно обнаружить в концепциях русских философов-космистов В.Вернадского, Н.Федорова, А.Чижевского.

Известный английский зоолог и философ Д.Хаксли выдвинул концепцию эволюционного гуманизма, сущность которой состоит в том, что человек представляет собой лишь один вид существующей на Земле жизни, и поэтому все члены человеческого общества не должны быть враждебно настроены друг против друга, несмотря на различия в религиях, нациях и т.д., каждый член общества несет ответственность за свое будущее и будущее всей планеты, полагаясь только на самого себя. В своих стремлениях человек должен руководствоваться повышением качества уровня жизни (не в ущерб окружающей среде), а не приобретением материальных благ.

Каждая из этических программ, концепций связана с формированием новой системы мышления, основанной на всех духовных компонентах культуры. Причем формирование этого мышления должно проходить в неразрывной связи с получением профессиональных знаний.

Существуют различные проекты кодекса научной этики. Вопросы научной этики часто проявляются в связи с принятием решений в критических ситуациях, например, определение момента смерти донора при пересадке сердца и т.д.

Проблемная область этики науки включает в себя две сферы:

• профессиональная ответственность ученого;

• социальная ответственность ученого.

Ученый Р.Мертон в работах «Нормативная структура науки» (1942), «Амбивалентность ученого» (1965) выделяет: универсализм, всеобщность, незаинтересованность, организованный скептицизм.

Универсализм - ориентация не на субъективные, личные, групповые, национальные и т.д.

интересы, а поиск объективного знания.

Всеобщность - результаты и достижения ученого - достояние всего общества;

ученый не вправе рассматривать их как личную собственность.

Незаинтересованность - руководствоваться стремлением к получению знания, бескорыстным любопытством, а не личной выгодой.

Организованный скептицизм - критическое отношение ученого к своим и чужим результатам.

Влияние достижений техники 1. Технологии освобождают человека от тяжелого рутинного труда, но сама природа его подразумевает необходимость физических нагрузок, иначе организм слабеет. Современный цивилизованный человек обладает гораздо меньшей физической силой и выносливостью, поэтому он более уязвим, у него меньше шансов защитить себя в случае опасности.

2. Вследствие избавления от постоянного физического труда у человека появляется большее количество свободного времени. Часто наши современники проводят это время с вредом для собственного здоровья.

3. Отдельно стоит сказать и о нашей современной среде обитания. Среда обитания городского жителя на самом деле неблагоприятна для жизни.

Наука и гонка вооружений 1. Ядерное оружие - самый реальный на сегодня способ уничтожить если не все живое на земле, то уж человечество во всяком случае. Это оружие с большой вероятностью в будущем может попасть в руки террористов. Поэтому необходимо полностью его уничтожить, что в ближайшем будущем практически нереально.

2. Ядерные отходы тоже являются огромной проблемой, которая сама по себе не разрешится никогда. Уже сейчас в близком нам уральском регионе существенные территории навсегда непригодны для жизни человека. Такие загрязнения часто являются результатом не ошибки, а целенаправленной деятельности.

Глобализация и урбанизация Во многом благодаря научно-техническому «прогрессу» угрожающие размеры приняла глобализация. Этот процесс обрекает на нищету целые страны, экономика и армия которых не может сопротивляться мощи иностранных государств и транснациональных корпораций.

Схожие проблемы создает и урбанизация. В России, например, некоторые населенные пункты просто тихо вымирают.

Концепция развития науки Карла Поппера Карлу Попперу принадлежит честь создания первой философской концепции науки, способной в первой половине ХХ века противостоять начинавшему испытывать трудности неопозитивизму.

Поппер указывает на закономерность неудач неопозитивистской концепции верификации научных предложений (любая теория, претендующая на научноcть, должна быть выводима из опыта). Он считает, что ученые делают открытия, восходя не от фактов к теориям, а переходя от гипотез к единичным высказываниям, т.е. пользуясь гипотетико-дедуктивным методом. Философ исходит из влияния теории на чувственный опыт и экспериментальные ситуации: человек видит и понимает мир так, как тот дан ему в его теоретических представлениях. Наблюдение уже предполагает некоторую теоретическую установку, некоторую исходную гипотезу;

нельзя просто наблюдать, не имея для этого никаких предпосылок. Наблюдение всегда избирательно и целенаправленно: мы исходим из определенной задачи и наблюдаем только то, что нужно для решения этой задачи.

По мнению Поппера, проверка истинности теории не может осуществляться при посредстве отобранных с ее помощью фактов по ряду причин.

1. Любая развитая теория формулируется не для реальных, а для идеальных объектов. В опыте отсутствуют чувственные аналоги «абсолютно твердого тела», «идеального газа».

2. Опыт становится возможным только благодаря теоретическим, сущностным представлениям. Научные принципы нельзя проверить фактами, ибо они как бы накладываются сверху на эти факты. Строго говоря, факты должны соответствовать теории, а не наоборот. Теория, в свою очередь, должна соответствовать природе как таковой, но не опытной реальности. Подтверждение теории экспериментом – это не соответствие теории эксперименту, а соответствие теории тем сущностным природным свойствам исследуемой реальности, которые обнаруживают себя через эксперимент. Однако теория всегда обосновывается ограниченным числом экспериментов, а используется для объяснения значительно более широкого круга опытов.

3. Подкрепляющие теорию факты и эксперименты всегда ограничены как в пространстве, так и во времени, соответственно и теория также ограничена прошлым и настоящим. Тем не менее, она претендует на объяснение будущих опытных и экспериментальных ситуаций. Положительный опыт может поддерживать теорию лишь временно, поскольку последующие возможные отрицательные опыты всегда могут опровергнуть ее.

Поппер, таким образом, обратил внимание на то, что процедуры подтверждения и опровержения имеют совершенно различный познавательный статус.

Окончательно подтвердить теорию нельзя, зато ее можно опровергнуть (фальсифицировать). Теория фальсифицирована, если она противоречит опытным данным, иногда всего лишь одному опытному факту.

Эта асимметрия, считал Поппер, имеет решающее значение для понимания процесса научного познания. Он указывает, что «критерием научного статуса теории являются ее фальсифицируемость, опровержимость или проверяемость», а «теория, не опровержимая никаким мыслимым событием, является ненаучной. Неопровержимость представляет собой не достоинство теории (как часто думают), а ее порок».

Ситуация опровержения в науке является стимулом к усовершенствованию: на место фальсифицированной гипотезе приходит другая, которая стремится избежать допущенной ошибки, опровержение опытом есть «элиминация ошибок». Наложение новой теории на существующую теоретическую базу приводит к росту научного знания.

Различные теории отличаются своей жизнеспособностью, причем выживают самые непротиворечивые. Иначе говоря, наука эволюционирует «по Дарвину». Основанием научного знания, согласно Попперу, выступает идеал критического отношения ученого как к своей, так и к чужим, альтернативным теориям.

Принцип фальсифицируемости Поппера 1. Фальсификация является важнейшим методологическим правилом: если теория опровергнута, она должна быть немедленно отброшена.

2. Критерий демаркации: научной теорией признается лишь та концепция, которая поддается сопоставлению с опытными данными, и, следовательно, поддается фальсификации.

Поппер констатирует, что философия, как знание, не поддающееся фальсификации, не имеет научного характера. Методологическое значение философии состоит в осмыслении роста научного знания.

Принцип фальсификационизма оказал прямое влияние на попперовское понимание истины. Утверждая предположительный характер любой научной теории, философ, хотя и соглашается с существованием объективной истины, однако полагает ее – в силу предположительного характера знания – в принципе недостижимой. Более того, даже при случайном обнаружении этой истины ее идентификация в качестве таковой предполагается невозможной. Иначе говоря, Поппер утверждает всеобщий характер относительности знания. Хотя научное познание направлено на поиск истины, однако она недостижима не только на уровне теории, но даже и эмпирически. Поскольку проблема истинности знания неразрешима, Поппер вводит в качестве определяющего критерия развития научного знания критерий правдоподобности теорий, суть которого такова:

Так как каждая научная теория является, строго говоря, ложной, среди ее следствий будут как истинные, так и ложные утверждения. Первые образуют ее истинное, вторые – ложное содержание. Если эксперимент показывает, что предсказание одной теории истинно там, где предсказание другой теории ложно, то это означает, что первая теория имеет истинное содержание там, где вторая имеет ложное содержание, т. е. первая теория более правдоподобна, чем вторая. Максимально правдоподобной будет теория, полно и исчерпывающе отражающая объективную реальность.

Целью научной деятельности, направлением роста научного знания является построение такой теории, однако в силу обсуждавшихся выше причин реально создание только более или менее правдоподобных теорий.

В силу этого задача эпистемологии, как философии научного познания, должна состоять не в поиске теории, а в разрешении проблемы роста знания. Последний же достигается в процессе рациональной дискуссии, которая представляет собой критику существующего знания. Поэтому свою философию Поппер называет критическим рационализмом.

Дополнительно к традиционно представленным в философии «первому миру»



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.