авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 26 |

«Administration of Tomsk Rigion   Ministry of Natural Resources and Ecology of the Russian Federation   Ministry of Education and Science of the Russian Federation   ...»

-- [ Страница 3 ] --

Собранный здесь разнообразный материал позволил ему дать классификацию песков. Он подразделяет их на бугристые, грядовые, барханные, кучевые и др.

Типичными формами песков в Монголии будут грядовые и бугристые пески,, по берегам озёр – дюнные. Редко встречаются барханные цепы в Гоби и в котловине Больших озёр. Пески в Гоби, как правило, закреплены растительностью. Так образование кучевых песков тесно связано с ростом селитрянки Шобера и носит название Товцог-элс по-монгольски. В начале прошлого столетия при изучении Пограничной Джунгарии, Монголии и соседных территорий, Владимир Афанасьевич обнаружил, что современный рельеф этих стран создан не только палеозойскими и допалеозойскими складчатыми движениями земной коры, но и более молодыми складками и сбросами, нарушившими залегание юрских угленосных, а местами даже третичных континентальных отложений.

В.А. Обручев прежде всего обратил внимание на складчато-глыбовое строение большинства гор Сибири, в том числе и Саяно-Алтайской области, и показал, что главнейшие структурные элементы Монголии и в целом Азии представляют собой глыбы различных порядков. Во-вторых, он отводил огромную роль разломам в образовании и развитии структур и, в-третьих, неоднократно указывал на длительность существования многих из зон разломов, движения по которым проявлялись с перерывами, начиная от древнейших времён и до современного этапа.

Взгляды В.А. Обручева на глыбовое (или блоковое) происхождение подавляющего большинства структур Азии сложились как на основании данных других исследователей. Так складчато-глыбовое происхождение структур наиболее ярко осветили по новым данным: для Монголии – А.Х. Иванов (1959 г.), а для Центральной Азий – В.М. Синицын (1956).

В.А. Обручев в своём “Геологическом обзоре Сибири”, развивая взгляды Черского по поводу байкальского и саянского изгибов складчатости, отмечал, что в конце архея произошли сильные орогенические движения фазы поднятия, которые выразились в создании дугообразных складок, обращенных выпуклостью на север, слагающих теперь две системы: Байкальскую и Саянскую. В районе смыкания обоих систем, на меридиане южной части оз. Байкала, замечаются сильные уклонения от нормальных простираний вплоть до меридионального, смятия и вообще явления, характеризующие смычку складчатых дуг. Таким образом, В.А. Обручев для Байкало Саянской области, с одной стороны, указал на сложность зон сочленения разнонаправленных систем дислокаций, а сдругой – подчеркнул, что эти системы возникли одновременно и являются структурами одновозрастными, а не разновозрастным, как полагали позднее некоторые исследователи. На основе изучения геологического строения складчатых областей юга Сибири, а также многих районов Центральной Азии В.А. Обручев в своих крупных монографиях и многочисленных статьях осветил не только общие черты их геологического строения и тектоники, но и наметил важнейшие проблемы, нуждающиеся в первоочередных исследованиях.

В 1890 г., работая в Прибайкалье и наблюдая Байкал с высоты Приморского хребта, В.А. Обручев пришел к очень важному заключению о сравнительно недавнем (25-30 млн.лет) грабено-провальном происхождении Байкала по разломом и сбросам, возникшим в земной коре при её растяжении, т.е. в происхождении Байкальской впадины главную роль сыграли новейшие глыбовые движения в коре. Внимательно исследуя геоморфологию горных систем Сибири, Центральной Азии и Монголии, В.А.

Обручев пришёл к выводу, что описанные явления имеют не только местное значение, а распространены весьма широко.

В.А. Обручев впервые научно обосновал молодость рельефа Азиатского материка. Так, молодые поднятия в южной части Сибири были причиной трёх эпох сильного оледенения этой пограничной полосы. Поднятие этого участка сильно повлияло на климат почти всей Сибири и в особенности Центральной Азии, которая оказалась почти отрезанной от влияния влажных ветров Ледовитого океана. Этим объясняются сухость её климата, развитие процессов сухового выветривания и развеивания, создавших накопление песка во впадинах путём перевеивания песчано глинистых отложений рек и озёр и выноса ветрами самых мелких частиц на северные и, особенно, южные окраины. Мелкие частицы и явились исходным материалом для образования более или менее мощных толщ лёсса. Молодые движения в периферийных частях обусловили накопление на обширной площади отложений песков и лёсса, характеризующих эту внутреннюю область Азии. Но и в её пределах имели место такие же движения, создавшие высоты Монгольского Алтая, Хангая, Хэнтэя, Тянь-Шаня, Ала-Шаня и Нань-Шаня ( Обручев, 1931, 1936 гг.).

Он предложил новый термин “неотектоника” (1948), под которым он понимал структуры земной коры, созданные при самых молодых движениях, происходивших в конце третичного и в первой половине четвертичного периода. А в статье “Основные черты кинетики и пластики неотектоники” он проанализировал следы неотектоники в разнах местах России и в граничащих с ней областях Центральной Азии, в том числе Монголии.

Владимир Афанасьевич утверждал, что неотектоника вполне объясняет особенности современного рельефа поверхности всего земного шара. А так как от этого рельефа существенно зависят гидрографическая сеть, пути сообщения по суше и по воде, а в значительной степени и климат, то невозможно игнорировать роль и значение неотектоники для жизни человека (Обручев, 1948). На основе исследований следов находки последней ледниковой эпохи В.А. Обручев пришёл к заключению о двухкратном оледенении Хэнтэйского нагорья, «причем первое из них было значительно сильнее и распространялось на большую площадь, например на долину р.Толы в районе Улаан-Баатара, но следы его сильно сглажены и требуют тщательного изучения. Вторая эпоха ограничивалась оледенением высших гор в виде самостоятельных центров оледенения, но притом во время отступления ледников имела место одна продолжительная остановка: следы её очень свежи».

В автобиографии, напечатанной в 1946 г., В.А. Обручев указывает, что всю жизнь его интересовали, в основном, следующие пять научных проблем: происхождение лёсса, древнее оледенение Сибири и Центральной Азии, тектоники вообще и Сибири в частности, геология месторождений золота и древнее темя Азии. Обручев внёс существенный вклад в разработку каждого из этих вопросов. И все эти вопросы имели прямое отношение к геологии, к тектонике и географии Монголии. Проблемы тектоники Азии, впервые поставленные в трудах Обручева, имело важное значение для выяснения тектонических структур Монголии.

В 1945 году им была опубликована работа «О некоторых основных вопросах геологии Центральной Азии», в которой разбираются важные вопросы палеогеографии кайнозоя в связи с молодыми мезо-кайнозоискими дислокациями. Согласно представлениям автора, рельеф Центральной Азии создавался постепенно в течение мезо- и кайнозоя вертикальными движениями фаз расширения, расчленившими палеозойскую складчатую страну на горсты и грабены, соответственно поднятым и опущенным (отставшим) клиньям земной коры, и при сравнительно слабом участии фаз сжатия, создавшего складки мезо-кайнозойских отложений, взбросы и надвиги на них. Этот рельеф постоянно развивался в борьбе эрозии, уничтожавшей поднятые клинья и вертикальных движений, опять поднимавших их. Рельеф, созданный послеледниковыми поднятиями конца третичного-начала четвертичного периода, сохранился до настоящего времени благодаря позднейшим, более слабым поднятиям.

В заключение работы В.А. Обручев отмечает, что после отступания моря климат Центральной Азии был влажным до начала мела, о чём говорит наличие углей в юрских отложениях. Нижний мел был еще сравнительно влажен, но все последующее время он был сухой. Так обширная территория поступила в полосу аридизации. И процесс опустынивания происходил с разной интенсивностью для разных частей Центральной Азии и неравномерно. Он нарушался факторами, убыстрявшими или замедлявшими такую эволюцию. К ним следует отнести, например, юноальпийские движения и четвертичное оледенение. Находки погребенных почв в пустынных степях Монгольской Гоби говорят о каком-то более влажном отрезке времени, который, вероятно, был синхронен периоду с развитой гидрографической сетью в Центральной Азии.

История развития территории Центральной Азии всегда привлекала внимание В.А. Обручева. Еще в 1895 г. в первой своей большой работе, посвященной Центральной Азии, он уделил значительное место вопросам формирования ее рельефа и ландшафтов и установил древность пустынь и степей в этой стране. Находка В.А. Обручевым коренного зуба носорога в третичных «ханхайских» отложениях, которые считались морскими, положила начало современному представлению о длительности континентального периода в истории Центральной Азии.

Важной вехой в понимании палеогеографии Центральной Азии оказалась статья В.А. Обручева «Впадины Центральной Азии и их научные сокровища, ожидающие изучения» (1947), в которой автор показывает беспокойную тектоническую историю этой страны, условия формирования осадков во впадинах с их удивительной фауной позвоночных, четвертичное, видимо, двукратное оледенение и перенос пыли из Гоби на окраины, где она отлагалась, формируя лёссовую толщу Северного Китая. Плейстоцену В.А. Обручев посвятил специальную большую статью, в которой подытожил результаты исследований (1931). Владимир Афанасьевич в течение всей своей жизни непрерывно развивал в ряде своих работ высказанные им ранее научные идеи по геологии Монголии, подкрепляя их новыми материалами, собранными разными исследователями. Так, последняя его работа, посвященная геологии Восточной Монголии, основанная на материалах его исследований в Центральной Азии, дополненных многочисленными более поздними данными других исследователей, вышла в свет перед самой его кончиной в 1954 г.. Этот основополагающий научный труд: «Обручев В.А. Восточная Монголия. Географическое и геологическое описание.

Ч. 1, 2 и 3. Изд. АН СССР, 1947, Л: 351 – С. 2 карты;

М., 1954, – 343 с., иллюстр. и приложения» охватывает обстоятельный обзор литературы, насчитывающих около работ и орографическое, гидрографическое и географическое описание и геологическая характеристика территории Восточной Монголии, начиная от Хэнтэйской горной системы через впадины Гоби, и Большой Хинган к южному окаймлению Вост.

Монголии. Для каждого района приводится геолого-стратиграфическое описание горных пород от архея, протерозоя до четвертичных отложений, далее изверженные породы, тектоника и история развития территорий. Все эти вопросы возникли в ходе многолетних упорных работ по геолого-географическим исследованиям Сибири, обширных территорий Центральной и Восточной Азии, Гобийских просторов и в целом Центральной Азии. Трудно перечислить все геологические и физико географические процессы и явления, которые исследовал Владимир Афанасьевич и о которых он написал ценные статьи или книги.

Владимир Афанасьевич Обручев оставил мировой науке огромное наследие. Его перу принадлежат более 1000 научных трудов и несколько тысяч рефератов и рецензий.

Исключительное трудолюбие вместе с незаурядным талантом исследователя и гениальной способностью сопоставления фактов позволили ему во многих отделах геологии и географии проложить новые пути. Поэтому идеи Владимира Афанасьевича в течение двацатого века имели широкое влияние на геолого-географические науки.

Зону развития архейских пород в Восточной Сибири В.А. Обручев считал древнейшим ядром, вокруг которого сформировался азиатский материк. В этом отношении он продолжал развивать представления Э. Зюсса, выделившего там, по данным И.Д. Черского и В.А. Обручева, «древнее темя Азии». По его мнению, в Прибайкалье, на Байкальском нагорье и на части Северной Монголии в древнеархейское время сформировался массив (цоколь), который в ходе геологической истории постепенно увеличивался, обрастая складчатыми системами Саян, Алтая, Селенгинской Даурии и др. В течение долгих лет Обручев развивал свою идею о существовании “ древнего темени Азии”, оберегал её, видоизменяя и дополняя новыми геологическими материалами и тектоническими исследованиями Монголии и других районов.

Впоследствии он пришел к выводу об изменении деревнего темени Азии глыбово складчатыми мезозойскими и кайнозойскими (неотектоническими) движениями коры, раскалывающими древние структуры и приводящими к образованию разломов, грабенов и горстов.

Идей Обручева о постоянном возобновлении тектонических движений относятся не только к последнему этапу геологической истории, но и к более ранним эпохам – мезозою и палеозою. Так, работая в Селенгинской Даурии, а затем и в других районах Центральной Азии, учёный выделил мезозойский этап активизации тектонических движений глыбового характера.

Работы Владимира Афанасьевича отличаются детальностью и необычайной точностью. Как пример, можно привести дневники его путешествия по Центральной Азии. Когда американские геологи в 1922 г. решили направить экспедицию в Монголию для поисков окаменелостей, они начали работу с того места, где Владимир Афанасьевич нашел упоминавшийся выше зуб носорога и удивлялись точности описания в этих дневниках пути и обнажений горных пород. Владимир Афанасьевич до конца своей жизни не утрачивал интереса к Монголии и вообще к Центральной Азии.

Будучи председателем Монгольской комиссии АН СССР, он руководил всеми научными работами по изучению Монголии, направленными на решение важнейших проблем, вытекающих из экономического развития страны. Владимир Афанасьевич был избран членом Комитета Наук Монгольской Народной Республики и работал редактором изданной в 1957 г. первой геологической карты Монгольской Народной Республики в масштабе 1:2 500 000, составленной коллективом монгольских и советских геологов.

Заканчивая на этом далеко не полную характеристику великого вклада В.А.

Обручева в изучение геологии Монголии и сопредельных стран Центральной Азии, следует отметить, что Правительство Монгольской Народной Республики высоко оценило заслуги учёного, наградив его орденом Трудового Красного Знамени.

Советское правительство присвоило В.А. Обручеву звание Героя Социалистического Труда и наградило его пятью орденами Ленина, орденом Трудового Красного Знамени и медалями. Он был удостоен премии имени В.И. Ленина, и дважды ему была присуждена Государственная премия.

Нынче над вершинами Алтайских гор величаво возвышается ослепительно белый Пик Обручева с красивыми ледниками, напоминая нам о том, что нет недоступных вершин для мудрых, трудолюбивых геологов. Далее находится котловина имени Обручева с динозаврами, расположенная к северу от хр. Нэмэгту в Южногобийском аймаке Монголии.

В.А. ОБРУЧЕВ И Й.Г. ГРАНЁ А.М. Малолетко Томский государственный университет, Россия E-mail: Dekanat@Ggf.Tsu.Ru Йоханнес Габриэль Гранё (Jochannes Gabriel Gran;

в русских источниках встречаются разнописания: Ю.Г. Гранэ, Я.Г. Гранэ, Г. Гранэ, Гранэ Иоанн Габриэль, Гавриил Иванович) – известный финский учёный, родился 14 марта 1882 г. в Лапуа (Западная Финляндия), но с Сибирью у него были тесные связи с детства: оно прошло в Омске и в деревнях финских переселенцев.

Его отец, финский пастор и любитель археолог Jochannes Gran (1850–1913), нередко брал сына в свои служебные поездки по церковным приходам обширного сибирского региона.

В сибирской жизни Й.Г. Гранё выделяются этапы:

1885–1891 гг. – жил в Омске;

1892–1900 гг. – учился в Горнио и Оулу (Северная Финляндия);

гг. – учился в 1900– Хельсинфорском университете, каникулы проводил в Омске;

гг. – ассистент 1902– Хельсинкфорского университета, летнее время проводил в Омске;

Иоханнес Гранё, 1922 г. 1906, 1907 и 1909 гг. – экспедиции на Алтай, в Урянхайский край (Тува), Западную Монголию;

1913–1916 гг. – стипендиат Хельсингфорского университета. По гранту университета проводил исследования на Алтае;

жил с семьёй в Омске. В эти годы Й.Г.

Гранё активно сотрудничал с Западно-Сибирским отделом Русского географического общества, в изданиях которого опубликовал две работы [1, 2].

В 1916 г. отказался принять должность профессора Томского университета и вернулся в Финляндию. Умер в г. Хельсинки 23 февраля 1956 г.

Й.Г. Гранё в русской науке более всего известен как талантливый исследователь древнего оледенения Алтая, оставшийся верен этой теме до конца дней своих.

Первые полевые исследования на Алтае Й.Г. Гранё по заданию Финно-угорского общества проводил по р. Бухтарме (Западный Алтай, 1909 г.), где он изучал археологические памятники. В 1913 г., получив в университете поощрительную стипендию Розенбега, в течение трёх лет занимался изучением следов древнего оледенения. В 1913 и 1914 гг. он проводил исследования в Восточном Алтае – в районе Телецкого озера и Чулышмана, в 1915 г. – в Восточном Алтае и в Южном (верховья Катуни). В одной из экспедиций (1914 г.) на р. Карагем (приток Катуни) он случайно встретился с Владимиром Афанасьевичем Обручевым [4, с. 232], с которым поддерживал дружеские отношения до конца дней своих.

Й.Г. Гранё в ходе своих исследований выработал свою систему представлений о ледниковой истории Алтая, с некоторыми положениями которой В.А. Обручев был не согласен.

Й.Г. Гранё считал, что Алтай как горная страна является молодым (плиоцен) образованием, с тремя этапами развития: 1) складчатая горная страна, 2) выравнивание до стадии почти-равнины (пенеплен), 3) разбиение на блоки, которые были приподняты на различную высоту. «Горная страна поднялась в главных чертах однообразно;

тут и там произошли, по-видимому, также разломы, большей частью в направлении, близкому к широтному. Некоторые высшие хребты представляют собой горсты;

есть также грабены» [1, с. 44].

По его мнению, почти-равнина в постплиоцене подверглась эрозионному расчленению: «… почти равнина приподнималась, отвесное (вертикальное. – А.М.) расстояние между верховьями рек и эрозионным базисом увеличивалось, вследствие чего эрозионный процесс усиливался» [2, с. 9]. В итоге получались глубокие долины, придающие, в конце концов, возвышающимся между реками «почти-равнинам» вид горных кряжей. Упоминавшиеся ранее горсты и грабены как следствие дизъюнктивных процессов в рельефообразовании Алтая не учитывались. В.А. Обручев позднее согласился с мнением Й.Г. Гранё о более молодом (плиоцен-четвертичном), а не мезозойском, как он считал, возрасте дизъюнктивных движений на Алтае.

Обстоятельный обзор научных представлений Й.Г. Гранё о ледниковой истории Алтая В.А. Обручев дал в рецензии на книгу, опубликованную на немецком языке [5].

В.А. Обручев отметил, что, по его мнению, «почти-равнина» Й.Г. Гранё имеет, скорее, облик первичной поверхности денудации, а не конечной стадии выравнивания (пенепленизации), но согласился признать древнеплейстоценовый возраст ранних долин. По его мнению, можно согласиться и с выводами Й.Г. Гранё об интенсификации эрозионного расчленения Алтая в связи с его быстрым поднятием, а также понижением базиса эрозии и увлажнением климата.

Й.Г. Гранё считал бесспорным двукратное оледенение Алтая (рисс и вюрм по альпийской схеме), не исключая возможность и более ранних. В.А. Обручев поддержал эту идею финского геоморфолога, допустив возможность покровного оледенения в минделе, когда поднятая почти-равнина ещё не была расчленена глубокими долинами.

Речные долины Алтая современную конфигурацию приобрели, по мнению Й.Г. Гранё, в конце третичного периода. В.А. Обручев возразил, что в таком случае первое оледенение Алтая произошло в гюнце, когда «…оледенение покровного типа могло свободно развиться на только что поднятых глыбах почти-равнины Алтая, а более слабое миндельское, которому предшествовало ещё одно поднятие, также сохраняло покровный или имело уже скандинавский тип» [3,, с. 143].

В заключение В.А. Обручев отметил, что «... несмотря на опубликование этого обстоятельного труда с подробным описанием форми и отложений рисского и вюрмского оледенений и созданных ими современных форм северо-восточного Алтая, вопрос о более древних оледенениях и их значении для развития этих форм приходится оставить ещё открытым, требующим дальнейшего ещё более детального исследования». Последние слова академика В.А. Обручева актуальны и ныне.

Литература 1. Гранэ Г. О ледниковом периоде в Русском Алтае (предв. сообщение) // Известия Западно-Сибирского отдела Русского географического общества. – 1915. – Т. 3. – Вып.

1–2. – С. 1–59 (собств. пагинация).

2. Гранэ Г. О значении ледникового периода для морфологии северовосточного Алтая // Записки Западно-Сибирского отдела Русского географического общества. – 1916. – Кн. 38. – С. 1–22 (собств. пагинация).

3. Обручев В.А. [рецензия]. Геологическое строение северо-восточного Алтая. 1945.

353 с. // Известия АН СССР. Серия геологическая. – 1947. – № 3. – С. 142–144.

4. Обручев В.А. О тектонике Русского Алтая // Избранные работы по географии Азии.

Т. 2. – М., 1951. – С. 172–233.

5. Gran J.G. Das Formengebude des nordstlichen Altai // Publ. Inst/ Geogr. Univ.

Turkuensis. – 1945. – № 20. – 352 p.

ПО СЛЕДАМ Н.Н. УРВАНЦЕВА А.М. Малолетко Томский государственный университет, Россия E-mail: Dekanat@ggf.tsu.ru В Заполярье Красноярского края справа в Енисей впадает небольшая речка Хан тайка, знаменитая тем, что на ней построена самая северная в мире Усть-Хантайская ГЭС. Река вытекает из большого (110 км в длину при максимальной ширине 16 км) озера Кутарамо, ныне известного как Хантайское. Озеро занимает глубокую, до 1 км, расщелину в плато Путорана. Нога геолога на берег озера впервые ступила в 1928 г.:

здесь закончился маршрут Николая Николаевича Урванцева, с именем которого связа но развитие Норильского горнорудного узла.

В 1928 году маленькая экспедиция Н.Н. Урванцева на моторных лодках подни мался по р. Хантайка. Ни одного местного жителя не встретила экспедиция. Лишь брошенные посёлки тунгусов напоминали о былом заселении этого края. Эпидемия ос пы смерчем прошла по нему. Оставшиеся в живых спешно переселились в Эвенкию.

Геолог при составлении карты маршрута вынужден был давать произвольные названия водоемам. Так появились названия рек Черная, Щучья, Подпорожняя, Скалистая, и др.

Позднее часть беженцев вернулись в родные края. После войны при государственной топографической съемке рекам были возвращены их прежние названия. Так, Подпо рожняя стала Могоктой («заводь»), Скалистая – Тукуландой («песчаная»). А реки Щу чья и Чёрная до сих пор носят имена, данные Урванцевым: в низовье Хантайки эвенки не вернулись.

Базальтовые берега. Третий порог на р. Хантайка Красноярский край.

По этим берегам проходил в 1928 Н.Н. Урванцев. Фото А.М. Малолетко. 1978 г.

Урванцев поднялся до истока реки, но изучил лишь западный берег озера. С лёг кой руки Урванцева название, данное им озеру в 1928 г., – Хантайское – прижилось.

Былое раннее название озера – Кутарама или Кутарамо – вышло из употребления.

В 1976 г. на берег озера высадилась комплексная экспедиция учёных и студентов Томского госуниверситета.

Одной из задач экспедиции было составление батиметрической карты – карты рельефа дна озера. Съёмка показала, что озеро делится на два плёса. Максимальная глубина западного невелика – 78 м, восточного – 387 м. Максимальная глубина (387 м), вторая (после Байкала) на территории Российской Федерации, отмечена в 5–6 км вос точнее створа устьев рек Кутарамакан и Могады. Оба плёса в створе остров Чаячий – полуостров Амбар разделяются перемычкой с максимальной глубиной 33 м. Перемыч ка сложена скальными породами. На западе озера подпружено конечными моренами ледника, который спускался по речной долине в доозёрную фазу развития плато Пута рана. Подводный склон восточного плёса озёрной ванны осложнён террасообразными ступенями с отвесными уступами.

Попытки обнаружить полезные ископаемые закончены следующими результатами.

Около устья Красной речки, впадающей в озеро с юга (22 км восточнее пос. Хан тайское Озеро) имеется выход угля. В 60-е гг. его добычей занимался Жора-углекоп (Георгий Кузовлев), который зимой по льду лошадьми вывозил уголь в пос. Хантай ское Озеро. По легенде, уголь случайно обнаружили два местных жителя. Застигнутые пургой, они разожгли костер в заветрии у скалы и к ужасу своему увидели, что камни стали гореть. Запасы «месторождения» оказались столь незначительными, что вскоре углекоп прекратил свою работу.

Восточнее Красной речки в долине небольшого ручья («у избушки Жоры углекопа») на высоте 100 м над озером обнаружен валун размером 1,6 м базальтовой брекчии, обломки которой сцементированы магнетитом с габитусом мушкетовита.

Анализ магнетитового «цемента» показал содержание окисного железа 58,07 %, закис ного 12,39 %. Валун секут три субпараллельные пирит-пирротиновые жилы мощно стью до 10 см. Коренной источник магнетитового валуна нами не найден. Возможно, валун принесён ледником из восточной части озера, где с южной стороны в правую «штанину» впадают две реки Холель. Местные эвенки раскрывают эти названия как «железный рудник» (эвенк. хэлэ «железо»). Интересно, что Красная речка названа, по словам эвенков, потому, они здесь добывали красную краску для своих нужд. Возмож но, это были глинистые продукты зоны окисления железных руд.

Поиски валунов железных руд на южном берегу р. Хантайка.

Фото А.М. Малолетко. 1978 г.

На западном побережье озера, в заливе Бульдог (на южном «клыке»), были най дены многочисленные крупные (до 30 см) обломки пирит-пирротиновых агрегатов.

Пирит представлен двумя генерациями. Халькопирит образует единичные неправиль ной формы выделения, приуроченные к пирротину, замещая его с образованием струк туры цементации, а также прожилки между зёрнами пирита первой генерации. Магне тит присутствует в небольшом количестве, образуя мелкие ксеноморфные зёрна в пи рите первой генерации. Когда я рассказал директору местного совхоза Эдуарду Тума нову об этой находке, тот полусерьёзно предупредил: «Если найдёте месторождение, всей деревней будем бить». Местные жители не хотели менять свою размеренную жизнь на шумную городскую.

С работой на Хантайском озере связано одно событие, которому я до сих пор не могу найти объяснение.

Наледь на реке Могады. Июль 1978 г.

Фото А.М. Малолетко В 1978 г. при составлении карты рельефа дна была найдена глубина 387 метров.

Вспыхнул азарт – уж очень хотелось найти глубину 400 метров. На середине озера де лали промер за промером, но тщетно. Дно было как блюдечко диаметром в километр – плоское посредине и со спокойным повышением по краям.

На другой год планом работ предусматривалось изучение донных грунтов. Осо бый интерес представляли грунты наиболее глубокой части озера. Опять знакомая с прошлого года работа с лебёдкой. Только вместо лота использовался пробоотборник, этакая тяжёлая трубка, которая вдавливалась в рыхлые донные отложения. С устья Ку тарамакана рукой подать до «блюдечка», над которым тщетно крутились прошлым ле том в поисках четырёхсотметровой глубины.

Лодка легла в дрейф, гидролог Володя пробоотборник вывел за борт, счётчик по ставил на нолики, начал отсчет глубины. Вдруг при глубине 180 м трос дал «слабину», как-будто пробоотборник достиг дна, блок-счётчик замер. Приподняли пробоотборник, опустили – тот же результат. Трубка легко отрывалась от препятствия, как-будто на ткнулась на что-то твердое. Не в пример тем случаям, когда она глубоко уходила в ил, и её приходилось буквально вытягивать из него. Мы переглянулись, и вдруг на нас на пал панический страх. Я не отрывал взгляда от алюминиевых стланей, почему-то ожи дая притока воды в лодку. Такого страха никогда не было. Не раз приходилось подолгу ложиться в дрейф, пытаясь найти неисправность в моторе. Однажды попали в стра шенный шторм, когда высокие волны были в белых барашках, а в бачке заканчивался бензин. Будь в бачке бензина на стакан меньше, корму нашего перегруженного «про гресса» захлестнула бы первая волна. Но удалось дотянуть до подветренной стороны скал, где на спокойной воде мотор и заглох: кончился бензин. И тогда я не испытывал такого панического страха, как в штилевой обстановке при попытке отобрать пробу грунта. Я посмотрел на Володю. В такой растерянности я его ещё не видел. Позже он признался, что почему-то здорово струсил. Его предложение вернуться в лагерь я сразу же поддержал. Мотор взревел с первого рывка… В лагере мы никому не рассказали о случившемся, дабы не подняли нас на смех.

На другой день мы продолжили работу по отбору донных проб. В этот раз ничто не мешало нам выполнять её… Не могу найти объяснение случившемуся.

О РОЛИ В.А. ОБРУЧЕВА И М.А. УСОВА В СТАНОВЛЕНИИ ГЕОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В СИБИРИ В.П. Парначев Томский государственный университет, E-mail: dingeo@ggf.tsu.ru Введение Выдающиеся учёные-геологи, организаторы геологической службы Сибири и СССР, талантливые педагоги-воспитатели, создатели сибирской (томской) геологиче ской школы академики В.А. Обручев и М.А. Усов оставили яркий след в научной, про светительской и интеллектуальной жизни не только города Томска и Сибири, но и всей России. Их деятельности посвящены сотни монографий и статей, но лишь в немногих из них [1, 2, 3, 5, 7] рассматриваются вопросы о роли этих неординарных личностей в становлении геологического образования в Сибири.

В.А. Обручев (1863-1956) – создание и становление Горного отделения ТТИ В 1881 году в Петербургский горный институт поступил студент Владимир Обру чев. Он происходил из старинного дворянского рода, который служил России на про тяжении пяти веков. Этот род упомянут в «Российской родословной книге», где сказа но, что на военной службе дворяне Обручевы были известны ещё до ХV1 века, и в ХV111 и Х1Х веках не было ни одной войны, где не участвовали бы Обручевы. Рево люционно настроенные родственники В.А. Обручева были друзьями и сподвижниками Чернышевского, Герцена, Огарева. За год до рождения Владимира, в 1862 году, его родной дядя Владимир Александрович, (прототип Рахметова у Н.Г.Чернышевского в романе «Что делать?»), был отправлен по этапу в Сибирь, где 13 лет провёл на каторге и в поселении. Родная тётя Мария Александровна в середине Х1Х века стала одной из первых русских женщин, добившихся высшего образования, и также послужила прото типом главной героини в этом же романе. Всё это в дальнейшем определило характер, жизненное кредо и, в какой-то мере, «вольнодумство» В.А. Обручева.

Огромную роль в жизни В.А. Обручева сыграл выдающийся геолог России И.В.Мушкетов, с которым юный студент познакомился только после третьего курса во время экскурсии по берегу реки Волхов. И.В.Мушкетов отметил настойчивого студента Владимира, в совершенстве владевшего иностранными языками и предложил ему пере вести книгу о Китае геолога и географа Ф. Рихтгофена. Знакомство с этой книгой окон чательно определило призвание В.А. Обручева. С тех пор И.В.Мушкетов не оставляет без внимания своего ученика. В выпускной 1986 год он предлагает ему работу в Турке стане, а затем – в Иркутске, где В.А. Обручев становится первым штатным геологом Сибири. В последующем, вновь по рекомендации Учителя он принимает участие в ка честве геолога в экспедициях в Средней Азии, на Кавказе, в Китае, Южном Тибете.

Обработка и публикация полевых материалов сделало В.А. Обручева знаменитым - он удостаивается нескольких выдающихся премий, избирается членом различных россий ских и иностранных обществ.

И.В. Мушкетов приглашает В.А. Обручева на преподавательскую работу в Пе тербургский горный институт – последовал добровольный отказ, а в 1901 году, в соот ветствии с приглашением директора Института Е.Л. Зубашева, рекомендует на долж ность ординарного профессора и декана горного отделения в Томский технологический институт. Е.Л. Зубашев ещё в 1899 году обосновывал необходимость открытия в ТТИ Горного отделения. 4 мая 1901 года директор ТТИ « … предложил Совету пригласить на кафедру геологии горного инженера Обручева с 1 июля 1901 года по следующим ос нованиям: хотя геология читается на втором курсе и, следовательно, в будущем ака демическом году преподаватель будет не нужен, но устраивать Горное отделение можно наилучше, когда во главе его как декан будет стоять лицо, каким является г.

Обручев». Это приглашение диктовалось тем обстоятельством, что в ближайшее время требовалось разработать планы преподавания на Отделении, утвердить проект здания для размещения лабораторий, организовать лабораторные занятия.

Но переход в ТТИ на должность ординарного профессора осложнялся тем, что у В.А. Обручева не было учёной степени доктора наук. После ведомственной переписки появляется Высочайший указ, завизированный Императором, о назначении состоящего при Горном Управлении горного инженера, надворного советника В.А. Обручева ис правляющим должность ординарного профессора по кафедре геологии ТТИ с 1 июля 1901 года. И 9 октября того же года он избирается исполняющим обязанности, а 7 но ября 1901 года назначается деканом Горного отделения, соответственно становится членом Совета, председателем Библиотечного совета, Хозяйственного комитета, Коми тета по студенческим делам и по совместительству исполняет обязанности декана Хи мического отделения. Одновременно он является членом Строительного комитета по возведению зданий ТТИ, заведующим Геологическим кабинетом. В последующие годы В.А. Обручев периодически исполняет обязанности директора ТТИ, редактора «Извес тий ТТИ», избирается председателем Профессорского дисциплинарного суда, заведует Минералогическим кабинетом.

С 1 июля 1901 года в ТТИ была официально открыта кафедра геологии, однако занятия на ней начались только в 1903–04 годах чтением лекций по курсу «Физическая геология». В этом же 1901 году Горное отделение института принимает первых студен тов и среди них сибиряка Михаила Усова.

Официально занятия на Горном отделении начались с 1 сентября 1901 года, когда была открыта кафедра минералогии. Читал лекции и заведовал кафедрой по совмести тельству А.М. Зайцев (1901-1907 г.), ординарный профессор Томского императорского университета. Практические занятия вёл нештатный лаборант А.В. Емельянов. исправ ляющий обязанности хранителя Кабинета минералогии того же университета.

Став деканом, В.А. Обручев стал создавать структуру и формировать коллектив Горного отделения. По представлению декана 4 декабря 1901 года был объявлен кон курс на кафедру горного искусства и золотого дела, кафедру палеонтологии. К началу 1902–03 учебного года на Горном отделении были открыты кафедры геодезии и марк шейдерского искусства, горного искусства, геологии, палеонтологии, минералогии, ме таллургии, механической технологии. В 1908–09 учебном году состав Горного отделе ния включал 52 человека, в том числе 17 профессоров.

Как представитель ТТИ, В.А. Обручев в 1902 году участвовал в работе «Высо чайше учреждённой Комиссии» по пересмотру уставов высших учебных заведений Министерства народного просвещения. По первому учебному плану Горного отделения (1901-1905) на 1-3-м курсах предусматривалось общее обучение всех студентов без разделения на специальности. С 4-го курса выделялись заводская, рудничная, марк шейдерская, геолого-разведочная специальности. Все студенты первого курса проходи ли геодезическую практику, второго – строительную (в том числе на строительстве зданий ТТИ), третьего – совершали геологические экскурсии по берегам Томи и на шахты Кузбасса. После 3-го курса в 1904 году студенты Горного отделения проходили практику по специальности: 10 человек – на каменноугольных и нефтяных промыслах, 14 – на золотых приисках Сибири, 11 – на заводах и в мастерских.

Первые два года В.А. Обручев не ведёт занятия, занят административной работой и строительными делами нового Томского института, в том числе специального Горно го корпуса. И лишь через два года для студентов третьего курса он читает вступитель ную лекцию, в которой освещает роль геологии в развитии промышленности, её значе ние для работы горных инженеров, путейцев, строителей. Перед студентами выступал учёный-геолог, широко образованный, владеющий несколькими европейскими языка ми, прекрасно осведомлённый о последних мировых достижениях в геологии и геогра фии, хорошо знакомый с ведущими представителями наук о Земле, регулярно перепи сывающийся с ними. В.А. Обручев лично занимался почти всеми видами полевых ис следований, геологическими наблюдениями вдоль трассы Сибирской железной дороги, разведкой месторождений угля, железной руды, золоторудных месторождений и дру гих полезных ископаемых.

Чтение лекций по физической геологии для студентов 3 курса Горного отделения В.А. Обру чев начал в 1903-04 учебном году, а с осени 1904 читает лекции по петрографии. В 1905 году он издаёт «Курс петрографии. Лекции, читанные студентам Института», а в 1905-06 годах совместно со старшим лаборантом В.Д. Рязановым - «Таблицы породо образующих минералов». В связи с отсутствием пособия по практической петрографии, В.А. Обручев с разрешения издателей публикует переводное пособие немецкого про фессора Э. Вейншенка «Поляризационный микроскоп. Его применение в минералогии и петрографии», которое с успехом используется студентами в своей практической работе.

Курс «Полезные ископаемые» Владимир Афанасьевич начал читать в 1903– учебном году, используя лекции К.И. Богдановича, и продолжил в связи с «революци онным перерывом» чтение этого курса уже 1907–1908 учебном году. На основе этих лекций создаётся «Учение о рудных месторождениях. Курс, читанный в Томском тех нологическом институте. Часть II. Составлено в качестве продолжения соответствую щего курса проф. К.И. Богдановича, вып. 1. Томск, 1907–08 г.»

В 1904 году В.А. Обручев начал читать курс «Практическая геология» и продол жил его чтение после революционных событий в 1906 году. На основе этого курса было подготовлено первое в вузах страны учебное пособие «Полевая геология». По новому были организованы практические занятия по геологическому картированию. Используя методику профессора Хоббла, были созданы макеты, на которых студенты решали практические задачи. Этот опыт «О практических занятиях по геологии по системе проф. Хоббла» был доложен в 1911 году на 2-м съезде деятелей по практической геоло гии и разведочному делу в Санкт-Петербурге.

В.А. Обручев в 1902–05 годах принимал самое непосредственное участие в про ектировании и строительстве Горного корпуса. Параллельно шло оснащение его каби нетов, лабораторий, музеев, в частности Горного музея и комплектование его экспона тами по горному и горно-заводскому делу. Во многие организации и частным лицам рассылается обращение следующего содержания: «При Горном отделении Томского технологического института … организуется геологический и минералогический му зей, одной из задач которого является доставление возможности будущим инженерам приобрести знакомство с минеральными богатствами России….. Всякий дар Ваш вновь организуемому музею будет встречен с живейшей благодарностью». Приобре таются, заказываются, в том числе и за рубежом, приборы, коллекции, снаряжение, книги, пособия, мебель и др. Многие коллекции и книги поступали в качестве дара от организаций и отдельных лиц, в том числе и от студентов.

23 октября 1901 года В.А. Обручев был избран председателем Библиотечной ко миссии, которую возглавлял с 1901 по 1903 и с 1909 по 1911 год. Он уделял огромное внимание работе Библиотеке, как базисному учреждению для научной и учебной рабо ты преподавателей и студентов. Комиссия разрабатывала правила пользования книга ми, регулировала выписку книг, заботилась о сохранности книжного фонда, занималась устройством учебной библиотеки для студентов. В библиотеке был выделен особый шкаф «А», в котором собирались и хранились все учёные труды и курсы лекций препо давательского состава Института. Пополнение библиотечного фонда было организова но путём обмена «Известий ТТИ» на издания университетов других городов России, а также заграничных высших школ и научных обществ, что обеспечивало поступление книг и научных трудов не только на русском, но и на немецком, английском и француз ском языках. После отъезда из Томска В.А. Обручев в обязательном порядке присылал каждую свою новую работу в фонд библиотеки с дарственной надписью.

В связи с событиями 1905 года учебные занятия в ТТИ не велись три семестра и возобновились лишь в 1906 году, что сопровождалось коренной перестройкой системы высшего образования. В этот период с 12.06.1905 по 10.05 1906 года В.А. Обручев, в связи с отстранением от должности и высылкой Е.Л. Зубашева, исполнял обязанности директора Института. В соответствии с реформой в Институте взамен курсовой была введена предметная система обучения. В.А. Обручев разработал новый учебный план, построил «График предметной системы Горного отделения», в котором определена по следовательность изучения дисциплин, выполнения практических работ, порядок сдачи экзаменов. Были обнародованы «Общие учебные правила ТТИ» и «Предметная книжка студента». Студентам предоставлялась полная свобода посещения занятий, запись на занятия производилась у декана, число свободных мест устанавливалось Собранием отделения по согласованию с заведующими лабораториями и кабинетами. Экзамены предполагалась сдавать в течение всего учебного года в определённый день недели, но в общей сложности должно быть не более трёх попыток сдачи экзамена в течение всего курса обучения. В противном случае студент увольнялся из Института без права по вторного поступления.

Все эти нововведения отрицательно сказались на результатах учебного процесса и в последующем было установлено обязательное посещение занятий студентами 1-го и 2-ого курсов. Старшекурсники по четыре – шесть человек на одного преподавателя должны осваивать предметы самостоятельно, разрабатывая определённую тему под ру ководством своего наставника. Под руководством В.А. Обручева в 1907-08 учебном году выполнили дипломные работы 6 студентов, в том числе и М.А. Усов.

Первый выпуск обучающихся на Горном отделении состоялся в 1908 году. Испы тательная комиссия под председательством декана В.А. Обручева присвоила звание горного инженера двадцати выпускникам. Из числа окончивших, М.А. Усов был остав лен стипендиатом профессора (аспирантом) при кафедре геологии. Всего за период ра боты В.А. Обручева в ТТИ непосредственно под его руководством 19 студентов вы полнили 18 дипломных работ.

Одновременно В.А. Обручев активно участвовал в организации Горного отделе ния Томского политехнического училища. Он помогал разрабатывать учебные планы с целью подготовки в училище кадров для горной промышленности.

Как человек передовых взглядов, В.А. Обручев во время исполнения директор ских обязанностей в 1906 году впервые организовал приём в ТТИ в качестве вольно слушательниц 23 женщины. Под его руководством члены Учёного совета проголосова ли за решение о признании необязательным изучение богословия Как декан Горного отделения профессор В.А. Обручев сформулировал основные направления подготовки будущих геологов, что явилось основой будущей Сибирской горно-геологической школы. В Институте на старших курсах была введена узкая спе циализация, появились рудничная, разведочная, маркшейдерская и металлургическая специальности. При этом разведочная специальность впервые была создана (ноу-хау) самим В.А. Обручевым. Выпускники Института получали подготовку по основным во просам горного дела: изучали проходку горных выработок, их крепление, водоотлив, освещение, обогащение полезных ископаемых и т.д. На двух последних курсах буду щие геологи готовили дипломный проект, который содержал план разведки конкретно го месторождения полезных ископаемых. В план обучения была включена месячная геологическая практика, проводимая В.А. Обручевым и его ассистентами, среди кото рых был и стипендиат М.А. Усов, в районе Красноярских Столбов. Здесь студенты и преподаватели ходили в маршруты и составляли геологические карты.

В.А. Обручев неоднократно обращался к директору Института с просьбой об ос вобождении его от обязанностей декана Горного отделения. 18 мая 1904 года в Слу жебной записке он пишет: «,.. эти обязанности … требуют всё больше и больше вре мени, отрывая меня от научных занятий. В будущем учебном году, когда у меня будет 5 часов лекций и 4 часа практических занятий в неделю, в том числе 3 часа лекций по двум новым предметам, … обязанности декана сделаются для меня совершенно непо сильными и заставят отложить всякую научную работу». 24 января 1909 года Вла димир Афанасьевич вновь обращается к директору с прошением об отставке с должно сти декана: «Благодаря тому, что исполнение обязанностей декана требует очень много времени, я до сих пор не мог закончить давно уже начатые труды по геологии Азии, которые позволят мне получить учёную степень и, следовательно, утверждение в должности ординарного профессора». Эта просьба была удовлетворена и деканом Горного отделения ТТИ с 21 января 1909 года становится Л.Л. Тове За время педагогической работы в Томске В.А. Обручева в Томске число студен тов Горного отделения ТТИ выросло со 104 в 1902 году до 235 в 1912. За это время бы ло выпущено 119 горных инженеров, создана сибирская школа геологов, из которой вышли крупные учёные и практики, исследователи Сибири и Дальнего Востока, такие как М.А. Усов, М.К. Коровин, И.А. Молчанов, Ф.Н. Шахов, А.В. Арсентьев, Б.Л. Сте панов, Н.Н. Павлов и многие другие.

В 1911 году после студенческих волнений в ТТИ и последовавшей после этого министерской ревизии В.А. Обручеву предписывалось перейти в другую высшую шко лу. Но, не имея учёной степени доктора, он не мог возглавлять кафедры в других уни верситетах, а в технических школах свободной кафедры геологии не было. За неиспол нения предписания В.А. Обручеву предложено подать прошение и с 10 марта 1912 года его увольняют в отставку, а его место занял М.А. Усов. 15 марта 1912 года В.А. Обру чев прочитал последнюю лекцию в Томском технологическом институте.

Он переехал в Москву, где продолжил свою научную работу в Московском обще стве любителей естествознания, антропологии и этнографии, а также в Специальной комиссии по изучению естественных производительных сил (КЕПС). Только в 1918 го ду В.А. Обручеву была присуждена Харьковским университетом степень доктора гео логических наук honoris causa (без защиты диссертации).

В годы Гражданской войны Владимир Афанасьевич, выполняя задание ВСНХ в Донбассе, оказался отрезанным от Центра и получил предложение читать лекции по геологии в Таврическом университете. С 1919 по 1921 год он вёл здесь курсы физиче ской и полевой геологии, готовил геологические коллекции, иллюстративный матери ал. С 1921 по 1929 год В.А. Обручев профессор и одно время проректор Московской горной академии. И где бы Владимир Афанасьевич не работал, всюду вокруг него кон центрировались талантливые ученики, формировались Сибирская, а затем и Москов ская геологические школы.

М.А. Усов (1883-1939) – совершенствование учебного процесса в ТТИ, подготовка научных кадров для вузов и производственных организаций М.А. Усов поступил для обучения на Горное отделение ТТИ в 1901 году и окон чил его только весной 1908 года (в связи с перерывом учебных занятий революцион ными событиями 1905-06 гг.) со званием горного инженера. Он был оставлен в ТТИ профессорским стипендиатом (аспирантом) по кафедре геологии, к изучению которой обнаружил большую склонность. Летом 1908 года помогал В.А. Обручеву проводить летнюю полевую геологическую практику в окрестностях г.Красноярска.

Летом 1906 года студент М.А. Усов сопровождает В.А. Обручева в экспедиции в Джунгарию, где проводит топографическую съёмку и палеонтологические исследова ния, а в 1909 году сопровождает профессора в поездке в Джунгарию уже в качестве профессорского стипендиата. В 1910 году помогает профессору проводить экспертизу золотого рудника в Кузнецком Алатау, а через год – двух золотых рудников в Забайкалье.

В 1911 году М.А. Усов был командирован в Петербургский горный институт к академику Ф.Ю. Левинсон-Лессингу «для усовершенствования в области применения физикохимии и петрографии». Здесь Михаил Антонович прошёл отличную петрогра фическую школу, осознал необходимость привлечения в геологию методов точных на ук. В качестве отчёта о командировке явилась его статья «Законы физикохимии в при менении к петрографии», опубликованная в «Журнале Общества сибирских инжене ров» в 1913 году. Уже в этой статье были высказаны мысли, не потерявшие актуаль ность и в наши дни. «Не будет большой смелостью утверждение, что всякий геолог прежде всего должен быть петрографом».

М.А. Усов в конце 1912 года становится преподавателем Томского технологиче ского института на кафедре палеонтологии и исторической геологии. В 1913 году ему пришлось сдавать магистерские экзамены в Киевском университете, а защищать дис сертацию на степень магистра геологии и геогнозии в Харьковском университете, где он получил искомую степень. После защиты ему предлагают и избирают на ординар ную профессорскую должность в Екатеринославском горном институте, но М.А. Усов отказывается от предложения и возвращается в Томский технологический институт на место экстраординарного (сверхштатного) профессора кафедры палеонтологии и исто рической геологии. Через год после защиты магистерской диссертации он избирается профессором кафедры, становится её заведующим и остаётся на этой должности 8 лет.

Все эти годы он читал лекционные курсы по исторической геологии, геологии каусто биолитов, которые публикуются в виде учебников («Историческая геология» (Томск, 1914. 174 с.;

«Геология каустобиолитов (уголь, нефть, графит, алмаз)» Томск, 1920. 154 с.) В 1921 М.А. Усов переходит на кафедру общей геологии, петрологии и приклад ной минералогии, оставляя прежнюю кафедру двум профессорам – М.К. Коровину и В.А.

Хахлову. На новом месте он разрабатывает и читает лекции по рудным месторождениям, которые впоследствии публикуются в виде учебника (переиздан три раза).


Его ученики Н.Н. Гор ностаев и Ф.Н. Шахов становятся профессорами и в 1930 году возглавляют новые кафед ры, а их Учитель - вновь созданную кафедру общей геологии, которой руководит до 1938 года. Здесь М.А. Усов читает лекции по общей геологии для студентов 1-ого кур са, публикует очередные учебники «Элементы геоморфологии и геологии рыхлых от ложений», «Структурная геология», «Введение в геологию». Оставляя кафедру в году, он передаёт её в руки своего ученика – профессора К.В. Радугина. Кроме преподавания, М.А. Усов ведёт в Томском технологическом институте большую административную работу: с 1916 года является секретарём Совета ТТИ, с 1917 по 1920 – деканом горного факультета, а с 1922 по 1926 год – членом Правления и проректором ТТИ по учебной работе. Параллельно с основной работой в ТТИ, М.А. Усов преподавал с 1912 по год на Сибирских высших женских курсах.

С самого начала своей преподавательской деятельности М.А. Усов с присущей ему педантичностью углублённо занимается методической работой. В 1916 году он публикует «Опыт разработки оснований построения и выполнения учебного плана рус ских высших технических школ на примере Томского технологического института» ( с.), где утверждает, что пункт Устава Томского института, где записано, что он есть «учёно-учебное учреждение» на данный момент времени не отвечает истинному поло жению вещей. «Учебно-административные функции отнимают у педагогического персонала слишком много времени, так что чистой научной работой … некогда зани маться». И далее «Педагогическому персоналу … приходиться обрабатывать посту пающий человеческий материал с тем, чтобы получить научно-образованных техни ков и способствовать … образованию развитых во всех отношениях людей». Если по стоянно упражнять память, то это может привести к феноменальным результатам. Од нако жизнь требует не только запоминания и заучивания, но и прочности в этом про цессе. При этом, знания разделяются на рациональные и позитивные. Первые связаны с логической последовательностью, с вопросом и ответом, и наиболее важны для про фессиональной деятельности человека. Позитивные знания представляют собой от дельные факты, не связанные определённым порядком. Отсюда следует, что необходи мо рационализировать весь комплекс сведений, поступающих от преподавателя к слу шателям, освободить учебные программы от «потопа позитивного материала, … фа тально обречённого на исчезновение, загромождающего лишь последнюю». Анкетиро вание за границей показало, что выпускники школ забывают до 90 % того, чему их учили, главным образом материал позитивного характера. «И несмотря на это, препо даватели все стремятся раздувать свои предметы, соперничая в представлении – как можно - более «широких» программ».

М.А. Усов высказывается за устное преподавание: «Восприятие интеллектуаль ных ценностей происходит вообще легко на почве эмоциональной вибрации, при усло вии проявления со стороны лектора известного научного чувства. Недаром лекцион ный способ является квинтэссенцией высшего образования».

Особое внимание М.А. Усов уделял производственным практикам. «Наиболее желательными формами связи ВТУЗов с производством намечается хорошо постав ленная производственная практика студентов, вкрапливание производственных тем в учебную работу ВТУЗов, организация повторительных курсов для инженеров, а также общественных лекций и выставок, конкурсная и консультационная работа педагогиче ского персонала». Недостаточность геологических кадров в Сибири решалась путём привлечения к практической работе студентов. Темы дипломных работ также связыва лись с практической деятельностью студентов в производственных организациях.

Поднимается вопрос о времени, отведенного на занятия. «Прочность усвоения всякого рода знаний прежде всего есть прямая функция времени». В России для выс ших технических заведений принят в среднем пятилетний курс, исходя из чего состав ляются учебные программы. М.А. Усов приводит список предметов, обязательных для студентов Горного отделения и показывает, что хорошо освоить их невозможно. Для этого придётся увеличить рабочий день студента до 12–13 часов. Немыслимо успевать повторять пройденный материал, выполнять все лабораторные и курсовые работы, прочитать основные рекомендуемые учебники. И, как пример, приводит руководство по физической геологии И.В. Мушкетова, в котором более полутора тысяч страниц.

«Таким образом, физически невозможно выполнить учебный план Горного и других отделений, рассчитанный на пять лет». И автор задаёт вполне логичный вопрос: «За чем учить, чтобы забыть и не приобрести навыков логического мышления…Зачем до биваться того, чтобы на жизненную арену выходили люди, в большинстве случаев расслабленные, привыкшие к определённому и специфическому образу жизни, жажду щие вообще заслуженного покоя и тёплого места».

Необходима перестройка. Она должна осуществляться путём совершенствования учебных планов, изъятия лишних дисциплин, сокращения до оптимального минимума главных предметов. В этом процессе должны принимать участие и студенты: надо вы яснять их мнения путём анкетирования, причём не одноразового, а проводимого регу лярно. Изменение и совершенствование учебных планов и программ необходимо и для нормальной деятельности профессорско-преподавательского состава. И в Заключении в этой работе автор предлагает ввести в программы вуза общеобразовательные предме ты. «наши студенты, заваленные текущей технической работой … в большинстве случаев утрачивают способность правильно излагать свои мысли и грамотно писать.

Во всяком случае следует … ввести курс русского языка и словесности».

Высокие достижения М.А. Усова в методической работе и практике подготовки кадров в Томском технологическом институте послужили основанием для его назначе ния Председателем Комиссии по разработке учебных планов и программ высших гео логоразведочных учебных заведений.

Специфика педагогической деятельности М.А. Усова заключалась в особых тре бованиях времени, когда в аудитории высших учебных заведений после революции 1917 года пришло новое поколение детей рабочих и крестьян. В высшую школу после революции хлынул поток беднейших сословий, которые прежде не достигали дверей высших учебных заведений. Требовалось перестроить процесс обучения, сделать его эффективным для сотен молодых людей, плохо подготовленных для занятий в высшей школе. В Институте была продумана и осуществлена параллельная система практиче ских занятий, когда студенты, прослушав теорию, следом приступали к урокам в соста ве небольших групп и осмысливали материал лекций на конкретных примерах.

М.А. Усов с пониманием относился к революционной молодёжи 20-ых годов, требующих перемен, радикальной ломки процесса обучения, освобождения от слуша ния лекций, лабораторных занятий, работы с учебниками и рекомендованной литерату рой. С иронией он успокаивал пылких реформаторов, требовавших введения предмет ной, комплексной или так называемой «американской кооперативной» системы. Пони мать и запоминать – от этих непременных условий обучения никакая система не осво бождает, считал он.

Михаил Антонович был очень чутким человеком по отношению к «новым» сту дентам. Несмотря на недостаточную грамотность, невысокий культурный уровень, он никого по этому поводу не обижал и не оскорблял, а, наоборот, старался помочь. Ува жительно относился к сотрудникам независимо от звания и занимаемого положения. В отчётах Геолкома указывал не только фамилии, но и имя и отчество тех, кто выполнял работу – от старших геологов до машинисток, топографов, препараторов и т.д.

По мнению слушателей, М.А. Усов был выдающимся лектором. Речь его была выразительна, рисунки наглядные, без лишних деталей. Записывать за ним было легко и просто. И тот, кто неотрывно слушал, к концу лекции успевал всё усвоить и понять.

М.А. Усов обладал удивительным чувством времени.. На занятиях он никогда не смот рел на часы, «по нему можно было проверять время», всегда кончал лекцию вместе со звонком обязательно завершив тот раздел, которому была посвящена лекция. Михаил Антонович редко прибегал к излюбленному приёму лекторов – предоставление слуша телям небольшого отдыха за счёт рассказа забавного случая. Даже когда в результате реформирования лекции длились по 3–4 часа подряд. Они не утомляли, их легко было записывать и запоминать.

В своём конспекте доклада «Методы преподавания и характер отдельных видов занятий» и «Работа с дипломантами» М.А. Усов одним из важнейших условий успеш ной лекционной работы считал сообщения о результатах собственных исследований.

При этом рекомендовал использовать в лекции данные не только русской и иностран ной литературы, но и подкреплять их результатами собственных научно исследовательских разработок. Лекции необходимо разбивать на части по 10-15 минут, обязательно фиксировать главные положения и выводы, диктуя их или записывая на доске. Излагается методика проведения семинаров, лабораторных работ, экскурсий и, особенно, самоподготовки. Рекомендуется широко использовать так называемые ака демические консультации, когда любой студент в определённые часы может прийти к преподавателю и обсудить с ним какую-либо теоретическую проблему. В высшей шко ле наука трансформируется в обучение и далее в воспитание. Таким образом, сообще ние знаний студентам является лишь частью педагогического процесса, а полностью этот процесс включает ещё и обучение навыкам работы, культуре мышления, нравст венным ценностям, этическим нормам.

В докладе об учебной деятельности в 1925 году на юбилее Томского технологиче ского института М.А. Усов отмечал, что лучшие преподавательские силы покидают Институт после уничтожения привилегий сибирской службы, но «мы утешаемся тем, что ТТИ подготовил эти научные силы для центра». Дело ещё осложняется тем, что нет нормальных учебников, «отвечающих современному состоянию науки и техники».


И далее: «Пора признать, что подготовка учебников и учебных пособий – один из ви дов научно-исследовательской работы».

С 1917 по 1938 год М.А. Усов по совместительству преподавал в Томском уни верситете. На естественном отделении физико-математического факультета он читал курсы по геологии, палеонтологии, исторической геологии, в последующие годы – спе циальный курс точные петрографические методы. В это же время (1919–1920, 1922) заведовал геологическим кабинетом, принимал участие в разработке учебного плана для специальностей «минералогия» и «геология». Наиболее способные студенты старшекурсники ТТИ, ученики М.А. Усова, Н.Н. Горностаев и Л.И. Шаманский в году были приглашены в Томский университет для проведения лабораторных и прак тических занятий.. Вместе с тем, студент ТГУ Е.А. Гуковский выполнял дипломную работу, а выпускник ТГУ Ю.А. Кузнецов обучался в аспирантуре в ТТИ под руково дством М.А. Усова.

Начиная с 1920 года, М.А. Усов сплачивает вокруг себя группы молодых выпуск ников, которые специализируются в различных областях геологии. Таким образом, соз давалась школа геологов, среди которых были специалисты в области палеонтологии и стратиграфии (В.А. Хахлов, М.К Коровин, К.В. Радугин, Н.Н. Урванцев, Л.Л. Халфин, А.Г. Сивов и др.), минералогии и петрографии (Н.Н. Горностаев, И.К. Баженов, А.М. Кузьмин, Ф.Н. Шахов, К.И. Сатпаев, Ю.А. Кузнецов, А.Я. Булынников и др.). инженерной геоло гии и гидрогеологии (М.И. Кучин). Все ученики М.А. Усова, кроме преподавания в ТТИ и ТГУ, работали под его руководством в геологических партиях, занимались изу чением и созданием минерально-сырьевой базы Сибири. Все они составляли ядро За падно-Сибирского геологического управления и Западно-Сибирского отделения Треста редких металлов. За годы свой работы он воспитал более тридцати профессоров, док торов наук, членов-корреспондентов и действительных членов Академии наук, подго товил и опубликовал ряд учебников и учебных пособий. Десятки его учеников занима ли кафедры и руководящие должности в вузах и НИИ не только Сибири, но и Урала, Москвы, Ленинграда, Казахстана и многих других центров СССР. Многие сотни спе циалистов на производстве считали себя учениками М.А. Усова.

По мнению академика Ю.А. Кузнецова « … М.А. Усов решил в своей деятельно сти … две главные задачи: 1) организация геологической службы в Сибири…2) подго товка высококвалифицированных кадров геологов-съёмщиков, поисковиков, разведчи ков, а также учёных и преподавателей. Без решения второй задачи невозможным бы ло бы решение первой, основной, поскольку все попытки привлечь на постоянную ра боту в Сибирь квалифицированных геологов, по крайней мере до начала Великой Оте чественной войны, кончились неудачей…. Главным делом его жизни была педагогиче ская, воспитательная и организационная работа». Академик В.А. Обручев после кон чины М.А. Усова писал, что 20-летний период в изучении геологии Сибири (с 1919 по 1939 год) с полным правом может быть назван «усовским», а Ю.А. Кузнецов (1984) считал М.А. Усова основоположником советской геологической школы в Сибири.

Заключение Выдающаяся роль В.А. Обручева и М.А. Усова в становлении и совершенствова нии геологического образования в Сибири заключалась в широком использовании в учебном процессе новых геологических знаний, постоянном повышении методического уровня преподавания, понимании необходимости тесной связи учебного процесса с производственными потребностями страны, создании особой атмосферы научного по иска, способствующей привлечению студентов к научной работе, их дальнейшему профессиональному росту, что в итоге реализовалось в создании широко известной и общепризнанной сибирской (томской) геологической школы.

Литература 1. Друянов В.А. Энциклопедист геологии. Академик М.А. Усов. - М.: Знание, 1988. – 192 с.

2. Васильев Б.Д. Организационно-методическая деятельность В.А. Обручева в первом техническом вузе Сибири / В.А. Обручев – учёный, педагог, гражданин. – Новоси бирск: ВО Наука, 1992. – С. 78–103.

3. Васильева В.А. В.А. Обручев и научно-техническая библиотека Томского политех нического института / В.А. Обручев – учёный, педагог, гражданин. – Новосибирск: ВО Наука, 1992. – С. 117–128.

4. Лебедев И.В. Краткий очерк научной, педагогической, организационной и общест венной деятельности / Михаил Антонович Усов. Мат-лы к биобиблиографии учёных СССР. Серия геол. наук. - Вып. 22. – М.:«Наука», 1967. – С. 6–18.

5. Мурзаев Э.М., Обручев В.В., Рябухин Г.Е. Владимир Афанасьевич Обручев. 1863– 1956. – М.: Наука, 1966. – 208 с.

6. Научное наследие М.А. Усова и его развитие. (Очерки по истории геологических знаний, вып. 23). – Сб. ст. – Новосибирск: СО «Наука», 1984. – 223 с.

7. В.А. Обручев – учёный, педагог, гражданин / Сб. ст. – Новосибирск: ВО Наука, 1992. – 142 с.

8. Основные идеи М.А. Усова в геологии. – Алма-Ата: АН Каз ССР, 1960. – 541 с.

9. Усов М.А. Владимир Афанасьевич Обручев (к пятидесятилетию научной деятельно сти) // Вестник Западно-Сибирского геологического треста. – 1937.– № 4. – С. 1–8.

10. Усов М.А. Владимир Афанасьевич Обручев. К 75-летию со дня рождения // Совет ская геология. – 1938. – Т.8. – № 10. – С. 3–12.

Некоторые основные учебники, учебные пособия и учебно-методические работы, подготовленные и изданные В.А. Обручевым Обручев В.А. О геологической документации при разведке и разработке рудных ме сторождений // Тр. 2-ого Съезда деятелей по практ. геологии и разведочному делу.

СПб., 1913. – Вып. 1. –. С. 194–197;

Рудн. Вестник. – 1916. – № 2. – С. 66– Обручев В.А. О практических занятиях по системе проф. Hobbs // Тр. 2-ого Съезда деятелей по практ. геологии и разведочному делу. – СПб., 1914. – Вып. 2. – С. 96–100.

Обручев В.А. Определение драгоценных камней посредством микроспектроскопии // Природа. – 1916. – № 9. – С. 1060–1061.

Обручев В.А. О простейшем приёме собирания образчиков при полевой работе // Геол. Вестник. – 1916. – № 1. – С. 26–29;

1917. – № 1–6. – С. 107–108.

Обручев В.А. Справочник для студентов. – М.: Моск. горн. академия, 1922.– 5 с.

Обручев В.А. Классификация рудных месторождений // Мин. сырьё и его переработ ка. – 1926. – № 1. – С. 70–73.

Обручев В.А. К геологической терминологии: включения, вкрапления и выделения // Геол. Вестник. – 1926. – 5. – №1–3. – С. 64–65.

Обручев В.А Полевая геология. М., 1927. – Т. 1. – С. 1–344;

Т. 2. – С. 1–370.

Обручев В.А. К геологической терминологии: контактовые и контактово метаморфические месторождения // Геол. Вестник. – 1928. – 6. – № 1. – С. 64.

Обручев В.А. Рудные месторождения. Часть 1, общая. М.: Изд-во Моск. горн. акаде мии. – 1928. – С. 1–143.

Обручев В.А Рудные месторождения. Часть 2, описательная. М.: Изд-во Моск. горн.

академии. – 1929. – С. 1–562.

Обручев В.А. Полевая геология. – Т. 1. – Изд. 2-ое. М.-Л.: Издание Совета нефт.

промышл., 1929. – 356 с.;

Т.2. – Изд. 2-ое. – 1930. – 388 с.

Обручев В.А. Полевая геология. Изд. 3-ье. – Т. 1. – Л.: Гостехиздат, 1931. – 304 с.;

Т. 2 – 315 с Обручев В.А. Памятка геолога в поле // Прилож. к «Полевой геологии». – Л.: Горное изд-во, 1932. – С.1–20.

Обручев В.А Рудные месторождения. Часть описательная. Издан. 2-ое, исправл. и значительно дополненное. – Л.: Горгеонефтеиздат, 1934. – 596 с.

Обручев В.А Образование гор и рудных месторождений. – Л.: АН СССР, 1932. – 149 с.

Некоторые основные учебники, учебные пособия и учебно-методические работы, подготовленные и изданные М.А. Усовым Усов М.А. Фёдоровский или универсально-оптический метод исследования породо образующий минералов, в особенности полевых шпатов. // Известия ТТИ. – 1911. – Т. 21. – № 1. – С. 1–64.

Усов М.А. Фёдоровский или универсально-оптический метод // Известия ТТИ. – 1911. – Т. 22. – № 2. – С. 65–142.

Усов М.А. Законы физико-химии в применении к петрографии // Томск: Сиб. тов-во печатн. дела, 1913. – 35 с.;

Журнал Об-ва сиб. инженеров. – 1913. – № 2. – С. 63–76;

1913. – № 3. – С. 82–102.

Усов М.А. Историческая геология. Конспект курса. – Томск: ТТИ, 1914. – 174 с. Ли тограф. издание.

Усов М.А. Опыт разработки оснований построения и выполнения учебного плана русских высших технических школ на примере Томского технологического института.

– Томск: Сиб-ое тов-во печатн. дела, 1916. – 32 с.

Усов М.А. Геология каустобиолитов. (Уголь, нефть, графит и алмаз). – Томск: Нар.

типогр. № 3, 1920. – 154 с.

Усов М.А. Результаты кампании по реорганизации методов преподавания в 1923– 1924 учебном году. – Томск: Типо-лит., 1924. – 24 с.

Усов М.А. Нотизация преподавания в ТТИ // Рабоч. студ.. – 1924. – № 21. – С. 30–33.

Усов М.А. Участие ТТИ в развитии геологии // Красное Знамя. – 1925. – № 242. – 22/Х.

Усов М.А. Полезные ископаемые. 1. Рудные месторождения. Курс лекций – Томск:

ТТИ, 1928. – 240 с.

Усов М.А. Учебное дело Томского технологического института за 25 лет его сущест вования / Томский технологический институт за 25 лет своего существования (1900– 1925). [Юбилейный сборник]. – Томск, Сиб. технолог. ин-тут, 1928. – С. 17–68.

Усов М.А. Состояние и деятельность Горного факультета Сибирского технологиче ского института // Тр. 1-ого Всесоюзн. Горного научно-технич. Съезда 14–27 апреля 1926 г. – Т. 10. – М.: НТУ ВСНХ СССР, 1928. – С. 47–58.

Усов М.А. Краткий курс рудных месторождений. – Томск, Издатком втузов, 1931. – 160 с.

Усов М.А К реорганизации учебной жизни втузов // Красное Знамя. – 1932. – № 225.

Усов М.А. Краткий курс рудных месторождений. Изд. 2, значит. испр. и дополн. – Томск: «Кубуч», 1933. – 200 с.

Усов М.А. Элементы геоморфологии и геологии рыхлых отложений. – Томск: Зап. Сиб. ГГГТ, 1934. – 87 с.

Усов М.А. Заметки профессора [о поднятии культурного уровня в высшей школе] // Сов. Сибирь. – 1935.– № 197.

Усов М.А. О работе кафедры геологии [Томского индустриального института] // Красное Знамя. – 1935. – № 234.

Усов М.А. О подготовке к лекции // Красное Знамя. – 1935. – № 234.

Усов М.А. О методах определения относительного геологического возраста горных пород // Академику В.И.Вернадскому к пятидесятилетию научной и педагогической деятельности. – Т. 2. – М.: АН СССР, 1936. – С. 883–900.

Усов М.А. Разносторонние научные искания. (Результаты научно-исследовательской работы кафедры общей геологии ТИИ). // Высш. технич. школа. – 1936. – № 5. – С. 68–76.

Усов М.А. Больше внимания бюджету времени студента // Высшая школа. – 1937. – № 8–9. – С. 98–101.

Усов М.А. Задачи геологов томских вузов в третьей пятилетке // Красное Знамя. – 1937. – № 100.

Усов М.А. Структурная геология. – М.-Л.: Госгеолиздат, 1940. – 135 с.

Усов М.А. Введение в геологию. – Алма-Ата: АН Каз ССР, 1950. – 169 с.

В.А ОБРУЧЕВ – КАК ОДИН ИЗ ПИОНЕРОВ ИЗУЧЕНИЯ ГЕОЛОГИИ МОНГОЛИИ 1 1 Л.П. Рихванов, О. Гэлэмнэх, О. Гэрэл Томский политехнический университет, E-mail: rikhvanov@tpu.ru Университет науки и технологий, Улан-Батор, Монголия При анализе истории геологического изучения геологии Монгольской Народной Республики (МНР), до обретения своей независимости в 1921 году называвшейся Внутренней Монголией, обращает на себя внимание период конца 19 начало 20 веков (второй этап исследовании по классификации, предложенной в трехтомной моногра фии «Геология МНР»). Этот период связан с работой экспедиции Г.Н. Потанина (1892– 1894 гг.), в которую в виде самостоятельной исследовательской группы входил В.А. Обручев. Посещение районов Центральной Азии, где побывали только редкие исследо ватели (Пёмпелле, Рихтгофен, Пржевальский, Клеменц, и др.) была его заветной мечтой.

Во время этой экспедиции В.А. Обручев проделал маршрут от Кяхты до Урги (старое название Улан-Батора), а далее от Урги до Калгана и Пекина. Затем совершил большую поездку по районам Китая с посещением территории южной части нынешней Монголии (район Даланзадгада).

Это было путешествие профессионального геолога, а до этого маршруты в этой части страны выполнялись географами и другими специалистами, не имевших специ альных геологических знаний.

За время этой поездки было пройдено двенадцать тысяч семьсот верст, в том чис ле около пяти тысяч верст, где никогда еще не бывали путешественники-европейцы.

Собрано около 7 тысяч образцов, в том числе один из района озера Ирень Давснь нуур (Ирен-дабасу в написании А.В. Обручева), находка которого перевернула ранее имев шиеся представления об истории геологического развития мезо-кайнозойских отложе ний Монголии.

Во время поездки В.А. Обручев вел постоянный дневник и о каждом отдельном походе он писал отчет, который отправлялся в Россию с попутными караванами. И к моменту его возвращения на Родину, часть из них была уже опубликована в «Извести ях Российского географического общества». В редком фонде научно-технической биб лиотеки Национального исследовательского Томского политехнического университета имеются в свободном доступе все тома «Известии РГО» дореволюционного периода, что позволило нам достаточно точно проложить маршрут В.А.Обручева в пределах со временной территории Монголии (Рис. 1).

Знакомство с этими материалами представляет большой интерес, так как позволя ет понять саму методологию геологического исследования по одному региональному маршруту, особенности ведения дневниковых записей и т. д.

Каждый маршрут сопровождается картой-схемой с отрисовкой рельефа (Рис. 2), многочисленными зарисовками взаимоотношений пород, элементами их залегания и разрезами. Текст сопровождается многочисленными фотографиями. Вы и сегодня мо жете по описанию каждого маршрута В.А. Обручева составить карту фактического ма териала и сопоставить ее с современной геологической ситуацией.

Из анализа этих, самых общих опубликованных дневниковых данных, специалист геолог, даже не бывший на этой территории может понять, что геология этой страны чрезвычайно сложная. В ее строении принимают участия метаморфизованные и сильно литофицированные породы протерозоя-палеозоя, слабо литифицированные отложения мезо-кайнозоя. При этом, находка сделанная В.А. Обручевым в районе Ирень Давсань Нур, исследованная позднее К. Зюсом и оказавшейся зубом третичного носорога, по зволила однозначно трактовать континентальные условия формирования осадочных толщ мезозоя и кайнозоя и тем самым исключить ранее существовавшие представления о наличии в тот период времени моря Ханхай (Рихтгофен и др.). Именно эта находка стала толчком к организации американской экспедиции (Р. Андрьюс, Ч. Беркей, Ф. Моррис, Д. Гранджер и др.), открывшей огромную область распространения позво ночных животных, в том числе динозавров, в этой части Азии.

Рис.1 Маршрут В.А. Обручева 1892–1894 гг.

Исследователем по маршруту отмечены многочисленные выходы разновозраст ных гранитоидов и вулканитов, преимущественно базальтового, реже риолитового со ставов, с миндалинами, выполненными халцедоном, агатом.

По ходу маршрута отмечались находки углисто-глинистых и углистых прослоев, в том числе в районе впадин Чойрен, Бага-Удэ, в районе ныне известного месторожде ния Табун толгой и ряде других. При этом, по геологической позиции и по степени дислокаций и метаморфизма углей выделялось несколько возрастных уровней его на копления (карбоновый, юрский, меловой и др.).

Путешественником фиксировалась высокая тектоническая нарушенность пород, в том числе отложений верхнего мела. Со второй половины перми он отмечает появле ние и преобладание преимущественно вертикальных дизьюнктивных нарушений с пе ремещением отдельных блоков (поднятия и спускания по разломам, вдоль которых проявляются продукты вулканизма и магматизма). Предполагается, что, вероятно, был проявлен гранитоидный магматизм, связанный с юрскими дислокациями, Детальнейшим образом описаны геоморфологические особенности рельефа мест ности, в том числе и наблюдения за особенностями распространения продуктов ветро вой деятельности, которые легли в основу его гипотезы ветрового происхождения лёссов.

Описание полезных ископаемых, встречающихся по пути следования, незначи тельны, за исключением развалов агатов, халцедонов, сердоликов, а также выходов уг ля и углистых пород, кварцевых жил с элементами их залегания и наличием в них охр, а также выходов интенсивно гематитизированных пород и развалов гематита.

Рис.2. Карта схема составленная Обручевым в одной из его маршрутов В последующем, эти и другие его наблюдения при путешествиях по Центральной Азии, а также глубокое знание материалов полевых наблюдений своих предшественни ков, прежде всего таких, как Д.А. Клеменца, Н.М. Пржевальского, Г.Н. Потанина и др., в том числе работы зарубежных исследователей (Рихтгофен, Зюсс, Пемпелли и др.), в купе с более поздней информацией первой половины ХХ века, делали его непревзой дённым знатоком геологии Монголии. И, не случайно, что его перу принадлежит одна из лучших геологических работ «Восточная Монголия» (1958 г.), где детальнейшим образом даётся географическое и геологическое описание обширнейшей территории Монголии. При этом, глубокие знания автора по геологии смежных территорий (Си бирь, Забайкалье, Джунгария, Северный Китай и др.) дают ему возможность делать глубокие теоретические обобщения, так и практические рекомендации.

Так, его представления о выделении на территории Монголии трёх дугообразных области, находящиеся между Сибирской и Китайскими платформами, значительно от личающимися по своему современному рельефу, геологическому строению и истории развития (Обручев, 1958), находят отражение в современных геодинамических и ме таллогенических построениях. Также плодотворны развиваемые им идеи о возможном существовании тянь-шаньского, монгольского и ценьшаньского типов гранитоидного магматизма и зональности их размещения. На сегодняшний день на территории Монго лии выделются несколько геохимических и металлогенических типов гранитоидов (Ко валенко В.В., Кузьмин М.И., Владыкин Н.В.,Антипин В.С., Гэрэл О. и другие).

В.А. Обручев одним из первых отметил одну из главных особенностей современ ного геологического строения страны – это широкое развитие впадин (депрессионных структур) различных размеров, заполненных мезо-кайнозойскими отложениями, а в бортовых частях, которых выходят породы протерозоя-палеозоя (Обручев, 1947). Глав ную роль в их формировании исследователь отводит блоковым перемещениям по раз рывным нарушениям, происходившим в мезо-кайнозое и в четвертичное время. Этот вид молодых движений земной коры, формирующих современный геологический об лик, был назван им неотектоникой.

Он отмечал, что характерной особенностью районов с такими тектоническими движениями является проявление вулканизма, преимущественно базальтового типа.

Эти излияния лав на поверхность были чрезвычайно значительны по площади, особен но в четвертичное время (базальтовое поле Дариганги и др.). В.А. Обручев отмечает, что последние признаки вулканизма на территории Монголии были зафиксированы в 1721 году (Обручев, 1958). С позиций сегодняшнего дня это всё можно рассматривать как проявление внутриконтинентального магматизма в областях функционирования горячих точек (Ярмолюк, Кузьмин и др.) Велика роль учёного и в оценке масштабов и характера изменения климата в чет вертичный период на территории Центральной Азии. Им и его учениками (И.А. Молчанов, М.А. Усов) отмечены следы ледниковой деятельности на Хентее. Он предполагал, что оледенение в этой области имело место дважды. При этом он тесно увязывал цикличность изменения климата, ледниковой деятельности и формирование лёссов.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 26 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.