авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«Оглавление Лес в...лесах, В. А. КРЮКОВ........................................................................................................................ 2 ...»

-- [ Страница 5 ] --

Во-вторых, для множества небольших депрессивных поселений и районов, в которых уже много лет ведется разработка россыпей, они дают тысячам людей работу, а десяткам тысяч членов их семей - возможность относительно благополучно жить. Местному малому бизнесу - обеспечивать обслуживание предприятий и населения (поставка продовольствия, ГСМ и запчастей для техники, различного рода услуги). Муниципальным бюджетам - поддерживать инфраструктурное и социальное хозяйство за счет поступающих от старательских артелей местных налогов, то есть получать нечто вроде местной природной ренты.

В нераспределенном фонде недр практически не осталось разведанных многотоннажных золоторудных месторождений, кроме резервного Сухого Лога (около 2,5 тыс. т золота) и проблемного Кючуса (примерно 200 т). В перспективнейшей Адыча-Тыранской рудной зоне на востоке Якутии, расположенной в пределах Яно-Колымской золоторудной провинции, сейчас идет активная разведка за счет госсредств. Выявлены значительные общие ресурсы драгоценного металла, но оцененные запасы отдельных локальных объектов пока не превышают 10 - 20 т. Тем не менее ряд российских компаний, в том числе внеотраслевых, уже проявляют к ним интерес.

На более чем полусотне месторождений, площадей, участков и рудопроявлений в Сибири и на Дальнем Востоке в настоящее время ведутся геологоразведочные работы в той или иной стадии, а также подготовка к эксплуатации.

Освоение многих из них сдерживается несколькими факторами. Прежде всего, сложными горно-геологическими и климатическими условиями расположения ряда объектов, что неминуемо ведет к затягиванию разведки и длительным срокам подготовки к разработке месторождений. Второе - общим ростом капитальных затрат на строительство обогатительных комплексов (оборудование, строительство сооружений стр. и дорожной инфраструктуры), сложностью выполнения строительно-монтажных работ вкупе с недостатком собственных свободных инвестиций и высоким уровнем закредитованности некоторых золотодобывающих компаний. Третье продолжительностью подбора оптимальных технологий переработки и обогащения труднообогатимых типов руд и извлечения "тонкого" золота. Четвертое - неоправданно длительными сроками административного согласования проектов и получений десятков разрешений. Пятое - необходимостью обеспечения электросетевой и/или энергетической, транспортной инфраструктурой района возможной добычи золота. Шестое -нарастающим дефицитом квалифицированных специалистов. Комбинация этих факторов ведет к существенному затягиванию сроков первой выплавки металла. К тому же в России временной промежуток между получением лицензии, проведением ГРР, обустройством объекта, строительством перерабатывающих мощностей и выплавкой первого слитка золота может составлять 4 - 6 и более лет, когда происходят доразведка, разработка технико-экономического обоснования кондиционных запасов золота, проведение их экспертиз и других согласований, проектирование и строительство горнообогатительного комплекса, а затем ввод его в эксплуатацию под "контролем" Главгосэкспертизы.

Вкладываешь много - добываешь много Крупнейшее золотодобывающее предприятие - холдинг "Полюс-Золото". На всех его российских активах в 2012 г. (без учета казахстанских предприятий, проданных в начале года) добыто 48,8 т (в 2011 г. - 42,85 т). Предприятия группы "Полюс" обеспечили почти половину прироста всей добычи золота в стране.

Инвестиционная программа "Полюса" всегда считалась агрессивной с точки зрения последовательности и регулярности введения новых мощностей. Инвестиции имели колоссальные объемы: только за 2009 - 2011 гг. финансирование проектов составило несколько десятков миллиардов рублей, а в 2012 г. - 26,38 млрд. руб. Это автоматически отражается на операционных результатах.

стр. На Олимпиадинском месторождении (Красноярский край) добыто 20,31 т (на 15,3% больше предыдущего года);

при этом в течение последних нескольких лет добыча металла здесь постепенно сокращалась. Сейчас на нем увеличена выемка руды (на 14%, до 8, млн. т в год), на перерабатывающих мощностях (ЗИФ-2 и ЗИФ-3) благодаря технологическим изменениям повышен коэффициент золотоизвлечения с 69,1% до 73,7%.

Выпуск золота на Благодатнинском ГОКе, расположенном в двух десятках километров от Олимпиадинского, достиг проектной мощности и даже превысил ее: в 2012 г. - 12,48 т (прирост 11%). С месторождения Титимухта, руда которого перерабатывается на реконструированной ЗИФ-1 Олимпиадинского ГОКа, добыто 3,63 т (на 7% больше г.), но добыча на нем будет продолжать снижаться из-за выработки запасов и снижения качества руд. На запущенном в конце 2011 г. Вернинском ГОКе (месторождение в Иркутской области) в 2011 г. получено 1,42 т золота. Куранахская группа объектов в Алданском улусе Якутии также показала увеличение добычи на 19%, до 4,3 т.

Дальнейший рост производства золота на "Полюсе" ожидается за счет интенсивной добычи на действующих и новых объектах и за счет подготавливаемого месторождения Наталкинское (Магаданская область), первая очередь которого будет введена примерно через год. Это обеспечит прирост выпуска металла на 10 - 12 т, еще через 2 - 3 года этот ГОК выйдет на 18 - 20 т и выше, постепенно наращивая добычу до проектных 40 т.

Развитие получат, вследствие строительства высоковольтных линий электропередачи, Благодатнинский и Вернинский ГОКи: мощности североенисейского предприятия возрастут с 6 до 8 млн. т руды в год, бодайбинского- с 2,2 млн. т до 3,6. Следом завершатся геологоразведочные работы на ряде перспективных объектов Красноярского края и Иркутской области, начнется подготовка к их освоению и разработка.

"Полюс" вскоре войдет в пятерку крупнейших золотодобывающих компаний мира (сейчас - десятое место). Такие темпы роста может позволить себе только холдинг, обладающий мощным инвестиционным рычагом и квалифицированными специалистами, способными осуществлять brown- и greenfield-проекты. Критически важным является аккумулирование мощной по запасам и превосходной по качеству сырьевой базы. Так, запасы компании "Полюс" составляют 2,909 тыс. т золота (категорий proven&probable), стр. что ставит ее среди мировых золотодобывающих компаний по запасам на третье место (у канадской Barrick Gold -4,498 тыс. т, а у северо-американской Newmont - 3,174 тыс. т).

Поэтому "Полюс" входит в мировую элиту, как по добыче, так и по сырьевому портфелю.

Именно эти 20 крупнейших компаний мира, включая "Полюс", формируют 55% мировой золотодобычи2.

В расширенном списке top-30 крупнейших в мире золотодобывающих компаний присутствуют еще две компании, действующие в России: ГК "Петропавловск" и "Полиметалл".

Холдинг "Петропавловск", активы которого сосредоточены в Амурской области, добыл в 2012 г. 22,83 т драгоценного металла (прирост 13%). Его сырьевая база составляет 321 т золота, и сейчас им разрабатываются четыре месторождения -Покровское, Пионер, Албын и Маломыр. На Покровском уже завершается отработка, его запасы почти исчерпаны, и ГОК будет реконструирован под крупнейший в России региональный узел по переработке упорных руд новыми технологиями: на него будет перевозиться флотоконцентрат с месторождений Маломыр и Пионер (фабрики на них будут оснащены линиями по выпуску золотосодержащего концентрата).

Создание в отрасли региональных перерабатывающих узлов - золотоизвлекающих центров по переработке флотационных концентратов, полученных на сокращенном цикле обогатительных мощностей на нескольких месторождениях, - это давно назревшее решение, связанное с централизацией конечного извлечения металла и с оптимизацией капитальных и эксплуатационных расходов по переработке сложных руд, доля которых по мере выхода на нижние горизонты на многих месторождениях возрастает. Новая для российской золотодобычи технология автоклавного выщелачивания подходит для определенных типов и составов руд и является более щадящей для окружающей среды по сравнению с основным химическим способом (цианированием). Так получилось, что почти одновременно автоклавное выщелачивание пробуют Самсонов Н. Ю., Семягин И. Н. Мировая золотодобыча в 2012 году: факторы и тенденции развития // Золотодобывающая промышленность. - 2013. -N2(56).

стр. применять две российские компании, и обе - в регионах Дальнего Востока (Амурская область - "Петропавловск" и Хабаровский край - "Полиметалл").

Месторождение Пионер уже сейчас считается главным объектом "Петропавловска":

суммарные мощности технологических линий переработки легкообогатимой руды на Пионерском ГОКе составляют 6 - 6,6 млн. т в год, а добыча - более 10 т в год. Маломыр и Албын находятся в северо-восточной части Амурской области, и на обоих построены небольшие перерабатывающие фабрики: добыча на Маломыре составила 3,32 т, на Албыне - 2,87 т. ГК "Петропавловск" также имеет россыпные активы в Амурской области (14,2% от ее годовой добычи).

Расширение сырьевой базы "Петропавловска" намечается за счет как новых объектов в зоне тяготения работающих фабрик на Пионере, Албыне и Маломыре, так и геологоразведки на новых участках: Токур - в Амурской области, Высокое -в Красноярском крае, Верхне-Алиинское - в Забайкалье.

Проведение геологоразведки вблизи действующих месторождений, обладающих потенциалом обнаружения новых объектов, для каждой золотодобывающей компании приоритет. Обнаружение новых качественных месторождений вблизи от обогатительной фабрики (а это при нынешних ценах на золото может быть и 50 - 100 км) позволяет увеличить срок работы золотоизвлекательных фабрик.

Компания "Полиметалл", крупнейший в России производитель серебра, в 2012 г.

произвела почти 19 т золота (без учета выпуска металла на Варваринском месторождении в Казахстане). "Полиметалл" можно назвать самой динамичной золотодобывающей компанией в стране - прирост составил 33%. Его активы сосредоточены в Магаданской области (Омолонская группа, серебряные Дукат и Лунное - с попутной добычей золота), в Хабаровском крае (Албазино, Хаканджинское), на Чукотке (Майское) и на Урале.

В 2008 - 2009 гг. "Полиметалл" приобрел ряд золоторудных месторождений - у компании Kinross Gold было куплено золотосеребряное месторождение Кубака (Магаданская область) с завершенной эксплуатацией при бортовом содержании золота 3,4 г/т и вместе с ним - готовая горнодобывающая и производственная инфраструктура, а также права на стр. неразрабатываемые близлежащие золотосеребряные месторождения Ороч и Биркачан, а также Цоколь. Позже компания выкупила месторождения Сопка Кварцевая и месторождение Дальний в 180 км от Кубаки. Проведение компанией геологоразведки направлено на раскрытие золоторудного потенциала вокруг имеющихся объектов. Таким образом, "Полиметалл" формирует на востоке портфель лицензий и проектов, добычную, производственную и транспортную инфраструктуру. Это помогло достичь существенного прироста объемов добычи золота и создать на основе реконструированной ЗИФ Омолонский узел. В 2012 г. на мощностях Омолонского центра выплавлено 4,2 т золота (в 2011 г. - 1,25 т).

Флагман "Полиметалла" - Амурский узел (где также применяется технология автоклавного выщелачивания), построенный для переработки упорных руд Албазинского месторождения, а также транспортируемых морем в навигационный период флотоконцентратов с чукотского месторождения Майское (летом 2013 г. здесь запущена обогатительная фабрика мощностью 850 тыс. т руды в год и получена первая партия концентрата).

Совсем неубедительно выглядят публиковавшиеся в течение последних нескольких месяцев 2013 г. заявления некоторых аналитиков о необходимости слияния "Полюса" с "Полиметаллом" или "Петропавловском" (табл. 3). Ни одна из сторон не сообщала об этом прямо, более того, заявляла об опровержении таких "новостей". Но многие настойчиво поясняли преимущества этого шага и видели их в том, чтобы достичь рекорда по консолидированной добыче в 100 т золота в год, стать четвертой компанией в мире по объему золотодобычи и на основании этого раздувать свою капитализацию, зарабатывать на росте стоимости своих акций и прочее. Было бы замечательно, но ведь этого по определенным причинам не происходит. Потому что существуют угрозы, риски и недостатки объединения для каждой из сторон (прежде всего, для "Полюса"), которые будут негативно влиять на работу предприятий такого мнимого холдинга3.

Самсонов Н. Ю. Иная траектория. 29.03.2013 г. Отраслевой интернет-портал zolotonews.ru.

стр. Таблица 3. Добыча золота в России крупнейшими компаниями в 2011 - 2012 гг.

Добыча, т Регион Прирост, Компания добычи % 2012 ЗДК "Полюс" Красноярский 48,804 42,851 13, (без край, казахстанских Иркутская активов) область, Якутия "Петропавловск" Амурская 22,839 20,258 12, область "Полиметалл" Магаданская 18,936 14,237 33, (без область, казахстанских Хабаровский активов) край, Свердловская область, Чукотский АО Чукотская ГГК Чукотский АО 18,591 20,996 -11, (Kinross Gold) Забайкальский 10,526 11,082 -5, Nordgold N.V.

(без активов в край, Бурятия, Африке, Якутия Казахстане) "Руссдрагмет" Хабаровский 6,973 5,919 17, и (Highland Gold Забайкальский Mining) края ГК Челябинская 6,500 5,118 27, "Южуралзолото" область, Красноярский и Забайкальский края, Хакасия "Высочайший" Иркутская 5,230 4,408 18, область, Якутия "Соврудник" Красноярский 3,903 3,561 9, край "Сусуманзолото" Магаданская 3,700 3,260 13, область Всего 146,002 131,690 10, Источник: отчеты компаний Дороги и налоги Проблема повышения эффективности использования сырьевой базы золота и потенциала золотодобывающей отрасли активно обсуждалась в течение 2005 - 2008 гг. По этому поводу оба президента (в 2005 г. - В. В. Путин, затем в 2008 г. -Д. А. Медведев) даже проводили специальные совещания в Магадане. Но ни одна из этих встреч с властями регионов и с представителями крупного бизнеса в реальности ничего не изменила, включая так и не состоявшееся утверждение даже на уровне законодательной власти вольноприносительства (соответствующий проект поправок к закону "О недрах" отложен)4.

Самсонов Н. Ю., Ягольницер М. А. Групповая разработка малых золоторудных месторождений / Науч. ред. В. А.

Крюков. - Новосибирск: ИЭОПП СО РАН, 2012. - 240 с.

стр. Объяснение простое. Золотодобыча - одна из немногих отраслей, где бизнес способен обходиться без целевого участия федеральных властей в финансировании строительства инфраструктуры к объектам. Правительство не может предоставлять поддержку (налоговые преференции, государственно-частное партнерство) предприятиям, работающим в сверхприбыльной отрасли. "Это все-таки золото, а не подъем животноводства в Нечерноземной зоне", - недвусмысленно заявил в 2008 г. Д. А.

Медведев, когда уже обозначился тренд цены на золото.

С того времени стоимость золота выросла на 70% и в 2012 г. составила в среднем долл. за тройскую унцию (примерно 1610 руб. за 1 г), а за 9 мес. 2013 г. - 1455 долл. за унцию. Рентабельность добычи многих российских золотодобывающих предприятий, прежде всего крупных, работающих на рудных объектах, по-прежнему составляет не менее 30 - 40%, а по самым качественным месторождениям она значительно выше.

Наблюдаемое с апреля 2013 г. снижение цены на золото на 20% и колебания вокруг отметки в 1300 долл. за унцию (в начале октября - 1316 долл. за унцию), по всей видимости, продлится еще один год. Однако ожидать, что стоимость золота будет ниже 1000 долл. за унцию (на уровне, близком к себестоимости), не следует. Ювелирный и индустриальный спрос (а не инвестиционный) определяли главные тренды цены на золото в предыдущие периоды. И сейчас они также сыграют свою роль в стабилизации цен на золото.

Главным стало то, что для золотодобывающей отрасли мира, а что еще важнее - для России, трагичного снижения цен (как раз около 1000 долл. за унцию) после полушокового апреля не произошло.

Компании, как правило, рефинансируют прибыль в новые месторождения, в их разведку и освоение, обеспечивая для себя достаточную сырьевую базу, производство металла - они в этом заинтересованы. Работают по принципу "или сами, или никто", вкладывая при этом в энергетическую и дорожную инфраструктуру, а иногда - и в социальные программы (жилье, общежития и т.д.).

Конечно, остаются территории, где поддержку осуществляют власти, в основном региональные (здесь особо приятно стр. выделить Красноярский край, Амурскую и Магаданскую области). Государственные инвестиции вкладываются в случаях, когда региональным властям выгодно решить одновременно и свои социально-экономические задачи: электрифицировать удаленный район, ликвидировать в нем энергодефицит, реконструировать транзитную автомобильную дорогу, обустроить портовое или аэродромное хозяйство, создать условия для синергии регионального кластера по добыче различных природных ресурсов.

Поэтому, когда речь идет о поддержке золотодобывающей отрасли, нужно понимать, что проблема касается сложных объектов, месторождений, которые непросто "взять". Они имеют, как правило, такие геологические и географо-экономические характеристики, которые не позволяют эффективно вовлекать их в разработку. Объекты территориально разобщены и находятся в районах со слабой или вообще отсутствующей энергетической и транспортной инфраструктурой (автодороги временного и круглогодичного действия, пристани, аэродромы для приема вертолетов и малой авиации). Большинство месторождений имеют малые запасы золота, зачастую заключенные в сложные типы руд, хотя иногда с достаточно высокими содержаниями. В конце концов, влияние оказывают сложившаяся в удаленных районах Сибири и Дальнего Востока неконсолидированная структура золотодобывающей промышленности, высокая степень изношенности горной техники, обогатительного и промывочного оборудования.

Для вовлечения сырьевого и экономического потенциала таких месторождений в хозяйственный оборот необходимо внедрение стимулирующих мер, компенсирующих факторы, негативно влияющие на параметры неразрабатываемых месторождений, в частности золота. В апреле 2013 г. министр природных ресурсов Сергей Донской озвучил предложение об обнулении налога на добычу полезных ископаемых для месторождений твердых полезных ископаемых Дальнего Востока5. Но в отношении большинства твердых полезных ископаемых прямая отмена налога является скорее "лобовым" радикальным См. материалы заседания Госкомиссии по социально-экономическому развитию Дальнего Востока и Байкальского региона от 2 апреля 2013 г., а также июньскую информацию об условиях получения льгот.

стр. решением, которое никогда не согласует Министерство финансов. Даже с предложенными Минприродой ограничениями: только месторождения с вновь полученной лицензией или с большой степенью выработки запасов и сроком разработки запасов не более 5 лет (т.е.

малые и средние объекты).

Очевидно, что разумно вводить дифференциацию ставки НДПИ в зависимости от характеристик объектов, от их геологической и технологической сложности, напрямую влияющих на экономику проекта.

Это более сильный аргумент, и такой инструмент - гибкий и избирательный. Какой смысл обнулять налоги крупной компании, подготавливающей к эксплуатации уникальное золоторудное месторождение с рассчитанными в технико-экономическом обосновании миллиардными доходами и прибылями? Это - серьезные недополученные доходы для государства. Регулирование ставки налога на добычу полезных ископаемых, в свою очередь, оказывает значимое влияние на экономику проекта, поскольку этот налог начисляется сразу на всю стоимость добытого металла (в отличие, например, от налога на прибыль).

Сыграть свою роль, пусть и решающую, в поддержании сырьевой базы рудного золота для некоторых предприятий могло бы техногенное сырье. Общие объемы забалансовых запасов золота рудных месторождений в Сибири и на Дальнем Востоке составляют 1, тыс. т и 799,8 т соответственно. Переработка техногенных объектов может быть интересна некрупным золотодобывающим предприятиям, завершающим выемку основных кондиционных запасов, и тем, у которых дефицит рудного сырья. Это обусловлено тем, что они размещены в развитых геолого-промышленных районах Сибири и Дальнего Востока, при этом обычно в зоне действия перерабатывающих мощностей, а преимущественно дезинтегрированная горная масса находится на поверхности. Однако расчеты показывают, что даже при современных ценах на золото экономическая эффективность их переработки зачастую на грани рентабельности. Более того, особенности правовой базы, применяемой для использования техногенных объектов в качестве минерального сырья (бюрократизация и частота стр. согласовательных процедур), не стимулируют недропользователей вовлекать техногенные месторождения в оборот.

Разведка дает добро Единственное, от чего государство не может отказаться, -от финансирования поисково оценочных геологоразведочных работ, поскольку их результаты должны влиять на социально-экономическое развитие региона и районов с потенциалом золотодобычи.

В настоящее время в России обеспечивается воспроизводство запасов золота. Но необходимо создавать новый ликвидный фонд месторождений и участков недр коренных объектов традиционных и нетрадиционных типов крупнообъемных месторождений с относительно низкими содержаниями золота (медно-порфировые золотосодержащие месторождения), но экономически доступных для промышленного освоения при высоких мировых ценах на золото и в районах Сибири и Дальнего Востока с относительно развитой инфраструктурой. В государственной Программе воспроизводства и использования природных ресурсов до 2020 г. заложены такие параметры по локализации прогнозных ресурсов золота: по категориям P1+P2 - в объеме 6,800 тыс. т, прирост запасов категорий C1+C2 - в 4,581 тыс. т. Но можно быть почти уверенными в том, что государственное финансирование, необходимое для достижения таких показателей, будет ниже запланированных объемов, что в реальности приведет к менее оптимистичным результатам, в том числе по запланированному сейчас отношению запасов к ресурсам.

Практически полностью эти объемы будут локализованы в регионах Сибири и Дальнего Востока.

В последние годы усиливается конкуренция между регионами и административными районами размещения сырьевой базы золота за недропользователя и его инвестиционные ресурсы. Все больше средних золотодобывающих компаний стремятся самостоятельно осуществлять геологоразведочную и добычную экспансию (крупные компании ее уже провели). Ведь практически все перспективные объекты в регионах базовой дислокации предприятий уже "выбраны" из фондов недр.

стр. Например, сейчас обозначился интерес к объектам Адыча-Тыранской золоторудной зоны (северо-восточная часть Томпонского улуса и северо-западная часть Оймяконского улуса Якутии). Компания "Высочайший", зарегистрированная в Иркутской области, в конце 2012 г. уже приобрела участок этой зоны и проявила интерес к ряду других объектов.

Между тем интенсивность проведения аукционных торгов чрезвычайно низкая. На торги преимущественно выставляются участки недр с прогнозными ресурсами (мы можем это оценить по приведенным в таблице 4 сведениям о качестве сибирских и дальневосточных объектов, выставляемых на аукционы в 2013 г.). По существу, они представляют собой перспективные площади для проведения на них затратной геологоразведки с целью открытия месторождений, то есть расходы и риски перекладываются на компании будущих лицензиатов. Объекты с подготовленными для доразведки запасами по категориям С1 и С2 в "аукционных" перечнях объектов нераспределенного фонда недр практически не встречаются или характеризуются низким потенциалом запасов (первые десятки и сотни килограммов), удаленностью от инфраструктуры (энергосетевой, дорожно-транспортной, социальной).

Таблица 4. Характеристика сырьевой базы коренного золота Сибири и Дальнего Востока, предлагаемого в недропользование в 2013 г., т Количество Прогнозные участков Запасы ресурсы Регион недр коренного C1 C2 P1 P2 P золота Алтайский 2 9,90 13, - - край Амурская 7 2,08 60,86 63, область Забайкальский 6 1,94 0,68 3,00 78,00 109, край Иркутская 6 11,00 117, - - область Камчатский 3 137,10 - - край стр. Окончание табл. Количество Запасы Прогнозные ресурсы участков Регион недр коренного C1 C2 P1 P2 P золота Красноярский 2 32,10 76,00 - край Магаданская 4 9,20 30,00 100, - область Приморский 1 7, - - - край Республика 3 10,00 37,30 29, - Алтай Республика 10 1,67 38,74 122,10 302, Бурятия Республика 6 3,30 18,10 8,30 45,50 317, Саха (Якутия) Республика 3 1,07 0,53 11,69 9,65 1, Хакасия Хабаровский 10 60,70 179, - - край Всего 63 6,31 20,97 250,13 477,25 1156, Источник: Роснедра.

Остается сказать, что традиционными реакциями и действиями российских золотодобывающих компаний при ухудшении ценовой конъюнктуры в 2013 г. стали снижение капитальных затрат (по неприоритетным проектам), сокращение затрат на геологоразведку, снижение операционных и административных расходов, пролонгирование сроков ввода подготавливаемых месторождений в эксплуатацию. Но предприятия стремились, во-первых, увеличить объемы переработки более богатой руды и, соответственно, добывать больше золота (частично эти действия компенсируют сохраняющийся рост расходов и затраты на единицу продукции). Во-вторых, концентрировать капитальные расходы на проектах с высокой степенью готовности (месторождения которых содержат большие запасы металла, имеют высокие содержания ценного компонента, а значит - более низкую себестоимость), что даст резкий прирост добычи и солидный денежный поток.

стр. Заглавие статьи Уроки прошлого: в защиту региональных отделений РАН Автор(ы) Е. Т. АРТЕМОВ ЭКО. Всероссийский экономический журнал, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. 176- ДИСКУСИЯ Рубрика Место издания Новосибирск, Россия Объем 10.9 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи Уроки прошлого: в защиту региональных отделений РАН, Е. Т. АРТЕМОВ Е. Т. АРТЕМОВ, доктор исторических наук, директор Института истории и археологии Уральского отделения РАН, Екатеринбург. E-mail: iia-history@mail.ru Автор в статье указывает на двойственность принципиальных положений федерального закона "О Российской академии наук" и указа "О Федеральном агентстве научных организаций", из которых остается неясным будущее региональных отделений РАН.

Ключевые слова: Российская академия наук, реформа, региональные отделения РАН 27 сентября 2013 г. президент РФ В. В. Путин подписал федеральный закон "О Российской академии наук" и указ "О Федеральном агентстве научных организаций", что вплотную подводит российскую академическую науку к этапу практической реализации радикальной реформы. Однако, в силу двойственности ряда принципиальных положений названных актов, до сих пор представляется неясным будущее региональных отделений РАН. На мой взгляд, одним из обязательных условий их успешного реформирования является учет предшествующего развития академической науки в регионах, в том числе на Урале и в Сибири.

У истоков идеи создания академических центров Сегодня мало кто вспоминает, что истоки советской системы организации науки заложены еще в начале XX века. Уже тогда в обществе активно обсуждались вопросы о необходимости территориального рассредоточения научной деятельности и создания сети специализированных научных организаций. Так, выдающийся российский ученый академик В. И. Вернадский в своей записке "О государственной сети исследовательских институтов" (1916) указывает, что страна крайне нуждается в разветвленной системе научных учреждений -"для выяснения и использования наших естественных производительных сил" во всех частях "необъятной Родины"1.

Бастракова М. С. Организационные тенденции науки в начале XX в. // Организация научной деятельности. - М., 1968. - С. 166 -168.

стр. Он же высказал мнение (поддержанное многими коллегами), что вузы - не лучшее место для проведения исследований, поскольку, во-первых, кафедральная организация работы лучше приспособлена для частных поисковых исследований, но не позволяет реализовать масштабные научные и научно-технические проекты, во-вторых, чрезмерная учебная нагрузка в университетах у многих и так вызывала нарекания. Например, академики П. Н.

Лебедев, К. А. Тимирязев, Н. С. Курнаков и др. называли ее "учебной барщиной", которая не оставляет ученому времени на полноценные исследования.

Выход из сложившейся ситуации они видели в создании сети специализированных институтов. В них предлагалось сосредоточить ученых, которые обнаружили "редкую и ценную для всей нации способность двигать науку вперед". Естественно, речь не шла о тотальном "разводе" науки и образования. Говорилось, что сотрудники институтов могут и должны привлекаться к работе в вузах. Но именно это рассматривалось как дополнительная нагрузка.

Подобную модель взаимодействия науки и образования можно считать прообразом так называемой "физтеховской системы", реализованной в полном объеме в 1940-е - 1950-е гг.

в СССР в интересах прежде всего атомного проекта, других оборонных программ. Эта модель органично соединяла исследовательскую деятельность и высшее образование.

Тогда в ряде вузов были образованы специальные факультеты. Значительную часть их преподавательского корпуса составили сотрудники академических и отраслевых институтов. В свою очередь студенты, начиная с 3 - 4-го курсов, проходили стажировку в исследовательских организациях. В результате в кратчайшие сроки удалось наладить масштабную подготовку высококлассных специалистов по ключевым направлениям развития науки, техники, производства.

И сегодня элементы этого опыта успешно используются в интеграции академической науки и университетского образования. В качестве примера можно назвать практику взаимодействия Сибирского и Уральского отделений РАН с Новосибирским исследовательским и Уральским федеральным университетами. Причем она охватывает большинство направлений подготовки специалистов.

стр. Как академическая наука росла "вширь" В первые годы советской власти большевистским реформаторам было не до науки. Но все-таки даже "тоталитарный режим" был вынужден признать ее национальным достоянием. Ей как высшему научному учреждению страны выделили огромные ресурсы, которые, в частности, направили на создание сети академических филиалов на местах.

Так, в 1932 г. было принято решение о создании Уральского филиала АН СССР, в деятельности которого помимо фундаментальных исследований с самых первых дней важное место заняла практическая составляющая, во многом определившая выбор направлений научного поиска. Большая часть исследований была непосредственно связана с так называемой программой Урало-Кузбасса, формированием на востоке страны мощного промышленного комплекса.

Массированная поддержка позволила академической науке резко нарастить свой потенциал, активно включиться в реализацию советских индустриальных проектов. А в середине XX в. Советский Союз во многом благодаря Академии вышел на лидирующие позиции по ряду ведущих направлений научно-технического прогресса. Достаточно вспомнить ее роль в реализации атомного проекта, в создании ракетно-космической техники, в развитии радиоэлектроники, самолетостроения и т.д. Свой вклад в эти достижения внесли региональные академические центры.

Первое региональное отделение - Сибирское - появилось в 1957 г. Его создание мотивировалось необходимостью решения двух взаимосвязанных задач. С одной стороны, становилось все более очевидным, что экономическое развитие является функцией (зависимой переменной) научно-технического прогресса, а путь к его ускорению лежит через качественное и количественное укрепление фундаментальных исследований. С другой стороны, учитывались императивы регионального развития. Требовалось подвести солидную научную основу под объявленную тогда программу массированного освоения природных ресурсов и ускоренного наращивания производительных сил Сибири.

Уже в начале 1960-х гг. новосибирский Академгородок занял видное место на мировой карте науки. Достижения его стр. ученых активно внедрялись в производство. На основе академических институтов и Новосибирского университета была создана эффективная система подготовки специалистов для науки, производства, образования. Опыт Сибирского отделения получил мировое признание и лег в основу организации региональных отделений Академии на Урале и Дальнем Востоке.

Принципы организации всех трех региональных отделений идентичны. У них один статус.

Он позволяет им самостоятельно определять исследовательскую тематику, решать кадровые вопросы, инициировать изменения в составе научных учреждений, расставлять приоритеты в развитии материально-технической базы. Эти права гарантируют независимое финансирование (отдельная строка в бюджете), выборы членов Академии на специально выделенные вакансии, избрание директоров институтов общим собранием отделений. Хотя, конечно, каждое региональное отделение имеет свою специфику в составе институтов, приоритетах научного поиска, численности сотрудников...

Несмотря на все коллизии постсоветских трансформаций, академическая наука в регионах не просто выживала, а развивалась. На мой взгляд, выдержать испытание на прочность ей во многом позволило именно организационное оформление в виде региональных отделений.

О роли исторической аргументации в обосновании перспектив С одной стороны, ссылки на прошлый опыт не могут быть главным аргументом при обосновании практических действий, рассчитанных на перспективу. И то, что когда-то казалось (или действительно было) разумным, может уже не соответствовать новым реалиям. С другой стороны, говоря словами нобелевского лауреата Дугласа Норта, "история имеет значение"2. И не только потому, что позволяет извлечь уроки из прошлого.

Их можно интерпретировать по-разному. Но прошлое задает определенную логику развития, и если мы ее нарушаем, все происходит по известной формуле: хотели как лучше, а получилось как всегда.

Норт Д. Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. - М., 1997. - С. 12.

стр. Вышесказанное имеет прямое отношение к будущему такого действенного института, как региональные отделения РАН. Федеральный закон "О Российской академии наук" допускает возможность передачи их институтов Федеральному агентству научных организаций. Одновременно региональные отделения лишаются статуса главных распорядителей бюджетных средств. Если эти положения будут реализованы на практике, то "большую науку" Урала, Сибири и Дальнего Востока ждут тяжелые времена.

Сужу по своему институту. В составе УрО РАН мы оперативно решаем все жизненные для нас вопросы. Сложившаяся в институте академическая школа историков имеет самые благоприятные условия для развития. Нам легко налаживать междисциплинарное взаимодействие, которое в современной науке приобретает все большее значение. Мы постоянно должны доказывать свою состоятельность в сравнении с институтами другого научного профиля, что служит мощным стимулом для научного коллектива, не позволяя ему "почивать на лаврах". Я не представляю, чем можно компенсировать названные преимущества. Трудно себе представить, как вновь образованное Федеральное агентство обеспечит нам из Москвы сносные условия для развития и деятельности, сможет объективно оценить наши результаты.

Иначе говоря, прежде чем один раз отрезать, нужно семь раз отмерить, соблюдая одно важное условие. Его, кстати, очень хорошо сформулировал Егор Гайдар, один из главных идеологов современного российского либерализма: чтобы конструктивно обсуждать значимые общественные проблемы, а тем более их решать, нужна длительная ретроспектива, понимание логики долгосрочных изменений3. Хочется надеяться, что это понимание все же придет к нынешним реформаторам Академии.

Гайдар Е. Т. Долгое время. Россия в мире : очерки экономической истории. 2-е изд. - М., 2005. -С. 9.

стр. Институциональные аспекты оценки результатов Заглавие статьи административных реформ Автор(ы) Е. А. КАПОГУЗОВ ЭКО. Всероссийский экономический журнал, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. 181- ИНСТИТУТЫ РЫНКА Рубрика Место издания Новосибирск, Россия Объем 30.7 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи Институциональные аспекты оценки результатов административных реформ, Е. А. КАПОГУЗОВ Е. А. КАПОГУЗОВ, кандидат экономических наук, ФГБОУ ВПО "Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского. E-mail: egenk@mail.ru При оценке результатов административных реформ как в странах ОЭСР, так и в России большое внимание уделяется верифицируемым показателям, характеризующим достижение целей реформ. Несмотря на схожесть применяемого инструментария, наблюдается дивергенция результатов реформ, во многом объясняемая различиями в их контексте. При этом оценка результатов потенциально является объектом манипулирования, что во многом, как и результаты реформ, объясняется с позиций новой институциональной экономической теории Ключевые слова: новый государственный менеджмент, расширенная экономическая теория бюрократии, новая институциональная экономическая теория, институциональная среда В ходе административных реформ в духе нового государственного менеджмента большое внимание уделялось вопросу изменения системы оценки результатов производства государственных услуг. На протяжении XX века государственное управление эволюционировало от нормативного подхода (с акцентом на легальность) к экономическому (с акцентом на эффективность). Итогом стали парадигмальные сдвиги в институциональной структуре производства госуслуг, в результате которых возникли институциональные альтернативы веберианской модели производства государственных услуг - менеджеристский и координационный тип институциональной структуры. На практике они воплощались в концепциях Public Management и Public Governance1, предполагающих иные, чем в веберианской модели, подходы к оценке результатов деятельности государственных органов.

Статья подготовлена при финансовой поддержке Министерства образования и науки РФ в рамках научно исследовательского проекта "Правовое обеспечение решения социальных конфликтов в субъекте Российской Федерации: защита прав человека в условиях криминализации общественных отношений". Соглашение N 14.В37.21.0045 от 25 июля 2012 г.

Капогузов Е. А. Институциональная структура производства государственных услуг: от веберианской бюрократии - к современным реформам государственного управления. -Омск: ОмГУ, стр. Что есть результаты административных реформ?

В ответе на данный вопрос наблюдается множество точек зрения, во многом определяемых тем, из какой методологической парадигмы (юридической, социологической, политологической или экономико-управленческой) исходит автор. В рамках экономического подхода, на наш взгляд, наиболее системно вопрос о классификации результатов реформ представлен в работах К. Поллитта и Г. Букерта.


Исходя из типичных целей реформ {перераспределение ресурсов между общественным, частным и некоммерческим секторами в пользу двух последних;

улучшение результативности работы (performance) государственных институтов и усиление подотчетности (accountability) в работе государственных структур) важным является обеспечение связи между качеством государственных услуг, удовлетворенностью клиентов государственных учреждений и их доверием к общественным институтам2.

Очевидно, что это предполагает рост прозрачности в работе всех уровней государства, понятность для стейкхолдеров продуктов и результатов деятельности бюрократических процессов. Это дает основание для проникновения принципалам (не только политикам, но и гражданам-потребителям услуг) внутрь "черного ящика" бюрократии, позволяет сделать ситуацию понятной и доступной для общественного контроля. Механизмом реализации достижения данной цели является как разработка и внедрение системы индикаторов работы на нано-, микро- и макроуровне бюрократии (чиновник-учреждение государственное управление в целом), так и оценка работы системы на уровне общественных институтов.

Результаты реформ: манипулируемые и объективные Исходя из вышеуказанных требований, на практике результаты реформ (операционные, процессные, системные В частности, Bouckert G. Die Dynamik von Verwaltungsreformen: Zusammenhflnge und Kontexte von Reformen und Wandel. In: W: Jahn u.a. Status -Report Verwaltungsreform. Eine Zwischenbilanz nach zehn Jahren. Berlin. Edition Sigma, 2004, s. 22 - 35;

Pollitt Ch., Bouckert G. Public Management Reform: Comparative Analysis, 2-nd Edition, Oxford 2004, Wollmann H. (ed.) Evaluation in Public Sector Reform: Concepts and practices in international perspective.

Cheltenham, London 2003.

стр. улучшения, идеальные)3 операционализировались в ряде показателей, характеризующих достижение целей реформ. Наиболее заметно изменение операционных показателей, в частности сокращение числа занятых и расходов государства на содержание государственных служащих (табл. 1, 2).

Таблица 1. Изменения в количестве занятых в сфере государственного управления в 1985 - 1999 г. (по отношению к общему количеству занятых в экономике), % Страна 1985 1990 Австралия 17,6 16,2 Бельгия 18,4а) 17,9e) Канада 20,7 20,5 17, Финляндия 19,2 20,9 24,3c) Франция 20,5 20,4 21,3b) Германия 15,5 15,1 12, Италия 15, - Нидерланды 15,1 12,9 12, Новая Зеландия 16,2 16,5 Швеция 33,3 32,0 Великобритания 21,7 19,5 12, США 14,8 14,9 14, Примечание: сведения в табл. 1 - 2 относятся к следующим годам: a) 1995 г., b) 1997 г., c) 1998 г., d) 2000 г., e) 2001 г.

Считается, что рост эффективности общественного сектора может положительно воздействовать на экономические результаты страны (ВВП и др.), а также на уровень легитимности государственной власти. Самый яркий пример прогресса государственного управления - Новая Зеландия. Во многом благодаря реформированию государственного управления Новая Зеландия, в начале 1980-х годов находившаяся на уровне стран третьего мира, уже через 15 лет стала демонстрировать самые высокие темпы роста среди членов ОЭСР. Доля См.: Капогузов Е. А. Институциональная структура производства государственных услуг. - С. 232 - 248.

стр. Таблица 2. Величина общих затрат на оплату труда госслу жащих в 1985 - 1999 г., % от номинального ВВП Страна 1985 1990 Австралия 12,7 11,6 8,2 b) Бельгия - 10,8 11,3 c) Канада 12,7 12,8 11,4 b) Финляндия 14,1 14,6 13, Франция 14,6 13,2 11, Германия 10,6 9,7 7,9 d) Италия - 11,4 6, Нидерланды 11,1 9,8 7, Новая Зеландия 11,8 11,8 9, Швеция 18,8 18,8 16,1b) Великобритания 12,1 11,6 7,8 b) США 10,6 10,5 7,8 b) Источник: Pollitt, Bouckert, 2004. P. 113.

госрасходов в ВВП снизилась с 41% в 1992 - 1993 гг. до 35% в 1995 - 1996 гг., уровень безработицы - с 10,9% в 1991 г. до 6% в 1996 г. Среднегодовые темпы роста с 1991 г. по 1996 г. составляли 4%, а уровень инфляции был ниже 2%4.

Корректность в условиях обеспечения прозрачности и подотчетности деятельности органов исполнительной власти предполагает наличие показателей, отвечающих критериям специфичности, измеримости, релевантности и достижимости. При этом широкий спектр направлений оценки предполагает и множественность подходов к оценке результатов реформ на уровне национальной экономики. Далеко не всегда целью реформ является сокращение расходов. Значительно чаще возникает необходимость оценить улучшения в процессах как условия достижения цели реформ - повышения качества, доступности или эффективности (результативности) предоставления публичных услуг или выполнения государственных функций. При решении данной задачи возникают проблемы как поиска адекватных показателей, Arndt J.H. Neuseeland-ReformeinerVolkswirtschaft: KehrtwendevonderKrise zum vorbildlichen Reformstaat. VOP. 1996. - V. 12. - S. 55. Также о макроэкономических результатах новозеландских реформ: Скотт Г. Реформа государственного управления: новозеландский вариант//Пути экономического роста. Мировой опыт. - М.:Деловой экспресс, 2001. - С. 101 - 129.

стр. характеризующих произведенные улучшения, так и субъекта оценивания. Ответ на последний вопрос ассоциируется с мониторингом изменений в системе государственного управления, через опросы потребителей об изменениях в качестве потребляемых ими услуг. Необходимые условия такого мониторинга - независимость оценщика (незаинтересованность его в результате), корректность выборки и прозрачность механизмов и результатов проведения мониторинга, длительность наблюдаемых ситуаций и др., в противном случае - возможна манипулируемостъ данными показателями. Пример такого рода манипуляций - мониторинг 2008 г. достижения целей административной реформы в России5.

Относительной объективностью в сфере реформ могут обладать показатели, характеризующие ситуацию через динамику международных сопоставлений. Среди множества таких показателей можно выделить два международных: индекс восприятия коррупции (Corruption Perception Index - CPI) и агрегированный индекс качества государственного управления (GRICS), в составе которого выделяется, в частности, индекс, характеризующий эффективность государственного управления. Данный индекс начал использоваться Мировым банком только с 1996 г., что не позволяет полноценно отследить динамику изменений в нем в связи с проводимыми реформами в духе нового государственного менеджмента. Вместе с тем он демонстрирует ситуацию в сфере эффективности государственного управления, позволяет сравнить успешность функционирования системы государственного управления в различных странах.

Показатели индекса GRICS по 20 странам ОЭСР за период с 1996 г. по 2010 г. позволяют подтвердить разделение стран в соответствии с различиями в стратегиях реализации реформ (рыночная, консервативная, коммерциализированная и менеджеристская) и объяснить их результаты. Наиболее низкие показатели индекса - у так называемых "южных Мониторинг результатов мероприятий административной реформы. X Международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества. В 3 кн. / Отв. ред. Е. Г. Ясин;

- М.: Изд. дом Гос. ун-та - Высшей школы экономики, 2010. Кн. 1. С. 408 - 421. Капогузов Е. А. Институциональный анализ результатов административных реформ: манипул ируемые и объективные показатели, Доклад на XIII международной конференции по проблемам экономики и общества в НИУ ВШЭ. URL: http://conf.hse.ru/2012/program;

стр. стран" континентальной модели (Италия, Греция), следующих консервативной стратегии и имеющих сложности с повышением эффективности государственного управления. Это объясняется особенностями правового статуса государственных служащих, сопротивлением части из них тем компонентам реформы, которые ухудшают их положение, накладывающимися на ментальность общества.


В свою очередь, схожие проблемы наблюдаются у данных стран и в другом важном элементе системы государственного управления. Показатели контроля коррупции Греции и Италии значительно хуже, чем у остальных стран ОЭСР, в том числе по сравнению с близкой к ним Испанией. Это же подтверждается другим индикатором - индексом восприятия коррупции. Согласно данным Transparency International за 2011 г., Греция опустилась на 80-е место с показателем 3,4, а Италия находилась на 69-м месте с показателем 3,9 (лидером была Новая Зеландия с показателем 9,5 (см. табл. 3)). Обращает на себя внимание лидерство в рейтинге индекса восприятия коррупции стран северной модели нового государственного менеджмента, там вслед за Новой Зеландией идут Дания, Финляндия и Швеция, далее Сингапур, а затем Норвегия.

Таблица 3. Индекс восприятия коррупции, значения по отдельным странам ОЭСР за 2011 г.

Страна Индекс восприятия коррупции Рейтинг страны Новая Зеландия 9,5 Дания 9,4 Финляндия 9,4 Швеция 9,3 Сингапур 9,2 Норвегия 9,0 Нидерланды 8,9 Австралия 8,8 Швейцария 8,8 Канада 8,7 Германия, Япония 8,0 Австрия, Великобритания 7,8 Бельгия, Ирландия 7,5 стр. Окончание табл. 3.

Страна Индекс восприятия коррупции Рейтинг страны США 7,1 Франция 7,0 Испания 6,2 Португалия 6,1 Италия 3,9 Греция 3,4 Источник: Официальный сайт Transparency International. URL: http://cpi.

transparency.org/cpi2011/results/ Почему наблюдается дивергенция результатов?

Вышеозначенная дивергенция результатов реформ, на наш взгляд, объясняется изначальным (ex ante) различием в институциональном контексте и среде реформ, а также необходимостью поиска оптимального баланса между рядом управленческих и бюджетных проблем. К элементам такого выбора относится выбор между6:

- контролем за бюрократами со стороны политиков / предоставлением им управленческой свободы;

- обеспечением гибкости и инноваций / ростом доверия граждан и, следовательно, легитимности правительств в глазах граждан;

- обеспечением приоритета в вопросе экономии бюджетных ресурсов / улучшением результативности и качества в общественном секторе;

- стремлением к росту мотивации сотрудников и созданием привлекательности госслужбы для одаренных людей / сокращением персонала и окладов чиновников;

- снижением издержек на внутренний контроль, прежде всего документальный / ростом подотчетности в работе чиновников и учреждений;

- децентрализацией управления / улучшением координации в программах.

Очевидно, что одновременно следовать данным альтернативам не всегда удается. Тем самым амбивалентность результатов Pollitt Ch., Bouckert G., 2004. P. 164 - 181.

стр. реформ во многом и связана зачастую с взаимоисключающей постановкой задач.

Рассматривая результаты как улучшение процессов в сфере государственного управления, необходимо отметить, что они являются одним из этапов, ведущим к достижению конечных результатов и воздействий. Именно благодаря изменению в процессах и возникают изменения в административной культуре, которые приводят к культурным и ментальным изменениям внутри государственного аппарата и тем самым влияют на такой значимый показатель, как удовлетворенность граждан качеством государственных услуг.

Именно изменения в процессах могут быть свидетельством данных культурных изменений. Примером может служить американский обзор в области результативности (National Performance Review) 1994 г., в котором отражены свидетельства таких изменений7.

В ходе реформ можно отметить два наиболее ярких типа улучшений в процессах: рост клиентоориентированности и возрастание ориентации на результат. Но если удовлетворенность населения станет одним из показателей успешности реализации реформ, то возникает серьезная опасность манипулирования показателями в области клиентоориентированности.

Важным аспектом оценки изменений является динамика системы ценностей внутри бюрократических организаций, что требует проведения исследований вопросов трансформации отношения к потребителям, мотивам роста эффективности труда работников государственных учреждений и др. Именно благодаря таким исследованиям можно будет оценить (во всяком случае, ординалистски) системные изменения, произошедшие с чиновниками. Исследования такого рода были проведены в Германии в ходе оценки результатов применения "новой модели управления" (Neue Steuerungsmodelle) на коммунальном уровне. В результате выяснилось существенное изменение установок чиновников по отношению к потребителям по сравнению с дореформенным периодом, идентификация чиновниками себя как поставщиков услуг гражданам и другие позитивные в плане клиентоориентированности Сайт National Performance Review. URL: http://govinfo.library.unt.edu/npr/ Iibrary/nprrpt/annrpt/redtpe93/index.html стр. и снижения отчужденности изменения. Вместе с тем наблюдалась и некоторая усталость от реформ, когда после эйфории от успешности применения новых методов управления пришло разочарование от незначительности изменений в конечных результатах 8.

Таким образом, результаты реформ в странах ОЭСР демонстрируют, несмотря на схожесть применяемого менеджеристского инструментария, дивергенцию результатов.

Объяснение этому обстоятельству связано с различиями как акцентов в реформах в тех или иных странах, так и в социоэкономическом контексте. Как показала практика внедрения инструментов, успешно зарекомендовавших себя в странах-модернизаторах, накладываясь на базовые элементы институциональной структуры, система государственного управления либо успешно к ним адаптируется, либо отторгает их.

Преобразование бюрократической системы в странах континентальной модели (Германия, Франция и др.) под воздействием менеджеристского инструментария привело к возникновению неовеберианской модели, которая адаптировала некоторые элементы нового государственного менеджмента и смягчила отрицательные стороны континентальной модели в сторону большей клиентоориентированности, подотчетности и экономного использования ресурсов9.

Однако западный опыт показывает, и в этом состоит урок для проведения реформ в России, и опасность "слепого импорта" успешного в определенной институциональной среде инструментария без учета ее особенностей, на неформальном, надконституционном уровне. Ведь в случае отсутствия серьезных веберианских традиций, устойчивого бюрократического этоса решение проблемы модернизации путем импорта менеджеристских институтов не приводит к успеху ни в повышении эффективности государственного управления, ни в борьбе с коррупцией.

См. На пути к государству XXI века: теория и зарубежный опыт модернизации государственного управления //Под ред. Капогузова Е. А. -Омск: Русь, 2008. - С. 74 - 75.

Капогузов Е. Модернизация госуправления в Европе: на пути к неовеберианству? // Современная Европа. - 2009.

- N 1. - С. 29 - 40.

стр. Заглавие статьи SUMMARY ЭКО. Всероссийский экономический журнал, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. 190- Место издания Новосибирск, Россия Объем 9.3 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи SUMMARY Kolesnikova A.V., Moscow The Main Problems and Challenges in the Development of Russian Forestry Complex The current export-oriented forest sector in Russia is determined by the combined impact of institutional and external factors. In the present work considers the main trends in development of Russian forestry complex, are revealed and analyzed some obstacles to effective development of the forest sector, and proposed a number of directions of modernization of the timber industry complex of the Russian Federation.

Forestry, forest resources, timber, illegal forest use, forest wastes, forest infrastructure, reforestation Blam Yu. Sh., Babenko T.I., Mashkina L.V., Ermolaev O.V., Novosibirsk Russian Timber Industry Complex in the Context of the Global Sector The article presents a comparative analysis of the development and modernization of the Russian and foreign timber industry, describes the competitive environment in the global timber market.

Also, authors reviewed causes of inefficient functioning of the forest industry and possible ways to solve those problems.

Timber industry complex, production of wood products, the global forest sector Zausaev V.K., Khabarovsk Far Eastern Russia Timber Industry: Shall we Miss Forest for the Trees This article describes the actual situation at the forest industry of the Russian Far East, that characterized by the exhaustion of the concentrated and economically available forest resources.

There is also formulated the main problems' complex, that demanding the decision, for transformation this sector into the most important reproduction sphere of economy of the Far East.

Far East, forest industry, forest resources, raw material specialization, wood processing, domestic market, pricing, strategy of development Porfiriev B.N., Moscow Forest Fires and Forestry Development: Opportunities for Investment Maneuver Increasing number and impact produced by forest fires not only incur significant economic damage but are also followed by ecosystems' degradation and growing emissions of greenhouse gases. The paper contemplates the existing situation and reveals the strategies to reduce the GHG emissions. The effectiveness of investments in forestry development and comprehensiveness of the sustainable forestry policy are considered.

Forest fires, greenhouse gases (GHG), ecological and economic effectiveness of investments Kozlovskaya O.V., Akerman E.N., Tomsk The Study of Regulatory Support for Innovation Activity in the Regions -Members of the Association of Innovative Regions of Russia.

The results from the analysis of regulatory support of innovation activity in the regions members of the Association of innovative regions of Russia were presented, including the evaluation of the completeness of legal regulation, the enforcement and the legal rules coherence. There were revealed the specific features of state support of innovation activity in each region with reference to regulatory device, financial, economic, informational and стр. organizational mechanisms. There was demonstrated the necessity of monitoring system of the regional legislation and formulation of proposals on harmonization of federal and regional regulatory support for innovation activity.

Innovation policy, government support for innovation, regulatory support Round Table Models of Cooperation between Universities, Colleges, Corporations, and Institutions in the Sphere of Hi-Tech Entrepreneurial Activity (lnterra-2013) The session on Modern Business Incubation was held on September 7, 2013, Novosibirsk Technopark within the framework of lnterra-2013 Forum. The paper presents a review of the materials concerning the modern development programs aimed at start-ups and discussed at the round table on Commercialization of R&D.

lnterra-2013, business incubation, universities, colleges, commercialization Kuznetsov E.B., Moscow This is not About Money Current situation in the formation of innovation ecosystem in Russia, revealed issues, and efforts of the federal government and regional governments to find answers to global challenges in Interview of Director of Strategic Communications of the Russian Venture Company E.B.

Kuznetsov.

Innovation policy, the RVC, venture capital, business competence Glazyrina I.P., Klevakina E.A., Chita Economic Growth and Income Inequality in Russian Regions This paper explores the relationship between the level of economic development of Russian regions (characterized by gross regional product - GRP - per capita) and income inequality within the regions. Income inequality is found to rise in the majority of regions with the rise in per capita GRP, orientation of a regional economy on mining proving not to be a significant factor. The positive correlation between per capita GDP and Gini coefficient is determined by basic factors of the national wealth distribution in the national economy as a whole.

Income inequality, gross regional product per capita, Kuznets curve Rudakov M.N., Shegelman I.R., Petrozavodsk Concerning the Essence and Content of Regional Strategy of Social and Economical Development The analysis of official statistical data and documents of regional strategic development allowed defining the main "points of pain" of strategic planning in the region. The methods of the influence on the regional strategic development are not fitting to the real powers and the available resources, and the mechanical usage of the corporate management tools is supplemented by weakness of middle-term and current planning overestimation of formal factors of economic development.

Economic strategy, region, management, foreign economic relations, transport, tourism Potravny I.M., Kalavry T.Yu., Larin A.S., Moscow, Yakutsk Analysis of Influence of Large Projects in the Field of Nature on the Environment and Population: Environmental and Social Aspects The article deals with economic and social aspects of evaluation of environmental impact during the feasibility study of large-scale projects. It analyses the environmental and стр. social impact of design and construction of Kankun hydropower plant in the South of Yakutiya.

It also studies the subject of the influence of large-scale projects on social and economic development of a territory and its inhabitants living conditions.

Evaluation of the environmental impact, large-scale projects, compensatory measures, environmental and social aspects of the living conditions of the population Samsonov N.Yu., Dudkin N.V., Moscow Gold Mining in Russia: where Do We Go?

In the paper authors give detailed analysis of gold mining industry development in Siberia and the Far East in 2007 - 2012 considering it in the context of arising industry's and institutional problems.

Gold mining, deposits, Siberia and the Far East, ore and alluvial gold, regional infrastructure, tax system Artemov E.T., Ekaterinburg Lessons of the Past: in Defense of the Regional Branches of RAS The author of the article notes the ambiguity of the principal provisions of the Federal Law "On the Russian Academy of Science" and the Decree "On the Federal Research Organizations Agency", neither of which contain clear provisions with regard to the future of the regional branches of RAS.

Russian Academy of Science, reform, regional branches of RAS Kapoguzov E.A., Omsk The Institutional Aspects of the Evaluation of the Results of Administrative Reform In evaluating of the results of administrative reform in OECD countries and in Russia a lot of attention is paid to verifiable indicators the achieving the goals of the reforms. The convergence of tools but divergence of the results of the reforms is explained by differences in the context and institutional environment of reform. The evaluation is potentially can be manipulated, and that can be explained by new institutional economics.

New public management, extended economics of bureaucracy, the new institutional economics, institutional environment стр.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.