авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||

«А.В.Скиперских ЛЕГИТИМАЦИЯ И ДЕЛЕГИТИМАЦИЯ ПОСТСОВЕТСКИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕЖИМОВ Монография ...»

-- [ Страница 5 ] --

Кризис и распад советского государства послужили для них своего рода пусковым механизмом процессов перехода преимущественно национально-этническим формам социальной и политической Корреспондент. // 19 августа 2005 года. № 32.

Лейпхарт А. Демократия в многосоставных обществах. Сравнительное исследование. М. 1997. С. 54.

консолидации»290. Неслучайно, большой популярностью на раннем, «романтическом» этапе постсоветского транзита, пользовались политические акторы, связывавшие себя со стратегиями соискания новой национальной идентичности. Успехи движений «Латвийский путь», «Саюдис», политическая легитимация в Грузии З.Гамсахурдия, в Азербайджане А.Эльчибея и Л.Тер-Петросяна в Армении, движений «Бирлик» и политической партии «Эрк» в Узбекистане, украинского «Рух»

В.Чорновила являются убедительными доказательствами данного тезиса.

Победа ЛДПР на выборах в Государственную думу РФ в 1993 году, а также активизация националистических объединений с претензиями на «Память») политическую легитимацию (РНЕ А.Баркашова, подтверждают высокую конкурентноспособность стратегий политических акторов, конструирующихся вокруг националистической парадигмы.

Нужно признать, что политологический дискурс оперативно отреагировал на факт посткоммунистических транзитов, направив свой фокус на исследование их специфики. Практика транзитов явилась основанием для их классификации, представленной широким спектром версий как российских, так и западных политологов. На наш взгляд, отождествление судьбы того или иного постсоветского транзита с конкретной классификационной линией и ее дефиницией, не может не определять процессуальную специфичность выстраивания легитимационной архитектуры политической власти.

Так, американский политолог Л.Даймонд, рассуждая о гибридных режимах, порожденных посткоммунистическим транзитом, предлагает классифицировать трансформировавшиеся политические системы на шесть типов, в число которых попадают и постсоветские политические системы. Например, Л.Даймонд считает, что страны Балтии – Латвия, Литва и Эстония могут быть отнесены к либеральным демократиям (применительно к нашей классификации типов легитимности, есть основания предполагать протекание процесса легитимации политической власти с очевидной конструктивной составляющей)292. Молдова представляет собой электоральную демократию (конструктивная легитимность). К амбивалентным режимам, исследователь относит Армению, Грузию и Украину (конструктивная легитимность). К странам с конкурентным авторитаризмом относятся Белоруссия (параллельно персонифицированная легитимность) и Россия (параллельно конструктивная). Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Лапкин В.В, Пантин В.И. Ритмы международного развития как фактор политической модернизации России. // Полис. 2005. №3. С. 44.

Скиперских А.В. Легитимация политической власти в России в условиях становления и развития федеративных отношений: специфика и тенденции. Елец. 2003. С.64.

Например, С.Хантингтон считает, что процесс перехода в данных государствах можно считать уже состоявшимся. Прибалтийские государства успешно перешли к стабильной демократии. См. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М. 2003. С. 298.

Узбекистан принадлежат к группе стран с гегемонистским электоральным авторитаризмом (параллельно-персонифицированная легитимность).

Туркменистан, по мнению исследователя, относится к политически закрытому авторитаризму (параллельно-персонифицированная легитимность). Принимая во внимание выстроенные в данной классификации дефиниции, можно предположить каким в данных государствах мог быть легитимационный сценарий, в соответствии с которым политические акторы приобретали право на принятие и реализацию политических действий и решений, а также, какие парадигмы корректировали и настраивали его механизмы.

Классификация, введенная в научный оборот американским политологом М.Макфоллом, учитывает результаты первых выборов, произошедших в той или иной трансформирующейся политической системе. М.Макфолл считает, что именно первые учредительные выборы определяют дальнейший процесс транзита, его траекторию. Исходы учредительных выборов в постсоветских государствах были различны, что отразилось на конфигурации политических режимов, установленных в них.

«Постсоветское пространство представляет собой чрезвычайно пеструю картину либеральных, псевдолиберальных и откровенно авторитарных режимов»294, признает армянский исследователь Г.Погосян.

Интересной нам представляется классификация российского политолога Б.Макаренко, расположившего политические режимы, образовавшиеся на постсоветском пространстве, в пяти группах, в зависимости от осуществленной в политических системах в той или иной мере консолидации демократии. Б.Макаренко экзаменует политические системы постсоветских государств на демократичность, выставляя им своеобразный диагноз. Наиболее оптимальные, «выздоравливающие»

политические режимы, по его мнению, можно наблюдать в Литве, Эстонии и Латвии. «Есть надежда на поправку» в Молдове, Украине, России и Армении. «Хроническая болезнь» отличает политические системы Грузии, Беларуси и Азербайджана. В Кыргызстане, Казахстане и Таджикистане наблюдается опасная для демократии «острая стадия». Наконец, совершенно отсутствует оптимизм по поводу возможности каких-либо попыток демократической консолидации в Узбекистане и Туркменистане.

При классифицировании политических режимов на предмет их демократичности, Б.Макаренко руководствовался тремя параметрами, каждый из которых был связан с системой демократических выборов.

Шансы политических режимов на идентифицирование их как демократических, напрямую зависят от того, насколько действенна система выборов всех уровней власти, имеют ли место прецеденты смены власти в процессе выборов и подвергаются ли корректировке и Diamond L. Thinking About Hybrid Regimes. // Journal of Democracy. 2002. Vol.13. №2.

Погосян Г.А. Социальные трансформации в Армении. // Социс. 2005. № 12.С. 78.

изменениям основные процедуры демократических выборов.295 В заявленном контексте, неслучайно так однозначно квалифицируются политические режимы Узбекистана и Туркменистана. Что касается Туркменистана, то сам факт того, что избиратели практически освободили С.Ниязова от прохождения легитимационных процедур, связанных с процессом выборов, сделав его пожизненным президентом, говорит о том, что, по сути дела, постсоветский транзит в данном государстве развивался по особой, изначально не демократической траектории.

Ряд исследователей, занимающихся проблемами постсоветских транзитов, затрудняются представлять результаты полученных наблюдений в каких-либо классификационных системах. Т.Карл и Ф.Шмиттер считают, что практики транзитов являются «аномальной политикой», которую чрезвычайно сложно концептуализировать, потому как транзиты протекают «в условиях, когда события внезапны, акторы нетипичны, идентичности поколебимы, институты не функционируют, поддержку не возможно просчитать, выбор поспешен, а риски неизбежны и от них нельзя «застраховаться»296. Правда, несмотря на подобный скептицизм, этими авторами была осуществлена классификация транзитов на пактовые, навязанные, революционные и реформистские297. По мнению исследователей, практики всех представленных в классификации типов транзитов являются реальными за исключением революционных. Правда, произошедшие события в Украине и в Кыргызстане заставляют поставить этот тезис под сомнение, ввиду изначально разных условий протекания революционного сценария. И если в Украине мы имели дело с ситуацией еще продолжающейся трансформации, своеобразного «институционального дрейфа», то в отношении Кыргызстана подобная дефиниция выглядела бы достаточно смелой и необоснованной.

Американская организация «Freedom House», осуществляющая мониторинг демократии в политических системах мира, также оценивает состояние дел с развитием демократии в транзитивных постсоветских политических системах. По данным «Freedom House», опубликованным по итогам 2006 года, благополучно дела с демократизацией обстоят только в странах Балтии – Латвии, Литве и Эстонии. Отмечая их успехи, «Freedom House» присваивает данным государствам дефиницию консолидированные демократии (Consolidated Democracies), причём это подтверждается не только итогами 2006 года, а ежегодными пресс-релизами298. В докладе См. http://www.politnauka.org Карл Т.Л, Шмиттер Ф. Демократизация: концепты, постулаты, гипотезы. Размышления по поводу применимости транзитологической парадигмы при изучении посткоммунистических трансформаций. // Полис. 2004. №4. С.10 -11.

Там же. С.13.

«Freedom House» применяет следующую методологию при квалификации демократичности политического режима. Состояние демократии в политической системе оценивается по семи позициям:

процесс проведения выборов, гражданское общество, независимые СМИ, демократичность управления на национальном и региональном уровнях, независимость судебной системы и уровень коррупции.

«Страны переходного периода 2006», основанному на исследованиях по странам Восточной Европы и бывшего СССР, Латвия, Литва и Эстония лидируют по данным показателям, демонстрируя самые высокие результаты, причём в отношении Латвии можно констатировать некий прирост «демократичности».

State 1997 1998 1999 2001 2002 2003 2004 2005 Latvia 2,15 2,15 2,29 2,21 2,25 2,25 2,17 2,14 2, Lithuania 2,15 1,95 2,29 2,21 2,21 2,13 2,13 2,21 2, Estonia 2,1 2,05 2,25 2,13 2 2 1,92 1,96 1, Источник: http://www.freedomhouse.org Тем не менее, это не означает, что процесс демократизации развивается без каких-либо проблем. Они существуют в определённых, пусть и не совсем значительных масштабах и в Латвии, Литве и Эстонии. «Freedom House», в пресс-релизе за 2006 год отмечает, что в Латвии «СМИ, гражданское общество и правительство предоставляют достаточную информацию для привлечения граждан в процесс управления, но, несмотря на это, их желание голосовать значительно падает, о чём свидетельствуют мартовские муниципальные выборы»300. В Литве, также не обходится без проблем, сопровождающих демократизацию политической жизни страны.

«Freedom House» отмечает, что «по опросам общественного мнения, суды остаются в списке институтов, которым доверяют, во многом благодаря тому, что отмечается неудовлетворительное состояние тюрем и злоупотребление полномочиями полицией. Гражданское общество продолжает развиваться, вопреки слабым представлениям граждан и усилиям в отношении его»301. Что касается ситуации в Эстонии, то «существующие дискуссии в эстонском обществе по поводу избирательных кампаний и обязательств власти, являясь индикатором гражданского интереса, не привели к каким-либо активным шагам власти и реформам. Данные особенности ограничивают развитие гражданского общества и независимых СМИ»302.

В группу транзитных или гибридных режимов (Transitional Governments or Hybrid Regimes) по итогам 2006 года попали Украина (4,21), Грузия (4,86) и Молдова (4,96). Следует заметить, что в двух первых государствах Каждая позиция оценивается от 1(наилучший показатель) до 7 (наихудший показатель) баллов, после чего выводится средний показатель.

Как показывает таблица, в 2006 году наибольшего успеха в сравнении с предыдущим годом достигла Латвия. А Литва и Эстония сохранили свои показатели оп отношению к 2005 году.

http://www.freedomhouse.hu http://www.freedomhouse.hu http://www.freedomhouse.hu произошли «цветные» революции, а в Молдове была предпринята её попытка В группу полуконсолидированных авторитарных режимов (Semi Consolidated Authoritarian Regimes) «Freedom House» отнёс Армению (5,14), Кыргызстан (5,64), Россию (5,75), Таджикистан (5,93) и Азербайджан (5,93).

Наконец, полностью консолидированными авторитарными режимами (Consolidated Authoritarian Regimes) «Freedom House» определены Казахстан (6,39), Белоруссия (6,71), Узбекистан (6,82) и Туркменистан (6,96)303.

Данные «Freedom House» позволяют сделать вывод относительно положения дел с демократизацией в постсоветских политических системах, а также являются ещё одним своеобразным доказательством специфичности развития процессов легитимации и делегитимации политической власти в данных системах (более подробно об этом см.

Приложение, таблица 4).

На наш взгляд, специфичность процессу легитимации политической власти придает и выбранный вариант в меню альтернатив посткоммунистического транзита, в значительной мере определяющий дальнейшую диспозицию институтов политической власти в отдельно взятой политической системе. Выбранный вариант настраивает легитимационные механизмы, приводя их в соответствие с той или иной задачей, стоящей перед трансформирующейся политической системой.

Отсюда, неслучайно соответствие сценария легитимационной игры самой траектории транзита и наоборот.

Легитимация политической власти в трансформирующихся постсоветских обществах сложный и противоречивый процесс. Его продолжительность будет определяться тем, насколько эффективно и своевременно новообразованные политические системы будут справляться с имеющими место и возникающими проблемами. Специфичность процесса политической легитимации здесь является серьезным аспектом, существенно определяющим сроки протекания и результативность транзита.

http://www.freedomhouse.hu Заключение.

Легитимация власти – процесс признания за властью прав на принятие и реализацию политических решений, специфическая технология и необходимое условие становления властной субъектности, в последнее время все активнее становится предметом интереса политологического дискурса. Пристальность исследовательского фокуса, в который попадают проблемы политической власти, актуализировавшиеся в период демократизации, становится с каждым разом всё очевиднее. В этой связи, особое внимание, обращаемое на процесс легитимации политической власти, как неотъемлемого института власти, не представляется чем-то удивительным. Конечно, это вовсе не означает, что вопросы, связанные с легитимацией политической власти, являются характерной особенностью сегодняшнего времени. Власть всегда интересовало собственное воспроизводство. В каждую историческую эпоху перед властью стояли проблемы воспроизводства и самосохранения. Политическая власть всегда интересовалась вопросами собственного имиджа, его оценок теми, в отношении которых она (политическая власть осуществляла свою деятельность).

Легитимация представляет собой универсальный процесс. В нашем исследовании проблемы легитимации и делегитимации постсоветских политических режимов достаточное место было уделено раскрытию универсальности и многоплановости данных процессов. Их сущность изначально, не может не настраивать внимание исследователя на многообразность её проявлений и свидетельств. В своём исследовании, мы неоднократно обращали на это внимание. И всё же, на наш взгляд, данная особенность процессов легитимации и делегитимации объясняется довольно просто. Универсальность легитимации и делегитимации заключается в их методичности, в их неотменяемости как процессов. Они в каком-то смысле могут даже показаться вечными, презревшими всяческие попытки нивелирования их смысла и логики, уменьшения их значения и необходимости в целом. Интересно интерпретировал своеобразие и непреходящий характер легитимности Ш.Талейран, считая, что при легитимной власти, вне зависимости о формы правления, сам факт её существования и функционирования, укреплены «долгой чередой лет – предписанием веков»304. Действительно, ведь каждый день, каждый час, а возможно и каждую минуту, люди становятся её участниками, приобщаясь к ней посредством различных механизмов. Так и происходит политическая легитимация. Проявления легитимации политической власти достаточно заметны и в текстовых решениях политики. Легитимационные компоненты в политических текстах репрезентируются как субъектами, так и Талейран. Мемуары. М. 1959. С. 295.

объектами власти, что универсализирует их, наделяя особым смыслом и функциями.

Следует обратить внимание на то, что многоплановость легитимации, проявляющаяся в достаточно большом количестве интерпретаций её дефиниции, не ставит под сомнение существование властной вертикали и тех игроков, ради интересов которых формируется и функционирует эта вертикаль. Так или иначе, ценность легитимации является очевидной. Вне зависимости от ареала, в котором рассматривается легитимация, её положительный результат – всегда необходимое условие оправдания диспозиции политических акторов. Легитимный актор выступает носителем некоей гармонии, устраивающей объекта власти. Актор, испытывающий проблемы с легитимности и концентрирующий на себе делегитимационные вызовы, разумеется, не способен позиционироваться как гарант гармонии, как охранитель некоего легитимного порядка.

Феномен легитимации заключается в том, что при её помощи создаётся уникальная возможность конструирования (а в каких-то случаях, возобновление) субъектно-объектного диалога. Легитимация развивает субъектно-объектные интеракции, вырабатывая особый стиль в отношениях политических акторов - власти и народа.

Легитимационные и делегитимационные сценарии со временем могут приобретать некоторую специфичность, будучи воспроизводимыми в конкретном пространственном континууме. Способность процессов легитимации и делегитимации учитывать определённые правила игры, существующие в той или иной политической системе, и предлагающиеся к репрезентации тем или иным политическим режимом представляла особый интерес для автора, поэтому, неслучайно, для решения этих задач потребовалось отвести один из параграфов, где рассматривалась специфика легитимации политической власти в постсоветских государствах. Универсальность легитимации проявилась и в данном контексте – легитимация существует везде, где, так или иначе, существует власть. И вне зависимости от доминирующего типа политического режима в конкретной системе.

Любая власть является заинтересованной в определённой поддержке населения. Вопрос, связанный с легитимностью власти неизбежно актуализируется для правящего режима вне зависимости от его типа.

Легитимная власть осуществляет свои функции в течение того или иного периода гораздо с меньшими усилиями, нежели власть нелегитимная, которой постоянно приходится мобилизовать огромные объёмы ресурсов на преодоление сопротивления социальных слоёв и групп, на поиск оптимальной модели взаимодействия с объектным полем в целом.

Политический актор, испытывающий дефицит легитимности, оказывается скованным в способности принимать политические решения, потому как любое неверное решение ударяет по его репутации и компетентности.

Неуверенность политического актора, проявляющаяся в осторожных и подчас неэффективных решениях, лежит в основании модели «хромой утки»305. Объекты власти, наделившие политического актора – субъекта власти доверием, в данной ситуации, начинают понимать, что актор находится «не на своём месте», что, в свою очередь, объективирует настройку и запуск делегитимационных механизмов. С другой стороны, ценность статуса легитимного политического актора позволяет претенденту на обладание им играть честно, обеспечивая максимальную прозрачность принимаемых им политических решений. Процесс легитимации означает ещё и изменение конфигурации отношений между субъектом и объектом. Особенно актуально данное изменение для политических систем, идентифицируемым демократическими. Именно объект власти становится неким центром, контролирующим субъекта, потому как легитимность означает ещё и контроль. Объект власти становится держателем своеобразной «золотой акции», позволяющей сосредотачивать у себя в руках важнейшую функцию контроля над деятельностью субъекта власти. Субъект власти понимает это, и начинает действовать более аккуратно и ответственно. Контроль над действиями субъекта власти, осуществляющийся через легитимационные и делегитимационные механизмы, является, несомненно, уникальной возможностью для объекта власти требовать от субъекта некоторой честности и результативности. В данном случае, вероятность манипуляции сознанием объекта власти может минимизироваться в том смысле, что через некоторое время за поддержкой уже будет невозможно обратиться виду не выполненного объёма обещаний, данных субъектом власти.

Сам факт наличия такого института как делегитимация, своеобразной формы легитимации, позволяет признать перманентность, а потому и особую ценность легитимности как констатации, как свидетельства доверия к власти, проявляющегося в признании и подтверждении её прав на воспроизводство.

Разумеется, функциональная способность объекта власти может проявляться не в каждой политической системе. Помимо демократических систем, существуют ещё и авторитарные системы, отличающиеся несколько иным подходом к пониманию эффективной субъектно объектной диспозиции. Большое количество примеров, приведённых нами в исследовании, касающихся способов организации власти в постсоветских государствах, подтверждают это. Особые условия институционализации и развития политических процессов в них делают Модель «хромой утки» предполагает, что после половины срока полномочий, политический актор старается не принимать резких, силовых политических решений, которые могут привести к ненужному ему резонансу. Здесь, вопрос легитимности является достаточно принципиальным. Политический актор понимает, что риски невыгодных репрезентаций политического решения объектом власти, могут лишить его определённого фундамента для очередной легитимации, существенно затруднив легитимационные процедуры.

релевантными определённые типы легитимности как дефиниции сценариев субъектно-объектного взаимодействия.

Легитимация способствует достижению стабильности в вопросах воспроизводства власти. Легитимный политический актор оказывается не обременённым вопросами поиска доверия и поддержки. Политический актор некоторым образом освобождается от соискания признания со стороны объектов власти. Он уже узаконен в правах, будучи кредитованным легитимностью на определённый срок, в течение которого он пытается продемонстрировать тот или иной объём эффективности в конкретном пространственно-временном континууме. Именно на эту особенность указывал Н.Макиавелли применительно к шансам правителя быть почитаемым – «государь может не опасаться заговоров, если пользуется благоволением народа, и, наоборот, должен бояться всех и каждого, если народ питает к нему вражду и ненависть. Благоустроенные государства и мудрые государи принимали все меры к тому, чтобы не ожесточать знать и быть угодными народу, ибо это принадлежит к числу важнейших забот тех, кто правит»306. Исключительная важность легитимности как своеобразного залога и гарантии отмечалась и К.Ясперсом. Легитимный политический актор имеет неоспоримые преимущества в сравнении с нелегитимным актором. У политического актора, наделённого легитимностью, есть ресурс доверия масс, что является очень принципиальным фактором, определяющим качество и эффективность принимаемый легитимным политическим актором решений. В этой связи, К.Ясперс отмечает, что «носитель законной власти может править безбоязненно, опираясь на согласие народа. Властитель, не опирающийся на законность, испытывает страх перед народом, осуществляемое им насилие порождает насилие других, из страха он вынужден прибегать к всевозрастающему террору, а это, в свою очередь, ведёт к тому, что страх является преобладающим чувством в данном обществе. Легитимность подобна кудеснику, беспрестанно создающему необходимый порядок с помощью доверия»307.

Наверное, невозможно представить, что когда-нибудь власть станет столь совершенной, что риски её позиционирования будут практически сведены к минимуму. Какая бы не была власть, так или иначе, к ней всегда есть вопросы, потому как при каждом политическом режиму существуют недовольные ею (властью). На наш взгляд, принцип легитимности политической власти и заключается в способности власти организовать и такой порядок, который будет отвечать интересам большинства, то есть будет универсальным.

Данное качество легитимности представляется очень важным.

Особенно сегодня, когда мировой политический порядок является Макиавелли Н. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. М. 2006. С. 57.

Ясперс К. Смысл и назначение истории. М. 1991. С. 172.

многополярным, и, поэтому непредсказуемым. Политические системы, вне зависимости от институциональной стабильности в них, в современных условиях развития политического процесса вынуждены испытывать вызовы не только со стороны тех политических акторов, с которыми они связываются идентичностями, но и со стороны глобального порядка, конфигурация которого является достаточно эластичной. Особенно подверженными данным вызовам бывают сравнительно молодые политические системы.

Автор неслучайно в своём исследовании сделал акцент на материале постсоветского пространства. Выявить и объяснить закономерности и специфику развития легитимационных сценариев на постсоветском пространстве в условиях изменяющегося мира, когда слабы политические институты, а институты неформального права, наоборот являются слишком референтными и мощными для корректировки траектории развития политического процесс, когда системы испытывают дефицит ресурсов, позволяющих власти обеспечивать порядок, а значит и легитимность – представлялись для автора очень принципиальными и интереснейшими проблемами.

Секреты преодоления целого ряда проблем и достижения относительной стабильности молодыми политическими системами постосветского пространства, вне всякого сомнения, были связаны с определённым восприятием образов власти и политических институтов, в умении власти находить консенсус с народом. В этой связи, легитимация политической власти приобретала необходимую траекторию, учитывающую культурно-историческую и социально-экономическую специфику конкретной политической системы. Немаловажной составляющей легитимационного сценария выступала проблема подверженности системы коррупции. Именно исходя из указанных выше особенностей, на наш взгляд, и отправляется способность политической власти сохранить функциональность системы (Белоруссия), а в каких-то случаях и её уникальность, во многом вызванную инверсионными возможностями системы, её автаркичностью (Азербайджан, Туркмения). В ряде ситуаций наиболее релевантной оказывается пактовая модель (Украина, Молдова).

Исключительно важным для автора представлялся вопрос, связанный со способностью постсоветских политических систем среагировать на демократические ценности. Каждая политическая система, так или иначе, соприкоснулась с этим. Различный результат взаимодействия, на который оказал влияния опыт систем и их собственные представления о выборе оптимального политического режима для сохранения функциональности политического системы, является вполне логичным. Автор здесь не может дать волю эмоциям – трезвый рассудок исследователя и нейтральность оценки позволяют сделать выводы более и менее объективно.

Политические системы не выдержали испытания демократией (за исключением Балтии и в какой-то степени Украины) в силу целого ряда причин, что также позволяет оценить и предвосхитить возможные сценарии легитимации политической власти в дальнейшем.

Обобщая вышесказанное, на наш взгляд, также, следует акцентировать внимание на огромном инновационном потенциале, затрачиваемом политической властью в легитимационных процессах. Политическая власть постоянно нуждается в одобрении своих действий – данный факт только подтверждает её несовершенство. Поэтому и власть вынуждена задействовать колоссальные объёмы инновационного материала для поиска оптимальных комбинаций позиционирования перед источниками легитимности. Реализация легитимационных планов происходит с помощью технологического арсенала с одной стороны, а также, при помощи контроля над интерпретациями объектов власти. Процесс легитимации политической власти «происходит в истории различными путями, однако при этом всегда сохраняется определённая нормативная структура, которая позволяет выявить объективные и субъективные основания легитимности»308.

Постоянное развитие концепта легитимация, его высокая восприимчивость к инновационным импульсам, позволяют автору высказать предположение о дальнейшей релевантности легитимации в политическом процессе.

Уникальность легитимации политической власти как института ещё неоднократно будет анализироваться в научных рефлексиях и попадать в пристальный фокус политологических штудий в тех или иных контекстах.

Легитимация будет существовать всегда, равно как и интерес к ней.

Потому что всегда существует власть.

Ачкасов В.А, Елисеев С.М, Ланцов С.А. Легитимация власти в постсоциалистическом российском обществе. М. 1996. С. 45.

Указатель имён.

Абрамович Роман Адамкус Валдас Акаев Аскар Акаеве Бермет Акаева Майрам Алексий II (патриарх) Алиев Гейдар Алиев Ильхам Алиев Муху Алиева Мехрибан Алмонд Габриэль Арендт Ханна Аристотель Арон Раймон Артыков Арсен Байсалов Эдуард Бакай Игорь Бакиев Курманбек Баркашов Александр Барсуков Михаил Батдыев Мустафа Бауман Зигмунд Бекназаров Азимбек Белаш Вячеслав Бердымухаммедов Гурбангулы Берзиньш Гундарс Берл Лазар Блэр Тони Бойко Максим Боос Георгий Брундтланд Гро Харлем Буржанадзе Нино Вебер Макс Верба Сидней Витренко Наталья Владимир (патриарх) Волков Александр Воронин Владимир Воронин Олег Гавел Вацлав Гайда Юзеф Гайдар Егор Гайнутдин (муфтий) Гаман-Голутвина Оксана Гамсахурдиа Звиад Гельман Владимир Глухова Александра Гнассингбе Эйадема Говорин Борис Голосов Григорий Гонгадзе Георгий Горбачёв Михаил Горбунов Анатолий Грозин Андрей Груницки Николя Грэхем Томас Гусейнов Сурет Даймонд Ларри Дарендорф Ральф Даунс Энтони Деркач Андрей Доган Маттей Доренко Сергей Достоевский Фёдор Дробижева Леокадия Дюрчань Феликс Евдокимов Михаил Ельцин Борис Ехануров Юрий Жакиянов Галимжан Жильцов Сергей Жириновский Владимир Завершинский Константин Зинченко Александр Зязиков Мурат Илия II (католикос) Ильин Михаил Илюшин Виктор Исаев Игорь Искандаров Махмадрузи Истон Дэвид Кадыров Ахмат Казанцев Виктор Канетти Элиас Карамазов Иван Кара-Мурза Сергей Каримов Ислам Карин Ерлан Карл Терри Линн Карозерс Томас Квасьневский Александр Кириенко Сергей Кирилл (митрополит) Киселёв Николай Козак Дмитрий Козырев Андрей Коллор Фернанду Коржаков Александр Королёв Олег Кох Альфред Кочарян Роберт Кравчук Леонид Крыштановская Ольга Кулибаев Тимур Кулиев Расул Кулов Феликс Кучма Леонид Ландсбергис Витаутас Лапкин Владимир Ледяев Валерий Лейпхарт Аренд Ленин Владимир Литвин Владимир Лужков Юрий Лукашенко Александр Лукин Александр Луман Никлас Лучинский Пётр Магомедов Магомед-али Макаренко Борис Макиавелли Никколо Макфолл Майкл Малинкович Владимир Мальгин Андрей Марков Сергей Маркс Карл Медведчук Виктор Мери Леннарт Мирзиеев Шавкат Мирзоев Сергей Милинкевич Александр Михеев Сергей Мунги-Пиппиди Алина Мороз Александр Моска Гаэтано Мусабеков Расим Набиев Рахмон Назарбаев Нурсултан Назарбаева Дарига Назарчук Александр Ниязов Сапармурат Окуджава Булат Олимпио Сильванус Олкотт Марта Омельченко Александр Отунбаева Роза Паксас Роландас Памфилова Элла Пантин Владимир Пинчук Виктор Погосян Геворк Погребинский Михаил Примаков Евгений Проданов Васил Путин Владимир Рахимов Муртаза Рахманин Валентин Рахмонов Эмомали Рейман Леонид Россель Эдуард Руткевич Михаил Руцкой Александр Рюйтель Арнольд Рябов Андрей Саакашвили Михаил Сайммонс Джон Сомоса Анастасио Дебайле Сандино Аугусто Сезар Санистебан Луис Сапир Жак Саркисян Гагик Сатаров Георгий Сегела Жак Селезнёв Геннадий Слюсаревский Николай Снегур Мирча Сосковец Олег Стародубцев Василий Степашин Сергей Строев Егор Суркис Григорий Сысуев Олег Талейран Шарль Тамаш Пал Ткачук Анатолий Текебаев Олег Тер-Петросян Левон Тимошенко Юлия Тиммерманн Хайнц Тихонов Владимир Тулеев Амангельды Уинч Питер Улунян Артем Урекяну Серафим Филарет (патриарх) Филатов Сергей Фозылбеков Адхамбек Фрадков Михаил Фрейберга Вайра Фэйрбэнкс Чарльз Хакамада Ирина Хантингтон Самюэль Харири Рафик Хлопонин Александр Ходырев Геннадий Хомский Ноам Хомейни (аятолла) Худоназаров Давлат Черников Павел Черномырдин Виктор Чорновил Владимир Чубайс Анатолий Шаймиев Минтимер Шеварнадзе Эдуард Шихмурадов Борис Шлежявичус Адольфас Шмиттер Филипп Штыров Вячеслав Шушкевич Станислав Эльчибей Абульфаз Ющенко Виктор Яковлев Владимир Янукович Виктор Ясперс Карл Список использованных источников и литературы.

1. Айвазова С.Г. Русские женщины в лабиринте равноправия. Очерки политической теории и истории. Документальные материалы. М. 1998.

2. Арель Д. Украина выбирает Запад, но без Востока.// Pro et Contra. 2005. Т.9. №1.

С. 39 - 51.

3. Аристотель. Политика. Собрание сочинений в 4-х томах. Т. 4. М. Мысль. 1984.

– 830 с.

4. Арон Р. Демократия и тоталитаризм. М. Текст. 1993. С.101.

5. Ачкасов В.А, Елисеев С.М, Ланцов С.А. Легитимация власти в постсоциалистическом российском обществе. М. 1996. – 125 с.

6. Бауман З. Индивидуализированное общество. М. 2002. С. 266 – 267.

7. Белаш В. Президент всего Того. // Коммерсант-Власть. №6 14 февраля 2005.

С.54-56.

8. Бойко А. Диктатор и его модель. Молдова – власть без легитимности. М.

Европа. 2005. – 52 с.

9. Будюкин Д. Представления о Старшей Крови в европейской традиции. // «Социально-гуманитарные науки в XXI веке. Личность и власть в трансформирующемся обществе. Липецк. 2004. С. 8 - 13.

10. Буко А, Буко Л. Паранойя, репрессии и наркобизнес в Бирме. // Le Mond diplomatique. 2006. № 5. С. 10 - 11.

11. Бхагвати Д. В защиту глобализации. М. Ладомир. 2005. – 448 с.

12. Валковска Л. Гайльэзерс меж двух властей. // 5 min. 1 декабря 2005. С.2.

13. Висоцький О. Легiтимацiйна полiтика: поняття i сутнiсть. // http://www.politik.org.ua/vid/magcontent.

14. Висоцький О. Сутність легітимації політики.

http://www.politic.org.ua/vid/magcontent.

15. Волошин О, Лазарев И, Дикий Е. Принуждение к миру. // Эксперт. 25 – декабря 2006. № 50 (99). С. 18 - 23.

16. Гавел В. Гостиница в горах. М. МИК. 2000. – 216 с.

17. Гайда Ю. Процесс легитимизации политической власти. // Элементы теории политики. Ростов. 1991. С. 403 - 427.

18. Гайдар Е.Т. Гибель империи. Уроки для современной России. М. РОССПЭН.

2006. – 440 с.

19. Галич А. Облака плывут, облака. М. ЭКСМО-пресс. 1999. – 496 с.

20. Гаман-Голутвина О.В. Региональные элиты России: персональный состав и тенденции эволюции. // Полис. 2004. №2. С. 14.

21. Гельман В.Я. Институциональное строительство и неформальные институты в современной российской политике. // Полис. 2003. №4. С. 7.

22. Глухова А.В. Политические конфликты: основания, типология, динамика (теоретико-методологический анализ). М. Эдиториал УРСС. 2000. – 280 с.

23. Глухова А.В., Рахманин В.С. Политическая конфликтология. Воронеж. ВГУ.

2002. – 294 с.

24. Голосов Г.В. Поведение избирателей в России: теоретические перспективы и результаты региональных выборов. // Полис. 1997. №4. С. 45.

25. Гришин Н.В. Основы проведения избирательных кампаний. М. РИП-холдинг.

2003. – 184 с.

26. Грозин А. Вещий Нурсултан. Казахстан становится Киргизией. // http://www.arabeski.globalrus.ru 27. Грозин А. Наследники Тамерлана. Клановая система Узбекистана. // http://www.arabeski.globalrus.ru 28. Громадська оцiнка фальсифiкацiй у другому турi выборiв Президента Украiны 21 листопада 2004 року. // http://www.uv.ukranews.com 29. Гросул В.Я., Гузенкова Т.С. Приднестровье. // Молдавия. Современные тенденции развития. М. РОССПЭН. 2004. – 494 с.

30. Грэхем Т. Новый российский режим. // Независимая газета. 23 ноября 2005.

31. Дарендорф Р. Дорога к свободе: демократизация и её проблемы в Восточной Европе. // Вопросы философии. 1990. № 9. С. 69 – 75.

32. Дарендорф Р. Элементы теории социального конфликта. // Социс. 1994. № 5. С.

142-147.

33. Дегтярев А.А. Прикладная политология. // Полис. 1997. №3. С. 171.

34. Динес В.А, Николаев А.В. Власть и знание: эволюция технократических концепций. // Власть.1998.

35. Дмитриев А.В. Социология политического юмора: Очерки. М. 1998.

36. Доган М. Легитимность режимов и кризис доверия. // Социс. 1994. № 6. С. – 155.

37. Дробижева Л.М. Аклаев А.Р, Коротеева В.В, Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90 – х годов. М. Мысль. 1996. – 382 с.

38. Другов А.Ю. Общество и власть в современной Индонезии. // Восток. 2004. № 3. С. 88.

39. Жеребцов М.В. Качественные методы в прикладном политологическом исследовании. // Вестник МГУ. Сер.12. Политические науки. 2005. №3. С. 19 – 33.

40. Жильцов С.С. Неоконченная пьеса для «оранжевой» Украины. М.

Международные отношения. 2005. – 264 с.

41. Жиро Т. Политология. Харьков. Гуманитарный центр. 2005. – 428 с.

42. Журавлёв В.Е. Легитимация Приднестровского государства: структурно функциональный подход. Тирасполь. «Перспектива». 2005. – 160 с.

43. Завершинский К.Ф. Легитимность: генезис, становление и развитие концепта. // Полис. 2001. № 2. С. 113 – 131.

44. Зазыкин В.Г. Психологические аспекты избирательного процесса. М.

Российский центр обучения избирательным технологиям при Центральной избирательной комиссии. 2002. – 128 с.

45. Звягельская И. Таджикистан как зеркало «исламской революции». // Pro et Contra. 2000. Т.5. №3. С. 48 – 63.

46. Зыгарь М, Соловьев В. Казах нерушимый. // Коммерсант-Власть. 5 декабря 2005. №48. С. 50 - 51.

47. Зыгарь М. Мастер-класс Ислама Каримова.// Коммерсант-Власть. №20. 2005. С.

52 - 55.

48. Игра в изолированном пространстве. // Эксперт. 10-16 июля 2006. №27. С. 47.

49. Ильин М.В. Феномен политического времени. // Полис. 2005. №3. С. 11.

50. Исаев И.А. Politika Hermetica. Скрытые аспекты власти. М. Юристъ. 2003. – с.


51. Итвел Р. Возрождение харизмы? Теория и проблемы операционализации понятий. // Социс. 2003. № 3. С. 9 - 19.

52. Итоги. 24 августа 2004. С.13.

53. Итоги. 30 ноября 2004. С. 11.

54. Итоги. 10 апреля 2006. С. 15.

55. Кадыров Ш. Этнические истоки и перспективы туркменской государственности. // Восток. 2003. №5. С. 110 – 125.

56. Каменев С. Современное социально-политическое положение Туркменистана.

// Центральная Азия и Кавказ. 2002.№2(20). С. 44 - 49.

57. Камышев Д, Черников П. Демократический процессор. // Коммерсант-Власть. июля 2005. №26. С. 32.

58. Канетти Э. Масса и власть. М.1997. С.314.

59. Капелистый И. Эта странная «революция тюльпанов». // Вестник Евразии.

2005. №2(28). С. 180 – 206.

60. Кара-Мурза С. Экспорт революции. Ющенко, Саакашвили… М. Алгоритм.

2005. – 528 с.

61. Карин Е. Бархатный сезон в Центральной Азии: кыргызстанская модель смены власти. // Вестник Евразии. 2005. №2 (28). С.199 - 202.

62. Карл Т.Л, Шмиттер Ф. Демократизация: концепты, постулаты, гипотезы.

Размышления по поводу применимости транзитологической парадигмы при изучении посткоммунистических трансформаций. // Полис. 2004. №4. С. 6 – 28.

63. Карозерс Т. Трезвый взгляд на демократию. // Pro et Contra. 2005. Т.9. №1. С. - 81.

64. Коммерсант-Власть. 7 октября 2002. №39. С.10.

65. Коммерсант-Власть. 16 февраля 2004. № 6. С. 68.

66. Коммерсант-Власть. 13 декабря 2004. №49. С.10.

67. Коммерсант-Власть. 27 марта 2006. № 12. С. 64.

68. Коммерсант-Власть. 10 апреля 2006. №14. С. 22.

69. Кому принадлежит Украина. // Коммерсант-Власть. 6 декабря 2004. №48. С. 56.

70. Корреспондент. 19 августа 2005. № 32.

71. Корреспондент. 25 марта 2006. № 11. С. 80.

72. Котляревский Ю.Л. Оранжевая революция. Глазами консультанта. Ростов-на Дону. Феникс. 2005. – 123 с.

73. Кравченко С.А, Романов В.Л. Социология и вызовы современной социокультурной динамики. // Социс. № 8. 2004. С. 3 - 12.

74. Краснов Б.И. Теория власти и властных отношений. // Социально политический журнал. №3-6. 1994. С. 76 – 84.

75. Крыштановская О. Анатомия российской элиты. М. Захаров. 2004. – 384 с.

76. Кудрявцев В.Н. Социальные деформации (причины, механизмы, пути преодоления). М. 1992. С. 133.

77. Кучма Л. Украина – не Россия. М. 2003. С. 45.

78. Кынев А. Синдром технолога. // Независимая газета. 27.05.2005. С.11.

79. Лапкин В.В, Пантин В.И. Ритмы международного развития как фактор политической модернизации России. // Полис. 2005. №3. С. 44 - 59.

80. Левитин Л. Узбекистан на историческом повороте. М. 2001. С. 19.

81. Ледяев В. Формы власти: типологический анализ. // Полис. №2. 2000. С.7.

82. Лейпхарт А. Демократия в многосоставных обществах. Сравнительное исследование. М. Аспект Пресс. 1997. – 287 с.

83. Лёхин И., Петров Ф. Словарь иностранных слов. М. Государственное издательство иностранных и национальных словарей. 1954. – 856 с.

84. Литвиненко А. «Оранжевая революция»: причины, характер, результаты. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 17 – 29.

85. Лукин А.В. Демократизация или кланизация? (Эволюция взглядов западных исследователей на проблемы в России). // Полис. 2000. №3. С. 72.

86. Луман Н. Власть. М. Праксис. 2001. – 256 с.

87. Лысенко В, Туровский Р. Губернаторы и бизнес: любовь по расчету? // Российская Федерация сегодня. 22 ноября 2002. С.43 - 45.

88. Макиавелли Н. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. М. АСТ.

2006. – 461 с.

89. Малашенко А. Постсоветские государства Юга и интересы Москвы. // Pro et Contra. 2000. Т.5. №3. С. 34 - 48.

90. Малинкович В. О причинах «оранжевой революции» в Украине. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 29 – 65.

91. Мальгин А.В. Украина: соборность и регионализм. Симферополь. Сонат. 2005.

– 280 с.

92. Манекин Р. Украина: власть, группы влияния и кланы. // Политическая элита.

М. ОЛМА-ПРЕСС. 2003. С. 85 – 107.

93. Марков С. «Оранжевая революция» - пример революции глобального сообщества XXI века. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М.

Европа. 2005. С. 65 - 91.

94. Маркс К. Капитал. Т. 1. М. Издательство политической литературы. 1967. – 908 с.

95. Масанов Н. Казахская политическая и интеллектуальная элита: классовая принадлежность и внутриэтническое соперничество. // Вестник Евразии. 1996.

№1(2).

96. Мельвиль А.Ю. О траекториях посткоммунистических трансформаций. // Полис. 2004. №2. С. 64 – 76.

97. Минаков С.Т. Хронотоп и этос досуга или рождение вечного праздника (размышления над могилой вещего Олега). // «Досужий мир. Отдых как форма культурного диалога». Орел. ОРАГС. 2006. С. 7 – 16.

98. Мирзоев С. Гибель права: легитимность в «оранжевых» революциях. М.

Европа. 2006. – 232 с.

99. Можаровский В.В. Религиозно-ментальные основания политики. СПб. ОВИЗО.

2002. – 291 с.

100. Морозова Е.Г. Политическое консультирование и избирательный процесс. М Российский центр обучения избирательным технологиям при Центральной избирательной комиссии. 2001. – 118 с.

101. Моска Г. Правящий класс. // Социс. 1994. № 10 С. 187 – 197.

102. Мошес А. Российский прессинг и притяжение Европы. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 101 – 111.

103. Мошес А. Украина: и всё-таки она движется! // Россия в глобальной политике. 2006. Т. 4. № 2. С. 82 - 94.

104. Мурзалин Ж.А. Влияние традиционности на функционирование института президентства в Казахстане. // Государство и общество в странах постсоветского Востока: история, современность, перспективы. Алматы. 1999.


105. Мусабеков М. Исторические особенности формирования азербайджанских элит. // Политическая элита. М. ОЛМА-ПРЕСС. 2003. С. 107 – 115.

106. Мухин А.А, Здоровец Я.И, Лунева А.В. Оранжевый закат, или История о том, как поссорились Юлия Владимировна и Виктор Андреевич. М. Алгоритм.

2005. – 272 с.

107. Никонов В. «Оранжевая революция» в контексте жанра. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 111 - 123.

108. Новая газета. // № 72. 29.09-02.10.2005. С.2.

109. Новая газета. // № 08 (1228). 05.02-07.02.2007. С. 16-17.

110. Олкотт М. Центральная Азия: перспективы смены власти. // Pro et Contra.

2005. Т.9. №1. С. 52 – 72.

111. Погосян Г.А. Социальные трансформации в Армении. // Социс. 2005. № 12. С. 77 – 86.

112. Погребинский М. Как Украина шла к «оранжевой революции». // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 123 – 137.

113. Поликанов Д. Политические технологии и Интернет. // Азия и Африка сегодня. № 9. 2002. С. 28 - 36.

114. Политический словарь. М. Государственное издательство политической литературы. 1958. – 702 с.

115. Президентът бие, министърът пада. // Труд. 10 юли 2006. С.7.

116. Разуваев В.В. Политический смех в современной России. М. ГУ ВШЭ.

2002. – 264 с.

117. Рижская дума теряет доверие жителей города (Латвия). // http://www.regnum.ru /news/579939.html 118. Рогозин Б.И., Лыжин Д.И. Проблемы реформирования агропромышленного комплекса Молдавии. // Молдавия. Современные тенденции развития. М. РОССПЭН. 2004. С. 11 – 53.

119. Руденко А., Сорокин А. Таджикистан в огне. Душанбе. Ирфон. 1993. – С.

288.

120. Русский Newsweek. №34. 12-18 сентября. 2005. С. 6.

121. Рябов А. Москва принимает вызов «цветных» революций. // Pro et Contra.

2005. Т.9. №1. С. 18 – 27.

122. Санистебан Л. Политические системы и легитимность. // Диалог. 1993. № 4. С. 45 – 49.

123. Сапир Ж. Российский крах. М. 1999. Интердиалект. С. 83.

124. Саркисян Г. Армения на пороге «бархатной революции». // Политический класс. 2006. № 9 (21). С. 58 – 68.

125. Сатаров Г. А. Антикоррупционная политика. М. РА «СПАС». 2004. – с.

126. Сегела Ж. Национальные особенности охоты за голосами. М. Вагриус.

1999. – 263 с.

127. Скиперских А.В. К вопросу о современной типологии легитимности политической власти. // Материалы международной научной конференции «Человек-Мир-Культура». Киев.2004. С. 782-784.

128. Скиперских А.В. Легитимация политической власти в России в условиях становления и развития федеративных отношений: специфика и тенденции.

Елец. ЕГУ. 2003. – 188 с.

129. Скиперских А.В. Местничество в постсоветских государствах Юга как один из принципов рекрутирования в политическую элиту. // Вестник Волжского университета им.В.Н.Татищева. Тольятти. ВУиТ. 2004. С. 178 – 186.

130. Скиперских А.В. Методы политологической науки в комментариях и схемах. Елец. ЕГУ. 2005. – 28 с.

131. Скиперских А.В. Персонифицированная легитимность. // Свободная мысль-XXI. 2005. №8. С. 191 – 204.

132. Скиперских А.В. Присяга В.Ющенко как легитимационная мистерия. // Материалы Всероссийской конференции «Досужий мир: отдых как форма культурного диалога». Орёл. ОРАГС. 2006. С. 91 – 95.

133. Скиперских А.В. Технологии политической легитимации. Елец. 2005. – 102 с.

134. Соловьев А.И. Политические коммуникации. М. 2004.

135. Талейран. Мемуары. М. Издательство института международных отношений. 1959. – 439 с.

136. Тамаш П. Роль элит в венгерском «мягком переходе». // Pro et Contra. Том 1. №1. 1996. С. 98.

137. Танин-Львов А.А. Выборы во всем мире. Электоральная свобода и общественный прогресс. Энциклопедический справочник. М. РОССПЭН. 2001.

– 1112 с.

138. Тиммерманн Х. Особый случай Белоруссии. // Россия в глобальной политике. 2006. Т. 4. № 2. С. 96 - 106.

139. Тимошенко Ю. Я такого идиотизма в жизни не видела. // Коммерсант – Власть. 20 февраля 2006. №7. С. 18.

140. Тирских М.Г. Трансформация политических режимов: государственно правовое исследование. Иркутск. ИОГНИУ. 2006. – 163 с.

141. Толпыго А. Что произошло в ноябре – декабре 2004 года? // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 187 - 195.

142. Улунян А.А. Политическая история Греции. М. Высшая школа. 2004. – 197 с.

143. Федеральный конституционный закон «О чрезвычайном положении»// Собрание законодательства Российской Федерации. 30.05.2001. № 23. Ст. 2277.

144. Фесенко В. Выборы пополам с революцией. // «Оранжевая революция».

Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 195 – 207.

145. Фетисов А.С. Политическая власть: проблемы легитимности. // Социально-политический журнал. 1995. № 3. С. 101 – 112.

146. Финько А. Выборы 2004 года: основные конфликты и их последствия. // «Оранжевая революция». Украинская версия. М. Европа. 2005. С. 207 - 231.

147. Хайден У, Ротарь И. Стратегия узбека. // Русский Newsweek.21-27 ноября 2005. №44. С. 44.

148. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М. АСТ. 2003. – 603 с.

149. Ходнев С. Вся королевская дичь. // Коммерсант-Власть. 2005. №35. С. 67.

150. Цыганков А.П. Современные политические режимы: структура, типология, динамика. М. Интерпракс. 1995. – 296 с.

151. Черников П. Рейтинг публичности власти. // Коммерсант-Власть. 2006.

№3. С. 63 - 69.

152. Черников П. 1002 дела за 311 дней. // Коммерсант-Власть. 13 марта 2006.

№10. С. 28-33.

153. Шульце П. Борьба за ближнее зарубежье: Украина, Россия и европейский союз. // Оранжевая революция. М. Европа. 2005. С. 245 – 259.

154. Юлия Тимошенко о политических уроках 23-24.12.2003г. // http://www.tymoshenko.com.ua/rus / news/first/1310/ 155. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М. Издательство политической литературы. 1991. – 527 с.

156. Arendt H. On violence. Crisis of the republic. New York. 1972. P. 140-143.

157. Burundi and Rebels Take a Step Toward a Cease-Fire. // The New York Times.

Monday. June 19. 2006. P.A8.

158. Chomsky N. On Nature And Language. Cambridge. Cambridge University Press. 2002. - P. 206.

159. Diamond L. Thinking About Hybrid Regimes. // Journal of Democracy. 2002.

Vol.13. Number 2.

160. Downs A. An Economic Theory of Democracy. N.Y. 1957. P. 36.

161. Fairbanks Ch.H. Revolution Reconsidered. // Journal of Democracy. January 2007. Volume 18. Number 1. - P. 42 - 57.

162. Fiorina M. Retrospective Voting in American National Elections. New Haven.

1981. Р. 5.

163. Krushelnycky A. An Orange Revolution. London. Harvill Secker. 2006. – P.

164. Lipset S.M. Political Man. The Social Basis of Politic. Baltimore. Maryland.

The John Hopkins University Press. 1981. – 586 P.

165. Lipset S.M., Shnider W. The confidence Gap. Business, Labor and Government in the public mind. Baltimore. The Johns Hopkins University Press.

1983. P. 378.

166. Makropolitische Konfliktforschung. Westdeutscher Verlag. 1978. S.590.

167. Mungiu-Pippidi A. Corruption: diagnosis and treatment. // Journal of Democracy. July 2006. Volume 17. Number 3. P. 86 – 99.

168. Politkovskaya A. Putin`s Russia. London. Harvill Secker. 2004. - P. 302.

169. Roeder P. 1994. Varieties of Post-Soviet Authoritarian Regimes. // Post-Soviet Affairs. Berkeley. Vol.10. №1.

170. Rothschild J. Ethnopolitics: A Conceptual Framework. New York. 1982. P.14 16.

171. Simmons A. John. Justification and Legitimacy. Cambridge. 2001. – 276 P.

172. Wedel J.R. Collision and Collusion: А Strange Case of Western Aid to Eastern Europe. New York. St.Martins Press. 1998. P.104.

173. Winch P. The Idea of a Social Science. // Rationality. Oxford. 1970. P.9-10.

174. http://www.abkhazeti.ru/news_detail.htm 175. http://www.freedomhouse.org 176. http://www.politnauka.org 177. http:// www.president2004.strategema.org.

178. http://www.news.uaportal.com/pub/news/ Приложение.

Таблица 2.

Политические акторы в «цветных» революциях на постсоветском пространстве (2003 – 2006 гг.) Государства Грузия Украина Молдавия Кыргызстан Узбекистан Белоруссия Политические акторы + + + + - + Политические партии + + + + - + Молодёжные организации + + + + - + НПО + + + - - + Группы досуговой сферы + + - - + Церковь + + + + + Маргиналы + + + + + Харизматические лидеры + + + + - Оппозиция + + + + - Мэры городов-столиц + + + + - + Внешние игроки Примечание.

1. В таблице проанализированы легитимационные сценарии политических акторов, так или иначе, предпринявших попытки инкорпорации в правящую элиту посредством репрезентаций революционных проектов. Эффективность легитимационного замысла, на наш взгляд, коррелирует с количеством задействованных в революционном проекте акторов. Отсутствие серьёзных ресурсов в случаях Узбекистана и Белоруссии, в каком то смысле, объективирует неудачную попытку смены правящего режима.

2. Невыразительность ресурсов, использованных в делегитимации режима И.Каримова, объясняется тем, что в отличие от других, представленных в таблице пространственных континуумов, в Узбекистане не проходили выборы. «Андижанский формат» не смог получить продолжения – политические акторы не подготавливались к протестным действиям, что объясняет отсутствие синхронности в их претензиях и рассеянность социальной базы в целом.

3. Под политическими акторами – внешними игроками, понимается роль внешнего фактора в легитимации и делегитимации политического режима. Практически все «цветные» революции задействовали данный компонент, выстраивая легитимационную архитектуру. Успех легитимации и делегитимации был прямо пропорционален активности внешних игроков, существенно поддерживающих оппозиционные элиты в их противостоянии с правящим режимом.

4. Эффективность легитимации посредством реализации революционного проекта тесным образом связана с деятельностью НПО. Как видно из таблицы, смена политических элит успешно произошла в тех системах, где НПО организовывали свою работу (кроме Молдавии, несмотря на то, что в «Коалицию-2005» входила 91 НПО).

Для сравнения, в Кыргызстане осуществляли свою деятельность 170 НПО (Фонд Евразия, Национально-демократический институт, «Freedom House», IFES, USAID).

Таблица 3.

Система фильтров, влияющая на политическую легитимацию акторов – глав ветвей власти государств на раннем этапе постсоветского транзита (1991-1993 гг.).

Профессионализм Возраст актора актора Гендер* ЛЕГИТИМАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО АКТОРА Этничность Идеологизированность актора актора Примечание.

Представленная выше система фильтров, разрешающих политическому актору легитимироваться, работает для всех случаев постсоветского транзита. Легитимация политического актора не могла не сопровождаться определёнными констатациями его способности принимать и реализовывать политические решения. Выдвинутая гипотеза относительно комплексности проявлений способности конкретного политического актора взять на себя ответственность за принимаемые решения будет защищена ввиду большого количества примеров, когда легитимационная архитектура в ряде ситуаций, так или иначе, представляла собой эффективную игру с несколькими фильтрами.

* Практически во всех случаях постсоветского транзита на раннем этапе, легитимация политических акторов – глав ветвей власти, проходила с учётом их гендерной идентичности. Все избранные, либо назначенные главы ветвей власти (что подтверждает релевантность одного из авторских сценариев персонифицированной легитимации) были мужчины. Исключение составляет ситуация в Литве с премьер министром К.Прунскене от «Саюдиса» (1990-1991 гг.). Дальнейшая демократизация увеличила количество женщин – глав ветвей власти в постсоветских государствах.

Таблица 4.

Состояние демократичности постсоветских государств в оценке «Freedom House» (2005//2006 гг.).

Electoral State Corruption process Civil Society Independent media Governance N//L 2,5//2,5 1,5//1,5 2,0//2,0 1,5//1,5 2,25/2,5//2,25/2, Estonia 3,5//3,25 1,75//1,75 1,75//1,75 1,5//1,5 2,25/2,5//2,00/2, Latvia 3,75//4,0 1,75//1,75 1,5//1,5 1,75//1,75 2,5/2,5//2,5/2, Lithuania 5,75//5,75 5,75//5,75 3,5//3,5 5,5//5,5 5,00/5,50//5,00/5, Armenia 6,25//6,25 6,25//6,5 4,75//5,0 6,0//6,0 6,0/6,0//6,0/6, Azerbaijan 6,0//6,25 7.0//7,0 6,75//6,75 6,75//6,75 6,75/6,5//7,0/6, Belarus 5,75//5,5 4,75//4,75 3,5//3,5 4,25//4,25 5,5/6,0//5,5/5, Georgia 6,5//6,5 6,5//6,5 5,5//5,75 6,5//6,75 6,5/6,25//6,75/6, Kazakhstan 6,0//6,0 6,0//5,75 4,5//4,5 5,75//5,75 6,0/5,75//6,0/6, Kyrgyzstan 6,25//6,0 4,0//3,75 4,0//4,0 5,0//5,0 5,75/5,75//5,75/5, Moldova 5,75//6,0 6,0//6,25 4,75//4,75 6,0//6,0 5,75/5,75//6,0/5, Russia 6,25//6,25 6,0//6,25 4,75//4,75 6,0//6,25 6,0/5,75//6,25/5, Tajikistan Turkmenistan 6,5//6,75 7,0//7,0 7,0//7,0 7,0//7,0 7,0/7,0//7,0/7, 5,75//5,75 3,5//3,25 3,0//2,75 4,75//3,75 5,0/5,25//4,5/5, Ukraine 6,0//6,5 6,75//6,75 6,5//7,0 6,75//7,0 6,5/6,25//7,0/6, Uzbekistan Источник: http://www.freedomhouse.org Примечание.

1. Автор выбрал для анализа наиболее проблемные по его мнению позиции, несмотря на то, что в пресс-релизе комментируются ещё некоторые аспекты демократичности правящего режима. Тем не менее, по этим показателям уже можно сделать вывод об особенностях легитимации делегитимации политической власти в постсоветских государствах. В таблице приводятся данные за 2005//2006 годы. При сравнении можно сделать вывод о состоянии отдельно взятого политического режима.

2. В последней колонке оценивается уровень демократичности государственной и местной власти. Из таблицы видно, что показатели не всегда совпадают, и в каких-то политических системах местное самоуправление находится ещё в более проблемной ситуации, нежели государственная власть.

3. Из таблицы видно, что применительно к отдельным политическим системам, «Freedom House» не спешит фиксировать какие-либо изменения, произошедшие за истекший год. В то же время, встречаются и случаи, где были достигнуты изменения (судя по полученному индексу). Как правило, более или менее значительные изменения политического ландшафта коснулись тех политических систем, институты которых трансформировались ввиду революционных репрезентаций. Обращает на себя внимание некоторый успех Таджикистана в позиции уровень демократичности местной и государственной власти.



Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 ||
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.