авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 |

«Содержание Страны Иберо-Америки в "Группе двадцати" Автор: П. П. Яковлев.................. 1 Инновационная политика Бразилии Автор: Л. Н. Симонова........................... 16 ...»

-- [ Страница 3 ] --

К этому времени у Понсе де Леона уже созрела идея экспедиции в северном направлении для поисков мифического острова Бимини, на котором якобы имелся источник, вода из которого обладает удивительными свойствами и способна сделать старика молодым.

Рассказы об этом острове были широко распространены среди аборигенов Больших Антильских островов. Скорее всего, они возникли на основе имевшейся у карибских индейцев отрывочной информации о цивилизации майя. Кроме того, не следует сбрасывать со счетов существовавшие в средневековом европейском фольклоре предания о "фонтане вечной молодости", находящемся на неком чудесном острове в океане. В начале эпохи Великих географических открытий поиски разного рода легендарных островов (Семи городов, Одиннадцати тысяч дев, Сибола и др.) были весьма популярны среди исследователей3.

Современник Понсе де Леона Гонсало Фернандес де Овьедо в своей знаменитой "Истории Индий" утверждал, что тот хотел найти остров Бимини с его чудесным источником, поскольку сам имел определенные проблемы со здоровьем. Однако современные исследователи ставят это под сомнение, указывая на тенденциозность и недостоверность информации Овьедо5. В любом случае у Понсе де Леона, безусловно, были и другие более прозаические и более реалистические цели - он явно рассчитывал об * В конце XIX в. высказывалась гипотеза о том, что Флорида якобы была открыта еще в ходе второй экспедиции Колумба, однако она была достаточно быстро отвергнута.

стр. Автограф Попсе де Леона наружить новые земли, богатые драгоценными металлами и потенциальными рабами, правителем которых он бы мог стать, не опасаясь ничьей конкуренции. Наконец, очевидно, что, как и у многих других лидеров и активных участников Конкисты, у Понсе де Леона был неугомонный характер, не позволявший ему сидеть сложа руки.

Не позднее первой половины 1511 г. (т.е. в то время пока еще он официально был губернатором Пуэрто-Рико) Понсе де Леон начал добиваться от властей метрополии соответствующих санкций для реализации своих замыслов. Здесь его интересы в очередной раз пересеклись с интересами семьи Колумбов, так как на территории, расположенные к северу от Эспаньолы (еще не открытые), претендовал брат первооткрывателя Нового Света Бартоломео Колумб. Однако в этом вопросе король Фердинанд поддержал Понсе де Леона. Свою роль здесь очевидно сыграли два момента:

во-первых, аристократическое происхождение конкистадора, а также заслуги и близость его рода к династии Трастамара;

во-вторых, явное нежелание монарха расширять "сферу влияния" семьи Колумбов.

1 августа 1511 г. королевскому казначею Мигелю де Пасамонтс было поручено изучить предложения Понсе де Леона, а 23 февраля 1512 г. король Фердинанд выдал ему официальные полномочия для открытия и колонизации острова Бимини (в тексте "Beniny")6.

Во многом этот документ повторяет другие аналогичные колониальные пожалования того времени. Его адресат становился королевским аделантадо и получал монопольное право в течение трех лет заниматься поисками вышеназванного острова. Для этого он мог за свой счет снаряжать корабли и нанимать людей, исследовать любые территории, которые он сможет найти в ходе своих путешествий, и вступать во владение ими при условии, что они не находятся во владениях португальской короны (т.е. согласно Тордесильясскому договору попадают в испанскую "половину" Земного шара). Он становился пожизненным правителем всех найденных им островов и земель. В течение двенадцати лет он также должен был получать там одну десятую часть всех доходов и сборов, причитающихся короне. Отправлявшиеся с ним поселенцы освобождались от налогов и податей на один год.

Тем временем обстановка на Пуэрто-Рико складывалась не слишком благоприятно для Понсе де Леона. Его начали обвинять в разного рода злоупотреблениях, в том числе финансовых, а все его бумаги изъяли для проверки. Была предпринята попытка конфисковать принадлежавшее ему судно и арестовать его капитана (Хуана Боно де Ксхо). На какое-то время Понсе де Леон оказался фактически под домашним арестом.

Впрочем, к концу 1512 г. его положение несколько улучшилась: Диего Колумб не стремился раздувать конфликт (тем более, что король лично запретил ему посягать на собственность Понсе де Леона и велел хорошо с ним обращаться). Конкистадора снова взяли на службу, ему вернули корабль. В начале 1513 г. на остров прибыл Родриго де Москосо, назначенный новым стр. губернатором. При нем Хуан Понсе де Леон получил возможность спокойно заниматься подготовкой к экспедиции.

Для экспедиции были снаряжены три корабля: каравеллы "Санта-Мария-де-ла Консоласьон", "Сантьяго" и бригантина "Сан-Кристобаль". Их капитанами Понсе де Леон назначил людей, лично знакомых ему по кампаниям на Кубе и Пуэрто-Рико (соответственно упоминавшегося выше де Кехо, Диего Бермудеса и Хуана Переса де Ортубиа). Штурманом экспедиции (не совсем понятно, главным или одним из нескольких) был Антон де Аламинос - уроженец Палоса, участник четвертой (а возможно, и третьей) экспедиции Колумба - в то время уже достаточно опытный мореплаватель, впоследствии прославившийся своими открытиями в Мексиканском заливе. В литературе можно встретить утверждение о том, что якобы в составе экспедиции было много стариков, надеявшихся "омолодиться" благодаря заветному источнику7. Из имеющихся в нашем распоряжении данных об экипажах и пассажирах кораблей Понсе де Леона сложно сделать однозначное заключение на этот счет. В списках все участники экспедиции разделены на три группы. Первая - капитаны, боцманы, баталеры, матросы. Вряд ли среди них были немощные люди - любое плавание на судах того времени, а тем более плавание по неизвестным водам, которое собирался предпринять Понсе де Леон, требовало от команды огромной напряженной физической работы, справиться с которой мог только здоровый и нестарый человек. Вторая группа включала подростков (юнги, пажи, "комнатные служки") - здесь вопрос о преклонном возрасте отпадает сам собой. Остается третья, самая малочисленная, группа - "пассажиры" или "поселенцы" (gente de tierra) - их было всего десять человек. В их состав входил сам руководитель экспедиции - человек еще явно не старый - ему было около 38 лет, два раба (видимо, находившиеся в его личном услужении, тоже, скорее всего, не пожилые) и еще семь человек, о которых нам практически ничего не известно (имена двоих даже не читаются). Единственное, что мы знаем, что среди них была как минимум одна женщина - Хуана Руис, которая может считаться первой женщиной европейского происхождения, ступившей на землю нынешних США8.

В полдень 3 марта 1513 г. флотилия отплыла из Пуэрто-Рико на северо-запад. Вскоре корабли подошли к уже достаточно хорошо известным испанцам Багамским островам (туда совершали набеги с целью захвата рабов). После коротких остановок на некоторых из них (скорее всего, на Сан-Сальвадоре и Большом Абако) экспедиция продолжила двигаться в том же стр. направлении, и вскоре ее участники заметили неизвестную землю. Это было побережье полуострова Флорида.

Здесь возникает несколько вопросов. Во-первых, не совсем понятно, когда именно Понсе де Леон достиг флоридского берега. В 1513 г. Пасха пришлась на 27 марта, и ряд исследователей полагают, что открытие было совершено именно в этот день. Другие считают, что это произошло позднее - 2 апреля. Во-вторых, еще большие споры вызывает вопрос о точном месте высадки испанцев. Разброс мнений здесь достаточно широк:

называются устье реки Сент-Джонс (недалеко от современного Джексонвилла), Дсйтона бич, бухта Понсе де Леон (к северу от Нью-Смирна-бич), район будущего Сан-Августина и т.п.9.

Подробная информация о маршруте первого плавания Понсе де Леона содержится по сути только в одном источнике - трактате Антонио де Эрреры. Другие источники - "Декады" Петера Мартира, "История Индий" Овьедо, сочинения Бартоломс де Лас Касаса и т.д. никаких подробностей на этот счет не содержат;

там есть лишь общие сведения и отдельные этнографические детали. Эррера же сообщает, что 27 марта экспедицией был замечен какой-то остров, однако никакой высадки произведено не было. Затем флотилия продолжала двигаться в том же направлении (т.е. на северо-запад) до 2 апреля, когда резко испортившаяся погода заставила испанцев искать укрытия в какой-то бухте. По словам Эрреры, в этот момент они находились на расстоянии 1 лиги от побережья, и их местоположение соответствовало 30°08' ЗД. К вечеру корабли подошли к самому берегу и встали на якорь10.

Известно, что Понсе де Леон и его люди первоначально приняли Флориду за остров.

Однако из текста Эрреры невозможно понять, идет ли речь об одном или о нескольких островах. Иными словами, было ли совершено открытие 27 марта (и дальше экспедиция двигалась вдоль побережья) или все-таки только 2 апреля (а до этого был открыт какой-то небольшой островок)? Что же касается приводимых Эррерой координат, то здесь следует помнить о серьезных ошибках в определении долготы, допускавшихся в то время.

В любом случае не подлежит сомнению тот факт, что 3 апреля Понсе де Леон впервые высадился на западном берегу открытого им полуострова Флорида, официально вступил во владение им и дал ему его нынешнее название. Выбор последнего был вполне очевиден: с одной стороны, как раз заканчивалась пасхальная неделя, которую в Испании называли "цветущим праздником" (Pascua florida или Pasqua de flores), а с другой - на испанцев произвела сильное впечатление пышная субтропическая растительность.

После этого мореплаватели продолжали двигаться на юг вдоль побережья Флориды.

Вскоре аделантадо обратил внимание на то, что, несмотря на попутный ветер, его корабли идут с большим трудом из-за сильного встречного течения - это был Гольфстрим, или как его первоначально называли испанцы "Багамский поток" (к тому времени они уже сталкивались с его отдельными участками). Понсе де Леон одним из первых заметил, что им удобно пользоваться при плаваниях в Европу. Течение было столь сильным, что из-за него в какой-то момент легкую бригантину "Сан-Кристобаль" отнесло далеко в море, и остальным кораблям пришлось делать остановку, чтобы ее дождаться. Во время этой остановки (и еще как минимум один раз) была организована высадка на берег, однако в обоих случаях стр. дело закончилось стычками с индейцами, напавшими на непрошенных гостей. Испанцы в свою очередь не остались в долгу и захватили в плен несколько человек. При этом участники экспедиции обратили внимание на то, насколько коренные жители Флориды сильнее, агрессивнее и воинственнее аборигенов Больших Антильских островов.

8 апреля корабли Понсе-де-Леона прошли мимо мыса Канаверал (он был назван Мысом течений - Cabo de las Corrientes);

в середине апреля они достигли южной оконечности полуострова, а затем и архипелага Флорида-Киз. Последний получил название Los Martires (Мученики), поскольку отдельные островки по своим очертаниям напоминали фигуры людей, испытывающих страдания.

Освободившись, наконец, от течения, экспедиция обогнула полуостров и вошла в Мексиканский залив. Некоторое время она продолжала двигаться на северо-запад, стремясь обогнуть открытый ей "большой остров", что естественно было невозможно.

При этом, очевидно, в какой-то момент путешественники довольно сильно отдалились от берега и на некоторое время потеряли его из виду. Некоторые историки склонны предполагать, что Понсе де Леон достиг бухты Пенсакола, расположенной уже за пределами собственно полуострова Флорида (но на территории современного штата Флорида). Однако Самуэль Элиот Морисон считает, что это было невозможно технически (учитывая среднюю скорость движения кораблей эскадры), и экспедиция достигла, скорее всего, устья реки Калусахатчи или гавани Шарлот-харбор, откуда и двинулась обратно.

По дороге произошел любопытный инцидент. 11 июня, находясь у юго-западного побережья Флориды, Понсе де Леон сделал остановку, главной целью которой было кренгование одного из кораблей для чистки его днища (обычная практика того времени);

попутно испанцы рассчитывали пополнить запасы пресной воды и продовольствия.

Неожиданно на горизонте появилось каноэ, где находился индеец, всячески демонстрировавший путешественникам свое дружелюбие. Когда он приблизился, то к удивлению людей Понсе де Леона выяснилось, что он немного изъясняется по-испански.

Индеец сказал, что послан к ним местным вождем-касиком, у которого есть золото и который очень хочет обменять его на испанские товары. Соответственно, он просил испанцев задержаться на несколько дней и дождаться прибытия касика. Конкистадор с радостью выслушал эти слова и стал ждать. Вскоре действительно появилось множество индейцев, но вместо того, чтобы начать товарообмен, они попытались напасть на испанские корабли. Атака была легко отбита, поскольку огонь испанцев не давал индейцам приблизиться к кораблям, а на большом расстоянии их стрелы не могли нанести существенного вреда бледнолицым пришельцам. Четверо атаковавших попали в плен, и двоих из них Понсе де Леон приказал отпустить, объяснив им жестами, что несмотря ни на что испанцы все равно хотят торговать с индейцами (видимо жажда золота пересиливала все остальные чувства и эмоции).

Через некоторое время те вернулись с известием, что касик прибудет на следующий день для торговли. Однако на следующий день произошло все то же самое: испанцы ждали, что им привезут золото, но вместо этого подверглись новой атаке индейцев. Отразив нападение без потерь, раздосадованный Понсе де Леон приказал поднять паруса и взять курс на Пуэрто-Рико. Очевидно, что этот эпизод еще стр. больше укрепил испанцев во мнении о том, что жители Флориды настроены крайне вероломно и недружественно. Впрочем, этому не следует удивляться, поскольку Флорида в то время уже стала местом убежища для индейцев с Больших Антильских островов, прекрасно знавших, чего можно ожидать от появления конкистадоров.

Не совсем понятно, как проходил обратный путь экспедиции. 21 июня, двигаясь на юг, корабли Понсе де Леона достигли небольших островков, которые они назвали Черепашьими (Las Tortugas, сейчас - Драй-Тортугас, штат Флорида), поскольку там в изобилии водились эти рептилии. Пополнив запасы провизии (за сутки испанцы добыли 160 черепах, использовавшихся в то время на судах в качестве "живых консервов", а также множество дичи), они продолжили движение в южном направлении. 26 июня мореплаватели увидели берег и два дня плыли вдоль него. Эррера утверждал, что это была западная оконечность Кубы12, однако некоторые историки полагают, что это была северная оконечность полуострова Юкатан;

в частности, С. Э. Морисон указывает на участок между мысом Каточе и мысом Прогрессо в районе современного мексиканского порта Мерида1. Аделан-тадо принял его за остров и назвал Бимини, очевидно, считая, что именно там должен находиться вожделенный источник.

Таким образом, Понсе де Леона можно считать не только первооткрывателем Флориды и участка Гольфстрима, но также одним из первооткрывателей Мексики - до этого в 1511 г.

на Юкатане в силу случайного стечения обстоятельств оказались Херонимо Агилар и Гонсало Герреро (корабль, на котором они плыли, потерпел крушение;

нескольким людям удалось спастись на шлюпке, которую прибило к берегу современного мексиканского штата Кинтана Роо, где испанцы попали в плен к индейцам, - выжить удалось только двоим). Однако информация о "невольном открытии" Агилара и Герреро стала известна не ранее 1519 г., когда их обнаружила экспедиция Эрнандо Кортеса 4. Что же касается открытия Понсе де Леона, то косвенным подтверждением того, что он действительно посещал Юкатан, может служить тот факт, что в 1517 г., т.е. спустя три года после рассматриваемых нами событий, его штурман Антон де Аламинос уверенно привел в этот район экспедицию Франсиско Эрнандеса де Кордобы, а еще через год - Хуана де Грихальвы.

Во второй половине XX в. пуэрториканский архивист и историк Аурелио Тио высказал предположение, что конкистадор также проследил участок мексиканского побережья вплоть до Сан-Хуан-де-Улуа (т.е. до места расположения современного Веракруса), однако достоверных доказательств этого нет15.

От Бимини Понсе де Леон взял курс на восток - он обогнул Кубу с севера и, воспользовавшись Гольфстримом, быстро добрался до Багамских островов. Там в районе острова Эльютера он приказал Антону де Аламиносу на "Сан-Кристобаль" еще раз "прочесать" этот регион на предмет поисков пресловутого фонтана вечной молодости, а сам 10 октября 1513 г. вернулся на Пуэрто-Рико. Туда же, спустя четыре месяца, прибыл Аламинос, корабль которого по дороге потерпел крушение и только чудом не потерял ни одного человека.

Главным результатом экспедиции Понсе де Леона, безусловно, было открытие Флориды, которая с тех пор почти на 300 лет попала в орбиту ис стр. панской колониальной экспансии. Это открытие стало стимулом к дальнейшему исследованию районов, расположенных к северу от Больших Антильских островов, т.е.

юго-востока нынешних США. Сам путешественник планировал основать на открытых им "островах" поселения ив 1514 г. получил на это соответствующее разрешение от короля Фердинанда. Однако обстоятельства заставили его отложить это предприятие на целых семь лет - до 1521 г. За это время его соотечественники совершили ряд важных открытий на американском юго-востоке и убедились, что "остров" Флорида на самом деле является частью материка.

В середине и второй половине 1510-х годов проникновение испанцев в Северную Америку шло двумя путями: со стороны Флориды, которую они продолжали посещать (отправной точкой при этом служили Большие Антильские острова), и с юга, со стороны современной Мексики, где постепенно шло открытие и исследование побережья Мексиканского залива. В обоих случаях имели место как целенаправленные исследовательские экспедиции, так и достаточно "случайные" путешествия золотоискателей, коммерсантов и работорговцев.

Что касается первого пути, то здесь в вышеуказанный период состоялось как минимум три путешествия, правда, к сожалению, информация о первых двух из них довольно скудна.

Так, между августом 1514 и ноябрем 1516 гг. рейд к берегам Флориды в поисках рабов для антильских плантаций совершил капитан Педро де Саласар. Он прошел вдоль западного побережья полуострова с юга на север и достиг Внешних отмелей - барьерных островов у берегов Северной Каролины. На одном из них он высадился и встретил дружелюбно настроенных индейцев, которые показались ему очень высокорослыми и сильными по сравнению с карибскими аборигенами. Соответственно островок получил звучное название - Остров гигантов, а около 500 его несчастных обитателей стали пленниками незваных пришельцев, державших их в нечеловеческих условиях (на Эспаньолу было доставлено только 150 человек - остальные умерли по дороге)16.

В 1516 г. из Гаваны к западному побережью Флориды отправился корабль капитана Диего де Мируэло. Не совсем понятно, занимался ли он торговлей с индейцами, либо охотился за рабами. Косвенным доказательством последнего могут служить обвинения, выдвинутые в следующем, 1517 г. хорошо известным нам Понсе де Леоном против губернатора Кубы Диего Веласкеса де Куэльяра, которого тот обличил в незаконном захвате и продаже трехсот флоридских индейцев (а привезти их на Кубу мог только Мируэло). Сложно также сказать, в каком именно месте побывали испанцы в 1516 г.

Известно, что, вернувшись в Гавану, Мируэло много рассказывал о достоинствах и красотах страны, которую он посетил. Отталкиваясь от отрывочных свидетельств, историки выдвинули несколько гипотез о месте его высадки (бухта Пенсакола, Тампа-бей и др.).

Если Саласар и Мируэло не ставили перед собой каких-либо существенных исследовательских задач, и их путешествия не имели большого географического и политического значения, то этого нельзя сказать о плаваниях 1517 - 1519 гг. Одним из главных действующих лиц этих плаваний был Антон де Аламинос, который к этому времени приобрел репутацию самого опытного штурмана в Западных Индиях.

стр. Маршруты экспедиций Кордобы и Грихальвы, штурманом которых был Антон де Аламинос В 1517 г. Аламинос был назначен главным штурманом экспедиции Франсиско Эрнандеса де Кордобы, организованной при активном участии губернатора Веласкеса. Эта экспедиция достигла берегов Юкатана (это можно считать его окончательным открытием), где испанцы встретились с индейцами майя, находившимися на значительно более высокой ступени развития, чем тс аборигены, с которыми они сталкивались раньше.

Однако эта встреча была отнюдь не мирной - каждая высадка оборачивалась кровопролитным сражением. Проследив 700 км побережья Юкатана и понеся значительные потери (по свидетельству Берналя Диаса, в последнем сражении у Чампотона испанцы потеряли 57 человек, а из оставшихся в живых солдат были изранены все, кроме одного17), испанцы решили возвращаться на Кубу. При этом Аламинос воспользовался уже известным ему Гольфстримом и сначала плыл к Флориде, чтобы облегчить маршрут. Действительно, всего за четыре дня испанцы пересекли Мексиканский залив и достигли западного побережья Флориды, где набрали воды, и где им снова пришлось вступить в бой с индейцами "рослыми, сильными, одетыми в звериные шкуры, с громадными луками, острыми стрелами и копьями на манер мечей".

Оттуда остатки экспедиции вернулись в Гавану (по пути они прошли мимо открытых X.

Понсе де Леоном островов Флорида-Киз).

Хотя с точки зрения участников и организаторов экспедиция Кордобы была неудачной (в отношении ее географических результатов), она, несомненно, явилась стимулом для дальнейших исследований. С одной стороны, испанцы располагали информацией о "Южном море" (т.е. Тихом океане, к которому в 1513 г. вышел Васко Нуньес де Бальбоа), а с другой - о двух крупных "островах" - Флориде и Юкатане, соответственно нужно было исследовать район между ними, где мог находиться либо пролив, либо какие-то еще неизвестные острова и земли.

стр. Все это было очевидно для Аламиноса, который уже в 1518 г. опять в качестве главного штурмана привел к побережью Юкатана корабли Хуана де Грихальвы (эта экспедиция также была организована губернатором Веласкесом). В ходе этой экспедиции был открыт участок мексиканского побережья от Юкатана до реки Пануко и установлены первые контакты с ацтеками, что в значительной степени подготовило почву для знаменитого похода Кортеса, начавшегося в следующем 1519 г. (в котором опять-таки участвовал Антон де Аламинос). До этого еще в конце 1518 г. опять же Аламинос пытался уговорить Веласкеса снарядить новую экспедицию для разведки в северо-западном направлении, однако тот отказал. Зато идеями Аламиноса заинтересовался богатый и влиятельный губернатор (лейтенант-губернатор) Ямайки Франсиско де Гарай, который смог получить титул аделантадо и профинансировать снаряжение экспедиции, во главе которой был поставлен Алонсо Альварес де Пинеда. Эта экспедиция (270 человек на четырех кораблях) отправилась в путь в марте 1519 г..

Весной-летом 1519 г. Пинеда прошел вдоль западного побережья Флориды и затем вдоль северного берега Мексиканского залива. 2 июня в Духов день испанцы заметили огромный поток воды, выносящейся в море, - первоначально они приняли его за пролив и попытались войти в него, однако быстро заметили, что он несет пресную воду, и значит перед ними огромная река. Действительно, это было устье Миссисипи, которая была названа Рекой Святого Духа (Rio de Espiritu Santo). Таким образом, именно Пинеду следует считать первооткрывателем величайшей реки Североамериканского континента (хотя он, конечно, не подозревал о ее истинных размерах и очертаниях)! Продолжая двигаться вдоль берега, экспедиция прошла вдоль всего побережья Техаса20 и к июлю добралась до реки, которая была названа Пальмас (скорее всего это была река Пануко), т.е. до тех мест, где уже побывали испанцы, двигаясь с юга. Там Пинеда получил известие о том, что где-то к югу на побережье находятся люди Эрнандо Кортеса, незадолго до этого основавшего на мексиканских берегах поселение Веракрус. Это было чревато конфликтом, поскольку неизбежно вставал вопрос о "принадлежности" тех или иных территорий. На одном из кораблей Пинеда отправил в Веракрус своих представителей, чтобы договориться о разделе побережья между своим патроном Гараем и Кортесом.

Однако знаменитый завоеватель Мексики не хотел делиться с кем бы то ни было. Он немедленно покинул Семпоалу, где в тот момент находился, и бросился в Веракрус.

Высадившиеся на берег четверо (по другим данным стр. шестеро) людей Пинеды были арестованы, после чего Кортес пытался хитростью завладеть их кораблем.

Дальнейшая судьба экспедиции Пинеды была весьма трагичной. Он отправил один из кораблей на Ямайку с донесением Франсиско де Гараю, а сам решил остаться в устье Пануко и основать там поселение, чтобы подтвердить права своего патрона на эти земли.

Однако в 1520 г. индейцы хуастеки (мешики) напали на испанцев: сам Пинеда и большая часть его людей были убиты, в живых остались около 60 человек во главе с Диего Камарго, которым удалось спастись бегством на корабле. У них не было продовольствия, и им пришлось взять курс на Веракрус, надеясь на помощь Кортеса. Они добрались до туда в буквальном смысле полуживые (некоторые, в том числе Камарго, вскоре умерли)21.

Тем временем губернатор Гарай, получив информацию о создании поселения в устье Пануко, отправил туда корабль с подкреплением под командованием Мигеля Диаса де Ауса. Однако тот нашел лишь следы резни и также отправился на юг, усилив в итоге отряд Кортеса22.

Географические результаты столь трагично завершившейся экспедиции Пинеды трудно переоценить. Впервые на практике было доказано, что Юкатан и Флорида на самом деле являются не островами, а полуостровами, относятся к одному континенту, и между ними нет никакого пролива, но зато течет огромная река (что в свою очередь также подтверждает значительные масштабы материка). Эта информация нашла отражение на карте, получившей название "Карта Гарая", хотя автором, несомненно, являлся Пинеда, отправивший се на Ямайку в конце 1519 г. На этой карте впервые в целом правильно были показаны общие очертания Мексиканского залива от Юкатана до Флориды и обозначены устья нескольких крупнейших рек23. В дальнейшем она стала основанием для выдвижения притязаний на этот регион со стороны Гарая.

К 1519 г. испанцами в общих чертах было открыто все побережье юго-востока нынешних США - от Мексики до Флориды. Таким образом были заложены географические основания, а также подведен правовой фундамент под все дальнейшие колонизационные усилия Мадрида в данном регионе.

ПРИМЕЧАНИЯ W. Lоwery. The Spanish Settlements within the present limits of the United States, 1513 1561. New York, 1911, p. 130,433 - 435.

См.: D.T.Peсk. The Case for Prehistoric Cultural Contact Between the Maya on the Yucatan and the Indians of Florida. - The Florida Anthropologist, 1998, Vol. 51, N 1, pp. 3 - 14.

См.: S.E.Morison. The European Discovery of America. The Southern Voyages: A.D. 1492 1616. New York 1993, p. 504 - 505.

G.F.de Oviedo у Valdes. Historia General у Natural de las Indias, Islas у Tierra Firme del MarOceano: 12 Vols. Asuncion, 1944.

См., например: D.T.Peсk. Ponce de Leon and the Discovery of Florida. St. Paul (MN), 1993.

Испанский текст см.: Coleccion dc documentos ineditos relativos al descubrimiento, conquista у organizacion de las antiguas posesiones espanolas de America у Oceania, t. XXII.

Madrid, 1874, p. 26 - 32;

Английский перевод см.: New American World: A Documentary History of America to 1612. New York, 1979, Vol. 2, p. 231 - 233.

См., например: И. П. Магидович, В. И. Магидович. Очерки по истории географических открытий, в 5-и томах. М., 1983, т. II, с. 114.

стр. Список участников экспедиции см.: New American World..., p. 233 - 234.

Разные точки зрения см.: R.S.Weddie. Spanish Sea. The Gulf of Mexico in North American Discovery. College Station, 1985, p. 42;

D.Reinhartz, O.L. Jones. Hacia el Norte! - North American Exploration. Vol. 1. A New World Disclosed. Lincoln & London, 1997, p. 248.

New American World..., p. 235.

S.E.Morison. Op. cit., p. 510.

New American World..., p. 235.

S.E.Mоrisоn. Op. cit., p. 511.

См.: И. П. Магидович, В. И. Магидович. Указ. соч., с. 113 - 114.

См.: А. Tio. Historia del descubrimiento de la Florida у Beimeni о Yucatan. - Academia Puertoriquena de la Historia. Boletin 2. 1972, N 8.

См.: Р. Е. Ноffman. A New Voyage of North American Discovery: Pedro de Salazar's Visit to the Island of Giants. - The Florida Historical Quarterly, 1980, Vol. 58, N 4, p. 415 - 426.

Б. Диас дель Кастильо. Правдивая история завоевания Новой Испании. М., 2000, с. 20 21.

Там же, с. 23.

Здесь нельзя согласиться с С. Э. Морисоном, который почему-то утверждает, что она началась в конце 1518 г. и что в ней якобы участвовал Аламинос, что невозможно, поскольку известно, что он в феврале 1519 г. отплыл в Мексику вместе с Кортесом. См.:

S.E.Morison. Op. cit., p. 517.

В 1974 г. неподалеку от устья Рио-Гранде был обнаружен камень, на котором имеется надпись "Pineda" и дата - 1519 г., однако подлинность этой находки вызывает большие сомнения. См.: D.E.Chipman. Spanish Texas, 1519 - 1821. Austin, 1992, p. 24 - 25.

Б. Диас дель Кастильо. Указ. соч., с. 214.

Там же.

См.: Mapping and Empire: Soldier-Engineers on the Southwestern Frontier. Austin, 2005, p.

6.

стр. Говорящие от имени богов. Жрецы-чиланы и предсказания в Заглавие статьи политической практике юкатанских майя эпохи Конкисты Автор(ы) А. В. Пакин Источник Латинская Америка, № 9, Сентябрь 2013, C. 70- СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 28.9 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи Говорящие от имени богов. Жрецы-чиланы и предсказания в политической практике юкатанских майя эпохи Конкисты Автор: А. В.

Пакин Статья посвящена чиланам - жрецам-предсказателям в обществе юкатанских майя эпохи Конкисты. Автор рассматривает их место в жреческой иерархии, а также роль пророчеств в политике и дипломатии майя.

Ключевые слова: Юкатан, майя, Конкиста, жрецы, чиланы, пророчества.

Накануне испанской Конкисты жречество играло важнейшую роль в общественной жизни майя. Основываясь на немногочисленных свидетельствах авторитета жрецов в обществе, многие исследователи, среди которых британский этнограф Эрик Томпсон, антрополог Альфред Тоззер и археолог Сильванус Морли из США, полагали, что именно жрецы были некогда истинными правителями городов майя классического периода, давно оставленных к моменту прихода испанских завоевателей1.

Правители Северного Юкатана халач-виники, занятые постоянными войнами с соседями, считались наследниками варваров-завоевателей науа, пришедших из центральной Мексики. Городами Южных Низменностей правили священные цари ахавы, ведшие еще более масштабные и кровопролитные войны, а жречества в том виде, в котором оно существовало на Юкатане, по всей видимости, там не было2. На Юкатане же жречество майя играло в политике очень важную роль.

У юкатанских майя существовали различные категории религиозных деятелей: жрецы ах к'ины и чиланы, постоянно занимавшиеся ритуальной деятельностью накомы и ча'аки, которых отбирали на время отправления ритуалов. Были также специалисты более низкого уровня - знахари и колдуны. Основную роль в общественной жизни и управленческой структуре играли ах-к'ины. Они регламентировали всю публичную религиозную деятельность, совершали жертвоприношения, объявляли начало полевых работ, совершали ритуалы инициации, свадеб и т.п.3. Они также активно Александр Владимирович Пакин - младший научный сотрудник Института Африки РАН (alexandr.pakin@gmail.com).

стр. участвовали в политике: нередко выступали в качестве доверенных представителей (ах к'ули) или советников правителей юкатанских политий (куч-кабалей), а иногда и сами были местными правителями поселений4.

По мнению хрониста-францисканца Бернардо де Лисаны, слово ах-к'ин происходит от глагола k'inyah, т.е. предсказывать судьбу, потому что во время жертвоприношений они будто бы этим и занимались6. А. Тоззер предлагал иную этимологию: человек солнца5.

Возможно, это название связано со специализацией жрецов в толковании календаря: k'in переводится с юкатекского языка как солнце, день, праздник.

В обязанности ах-к'инов входило объявлять пророчества. По словам другого францисканского монаха и хрониста, второго епископа Юкатана (1572 - 1579) Диего де Ланды, жрецы оглашали предсказания на год вперед. Но особенно важными в религиозной системе майя были периоды 20-летий - к 'атунов, которые образовывали 260 летний цикл тринадцати к'атунов. Каждому 20-летию соответствовал определенный бог покровитель, который посылал пророчества и статую которого ставили в храмах рядом со статуей покровителя следующего к 'атуна.

В испанских источниках чнланы упоминаются реже, чем ах-к 'ины. Их место в жреческой иерархии также менее однозначно. Неизвестно, отправляли ли они публичные религиозные культы. Вместе с тем их роль в повседневной общественно-политической жизни была куда важнее, чем можно предположить.

Обязанностью чиланов было говорить от имени оракула. Так род их деятельности определяет Д. ле Ланда, рассказывая о чилане по имени Ах-Камбаль из поселения Мани, будто бы предсказавшем Конкисту8. Но что же представлял из себя оракул у майя?

В источниках упоминаются несколько оракулов-божеств, представлявших собой каменные статуи. Самый известный оракул ассоциировался с богиней Иш-Чель, покровительницей женщин и деторождения, его статуя была расположена на о-ве Косумель. Процесс получения от него пророчеств описывается по-разному. Многие испанцы уверяли, что просители лично беседовали со статуей. В 1574 г. испанский хронист Хуан Лопес де Веласко, побывавший на Юкатане, писал, что оракул с о-ва Кола это статуя, в которую через секретную дверь влезал жрец, дававший ответы от имени "демона"9. Францисканец Диего Лопес де Когольюдо, описывая храм оракула на о-ве Косумель, утверждал примерно то же самое: через тайную дверь жрец влезал внутрь полой терракотовой статуи божества, находящейся внутри храма, и отвечал от его имени10.

стр. Но археологи так и не нашли на Косумеле ни одной полой статуи с тайными дверями. В поздний постклассический период на острове возводились культовые сооружения двух типов: храмы на вершинах пирамид и святилища в поселениях и на дорогах. Это были небольшие каменные помещения, в которые ставили глиняные статуи, но из-за их размеров войти туда было невозможно".

Учитывая, что статуи были вместилищами божеств, можно предположить, что жрецы выполняли роль посредников для общения людей с чиланом, ведь сила божества, частично переходившая и на чилана, могла повредить непосвященным. Майя считали, что изготавливать статуи божеств опасно12, и что статуя может парализовать или даже убить того, кто просто на нес взглянет. В священной книге Чилам-Балам из Мани в эпизоде, повествующем о получении пророчества от чилана Балам, сказано, что внемлющие ему другие пророки майя не поднимали лиц. Возможно, именно потому, что чилан в тот момент был опасен силой вселившегося в него божества.

По словам отечественных исследователей цивилизации майя Юрия Валентиновича Кнорозова и Галины Гавриловны Ершовой, в транс майя впадали при помощи психоделических веществ, вводимых в организм с помощью клизмы. В источниках классического периода (250 - 1100 гг.) часто встречаются изображения этой процедуры13.

Согласно словарю из Мотуля, созданному в конце XVI в. францисканскими монахами, словом chiilan обозначался посредник, выступавший от имени другого лица, или переводчик14. У майя при переговорах важных лиц было непринято общаться напрямую с самим собеседником. Каждого участника переговоров сопровождали переводчик или представитель. Они усаживались друг напротив друга и вели диалог за своих поручителей, несмотря на личное присутствие последних15. Не исключено, что подобный способ общения использовался и при общении с "демоном": чилан мог представлять "демона", а жрец - вопрошавших. Посредник был тем более необходим, если чилан находился в состоянии транса.

Точных данных о том, как проходило общение майя с "демоном" чилана, нет, хотя иногда в руки испанцев попадали люди, якобы говорившие с оракулом. Такой случай, к примеру, произошел в ходе завоевания Тайясаля в 1697 г. После гибели монахов, посланных испанскими властями к правителю Тайясаля Кан-Эку, губернатор Юкатана Мартин де Урсуа-и-Арисменди допросил своего племянника - крещеного индейца Мартина Чана.

Чан объяснил убийство священников "наущениями демона", говорившего через статую. В протоколе допроса сказано: "допрашиваемый сам говорил с демоном", демон же выражал недовольство действиями колонизаторов16. При этом неясно, говорил ли Чан со статуей лично или через посредника. Возможно, волю божества ему передал жрец17.

По словам францисканского монаха падре Фуэнсалиды, побывавшего в Тайясалс еще в 1618 г., свойствами оракула там обладало божество Хобо (возможно, аналог юкатекского божества Хобониль)18. Тайясаль был частью юкатекского культурного ареала, поэтому при исследованиях общества майя Юкатана мы вполне можем положиться на сведения из этого региона.

Не исключено, что отношение прорицателя-чилана к ах-к'ину в жреческой иерархии неверно истолковано в колониальных источниках. В книгах Чилам-Балам чилан предстает высшим авторитетом, непосредственно об стр. щающимся с божествами. Считалось, по крайней мере в колониальный период, что чилан способен предсказывать будущие беды и объяснять их причины. Возможно также, что чиланов не противопоставляли ах-к'инам. В одном из эпизодов книги Чилам-Балам из Тисимина жрец даже назван "великим ах-к'ином чилам"19. Правда, речь в этом фрагменте идет уже о периоде Конкисты, да и писали его люди, вышедшие из миссионерских католических школ. В колониальный период под влиянием христианства представления о положении и роли чилана были искажены. Наконец, некоторые моменты в описании пророчеств основаны на явном синкретизме. К примеру, на чилана нисходит слово "истинного бога Хунаб Ку" (так миссионеры называли христианского бога). При этом это происходит не в храме, а в обычном доме. Это может свидетельствовать о влиянии традиции получения откровений христианскими святыми20.

Обратимся к данным о том, как происходило общение с божеством. По рассказам испанского мореплавателя и исследователя XVI в. Диего Гарсиа де Паласио, у индейцев народа пипиль с запада Сальвадора, мифология которых имела много общего с мифологией проживавших по соседству майя, процесс общения с "демоном" был делом верховного жреца. Он приносил в жертву кровь из своих ушей, языка и полового члена, которой смазывали руки и ноги статуй, после чего вступал в беседу со статуей. Таким образом, если христианское откровение свыше может снизойти на любого человека, то в Месоамерике общение с божеством - дело человека посвященного и подготовленного.

Описание получения пророчеств чиланом в книге Чилам-Балам из Мани свидетельствует о том, что сказанное чиланом в трансе слушавшие его жрецы затем должны были расшифровать. И только после истолкования послания опытными жрецами его сообщали людям.

Чилан встречается в источниках реже, чем ах-к'ин. Вообще чиланы получили известность в историографии благодаря чилану Балам, упомянутому в сборнике отчетов "Сообщения с Юкатана (1579 - 1581)". В колониальный период именно ему приписывали предсказания о прибытии испан стр. цев и распространении христианства, а также о бедах, сопутствующих кровопролитной Конкисте. Пророчество оформлено в соответствии с традиционными представлениями о развитии событий по циклам из тринадцати 20-летий - к 'атунов. Тоззер и другие исследователи трудов Д. де Ланды отождествляли его с чиланом по имени Камбаль, о котором писал Ланда, и были убеждены, что это реальный исторический персонаж23.

Вместе с тем рассказы о предсказателях Конкисты - скорее всего, не более, чем попытки майя колониальных времен осознать произошедшие перемены. Так что оба пророка, видимо, являются вымышленными лицами.

Кроме рассказов испанских хронистов Антонио де Эрреры и Хуана де Торкемады о чилане Камбале, данные о языческих жрецах, предсказавших Конкисту, можно найти в работах Б. Лисаны. Информация об этих чиланах наводит на размышления о мотивах, побудивших создать легенду о пророке грядущей Конкисты. Чилан Печ принадлежал линиджу, поддержавшему во время Конкисты испанцев. В свою очередь жители Мани, где жил пророк Камбаль, в целом активно поддерживали конкистадоров. Правившие поселением представители линиджа Шив были их самыми верными союзниками.

Появление сведений об этих "пророках", очевидно, не обошлось без колониальных апологетов этих линиджей из числа индейцев, получивших образование в миссионерских школах. Легенды об этих пророчествах впервые упоминаются уже после аутодафе г.24, показавшего коллаборационистам из индейской знати, что их привилегированное положение в колониальном обществе не спасет их от преследований за идолопоклонство.

Они продолжали тайно отправлять доиспанские культы, хотя для этого им и приходилось прятаться в лесах25.

Первым, кто упоминает о пророчествах о Конкисте, стал именно Д. де Ланда. Следующий источник - "Сообщение из Мериды" 1579 г., в котором сотрудничество династии Шив с испанцами объясняется пророчествами чилана Балам. Индейская знать времен колонии использовала пророчества даже для объяснения традиции украшать статуи идолов: еще до прихода испанцев правитель Мочан Шив, руководствуясь предсказанием пророка Балам, приказал ткать ткани из хлопка и подносить их идолам. Тканями испанцы станут взимать с индейцев подати, о чем Мочан Шив якобы знал еще до начала Конкисты - из пророчеств26.

Приведенные данные выявляют еще одно важное обстоятельство. По всей видимости, в постклассический период правители юкатанских майя и майя-ица центрального Петена нередко объясняли политические решения волей божеств, переданной через чиланов "'.

Так, в 1695 г. упоминавшийся уже Мартин Чан в качестве посла правителя Тайясаля Кан Эка, передавая губернатору Юкатана прошение о заключении мира и договора о дружбе с испанцами, объяснял это тем, что наступил срок, указанный в пророчествах: "...И чтобы сказали сеньору губернатору, что он посылает свою корону, чтобы положить ее к его ногам, и просит, чтобы они пили одну воду и жили под одной кровлей, поскольку наступил срок, указанный в древних пророчествах. И чтобы ему послали священников, которые бы их крестили и научили бы их закону истинного бога. И его спросили, по какой причине его король посылает посольство, был ли это страх, что силой оружия заберут их земли, либо это было добровольно, по зову сердца. И он сказал, что никакой другой причины, кроме пророчеств, нет. И его спросили, знают ли стр. они об истинном боге и католической вере. И он ответил, что им известно о ней с давних времен, и что по письменам их пророков они знали, что придет время принять католическую религию. И что только их король и жрецы понимают эти пророчества" 28.

И все же этот документ вызывает определенное недоверие. Судя по словам посла, речь шла о договоре о мире и торговле, а испанцы интерпретировали его как желание перейти в католичество и полное подчинение. Примерно за месяц до прибытия посольства именно этого требовал губернатор Юкатана в письме к Кан-Эку, которое дословно цитирует официальный шаблон, использовавшийся для составления запросов от индейцев на добровольный переход в испанское подданство и католическую веру. Этот шаблон, разработанный испанскими юристами в 1508 г., каждый испанскии завоеватель должен был предъявлять индейцам29.

Есть сведения о другом случае, когда ссылка на пророчества была использована индейцами как дипломатический аргумент30. Лопес де Коголь-юдо так описывает эпизод 1622 г., когда монахи Фуэнсалида и Орбита потребовали от индейцев перейти в христианство: "С большим вниманием выслушали индейцы проповедь падре Фуэнсалиды, а затем ответили ему, что не пришло еще время становиться христианами, и что у них есть пророчества о том, что должно свершиться, и чтобы те возвращались туда, откуда пришли" 31.

В конце XVII в. использовать тему пророчеств решили и сами испанцы. Так, в Тайясале монах Авенданьо-и-Лойола в ходе переговоров ссылался стр. на пророчества древних, пытаясь убедить индейцев, что пришло их время стать христианами. Жрецы встретили миссионеров дружелюбно, а вот местная знать отнеслась к рассказу о пророчествах куда более негативно. Правитель Ковох, убежденный противник испанцев, подверг сомнению историю францисканцев о пророчествах. В итоге попытка испанцев сослаться на пророков Конкисты для достижения дипломатических побед потерпела неудачу.

Учитывая, что пророчества зачастую применялись правителями майя как инструменты воздействия на настроения народа, следует признать, что Авенданьо-и-Лойола поступил самонадеянно и неосторожно, нарушив монополию местного жречества на использование этого механизма манипуляции. Видимо, это было не последней причиной, приведшей к гибели двух следующих миссий монахов - из Гватемалы и Кампече, - прибывших в Тайясаль сразу после Авенданьо-и-Лойолы и встреченных крайне враждебно. Охрана и носильщики были перебиты, сами монахи - схвачены и принесены в жертву33.

Вероятно, в процессе получения пророчеств жрецы майя взаимодействовали с чиланами и правителем, который сам должен был хотя бы немного разбираться в истолковании божественных посланий. Из-за узкой специализации, а также страха перед силой божеств, с которыми они напрямую общались, чиланы были изолированы от участия в публичной деятельности. Ни в трудах Ланды, ни в обрядовых учебных текстах "Песни из Ц'итбальче", где описана подготовка к нескольким ритуалам, нет свидетельства их участия в отправлении публичных культов. Обращение чилапа к божествам требовалось лишь в чрезвычайных обстоятельствах, и этот факт заставляет усомниться в том, что пророчества на грядущие 20-летия до прихода испанцев приписывались именно чиланам, как утверждается в стр. колониальных текстах книг Чилам-Балам. Вероятно, эта точка зрения появилась после начала Конкисты. Конкиста стала для майя событием неожиданным и необъяснимым, которое мог предсказать только чилан: "Ваши боги уже не имеют силы. К вам спустился истинный бог. Он будет говорить только о грехе. Их солдаты бесчеловечны, их псы свирепы. Какой жрец, какой пророк знал, что случится в селениях Майяпана и Чичен Ицы?", - говорится в предсказаниях пророка Балам34.

Религиозная практика майя осуществлялась в рамках повторяющихся циклов, однако многочисленные экстренные обстоятельства также требовали взывать к помощи божеств, особенно в случае войны. И жрецы майя присутствовали на поле боя! В "Сообщении из Мотуля" сказано, что главный жрец храма находился в центре боевого построения, в одном отряде с правителем и самыми сильными воинами35.

Общество ацтеков было более военизированным, и там младшие жрецы принимали участие в бою в качестве воинов36. У майя, однако, функция жрецов в военных походах была иной. Лопес де Когольюдо, основываясь на отчетах Фуэнсалиды и Орбиты об их путешествии в Тайясаль, утверждал, что майя-ица Петена брали с собой на войну статуи богов войны Пакока и Хошчунчана и перед сражениями совершали им воскурения37, для чего и требовалось присутствие жреца.

Участвовал ли в боевых действях чилан! Скорее всего, нет. Судя по сведениям о народе пипилей, пользовавшиеся большим авторитетом жрецы-предсказатели не были обязаны принимать участие в событиях, исход которых предсказывали.

Место жреца, общавшегося с богами, во власти было чрезвычайно важным. В случае, если жрецы предсказывали войну, звали касика и военных предводителей и сообщали им, откуда идут враги и куда им следует выступать с войском. Как видим, правитель (у науа представитель военной знати) подчинялся жрецу даже в военном деле, т.е. в сфере своей непосредственной компетенции. И это противоречит распространенному мнению о главенствующей роли военной знати в более иерархичном и воинственном, чем у майя, обществе пипилей в Сальвадоре и Никарагуа38.

Образ правителя, беспрекословно повинующегося жрецу или предсказаниям чилана, свидетельствует, скорее, о значительной роли жречества в идеологии и образе общественного управления, навязанных общине, нежели о реальной роли жрецов.

Правитель майя на Юкатане в постклассический период был далеко не простым смертным - это был частично сакрализованный посредник между жрецами и народом и даже между народом и высшими силами. Авторитет жреца не мог умалить его роли в обществе.

Правитель был единственным, кто допускался к таким жреческим знаниям, как толкование пророчеств39.

Непосредственно в управлении чиланы не участвовали. В отличие от ах-к 'иное они не упоминаются ни как лидеры небольших поселений, ни как советники правителя. Более того, чиланы могли занять позицию, противоположную официальной позиции власти. Это видно на примере восстания 1543 г. в провинции Купулей, основными зачинщиками которого выступили именно чиланы, а не касики или жрецы-ах-к 'ины40. Получается, что чиланы юкатанских майя - не только пророки, предсказывающие будущее.

стр. Их роль в поддержании авторитета властей была чрезвычайно важной, а влияние на настроения народа - огромным.

В заключение отметим, что в восточной части полуострова Юкатан традиция переговоров с высшими силами пережила Конкисту. В тех местах испанцы в силу малочисленности не могли в полной мере контролировать ситуацию. В середине XVII в. из-за угрозы пиратских набегов испанцы перенесли энкомьенды с индейцами вглубь полуострова.


Местные майя, даже принадлежащие энкомьендам, фактически были предоставлены сами себе. При попустительстве хозяев индейцы тайно отправляли местные культы. На протяжении всего колониального периода испанцы обнаруживали факты идолопоклонства майя41. Традиции божественных предсказаний неожиданно с новой силой проявились в середине XIX в., когда Юкатан охватило индейское восстание против креолов и метисов, известное как Война каст (1847 - 1901). Его центром и последним оплотом стал город Чан-Санта-Крус (современное название - Фслипе-Каррильо-Пуэрто), где майя поклонялись говорящему кресту, веря, что его сила делала их неуязвимыми для пуль. Это поверье сохранялось среди майя еще в 1950-х годах. Восставшие называли себя cruzoob, т.е. люди креста. По утверждению ряда ученых, культ говорящих крестов возник в поселении Шокен в восточной части Юкатана и был основан на смешении католицизма с доиспанской языческой религией майя. В 1901 г. Чан-Санта-Крус был взят войсками диктатора Порфирио Диаса (1884 - 1910), но поражение восстания не означало прекращения поклонения крестам. Центр культа переместился в Шкакаль, где людей креста еще в конце 1930-х годов изучал мексиканский этнолог-индихенист Альфонсо Вилья-Рохас43. Штат Кинтана-Роо и по сей день населяют майя, потомки людей креста.

ПРИМЕЧАНИЯ См.: J. E. Thоmpsоn. The Rise and Fall of Maya Civilization. Norman, 1954;

H. J. Spinden.

The Ancients Civilizations of Mexico and Central America. N.Y., 1917;

S. G. Mоrley. The Ancient Maya. Stanford, 1947.

Д. Д. Беляев, А. А. Токовинин. Сакрализация власти в истории цивилизаций. М., 2005, с.

146 - 161;

Д. Д. Беляев, А. В. Пакин. Правитель и подданные древних майя. - Правитель и его подданные: социокультурная норма и ограничения. М., 1998.

Relaciones historico-geograficos de la gobernacion de Yucatan. Mexico, 1983, т. I., p. 38 - 39, 72, 267 - 268;

т. 11, p. 86, 88, 146, 217, 267, 323. Д. д е Л а н д а. Сообщение о делах в Юкатане. М. -Л., 1955, с. 114, 187.

F.Cervantes de Salazar. Cronica de la Nueva Espana. Libro 2. Capitulos XXV- XXIX. Landa's Relacion de las cosas de Yucatan. Cambrige, 1941, vol. XV111. Appendix D, p. 236;

B.

de Lizana. Historia de Yucatan. Madrid, 1988, p. 151;

Д. де Ланда. Указ. соч., с. 212;

R.S.C hambcrlain. Conquista у colonizacion de Yucatan. Mexico, 1974, p. 215.

B. de Lizana. Historia de Yucatan: Devocionario de Ntra. Sra. de Izamal у Conquista Espiritual. Mexico, Impr. del Museo Nacional, 1893, p. 5.

Landa's Relacion de las cosas de Yucatan, p. 27.

D. Lopez Cogolludo. Historia de Yucatan. Campeche, 1954 - 1955, t. I, p. 100;

B. de Lizana.

Op. cit., p. 56;

Д. де Ланда. Указ. соч., с. 186.

Д. де Ланда. Указ. соч., с. 125, 153.

J. Lopez de Velasco. Geografia y description universal de las Indias. Madrid, 1971, p. 128.

D. Lopez Соgоlludo. Op. cit., t. I, p. 360.

стр. См. A. Freidel, J. Sablоff. Cozumel: Late Maya Settlements Patterns. New York, 1984.

Д. де Ланда. Указ. соч., с. 191.

См. Ю. В. Кнорозов, Г. Г. Ершова. Прорицание жреца. - Латинская Америка, 1983, N3.

Calepino de Motul. Mexico, 1995, t. 1, p. 242.

D.Lopez Cogolludo. Op. cit.,t. 1, p. 121.

На крещенных индейцев майя, которые целыми деревнями сбегали от испанцев в леса и добирались до Тайясаля, язычникиица смотрели с опаской и недоверием. Точно так же, по словам Чана, обходились и с ним самим, хотя он и был племянником правителя.

Documentos para la historia indigena de Yucatan. T. 1. Idolatria у sublevacion. Mexico, 1996, p. 170 - 171.

D. Lopez Соgоlludo. Op. cit., t. III, p. 70.

Ancient Future of the Itza. The Book of Chilam Balam of Tizimin. Austin, 1982, p. 93, 103.

H. Miram. Transcripciones de los Chilam Balames. Hamburg, 1988, t. 3, p. 62.

D. Garcia de Palacio. Carta-relacion. Relacion у forma. Mexico, 1983, p. 79, 83.

Relaciones historico-geograficos de la gobernacion de Yucatan. Op. cit., t. I, p. 69.

Landa's Relacion dc las cosas de Yucatan. Op. cit., p. 42.

Аутодафе 1562 г. - масштабный процесс на Юкатане, инициированный Диего де Ландой против тайного идолопоклонства среди местного населения. В качестве обвиняемых и свидетелей были привлечены более 4 тыс. человек, была уничтожена значительная часть литературы майя. Действия Ланды вызвали возмущение тогдашнего епископа Юкатана Франциско де Тораля. Ланду обвинили в превышении полномочий и в 1566 г. отправили в Испанию для объяснений перед судом. Ланде удалось оправдаться, и в 1572 г. он вернулся на Юкатан епископом.

См. Don Diego Quijada, alcalde mayor de Yucatan. Mexico, 1938.

Relaciones historico-geograficos de la gobernacion de Yucatan. Op. cit., t. I, p. 69.

Documentos para la historia indigena de Yucatan. Op. cit., p. 170-^-171.

Ibid., p. 156 - 157.

В документе сообщалось о том, что Папа Римский предоставил испанскому королю полномочия но обращению индейцев в христианство, и о тех мерах, которые следовало принять в случае сопротивления. См.: Хрестоматия по истории Средних веков. М., 1950, т.

3, с. 25 - 28.

Documentos para la historia indigena de Yucatan. Op. cit., p. 151 - 153.

D. Lopez Cogolludo. Op. cit, t. 3, p. 48.

A. Avendano у Loyola. Op. cit., p. 39, 42, 43, 48.

См. А. Сano. Manche and Peten: The Hazards of Itza Deceit and Barbarity. London, 1984.

См. Ю. В. Кнорозов. Письменность индейцев майя. М., 1963.

Relaciones historico-geograficos de la gobernacion de Yucatan. Op. cit., t. I, p. 271.

В. Е. Баглай. Ацтеки. История, экономика, социально-политический строй. М., 1998, с.

287, 290.

D. Loреz Соgоlludо. Op. cit., t. III, p. 70.

См. А. В. Пакин. Лидерство и власть у науа на южных границах Месоамерики в период испанской конкисты XVI в. (Гватемала, Сальвадор, Никарагуа). - Ойкумена, 2012, N 3, р.

33-4.

Documentos para la historia indigena de Yucatan. Op. cit., p. 198.

Relaciones historico-geograficos de la gobernacion de Yucatan. Op. cit., t. II, p. 30.

На о-ве Косумель факты идолопоклонства были обнаружены священником, который после долгого отсутствия представителей церкви приехал туда в 1570 г. См.: R. Rоуs, F.

Sсhоlеs, E. A d a m s. Report and Census of Cozumel Island. Washington, 1940.

H. W. Kоnrad. Origenes у significados de la Cruz Parlante de Quintana Roo. - Memorias de II coloquio internacional de mayistas. Mexico, 1989, p. 951.

Ibidem;

A.Vilia Rоjas. Los elegidos de Dios: Etnografia de los mayas de Quintana Roo.

Mexico, 1978.

стр. Заглавие статьи Венесуэла: как музыка спасает молодежь Автор(ы) В. Р. Доценко Источник Латинская Америка, № 9, Сентябрь 2013, C. 80- КУЛЬТУРА Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 28.9 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ Венесуэла: как музыка спасает молодежь Автор: В. Р. Доценко Статья посвящена важному начинанию Венесуэлы по созданию системы социальной адаптации молодежи из беднейших районов страны через вовлечение ее в групповое музицирование. Начав осуществляться еще в 1970-х годах под руководством Хосе Антонио Абреу, эта программа со временем стала общеконтинентальной, а затем распространилась по многим странам мира. В настоящее время в Венесуэле имеется детских и 150 юношеских симфонических оркестров во всех провинциях. Подобные оркестры есть в более чем 30 государствах мира.

Ключевые слова: социальная адаптация, система образования, симфонический оркестр.

Иберо-Америка начала второго тысячелетия представляет собой конгломерат неоднородных государств, значительно различающихся по социально-экономическому и культурному развитию. Процессы глобализации, сопровождающиеся стремительной технологической революцией, привели к модификации многих политико-экономических отношений и еще большему социальному расслоению населения. Несмотря на значительное повышение общего уровня жизни, социально-экономическое неравенство и бедность продолжают оставаться характерными чертами региона, в котором гетерогенность уровней развития и степени благосостояния очень заметны1. Наибольший вред наносится молодым людям из маргинальных слоев общества, подвергающимся разнообразным социальным опасностям из-за невозможности получить образование, из-за безработицы, преступности, наркомании. Рынок труда для них закрыт, и одним из факторов их вытеснения с него является отсутствие необходимой сети социальных связей, негативно сказывающееся на процессе социализации молодежи2. В связи с этим встает проблема поиска и установления этих связей, т.е. погружения молодого человека в среду многообразных контактов - с партнерами по учебе, работе, по проведению досуга и другим способам взаимодействия с обществом, в результате которых должно происходить становление его личности.

Виталий Романович Допей ко - кандидат искусствоведения, ведущий научный сотрудник ИЛА РАН (vitali.dotscnko@yandex.ru).

стр. Государственные и общественные организации Иберо-Америки предпринимают различные меры по решению социальных проблем молодежи. Особое внимание направлено на ключевую сферу - сферу образования. Ведь образование наряду с его первостепенными задачами - обучение грамоте, овладение учащимися определенной суммой знаний в различных областях науки, культуры и искусства - является действенным средством воспитания человека в условиях неоднородной социальной среды. Широкую программу мероприятий в гуманитарных областях знаний осуществляет Организация ибероамериканских государств по образованию, науке и культуре (Organizacion de Estados Iberoamericanos para la Education, La Ciencia у la Cultura, OEI) международная правительственная организация, учрежденная для сотрудничества в контексте совместного развития, демократии и региональной интеграции. В нее входят государств Латинской Америки, а также Андорра, Испания и Португалия. 18 мая 2008 г.


на XVIII Ибероамериканской конференции министров образования стран - членов OEI в Сальвадоре было принято решение дать импульс коллективному проекту "Цели образования 2021: образование, которое мы хотим для поколения двухсотлетних"3.

Проект появился в преддверии периода 2010-х годов, в течение которого большинство латиноамериканских стран будут отмечать 200-летние юбилеи завоевания независимости.

Празднования, по мнению членов OEI, могут стать объединяющим фактором, побуждающим к стремлению вырастить новое поколение культурных и свободных граждан.

Значительная роль в достижении поставленных целей отводится музыкальному образованию. В этой области было предложено оригинальное решение, которое может стать примером новаторской трактовки роли музыкального искусства в качестве средства не только эстетического, но и социального воздействия. Речь идет о важном начинании Венесуэлы по созданию системы детских и юношеских симфонических оркестров, движущей силой которого стала идея социализации молодежи из беднейших районов путем вовлечения ее в групповое музицирование с целью спасения от опасностей маргинальной среды. Со временем эта система стала заметным социокультурным явлением.

Известно, что идеологические установки, шкала ценностей, даже личные привычки формируются в процессе совместного, группового, а значит социального общения - в коллективной деятельности. Молодые люди оказываются погруженными в социальную среду, в которой они получают знания через личное участие, а идеи и взгляды, усвоенные ими в процессе этого общения, становятся их собственными. Естественно, идейный уровень общения участников музыкального ансамбля, хора или оркестра резко отличается от среды уличной компании и поначалу может оказаться для новичка непривычным и даже чуждым. Однако, если этот новый мир покажется ему привлекательным, и он поверит в важность принадлежности к данной группе, альтернатива между угрозой изгнания или, напротив, возможность признания со стороны ее участников становится мощным стимулом для принятия им ценностей, привычек и форм существования этого сообщества, потребностью жить и действовать в согласии с его интересами. И несмотря на то, что в группу могут входить представители разных слоев общества, их начинает объединять общая идея. Если же эта группа стр. достигает престижного положения, возможность принадлежать к ней обретает особую притягательность. Такова в общих чертах философская база социализации детей и юношей посредством артистической деятельности, положенная в основу проекта молодежных симфонических оркестров в Венесуэле.

Инициатором создания Национальной системы детских и юношеских симфонических оркестров Венесуэлы стал Хосе Антонио Абреу - композитор, пианист и дирижер, взваливший на себя неимоверный груз выполнения сверхзадачи по спасению своих юных соотечественников посредством приобщения их к высокому искусству музыки.

Необыкновенные личные достоинства Абреу заставляют нас немного рассказать о его жизненном пути.

Абреу родился в 1939 г. в г. Валере. Музыке начал учиться в г. Баркисименто, а переехав в 1957 г. в столицу Венесуэлы Каракас, продолжил заниматься у известных венесуэльских музыкантов - Висенте Эмилио Сохо по композиции, Моизес Молейро - по фортепиано и Эвенсио Кастельянос - по классам органа и клавесина. В 1964 г. Абреу окончил Высшую школу музыки им. Хосе Анхеля Ламаса, затем прошел курс оркестрового дирижирования под руководством Умара Гонсало Кастельяноса и начал успешно выступать в качестве дирижера с венесуэльскими оркестрами. Уже в 1967 г. он был удостоен Национальной музыкальной премии, первой из длинной цепи наград, ожидающих его в будущем.

Параллельно с занятиями музыкой Абреу сделал блестящую карьеру экономиста, получив ответственные посты исполнительного директора Центрального бюро по координации и планированию при президенте республики (Oficina Central de Coordination y Planificacion de la Presidencia de la Republica, Cordiplan) и консультанта Национального экономического совета.

Решительный поворот в характере деятельности Абреу совпал с прогрессивными изменениями в жизни страны, начавшимися с первым приходом к власти в 1974 г. социал демократической партии Демократическое действие во главе с Карлосом Андресом Пересом. Переломным моментом для культуры и искусства Венесуэлы стал 1975 г., когда были учреждены образовательно-просветительские организации - Национальный совет по культуре (Consejo Nacional de la Cultura, CONAC) и Фонд культуры и искусств (Fundacion para la Cultura у las Artes, FUND ARTE), приступившие к поискам новых решений в деле эстетического воспитания населения. Именно в это время и была официально поддержана оригинальная идея Абреу - помочь молодежи выбраться из нищеты и неуверенности при стр. помощи коллективного музицирования, а если смотреть шире, - открытия посредством музыки новых перспектив, способных привести к изменению социальной структуры в стране. По мнению музыканта, "до последних лет культура рассматривалась лишь как элитарный продукт, мир меньшинства для меньшинства. Я думаю, что большинство должно иметь доступ к искусству, к культуре, поскольку она формирует гуманистические общества. Искусство, религия и философия должны выполнять эту миссию, чтобы нейтрализовать насилие и интолерантность современного мира"4.

Чтобы оценить масштаб поставленной задачи, нужно понимать, что речь шла не об организации одиночного оркестрового коллектива - в подобном начинании не было бы ничего особенного. Идея заключалась в том, чтобы создать целую систему оркестров по всей Венесуэле, стране, обремененной множеством гораздо более актуальных и неотложных проблем. Стоит представить, какими средствами нужно было располагать для оснащения лишь одного коллектива такого рода - симфонического оркестра численностью хотя бы в 30 - 50 человек, для которого должны были быть найдены помещения, приобретены музыкальные инструменты, ноты, пюпитры;

скольких специалистов нужно было привлечь для обучения детей, не говоря уже о самих детях, весьма далеких не только от классической музыки, но и от элементарных понятий о культуре. Тем не менее благодаря организаторскому таланту и самоотверженной преданности идее Абреу у детей и юношей из бедных районов появилась возможность войти в новый для них мир высокой культуры и гуманитарный знаний.

Так началась кропотливая работа Абреу поначалу с восемью, потом с одиннадцатью, а вскоре уже с несколькими десятками молодых людей (из Каракаса и других самых отсталых в экономическом отношении районов Венесуэлы, в частности, Маракату и Баркисименто), вошедших в первый состав Национального молодежного симфонического оркестра Венесуэлы. Сообщение газеты "El Nacional" о первом официальном концерте оркестра, состоявшемся 12 февраля 1975 г., вышло под заголовком: "Играть и бороться!", ставшим лозунгом юных музыкантов, с которым они начали учиться преодолевать трудности и побеждать. По прошествии лишь одного года существования оркестр под руководством Абреу с успехом выступил на Международном фестивале молодежных симфонических оркестров в Абердене (Швеция).

Широкое публичное признание молодежного коллектива подтолкнуло руководство страны к учреждению 20 февраля 1979 г. государственного фонда, под эгидой которого началось становление Национальной системы детских и юношеских оркестров. В 1996 г.

этот фонд был преобразован в Государственный фонд для национальной системы молодежных и детских оркестров Венесуэлы (Fundacion de Estado para el Sistema Nacional de las Orquestas Juveniles e Infantiles de Venezuela, FESNOJIV). Фондом были поставлены задачи:

- развивать индивидуальные музыкальные и социальные способности и умения детей и юношей, организованных посредством музыкального образования, оркестровой игры и хорового пения;

- формировать чувства коллективизма, собственности, эффективности, инновации, способности к риску и успеху;

стр. - побуждать к адекватному использованию свободного времени в целях избежания вовлечения детей и юношей в потребление наркотиков, алкоголизм и проституцию;

- способствовать культурному формированию учеников на основе учебных программ;

- обеспечить формирование педагогического состава в академических подразделениях, входящих в систему оркестров;

- содействовать решению проблемы занятости молодежи, исключенной из школьной и рабочей среды, посредством профессиональной подготовки мастеров по ремонту и производству инструментов для симфонического оркестра и ансамблей народной музыки5.

Абреу разработал тщательно продуманную методику обучения, опирающуюся на передовые достижения педагогической науки. Заслуживает внимания его базовая идея о том, что "все педагогические, методологические и музыкальные ресурсы должны находиться в неразрывной связи с обучением родному языку, поскольку в этом случае преподавание музыки превращается в процесс имитации и повторения, подобно тому, который дети осуществляют непроизвольно во время обычного общения и который впоследствии трансформируется в разнообразные и сложные процессы получения интеллектуальной информации"6.

Особое внимание в методике Абреу уделяется начальному этапу обучения детей 7 - 12 летнего возраста. В этот период делается все возможное для создания благоприятной атмосферы при получении первых впечатлений от музыки, а также выявления индивидуальных склонностей ребенка при выборе инструмента, на котором ему предстоит играть. Важным считаются также участие в хоровом пении и различных камерных ансамблях, благодаря чему ученики могут не только познакомиться со всем разнообразием музыкальных форм и жанров, но и воспитать в себе чувство коллективизма, научиться устанавливать дружеские контакты с окружающими. Высоко оцениваются и индивидуальные усилия учащихся - лучшие из них поощряются премиями за усердие, получают возможность пройти курсы совершенствования навыков под руководством наиболее опытных педагогов. Так, солисты симфонического оркестра Берлинской филармонии регулярно уже в течение многих лет проводят семинары и открытые уроки.

Система имеет пирамидальную структуру: на первом этапе дети играют в детских оркестрах, затем в результате отбора переходят в юниорские оркестры и чуть позже - в молодежные. Наиболее одаренные из них имеют возможность войти в состав оркестров высшего уровня - Национального детского и юношеского симфонического оркестра Венесуэлы и Симфонического молодежного оркестра им. Симона Боливара.

Абреу руководствуется гуманистическим видением роли искусства, которое, выходя за рамки эстетических представлений, формирует облик полноценного, широко образованного человека. На вопрос, считает ли он, что все его воспитанники должны стать музыкантами, он ответил: "Конечно, нет. Если какой-то юноша станет инженером, ему будут присущи чувства гуманизма и высокого гражданского сознания, воспитанные во время занятия музыкой. Коллективная практика оркестра формирует гражданские чувства, вселяет надежду, приносит удовольствие и радость".

стр. Заслуги Абреу не остались незамеченными мировой общественностью. В 1983 г. он был избран президентом IV Межамериканской конференции по музыкальному образованию, созванной по инициативе ОАГ. В 1988 г. при президентах от социал-демократической партии Хайме Лусинчи (1984 - 1989) и Карлосе Андресе Пересе (1989 - 1993) занял посты министра культуры и президента Национального совета по культуре Венесуэлы, оставаясь на этих должностях до 1993 и 1994 гг. соответственно. В ноябре 1995 г. ЮНЕСКО избрала маэстро Абреу специальным делегатом по развитию системы детских и юношеских оркестров и хоров с целью пропаганды и распространения венесуэльской модели по всему миру. Среди множества наград и дипломов, полученных Абреу за годы его деятельности, наиболее значительным стало присуждение ему в 2001 г. парламентом Швеции международной премии "За образцовую жизнь" (так называемая альтернативная Нобелевская премия), вручаемая в знак благодарности за практическую деятельность в разрешении наиболее неотложных проблем, с которыми человечество сталкивается в настоящее время. 29 ноября 2004 г. Детский фонд ООН (United Nations Children's Fund, UNICEF) официально провозгласил Национальную систему детских и юношеских оркестров Венесуэлы национальным послом доброй воли, на протяжении всех лет демонстрировавшую подлинное стремление работать на благо самых уязвимых слоев населения.

Поток наград, присужденных лично Абреу, не прекращается. Упомянем лишь некоторые из них. В 2005 г. посол ФРГ в Венесуэле наградил его Крестом за заслуги I степени в знак благодарности и признания за выдающуюся деятельность по установлению культурных связей между Венесуэлой и Германией. В 2006 г. Абреу был удостоен премии итальянского представительства UNICEF за всестороннюю деятельность по защите детей и юношества и решение проблем молодежи путем приобщения молодых людей к музыке.

В 2008 г. мэр Сеговии (Испания) уполномочил доктора Абреу представить кандидатуру этого города в качестве европейской культурной столицы 2016 г. Император Японии удостоил Абреу Большой ленты восходящего солнца в знак признания его деятельности по музыкальному образованию детей и молодежи.

Венесуэльское общество с гордостью наблюдает за успехами своей молодежи на музыкальном поприще. Широкое признание получили не только художественный уровень исполнения, достигнутый молодыми музыкантами, но и социальные изменения, произошедшие в результате деятельности оркестров в борьбе с наркоманией и преступностью, уровень которой снизился в городах, где есть оркестры. Благодаря регулярным выступлениям молодежных оркестров широкая публика получила доступ к достижениям мировой музыки, что благотворно сказалось на повышении культурного уровня всего населения страны. Сами ученики способствуют распространению проекта, привлекая своим примером других молодых людей и тем самым содействуя не только их приобщению к ценностям академической музыки, но и изменению социально-культурных норм общежития. Как сказал один юный музыкант, "если ты приходишь из городского предместья, где правят безрассудство, преступность, нищета, и тебя учат музыке, твой образ мыслей меняется"8.

По мнению автора российской "Литературной газеты", композитора Юрия Алябова, система Абреу хотя и зародилась задолго до того, как Уго Чавес пришел к власти, "но именно при нем она получила ту мощнейшую государственную поддержку, которая позволила ей стать лучшей в мире на стр. сегодняшний день". Ныне многими международными организациями система признается как уникальная, достойная быть примененной во всех странах мира, прежде всего в тех, которые стремятся к сокращению уровня бедности, неграмотности и включению детей и подростков в полноценную трудовую и творческую жизнь. Приведем несколько примеров распространения венесуэльской модели:

- в 1992 г. чилийский дирижер Фернандо Росас при поддержке министра образования Рикардо Лагоса начал создавать программу молодежных оркестров в Чили;

- представители разных стран объединились в Ибероамериканском юношеском оркестре, дебютировавшем в 1997 г. при помощи фонда Андреса Бельо во время проведения VII встречи глав ибероамериканских государств на острове Маргарита (Венесуэла);

- венесуэльская система с воодушевлением была воспринята Андским сообществом наций (Comunidad Andina de Naciones, CAN) - Боливией, Колумбией, Эквадором и Перу, способствовавшим созданию в этом регионе системы молодежных хоров;

- в 1998 г. при содействии правительства в Аргентине начал осуществляться проект детских и юношеских оркестров, количество которых достигло 309;

- по примеру Венесуэлы ОАГ пошла на создание Молодежного оркестра Америк, дебютировавшего в 2000 г. в Нью Йорке.

Под влиянием венесуэльской системы в различных регионах мира зародились оригинальные самостоятельные инициативы. Так, скрипач Дэвид Юритц из Южной Африки, в настоящее время проживающий в Велико стр. британии, основал в 2007 г. фонд "Musequality" - благотворительную организацию, ставящую задачей развитие музыкальных проектов для детей из неблагополучных районов в развивающихся странах. Деятельность этого фонда охватила уже многие регионы мира, в частности Африку и Азию, где социальные проблемы особенно обострены. Группы музицирующих детей образованы в Уганде, Южной Африке, Гане, Кении, Нигерии, в Индии, Таиланде. С фондом сотрудничают десятки, а, возможно, и сотни добровольных помощников-волонтеров.

В 2009 г. FESNOJIV в содружестве с Консерваторией Новой Англии и другими организациями образовали "Систему США", которая на основе обобщения методологии, используемой в Венесуэле, разработала программу подготовки волонтеров, призванных распространять по всему миру программы музыкального образования. Одним из первых результатов деятельности "Системы США" стала организация в 2009 г. программы оркестра для молодежи из группы риска на Карибах.

Широкое распространение получили молодежные оркестры в Португалии, организованные в рамках системы так называемых профессиональных школ, расположенных по большей части в провинциях, и привлекающих к обучению музыке детей из близлежащих городков и деревень. Некоторые из этих оркестров достигли высокого уровня исполнительского мастерства. Здесь, в частности, нужно отметить симфонический оркестр профессиональной школы "Artave" из местечка Санто-Тирсо и самоотверженную деятельность ее директора Алешандро Рейеса, совмещающего профессии медика и музыканта.

Более чем в 30 странах были созданы программы обучения, в которых используется венесуэльская модель. Среди них: Аргентина, Австралия, Австрия, Боливия, Бразилия, Канада, Чили, Колумбия, Южная Корея, Коста-Рика, Эквадор, Куба, Сальвадор, Швеция, США, Гватемала, Гондурас, Великобритания, Италия, Ямайка, Индия, Мексика, Никарагуа, Панама, Парагвай, Перу, Португалия, Пуэрто-Рико, Доминиканская Республика, Тринидад и Тобаго, Уругвай.

Знаменательным событием триумфального шествия "венесуэльского чуда", как часто называют систему Хосе Антонио Абреу, стало образование Молодежного иберо американского оркестра Двухсотлетия под эгидой Генерального секретариата ОАГ по Иберо-Америке, в состав которого вошли 130 музыкантов из 22 стран. Дебютное выступление оркестра было приурочено к открытию в декабре 2009 г. XIX встречи глав ибероамериканских государств в Эшториле (Португалия). С 28 октября по 6 декабря г. была проведена серия концертов в Аргентине и Мексике. В программе были имена выдающихся композиторов Иберо-Америки - Де Фальи, Хосе Пабло Монкайо, Карлоса Чавеса, Иносенте Карреньо, Сильвестре Ревуэльтаса, Артуро Маркеса, Альбсрто Хинастеры.

Юношеские оркестры стран Латинской Америки активно подключаются к празднованию годовщин 200-летия независимости. 11 сентября 2010 г. в Буэнос-Айресе выступил Юношеский национальный оркестр Двухсотлетия. 26 октября 2010 г. в столице Чили на площади Конституции состоялся концерт объединенного юношеского оркестра с участием 1200 музыкантов. Дебют юношеского оркестра Двухсотлетия состоялся 17 мая 2011 г. в столице Парагвая Асунсьоне. В мае 2011 г. под патронажем Венского филармонического оркестра начал функционировать юношеский симфонический оркестр Перу.



Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.