авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 22 |

«ПЕЧАТАЕТСЯ ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА Пролетарии всех стран, соединяйтесь! ...»

-- [ Страница 15 ] --

когда капиталист на деле весь прибавочный труд и весь при бавочный продукт непосредственно присваивает прежде всего себе, хотя он и вынужден вы плачивать часть его землевладельцу и т. д., — лишь с этого момента прибыль становится главным источником капитала, РИЧАРД ДЖОНС накопления, того богатства, которое сберегается из дохода и употребляется с целью получе ния прибыли. Это вместе с тем предполагает (что подразумевается само собой, поскольку речь идет о господстве капиталистического способа производства), что «имел место значи тельный рост сил национального производства».

Таким образом, тем ослам, которые воображают, что без прибыли на капитал накопление не могло бы иметь место, или которые оправдывают прибыль тем, что капиталист приносит жертву, делая из своего дохода сбережения для производительных целей, Джонс отвечает, что эта функция «накапливания» выпадает преимущественно на долю капиталиста именно при этом специфическом способе производства (капиталистическом), что при прежних спо собах производства главными действующими лицами в этом процессе были сам работник и отчасти земельный собственник и что прибыль не играла там почти никакой роли.

Функция накопления, естественно, всегда переходит к тем, кто 1) присваивает себе приба вочную стоимость, и 2) среди тех, кто присваивает себе прибавочную стоимость, в особен ности к тому, кто в то же время является агентом в самом производстве. Поэтому, когда го ворят, [1135] что прибыль оправдана тем, что капиталист сколачивает свой капитал путем «сбережений» из прибыли и что он выполняет функцию накопления, то этим говорят только то, что капиталистический способ производства оправдан самим фактом своего существова ния, — что в равной мере относится к предыдущим и последующим способам производства.

Когда говорят, что другим путем накопление невозможно, то забывают, что этот определен ный способ накопления — при посредстве капиталиста — имеет определенную историче скую дату своего возникновения и движется в направлении к (тоже исторической) дате своей гибели.

Во-вторых. Раз в руки капиталистов per fas et nefas* перешло столько накопленного богат ства, что они могут завладеть производством, то основную массу существующего капитала — по истечении известного времени, — можно считать возникшей исключительно из при были (дохода), т. е. из капитализированной прибавочной стоимости.

Джонс недостаточно отмечает один пункт, который он, собственно говоря, лишь молча ливо подразумевает, а именно: если работающий производитель сам себе выплачивает «за работную плату» и его продукт не принимает сперва такую форму, * — правдами и неправдами. Ред.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] в которой он «сберегается» из дохода других людей и затем обратно выплачивается послед ними работнику, то необходимо, чтобы работник владел своими условиями производства (в качестве ли собственника, арендатора или наследственного владельца надела и т. д.). Для то го чтобы его «заработная плата» (а вместе с тем «рабочий фонд») противостояла ему как чу жой капитал, эти условия производства должны быть им предварительно утрачены, они должны принять форму чужой собственности. Лишь после того как вместе с условиями про изводства у работника отняли его «рабочий фонд» и все это обособилось в виде противо стоящего рабочему капитала, лишь после этого начинается дальнейший процесс, который состоит не просто в воспроизведении этих первоначальных условий, а в их дальнейшем раз витии, так что как условия производства, так и «рабочий фонд» выступают перед рабочим в качестве «сбережений» из дохода других людей, сделанных для того, чтобы превратиться в капитал. Утратив владение своими условиями производства и, тем самым, своим «рабочим фондом», рабочий утратил также и функцию накопления, и всякое делаемое им добавление к богатству выступает в виде дохода других людей, который предварительно должен быть «сбережен» этими людьми, — т. е. не должен быть израсходован в качестве дохода, — чтобы выполнять функции капитала и «рабочего фонда» для рабочего.

Так как сам Джонс описывает такое состояние общества, при котором дело обстоит еще не так, при котором еще существует единство [между работником и условиями труда], то ему, естественно, надлежало бы представить указанное «отделение» как действительный процесс образования капитала. Раз это «отделение» налицо, процесс образования капитала, конечно, наступает, — он продолжается и расширяется, — ибо прибавочный труд рабочего теперь всегда противостоит рабочему как чужой доход, путем «сбережения» которого только и может происходить накопление богатства и расширение масштаба производства.

Обратное превращение дохода в капитал. Если капитал {т. е. отделение условий произ водства от работника} есть источник прибыли {т. е. источник того, что прибавочный труд выступает как доход капитала, а не труда}, то теперь прибыль становится источником капи тала, источником образования нового капитала, т. е. источником того, что добавочные усло вия производства противостоят рабочему как капитал, как средства для того, чтобы сохра нять его в качестве рабочего и все снова и снова присваивать его прибавочный труд. Перво начальное РИЧАРД ДЖОНС единство между работником и условиями труда имеет {мы не говорим об отношениях рабст ва, когда сам работник принадлежит к объективным условиям труда} две основные формы:

азиатская община (первобытный коммунизм) и мелкое семейное земледелие (с которым свя зана домашняя промышленность) того или иного типа. Обе эти формы;

являются детскими формами, одинаково мало пригодными для того, чтобы развивать труд как общественный труд и повышать производительную силу общественного труда. Отсюда необходимость разъединения, разрыва, противоположности между трудом и собственностью (под последней следует понимать собственность на условия производства). Самой крайней формой этого разрыва, при которой вместе с тем производительные силы общественного труда достигают самого мощного развития, является форма капитала. Первоначальное единство может быть восстановлено лишь на той материальной основе, которую создает капитал, и лишь при по средстве тех революций, которые в процессе этого созидания претерпевают рабочий класс и все общество.

У Джонса недостаточно отмечен еще и следующий пункт:

Тот доход, который непосредственно как доход обменивается на труд, если только это не доход ведущего свое собственное хозяйство работника, нанимающего для себя вторичного работника, есть доход землевладельца, проистекающий из той ренты, которую ведущий свое собственное хозяйство работник платит землевладельцу и которую этот последний вместе со своими слугами и челядью не потребляет целиком in natura*, а частично использует для по купки продуктов и услуг вторичных работников. Этот обмен дохода на труд всегда предпо лагает, следовательно, первое отношение [отношение между землевладельцем и ведущим свое собственное хозяйство работником, платящим ренту землевладельцу].

[1136] {Подобно тому как часть прибыли даже в том случае, когда промышленный капи талист применяет свой собственный капитал, считается процентом только потому, что этот вид дохода имеет отдельную форму существования, так на основе капиталистического спо соба производства, даже и тогда, когда работник владеет своими средствами производства и не нанимает никакого другого работника, эти средства производства рассматриваются как капитал, а та часть собственного труда работника, которую он реализует сверх того, что об разует обычную заработную плату, выступает как прибыль, обязанная своим существовани ем его капиталу. Сам работник при этом * — в натуре, в натуральной форме. Ред.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] оказывается разложенным на различные экономические типы. В качестве своего собственно го рабочего он получает свою заработную плату, а в качестве капиталиста — свою прибыль.

Это замечание относится к главе «Доход и его источники»138.} «Существует различие между влиянием, оказываемым на производительные силы народов тем богатством, которое было сбережено и расходуется в виде заработной платы с целью получения прибыли, и тем богатст вом, которое авансируется на содержание труда из дохода. Имея в видя это различие, я употребляю слово ка питал исключительно для обозначения той части богатства, которая была сбережена из дохода и употребляется с целью получения прибыли» (стр. 36—37) [Русский перевод, стр. 314].

«Мы могли бы... понимать под капиталом всякое богатство, предназначенное для содержания труда, без различно, проделало ли оно предварительный процесс сбережения или нет... В таком случае, прослеживая у различных народов и при различных условиях положение трудящихся классов и тех, кто им платит, мы должны были бы проводить различие между таким капиталом, который был сбережен, и таким капиталом, который не подвергался процессу накопления, короче, между таким капиталом, который является доходом, и таким капи талом, который не является доходом» (стр. 36) [Русский перевод, стр. 313—314].

«Во всех странах Старого света, за исключением Англии и Голландии, заработная плата земледельцев не авансируется из фондов, сбереженных и накопленных из доходов, а производится самими работниками и ни когда не существует ни в какой иной форме, кроме как в форме запаса для их собственного непосредственного потребления» (стр. 37) [Русский перевод, стр. 314].

От других политико-экономов (исключая, пожалуй, Сисмонди) Джонса отличает то, что он как существенный момент подчеркивает социальную определенность формы капитала и к этой определенности формы сводит все различие между капиталистическим способом про изводства и другими способами производства. Эта социальная определенность формы капи тала состоит в том, что труд непосредственно превращается в капитал и что, с другой сторо ны, этот капитал покупает труд не ради его потребительной стоимости, а для увеличения своей собственной стоимости, для создания прибавочной стоимости (более высокой меновой стоимости), «с целью получения прибыли».

Но вместе с тем здесь обнаруживается, что само «сбережение дохода» с целью превраще ния его в капитал и само «накопление» лишь по форме отличаются от других условий, в ко торых «богатство предназначено для содержания труда». Земледельческие рабочие в Англии и Голландии, получающие свою заработную плату от капитала «авансом», точно так же «производят свою заработную плату сами», как и французский крестьянин или ведущий свое собственное хозяйство русский крепостной. Если рассматривать процесс производства в его непрерывности, то РИЧАРД ДЖОНС капиталист сегодня авансирует рабочему в качестве «заработной платы» лишь некоторую часть продукта, «произведенного» этим рабочим вчера. Различие [между капиталистическим способом производства и другими способами производства] заключается, стало быть, не в том, что в одном случае рабочий производит свою собственную заработную плату, а в дру гом не производит. Различие заключается в том, что этот его продукт [в одном случае] вы ступает как заработная плата;

что в одном случае [в условиях капиталистического способа производства] продукт рабочего (та часть продукта рабочего, которая образует «рабочий фонд»), во-первых, выступает как чужой доход;

затем, однако, во-вторых, затрачивается не как доход, а также и не на такой труд, в виде которого доход потребляется непосредственно как доход, и, в-третьих, противостоит рабочему как капитал, который возвращает рабочему эту часть продукта в обмен не просто на эквивалент, а на большее количество труда,,чем овеществлено в передаваемом рабочему продукте. Таким образом, продукт рабочего высту пает, во-первых, как чужой доход, во-вторых, как «сбережения» из дохода для покупки труда с целью получения прибыли, т. е. он выступает в качестве капитала.

Этот процесс, в котором собственный продукт рабочего противостоит ему как капитал, и имеет в виду Джонс, когда он говорит, что «рабочий фонд» «проделал предварительный процесс сбережения», «подвергся процессу накопления», что этот фонд, прежде чем быть обратно превращенным в средства существования рабочего, «существует в иной форме»

(здесь Джонс прямо говорит об одном лишь изменении формы), нежели «в форме запаса для непосредственного потребления работников». Все различие состоит в том превращении формы, которое претерпевает произведенный рабочим «рабочий фонд», прежде чем он снова возвращается к рабочему в форме заработной платы. Поэтому в случае с самостоятельными крестьянами или с самостоятельными ремесленниками «рабочий фонд» никогда и не прини мает форму «заработной платы».

[1137] «Сбережение» и «накопление» здесь, — поскольку речь идет о «рабочем фонде», — являются всего лишь названиями для тех превращений формы, которые претерпевает продукт работника. Работник, ведущий свое собственное хозяйство, так же потребляет свой продукт, как и наемный рабочий, или, вернее, последний потребляет свой продукт так же, как и первый. Разница только в том, что у наемного рабочего его продукт выступает как не что сбереженное, или накопленное, из дохода другого лица — капиталиста. В действительно сти [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] же дело, наоборот, обстоит так, что этот процесс дает возможность капиталисту «сберегать», или «накоплять», для самого себя прибавочный труд рабочего;

потому Джонс и подчеркива ет так сильно то обстоятельство, что при некапиталистическом способе производства накоп ление проистекает не из прибыли, а из «заработной платы», т. е. из дохода самостоятельного земледельца или такого ремесленника, который обменивает свой труд непосредственно на доход (да и как же иначе из среды этих самостоятельных земледельцев и ремесленников могли бы возникнуть буржуа?), и из ренты, получаемой земельными собственниками. Но для того чтобы «рабочий фонд» проделал эти превращения, необходимо также, чтобы и условия производства противостояли работнику тоже как капитал, чего нет в других формах. Увели чение богатства в этом последнем случае представляется не исходящим от рабочего, а по лучающимся из прибыли посредством сбережения, посредством обратного превращения прибавочной стоимости в капитал, — подобно тому как сам «рабочий фонд» (прежде чем увеличиться посредством нового накопления) противостоит рабочему в качестве капитала.

«Сбережение», в буквальном значении этого слова, имеет смысл лишь в отношении того капиталиста, который капитализирует свой доход, в противоположность тому капиталисту, который его проедает, расходует в качестве дохода, но оно не имеет ни малейшего смысла для характеристики отношения между капиталистом и рабочим.

Два основных факта характеризуют капиталистическое производство:

Во-первых, концентрация средств производства в немногих руках, вследствие чего они перестают выступать в качестве непосредственной собственности отдельного работника, а выступают как силы общественного производства, хотя вначале еще только в качестве соб ственности неработающих капиталистов. Последние являются в буржуазном обществе их опекунами и пользуются всеми плодами этого опекунства.

Во-вторых, организация самого труда как труда общественного посредством кооперации, разделения труда и соединения труда с результатами господства общества над силами при роды.

И тем и другим путем капиталистическое производство уничтожает частную собствен ность и частный труд, хотя еще только в антагонистических формах.

Смысл того, что у А. Смита составляет главное различие между производительным и не производительным трудом, а РИЧАРД ДЖОНС именно, что первый обменивается непосредственно на капитал, а второй непосредственно на доход, — смысл этого различия вполне выясняется лишь у Джонса. Здесь обнаруживается, что первого рода труд характеризует капиталистический способ производства;

второй же — там, где он господствует, — принадлежит прежним способам производства, а там, где он только изредка встречается, он ограничивается (или должен был бы ограничиваться) такими сферами, где нет непосредственного производства богатства.

«Капитал — это тот инструмент, при помощи которого приводятся в действие все факторы, увеличивающие эффективность человеческого труда и производительные силы народов... Капитал — это накопленный резуль тат прошлого труда, употребляемый для достижения определенного эффекта на определенном участке работы по производству богатства» (стр. 35) [Русский перевод, стр. 312].

(В примечании к этому месту Джонс говорит:

«Будет уместно и разумно считать акт производства незаконченным до тех пор, пока произведенный товар не доставлен в руки того человека, который должен его потребить;

все, что было сделано до того, имеет в виду эту цель. Лошадь и повозка лавочника, которые доставляют нам чай из Хартфорда в наш колледж, так же необ ходимы, если мы хотим иметь этот чай, чтобы потребить его, как и труд китайца, собравшего и высушившего чайные листья».) «Но... этот капитал... не во всяком обществе выполняет все те задачи, которые он может выполнять. Во всех случаях он берется за их выполнение лишь постепенно и в определенной последовательности, и примеча телен и в высшей степени важен тот факт, что та особая функция, выполнение которой существенно для значительного развития мощи капитала во всех его других функциях, есть как раз та функция, которую капи тал в отношении большей части работников земного шара вообще еще никогда не выполнял» (стр. 35—36).

«Я имею в виду авансирование заработной платы» (стр. 36) [Русский перевод, стр. 313].

«Заработная плата авансируется капиталистами в случаях, распространяющихся менее чем на одну четвер тую часть работников земного шара... Это обстоятельство... имеет первостепенное значение при объяснении относительного прогресса народов» (там же).

[1138] «Капитал, или накопленный запас, лишь позднее, после того как он выполнял различные другие функции при производстве богатства, берет на себя функцию авансирования работнику его заработной платы»

(стр. 79) [Русский перевод, стр. 350].

В последней фразе Джонса (со стр. 79) капитал по сути дела охарактеризован как «отно шение», не только как «накопленный запас», а как вполне определенное производственное отношение. «Запас» не может «брать на себя функцию авансирования заработной платы». И Джонс подчеркивает, что основной формой капитала, — той формой, в которой он придает отличительный характер всему процессу общественного производства, [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] господствует над ним и приводит к совершенно новому развитию производительных сил общественного труда, революционизируя все социальные и политические отношения, — яв ляется та форма, в которой капитал противостоит наемному труду, выплачивает заработную плату. Джонс отмечает, что до выступления капитала в этой, имеющей решающее значение, функции капитал выполняет другие функции, выступает в других, подчиненных, но истори чески более ранних, формах, но что его мощь во всех его функциях достигает своего полного развития лишь с выступлением его в качестве промышленного капитала. С другой стороны, в своей третьей лекции: «О том, как капитал или капиталисты» {здесь, в этом «или», и зарыта собака: только в результате этой персонификации накопленный запас становится капиталом} «постепенно берут на себя последовательные функции в производстве богатства», — Джонс не говорит нам, каковы эти более ранние функции. В действительности это могут быть лишь функции торгового капитала или капитала, занятого торговлей деньгами. Но хотя Джонс столь близко подходит к правильному взгляду и в известном смысле сам высказывает его, он, с другой стороны, как политико-эконом все же до такой степени находится в плену бур жуазного фетишизма, что ни один черт не может поручиться, что Джонс здесь не имеет в ви ду те различные функции, для которых «накопленный запас» может служить просто в каче стве накопленного запаса. Положение Джонса:

«Капитал, или накопленный запас, лишь позднее, после того как он выполнял различные другие функции при производстве богатства, берет на себя функцию авансирования работнику его заработной платы» (стр. 79) — есть полное выражение того противоречия, что, с одной стороны, у Джонса имеет ме сто правильное историческое рассмотрение капитала, а с другой стороны, оно затемнено свойственным политико-экономам ограниченным представлением, будто «запас» как тако вой и есть «капитал». Поэтому «накопленный запас» становится у Джонса личностью, кото рая «берет на себя функцию авансирования заработной платы» работникам. Джонс разруша ет свойственную политико-экономам ограниченность, еще сам находясь в плену у нее, — и разрушение ее становится необходимым, коль скоро капиталистический способ производст ва рассматривается как исторически определенный способ производства и уже не представ ляется больше вечным естественным отношением производства.

Мы видим, какой большой скачок сделан от Рамсея до Джонса. Как раз ту функцию капи тала, которая делает его капиталом, — авансирование заработной платы, — Рамсей объ РИЧАРД ДЖОНС являет случайной функцией, вызванной лишь нищетой основной массы народа и безразлич ной для процесса производства как такового. В этой ограниченной форме Рамсей отрицает необходимость капиталистического способа производства. Джонс же {поразительно, что оба они были попами английской государственной церкви139. Английские попы всё же, по видимому, думают больше, чем континентальные} показывает, что именно эта функция де лает капитал капиталом и обусловливает характерные особенности капиталистического спо соба производства. Джонс показывает, как эта форма возникает лишь на известной ступени развития производительных сил и создает тогда совершенно новый материальный базис. Но поэтому Джонс гораздо глубже, чем Рамсей, понимает также и «упразднимость», лишь исто рически преходящую необходимость этой формы. Джонс отнюдь не считает капиталистиче ские отношения вечными отношениями:

«Когда-нибудь в будущем может возникнуть такой порядок вещей, — и отдельные части света, возможно, приближаются к нему, — при котором работники и владельцы накопленного запаса будут тождественны;

но в развитии народов... этого до сих пор никогда еще не было, и для того чтобы проследить и понять это развитие, мы должны наблюдать, как работники постепенно переходят из-под власти заказчиков, которые платят им из своего дохода, во власть предпринимателей, платящих им авансированием капитала, из валового продукта ко торого владельцы его рассчитывают реализовать для себя особого рода доход. Это, возможно, не является столь же желательным порядком вещей, как тот, при котором работники и капиталисты тождественны;

но мы должны тем не менее принимать его как известную стадию в ходе развития производства, которая до сих пор была характерна для развития передовых народов. До этой стадии жители Азии еще не дошли» (стр. 73) [Рус ский перевод, стр. 344].

[1139] Здесь Джонс без всяких обиняков заявляет, что он «принимает» капитал и капита листический способ производства лишь как переходную фазу в развитии общественного производства, как такую фазу, которая, с точки зрения развития производительных сил об щественного труда, означает громадный прогресс в сравнении со всеми предшествовавшими формами, но которая отнюдь не есть конечный результат, а, напротив, в присущей ей форме антагонизма между «владельцами накопленного богатства» и «фактическими работниками»

заключает в себе необходимость своей гибели.

Джонс был профессором политической экономии в Хейлибери, преемником Мальтуса.

Здесь мы видим, как действительная наука политической экономии кончает тем, что рас сматривает буржуазные производственные отношения как всего лишь исторические, кото рые ведут к более высоким отношениям, где [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] исчезает тот антагонизм, на котором основаны буржуазные производственные отношения.

Своим анализом политическая экономия разбивает те кажущиеся самостоятельными по от ношению друг к другу формы, в которых выступает богатство. Ее анализ (даже уже у Рикар до) идет настолько далеко, что 1) исчезает самостоятельная вещественная форма богатства, и оно просто выступает скорее как деятельность людей. Все, что не является результатом человеческой деятельно сти, результатом труда, есть природа и в качестве таковой не является социальным богатст вом. Призрак товарного мира рассеивается, и этот мир выступает всего лишь как постоянно исчезающее и постоянно вновь создаваемое объективирование человеческого труда. Всякое вещественно прочное богатство есть лишь мимолетное овеществление этого общественного труда, кристаллизация процесса производства, мерой которого является время — мера само го движения.

2) Те многообразные формы, в которых различные составные части богатства притекают к различным частям общества, утрачивают свою кажущуюся самостоятельность. Процент — это лишь часть прибыли, рента — только добавочная прибыль. Поэтому и процент и рента растворяются в прибыли, а сама прибыль сводится к прибавочной стоимости, т. е. к неопла ченному труду. Но стоимость товара сама сводится лишь к рабочему времени. Рикардиан ская школа заходит даже так далеко, что одну из форм присвоения этой прибавочной стои мости — земельную собственность (ренту) — она отрицает как бесполезную, коль скоро ее получают частные лица [а не государство]. Рикардианская школа отрицает земельного соб ственника как функционера капиталистического производства. Антагонизм, таким образом, сводится к антагонизму между капиталистом и наемным рабочим. Но это отношение между капиталистом и наемным рабочим рикардианская политическая экономия рассматривает как нечто данное, как закон природы, на котором покоится сам процесс производства. Поздней шие экономисты — такие, как Джонс — идут дальше этого и признают уже только истори ческую правомерность этого отношения. Но с того момента, когда буржуазный способ про изводства и соответствующие ему отношения производства и распределения признаются историческими, приходит конец заблуждению, рассматривающему буржуазный способ про изводства как естественный закон производства, и открывается перспектива нового общест ва, новой экономической общественной формации, к которой буржуазный способ производ ства образует лишь переход.140 [1139] РИЧАРД ДЖОНС [1139] Нам предстоит рассмотреть у Джонса еще разные вопросы:

1) Каким образом именно капиталистический способ производства — авансирование за работной платы капиталом — изменяет форму [производства] и производительные силы. 2) Рассуждения Джонса о накоплении и норме прибыли.

Но прежде всего здесь надо еще отметить следующий пункт:

[1140] «Капиталист явился только посредником в предоставлении работникам выгоды от расходования до ходов окружающими их покупателями в новой форме и при новых обстоятельствах» (стр. 79) [Русский перевод, стр. 349].

Это относится к тем неземледельческим работникам, которые раньше жили непосредст венно на доход землевладельцев и т. д. Вместо того чтобы эти работники непосредственно обменивали свой труд (или продукт своего труда) на указанные доходы, теперь капиталист обменивает продукт их труда — собранный и сконцентрированный в его руках — на эти до ходы, или последние превращаются в капитал, обмениваются на капитал, образуя выручку капитала. Вместо того чтобы быть непосредственной выручкой труда, они образуют теперь непосредственную выручку капитала, применяющего рабочих.141 [1140] [1144] После того как Джонс изобразил капитал как специфическое производственное отношение, существенная особенность которого состоит в том, что накопленное богатство выступает в качестве авансирующего заработную плату, а сам «рабочий фонд» фигурирует как «богатство, сбереженное из дохода и употребляемое с целью получения прибыли», он рассматривает характерные для этого способа производства изменения в развитии произво дительных сил. Очень хорошо Джонс говорит о том, как с изменением материальных произ водительных сил изменяются экономические отношения, а вместе с ними — социальное, мо ральное и политическое состояние народов:

«По мере того как общества изменяют свои производительные силы, они неизбежно изменяют и свои обы чаи. В ходе своего развития все разнообразные классы общества обнаруживают, что они связаны с другими классами новыми отношениями, занимают новое положение и окружены новыми моральными и социальными опасностями и новыми условиями социального и политического прогресса» (стр. 48) [Русский перевод, стр.

323—324].

Прежде чем заняться рассмотрением того, каким образом Джонс изображает влияние ка питалистической формы производства на развитие производительных сил, приведем еще не сколько мест, находящихся в связи с тем, что было приведено выше.

«Изменения в экономической организации обществ и в тех факторах и средствах, — обильных или скудных, — при помощи которых [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] выполняются задачи производства, сопровождаются большими, политическими, социальными, моральными и интеллектуальными изменениями. Эти изменения неизбежно оказывают решающее влияние на различные по литические и социальные элементы населения, в недрах которого они совершаются;

это влияние распространя ется на интеллектуальный склад, на привычки, обычаи, нравы и счастье народов» (стр. 45) [Русский перевод, стр. 320—321].

«Англия — это единственная большая страна, которая сделала... первый шаг в продвижении по направле нию к совершенству в смысле производящей машины, единственная страна, где население — как земледельче ское, так и неземледельческое — подчинено руководству капиталистов и где воздействия принадлежащих ка питалистам средств и тех особых функций, которые могут выполнять одни только капиталисты, повсеместно ощущаются не только в громадном росте богатства страны, но также и во всех экономических отношениях и в положении ее населения. Однако Англию — я говорю это с сожалением, но без малейшего колебания — нельзя считать удачным примером [1145] судьбы народа, развивающего подобным образом свои производительные силы» (стр. 48—49) [Русский перевод, стр. 324].

«Рабочий фонд в целом состоит: 1) из такой заработной платы, которую производят сами работники;

2) из доходов других классов, затрачиваемых на содержание труда;

3) из капитала, или из богатства, сбереженного из дохода и применяемого для авансирования заработной платы с целью получения прибыли. Тех, кто содер жится на первую часть рабочего фонда, мы будем называть ненаемными работниками. Тех, кто содержится на вторую часть, — оплачиваемыми обслуживателями. Тех, кто содержится на третью часть, — наемными рабо чими. Получение заработной платы из какой-нибудь одной из этих трех частей рабочего фонда определяет взаимоотношения работника с другими классами общества и тем самым определяет — иногда непосредствен но, иногда более или менее косвенно — ту степень непрерывности, искусности и силы, с какою выполняются задачи производства» (стр. 51—52) [Русский перевод, стр. 326].

«На первую часть рабочего фонда, на производимую самими работниками заработную плату, содержится больше половины — вероятно, даже больше двух третей — трудящегося населения мира. Эти работники по всюду состоят из крестьян, наделенных землей и обрабатывающих ее... Вторая часть рабочего фонда, — доход, затрачиваемый на содержание труда, — содержит значительное большинство производительных неземле дельческих работников Востока. Некоторое значение эта часть рабочего фонда имеет на континенте Европы, тогда как в Англии она охватывает лишь немногочисленных ремесленников, занятых случайными работами и представляющих собой остатки более многочисленного класса... Третья часть рабочего фонда, капитал, дает в Англии занятие значительному большинству ее работников, тогда как в Азии она содержит лишь небольшое число лиц, а в континентальной Европе эта часть содержит лишь неземледельческих работников, которые в целом не составляют, вероятно, и четверти всего производительного населения» (стр. 52) [Русский перевод, стр. 326—327].

«Я не выделил особо рабский труд... Гражданские права работников не оказывают влияния на их экономи ческое положение. Можно наблюдать, как рабы, подобно свободным людям, содержатся на любой вид рабоче го фонда» (стр. 53) [Русский перевод, стр. 327].

Однако если «гражданские права» работников не оказывают влияния на «их экономиче ское положение», то их экономическое РИЧАРД ДЖОНС положение оказывает влияние на их гражданские права. Наемный труд в национальном масштабе, а потому также и капиталистический способ производства, возможен только там, где рабочий лично свободен. Он покоится на личной свободе рабочих.

Смитовское различение производительного и непроизводительного труда правильно сво дится Джонсом к его сущности, к капиталистическому и некапиталистическому труду, так как он правильно проводит смитовское различение работников, оплачиваемых капиталом, и работников, оплачиваемых из дохода. Но сам Джонс под противопоставлением производи тельного и непроизводительного труда понимает, очевидно, противопоставление такого труда, который входит в производство материального [богатства], и такого, который в него не входит. Это следует из того [цитированного выше] места [со стр. 52], где Джонс говорит о производительных работниках, зависящих от затрачиваемого на них дохода. Далее, из сле дующих мест:

«Та часть общества, которая непроизводительна в смысле производства материального богатства, может быть полезной или бесполезной» (стр. 42) [Русский перевод, стр. 318].

«Разумно считать акт производства незаконченным до тех пор, пока произведенный товар не доставлен в руки того человека, который должен его потребить» (стр. 35, примечание) [Русский перевод, стр. 312].

Различие между работниками, живущими за счет капитала, и работниками, живущими за счет дохода, относится к форме труда. В этом состоит все различие между капиталистиче ским и некапиталистическим способами производства. Напротив, если понятие производи тельных и непроизводительных работников брать в более узком смысле, то производитель ным трудом будет всякий такой труд, который входит в производство товара (производство охватывает здесь все акты, через которые должен пройти товар от первичного производителя до потребителя), каким бы ни был этот труд — физическим или нефизическим (научным), — а непроизводительным трудом будет такой труд, который не входит в производство товара и целью которого производство товара не является. Это различение нельзя упускать из виду, и то обстоятельство, что все другие виды деятельности в свою очередь воздействуют на мате риальное производство, и vice versa*, абсолютно ничего не меняет в необходимости такого различения.

* — наоборот. Ред.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] [б) ДЖОНС О ВЛИЯНИИ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЙ ФОРМЫ ПРОИЗВОДСТВА НА РАЗВИТИЕ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫХ СИЛ.

ВОПРОС ОБ УСЛОВИЯХ ПРИМЕНИМОСТИ ДОБАВОЧНОГО ОСНОВНОГО КАПИТАЛА] [1146] Мы переходим теперь к вопросу о развитии производительных сил под влиянием капиталистического способа производства.

[Джонс говорит:] «Здесь, пожалуй, будет уместно указать на то, как этот факт» {авансирование заработной платы капиталом} «влияет на производительные силы работников, или на непрерывность, знания и силу, с которыми осуществля ется труд... Капиталист, оплачивающий рабочего, может содействовать непрерывности его труда, во-первых, тем, что он делает такую непрерывность возможной, во-вторых, тем, что он осуществляет надзор и прину ждает к ней. Множество различных работников во всем мире бродит по улицам в поисках заказчиков, их зара ботная плата зависит от случайных потребностей людей, как раз в этот момент нуждающихся в их услугах или в тех предметах, которые они изготовляют. С подобным положением столкнулись в Китае первые миссионеры:

«Там ремесленники с утра до вечера бегают по городу в поисках заказчиков. Большая часть китайских рабочих работает в частных домах. Вам нужна, например, одежда. Портной утром приходит к вам и вечером уходит до мой. Так же обстоит дело со всеми другими ремесленниками. Они постоянно бегают по улицам в поисках рабо ты, даже кузнецы, таскающие с собой свой молот и свой горн для обычных работ. И цирюльники тоже... обхо дят улицы с креслом на плечах и с тазом и котелком для горячей воды в руках»142. Это до сих пор остается обычным явлением на всем Востоке и отчасти также в Западном мире.

Так вот, этого рода работники не могут непрерывно работать в течение сколько-нибудь продолжительного времени. Они должны подобно извозчикам передвигаться по улицам в поисках заказчиков и, когда не находят их, вынуждены оставаться праздными. Если с течением времени в их экономическом положении наступает пе ремена и они становятся рабочими капиталиста, авансирующего им их заработную плату, то имеют место двоякого рода последствия: во-первых, они теперь могут работать непрерывно;

во-вторых, здесь имеется лицо, функция и интересы которого заключаются в том, чтобы заставить рабочих действительно непрерывно работать... Капиталист... располагает ресурсами, позволяющими ему ждать заказчиков... Таким образом, здесь имеет место возросшая непрерывность в труде всего этого класса людей. Они работают ежедневно с утра до вечера, и работа их не прерывается ожиданием или поисками заказчика, который должен потребить изготов ляемый ими предмет.

Но непрерывность труда рабочих, которая таким образом делается возможной, обеспечивается и увеличи вается благодаря надзору капиталиста. Он авансировал их заработную плату, он должен получить продукт их труда. В его интересах и его привилегия — следить за тем, чтобы они не работали с перерывами или медлен но.

Если непрерывность труда таким образом обеспечена, то действие даже одного этого изменения на произ водительную силу труда громадно... Производительная сила удваивается. Двое рабочих, непрерывно рабо тающих весь год с утра до вечера, произведут, вероятно, больше, чем четверо РИЧАРД ДЖОНС рабочих, не имеющих постоянной работы и теряющих много времени на поиски заказчиков и на возобновление прерванных работ» (стр. 37—38) [Русский перевод, стр. 314—316].

[Относительно сказанного здесь Джонсом следует заметить:] Во-первых. Переход от тех работников, которые оказывают случайные услуги, шьют сюр тук или брюки в доме земельного собственника и т. д., к тем рабочим, которым дает работу капитал, очень хорошо изображен уже у Тюрго.

Во-вторых. Эта непрерывность труда отличает капиталистический труд от той формы труда, которую изображает Джонс, но не от крупного производства, основанного на рабском труде.

В-третьих. Неправильно называть увеличением производительной силы труда увеличение самого труда вследствие увеличения его продолжительности и устранения перерывов в ра боте. Увеличение производительной силы труда имеет здесь место лишь постольку, по скольку непрерывность труда увеличивает личное искусство рабочего. Под [увеличением] производительной силы труда мы понимаем большую эффективность, с которой применяет ся данное количество труда, а не какое-либо изменение в количестве применяемого труда.

То, о чем говорит Джонс, относится скорее к формальному подчинению труда капиталу и достигает своего полного развития лишь с развитием основного капитала. (Об этом — сей час.) Джонс правильно подчеркивает то обстоятельство, что капиталист рассматривает труд как свою собственность, из которой ничто не должно пропадать. Если же перед нами труд, зави сящий непосредственно от дохода, то речь идет только о потребительной стоимости труда.

[1147] Далее, Джонс вполне правильно отмечает, что усидчивый, продолжающийся с утра до вечера труд неземледельческих рабочих отнюдь не есть нечто данное от природы, а сам является продуктом экономического развития. В противоположность азиатской форме труда и западной форме деревенского труда (господствовавшей прежде, а отчасти наблюдающейся еще и теперь), городской труд средневековья образует уже большой шаг вперед и является подготовительной школой для капиталистического способа производства, для непрерывно сти и постоянства труда.

{Об этой непрерывности труда в анонимной брошюре «An Inquiry into those Principles, re specting the Nature of Demand and the Necessity of Consumption» etc., London, 1821, говорится следующее:

«Капиталист, кроме того, содержит, так сказать, контору по найму труда: он страхует от неуверенности в возможности найти сбыт для труда.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] Если бы капиталиста не было, то эта неуверенность во многих случаях мешала бы приступить к той или иной работе. Благодаря его капиталу заботы по приисканию покупателя и по посещению рынка становятся сравни тельно незначительными» (стр. 102).

В той же брошюре мы читаем:

«Там, где капитал в значительной мере состоит из основного капитала, или же там, где он вложен в землю,..

предприниматель в гораздо большей степени (чем в том случае, когда применяется меньше основного капита ла) вынужден продолжать применять приблизительно то же самое количество оборотного капитала, что и раньше, чтобы не лишиться какой бы то ни было прибыли от той части, которая является основным капита лом» (стр. 73).} {[Джонс говорит далее:] «Быть может, наиболее разительную картину того положения, какое сложилось в Китае в результате зави симости работников от доходов их заказчиков, можно увидеть на китайской выставке, которую так долго дер жал открытой в Лондоне ее американский владелец. Выставка заполнена изображениями ремесленников с их небольшими наборами инструментов, ищущих заказчиков и пребывающих в праздности, если заказчики не по являются. Здесь наглядно выступает неизбежное в подобном случае отсутствие той непрерывности труда, ко торая является одним из трех основных элементов его производительности. Для всякого осведомленного на блюдателя достаточно заметно также отсутствие основного капитала и машин, которые являются едва ли менее важными элементами производительности труда» (стр. 73) [Русский перевод, стр. 344—345].

«Подобную же картину можно наблюдать в городах Индии, там, где появление европейцев еще не изменило положения. Однако в сельских местностях Индии ремесленники обеспечиваются особым способом... Те ремес ленники и другие неземледельческие работники, которые были действительно необходимы данной деревне, содержались на часть общих доходов ее жителей. За счет этого фонда по всей стране жили многочисленные группы потомственных работников, чей труд удовлетворял простые потребности и вкусы, которых земледель цы не могли удовлетворить своим собственным трудом. Положение и права этих сельских ремесленников вскоре стали, подобно всем правам на Востоке, наследственными. Ремесленники находили своих заказчиков среди других деревенских жителей. Жители деревень были оседлы и неподвижны, и такими же были и обслу живавшие их ремесленники...

Городские ремесленники находились и находятся в совершенно ином положении. Они получали свою зара ботную плату в сущности из того же фонда — из избыточного дохода с земли, — но как способ его распреде ления, так и лица, распределяющие его, здесь были иные, в результате чего ремесленники утратили постоян ную оседлость и были вынуждены предпринимать частые и обычно пагубные переселения... Такие ремесленни ки не прикованы к определенной местности, своей зависимостью от масс основного капитала. (Как, например, в Европе, где хлопчатобумажные и другие предприятия привязаны к местностям, богатым водяной силой или топливом для производства пара, и где значительные массы богатства существуют в виде зданий, машин и т. д.)... Иначе обстоит дело тогда, когда работник целиком [1148] зависит от непосредственного получения час ти доходов тех людей, которые потребляют производимые им товары... Такого рода работники не прикованы к данной местности каким-либо основным капиталом. Если их заказчики на более или менее продолжительное время, а иногда РИЧАРД ДЖОНС даже и на короткое время, меняют свое местожительство, неземледельческие работники вынуждены следовать за ними, чтобы не умереть с голоду» (стр. 73—74) [Русский перевод, стр. 345—346].

«Большая часть этого предназначенного для ремесленников фонда распределялась в Азии государством и его чиновниками. Главным центром распределения являлась, естественно, столица» (стр. 75) [Русский перевод, стр. 346—347].

«От Самарканда к югу до Биджапура и Серингапатама мы можем проследить развалины исчезнувших сто лиц, население которых покинуло их внезапно (а не в результате постепенного упадка, как в других странах), как только были основаны новые центры распределения королевских доходов, т. е. всей массы избыточных до ходов с земли» (стр. 76) [Русский перевод, стр. 347].

Смотри д-ра Бернье143, который сравнивает индийские города с военными лагерями. Все это покоится, стало быть, на господствовавшей в Азии форме земельной собственности.} *** От непрерывности труда мы переходим теперь к разделению труда, развитию знаний, применению машин и т. д. [Джонс пишет:] «Сказанным отнюдь не исчерпывается влияние, оказываемое на непрерывность труда переменой тех хозя ев, которые оплачивают работников. Различные виды работ могут теперь подвергнуться дальнейшему раз делению... Если он» (капиталист) «дает работу не одному человеку, а нескольким, то он может разделить ее ме жду ними;

он может постоянно использовать каждого рабочего для выполнения определенной части общей работы, той части, которую этот рабочий выполняет лучше всего... Если капиталист богат и нанимает доста точное количество рабочих, то работа может подразделяться до тех пор, пока она вообще способна на даль нейшее подразделение. И тогда достигается полная непрерывность труда... Взяв на себя функцию авансирова ния заработной платы, капитал теперь шаг за шагом довел до совершенства непрерывность труда. Одновре менно капитал увеличивает те знания и то искусство, с которыми этот труд применяется для получения тре буемого результата.

Класс капиталистов сначала отчасти, а в конце концов и совершенно освобождается от необходимости физического труда. Их интерес требует, чтобы производительная сила применяемых ими рабочих была воз можно более велика. Поэтому их внимание направлено, и притом почти исключительно, на увеличение этой силы. Мысль все больше и больше нацеливается на изыскание наилучших средств для достижения всех целей человеческого труда;

знания расширяются, увеличивают сферу своего применения и содействуют труду почти во всех отраслях производства...

Но пойдем дальше и обратимся к механической силе. Капитал, применяемый не для оплаты труда, а для со действия ему, мы будем называть вспомогательным капиталом».

{Под «вспомогательным капиталом» Джонс, следовательно, понимает ту часть постоян ного капитала, которая не состоит из сырья.} «Масса вспомогательного капитала нации может, при выполнении определенных условий, беспредельно возрастать, даже если число рабочих [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] остается тем же самым. С каждым шагом в этом направлении растет третий элемент эффективности челове ческого труда, а именно — его механическая сила... Итак, масса вспомогательного капитала увеличивается по отношению к населению... Какие же условия должны быть выполнены для того, чтобы масса вспомогательного капитала, применяемого в целях содействия им» {рабочим, нанятым капиталистом}, «могла возрастать? Нали цо должны быть одновременно три условия:

1) средства для сбережения добавочного капитала;

2) желание сберечь его;

3) какое-нибудь изобретение, дающее возможность, посредством применения вспомогательного капитала, увеличить производительную силу труда, и притом увеличить ее в такой степени, чтобы труд, сверх ранее про изводившегося им богатства, воспроизводил еще примененный добавочный вспомогательный капитал, по мере потребления последнего, с некоторой прибылью на него...

Если вся та масса вспомогательного капитала, которая может быть прибыльно применена при данном состоянии знаний, уже налицо,.. то лишь возросший уровень знаний может указать средства для применения большей массы капитала. Далее, такое применение практически осуществимо только в том случае, когда изо бретенные средства настолько повышают силу труда, что он в состоянии воспроизводить добавочный капи тал за то время, в течение которого капитал этот изнашивается. Если этого нет, капиталист потеряет свое богатство... Но, помимо этого, возросшая эффективность труда рабочих должна производить еще некоторую прибыль, ибо в противном случае у капиталиста вообще не было бы побуждения применять свой капитал в производстве... До тех пор пока посредством применения новых масс вспомогательного капитала возможно достижение обеих указанных целей, не существует твердой и окончательной границы для все возрастающего применения таких новых масс капитала. Рост капитала может идти нога в ногу с ростом знаний. Но знания ни когда не стоят на месте. И так как они ежечасно развиваются во всех направлениях, то ежечасно могут появ ляться новые орудия, новые машины, новые двигательные силы, дающие нации возможность с выгодой для себя добавлять кое-что к массе вспомогательного капитала, содействующего ее труду, и этим путем увеличи вать разницу между производительностью ее труда и производительностью труда более бедных и менее ис кусных наций» (цит. соч. [стр. 38—41]) [Русский перевод, стр. 316—318].

[1149] Прежде всего, отметим замечание Джонса, что новые изобретения, приспособления или устройства должны быть способны «увеличить производительную силу труда в такой степени, чтобы труд, сверх ранее производившегося им богатства, воспроизводил еще при мененный добавочный вспомогательный капитал, по мере потребления последнего», или чтобы труд «воспроизводил добавочный капитал за то время, в течение которого капитал этот изнашивается». Это, стало быть, означает только то, что износ возмещается по мере того, как происходит изнашивание, или что добавочный капитал возмещается в среднем за то же самое время, в течение которого он потребляется.


Часть стоимости продукта — или, что сводится к тому же самому, часть продукта — должна возместить потребленный «вспо могательный капитал», и притом за такой проме РИЧАРД ДЖОНС жуток времени, чтобы к тому моменту, когда он будет целиком потреблен, он мог бы быть целиком воспроизведен, или чтобы новый капитал того же рода мог занять место потреблен ного капитала. Но что является условием этого? В результате применения добавочного «вспомогательного капитала» производительность труда должна возрасти настолько, чтобы часть продукта могла быть выделена для возмещения этой составной части либо in natura, либо путем обмена.

Если производительность труда стала настолько высока, т. е. если количество продуктов, производимых в течение одинакового рабочего дня, возросло настолько, что единица товара теперь дешевле единицы товара при прежнем процессе производства, хотя при этом сумма товаров своей совокупной ценой покрывает годичный (например) износ машин, так что приходящаяся на единицу товара соответственная часть износа ничтожно мала, то «вспомо гательный капитал» воспроизводится. Если из совокупного продукта мы вычтем, во-первых, ту часть, которая возмещает износ, и, во-вторых, ту часть, которая возмещает стоимость сы рья, то останется часть, оплачивающая заработную плату, и та часть, которая покрывает прибыль и при прежней цене единицы товара приносит даже большую прибавочную стои мость [чем до применения добавочного «вспомогательного капитала»].

Увеличение продукта могло бы иметь место и без выполнения этого условия. Если бы, на пример, количество фунтов пряжи увеличилось [только] в 10 раз (а не в 100 и т. д.), а прихо дящаяся на стоимость единицы продукта доля того добавка, который идет на возмещение износа машин, понизилась с 1/6 до 1/10 то пряжа, произведенная при помощи машин, была бы дороже пряжи, произведенной при помощи веретена144. Если добавочный капитал в 100 ф.

ст. затрачен в земледелии на гуано и если это гуано должно быть возмещено в один год, а стоимость одного квартера продукта (при прежних методах производства) равнялась 2 ф. ст., то нужно было бы произвести 50 добавочных квартеров только для того, чтобы возместить износ145. Иначе этот добавочный капитал не мог бы быть применен (мы оставляем здесь в стороне прибыль).

Замечание Джонса, что добавочный капитал должен быть «воспроизведен» (разумеется, путем продажи продукта или же in natura) «за то время, в течение которого капитал этот из нашивается», означает лишь то, что товар должен возместить содержащийся в нем износ.

Чтобы снова начать воспроизводство, все содержащиеся в товаре элементы стоимости долж ны быть возмещены к тому времени, когда снова должно начаться [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] воспроизводство товара. В земледелии это время воспроизводства дано природными усло виями, и то время, в течение которого должен быть возмещен износ, здесь дано совершенно так же, как и то время, в течение которого должны быть возмещены все другие элементы стоимости, например, зернового хлеба.

Для того чтобы процесс воспроизводства мог начаться, т. е. для того чтобы могло иметь место возобновление процесса производства в собственном смысле слова, должен быть пройден процесс обращения, т. е. товар должен быть продан (если только он не возмещает себя сам in natura, как, например, семена), и деньги, за которые товар продан, должны быть снова превращены в элементы производства. Для зернового хлеба и других земледельческих продуктов существуют определенные, предписанные сменой времен года сроки такого вос производства, существуют, стало быть, крайние границы, положительные границы для про должительности процесса обращения. [Это — во-первых.] Во-вторых, такие положительные границы процесса обращения проистекают вообще из природы товаров как потребительных стоимостей. Все товары в определенные сроки портят ся, хотя ultima Thule* их существования различна. Если их не потребляют люди (в целях производства или в порядке индивидуального потребления), то их потребляют стихийные силы природы. Они становятся хуже и, в конце концов, разрушаются. Если пропадает потре бительная стоимость товаров, то к черту летит и их меновая стоимость, и их воспроизводст во прекращается. Следовательно, крайние границы времени обращения товаров определены естественными сроками периодов воспроизводства, свойственными товарам как потреби тельным стоимостям.

В-третьих, для того чтобы процесс производства товаров был непрерывным, т. е. для того чтобы одна [1150] часть капитала постоянно находилась в процессе производства, а другая постоянно в процессе обращения, должны иметь место весьма различные деления капитала на эти части — в зависимости от естественных границ периодов воспроизводства, в зависи мости от границ существования различных потребительных стоимостей или в зависимости от различия тех сфер, в которых капитал действует.

В-четвертых, все сказанное относится одновременно ко всем элементам стоимости товара.

Но у тех товаров, в производстве * — нечто последнее, крайняя точка, крайний предел, конечная цель (буквально: крайняя Фула — островная страна, находившаяся, по представлению древних, на крайнем севере Европы). Ред.

РИЧАРД ДЖОНС которых участвует много основного капитала, кроме границ, предписываемых периоду об ращения их собственными потребительными стоимостями, определяющее значение имеет также и потребительная стоимость основного капитала. Он изнашивается в течение опреде ленного периода времени и, следовательно, в течение определенного периода времени дол жен быть воспроизведен. Положим, например, корабль изнашивается в течение 10 лет или прядильная машина — в течение 12 лет. Полученный за 10 лет фрахт или проданная за лет пряжа должны быть достаточны для того, чтобы новый корабль через 10 лет заменил старый или новая прядильная машина через 12 лет заменила старую. Если основной капитал потребляется в течение полугода, то продукт в течение полугода должен вернуться из обра щения.

Таким образом, помимо естественных сроков смертности товаров как потребительных стоимостей, сроков, весьма различных для различных потребительных стоимостей;

помимо требований непрерывности процессов производства, в результате чего опять-таки поставле ны различные крайние границы времени обращения, смотря по тому, больше или меньше времени должны товары оставаться в сфере производства и больше или меньше времени они могут оставаться в сфере обращения;

помимо всего этого сюда присоединяется еще третье обстоятельство: различные сроки смертности — а потому и необходимости воспроизводства — «вспомогательного капитала», входящего в производство товара.

Вторым условием [применения «вспомогательного капитала», увеличивающего произво дительную силу труда] Джонс считает «прибыль», которую должен «производить» «вспомо гательный капитал» и получение которой, действительно, есть conditio sine qua non* всякого капиталистического производства, какова бы ни была особая определенность формы приме няемого капитала. Джонс нигде не объяснил нам, как, собственно, он представляет себе ге незис этой прибыли. Но так как он выводит ее только из «труда», а ту прибыль, которую приносит «вспомогательный капитал», выводит только из возросшей эффективности труда рабочих, то всякая прибыль должна у Джонса сводиться к абсолютному или относительному прибавочному труду. Ведь вообще прибыль коренится в том, что капиталист, — после выче та части продукта, возмещающей in natura или путем обмена те составные части капитала, которые состоят из сырья и средств труда, — во-первых, уплачивает из остающейся доли * — необходимое, обязательное условие. Ред.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] продукта заработную плату, а, во-вторых, часть продукта присваивает себе в качестве приба вочного продукта, который он продает или потребляет in natura. (Последнее в условиях ка питалистического производства не должно приниматься в расчет, за исключением неболь шого числа капиталистов, непосредственно производящих необходимые жизненные средст ва.) Однако этот прибавочный продукт точно так же, как и другие части продукта, представ ляет собой овеществленный труд рабочего, но только труд неоплаченный, продукт труда, присвоенный капиталистом без эквивалента.

Новым в трактовке вопроса у Джонса является указание на то, что увеличение «вспомога тельного капитала» за определенные пределы зависит от роста знаний. Джонс говорит, что для роста «вспомогательного капитала» необходимы: 1) средства для сбережения добавочно го капитала, 2) желание сберечь его, 3) какое-нибудь изобретение, дающее возможность в такой степени увеличить производительную силу труда, чтобы можно было воспроизводить добавочный капитал и производить на него прибыль.

Что здесь необходимо в первую очередь, это — наличие прибавочного продукта, либо в его натуральной форме, либо превращенного в деньги.

Если взять, например, производство хлопка, то было время, когда плантаторы в Америке (так же, как теперь в Индии) могли бы засевать хлопком большие площади, однако у них не было средств для своевременного превращения хлопка-сырца в хлопковое волокно путем очистки. Часть выращенного хлопка гнила на поле. Конец этому был положен изобретением хлопкоочистительной машины. Часть продукта превращается теперь в хлопкоочистительную машину, но эта последняя не только возмещает свои издержки, но и увеличивает прибавоч ный продукт. Подобное же действие оказывает появление нового рынка, способствующее, например, превращению кож в деньги. (Таким же образом действует и улучшение транс портных средств.) Каждая новая машина, потребляющая уголь, является вместе с тем средством для превра щения в капитал существующего в виде угля прибавочного продукта. Превращение части прибавочного продукта в «вспомогательный капитал» может происходить двояким спосо бом: [во-первых,] путем увеличения существующего «вспомогательного капитала», его вос производства в расширенном масштабе;


[во-вторых,] путем открытия новых потребительных стоимостей или путем нового применения старых потребительных стоимостей, а также пу тем изобре РИЧАРД ДЖОНС тения новых машин или двигателей, в результате чего создаются новые виды «вспомога тельного капитала». Расширение знаний, конечно, является здесь одним из условий увеличе ния «вспомогательного капитала», или, что одно и то же, одним из условий превращения прибавочного продукта или прибавочных денег (важное значение при этом имеет внешняя торговля) в добавочный «вспомогательный капитал». Так, например, изобретение телеграфа открыло совершенно новое поле для вложения «вспомогательного капитала», точно так же железные дороги и т. д., точно так же все производство гуттаперчи или индийского каучука.

[1151] Этот пункт насчет расширения знаний важен.

Накопление вовсе не обязательно должно непосредственно приводить в движение новый труд, оно может ограничиваться тем, что старому труду дается новое направление. Напри мер, та же самая механическая мастерская, которая раньше производила [ручные] ткацкие станки, теперь изготовляет механические, и часть [ручных] ткачей переходит в это изменив шееся производство, тогда как остальная часть выбрасывается на улицу.

Когда какая-либо машина заменяет труд, она во всяком случае требует (для своего собст венного производства) меньше нового труда, чем заменяет. Возможно, что старому труду дается при этом только новое направление. Во всяком случае высвобождается труд, который после больших или меньших мытарств и блужданий может быть применен в другом направ лении. Так поставляется человеческий материал для какой-нибудь новой сферы производст ва. Что же касается непосредственного высвобождения капитала, то здесь высвобождается не тот капитал, который покупает машину, так как ведь он вложен в нее. И даже если пред положить, что машина дешевле заработной платы вытесненных ею рабочих, то теперь требу ется больше сырья и т. д. Если уволенные рабочие обходились в 500 ф. ст. в год, а новая ма шина тоже стоит 500 ф. ст., то капиталист прежде должен был затрачивать ежегодно 500 ф.

ст., тогда как теперь машина существует, быть может, 10 лет, и капиталист в действительно сти затрачивает ежегодно только 50 ф. ст. Что здесь во всяком случае высвобождается (после того как мы вычтем расходы на добавочных рабочих, занятых в производстве машины и та ких вспомогательных материалов для нее, как, например, уголь), это — тот капитал, который составлял доход уволенных рабочих, или тот, в обмен на который рабочие расходовали свою заработную плату. Этот капитал по-прежнему существует. Если рабочие вытесняются просто [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] как двигательная сила, без сколько-нибудь значительного изменения самой машины, если, например, теперь машина приводится в движение водой или ветром, тогда как раньше она приводилась в движение рабочими, то высвобождается двойной капитал: капитал, раньше употреблявшийся на оплату рабочих, и тот капитал, на который рабочие обменивали свой денежный доход. Такого рода пример приводит Рикардо*.

Но определенная часть продукта, которая раньше превращалась в заработную плату, те перь непременно воспроизводится в качестве «вспомогательного капитала».

Значительная часть труда, ранее употреблявшаяся непосредственно на производство жиз ненных средств, теперь употребляется на производство «вспомогательного капитала». Это опять-таки противоречит взгляду А. Смита, согласно которому накопление капитала равно значно применению большего количества производительного труда. Помимо того, о чем го ворилось выше, здесь может иметь место просто изменение в применении труда и переме щение труда от непосредственного производства жизненных средств в производство средств производства, железных дорог, мостов, машин, каналов и т. д.

*** {Насколько важны для накопления наличная масса средств производства и наличный масштаб производства, видно из нижеследующего отрывка:

«Поразительная быстрота, с какою в Ланкашире может быть воздвигнута большая хлопчатобумажная фаб рика, включающая в себя прядильное и ткацкое отделения, является следствием того, что у инженеров, конст рукторов и машиностроителей имеются огромные коллекции всякого рода образцов, начиная с гигантских паро вых машин, водяных колес, железных балок и стоек и кончая мельчайшей деталью ватермашины или ткацкого станка. В течение последнего года г-н Фэрберн только на своей машиностроительной фабрике (независимо от его заведения по конструированию машин и паровых котлов) построил водяные колеса мощностью в 700 ло шадиных сил и паровые машины мощностью в 400 лошадиных сил. Всякий раз, когда возросший спрос на то вары привлекает новый капитал, средства для выгодного его применения создаются с такой быстротой, что но вый капитал может реализовать прибыль, равную его собственной стоимости, прежде чем подобного рода фаб рика могла бы быть пущена в ход во Франции, Бельгии или Германии» (A. Ure. Philosophie des Manufactures etc.

Tome I. Paris, 1836, стр. 61—62).

[1152] Развитие промышленности ведет к удешевлению машин, отчасти относительному — в сравнении с мощностью * См. настоящий том, часть II, стр. 613—615. Ред.

РИЧАРД ДЖОНС машин, отчасти абсолютному;

но в то же время с этим связано громадное скопление машин на фабрике, так что по отношению к применяемому живому труду стоимость машинного оборудования возрастает, хотя стоимость отдельных составных частей его уменьшается.

Двигательная сила — машина, производящая двигательную силу — становится дешевле в той мере, в какой совершенствуются механизм, передающий двигательную силу, и рабочая машина, т. е. в той мере, в какой уменьшается трение и т. д.

«Преимущества, проистекающие из применения самодействующих орудий, не только усовершенствовали точность машинного оборудования фабрики и ускорили его изготовление, но и в значительной степени понизи ли его цену и увеличили eгo подвижность. В настоящее время превосходную ватермашину можно купить по шилл. 6 пенсов за веретено, а сельфактор приблизительно по 8 шилл. за веретено, включая патентную пошлину за сельфактор. Веретена на хлопчатобумажной фабрике движутся с таким незначительным трением, что од на лошадиная сила приводит в движение 500 веретен на тонкопрядильной машине, 300 веретен на сельфакторе и 180 веретен на ватермашине;

этой одной лошадиной силой обслуживаются также и все подготовительные машины, а именно — чесальная машина, ровничная машина и т. д. Трех лошадиных сил достаточно для того, чтобы приводить в движение 30 больших ткацких станков вместе с их шлихтовальной машиной» (A. Ure. Phi losophie des Manufactures. Tome I. Paris, 1836, стр. 62—63).} *** [Джонс далее отмечает:] «На подавляющей части земного шара громадное большинство трудящихся классов даже вообще не полу чают от капиталистов свою заработную плату;

они или сами производят ее, или получают ее из дохода своих заказчиков. Здесь еще не сделан первый крупный шаг, обеспечивающий непрерывность их труда. Им помогают в труде лишь то знание и то количество механической силы, какие могут находиться в распоряжении людей, работающих при помощи собственных рук ради средств существования. Искусность и наука более развитых стран, гигантские двигательные силы, накопленные орудия и машины, которые эти силы могут приводить в движение, — все это отсутствует в тех видах труда, где участвуют только такие работники» (стр. 43) [Русский перевод, стр. 319].

{Даже в Англии:

«Возьмем земледелие... Знания, необходимые для хорошего ведения сельского хозяйства, распространены в стране мало и неповсеместно. Очень незначительная часть земледельческого населения пользуется всем тем капиталом, который... можно было бы применить в этой отрасли национального труда... Работой на крупных фабриках занята лишь небольшая часть наших неземледельческих работников. В сельских мастерских, у всех ремесленников и мастеровых, небольшими коллективами выполняющих свою отдельную работу, разделение труда является неполным, а непрерывность труда поэтому несовершенной... Выйдите за пределы [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] больших городов, взгляните на обширные пространства страны, ивы увидите, какая значительная часть нацио нального труда весьма и весьма далека от совершенства как в отношении непрерывности труда, так и в отно шении его искусности и силы» (стр. 44) [Русский перевод, стр. 320].} С развитием капиталистического производства связано отделение науки от труда и в то же время — применение науки, как таковой, к материальному производству.

*** Относительно земельной ренты Джонс правильно замечает следующее:

Рента в современном смысле, всецело зависящая от прибыли, предполагает «возможность перемещать капитал и труд из одной отрасли производства в другую,.. подвижность ка питала и труда, и в тех странах, где земледельческий капитал и земледельческий труд не обладают подобной подвижностью,.. мы не можем ожидать ни одного из тех результатов, которые, как мы видели, проистекают в Англии исключительно из этой подвижности» (стр. 59) [Русский перевод, стр. 332].

Эта «подвижность капитала и труда» вообще является реальной предпосылкой для обра зования общей нормы прибыли. Она предполагает безразличие к определенному виду труда.

Здесь в действительности имеет место (за счет рабочего класса) трение между тем односто ронним характером, который, с одной стороны, разделение труда и машины придают рабо чей силе, и тем обстоятельством, что эта рабочая сила, с другой стороны, противостоит капи талу {который этим отличается от своей неразвитой формы в цеховой промышленности} лишь как живая возможность всякого труда вообще, которому, смотря по тому, какая при быль может быть получена в той или иной сфере производства, дается то или другое направ ление, так что различные массы, труда могут перебрасываться из одной сферы в другую.

В Азии и т. д. «основная масса населения состоит из трудящихся крестьян. Применяемые ими отсталые системы обработки земли [1153] предоставляют длинные промежутки досуга. И подобно тому, как крестья нин производит свою собственную пищу,.. он точно так же изготовляет большую часть других предметов первой необходимости, которые он потребляет — свою одежду, свои орудия, свою мебель, даже свои по стройки: ибо в этом классе существует лишь незначительное разделение занятий. Нравы и обычаи таких людей не меняются;

они передаются от родителей к детям;

нет ничего такого, что могло бы изменить или нарушить их» (стр. 97) [Русский перевод, стр. 362].

РИЧАРД ДЖОНС Напротив, вместе с характерной для капиталистического производства подвижностью ка питала и труда и постоянными революциями в способе производства, а потому и в производ ственных отношениях, в отношениях обмена и в образе жизни, появляется большая подвиж ность в обычаях, в образе мышления народа и т. д.

Сравним с только что приведенным местом относительно «промежутков досуга» в усло виях «отсталых систем обработки земли» два следующих высказывания:

1) «Если на ферме применяется паровая машина, то она образует составную часть такой системы, которая дает работу наибольшему числу рабочих в земледелии, и это во всех случаях связано с уменьшением числа применяемых лошадей» («On the Forces used in Agriculture». Доклад г-на Джона Ч. Мортона, прочитанный в Обществе искусств и ремесел146 7 декабря 1859 г.).

2) «Различие во времени, требующемся для производства земледельческих продуктов и для производства продуктов других видов труда, является главной причиной большой зависимости земледельцев. Они не могут доставить свой товар на рынок раньше, чем по истечении года. В течение всего этого времени они вынуждены покупать в кредит у сапожника, портного, кузнеца, колесного мастера и различных других работников, в про дуктах которых они нуждаются, а эти продукты изготовляются в течение немногих дней или недель. Вследст вие этого природой обусловленного обстоятельства и вследствие более быстрого возрастания богатства, произ водимого неземледельческим трудом по сравнению с трудом земледельческим, монопольные собственники всей земли, хотя они монополизировали также и законодательство, не в состоянии избавить себя и своих слуг, фермеров, от превращения в самый зависимый из всех классов общества» (Hodgskin. Popular Political Economy.

London, 1827, стр. 147, примечание) [Русский перевод, стр. 136].

Капиталист тем отличается от капитала, что он должен жить, т. е. должен ежедневно и ежечасно потреблять часть прибавочной стоимости в качестве дохода. Следовательно, чем продолжительнее период производства до того момента, когда капиталист может доставить свой товар на рынок, или чем больше времени требуется для поступления с рынка выручки за его проданный товар, тем в большей мере капиталист в промежуточное время вынужден жить в долг (это здесь не подлежит нашему рассмотрению) или же у него должен быть нако плен тем больший запас денег, который им расходуется как доход. Тем дольше капиталист вынужден авансировать себе свой собственный доход. Тем больше должен быть его капи тал. Капиталист вынужден часть своего капитала постоянно держать неиспользованной, что бы она могла служить фондом потребления.

{Поэтому в мелком земледелии домашняя промышленность соединена с земледелием. За пасы на год и т. д.} [ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] [в) ДЖОНС О НАКОПЛЕНИИ И НОРМЕ ПРИБЫЛИ.

ВОПРОС ОБ ИСТОЧНИКЕ ПРИБАВОЧНОЙ СТОИМОСТИ] Мы переходим теперь к учению Джонса о накоплении. До сих пор были отмечены лишь два своеобразных момента во взглядах Джонса на накопление: во-первых, что источником накопления отнюдь не обязательно должна быть прибыль;

во-вторых, что накопление «вспо могательного капитала» зависит от прогресса знаний. Джонс ограничивает этот прогресс изобретением новых механических приспособлений, двигателей и т. д. Однако это положе ние имеет общее значение. Например, когда зерно употребляется в качестве сырья для изго товления водки, возникает новый источник накопления, ибо в этом случае прибавочный продукт может быть превращен в новые формы, может служить удовлетворению новых по требностей и может войти в качестве элемента производства в новую сферу производства. То же самое имеет место при изготовлении из зерна крахмала и т. д. Тем самым сфера обмена этих и вообще всех товаров расширяется. То же самое имеет место, когда уголь употребляет ся для целей освещения и т. д.

Разумеется, и внешняя торговля — посредством увеличения разнообразия потребитель ных стоимостей и массы товаров — тоже является важным фактором в процессе накопления.

Так вот, то, что Джонс говорит о накоплении в первую очередь, относится к связи между накоплением и нормой прибыли (генезис последней ему далеко не ясен):

«Способность нации накоплять капитал из прибылей не изменяется пропорционально изменению нормы прибыли... Наоборот, способность накоплять капитал из прибылей обычно изменяется в направлении, противо положном изменению нормы прибыли, т. е. она велика там, где норма прибыли низка, и мала там, где норма прибыли высока. Так, А. Смит говорит: [1154] «Хотя та часть дохода населения, которая своим источником имеет прибыли на капитал, в богатых странах всегда значительно больше, чем в бедных, но это происходит потому, что капитал там значительно больше;

в сравнении же с капиталом прибыли в богатых странах обычно значительно ниже» («Wealth of Nations», книга II, глава 3).

В Англии и Голландии норма прибыли ниже, чем в любой другой части Европы» (стр. 21) [Русский перевод, стр. 300].

«В течение того периода, когда ее» (Англии) «богатство и капитал возрастали наиболее быстро, норма при были постепенно понижалась» (стр. 21—22) [Русский перевод, стр. 300].

«Массы производимой прибыли... зависят не от одной только нормы прибыли,.. а от нормы прибыли в соче тании с величиной применяемого капитала» (стр. 22) [Русский перевод, стр. 300].

«Возрастание количества капитала у более богатой нации... обычно сопровождается также падением нормы прибыли, или уменьшением отношения между годовым доходом, получаемым с применяемого капитала, РИЧАРД ДЖОНС и совокупной величиной этого капитала» (там же) [Русский перевод стр. 301].

«Если кто-либо скажет, что при прочих равных условиях возможность накопления из прибыли определяется нормой прибыли, то на это следует ответить, что этот случай, если он вообще возможен на практике, является столь редким, что не заслуживает рассмотрения. Из наблюдений мы знаем, что понижение нормы прибыли есть явление, обычно сопровождающее возрастание различия в массе капитала, применяемого различными нация ми, и что поэтому, когда у более богатых наций норма прибыли понижается, все прочие условия не остаются равными.

Если кто-либо будет утверждать, что прибыль может упасть так низко, что накопление из прибыли станет вообще невозможным, то на это следует ответить, что нелепо исходить в аргументации из допущения подобно го падения прибыли, ибо уже задолго до того, как норма прибыли достигла бы такого уровня, капитал ушел бы за границу, чтобы получать более высокую прибыль где-нибудь в другой стране, и возможность экспорта капи тала всегда будет устанавливать известный предел, ниже которого прибыль в данной стране никогда не упадет, пока существуют другие страны, где норма прибыли выше» (стр. 22—23) [Русский перевод, стр.301].

«Кроме первичных источников накопления... существуют еще производные, каковы, например, доходы вла дельцев государственных процентных бумаг, чиновников и т. д.» (стр. 23) [Русский перевод, стр. 302].

Все это bel et bon*. Совершенно верно, что накопляемые массы [прибыли] зависят отнюдь не от одной только нормы прибыли, а от нормы прибыли, умноженной на применяемый ка питал;

т. е. что они в такой же мере зависят и от величины применяемого капитала. Если применяемый капитал равен К, а норма прибыли равна н, то [максимальное] накопление равно Кн, и ясно, что это произведение может увеличиваться, когда множитель К увеличива ется быстрее, чем уменьшается множитель н. И таков, действительно, факт, установленный наблюдением. Но это еще ничего не говорит нам о raison d'etre, о причине этого факта. Сам Джонс весьма близко подошел к этой причине, заметив, что «вспомогательный капитал» не прерывно возрастает в сравнении с тем рабочим населением, которое приводит его в движе ние.

Если падение прибыли проистекает из рикардовской причины, из возрастания ренты, то отношение совокупной прибавочной стоимости к применяемому капиталу остается преж ним. Разница только в том, что одна часть ее — рента — растет за счет другой части — при были, — а это оставляет неизменным отношение совокупной прибавочной стоимости [к со вокупному капиталу], ибо прибыль, процент и рента образуют лишь отдельные ее категории.

Рикардо, таким образом, по существу отрицает само явление.

* — очень хорошо. Ред.

[ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ] С другой стороны, одно только понижение процентной ставки ничего не доказывает, как ничего не доказывает и ее повышение, хотя процентная ставка, конечно, всегда является по казателем той минимальной нормы, ниже которой прибыль не может упасть. Ибо прибыль всегда должна быть больше средней нормы процента.



Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 22 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.