авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |

«Содержание НОВЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РАЗВИТЫХ И РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАН В ИННОВАЦИОННОЙ СФЕРЕ Автор: А. Ерошкин, М. Петров....................................................................... ...»

-- [ Страница 2 ] --

Там же. С. 34.

Решение об антитеррористическом центре государств -участников Содружества Независимых Государств (Минск, 1 декабря 2000 г.) и Положение об Антитетррористическом центре государств - участников Содружества Независимых Государств (с изменениями и дополнениями, внесенными решением Совета глав государств СНГ от 28 ноября 2006 г.) (см.: http://www.cisatc.org/132/166/189).

стр. сти и специальных служб, банков данных других компетентных органов государств участников СНГ;

- содействие в организации подготовки специалистов и инструкторов подразделений, участвующих в борьбе с терроризмом.

Обращает на себя внимание выделение Центрально-Азиатского региона в качестве одной из важнейших сфер приложения деятельности АТЦ СНГ. Об этом говорит развертывание в июле 2001 г. в Бишкеке региональной оперативной группы АТЦ. На кишиневском саммите Содружества 7 октября 2002 г. она была преобразована в отделение АТЦ по Центрально-Азиатскому региону23. Документ об этом подписали все главы Содружества за исключением Узбекистана и Туркменистана.

Центральноазиатское подразделение АТЦ укомплектовано сотрудниками спецслужб России, Казахстана, Киргизии и Таджикистана. Оно проводит постоянный мониторинг оперативной обстановки в Центральной Азии в целях противодействия международному терроризму.

Ежегодно на территории центральноазиатских стран при активном участии АТЦ СНГ проводятся оперативно-тактические учения "Юг-Антитеррор". Основными целями этих учений являются повышение готовности органов безопасности, специальных служб и других силовых структур государств - участников СНГ к быстрому и адекватному реагированию на угрозы террористического характера, а также практическая отработка алгоритмов взаимодействия участников совместных антитеррористических мероприятий.

Летом 2011 г. в Астане был подписан протокол о сотрудничестве между ОДКБ и Региональной антитеррористической структурой Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) по всему спектру контртеррористической деятельности. Теперь две организации могут координировать усилия в борьбе с терроризмом в Центрально Азиатском регионе.

На состоявшейся в Москве (20 декабря 2011 г.) сессии Совета коллективной безопасности ОДКБ было принято Решение Совета "О порядке реагирования государств - членов Организации Договора о коллективной безопасности на чрезвычайные ситуации".

Документ определяет порядок коллективного реагирования Организации (в том числе с привлечением сил и средств, входящих в состав КСОР) "на чрезвычайную ситуацию, которая не может быть ликвидирована силами и средствами государства - члена ОДКБ, на территории которого она произошла"24. По мнению некоторых аналитиков, речь может идти о возможности привлечения войск государств ОДКБ и КСОР "для подавления мятежа в одной из стран, входящих в эти структуры"25.

На сессии был принят и другой важный документ- "Протокол о размещении объектов военной инфраструктуры на территориях государств -членов Организации Договора о коллективной безопасности". Он внесен в июне 2012 г. президентом РФ на ратификацию в Госдуму26. Этот документ предусматривает изменения, касающиеся размещения на территории государств - членов ОДКБ объектов военной инфраструктуры государств, не являющихся членами Организации, при отсутствии официальных возражений других государств-членов. Данное решение получило особую актуальность в связи с тем, что незадолго до сессии Пентагон предложил Таджикистану и Узбекистану создать на их территории сеть учебных центров для обучения военных из этих республик использованию техники и вооружений, которые будут переданы им безвозмездно войсками НАТО после их вывода из Афганистана.

Американцы таким образом надеются продолжить сдерживание талибов после своего ухода, но уже силами сопредельных государств. Однако наблюдатели полагают, что подобные учебные центры со временем могут превратиться в военные базы. Если Таджикистан дал согласие на открытие такого учебного центра, то Узбекистан отказался от военных услуг США, надеясь поддерживать безопасность собственными силами или же, в крайнем случае, при опоре либо на ШОС, либо на военно-политические структуры СНГ.

Как заявил тогдашний президент РФ Дмитрий Медведев, принятие решения о размещении военных баз внерегиональных держав на территории стран ОДКБ только с согласия партнеров "является очень важным для консолидации позиции внутри ОДКБ"27. А президент Казахстана Нур Решение о создании отделения Антитеррористического центра государств - участников Содружества Независимых Государств. Кишинев, 7 октября 2002 г. (см.: http:// www.cisatc.org/132/166/195).

Решения Совета коллективной безопасности ОДКБ от 20 декабря 2011 г.

(http://www.dkb.gov.rU/session_fortnight/a. htm).

Только по общему согласию // Взгляд. 20.12.2011 (http:// www.vz.ru/politics/2011/12/20/548441.html).

См.: Протокол о размещении военных объектов на территории ОДКБ вынесен на ратификацию // Российская газета. 18.06.2012.

Решения Совета коллективной безопасности ОДКБ от 20 декабря 2011 г.

стр. султан Назарбаев добавил: "Теперь для того, чтобы разместить военные базы третьей страны на территории государств - членов ОДКБ, необходимо будет получить официальное согласие всех ее членов. С таким предложением согласились все страны ОДКБ. Я считаю, что это является ярким подтверждением приверженности стран ОДКБ союзническим отношениям"28.

В настоящее время ОДКБ представляет собой вполне состоявшуюся многофункциональную региональную организацию коллективной безопасности. Она действует на принципах равенства, взаимного уважения и в Центральной Азии ей удается в большинстве случаев оказывать стабилизирующее воздействие на внутриполитическую обстановку.

Главная ценность ОДКБ для центральноазиатских стран состоит в том, что сегодня эта организация - единственный специализированный региональный институт безопасности с военной составляющей. Причем ОДКБ имеет необходимый организационный, нормативный и политический инструментарий для противодействия существующим угрозам и вызовам.

Тем не менее в Центральной Азии процесс формирования реально действующей и полноценной системы коллективной безопасности еще не подошел к концу и, вероятно, разумнее в данном случае говорить о системе "коллективной обороны". В Уставе ОДКБ не конкретизирован вопрос о применении каких-либо мер со стороны государств участников в случае военной агрессии или угрозы суверенитету, безопасности и территориальной целостности одного государства СНГ со стороны другого29.

Однако то обстоятельство, что в Центрально-Азиатском регионе ОДКБ располагает тремя видами боеспособных сил - Коллективные силы оперативного реагирования, Коллективные силы быстрого развертывания и Миротворческие силы - позволяет надеяться на то, что в не столь отдаленной перспективе основным вызовам и угрозам безопасности региона будет дан адекватный ответ. В этой связи стоит процитировать Заявление глав государств по итогам саммита ОДКБ в Москве (20 декабря 2011 г.):

"Пройденный Организацией Договора о коллективной безопасности путь, в результате которого она приобрела новое качество, позиционировала себя как авторитетная структура международной и региональной безопасности, позволяет с уверенностью смотреть в будущее"30.

Ключевые слова: ОДКБ, Центральная Азия, СНГ, коллективная безопасность, военное сотрудничество, Антитеррористический центр, Афганистан, миротворчество.

Там же.

См.: Россия и международные режимы безопасности. Отв. ред. А. Д. Богатуров. М., 1998;

Минасян С.

Формирование системы коллективной безопасности СНГ // Центральная Азия и Кавказ. 2003. N 1 (25). С. 156.

Решения Совета коллективной безопасности ОДКБ от 20 декабря 2011 г.

стр. РАЗВИТИЕ "РЕГИОНАЛЬНЫХ" РАКЕТНЫХ ПОТЕНЦИАЛОВ И Заглавие статьи СИСТЕМ ПРО Автор(ы) С. Ознобищев, П. Топычканов Мировая экономика и международные отношения, № 12, Декабрь Источник 2012, C. 24- ПРОБЛЕМЫ БЕЗОПАСНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 57.8 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи РАЗВИТИЕ "РЕГИОНАЛЬНЫХ" РАКЕТНЫХ ПОТЕНЦИАЛОВ И СИСТЕМ ПРО Автор: С. Ознобищев, П. Топычканов Тенденции развития современной мировой военно-политической ситуации имеют разнонаправленный характер. Наряду с очевидно позитивными, нацеленными на укрепление международной безопасности объективными факторами и усилиями как отдельных стран, так и влиятельных международных институтов, дают о себе знать негативные тренды, развитие которых, несмотря на все предпринимаемые меры, остановить не удается. Одним из таких направлений, безусловно, является активное развитие и распространение ракетной техники.

СОЗДАНИЕ РАКЕТНЫХ ПОТЕНЦИАЛОВ: ФАКТОРЫ И ТЕНДЕНЦИИ Стремлению ряда государств получить в свое распоряжение ракетное оружие способствуют факторы, значимость и число которых продолжает увеличиваться.

Во-первых - это нарастание неблагоприятных тенденций в региональной и мировой безопасности, сохранение высокого уровня напряженности и наличие военно политических стимулов для получения, развития и совершенствования ракетной техники.

Обладание ракетными потенциалами даже небольшой дальности рассматривается руководством стран как средство обеспечения государственного суверенитета, а, в некоторых случаях, и как один из путей создания военного превосходства на региональном уровне.

Во-вторых - возможность установки на ракеты-носители ядерных боезарядов будет означать появление ограниченного ядерного потенциала, который рассматривается руководством некоторых государств, не способных создать современную военную мощь, в качестве своеобразного "уравнителя" для противостояния гораздо более совершенным военным машинам развитых стран. О пользе такого выбора говорит, в частности, то, что те режимы, которые сегодня встали на путь формирования даже ограниченных ракетных и ядерных потенциалов или только подозреваются в этом, пользуются повышенным вниманием со стороны ведущих мировых держав, получают политические и иные дивиденды.

В-третьих - сохраняющаяся доступность ракетной техники и технологий, а также получения необходимой информации и навыков в создании ракетных потенциалов.

В-четвертых - недостаточная эффективность самого режима ядерного и ракетного нераспространения. Перечисленные выше факторы препятствуют созданию необходимых стимулов для того, чтобы достаточное число государств поддержало идею о придании режиму КРТ универсального характера и его трансформации в обязывающий многосторонний договор.

В результате, на протяжении последних десятилетий многие государства не только импортировали ракеты и ракетные технологии, но и создали собственную мощную конструкторскую и производственную базу ракетостроения. Возникли устойчивые международные кооперационные связи в ракетной области.

Для иллюстрации масштабов проблемы достаточно кратко перечислить основные страны, вне пятерки великих держав, активно развивающие ракетную технику. Это Индия, Аргентина, Египет, Турция, Южная Корея, осуществляющие самостоятельные ракетные программы, а также, Израиль, Иран и Бразилия, реализующие относительно независимые программы, которые на начальном этапе использовали зарубежные ракетные технологии и оказывают воздействие на программы других стран.

Существенных успехов достигла Северная Корея, которая создает так называемую базовую программу, нацеленную на разработку ракетного вооружения, как для собственной страны, так и для экспорта. Программа КНДР оказала прямое воздействие на ракетные разработки Ирана, Ливии, Сирии и др. Существенно влияют на развитие потенциалов других стран и китайские ракетные программы.

ОЗНОБИЩЕВ Сергей Константинович, кандидат исторических наук, заведующий сектором ИМЭМО РАН (serko96@ gmail.com).

ТОПЫЧКАНОВ Петр Владимирович, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИМЭМО РАН (petr. topychkanov@gmail.com).

стр. Таблица 1.

Баллистические ракеты Ирана Дальность Полезная нагрузка Принята на Боеголовка (км) (кг) вооружение (год) Гхадр-1 Одна. Обычная / ядерная ?

1800 ?

(?) Зелзал-2 300 Одна. Обычная 600 Назеат Одна. Обычная 90 180 Огхаб Одна. Обычная 40 70 Саджил Одна. Обычная / ядерная ?

200 (?) Фаджр-5 70 - 80 Одна. Обычная 110 1990-е Шехаб-1 320 Одна. Обычная 985 Шехаб-2 500 Одна. Обычная 800 Шехаб-3 800 - 1300 Одна. Обычная 800 - 1200 2003 (?) Шехаб-4 2000 - 3000 Одна. Обычная / ядерная ?

1000 (?) (?) Источник здесь и в табл. 2: Missilethreat.com: A Project of the Claremont Institute (http://missilethreat.com/missilesoftheworld/).

У Тайваня и Испании имеются ракетные программы, которые можно характеризовать как "слабо зависимые". Они осуществляются в основном самостоятельно, но при этом применяются экспортируемые ключевые ракетные технологии.

И, наконец, имеется большая группа стран, осуществляющих программы, которые можно назвать "подчиненными", то есть их выполнение практически целиком определяется успехом ракетных программ иных стран. Эта группа включает Пакистан, Египет, Ливию (до 2011 г.), Сирию, Южно-Африканскую Республику.

Особое значение, с точки зрения негативного воздействия на региональный баланс сил, имеют ракетные потенциалы следующих стран.

Иран. После ирано-иракской войны 1980 - 1988 гг. усилия Ирана по созданию арсенала баллистических ракет шли в двух направлениях -на основе технологий "Скадов" с жидкостными ракетными двигателями и китайских твердотопливных ракет.

К началу 90-х годов XX в. при помощи китайских советников Иран сумел создать ракету "Зелзал", способную доставлять 500-килограммовую полезную нагрузку на расстояние в 200 км. В первой половине 90-х годов Иран закупил у КНДР партию ракет, которые получили названия "Шехаб-1" и "Шехаб-2". В середине 90-х Иран приобрел у Китая ракеты "Нодон" с радиусом действия 900 км, переименовав их в "Шехаб-3". Иранские инженеры модифицировали ракету, снизив, в частности, вес боеголовки с 1000 до 700 кг.

Первые испытания ракеты "Гхадр-1" с дальностью полета 1600 км прошли в 2004 г.

2 февраля 2009 г. Иран вывел на орбиту с помощью жидкостной ракеты-носителя "Сафир 2" свой первый национальный спутник "Омид".

Значение запуска спутника состояло в первую очередь в том, чтобы продемонстрировать миру достигнутый уровень технологического развития, позволяющего создавать двухступенчатые (а потенциально и трехступенчатые) баллистические ракеты и искусственные спутники.

Эти моменты не раз отмечались официальным Вашингтоном. Так, в одном из заявлений Госдепартамента США подчеркивалось, что "создание Ираном ракеты-носителя, способной вывести на орбиту спутник, свидетельствует о формировании технической базы, на основе которой он может разрабатывать межконтинентальные баллистические ракетные системы"1. Однако некоторые российские и американские эксперты, все же полагают, что в данном случае нельзя считать, что Тегеран осуществил "фундаментальный технологический прорыв"2.

В 2009 г. Иран провел испытания ракеты "Саджил", которая имеет значительную дальность (более 2000 км), что было представлено как очередное достижение. Но в октябре 2004 г. (за пять лет до испытания "Саджил") иранские власти заявляли о том, что ИРИ удалось увеличить дальность ракет типа "Шехаб-3" до 2000 - 3000 км и создать двухступенчатую ракету "Шехаб-4". Утверждалось, что в стадии разработки находятся еще два варианта ракеты "Шехаб" с дальностью более 4000 км ("Шехаб-5" и "Шехаб-6")3.

Press Release. US Department of State. 3 February. 2009 (http:// www.state.gov/r/pa/prs/ps/2009/).

См.: Iran's Nuclear and Missile Potential. A Joint Threat Assessment by U.S. and Russian Technical Experts. N.Y., EastWest Institute, 19 May. 2009.

См.: Iran Status Report // Centre for Strategic and International Studies. 11 August. 2009 (http://csis.org/files/ publication/090812_iranbrief.pdf).

стр. В силу закрытости иранских ракетных и ядерных программ, а также политики официального Тегерана, направленной на обострение отношений с окружающим миром, сложно провести различие между реальным положением дел в ракетной и ядерной сфере и элементами пропаганды иранского руководства, стремящегося повысить статус страны и получить дополнительные "козыри для торга" в переговорах. Одним из последних примеров такого рода стало объявление Ираном об успешных испытаниях в декабре г. ракеты большой дальности, которое впоследствии не нашло своего подтверждения.

КНДР. Первые баллистические ракеты Пхеньян получил от Каира в конце 70-х годов XX в. Считается, что эта партия была им использована для создания промышленно технической базы. В 1984 г. КНДР испытала копию "Скада-Б" (дальность до 300 км) ракету "Хвасон-5", а в 1987 г. она была запущена в производство.

В это же время началась разработка новых ракет - "Хвасон-6" и "Нодон". "Хвасон-6" представляет собой копию "Скад-С". Ряд модификаций позволили увеличить максимальную дальность с 300 до примерно 500 км. Первые летные испытания "Хвасон 6" были проведены в 1990 г., после которых ракета была запущена в производство.

В создании ракеты "Нодон-1" (или "Скад-Д") приняли участие Иран и Ливия, которые через посредников закупали в странах Запада необходимые материалы и технические средства. Ее максимальная дальность составляет 1300 - 1500 км, а полезная нагрузка - - 1000 кг.

Дальнейшим продолжением ракетной программы КНДР является баллистическая ракета средней дальности (БРСД) "Нодон-2", которая имеет повышенную дальность - свыше 2000 км.

В настоящее время на вооружении КНДР имеется около 1000 баллистических ракет. В их числе порядка 670 - 690 ракет различных типов "Скад" и около 320 ракет типа "Нодон".

В различных стадиях разработки и испытаний находятся ракеты "Тэпходон-1", которая является трехступенчатым вариантом ракеты "Нодон-2", и "Тэпходон-2" с дальностью полета в 6000 - 8000 тыс. км при полезной нагрузке до 1000 кг.

И в корейском, и в иранском "случаях" особую озабоченность мирового сообщества вызывает сочетание наличия активно развивающихся ракетных потенциалов с обладанием (стремлением к обладанию) ядерным оружием и с провокационной внешнеполитической риторикой.

КНР. Китай располагает значительными ракетными арсеналами, насчитывающими более 1600 ракет4, большую часть которых составляют оперативно-тактические ракеты.

Существует ряд ограничений на их реальное применение.

Во-первых, имея около 120 баллистических ракет межконтинентальной и средней дальности, Китай, как считается, не стал бы планировать их применение только против одного противника, поскольку его обеспокоенность вызывают целый ряд стран: США, Тайвань, Япония, Индия5.

Во-вторых, морская составляющая ядерных сил Китая пока находится в стадии становления. На вооружении Китая с 1981 г. стоит одна подводная лодка с ядерным оружием на борту (ПЛАРБ) Проекта 092 с 12 пусковыми установками для баллистических ракет "Джуланг-1" и строятся три ПЛАРБ Проекта 094 с 12 пусковыми установками для ракет "Джуланг-2" на каждой. ПЛАРБ Проекта 092, вероятно, решает только экспериментальные задачи6.

В-третьих, часть ракет не обеспечена необходимым количеством пусковых установок. По данным Министерства обороны США, Китай располагает от 40 до 55 пусковыми установками для около 350 крылатых ракет наземного базирования (КРНБ) "Дунфан-10"7.

Но военная доктрина КНР и планы дальнейшего развития ракетно-ядерного потенциала носят закрытый характер, что вызывает постоянную озабоченность в регионе и в мире в целом.

Пакистан. Развитие пакистанской ракетной программы проходило в тесной кооперации с не Такие оценки подвергаются критике в работах А. А. Храмчихина. По его мнению, КНР может иметь до МБР и 1000 БРСД, а общее количество ядерных боезарядов превышает 10 тыс. (см.: Храмчихин А. А. Феномен китайской военной мощи пока еще недооценен // Независимое военное обозрение. 30.12. 2011 (http://nvo.ng.ru/ forces/201l-12 - 30/l_china.html)). В зарубежных публикациях можно встретить оценки ядерного арсенала Китая в более 3500 боезарядов (см.: http://www.fas.org/nuke/guide/ china/Karber_UndergroundFacilities Full_201l_reduced.pdf). Однако они ставятся под сомнение некоторыми авторитетными исследователями (см.:

например: Kristensen H. M. No, China Does Not Have 3,000 Nuclear Weapons. December 3. 2011 // FAS Strategic Security Blog (http://www.fas.org/blog/ ssp/2011/12/chinanukes.php#more-5086)).

См.: Saalman L. China & the U.S. Nuclear Posture Review // The Carnegie Papers. February 2011. Wash., Carnegie Endowment for International Peace. P. 15.

См.: SIPRI Yearbook 2011. Armaments, Disarmament and International Security. Ed. by B. Gill. N.Y., 2011. P. 341.

См.: Military and Security Developments Involving the People' Republic of China. 2011 /Annual Report to Congress.

Wash., Office of Secretary of Defense, 2011. P. 78 (http://www. defense.gov/pubs/pdfs/201l_cmpr_final.pdf).

стр. Таблица 2.

Баллистические ракеты КНДР Дальность Полезная нагрузка Принята на Название Боеголовка (км) (кг) вооружение (год) Одна. Обычная KN-2 120 - 160 485 2008 (?) Мусудан Одна. Обычная / ядерная ?

3200 1000 - (?) Нодон-1 Одна. Обычная / ядерная 1300 Нодон-2 Одна. Обычная / ядерная ?

1500 - 3000 Тэпходон- 2000 Одна. Обычная / ядерная Тэпходон- 5000 Одна. Обычная / ядерная ?

750 (?) Хвасон-5 Одна. Обычная 300 985 Хвасон-6 Одна. Обычная 500 700 Хвасон-7 Одна. Обычная 700 500 Таблица 3.

Баллистические ракеты Китая Дальность Полезная Боеголовка (количество, Принята на Название (км) нагрузка (кг) характеристика) вооружение (год) Джуланг-1 Одна. Обычная / ядерная 1770 Джуланг-2 Одна или РГЧ. Ядерная 7200 1050 - 2800 2011 (?) Дунфан-11 Одна. Обычная / ядерная 1992 (?) 350 Дунфан-11А Одна. Обычная / ядерная 1998 (?) 500 Дунфан-15 Одна. Обычная / ядерная 1990 (?) 600 Дунфан-21 Одна. Обычная / ядерная 2100 Дунфан-31 Одна или РГЧ. Ядерная 7200 1000 Дунфан-31А Одна или РГЧ. Ядерная 11200 1700 Дунфан-ЗА Одна. Ядерная 3100 2150 Дунфан-4 Одна. Ядерная 5500 2200 Дунфан-5А Одна или РГЧ. Ядерная 13 000 3200 Примечание. В таблицу включены только принятые к 2011 г. на вооружение ракеты. Не учитываются разрабатываемые системы, например, "Дунфан-25" (дальность 2500 км) и "Би-611" (250 км).

Источник: Арбатов А. Китай, стратегическая стабильность, разоружение // Военно промышленный курьер. 23.11.2011. N 46 (http://vpk-news.ru/articles/8379);

SIPRI Yearbook 2011. Armaments, Disarmament and International Security. Ed. by B. Gill. N.Y., 2011. P. 342.

которыми соседними странами. Так, сотрудничество КНДР с Пакистаном способствовало взаимному обмену технологиями в интересующих обе стороны областях.

Имеются данные относительно того, что с 1997 г. Пакистан начал передачу КНДР технологий создания ядерного оружия и проведения его испытаний, получив взамен технологии создания ракет средней дальности, способных доставлять ЯО. Речь идет о пакистанских ракетах с жидкостным ракетным двигателем "Гхаури-1", -2 и -3 (первая испытана 6 апреля 1998 г., вторая-14 апреля 1999 г., третья, возможно, - 15 августа г.8). По некоторым оценкам, "Гхаури-1" является полной копией северокорейской ракеты "Нодон", а "Гхаури-2" и -3 - результат совмещения северокорейских технологий с собственными разработками9.

Развитие пакистанских ракет семейства "Шахин" происходило при помощи Китая. Так, "Шахин-1" является пакистанским вариантом китайской ракеты "Дунфан-15". Первые летные испытания "Шахин-1" были проведены 15 апреля 1999 г. На параде в 2000 г.

Исламабад продемонстрировал двухступенчатую ракету средней дальности "Шахин-2", а также ракету с дальностью в 2500 км, способную нести 700-килограммовый полезный груз10.

См.: Тронов А. М., Лукоянов А. К. Средства доставки ядерного оружия Пакистана (http://www.iimes.ru/rus/stat/2006/ 17 - 05 - 06b.htm).

См.: Pakistan and North Korea: Dangerous Counter-Trades // IISS Strategic Comments. November 2002. V. 8. Issue 9.

P. 1;

Cirincione J., Wolfsthal J.B., Rajkumar M. Deadly Arsenals: Nuclear, Biological, and Chemical Threats. Wash., 2005. P. 108 - 109.

См.: Тронов А. М., Лукоянов А. К. Указ. соч.

стр. Таблица 4.

Баллистические ракеты Пакистана Дальность Полезная Принята на Название Боеголовка (км) нагрузка (кг) вооружение (год) Хатф-1 Одна. Обычная 70 - 100 500 Хатф-2 / Абдали 180 - 260 Одна. Обычная 250 - 450 Хатф-3 / Газнави 400 Одна. Обычная / 500 2004 (?) ядерная Хатф-4 /Шахин- 450 Одна. Обычная / 700 - 1000 ядерная Хатф-5 / Гаури-1 1300 Одна. Обычная / 1000 ядерная Хатф-5А / Одна. Обычная / 1500 - 1800 700 1999 (?) Гаури-2 ядерная Хатф-6 / Шахин- 2500 Одна. Обычная / 700 2005 (?) ядерная Источник: SIPRI Yearbook 2011. Р. 348;

Missilethreat.com: A Project of the Claremont Institute.

Все ракеты Пакистана могут оснащаться как ядерной, так и обычной головной частью.

Между тем из примерно 360 ракет, которыми он располагает, только сотня может быть оснащена ядерными боеголовками, поскольку Пакистан предположительно имеет от 36 до 80 кг оружейного плутония и 1100 - 1400 кг оружейного урана11.

Расширяя "палитру" своих военных возможностей в октябре 2011 г. Пакистан провел испытания крылатой ракеты "Хатф-7", созданной с применением технологии малозаметности и способной нести ядерный боезаряд. Как считается, некоторое количество этих ракет уже стоит на вооружении страны.

Имеющиеся к настоящему времени международно-правовые режимы, предназначавшиеся для ограничения развития ракетных потенциалов, эффективно своей роли не выполняют.

В 1987 г. был принят Режим контроля за экспортом ракет и ракетных технологий (РКРТ), к которому в настоящее время присоединились 34 страны. Однако серьезную тревогу вызывает то, что членами РКРТ до сих пор не стали страны, в отношении которых существуют обоснованные озабоченности с точки зрения их ракетных программ, политических и военных устремлений.

Неудовлетворенность ситуацией с ракетным распространением подтолкнула членов РКРТ выступить с инициативой, которая была сформулирована в виде документа, получившего название Международный кодекс поведения по предотвращению распространения баллистических ракет (МКП). Он был одобрен в ноябре 2002 г. в Гааге, и его участниками стали более 120 государств. В отличие от РКРТ, Кодекс не накладывает никаких технических ограничении, а является документом политического характера.

Сохраняющаяся вместе с тем неудовлетворительная ситуация в области нераспространения самым наглядным образом проявляется на примерах продолжающегося интенсивного развития ракетных потенциалов Ирана и Северной Кореи, представляющих растущую угрозу региональной и мировой безопасности. Вся система мер в сфере РКРТ нуждается в серьезном совершенствовании, которое может произойти лишь в случае достижения заметного прогресса на центральных направлениях сокращения и ограничения вооружений, укрепления политического взаимодействия между ведущими мировыми державами.

ЭВОЛЮЦИЯ РЕГИОНАЛЬНЫХ ПРОТИВОРАКЕТНЫХ СИСТЕМ Появление и совершенствование ракетных потенциалов в различных регионах мира (в ряде случаев - с параллельным наличием или стремлением к созданию ядерного оружия) в сочетании с видимой неэффективностью их ограничения становятся постоянным стимулом для интенсификации попыток создания различными странами систем ПРО регионального уровня. Особенно это относится к конфликтогенным зонам мира. Такова новая реальность, с которой все больше приходится считаться политикам и военным.

Можно обозначить несколько регионов мира, где особенно отчетливо проявляется взаимосвязь между развитием ракетных потенциалов и усилиями по созданию таких противоракетных систем. Наиболее отчетливо подобные взаимосвязи обнаруживаются, по крайней мере, между потенциалами следующих стран12:

См.: Moskalenko V., Topychkanov P. Nuclear Pakistan: Possibilities of Neutralizing the Threats to the NPT Regime / Russia: Arms Control, Disarmament and International Security. IMEMO Supplement to the Russian Edition of the SIPRI Yearbook 2009. Ed. by A. Kaliadine, A. Arbatov. Moscow, IMEMO, 2010. P. 135.

Очередность государств в списке основана на оценках авторами степени реалистичности перехода латентной напряженности вокруг каждой из ситуаций в "горячий конфликт".

стр. - создание ракетного (ракетно-ядерного) оружия Ирана стимулирует усилия не только по развитию ЕвроПРО (тема - широко обсуждаемая в политико-экспертных кругах, однако не являющаяся предметом рассмотрения данной статьи), но и по созданию ПРО Израиля;

- наличие ракетно-ядерного потенциала КНДР является предпосылкой для создания ПРО Южной Кореи и Японии;

- исторически сложившееся противостояние с Китайской Народной Республикой и наличие у нее ракетных и ядерных средств заставляет Тайвань предпринимать усилия по созданию ПРО;

- ситуация нестабильности и неопределенности с развитием ракетных потенциалов вынуждает некоторые страны, не являющиеся очевидными или потенциальными участниками региональной напряженности или возможного конфликта (как, например, Австралию), также предпринимать усилия по строительству ПРО.

Отдельной проблемой может стать противоракетная система Индии, которая способна повлиять на уровень стратегического (а не регионального) баланса. Стимулом для создания ПРО Индии послужили ракетно-ядерные потенциалы Пакистана и КНР.

Существующая у Израиля противоракетная система - так называемый "Железный купол" (ЖК) - создавалась для отражения атак обычных неуправляемых ракет, которые наносят удары по территории страны с арабских земель. Эта полностью разработанная в Израиле система (компания Rafael Advanced Defense Systems) представляет собой тактическую ПРО, предназначенную для защиты от неуправляемых ракет на рубежах от 4 до 70 км. По своей структуре ЖК- многоуровневая система перехвата неуправляемых ракет "Кассам" и снарядов реактивных установок залпового огня "Град", запускаемых по Израилю.

В состав батареи ЖК входят системы обеспечения огня и три пусковые установки, каждая из которых оборудована 20 ракетами-перехватчиками "Тамир"13. Противоракета осуществляет поражение в высшей точке траектории полета ракеты, что имеет целью уменьшение загрязнения в случае ее снаряжения боеголовкой с химическим или биологическим зарядом.

Два первых комплекса системы "Железный купол" были развернуты в марте-апреле г. под городами Ашкелоном и Беэр-Шевой для защиты от ракет из сектора Газа. В ходе обстрелов территории Израиля в апреле 2011 г. с помощью этой системы были сбиты восемь ракет "Град" из восьми запущенных14. В сентябре 2011 г. вблизи населенного пункта Ашдод был развернут третий комплекс ЖК15.

Создание Ираном более совершенных ракетных средств заставляет Израиль предпринимать усилия по дальнейшему совершенствованию ПРО. С этой целью в сотрудничестве с американской корпорацией "Боинг" возник проект на базе израильских ракет "Эрроу".

Эта ракета обладает возможностью обороны на значительных расстояниях (до 90 км) и высотах (до 50 км для "Эрроу-2"). Высокоманевренная противоракета "Эрроу-3", работы над созданием которой еще только ведутся (соглашение о создании и развертывании системы было подписано между Израилем и США в июле 2010 г.), по имеющимся сведениям, будет способна достигать вдвое больших высот по сравнению с "Эрроу-2"16.

Общее руководство проектом осуществляется совместно Агентством по ПРО США и Министерством обороны Израиля. Первая батарея ракет "Эрроу-1" была развернута Израилем 14 марта 2000 г. и с тех пор совершенствование системы не прекращалось.

На 2011 г. Конгресс США выделил на цели создания ПРО Израиля на базе ракет "Эрроу" 422.7 млн. долл., что представляло собой удвоение ассигнований по сравнению с 2010 г.

Организацией противоракетной обороны Израиля и Агентством по ПРО США были совместно проведены успешные испытания системы с использованием ракет "Эрроу-3" по сценарию, который, по свидетельству специалистов, был максимально приближен к боевым условиям17.

Работы по ПРО, осуществляемые Южной Кореей, постоянно стимулируются ядерной программой и ракетными испытаниями, проводимыми КНДР. Не только Юго-Восточная Азия, но и весь мир стал заложником ракетно-ядерных провокаций Пхеньяна.

В создании противоракетной системы основным партнером для Южной Кореи являются США, обладающие самыми продвинутыми разработками См.: http://lenta.ru/articles/2008/03/24/irondome/ См.: Статистика ракетных обстрелов Израиля с территории сектора Газа (http://www.newsra.co.il/mideast/07apr2011/ kipat510.html).

См.: В Израиле появился третий "Железный купол" (http:// lenta.ru/news/2011/09/01/рго/).

См.: Israel's Arrow Theater Missile Defense. 22 February. 2011 (http://www.defenseindustrydaily.com/israel successfully-tests-arrow-theater-missile- defense-01571/).

См.: ibid.

стр. на этом направлении, а также Япония. Безусловно, признавая северокорейскую ракетную угрозу, Вашингтон рассматривает Сеул в качестве своего ключевого союзника и выражает готовность продолжать "работать с Республикой Корея по укреплению ее возможностей в области ПРО"18.

Особую проблему создает близость северокорейской территории и, соответственно, малое подлетное время ракет. С учетом этой особенности в 2012 г. в Южной Корее должна быть завершена работа над формированием единой структуры по ведению наблюдения, раннему предупреждению и обнаружению целей. Ее главной задачей станет круглосуточное наблюдение за ракетными установками КНДР, оценка их потенциальной угрозы и предупреждение систем ПРО в военное время.

Основой корейской ПРО являются наземные ракетные комплексы "Пэтриот". В дополнение к уже находящимся на вооружении в 2011 г. было закуплено еще 48 таких комплексов.

Кроме того, планируется поставка 46 противоракет "Стандарт" в модификации СМ- (Блок IIIА) и 35 - в модификации СМ-2 (Блок IIIВ)19. Эти ракеты базируются на эсминцах KDX-II (Korean Destroyer experimental) и KDX-III, оснащенных многофункциональной системой управления оружием (МСУО) "Иджес" (СМ-2 Блок IIIВ).

Совершенствование северокорейского ракетного потенциала подталкивает Японию к созданию ПРО. Каждое ракетное испытание, проведенное Пхеньяном, крайне остро воспринимается Токио. Так, проведение северокорейской стороной таких испытаний в 2006 г. вызвало незамедлительное введение Японией экономических санкций против Северной Кореи, запрета на въезд в страну северокорейских чиновников, прекращения продовольственной помощи. Были приведены в состояние наивысшей боеготовности силы самообороны. Получили и существенное ускорение работы в противоракетной области.

Вся японская противоракетная программа направлена на тесную кооперацию с США.

Последние рассматривают Японию как "лидера в области противоракетной обороны и одного из главных партнеров США по ПРО"20.

Первая очередь системы ПРО была введена в строй в марте 2009 г.21 и состояла из двух эсминцев типа "Конго", оснащенных МСУО "Иджес" и противоракетами "Стандарт" СМ 2 (Блок IA) с дальностью перехвата баллистических целей до 300 км на высотах в 70 - км 22.

По планам, в 2012 г. в составе ПРО Японии должно находиться уже четыре эсминца типа "Конго" с противоракетными комплексами, а также 16 зенитных ракетных батарей с ЗРК "Пэтриот" ПАК-3, 11 РЛС контроля воздушно-космического пространства и систему боевого управления на базе АСУ ПВО/ПРО и модернизированной АСУ ПВО "Бейдж"23.

Работы, проводимые в рамках японо-американского сотрудничества, рассчитаны на девять лет и предполагают объем финансирования порядка 2.1 - 2.7 млрд. долл.

Планируется, что ПРО на базе усовершенствованных средств перехвата может быть развернута в 2018 г. Как свидетельствуют профессиональные источники, это позволит Японии перехватывать "околостратегические" цели в виде ракет средней дальности24.

Усилия в сфере создания противоракетных систем вынужден предпринимать и Тайвань, что обусловлено его историческим противостоянием с Китаем. Существующие у Тайваня три батареи "Пэтриот" ПАК-2 и ПАК-3 в настоящее время развернуты в районе столицы.

Однако до сих пор у архитекторов системы нет окончательного согласия в соотношении степени защиты будущей противоракетной системой жилых, промышленных центров и военных объектов.

В 2010 г. Тайвань приобрел семь батарей ракет в модификации ПАК-3 и одновременно обновил имевшиеся на вооружении три батареи. Учитывая, что одна батарея имеет ракет ПАК-3 общие возможности ПРО Тайваня могли бы выглядеть достаточно внушительно, если бы речь не шла о перспективе противодействия военному потенциалу Китая. Однако не случайно в официальном документе Агентства по оборонному сотрудничеству и безопасности (Defense Security and Cooperation Agency) США подчеркивается, что поставляемые Тайбэю ракеты "Пэтриот" будут использоваться получателем в первоочередном порядке "для укрепления возможности См.: Заместитель помощника госсекретаря Роуз о сотрудничестве в области противоракетной обороны. сентября 2011 г. (http://iipdigital.usembassy.gov/st/russian/texttrans/ 2011/09/20110908160540x0.5669476.html#axzzlgqzEEru6).

См.: Raytheon's Standard Missile Naval Defense Family (SM-1 to SM-6). November 16. 2011 (http://www.

defenseindustrydairy.com/raytheons-standard-missile-naval-defense-family-updated-0 2919/).

См.: Заместитель помощника госсекретаря Роуз о сотрудничестве...

См.: Михайлов А. ПРО страны восходящего солнца (http:// www.vko.ru/DesktopModules/Articles/ArticlesView.aspx7tab ID=320&ItemID=470&mid=893&wversion= Staging).

См.: Есин В. ПРО Японии: состояние и перспективы развития (http://nvo.ng.ru/realty/2009 - 04 - 03/3Japan.html).

См.: Михайлов А. Указ. соч.

См.: Raytheon's Standard Missile Naval....

стр. сдерживания региональных угроз"25. В сочетании с таким еще более мощным фактором сдерживания, как наличие США, которые не раз выказывали готовность встать на сторону Тайваня в случае конфликта, развитие и модернизация тайваньской системы ПРО выглядят гораздо убедительнее.

Австралия на современном этапе имеет лишь намерения и определенный первоначальный "задел" в области ПРО. В 2009 г. были проведены испытания первого из трех планируемых к спуску на воду эсминцев ПВО, имеющих систему "Иджис", которая может быть модернизирована в будущем и обеспечит решение задач противоракетной обороны.

В то же время Австралия стала одним из первых партнеров США по ПРО в регионе, подписав в июле 2004 г. так называемый Меморандум о взаимопонимании и рамках сотрудничества по противоракетной обороне. В настоящее время между Вашингтоном и Канберрой все еще продолжаются двусторонние консультации о перспективах взаимодействии в сфере ПРО26. В сентябре 2011 г. в ходе очередной министерской встречи между Австралией и Америкой (AUSMIN) в Сан-Франциско представителями Канберры была подтверждена приверженность созданию ПРО при содействии США.

Опасения Австралии в значительной степени проясняют характер проводимых на пятом континенте разработок. В качестве будущего вклада в систему ПРО модернизирован радар около г. Джиндали, способный обнаруживать морские и воздушные объекты на удалении порядка 3 тыс. км от австралийского побережья и контролировать площадь около 37 тыс. кв. км, что объясняется необходимостью, в том числе, "обнаружения запусков ракет с азиатского континента" 27.

Как отмечалось выше, особое место в создании региональных систем ПРО занимает Индия, в силу специфики сложившейся вокруг нее геополитической ситуации. Первые заявления о намерениях создать систему со стороны индийских властей появились в начале 2009 г.

В отличие от других рассмотренных систем в противоракетной области, работы по созданию индийской ПРО ведутся в закрытом режиме. Информированные и заинтересованные источники вынуждены констатировать, что Индия не обсуждает публично цели и архитектуру создающейся противоракетной обороны28.

Есть сведения, что для создания индийской ПРО некоторые технологии и противоракеты закупались у Израиля. Однако Вашингтон заблокировал, например, приобретение у Тель Авива системы ПРО "Эрроу" под предлогом того, что в ней используются американские разработки. Достаточно широко в последнее время обсуждаются возможности сотрудничества Индии в сфере противоракетной обороны с НАТО.

Начиная с ноября 2006 г., проведен ряд в основном успешных испытаний, в том числе и за пределами атмосферы, что рассматривается как свидетельство подготовки к борьбе с баллистическими ракетами. Это неудивительно, учитывая потенциальных оппонентов Индии в регионе.

Дели провел успешные испытания противоракет по реальной мишени, не все из которых оказались удачными, что уже отодвинуло сроки реализации индийских планов. Несмотря на сложности и неопределенности глава Организации оборонных исследований и разработок Индии (DRDO) утверждает, что первые подразделения национальной ПРО Индии появятся в 2012 г., а полного развертывания системы можно будет ожидать уже в 2016 г. При этом планируется развернуть как наземную, так и морскую составляющие29.

Из свидетельств руководства DRDO следует, что Индия намерилась создать ПРО, далеко превосходящую по своим возможностям региональные противоракетные системы других стран и приближающуюся к тому, что называется стратегической ПРО. Так, на первом этапе должна быть развернута система, которая с помощью экзоатмосферных, эндоатмосферных и высотных средств будет перехватывать ракеты с дальностью до км, а в дальнейшем Дели будет стремиться обрести потенциал по перехвату ракет с дальностью в 5000 км 30. Это вплотную подводит Индию к возможности перехвата стратегических целей.

В силу указанных причин и технологических трудностей, окончательная конфигурация, харак См.: Defense Security Cooperation Agency News Release. Transmittal N. 09 - 75. (http://www.dsca.mil/PressReleases/ 36-b/2010/Taiwan_09 - 75.pdf).

См.: Заместитель помощника госсекретаря Роуз о сотрудничестве...

Missile Defense Advocacy Alliance (http://www.missilede-fenseadvocacy.org/web/page/672/sectionid/557/pagelevel/3/ interior.aspx).

См.: Cohn Nathan. India's Ballistic Missile Defense Options. Pakistan Defence. December 17. (http://www.defence. pk/forums/india-defence/85522-indias-ballistic-missile-defense-options.html).

См.: Samson Victoria. India's missile defense/anti-satellite nexus/May 10. (http://www.thespacereview.com/article/ 1621/1).

См.: ibid.

стр. тер и сроки создания индийской ПРО до настоящего времени не ясны. Очевидно, что будущая система будет в большей степени ориентирована на выполнение задач по ядерному сдерживанию практически стратегического уровня, о чем свидетельствует глава DRDO В. Сарасват, рассуждая о планах по созданию ПРО в контексте декларированной Индией стратегии неприменения первыми ядерного оружия31.

Еще одним "особым случаем" является ситуация с Китайской Народной Республикой.

Пекин пока официально не заявлял о намерении создавать ПРО, хотя в КНР уже проводились испытания противоракет. Более того, на международном уровне Китай постоянно поддерживает позицию России в области ПРО. Можно выделить два основных тезиса такой поддержки: планы создания и развертывание новых систем ПРО подрывают стабильность и международную безопасность;

выход США из Договора по ПРО послужил подрыву стратегической стабильности и желательно принятие новых ограничений в этой области. Соответственно, КНР воздерживается пока от создания каких-либо ПРО на ТВД, чувствуя себя достаточно уверенно в военном отношении.

Однако в условиях, когда не удается противодействовать распространению ЯО и ракетных средств его доставки, а теперь еще и распространению систем ПРО, ситуация может измениться кардинальным образом. Нельзя исключать, что уже в нынешнем десятилетии будет перейден тот порог, когда, по мнению китайского руководства, создание ПРО для КНР станет восприниматься как необходимая для обеспечения национальной безопасности мера.

При этом вполне вероятно, что декларирование Китаем даже создания ПРО уровня театра военных действий сразу же будет воспринято как "задел" по строительству стратегической ПРО. Пекин может также (возможно, одновременно) пойти по пути увеличения своего ракетно-ядерного потенциала. И толчком к такому развитию событий станут скорее всего именно действия Индии, которая начнет закрывать себя все более плотным противоракетным щитом.

*** Можно с сожалением констатировать появление в настоящее время тесной корреляции между процессами распространения ракет и ракетных технологий, обусловленных недостаточной эффективностью режимов их ограничения, изъянами систем обеспечения безопасности разных уровней и дальнейшим развитием региональных систем ПРО.

Анализ основных тенденций в развитии противоракетных систем и перспектив ограничений региональных ракетных потенциалов свидетельствует об очевидной зависимости усилий по созданию региональных систем ПРО от степени роста ракетных потенциалов государств в отдельных регионах. Вместе с тем, значительно более опасная зависимость заключается в стремлении нарастить ракетный потенциал в ответ на развертывание ПРО. И эта зависимость вполне может проявляться не только на региональном, но и на глобальном уровне.

Примером этой тенденции, выходящей за региональные рамки, являются объявленные руководством России планы усиления своего ракетно-ядерного потенциала в ответ на развертывание ЕвроПРО, несмотря на отсутствие реальной угрозы для российских СЯС.

Еще одним существенным фактором активизации процессов создания региональных ракетных потенциалов и региональных систем ПРО на Ближнем Востоке и в Юго Восточной Азии стали нелегитимные действия США и их союзников в Ираке, а также сомнительное по методам своей реализации выполнение резолюции СБ ООН 1973 по Ливии.

Учет всех этих зависимостей и факторов крайне важен для совершенствования системы мер, необходимых в целях укрепления режимов ракетно-ядерного нераспространения и предотвращения гонки вооружений на региональном и глобальном уровнях.

Ключевые слова: ПРО, региональная противоракетная оборона, ракетные потенциалы, РКРТ.

См.: Zeenat Rida. Indian Pursuit of Ballistic Missile Defence Program - Analysis. Eurasia Review Newsletter. March 31. 2011 (http://www.eurasiareview.com/31032011-indian-pur-suit-of-ballistic-missile-defence -program-analysis).

стр. Заглавие статьи ФИНАНСОВЫЕ ИННОВАЦИИ И РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ БАНКОВ Автор(ы) С. Матросов Мировая экономика и международные отношения, № 12, Декабрь Источник 2012, C. 33- ЭКОНОМИКА, ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 18.1 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ФИНАНСОВЫЕ ИННОВАЦИИ И РИСК-МЕНЕДЖМЕНТ БАНКОВ Автор: С.

Матросов Мировой финансовый кризис был обусловлен различными факторами. Главные из них:

высокая долговая нагрузка государств и предприятий;

потребительская модель крупнейших экономик мира;

рискованная кредитная политика банков;

перегрев на рынке акций и недвижимости;

мошенничество инвестиционных банкиров. Невозможно не упомянуть и о такой важной причине кризиса, как злоупотребление производными финансовыми инструментами, связанными с секьюритизацией ипотечных активов, "перекладыванием" ипотечных рисков на инвесторов, фактическим обманом инвесторов рейтинговыми агентствами и аудиторами, бесконтрольной продажей инструментов страхования ипотечных и кредитных рисков и бесконечной "переупаковкой" ипотечных активов1.

Секьюритизация - это инновационная техника финансирования, основанная на реструктуризации портфеля активов посредством использования инструментов фондового рынка. Будучи специфической техникой финансирования, она позволяет управлять "глобальными" рисками компании, меняя структуру баланса за счет замены актива с невысокой ликвидностью на денежные средства. Кроме того, при секьюритизации эмитент управляет рисками инвесторов, чтобы обеспечить успешное размещение ценных бумаг, снижая при этом стоимость финансирования. Последнее достигается путем транширования ценных бумаг, а также установления порядка объявления о банкротстве или реорганизации (ликвидации) заемщика.

Подобно любому другому финансовому инструменту, секьюритизация сопряжена с определенными рисками, что требует от банков, инвестиционных компаний или иных кредитных учреждений поиска эффективных способов их минимизации. Корректный анализ финансового продукта требует соотнести его преимущества с заложенными в его механизм возможностями потерь, чтобы сделать вывод о допустимости его использования в числе прочих источников финансирования того или иного бизнеса.

В процессе секьюритизации задействовано значительное число участников, имеющих самые разные интересы. Только их полноценный учет позволяет достигать экономического эффекта. Надо сказать, что в зарубежной литературе, посвященной секьюритизации, вопросы риск-менеджмента специально не освещаются. Эта тема чаще затрагивается в работах исследователей, занимающихся производными финансовыми инструментами.

Как известно, риски - это некая вероятность потерь, которую следует своевременно оценить. Для управления рисками секьюритизации необходимо первоначально выявить рисковые зоны в ее механизме, обратившись к простейшей ее форме - традиционной секьюритизации (рис. 1).

Традиционная схема секьюритизации активов предполагает трех ключевых участников: ее инициатора - компанию, заинтересованную в финансировании;


специальную проектную компанию (Special Purpose Vehicle - SPV), эмитирующую ценные бумаги, то есть покупателя активов;

и собственно инвестора - покупателя обеспеченных активами ценных бумаг.

В связи с этим о целесообразности проведения процедуры секьюритизации можно судить по тому, насколько эффективно будут распределены риски между всеми участниками сделки. Вполне очевидно, что даже эта простейшая модель подразумевает значительное количество рисков, связанных с должниками, инициатором, специальной проектной компанией, ценными бумагами, передачей активов от инициатора в SPV, налогообложением, изменениями в законодательстве и т.д.

Экономический эффект секьюритизации достигается за счет минимизации рисков, связанных в МАТРОСОВ Сергей Викторович, кандидат экономических наук, доцент Финансового университета при Правительстве Российской Федерации (smatroso@list.ru).

См. подробнее: Стрелец И., Столбов М. Роль финансовых инноваций в распространении экономической нестабильности // МЭ и МО. 2011. N 6.

стр. Рис. 1. Традиционная схема секьюритизации основном с базовыми активами и их владельцем. В основе процесса лежит, как правило, взаимодействие двух факторов: транширования/пулирования и диверсификации, с одной стороны, и эффекта масштаба - с другой. Оба фактора влияют на показатель ликвидности, то есть на кредитный рейтинг.

Следует отметить, что отдельные риски не должны восприниматься в качестве обособленных факторов. Наиболее вероятно, что они будут взаимно влиять друг на друга.

Действительно, политические, кредитные, операционные риски тесно увязаны друг с другом. От операционных рисков, например, зависит кредитный риск, то есть неспособность обеспечить своевременный сбор платежей от должников. При секьюритизации существенно увеличивается кредитный риск специальной проектной компании, так как у нее отсутствуют другие источники дохода, а уставной капитал, как правило, невелик.

Таким образом, риск-менеджмент в процессе секьюритизации, представляющей собой интегрированное единство участников, активов и ценных бумаг, обеспеченных активами, должен концентрироваться на следующих видах рисков: риски секьюритизируемых активов;

структурные риски;

риски, связанные с ценными бумагами.

Следует отметить, что современные теории управления рисками не ограничиваются названными группами рисков. Исследователи выделяют десятки их видов. Рамки нашей статьи не позволяют подробно остановиться на них всех, мы сосредоточимся на следующих видах рисков: кредитном риске;

риске досрочного погашения;

риске дефолта в связи с несостоятельностью базового должника;

правовых рисках.

Кредитный риск присутствует в любой финансовой сделке и предполагает возможность того, что контрагент по сделке не исполнит свои обязательства или исполнит их ненадлежащим образом, чем причинит убытки другому участнику. Защита от кредитного риска включает в себя обеспечительные меры (гарантия, залог, поручительство, удержание и пр.), отказ от исполнения встречного обязательства, анализ и дальнейший мониторинг финансового положения должника, инициирование процедуры банкротства и т.д.

Риск досрочного погашения предполагает полное или частичное исполнение должником своих обязательств по кредитному договору ранее оговоренного срока. В результате сокращения срока договора уменьшается "жизнь" актива, что ведет к неполучению кредитором части прибыли от уплаты процентов.

Риск досрочного погашения зависит от многих факторов, главный из которых долгосрочная тенденция изменения процентных ставок. Важность этого риска для оценки ценных бумаг стала результатом появления ряда стандартов оценки вероятности досрочного погашения, в том числе стандартной модели досрочного погашения (Standard Prepayment Model). Согласно ей, вероятность досрочного погашения растет в течение первых 30 месяцев "жизни" кредита и затем остается неизменной до его погашения. Так, в первый месяц с момента выдачи кредита вероятность составляет 0.2%, во второй - 0.4, а к тридцатому повышается до 6%, оставаясь затем на этом уровне. В ряде государств кредитор законодательно защищен от риска досрочного погашения. Например, в ФРГ лицо, заключившее договор ипотечного кредитования, не вправе досрочно производить исполнение своего обязательства полностью или частично.

Под риском дефолта заемщика понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком своих обязательств по договору, в силу которого кредитор вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор и потребовать досрочного возврата кредита. В сущности, риск дефолта есть разновидность кредитного риска для обязательств по договорам займа и кредита. В банковской практике различают объявление заемщика о дефолте (declaration) и последствие дефолта, выразившееся в убытках кредитора (delinquency). Меры защиты аналогичны мерам защиты от кредитного риска.

стр. Многочисленные правовые риски можно разделить на две категории: к первой относятся документационные риски, ко второй - риск изменения законодательства в период обращения ценных бумаг, обеспеченных активами.

Наиболее тесно связаны с секьюритизацией структурные риски, которые мы условно разделим на две подгруппы: институциональные риски и риски, связанные со сделками.

К институциональным рискам относятся риски, связанные с участниками сделок. Так, например, к рискам, связанным со специальной проектной компанией, относится риск банкротства SPV, риск банкротства учредителя SPV, документационные риски, правовые риски. Согласно существующей практике, устав специальной проектной компании запрещает ей ведение хозяйственной деятельности, не связанной непосредственно с выпуском и обращением ценных бумаг, обеспеченных активами. Устав SPV может предусматривать включение в наблюдательный совет независимых директоров, выступающих в интересах инвесторов. Как правило, положение устава о независимых директорах предусматривает необходимость их согласия на подачу заявления о добровольном банкротстве или ликвидации SPV. Структура сделки может предусматривать залог всех активов трасту или фонду, действующему в интересах инвесторов. При этом в случае банкротства активы немедленно переходят в собственность такого траста или фонда.

Применительно к инициатору секьюритизации следует учитывать риск его несостоятельности, а также правовые и документационные риски. Основной обязанностью инициатора секьюритизации считается передача активов в SPV. Если инициатор не исполняет эту обязанность, значит, секьюритизация просто не состоится.

Именно защита от этого риска позволяет ценным бумагам, выпускаемым SPV, получить кредитный рейтинг выше, чем рейтинг самого инициатора.

Документационные риски подразделяют на правовые, коммерческие и операционные.

Правовой риск влечет убытки в случае невозможности получить судебную защиту того или иного договора или иного документа. Основная причина появления риска состоит в недостаточно квалифицированном юридическом сопровождении сделки. Коммерческие риски возникают вследствие ошибок при подготовке документации, а также последующих изменений применимого законодательства. Например, изменения в сфере налогообложения могут повлечь обременение SPV дополнительными обязанностями по уплате налогов, что, безусловно, становится коммерческим риском. Пожалуй, единственный надежный способ защиты в этом случае сводится к ответственному структурированию сделки и выбору наиболее благоприятной юрисдикции для учреждения SPV. Вторая возможность связана с получением от налоговых органов "дедушкиных оговорок"2 и "комфортных писем"3, что, впрочем, на практике практически невозможно.

В руководстве по процедуре секьюритизации, подготовленном Европейским форумом по секьюритизации (European Securitization Forum)4, упоминаются пять видов рисков, связанных с ценными бумагами. Это риск досрочного погашения;

риск изменения процентной ставки;

амортизационный риск;

риск дефолта;

риск недостатка ликвидности.

Вполне допустимым будет, на наш взгляд, добавить к этому списку и документационный риск.

Досрочное погашение не только уменьшает экономическую эффективность операций кредитора за счет уменьшения доходности инвестиций и неполного получения процентов, но и становится основанием для возникновения инвестиционных рисков. Основными средствами хеджирования могут быть: рейтингование, надлежащая экспертиза сделки (due diligence), субординация инвесторов, запрет на досрочное погашение, введение санкций за досрочное погашение.

Существует два основных подвида риска изменения процентной ставки - риск общего изменения процентных ставок и риск того, что изменение процентных ставок повлечет досрочное погашение заемщиками обязательств, права требования по которым переданы в SPV. Первый подвид затрагивает ценные бумаги с фиксированной процентной ставкой.

Второй угрожает любым ценным бумагам, в особенности обеспеченным ипотечными активами, поскольку ипотечные кредиты имеют наиболее длительные сроки погашения.

Использование процентных свопов, как правило, помогает минимизировать первый подвид риска. Опасность второго подвида, как мы уже указали, состоит в досрочном погашении, "Дедушкина оговорка" - устоявшийся в мировой практике принцип защиты инвестора от изменения законодательства принимающей стороны. Данная оговорка считается гарантией того, что налоговый режим не ухудшится на весь срок реализации инвестиционного проекта.

"Комфортное письмо" - юридический институт, действующий в международной практике. Такое письмо выдается организацией или лицом, которое выражает поддержку другому лицу.

См.: http://www.securitization.net/news/articles.asp?id= стр. Рис. 2. Риск-менеджмент в Национальном банке Австрии Источник:

http://www.oenb.at/de/img/best_practice_tcml4 - 16321.pdf соответственно, средства защиты такие же, как для риска досрочного погашения.

Большинство сделок ABS5 подвержено амортизационному риску. Он может быть вызван различными причинами: ненадлежащим исполнением со стороны должников по активам, входящим в пул;


досрочным погашением должниками задолженности полностью или частично;

недостаточным дополнительным обеспечением ценных бумаг, эмитированных SPV;

снижением качества обеспечения ценной бумаги ниже определенного уровня;

банкротством инициатора или сервисного агента и т.д.

Эмиссионные документы ценных бумаг, обеспеченных активами, должны содержать перечень или описание амортизационных рисков. Как видно из выше приведенного определения, амортизация вызывается событиями, которые, в свою очередь, относятся к категории кредитного риска. Таким образом, амортизация - это способ защиты инвесторов от кредитного риска. Сходной позиции придерживается European Securitization Forum, согласно которому условия амортизации "служат дополнительной защитой для инвесторов и являются обязательным требованием рейтинговых агентств"6.

Под риском недостатка ликвидности принято понимать возможность в сравнительно короткие сроки реализовать ценную бумагу по цене, соответствующей ее рыночной стоимости. Риск минимизируется посредством грамотной ценовой политики. При этом исходят из базового правила -чем выше спрэд (разница между ценой покупки и продажи), тем выше риск ликвидности.

Наиболее распространенными средствами защиты от риска дефолта (неспособности заемщика своевременно и надлежащим образом исполнять свои обязанности по возврату долга и процентов на него) считаются рейтингование, субординирование требований инвесторов, дополнительный залог и иные средства обеспечения исполнения.

Как мы уже упоминали, категория документационных рисков весьма обширна. Барьером для документационного риска должно выступать заключение рейтингового агентства.

Однако если оно допускает ошибку, то ожидания инвесторов могут не совпасть с фактическим финансовым состоянием пула активов. Именно поэтому в международной практике оценки секьюритизированных инструментов принято доверять только крупным мировым рейтинговым агентствам, таким как Moody`s, Standard&Poor`s и Fitch.

Подводя итог, можно сделать несколько выводов. Во-первых, оценка риска должна быть максимально точной. Нельзя допускать переоценки или недооценки тех или иных факторов. Во-вторых, Asset Backed Securities - ценные бумаги, обеспеченные активами.

См.: European Securitization: A Resource Guide. N.Y., (http://www.stern.nyu.edu/~igiddy/ABS/resourceguide.pdf).

стр. необходимо учитывать разницу между риском и волатильностью. В-третьих, при структурировании сделки необходимо избегать излишнего хеджирования. По аналогии с риск-менеджментом инвестиционного портфеля можно сказать, что излишняя защищенность серьезно уменьшает ожидаемую прибыль. Верно и то, что сложность сделки не пропорциональна защищенности сторон этой сделки: каждый дополнительный элемент, включаемый в структуру, имеет свои собственные риски. Соответственно, необходимо убедиться, что риск, застрахованный тем или иным способом, выше риска, появившегося в конечном результате.

Особо следует отметить, что принятие решения в части секьюритизации должно приниматься всеми руководителями банка, ответственными за его менеджмент. В качестве примера покажем схему принятия решения в части риск-менеджмента в Национальном банке Австрии (рис. 2).

История принятия Базельских договоренностей наглядно демонстрирует, что в условиях постоянного поиска новых источников глобальных финансовых ресурсов международное банковское сообщество оказалось не в состоянии создать экономические механизмы и выработать правила игры, которые учитывали бы все возможные риски. Не только в докризисный, но и в посткризисный период секьюритизация остается инновационной техникой финансирования, для которой еще не выработаны четкие и эффективные нормы регулирования. Минимизировать риски, связанные с базовыми активами и их владельцами, возможно только при осуществлении качественного риск-менеджмента со стороны банка или другого кредитного учреждения.

Ключевые слова: мировой финансовый кризис, производные финансовые инструменты, ипотечные активы, дефолт, секьюритизация, риск-менеджмент.

стр. ОТ ВАНКУВЕРА ДО ВЛАДИВОСТОКА: ПЕРЕКРЕСТКИ ОБЩЕГО Заглавие статьи ПРОСТРАНСТВА БЕЗОПАСНОСТИ Автор(ы) Д. Данилов Мировая экономика и международные отношения, № 12, Декабрь Источник 2012, C. 38- ЕВРОПА: НОВЫЕ РЕАЛИИ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 65.9 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ОТ ВАНКУВЕРА ДО ВЛАДИВОСТОКА: ПЕРЕКРЕСТКИ ОБЩЕГО ПРОСТРАНСТВА БЕЗОПАСНОСТИ Автор: Д. Данилов Идея построения общего пространства безопасности - от Ванкувера до Владивостока уже более 20 лет признается главным политическим ориентиром бывшими противниками в холодной войне. Однако по-прежнему нет единства даже в том, возможно ли вообще сформировать сообщество евро-атлантической безопасности, не говоря уже о дорожных картах многостороннего движения от Ванкувера до Владивостока. Когда в декабре 2010 г.

наконец удалось после 11-летнего перерыва собрать номинальных участников общего пространства на саммите ОБСЕ в Астане, они с большим трудом смогли принять совместную декларацию. Но и этот документ свидетельствует о явном дефиците объединительной повестки дня и способности действовать сообща. В первом пункте документа признается, что 56 стран - членов ОБСЕ собрались, "чтобы вновь подтвердить (курс. - Авт.) свое видение свободного, демократического, единого и неделимого сообщества Евро-атлантической и Евразийской безопасности, простирающегося от Ванкувера до Владивостока, основанного на согласованных принципах, общих обязательствах и общих целях"1. Дмитрий Медведев незадолго до окончания своего президентского срока на представительной международной конференции в Москве в марте 2012 г. признал, что евро-атлантическое сообщество безопасности - пока миф, хотя он "должен стать реальностью"2. Эта честная оценка более чем тревожна, а ее позитивная установка слишком уж напоминает известный исторический лозунг - "мы рождены, чтоб сказку сделать былью". Политически формулировка довольно жесткая, особенно в контексте возвращения на президентский пост Владимира Путина, который в начале своего первого президентского срока декларировал европейский выбор России и инициировал "новый курс" - на сближение с Западом. Теперь российский президент также вынужден признать: "Мировое сообщество по-прежнему далеко от создания основ универсальной и неделимой системы безопасности. На словах все вроде бы "за", но на деле значительное количество наших партнеров стремится обеспечить лишь собственную неуязвимость"3.

Так почему же, несмотря на декларированные цели, на то что "Россия, безусловно, добивается построения евро-атлантического сообщества безопасности" и "глобальная значимость этой задачи очевидна"4 - между мифом и реальностью остается "дистанции огромного размера"? В последнее время все громче говорят о дефиците доверия, который никак не удается преодолеть, и он, несомненно, существует. Но это все же, скорее, симптом, нежели причина. Времена, когда казалось, что достаточно честно взглянуть друг другу в глаза, чтобы дружить "от Ванкувера до Владивостока", прошли. Для преодоления дефицита доверия необходимо понять причины разобщенности, выявить системные дисбалансы и сбои неоднородного и все еще далекого от единства евро-атлантического пространства безопасности.

ПОЛЮСА ЕВРОПЕЙСКОЙ СИСТЕМЫ Европейская система безопасности (ЕСБ) и ее архитектура переживают глубокую трансформацию. Она определяется логикой современного этапа исторического развития переходом от биполярной конфронтации к многополярности и от холодной войны к сотрудничеству в сфере безопасности. ЕСБ испытывает возрастающее давление глобальных вызовов, но и сама становится фактором глобализации, формируя международную среду безопасности. Государства и их объединения, приспособленные к регулированию отношений между ними в поисках собственной ДАНИЛОВ Дмитрий Александрович, кандидат экономических наук, профессор, зав. отделом Института Европы РАН (dm.danilov@mail.ru).

Astana Commemorative Declaration: Towards a Security Community (http://www.osce.org).

Конференция Российского совета по международным делам (http://president.kremlin.ru/news/14834 от 23.03. г.).

Совещание послов и постоянных представителей России (ппр://события.президент.рф/новости/15902 от 09.07.

2012 г.).

Конференция Российского совета по международным делам...

стр. или совместной безопасности, сталкиваются с новыми, сетевыми вызовами и угрозами.

Происходят значимые изменения характера безопасности по всем ее основным параметрам - содержание и масштабы вызовов и угроз, субъекты и объекты, поставщики и потребители безопасности, способы и методы обеспечения, культура и восприятие безопасности. Трансформационные процессы определяются и внутренней логикой, организацией и собственной динамикой институтов безопасности, их взаимосвязями с внешними акторами. Эволюцию среды безопасности направляет также "логика событий", изменяющих сложившиеся стереотипы, привычки и мышление.

ЕСБ характеризуется возрастающей волатильностью, ее единственной константой является "устойчивая неопределенность". Управляемость системы снижается, а перестройка является преимущественно реактивной. Продолжаются попытки приспособить старую машину к движению по новому и постоянно меняющемуся ландшафту безопасности. Внутри этой машины продолжается борьба за водительское сидение, а общие карты движения отсутствуют.

Чуть ли не главной характеристикой современной системы безопасности является констатация ее неадекватности современным вызовам и угрозам. Но в понимании того, в чем собственно состоит неадекватность, согласия нет - ни между государствами и политиками, ни между политиками и гражданским обществом. Для одних НАТО является опорой стабильности и безопасности, для других - военным блоком образца холодной войны. Для одних Россия представляется стратегическим партнером в обеспечении безопасности, для других - означает угрозу европейским ценностям и демократическому порядку.

Это отражает не только ментальные различия, но и объективную реальность: и через лет после окончания холодной войны Европа, покончив с биполярным противостоянием, продолжает оставаться разделенной на интегрированный и расширяющийся Запад, с одной стороны, и Россию в центре постсоветского пространства, с другой. Даже в политическом лексиконе понятие "Европа" чаще всего не включает Россию. И это разделение остается базовой проблемой европейской безопасности, вопреки провозглашенному и декларативно разделяемому всеми принципу ее неделимости.

На западе континента основным ответом на крушение биполярности, а вместе с ней СССР и восточного блока, на усиливавшуюся нестабильность и неопределенность стала стратегия консолидации собственного пространства безопасности, формирование на этой основе внутреннего пояса стабильности. В институциональном плане это означает укрепление и развитие основных евро-атлантических институтов - НАТО и ЕС, их расширение и создание развитой системы партнерств (западноцентричная модель).

Москва в ответ на "блоковый подход" стремится сохранить и укрепить позиции в зоне своих особых интересов - СНГ ("зона влияния", согласно западной интерпретации), структурировать вокруг РФ восточное пространство безопасности. Это порождает "конкуренцию за окружение", которое становится не сферой сотрудничества, а мощным источником противостояния5.

В результате, в современной европейской системе безопасности сохраняется глубинный конфликт интересов - между интегрирующимся западным полюсом, который не может включить Россию, и Россией, которая хочет быть самостоятельным полюсом, политически равным Западу. Этот конфликтный потенциал периодически прорывается в виде политических кризисов в отношениях между РФ и Западом. Однако одновременно это толкает обе стороны к поиску неконфронтационных путей преодоления конфликта.

Югославский кризис 1999 г. и особенно грузинская война 2008 г. стали в этом отношении недвусмысленными уроками. Основным методом преодоления обоих кризисов, как и в целом снижения конфликтности между Россией и Западом, стало развитие сотрудничества и партнерства: в начале века - "новый курс" Путина на сближение с Западом в ответ на 9.11, после Грузии - "перезагрузка", объявленная Б. Обамой, и выдвижение российской инициативы о Договоре о европейской безопасности (ДЕБ).

Таким образом, хотя холодная война ушла в прошлое, биполярная структура европейской системы безопасности не исчезла, а трансформировалась в новую, размытую биполярность, когда внутренняя структура "полюсов" лишена преж С. Лавров на Мюнхенской конференции по безопасности в феврале 2012 г. подчеркнул, что в контрпродуктивной идее "натоцентричной конструкции глобальной безопасности путем создания неких "мостов" между Североатлантическим альянсом и его партнерами в различных регионах... "заложены зерна конфронтации"" (см.: Выступление Министра иностранных дел России С. В. Лаврова на 48-й Мюнхенской конференции по вопросам безопасности, Мюнхен, 4 февраля 2012 г. (http://www.mid.ru/bdomp/brp_4.

nsf/2fee282eb6df40e643256999005e6e8c/45d5cc6f7iieacf04 425799a005b12ес!OpenDocument)).

стр. ней жесткости, и между ними формируется общее пространство взаимодействия. Военно политическая конфронтация оставила после себя структуры взаимного сдерживания и "старое мышление", которые мешают преодолеть разделение Европы. На смену военной конфронтации пришло своего рода военное сосуществование России и Запада, но оно, как показала война в Грузии, отнюдь не исключает военных конфликтов на континенте.

Солидарность, проявленная Западом в отношении "маленькой Грузии", заставила задуматься о вероятности новой конфронтации. Ведь М. Саакашвили делал ставку не на свою военную силу, а на поддержку Запада, прежде всего США, и играл на российско западных разногласиях.

Это свидетельствует о том, что, несмотря на ликвидацию прямой военной угрозы между Западом и Востоком, в ЕСБ сохраняется, хотя и не превалирует, логика взаимного сдерживания и игры с нулевой суммой, препятствующие развитию многостороннего партнерства. В отсутствии стратегического видения "серьезной новой модели для новой эры глобального мироустройства", в которой должна воплотиться "романтическая идея "Евро-атлантического пространства от Ванкувера до Владивостока""6, российско западные отношения (и в целом развитие европейской системы безопасности) до сих пор имеют отчетливый цикличный характер, для них характерны как резкие взлеты и падения, так и периоды неопределенности и депрессии.

События на Кавказе заставили и Запад, и Россию искать пути преодоления очередного и крайне острого политического кризиса в русле постепенной нормализации отношений. Но если первоначально оппоненты были сосредоточены на том, как, несмотря на принципиальные разногласия, выйти из кризисной ситуации с минимальными потерями, то очень скоро главной задачей стал поиск качественных ответов в русле развития долгосрочных кооперативных векторов в отношениях Россия-Запад. Нынешний этап этих отношений, связанный с выходом из грузинского кризиса, в целом продолжает характеризоваться позитивной динамикой. Она была особенно отчетливой в 2009 - гг., хотя затем стала постепенно затухать. Основная причина - недостаточная результативность политики взаимного партнерства, особенно очевидная при взгляде на него через то действительно широкое окно возможностей, которое стороны сумели раскрыть прежде. Разногласия и взаимные претензии опять постепенно усиливаются, ряд проблемных тем, таких как ПРО и ситуация в Сирии угрожают перерасти в новый широкий конфликт интересов.

Актуальность будущего стратегического выбора и существующие противоречия объективно требуют не только приспособительных реакций, но и поиска системных ответов. В практическом плане чрезвычайно важно, куда в ближайшее время качнется маятник: либо России и Западу удастся консолидировать достигнутые на фоне "перезагрузки" успехи и продолжить курс на развитие стратегического партнерства в сфере европейской безопасности, либо возникшие сложности в новом политическом цикле, когда происходят 'значимые смены политических элит в ключевых странах Евро Атлантики, приведут к очередному и, возможно, более опасному спаду в российско западных отношениях и расколу в Европе.

Многие на Западе продолжают видеть основную проблему возникших и усиливающихся сложностей в самой России. Спорить с этим хотя и нужно, зачастую контрпродуктивно слишком велик соблазн обвинить во всем противоположную сторону, а это как раз и формирует среду взаимных упреков и недоверия. Гораздо труднее вникнуть в суть проблемы - рассмотреть влияние "российского фактора" на европейскую политику безопасности. РФ, несомненно, является одним из ключевых игроков по своему весу и, следовательно, степени влияния на европейские дела - и в качестве партнера, и в качестве оппонента. Тем самым она продолжает оставаться ключевым вызовом для системы европейской безопасности - и в смысле ее адекватного вовлечения, и в восприятии другими игроками, и с точки зрения своего будущего облика.

Поэтому принципиально важно разобраться, в чем именно заключались интересы Москвы, когда она после 2008 г. стала последовательно укреплять линию на партнерство с Западом, в том числе предложив широкий диалог по ключевым аспектам евро безопасности, внеся в повестку дня проект ДЕБ.

ВСТРЕЧНЫМИ КУРСАМИ: РОССИЙСКИЙ ВЫБОР Очередной разворот России в сторону Запада не был конъюнктурным ответом на американскую "перезагрузку". Даже хронологически Москва стартовала прежде Вашингтона, когда президент Медведев, еще до войны в Грузии, попытался начать сближение, выдвинув идею ДЕБ. Объективно же "перезагрузка" это как раз то, чего Россия Lukyanov F. From Vancouver to Vladivostok // The St. Petersburg Times. 2008. Issue 1383 (47). June 20.

стр. долгое время ожидала от США и Запада, как раз тот ответ, на который она рассчитывала, активизировав кооперативную линию своей внешней политики после грузинского кризиса. Таким образом, для этого у Москвы были вполне весомые мотивы. Какие именно - это крайне важно для того, чтобы понять, насколько они будут определять в последующем логику европейской политики России, даже если политическая конъюнктура станет менее благоприятной.

Прежде всего, к моменту смены власти в РФ в 2008 г. стало очевидно, что прежняя путинская жесткость в отношениях с Западом не принесла ей никаких видимых результатов. Напротив, обе стороны оказались в ситуации острого политического кризиса, который еще более осложнял достижение Россией ее внешнеполитических целей.

Казалось бы, крупным успехом Москвы в противостоянии с Западом можно считать российскую победу в грузинской войне. И в России отчетливо укрепилась точка зрения, что она "победила" Запад именно в качестве жесткого оппонента, в частности заблокировав на обозримую перспективу расширение НАТО на постсоветское пространство. А если это так, то вряд ли стоит ожидать от Кремля отказа от эффективной игры и смены курса сдерживания на наметившуюся кооперативную эволюцию российской политики. На практике все оказалось совсем наоборот. Россия действительно продемонстрировала способность отстаивать свои интересы с позиций жесткого оппонента. Но кавказские события стали предельной точкой глубокого спада в российско западных отношениях, дойдя до которой, Кремль неизбежно должен был возвращаться в русло сотрудничества. Это еще более укрепило кооперативный вектор европейской политики российского руководящего тандема. Более того, РФ, заняв новые "кавказские рубежи" в качестве западного оппонента, могла с этих позиций гораздо более эффективно определять условия нового "мирного договора".



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.