авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |

«Содержание НАУКИ О ЖИЗНИ И БИОБЕЗОПАСНОСТЬ Автор: Н. Калинина.................................................................. 2 ИННОВАЦИОННЫЕ ПРИОРИТЕТЫ В ЭНЕРГЕТИКЕ КИТАЯ И ЯПОНИИ Автор: И. ...»

-- [ Страница 6 ] --

Штайнмайер, глава фракции СДПГ в Бундестаге, и его соратники активно продвигают концепцию так называемой прозорливой внешней политики ( Vorausschauende Aussenpolitik) современной Германии. Они полагают, что объединенная Германия несет ответственность за решение региональных конфликтов как экономическая держава, стоящая на четвертом месте после Китая, как государство со стабильной демократией, как страна, пользующаяся большим уважением в мире. Они убеждены, что ответственная внешняя политика ФРГ означает открытость объединенной Германии для всех стран, ее способность своевременно использовать свой политический вес, экономический потенциал и культурное наследие23. Обновленную внешнюю политику не должны "засорять второстепенные турбуленции" повседневной политики. Модификация внешней политики одновременно означает риск познания неизвестного, которое может быть успешно освоено при наличии надежного компаса, помогающего преодолевать политические рифы.

В духе "прозорливой внешней политики" социал-демократы намерены решать следующие задачи.

Первое. Сохранение и обновление европейского характера внешней политики. При этом признается, что согласование общей линии в Европе См.: Grundwerte fur eine gerechte Weltordnung. W. Thierse (Hrsg.). Frankfurt am Main, 2003. S. 50 - 55.

Grundsatzprogramm der SPD. Beschlossen am 28. Oktober 2007 auf dem SPD-Parteitag. S. 20 - 21.

См.: Steinmeier F. - W. Mein Deutschland, Wofur ich stehe. Munchen, 2009. S. 201.

стр. не всегда дается легко, если речь идет о Ближнем Востоке, России, Африке.

Высказывается сожаление о том, что многие граждане воспринимают Европу как ведущую силу по продвижению "мышления радикального рынка, а не как защиту жителя континента". Таким образом, необходимо вернуть доверие граждан, воссоздать Европу для человека и его потребностей. Граждане не отвергают европейскую мечту, рассчитывают на создание общего дома.

Второе. Осваивание новых рынков в Китае, Бразилии, Индии, Юго-Восточной Азии, которые стали движущей силой глобализации.

Третье. Обновление отношений с США: президент Б. Обама дает огромный шанс на улучшение трансатлантического партнерства, решение глобальных проблем. Требуется большая просветительская работа со скептиками и молодежью для убеждения их в том, что взаимодействие Европы и США может способствовать улучшению обстановки в мире, повышению качества жизни. Если в 90-е годы XX в. еще 64% опрошенных европейцев ведущую роль признавали за США, то в 2007 г. таких было уже 31%.

Результаты опросов в США также выявляют тенденцию к снижению интереса американцев к Европе. Те американцы, которые желают сделать профессиональную карьеру в "фабриках теоретической мысли" (Think Tanks), отдают предпочтение изучению китайского и арабских языков.

Четвертое. Обеспечение прав человека. Социал-демократы ориентируются на тезисы Брандта, согласно которым это направление политики предполагает выдержку и терпение, способность слушать и слышать других. Однако быстро сформулированные лозунги и заявления по этой проблематике сложно осуществить в повседневной жизни. В этом контексте обращается особое внимание на современный Китай и Россию, которые, по мнению СДПГ, уже не являются монолитными блоками. Социал-демократы должны поддерживать в этих странах силы, которые на фоне противостояния между политическими течениями вчерашнего дня и сторонниками обновления общества выступают за улучшение ситуации с правами человека.

Пятое. Запуск "новой" политики разрядки через создание совместной зоны безопасности от Ванкувера до Владивостока. Шансы на возможный успех Штайнмайер обосновывает достижениями разрядки, концепцию которой сформулировали и реализовали Брандт и Бар в 60-е и 70-е годы прошлого столетия, потом продолжили Г. Шмидт и Г. - Д. Геншер.

Шестое. Внесение Германией, Францией и Польшей совместного предложения об обновлении европейской политики в сферах международных дел и безопасности.

Седьмое. Подготовка и запуск некоего "плана Маршалла" для выхода из кризиса в Европе, который предполагал бы, в частности, реализацию безотлагательной программы создания дополнительных 500 тыс. рабочих мест для молодежи в течение ближайших трех лет, а также инвестиционную программу образования и подготовки молодых профессиональных кадров24.

Особое место в концепции занимает Россия. Отмечается важность и полезность переговоров лидеров ФРГ и ЕС с В. В. Путиным и Д. А. Медведевым, которые "будущее своей страны видят в Европе". Другие российские политики также считают Западную Европу своим естественным партнером. Политики СДПГ не сомневаются в том, что для американцев и европейцев стратегическое партнерство с Россией является ключевым вопросом. Продолжительный мир в Европе может быть гарантирован в случае трансформации России в реальный интегральный сегмент "Большой Европы". Россия необходима и США, и Европе как государство, несущее ответственность за глобальную стабильность. Было бы крупной ошибкой допустить ситуацию, при которой Россия, ощущая угрозы, оказалась бы во внешнеполитической изоляции25.

Воззрения Штайнмайера на европейскую политику дополняют тезисы другого известного политика и ученого, заместителя председателя фракции СДПГ в Бундестаге Г. Эрлера. Он предлагает, в частности, адаптировать принятую в 2003 г. Европейским союзом Европейскую стратегию безопасности (ЕСБ) к современным реалиям с учетом германского опыта. ЕС может именно в сферах подготовки полицейских кадров и создания правового государства использовать собственный, хорошо зарекомендовавший себя опыт. Гражданские миссии стали фирменным знаком Евросоюза26.

Современные ориентиры СДПГ в сферах "новой политики разрядки" и "восточной" политики во многом задаются ее лидером Габриэлем, экспертами по России из центрального правления партии и фракции СДПГ в Бундестаге. Габриэль рекомендует действовать в духе Брандта, "вос См.: Steinbruck P. Nur mit Europa (http://peer-steinbrueck.de/aktuelles/101514/20130602_steinbrueck_rede_fu.html от 04.06.2013).

См.: Steinmeier F.-W. Op. cit. S. 200 - 215.

См.: Erler G. Das Versagen nach 9/11. Mit besseren Strategien gegen den Terror. Korber-Stiftung, 2011. S. 89 - 90.

стр. точная политика" которого постепенно размыла блоковую конфронтацию и тем самым создала предпосылки для мирной революции в ГДР и объединения Германии. Новизна политики разрядки должна состоять в том, что путь к улучшению отношений с Россией и всеми странами Восточной Европы лежит через Варшаву. Если Германия и Франция мотор евроинтеграции, то Польша обеспечивает ее прогресс27.

С точки зрения германских социал-демократов, партнерство с Россией является "частью умной европейской восточной политики". Главной целью СДПГ остается поддержка процветающей России, ориентированной на европейские ценности и собственные традиции, способной успешно осуществить изменения в пользу стабильной демократии 28.

ПОЛИТИЧЕСКОЕ НАСЛЕДИЕ БРАНДТА И НОВЫЙ ЭТАП РОССИЙСКО ГЕРМАНСКИХ ОТНОШЕНИЙ Германские социал-демократы внимательно отслеживают происходящие в российском обществе процессы после федеральных электоральных циклов в РФ в 2011 и 2013 гг. В своих обобщениях они выражают озабоченность по поводу жестких, с их точки зрения, мер государства в отношении НКО, проведенных профильными ведомствами России проверок в представительствах фондов Ф. Эберта в Москве и К. Аденауэра в Санкт Петербурге, близких к СДПГ и ХДС соответственно. Заявляя о заинтересованности СДПГ в дальнейшем развитии партнерства Берлина с Москвой, известные политики, в том числе кандидат в канцлеры от СДПГ П. Штайнбрюк, считают такие действия российских властей неприемлемыми. Германо-российские отношения должны быть честными и открытыми для дискуссий, включая вопросы притеснения НКО, оппозиционеров и представленных в России зарубежных фондов. СДПГ выступает за более тесное партнерство с Москвой, поскольку и Брандт, и Бар видели единственно правильный путь в отношениях с Россией в их политике "перемены через изменения". Усилия Германии по налаживанию отношений между Россией и Западом (это ее историческая роль) в целях обеспечения эффективного взаимодействия между США, ЕС и Россией в вопросах безопасности могли бы дать положительный результат29.

Политик и ученый Г. Эрлер развивает эти подходы, призывает к объективному анализу положения дел в России. Повторяя известные причины озабоченностей политического класса Германии по поводу ограничения прав оппозиции в России и возможного отчуждения Европы от России, он предлагает разработать широкомасштабную концепцию европейской политики на российском направлении, основой которой могла бы служить инновационная матрица "партнерства для модернизации". Обновленная концепция предполагает не только кооперацию в сферах новых технологий, но и в других областях, требующих незамедлительного реформирования, как то: управление государством, непременное подключение гражданского общества России к общественно-политическому диалогу в качестве критического партнера властей30. Социал-демократы сожалеют о том, что Запад отверг с порога идею Москвы применительно к Договору о европейской безопасности, подписание которого якобы могло бы вытеснить НАТО из значимых процессов политики на европейском континенте. Известный представитель СДПГ Э.

Эпплер в конце 2012 г. упрекнул соотечественников в их надменности, морализаторстве по отношению к России. В ФРГ, подчеркивает он, так и не поняли мотивы, по которым большинство россиян избрало В. Путина президентом России. Одна из главных причин популярности В. Путина, о которой немцы, возможно, забыли - глава российского государства через "диктатуру закона" сумел преодолеть возникший в результате распада СССР хаос, остановить разгул мафиозных структур, за что миллионы русских ему благодарны. В. Путина можно и нужно критиковать, в том числе и в ФРГ. Но немцам не помешала бы скромность, если учитывать усилия российского президента по наведению порядка в стране, а также исторический контекст российско-германских отношений.

Эпплер признается в том, что он всегда радовался встречам Б. Н. Ельцина с Г. Колем, В.

В. Путина с Г. Шредером, однако, испытал чувство неловкости из-за публичных упреков А. Меркель в адрес В. В. Путина в Москве 16 ноября 2012 г. См.: Rede des Vorsitzenden der Sozialdemokratischen Partei Deutschlands Sigmar Gabriel bei der Veranstaltung "Die Ostvertrage - Ein Meilenstein auf dem Weg zu einem freien Europa". Der 6. Dezember 2010. Berlin (http://www.sigmar gabriel.de/reden/rede-bei-der-veranstaltung-die-ostvertrge-ein-meilenstei n-auf-dem-weg-zu-einem-freien-europa1).

См.: Steinmeier F. - W. Sozialdemokratische Europapolitik. Sozialdemokratische AuCenpolitik / K. Beck, H. Heil (Hrsg.) Baden-Baden, 2007. S. 30.

См.: Steinbruck P. Moskau einbinden // FAZ. 04.06.2012 (http://www.faz.net/aktuell/politik/bundestagswahl-2013/aus senpolitische-grundsatzrede-stei nbrueck-moskau-einbinden).

См.: Erler G. Schluss mit dem Russland-Bashing // Die Zeit. 29.05.2013.

См.: Suddeutsche Zeitung. 26. November 2012.

стр. Радикальные перемены в мире не могли не изменить уровень общедемократической и политической культуры и на Западе, и на Востоке. По сообщениям "Немецкой волны" и российских СМИ, президент ФРГ Й. Гаук во время беседы с немецкими и российским участниками 15-го заседания "Потсдамских встреч" 4 июня 2013 г. призвал Россию к покаянию за советское прошлое, высказав опасения по поводу затянувшегося процесса преодоления сталинизма, препятствий, которые российские власти чинят обществу "Мемориал", не используя германский опыт осмысления диктатуры. Российские участники, признав ряд проблем, напомнили о том, что речь идет о России, сыгравшей решающую роль в разгроме нацизма32. Жаль, что глава объединенной Германии "забыл" решения Нюрнбергского трибунала, усилия М. С. Горбачева, А. Н. Яковлева, Б. Н.

Ельцина по восстановлению исторической справедливости, оценки В. В. Путина и Д. А.

Медведева Сталину, просветительскую работу гражданского общества по преодолению сталинщины.

Нельзя не отметить, что В. Брандт, в свое время подвергая резкой критике сталинизм, коммунистическую идеологию и практику, в анализе внутренней и внешней политики СССР, способностей его лидеров, никогда не применял дилетантские схемы познания мира "за железным занавесом", находил прежде всего точки соприкосновения руководителей, народов СССР/России и Германии, приветствовал начавшиеся реформы в Советском Союзе. В его оценках по отношению к СССР/России отсутствовали фрагментарность, упрощенный взгляд и тем более мелочность. Основополагающим ценностным принципом в оценках прошлого и настоящего собственной страны, других государств был комплексный диалектический подход. Брандт последовательно выступал за соблюдение основных прав и свобод человека, никогда не был максималистом, не абсолютизировал одно направление политики в ущерб другим сегментам бытия социума, рассматривал российское направление в широком контексте. По его инициативе проблемы обеспечения права индивидуума на жизнь в условиях прочного мира, здоровой экологии, качественных продуктов питания, комфортного климата при сохранении водных ресурсов и рачительном отношении к полезным ископаемым были включены в повестку дня заседаний различных международных комиссий, в частности "Север-Юг", двусторонних рабочих групп, в том числе по линии СДПГ-КПСС. Его теоретические разработки и практические программы свидетельствуют о масштабности мышления этого великого европейца.

Современный германский политический класс, а также научное сообщество и СМИ ФРГ, с одной стороны, активно занимаются российской проблематикой. С другой стороны, их заявления и статьи о России в большинстве случаев создают искаженное представление о стране, тем самым девальвируя реальные масштабные проекты в общей системе российско-германских отношений. Причем немцы признают тот факт, что российские СМИ, политический класс, ученые и рядовые россияне намного доброжелательнее относятся к современной Германии с ее грандиозными достижениями и нерешенными проблемами, не ставят под сомнение германские процедуры выборов президента, руководителей федеральных земель. Не случайно политические и общественные деятели ФРГ, далекие от идей демократического социализма СДПГ, рекомендуют использовать опыт Брандта, во многом благодаря усилиям которого была созвана Конференция по безопасности и сотрудничеству в Европе в 1975 г. в Хельсинки. Зафиксированные в Заключительном акте Хельсинки договоренности частично взломали дамбы догматизма и идеологические барьеры на Востоке, способствовали преодолению бюрократии и "образа врага на Востоке" на Западе, снижению опасного уровня противостояния между странами НАТО и Варшавского договора на континенте. "Конфронтация с Россией при активном негативном сопровождении ее германскими СМИ - бесполезна, необходимо учитывать интересы России, к предложениям которой следует относиться внимательно и серьезно", считают опытные немецкие сторонники партнерства с Россией со ссылкой на опыт созыва Конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе33.

23 мая 2013 г. исполнилось 150 лет со дня образования СДПГ. На крупном мероприятии в Лейпциге в мае 2013 г. президент ФРГ И. Гаук и канцлер А. Меркель, многочисленные зарубежные гости сказали много лестных слов в адрес самой старой европейской и германской политической партии, акцентировали вклад СДПГ в реализацию европейской идеи в духе традиций Брандта34. Однако праздничный пафос не может закамуфлировать тех проблем, с которыми современная германская социал-демократия сталкивается в условиях гло См.: http://www.dw.de/президент-фрг-призвал-россию-к-покаянию/a- См.: Konfrontation mit Russland ist nutzlos // FAZ. 29.05. 2013.

См.: VORWARTS EXTRA. 150 Jahre Sozialdemokratie // Jubilaums-Sonderheft 02/2013. S. 36, 58, 90, 106.

стр. бализации и системного еврокризиса. Принятая в 2007 г. партийная программа СДПГ нуждается в адаптации к современным реалиям. Включение в нее инновационных элементов социального проектирования и политической инженерии в условиях разрыхления партийного ландшафта, сокращения партийного контингента смогло бы интеллектуально обновить основополагающий документ СДПГ, что позволит концептуально определять актуальные задачи социал-демократического движения в Европе и мире. Наработки есть. Достаточно сказать о создании в Лейпциге 22 мая 2013 г.

"Прогрессивного альянса" с участием в нем около 70 партий35. С 2011 г. председатель СДПГ З. Габриэль высказывает недовольство положением дел в Социалистическом интернационале (СИ), который в годы председательствования в нем Брандта с 1976 по 1992 г. являлся образцовой площадкой обсуждения глобальных и европейских проблем.

Попытки придать СИ второе дыхание путем воссоздания в 2009 г. в Берлине комитета по разоружению этого объединения искомых результатов не дали. Отсутствие в СИ харизматических фигур калибра В. Брандта, Б. Крайского и О. Пальме, системные сбои в кадровой политике, включая коррупционные сюжеты, теоретический застой привели руководство СДПГ к решению, во-первых, значительно сократить ежегодный взнос в казну СИ, во-вторых, учредить новое международное объединение в целях активизации диалога социал-демократов в мировой системе координат. Время подтвердит либо опровергнет правильность такого решения.

Сегодняшнее руководство СДПГ ведет работу в принципиально иных условиях, чем в историческую "эпоху Вилли". В то время для немцев, особенно молодых сторонников СДПГ, Брандт был кумиром, они его уважали и просто боготворили. Именно в те годы значительно расширился политический центр общества, количественный состав партии заметно пополнился за счет вступления в нее молодых немцев: в период с 1964 по 1976 г.

число членов СДПГ возросло с 678 тыс. человек до 1 млн. человек36. В последние годы количественный состав партии продолжает сокращаться: на декабрь 2012 г. в СДПГ официально зарегистрированы около 500 тыс. человек. Допущенные руководством СДПГ просчеты в 80-е и 90-е годы XX столетия в немалой степени способствовали созданию партии "Союз 90/Зеленые" и Левой партии, в результате чего партийный массив СДПГ заметно уменьшился, а ее электоральный потенциал балансирует на критической отметке рейтинга в 26 - 29% голосов. Тенденция тревожная.

Авторам негативных сценариев развития диалога РФ с ФРГ и ЕС можно противопоставить аргумент об интенсивности торгово-экономических связей, плотных гуманитарных контактов, молодежных обменов, сближении гражданских обществ России, Германии и "Большой Европы" и, наконец, предложить изучать практический опыт и политическое наследие Брандта. Как убежденный европеец Брандт никогда не представлял Европу без России. Масштабный ум и талант Брандта позволяли ему видеть мир в глобальном измерении с его противоречивыми коллизиями, не выстраивать реальную политику на основе футурологических умозаключений, не обольщаться моментной фотографией сегодняшнего дня. Политическая и нравственная надменность никогда не были инструментом его политики. Опираясь на опыт своего кумира с демократическими и антифашистскими убеждениями, СДПГ может и должна стать локомотивом российско-германского взаимодействия. Брандт поддержал бы перезагрузку "восточной" политики с активным и равноправным участием России. Его политическое наследие с насыщенной европейской составляющей, в целом доброжелательные заявления его "политических внуков и правнуков" в отношении РФ дают основания на это надеяться. Российская сторона, как представляется, могла бы действовать более гибко, не избегать споров об общеевропейских ценностях, правах человека с учетом всемирно признанных достижений России в европейской и мировой культуре, науке, образовании. В то же время российский политический класс, эксперты, гражданское общество вправе ставить вопросы перед немецкими партнерами и получать исчерпывающие ответы на знаковые инициативы Москвы, на пожелания россиян радикально изменить визовый режим РФ с ФРГ и ЕС. Можно с уверенностью сказать, что современные политики и ученые будут вновь и вновь обращаться к опыту Брандта по сохранению европейской цивилизации. Для россиян его политика стала незыблемым символом дружбы, примирения и равноправного партнерства России и демократической Германии. По мнению автора, таких мудрых, прозорливых и предсказуемых политиков, как Вилли Брандт в мировом и европейском масштабе, к сожалению, сегодня нет. Их время, видимо, еще не наступило.

Ключевые слова: Вилли Брандт, СДПГ, "восточная" политика, политика "перемены через изменения", политика разрядки, объединение Европы.

См.: Gabriel S. Die "Progressive Alliance" - Ein neues Netz-werk fur die internationale Zusammenarbeit (http://www.

sig-mar-abriel.de/aktuelle_themen/die-progressive-alliance-ein-neues-netzwerk-fr-die-internat ionale-zu).

См.: Brandt W. Kampfer und Visionar. Berlin, 2004. S. 89, 114.

стр. Заглавие статьи МАРЦИНКЕВИЧ ВИКТОР ИОСИФОВИЧ (1931-2013) Мировая экономика и международные отношения, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. 106- PRO MEMORIA Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 4.8 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи МАРЦИНКЕВИЧ ВИКТОР ИОСИФОВИЧ (1931-2013) 19 августа 2013 г. ушел из жизни Виктор Иосифович Марцинкевич - доктор экономических наук, главный научный сотрудник Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН.

В 1954 г. Виктор Иосифович окончил экономический факультет МГУ, а в 1955 г. вернулся в свой родной город Ростов-на-Дону, где преподавал политическую экономию сначала в Пединституте, а затем в Ростовском государственном университете. В 1962 г. Виктор Иосифович поступил в аспирантуру ИМЭМО РАН, и с тех пор на протяжении более полувека его судьба была связана с Институтом.

Виктор Иосифович стоял у истоков двух фундаментально новых направлений экономической науки: теорий человеческого потенциала и социально-экономической эффективности. Его идеи, как и все новое, с трудом пробивались в жизнь, но он верил, что их развитие станет поворотным пунктом экономической науки. Его новаторский подход к исследованию роли невещественного накопления в современном воспроизводстве представлен в огромном количестве научных статей и ряде монографий, начиная с положившей начало исследованиям в области экономики образования в нашей стране книги 1967 г. "Образование в США: экономическое значение и эффективность", и заканчивая фундаментальным трехтомным трудом "Социально-экономическая эффективность: опыт США", подготовленным группой ЦСАИ по исследованию экономики США, которой он руководил на протяжении многих лет.

В своих исследованиях, начиная с самых ранних и на протяжении всей жизни, Виктор стр. Иосифович последовательно опирался на человекоцентричную парадигму развития. Идеи и постановки, изложенные в его трудах, настолько ярки и самобытны, что получили известность далеко за пределами академического мира и еще долго будут оставаться в центре общественного дискурса. Его глубоким убеждением было, что национальной идеей России должно стать улучшение материальных и духовных условий нормального развития человеческого потенциала, и только в этом случае наша страна сможет возродиться и наверстать упущенное в цивилизационном развитии. Мудрость большого ученого, очевидно, и заключается в том, что идеи всегда его переживают.

Виктор Иосифович был крупным специалистом по экономике США, долгие годы он был постоянным автором раздела по социально-экономическому развитию этой страны во всех прогнозах, подготовленных Институтом. Однако страновую тематику он всегда поднимал на более высокий теоретический уровень. Социально-экономическая модель США служила эмпирической платформой для выдвинутой им концепции "воспроизводственных констант" и фундаментального анализа движущих сил самодвижения и саморазвития многоукладной социально-экономической системы.

В течение многих лет он был членом Ученого Совета ИМЭМО, диссертационного совета, членом редколлегии журнала "МЭ и МО" и активным участником творческих дискуссий.

Его всегда отличали независимость, нестандартность позиции, которую сам он определял как "свойство, так или иначе, в разных проявлениях не замечать общепринятое", способность предложить свежий "незатасканный" ракурс исследования любой проблемы.

Виктор Иосифович был отличным товарищем, глубоко порядочным, доброжелательным, скромным и веселым человеком, отличался невероятной научной добросовестностью, увлеченностью и способностью увлечь других. Дар блестящего полемиста никогда не мешал ему сохранять дружеские отношения с коллегами. Его профессионализм и требовательность к себе и к другим сочетались с неизменным вниманием и готовностью помочь. Он отличался научной щедростью, легко дарил идеи. Эрудит и интеллектуал, он был ярким и разносторонним человеком, знатоком не только экономики, но и литературы, истории, классической музыки. Пронзительной высокой нотой, на которой он ушел из жизни, стала книга его воспоминаний "Человек из прошлого века", где показан ход большой истории сквозь призму истории одной семьи, а личные впечатления и воспоминания подвергаются блестящему профессиональному анализу прирожденного ученого-экономиста, которым он, безусловно, являлся.

Мы глубоко скорбим о постигшей нас утрате и выражаем глубокое соболезнование родным и близким Виктора Иосифовича.

Коллектив ИМЭМО РАН Редакция журнала "МЭ и МО " Коллеги и друзья стр. Заглавие статьи ШИШКОВ ЮРИЙ ВИТАЛЬЕВИЧ (1929-2013) Мировая экономика и международные отношения, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. PRO MEMORIA Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 2.6 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи ШИШКОВ ЮРИЙ ВИТАЛЬЕВИЧ (1929-2013) 10 августа 2013 г. на 84-м году ушел из жизни один из старейших сотрудников Института, главный научный сотрудник Отдела глобальных экономических проблем и внешнеэкономической политики, доктор экономических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации Юрий Витальевич Шишков.

Юрий Витальевич пришел в ИМЭМО в апреле 1969 г. и проработал в Институте более лет. В последние годы он руководил Группой международного разделения труда и региональной интеграции. Ю. В. Шишков широко известен в нашей стране и за рубежом как исследователь наиболее актуальных проблем международных экономических отношений. Международный авторитет ему принесла разработка вопросов в области экономической глобализации, интеграционных процессов и международной производственной кооперации.

Научное творчество Юрия Витальевича отличали инициатива в постановке проблем, глубина анализа, основательность аргументации, реализм формулируемых выводов. Его перу принадлежит значительное число научных трудов, в том числе 10 авторских монографий, 15 брошюр, более 50 глав и разделов в коллективных монографиях и сборниках, более 200 статей в научных журналах. Юрий Витальевич лауреат международных премий, он был отмечен высокими правительственными наградами:

орденом "Знак Почета", медалью "За трудовое отличие".

Юрий Витальевич вел большую научно-педагогическую работу, щедро делился своими знаниями и богатым опытом с молодыми учеными. Под его научным руководством подготовлено 25 кандидатов наук.

Плодотворная научная деятельность Юрия Витальевича в Институте, его высокие человеческие качества - трудолюбие и преданность любимому делу, гражданская и научная принципиальность, требовательность к себе в сочетании с демократичностью и интеллигентностью, доброжелательность и деликатность в отношениях с людьми снискали ему глубокое уважение и авторитет в коллективе Института, в научных кругах как в России, так и за ее пределами.

Юрий Витальевич навсегда останется в нашей памяти.

Коллеги по работе, товарищи стр. ПОСТСОВЕТСКОЕ ПРОСТРАНСТВО НА ПУТЯХ УГЛУБЛЕНИЯ Заглавие статьи ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА Автор(ы) Д. Малышева Мировая экономика и международные отношения, № 11, Ноябрь Источник 2013, C. 109- ВОКРУГ КНИГ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 20.5 Kbytes Количество слов Постоянный http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ адрес статьи ПОСТСОВЕТСКОЕ ПРОСТРАНСТВО НА ПУТЯХ УГЛУБЛЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА Автор: Д. Малышева Г. И. ЧУФРИН. Очерки евразийской интеграции. Москва, "Весь мир", 2013, 128 с.

Новая книга известного российского ученого посвящена острой и актуальной теме процессам экономической интеграции на постсоветском пространстве. В центре внимания автора - непростая история формирования трех интеграционных объединений:

Таможенного союза (ТС), Единого экономического пространства (ЕЭП) и Евразийского экономического союза (ЕЭС), построение которых реализуется пока силами трех государств - Белоруссии, Казахстана и России. Г. И. Чуфрин выявляет причины и мотивы активизации в последние годы интереса к этим масштабным проектам, разбирает проблемы и трудности на пути их реализации, ожидаемые и реальные результаты процесса евразийской интеграции. Он резонно подчеркивает, что приоритет во всех этих начинаниях, локомотивом которых является Россия, отдан "именно экономической интеграции при сохранении политического суверенитета всех участников вышеперечисленных интеграционных объединений" (с. 106).

Обращает на себя внимание представленный в книге детальный, вдумчивый анализ причин, по которым, начиная с первого десятилетия 2000-х годов, дается новый старт интеграционным процессам, истоки которых уходят в 90-е. Именно тогда, напоминает автор, была предпринята первая попытка создания на территории бывшего СССР Таможенного союза в составе России, Казахстана, Белоруссии, Киргизии и Таджикистана, а 26 февраля 1999 г. заключен "Договор о Таможенном союзе и Едином экономическом пространстве". Но эти начинания так и не получили практической реализации и фактически остались на бумаге. Одна из причин - страны, подписавшие Договор, не сумели в конечном итоге согласовать свои позиции по формированию единого таможенного тарифа. Только спустя полтора десятилетия трое из инициаторов ТС приступили к его реализации.

Г. И. Чуфрин справедливо полагает, что к этому главных участников вынудила сама жизнь: кризис национальных экономик вследствие разрушения взаимных хозяйственных связей в процессе суверенизации постсоветских государств;

распад наиболее передовых, наукоемких отраслей национального производства как результат ликвидации научно технических объединений, связывавших в единую технологическую цепочку различные подразделения в республиках бывшего СССР;

реальная угроза превращения постсоветских стран, включая и Россию, в периферию мировой экономики, производителей сырья и полуфабрикатов. К этому добавилось и повсеместное разочарование в странах СНГ ролью иностранного капитала, который, вопреки возлагавшимся на него завышенным ожиданиям, не оказал содействия развитию реальных секторов экономики, высоких технологий и пр., а свел свою деятельность преимущественно к экспорту энергоресурсов и других видов минерального и биологического сырья. Не удивительно, что постсоветские страны оказались, по выражению Г. И. Чуфрина, "в стратегическом тупике". Выход из него, справедливо полагает автор, наиболее рациональным образом можно было достичь "коллективными усилиями - как за счет восстановления, разумеется, с учетом изменившихся форм собственности и активизации взаимных хозяйственных связей, так и путем создания новых таких связей между государственными и частными компаниями и предприятиями постсоветских стран" (с. 23 - 24).

Первым шагом на пути реализации этих задач и стал созданный в рамках Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) Таможенный МАЛЫШЕВА Дина Борисовна, доктор политических наук, зав. сектором ИМЭМО РАН (dsheva@mail.ru).

стр. союз. Как форма торгово-экономической интеграции Белоруссии, Казахстана и России он предусматривает единую таможенную территорию, в пределах которой во взаимной торговле товарами не применяются таможенные пошлины и ограничения экономического характера, за исключением специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер. При этом страны - участницы Таможенного союза принимают единый таможенный тариф и другие единые меры регулирования торговли товарами с третьими странами.

Позитивно оценивая итоги первых лет функционирования ТС, автор обращает, в частности, внимание на такой важный показатель, как рост товарооборота стран СНГ, который стал возможным благодаря соглашениям между участниками этого межгосударственного многостороннего объединения, стимулировавшего возрождение старых и установление новых торговых, производственных, технологических и иных деловых связей. Помимо положительной динамики взаимной торговли имеется и еще один важный показатель экономической заинтересованности стран - членов ТС друг в друге, на который указывает Г. И. Чуфрин. Это-изменение товарной структуры взаимной торговли, оказавшейся более эффективной по сравнению с аналогичным взаимодействием с третьими странами, поскольку значительную долю в ней стала занимать продукция топливно-энергетического комплекса, машиностроения, обрабатывающей промышленности. Иными словами, ТС предстает в книге как перспективный и дееспособный инструмент интеграции в СНГ, важное геостратегическое достижение, сулящее конкретные выгоды государствам, входящим в это региональное объединение.

Рассуждения о перспективах ТС связываются автором с возможностью его расширения, поскольку в числе вероятных участников все чаще называют Украину, Киргизию и Таджикистан. В этой связи в книге подробно рассматриваются аргументы "за" и "против" расширения применительно к каждой из потенциальных стран-кандидатов. Особое внимание здесь, разумеется, обращено на планы присоединения к ТС Украины, являвшейся на момент распада СССР одной из наиболее развитых союзных республик и остающейся, несмотря на все переживаемые этой республикой в постсоветский период трудности, индустриально-аграрной страной с динамично развивающейся экономикой.

Автор подчеркивает: несмотря на то что экономический климат Украины реально зависит от рынков стран ТС, эта республика оказалась под сильным давлением сторонников евроинтеграции, призывавших к заключению соглашения с ЕС о зоне свободной торговли (ЗСТ). Тем не менее 18 октября 2011 г. Украина подписала вместе с семью другими государствами (Арменией, Белоруссией, Казахстаном, Киргизией, Молдавией, Таджикистаном и Россией) "Договор о зоне свободной торговли СНГ", а 30 июля 2012 г.

Верховная Рада в Киеве ратифицировала этот документ, который призван обеспечить необходимые условия для полноценного и эффективного функционирования зоны свободной торговли на пространстве СНГ, создать благоприятные условия для дальнейшего углубления интеграции на основе норм Всемирной торговой организации.

Таким образом, процесс нахождения взаимоприемлемых путей сотрудничества Украины и ТС был продолжен, что дало Г. И. Чуфрину основание предположить: "Однозначный разворот в пользу "западного вектора" развития и заключения соглашения с Евросоюзом о создании совместной с ним ЗСТ представляется маловероятным не только по внутренним причинам, но и по внешним ввиду сохраняющейся жесткой критики руководства Украины со стороны западных стран по гуманитарным вопросам" (с. 48).

Что касается перспектив присоединения к ТС и процессу евразийской интеграции Таджикистана и Киргизии, то эта проблема оценивается автором достаточно сдержанно. В Таджикистане, подчеркивается в книге, ситуация остается неопределенной ввиду географической отдаленности этой центральноазиатской республики и от России, и от Казахстана, а главное - по причине поразившего Таджикистан экономического и политического кризиса, усугубляемого близостью к Афганистану, где события могут начать развиваться по негативному и непредсказуемому сценарию. В отношении же Киргизии Г. Чуфриным высказаны опасения, что эта нестабильная в политическом отношении центральноазиатская республика, экономика которой переживает кризисную фазу и по-прежнему подвержена массированному воздействию Китая, может ослабить жизнеспособность ТС. Подробно рассматривая позиции некоторых других постсоветских стран (Молдавии, Армении, Узбекистана), выказавших интерес к установлению деловых отношений с ТС, автор отмечает, что это потенциально несет целый ряд позитивных моментов, как для самих этих стран, так и для их предполагаемых партнеров по интеграции.

Тщательный, взвешенный анализ особенностей социально-экономической и политической ситуации в странах - претендентах на вступле стр. ние в ТС позволяет ученому прийти к выводу, с которым трудно не согласиться:

"Существенное расширение состава членов Таможенного союза в обозримой, во всяком случае - ближайшей, перспективе вообще вряд ли целесообразно, поскольку главной задачей в настоящее время является консолидация этой организации, преодоление существующих внутренних проблем и противоречий и достижение ощутимого прогресса в уже намеченных совместных программах и планах. Именно достижение такого прогресса, а отнюдь не рост численности членов организации, должно стать подлинным критерием авторитетности и привлекательности Таможенного союза. В свою очередь именно реальные успехи ТС будут способствовать дальнейшему укреплению центростремительных сил, выступающих в пользу экономической интеграции в различных постсоветских странах" (с. 57).

И действительно, в случае успешной реализации Таможенный союз может стать ступенью к созданию Единого экономического пространства, к превращению участников экономического взаимодействия в полноценных партнеров по институциональным политическим и военным союзам. В таком контексте ТС рассматривается в книге и как решающий стратегический прорыв на пространстве бывшего СССР, и как важный шаг на пути формирования Единого экономического пространства.

Такой новый формат интеграционного объединения, который потребует от его участников дальнейшего совершенствования наднациональных структур, оценивается в монографии как чрезвычайно перспективный. Благодаря ЕЭП, полагает Г. И. Чуфрин, будут созданы новые возможности для стран-участниц (свободный и равный доступ к транспортным и энергетическим структурам, гармонизация норм антимонопольной политики, унификация законодательств о защите инвестиций и пр.), да и в целом стимулированы структурные перемены в укладе их экономик и принципах хозяйствования (с. 59).

Со становлением ЕЭП автор связывает и такую важную проблему, как необходимость дальнейшего функционирования Евразийского экономического сообщества - одного из наиболее успешных в СНГ региональных международно-экономических объединений.

Учрежденное 10 октября 2000 г. президентами Белоруссии, Казахстана, Киргизии, России и Таджикистана, ЕврАзЭС показало, с одной стороны, свою востребованность и жизненную силу, продемонстрировав такие весомые конкретные достижения, как создание ТС, учреждение Антикризисного фонда, Центра высоких технологий ЕврАзЭС.

С другой стороны, отмечается в книге, динамика изменений на постсоветском пространстве и уверенные темпы формирования ЕЭП как более продвинутого по сравнению с ЕврАзЭС интеграционного образования ставят вопрос о завершении деятельности ЕврАзЭС, во многом дублирующего ЕЭП и не отвечающего уже в полной мере произошедшим в мировой геополитике и геоэкономике изменениям. В качестве первого шага Г. И. Чуфрин предлагает придать новые функции суду ЕврАзЭС, который будет рассматривать споры экономического характера между участниками обоих интеграционных образований с тем, чтобы впоследствии ускорить сближение и унификацию национальных законодательств, придать большую динамику процессам интеграции (с. 61).

В книге признается, что главным локомотивом интеграции на постсоветском пространстве остается Россия, для которой предпочтительно селективное сотрудничество с теми постсоветскими государствами, которые по примеру Казахстана и Белоруссии продемонстрируют готовность к углубленному взаимодействию. При этом предполагается, что Казахстан в силу своего значительного экономического и ресурсного потенциала будет, как и Россия, занимать особое положение в реализации евразийского интеграционного проекта. Именно российско-казахстанское сотрудничество служит, по мнению Г. И. Чуфрина, примером успешного решения проблем инновационного развития в рамках ЕЭП, поскольку такое сотрудничество открывает возможности для взаимодействия двух стран по ряду наукоемких и инновационных направлений экономического развития. Все эти имеющиеся в активе российско-казахстанского сотрудничества серьезные позитивные наработки подробно рассмотрены в рецензируемой монографии. Вместе с тем нельзя не отметить, что российско-казахстанские взаимоотношения подвергаются в последнее время серьезным испытаниям, о которых в книге не говорится, но которые способны в будущем нанести ущерб процессу евразийской интеграции.

Так, хотя многовекторная политика по-прежнему играет в Казахстане ключевую роль и республике до сих пор удавалось поддерживать баланс интересов в отношениях как с Россией, так с и другими геополитическими игроками на пространстве СНГ, ощутимой становится тенденция отхода Казахстана от России, "тихое" размежевание с ней по ряду важных вопросов межгосу стр. дарственного взаимодействия. Это, во-первых, возникшие с начала 2013 г. (и так до конца еще не разрешенные) разногласия по проблеме совместного использования космодрома "Байконур", где казахстанская сторона ставит вопрос о пересмотре арендных соглашений в отношении космодрома и комплекса "Байконур", арендуемых ныне Россией, предлагая передать его в собственность Республики Казахстан. Во-вторых, это разногласия в энергетической сфере, где Казахстан, хотя и развивает, как это показано в монографии (например, на с. 84 - 85), сотрудничество с Россией, но действует не всегда в ее интересах и в согласовании с ней, поддерживая альтернативные российским нефтегазовые проекты, вступая в затяжной спор со своими партнерами по ТС при дележе прибыли от взаимных поставок нефти и нефтепродуктов и ориентируя свой нефтяной экспорт преимущественно на рынки Китая и Евросоюза. Это, наконец, и активизация военных контактов Казахстана с НАТО/США, что (как это происходит, например, с готовностью властей Казахстана предоставить НАТО порт Актау на Каспии) противоречит как интересам стратегического партнера Казахстана - России, так и ранее согласованным с Астаной международным договоренностям. Речь, в частности, идет о решениях Второго Каспийского саммита в Тегеране (2007 г.), ограничивающих военное иностранное присутствие на Каспии, а также о принятых в 2012 г. в ОДКБ новых правилах, запрещающих участникам Организации (а Казахстан является таковым) размещать у себя иностранные военные базы без согласия других членов.

Все более доминирующая в Казахстане во власти казахская, казахскоязычная часть номенклатуры, зацикленная на эксклюзивной суверенности республики, похоже, влияет и на ухудшение отношения Казахстана к интеграционным процессам в СНГ. Ярче всего это проявилось в инициированной в 2013 г. частью националистически настроенной казахстанской элиты идее (не получившей, кстати, внятного осуждения со стороны руководства республики) референдума о выходе Казахстана из Таможенного союза. Есть и другая причина объективно происходящего торможения этой центральноазиатской республикой интеграционных процессов - неготовность Казахстана как страны с преимущественно сырьевой экономикой конкурировать с российскими и белорусскими товаропроизводителями, поставлять на открывающиеся рынки двух других участников ТС иную, кроме нефти и металла, продукцию. В итоге продекларированные союзнические отношения Москвы и Астаны во многом оказываются нереализованными, а интеграция, хотя и продвигается, но значительно медленнее, нежели было запланировано.

Хотя автор не акцентирует внимания на этих негативных сторонах российско казахстанского сотрудничества, это не означает, что в книге игнорируются различные и часто взаимоисключающие точки зрения на характер постсоветских интеграционных процессов. Многие из таких существующих в отечественной и зарубежной литературе подходов исследованы ученым и критически проанализированы. В их числе - выдвижение некоторыми российскими политиками и экспертами, наряду с экономической проблематикой, вопросов политической интеграции - задач по формированию ее парламентского измерения и созданию по аналогии с Европейским парламентом Евразийского парламента с наделением его законодательными полномочиями.

Подчеркивая, что такие непродуманные заявления и предложения наносят ощутимый вред идее евразийской интеграции, автор приводит убедительные аргументы в пользу несвоевременности подобного шага, считая его "контрпродуктивным", дискредитирующим саму идею интеграции. Ее сугубо политическое измерение, подчеркивает Г. И. Чуфрин, способно "серьезно накалить внутриполитическую обстановку в странах - участницах интеграционных процессов, сыграть на руку ультранационалистическим и шовинистическим силам, и без того усматривающим в проводимых интеграционных экономических мероприятиях чуть ли не покушение на национальные суверенитеты своих стран и обвиняющих Россию в великодержавных устремлениях" (с. 107 - 108). Отсюда вывод: острые дискуссии по проблемам евразийской интеграции должны носить взвешенный характер, учитывать возможные последствия высказанных опасений и возражений.

Другой вывод, который вытекает из проведенного Г. И. Чуфриным исследования, состоит в том, что само по себе создание Таможенного союза абсолютно недостаточно для полноценной евразийской интеграции. Она в форме Единого экономического пространства, а затем и Евразийского союза, позволит сформировать в Евразии общий рынок, расширить возможности взаимовыгодных деловых отношений как с отдельными государствами за пределами постсоветского пространства, так и на многосторонней основе с другими интеграционными объединениями и организациями. Таким образом, создание ТС, ЕЭП, а в перспективе и Евразийского союза знаменует собой продвижение многостороннего экономического стр. сотрудничества и интеграции на постсоветском пространстве.

Для республик бывшего СССР, все еще представляющих собой, в комплексе, тесно взаимосвязанное географическое, экономическое и социокультурное пространство, интенсификация торгово-экономического обмена является позитивным фактором, поскольку это способствует расширению зон стабильности и многократно уменьшает риск возникновения внутренних конфликтов. В экономическом плане предлагаемая Россией соседям идея интеграции строится на очевидном понимании того, что на путях сохранения постсоветскими странами исторических связей можно выиграть больше, чем от призрачных надежд попасть "на содержание" к кому бы то ни было. Важно для России и то, чтобы СНГ утверждалось в качестве региона эффективного международного сотрудничества, а не соперничества. Императивом является и то, что эти проблемы должны решаться самими постсоветскими государствами и только в режиме кооперации.

Если постсоветские страны хотят сохранить в условиях глобализации реальный суверенитет, им, а также и России, необходимо ускорить интеграционные процессы.

В заключение необходимо отметить, что книга Г. И. Чуфрина, являясь, несомненно, крупным вкладом в исследование процессов, происходящих на постсоветском пространстве, может также стать важным научным подспорьем для тех, кто профессионально занимается проблематикой данного региона - в государственных учреждениях, научных, академических, университетских центрах. Монография будет, безусловно, в равной мере полезна и для практических работников, и для преподавателей и студентов. Результаты данного исследования могут быть использованы и при подготовке практических рекомендаций для российских государственных и дипломатических учреждений, занимающихся проблемами СНГ и разрабатывающих политику нашего государства в отношении всего мегарегиона Евразии.

Ключевые слова: интеграция, Таможенный союз, постсоветское пространство, сотрудничество, Единое экономическое пространство, Евразийский союз, Россия.

стр. НА ПУТИ К СТРУКТУРИРОВАННОЙ МНОГОПОЛЯРНОСТИ:

Заглавие статьи ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ РОССИИ Автор(ы) С. Уткин Источник Мировая экономика и международные отношения, № 11, Ноябрь 2013, C. 114- ВОКРУГ КНИГ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 46.5 Kbytes Количество слов Постоянный адрес http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ статьи НА ПУТИ К СТРУКТУРИРОВАННОЙ МНОГОПОЛЯРНОСТИ:

ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ РОССИИ Автор: С. Уткин И. С. ИВАНОВ. Внешняя политика в эпоху глобализации. Москва, "ОЛМА Медиа Групп", 2011, 288 с.

Мир непрерывно изменяется, и ухватить суть этих перемен бывает очень непросто, в особенности, когда речь заходит о "всепроникающих" глобальных тенденциях.

Множество акторов, противоречащих друг другу интересов, накладывающихся друг на друга пространств, новых и старых, но сохраняющих силу, договоренностей формируют среду, требующую профессиональной подготовки уже для того, чтобы не потеряться, а тем более, чтобы найти верную дорогу, сформулировать оптимальный внешнеполитический курс. Ни в одной из стран мира не собираются пасовать перед решением этой трудной задачи. В нескончаемое обсуждение вариантов политики, подходящей для глобального мира, вовлекаются все более широкие круги гражданского общества. Традиционный авторитет в этой области сохраняют за собой ведущие академические научные центры. Но чтобы понять всю сложность стоящих перед странами мира проблем, необходимо располагать опытом работы внутри системы принятия внешнеполитических решений, где стройные теоретические концепции и яркие идеи часто наталкиваются на ограничения, устанавливаемые суровой реальностью.

В этом отношении, большим событием для профессионального сообщества международников стала публикация новой книги министра иностранных дел России в 2004 - 2008 гг., секретаря Совета безопасности РФ в 2004 - 2007 гг., президента Российского совета по международным делам, члена-корреспондента РАН Игоря Сергеевича Иванова. Сочетание профессиональной карьеры дипломата и опыта научной деятельности, в данном случае, не просто формальность. В рассматриваемом труде "Внешняя политика в эпоху глобализации" автор продолжает и развивает исследовательскую работу, проводившуюся им при написании диссертаций на степень кандидата и доктора исторических наук1. Более того, при чтении книги можно заметить, как в авторе борются дипломатическое и исследовательское начала, от чего текст только выигрывает, наполняясь как размышлением, так и элементами дискурса, которые могут пригодиться в дипломатической практике, а также готовыми к имплементации предложениями.


И. С. Иванов структурировал свою работу по трем блокам, которые кратко можно определить как содержание процесса глобализации, формирование нового мирового порядка и противодействие угрозам безопасности. Глобализация, таким образом, лишь формирует контекст для процессов, которым автор уделяет основное внимание, но этот контекст настолько важен, что меняет суть происходящего.

I Осмыслить глобализацию, предложить определение и анализ этого явления пытались ведущие российские и зарубежные специалисты2. Как и в случае других крупных социальных феноменов здесь возможно бесчисленное множество авторских подходов, в которых может предлагаться нечто принципиально новое, но чаще подчер УТКИН Сергей Валентинович, кандидат политических наук, зав. отделом стратегических оценок Центра ситуационного анализа РАН (sv.utkin@gmail.com).

См.: Иванов И. С. Проблемы формирования, эволюции и преемственности российской внешней политики на рубеже XXI века. Автореф. дис. на соискание степени кандидата исторических наук. М., МГИМО (У) МИД РФ, 2000;

Иванов И. С., Внешняя политика в эпоху глобализации. Автореф. дис. на соискание степени доктора исторических наук. М, ИМЭМО РАН, 2005.

См.: Лукашук И. И. Глобализация, государство, право, XXI век. М., 2000;

Бек У. Что такое глобализация?

Ошибки глобализма - ответы на глобализацию. М., 2001;

Уткин А. И. Глобализация: процесс и осмысление. М., 2001;

Володин А. Г. Глобализация: начала, тенденции, перспективы. М., 2002;

Stiglitz J. Making Globalization Work.

L. - N.Y., 2006.

стр. киваются те или иные оттенки ранее сформировавшегося в научном сообществе понимания. Для И. С. Иванова глобализация - это "процесс развития в масштабе всей планеты сети отношений комплексной взаимозависимости между государствами, обществами и национальными экономиками, сопровождающийся становлением нового мировосприятия, отражающего растущее единство мира" (с. 8). Такое понимание закрепляет получающий всеобщее признание тезис о том, что глобализация - это отнюдь не только экономическое явление. Привлекает внимание акцент, сделанный автором на значении "нового мировосприятия". А ведь каждая содержательная работа, в которой предлагается по-новому взглянуть на международные процессы, в том числе и рассматриваемая книга, воздействует на это мировосприятие, что впоследствии сказывается на тех самых международных процессах, закольцовывая круговорот идей.

Появление ключевых научных работ, посвященных глобализации, пришлось на начало XXI века. Это совпадение условного календаря с фиксацией новой реальности в насыщенной символами гуманитарной среде стало дополнительным поводом задуматься о фантастическом ускорении темпов развития человечества в последние пару веков и о том, что нас может ждать в обозримом будущем. Уже сегодня, по замечанию И. С. Иванова, глобализация становится "многополярным процессом" (с. 19), хотя еще недавно были достаточные основания говорить о том, что Соединенные Штаты - это "безусловный лидер"3 глобализации. При этом И. С. Иванов неоднократно оговаривает, что, с его точки зрения, многополярность никоим образом не предполагает конфронтации, напротив, речь должна идти о солидарности "центров силы" (с. 287).

Естественный для политолога интерес к "центрам силы" позволяет проследить определенную логику в развитии процессов глобализации в связи с мировой политикой.

Здесь уместно вспомнить, что сразу же с окончанием биполярного противостояния, в конце 1990 г. консервативный американский публицист Ч. Краутхаммер заговорил о "моменте однополярности"4, а уже в 1993 г. появилась известная книга американского исследователя либеральной направленности П. Кеннеди "Готовясь к XXI веку"5, в которой выражалось сомнение в том, что США окажутся в достаточной мере способны принять реальность меняющегося мира и адаптироваться к ней. Теперь, через двадцать лет после начала этой дискуссии, во многом вследствие мирового экономического кризиса 2008 г., последствия которого до сих пор полностью не преодолены, становится ясно, что сомнения П. Кеннеди были вполне обоснованы, а его призывы совместно противостоять глобальным проблемам необходимо развивать и детализировать, не замыкаясь на видении, сформированном лишь в одной из стран мира. Американоцентризм научного осмысления международных отношений остается в прошлом как с точки зрения того, о чем пишут, так и в том, кто пишет. Получившие широкий резонанс труды российских ученых6 и представителей академического сообщества Европейского союза7 создают новое пространство дискуссии, опирающееся на признание полицентричности мира как на одну из аксиом. Сохраняющийся выдающийся политический и экономический потенциал США в этих условиях И. С. Иванов учитывает, используя удачную формулу "асимметрии" полицентричности (с. 87).

Обеспечить неконфликтность многополярности, о которой пишет И. С. Иванов, еще только предстоит. В рассматриваемой книге автор довольно убедительно показывает, что эта цель достижима, если в процессе движения к ней мы будем учитывать обстоятельства, привносимые в нашу жизнь глобализацией, и сможем сделать последнюю управляемой.

Дефицит управляемости - та ключевая глобальная проблема, которая является предпосылкой многих других, на первый взгляд, более острых проблем.

II И. С. Иванов полагает, что управляемость может обеспечить формирование "целостной системы" (с. 287), роль главного координирующего центра в которой выполняла бы Организация Объединенных Наций, значительное место занимали бы региональные организации, а в основе оставались бы все более многогранные и многовекторные двусторонние отношения. Подобное видение изначально лежало в основе системы ООН, свидетельство чему можно обнаружить в пока недооцененной гл. VIII Устава ООН, посвя См.: Уткин А. И. Цит. соч. С. 58.

См.: Krauthammer Ch. The Unipolar Moment// Foreign Affairs. V. 70. N 1.

В опубликованном позднее русском переводе выбран другой вариант названия: Кеннеди П. Вступая в XXI век.

М., 1997.

См.: Россия в полицентричном мире. Под ред. А. А. Дынкина, Н. И. Ивановой. М., 2011.

См.: Global Trends 2030 - Citizens in an Interconnected and Polycentric World / ESPAS Report. Ed. by A. de Vasconcelos. Paris, 2012.

стр. щенной региональным соглашениям. Сложные условия биполярного противостояния определили востребованность только некоторой части потенциала ООН и невозможность использовать другую его часть. После окончания холодной войны попытки возродить стройную концепцию организации мира предпринимаются в ЕС - на это направлена официально закрепленная в Стратегии безопасности ЕС8, появившейся в 2003 г. и действующей до сих пор, концепция "эффективной многосторонности". В этом смысле, можно говорить о том, что предложения И. С. Иванова дополняют сложившуюся в европейской школе политической мысли парадигму теми элементами, которые представляют особую значимость для России.

Вообще И. С. Иванов при рассмотрении всех проблем не ограничивается отстраненным анализом происходящего, но показывает особенности российской позиции по тому или иному вопросу и содержание российских интересов. Именно здесь в авторе часто побеждает дипломат. В дипломатическом мире профессионал не может и не должен подвергать сомнению ключевые установки, сформулированные политическим руководством его страны;

подобно врачу он должен быть крайне осторожен в своих действиях и высказываниях, руководствуясь принципом "не навреди", а это, конечно, ограничивает свободу интеллектуального маневра. Но именно этот подход обеспечивает возможность учета и реализации авторских рекомендаций в российской политической практике уже в ближайшем будущем, а не в отдаленной перспективе, когда существенно изменится политическая реальность.

И. С. Иванов предлагает ставить вопрос о формировании "большой стратегии" России, "в которой были бы увязаны внутриэкономические стратегические задачи с проблемами взаимодействия с различными странами и регионами мира" (с. 40). Выводом о необходимости переосмысления долгосрочной стратегии США заканчивает одну из своих монографий известный американский политик, государственный секретарь в 1973 - гг. Г. Киссинджер9, несмотря на то, что традиция стратегического мышления в США чрезвычайно богата10 и, казалось бы, не должна давать повода пожаловаться на нехватку идей.

По-видимому, стремительно меняющийся мир оказывается слишком сложным и противоречивым для всех, включая ведущие страны мира. И. С. Иванов в этих условиях не пытается дать ответы на все вопросы, но предлагает двигаться к созданию системы механизмов, своего рода каркаса, опирающегося на согласованные принципы, который позволит оперативно принимать решения по проблемам, появление и внутреннюю эволюцию которых часто невозможно предсказать.

Попытки сформировать институты глобального управления пока носят ситуативный характер. Сформированная в условиях кризиса "большая двадцатка" остается скорее форумом для консультаций, обращение к услугам которого не обязательно. В военных вопросах НАТО пользуется преимущественным положением единственного в своем роде блока, способного осуществлять военные акции вдали от собственных границ. Не хватает единой правовой основы мировой политики или, вернее, эту основу слишком часто удается обходить. И. С. Иванов как раз и предлагает обратить больше внимания на уже существующие международно-правовые механизмы и международные организации, заняться их укреплением, вместо того, чтобы бесконечно экспериментировать с новыми формами.


При этом автор убежден, что фундамент системы управления, даже в условиях глобализации, не меняет своего положения, и "именно государство, его внешнеполитический аппарат останутся в обозримом будущем главным средством, имеющимся в распоряжении общества для воздействия на ход глобализационных процессов" (с. 60). Действительно, за обсуждением новых явлений международной жизни, новых акторов, транснациональных тенденций и пространств" не следует забывать о том, что бремя обеспечения верховенства права, политических свобод, элементарной безопасности, климата экономической активности по-прежнему лежит на государстве, которое, при наличии политической воли, вполне способно модернизироваться и соответствовать вызовам времени. Существенная часть этих вызовов определяется глобализацией. Так, "под влиянием экономической глобализации приоритеты государственной политики на международной арене постепенно смещаются в сферу экономики", глобализация способствует "расширению функций и сфер ответственности национального государства, с другой стороны, эрозии его воз См.: A Secure Europe in a Better World. European Security Strategy. Brussels. 12 December 2003.

См.: Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика? К дипломатии для XXI века. М., 2002.

См., например: Уткин А. И. Американская стратегия для XXI века. М., 2000.

О транснациональных пространствах см.: Транснациональные политические пространства: явление и практика.

Под ред. М. В. Стрежневой. М., 2011.

стр. можностей" (с. 134). С учетом этого понимания, при рассмотрении международно политических проблем не получается просто оставить за скобками внутреннюю жизнь государств. Для нее нужно найти соответствующее место, но сделать это можно по разному.

Согласно стратегической линии, поддерживаемой частью американской политической элиты, США должны не только служить образцом политического устройства для других стран, но и подталкивать отстающих к более быстрым внутренним реформам, в том числе, при необходимости, силовыми методами12. И. С. Иванов категорически возражает против этого видения, но не ставит знак равенства между оправдываемым целями продвижения демократии интервенционизмом и объективным глобальным процессом демократизации, оказавшим "весьма благотворное влияние на положение во многих регионах мира и развитие международных отношений в целом" (с. 76). При этом автор выдвигает принципиальный для его концепции и дискуссионный тезис: "Природа современных угроз и вызовов лежит в иной плоскости, нежели конфликт между демократией и ее противниками" (с. 77).

Действительно, как справедливо отмечает И. С. Иванов, во многих обществах появление демократических институтов как таковых без учета страновой специфики вряд ли может способствовать прогрессу. Тем более деструктивным может оказаться искусственное навязывание процедур, внешне напоминающих свойственные развитым демократиям.

Случается, что "старые, традиционные механизмы согласования интересов и обеспечения взаимной толерантности... подвергаются демонтажу, а новые квазидемократические институты начинают функционировать в крайне неблагоприятных условиях - зачастую по факту опираясь на старые... схемы" (с. 163). Кроме того, дипломат обязан в своей работе опираться на принцип равенства государств, исключающий их "ранжирование" по признаку политического режима. Однако с точки зрения критического научного анализа международной политики такой подход вряд ли можно признать достаточным. Между авторитарным и демократическим государствами сложно, а зачастую и невозможно, обеспечить уровень взаимного доверия, необходимого для конструктивной совместной работы. Многосторонние организации, где принципиальные отличия в понимании политических прав и свобод игнорируются, оказываются заведомо слабее тех, которые опираются на общие ценности. Это один из ключевых факторов, не позволяющих полностью избавиться от разделительных линий в области безопасности и сформировать глобальную, выгодную для всех участников систему.

В тех вопросах, где глобальное согласие все же оказывается возможным, особую роль, как в качестве форума для переговоров, так и механизма реализации принятых решений, играет ООН. И. С. Иванов подчеркивает, что "востребованность ООН со временем не только не уменьшается, но и растет", а "курс на укрепление ООН... выступает одним из основных элементов российской внешнеполитической стратегии" (с. 95). И если первое утверждение вполне соответствует наблюдаемым тенденциям и общей логике глобализации, то в отношении российского курса приходится говорить скорее о декларируемой позиции, чем о существенном продвижении в этом направлении. По количеству миротворцев, участвующих в операциях ООН, Россия по состоянию на июнь 2013 г. находится на 63-м месте - в эту работу, которой в мире занимаются более 92 тыс.

человек, вовлечены 100 россиян, из которых основная масса - военные эксперты, полицейских и 6 военных - членов личного состава миротворческих сил ООН13.

Российский вклад в бюджет ООН на 2013 г. составляет 2,4%, в то время как вклад США 22%, Японии - 11, Германии - 7, Великобритании - 5, Франции - 5.6, Китая - 5.1, Испании 3, Южной Кореи - 2%14. Внутренние проблемы, требующие финансовых вложений, которые могут оправдать более низкий уровень взносов в международные организации и более скромного участия в миротворчестве, есть у каждой из этих стран. Российское участие, по крайней мере, в 2013 г. продемонстрировало некоторый рост по сравнению с 2012 г., что можно рассматривать как результат реализации соответствующих положений указа Президента В. В. Путина от 7 мая 2012 г.15 Российская сдержанная позиция в отношении ООН, по-видимому, определяется тем, что наряду с абстрактным желанием видеть эту организацию центром мировой Об одном из примеров такого подхода см.: Dreyfuss B. McCain and hawks want to bomb Iran, Syria // The Nation. March 2012.

См.: Contributions to UN Peacekeeping Operations. Monthly Summary of Contributions as of 30 June 2013;

Ranking of Military and Police Contributions, 30 June 2013 (http://www.un.org/en/peacekeeping/resources/statistics/).

См.: Assessment of Member States' contributions to the United Nations regular budget for 2012. ST/ADM/SER.B/866, 24 December 2012.

См.: Указ Президента РФ от 07.05.2012 N 605 "О мерах по реализации внешнеполитического курса Российской Федерации". П. 1(6).

стр. политики, у российских лидеров присутствуют и достаточно сильные сомнения в том, насколько более активная работа ООН будет способствовать обеспечению интересов России при решении конкретных международных вопросов. Здесь сыграла свою роль серия прямо или опосредованно связанных с ООН разочарований. Немало скептических мнений об этой организации высказывается и за рубежом (причем аргументация критиков может существенно отличаться от российской16). Не зря И. С. Иванов, касаясь иракской кампании США 2003 г., подчеркивает, что "нельзя согласиться с теми аналитиками, которые расценили этот кризис как следствие неэффективности ООН" (с. 104). Но для того чтобы организация осталась востребованной и в будущем, ее необходимо реформировать, и автор рассматриваемой работы ставит этот вопрос со всей остротой.

III Эффективность ООН определяется не только состоянием самой этой организации и связанных с нею структур, но и теми отношениями, которые удается выстроить с другими уровнями принятия международных решений. В частности, это касается региональных организаций. Ведь в настоящее время, как справедливо отмечает И. С. Иванов, наблюдается "повышение роли регионов в архитектонике мировой политики" (с. 109), а "современные концепции региональной интеграции строятся на принципе "открытого регионализма", то есть предполагают не самоизоляцию, а наоборот, активное включение в глобальную экономику" (с. 110). При этом понятно, что успешное развитие региональных структур не может происходить по принципу клонирования. Каждый регион обладает своей спецификой, более того, часто в одном регионе находится место для множества структур разного уровня и профиля деятельности, которые могут действовать более или менее согласованно.

В структурировании регионального пространства наибольших успехов добилась Европа, достижения и проблемы которой заняли в книге И. С. Иванова достойное место. На основе своего обширного опыта автор приходит к выводу, что "потенциал, заложенный в общеевропейских структурах, прежде всего ОБСЕ, используется далеко не полностью" (с.

112). Действительно, с середины 2000-х гг., после масштабных расширений ЕС и НАТО, многие страны стали уделять все меньше внимания деятельности ОБСЕ, а те, кто хотел бы видеть эту организацию основой региональной архитектуры безопасности (в частности, Россия), подвергают ее жесткой критике, в том числе на официальном уровне17. При этом ведущие российские эксперты указывали на сохраняющиеся широкие возможности использования заложенного в ОБСЕ потенциала18. О проблемах этой организации И. С.

Иванов пишет (с. 121 - 124), как представляется, с чувством искреннего сожаления об упущенных возможностях. И по большей части эти возможности были упущены вследствие неготовности стран - участниц ОБСЕ выйти на принципиально более высокий уровень сотрудничества. Критикуя международные организации, участниками которых является наша страна, мы слишком часто исходим из образа наполненной высокооплачиваемой бюрократией штаб-квартиры, забывая, что ключом к успеху остается взаимодействие стран - своевременные напоминания об этом важном факте можно найти на многих страницах рассматриваемой монографии.

Тем не менее региональная структура может достигать уровня интеграции, на котором общие институты начинают играть вполне самостоятельную роль. Наиболее ярким и до сих пор, во многом, уникальным примером такого рода остается Европейский союз. И. С.

Иванов пишет о нем, в первую очередь, в контексте отношений с Россией. Автор придерживается распространенной точки зрения, согласно которой сложности в переговорах России с Брюсселем, обусловленные влиянием политических элит Восточной Европы, удастся компенсировать благодаря развитию двусторонних отношений с ведущими странами ЕС (с. 113). С российской стороны в такой политике, действительно, можно увидеть окно возможностей, в то время как со стороны ЕС об этом сценарии часто говорят как об угрозе внутреннему единству этого интеграционного объединения 19.

Представляется, однако, что на практике, в большинстве случаев, выбор между единством ЕС и двусторонними отношениями делает не Россия, а сами страны - члены Евросоюза, когда решают вопрос о распределении компетенций между ком См., например: Power: UN response on Syria a "disgrace" / CNN Security Clearance Blog. 17.07.2013;

Jasper W.F.

Global Tyranny... Step by Step: The United Nations and the Emerging New World Order. Appleton, 1992.

См.: Лавров: ОБСЕ нуждается в реформе // Росбалт. 06.12. 2011.

См.: Загорский А. В., Энтин М. Л. Зачем уходить из ОБСЕ? // Россия в глобальной политике. 2008. N 4.

Последняя оценка получила особенно широкое распространение после выхода резонансной работы: Leonard M., Popescu N. A Power Audit of EU-Russia Relations. London, ECFR, 2007.

стр. мунитарным, межправительственным и национальным уровнями принятия решений. Если тот или иной вопрос передан в ведение Комиссии ЕС, Россия ведет диалог именно с ней и добивается на этом пути определенных результатов20.

В контексте европейской региональной архитектуры безопасности невозможно обойти вниманием Североатлантический альянс, проявляющий, по дипломатичному выражению автора, "весьма умеренную склонность к кооперативному поведению" (с. 119). И. С.

Иванов, однако, не склонен присоединяться к занимающему заметное место в российской политике хору, представляющему НАТО источником всех зол. В конечном счете, речь идет о весьма неоднородной международной организации со своими проблемами и определенным потенциалом, который можно реализовать, если сохранить сдержанный и прагматичный настрой, признаки которого, по мнению автора рассматриваемой монографии, можно обнаружить в Стратегической концепции Альянса 2010 г.

Дискуссия о сегодняшней роли и будущем НАТО - это разговор не только о нормах международного права, бюрократических структурах и международном военном сотрудничестве, но и об идеологии атлантизма. Этому аспекту проблемы уделяют немало внимания ученые ИМЭМО РАН21. Трудно не согласиться с И. С. Ивановым в том, что "само существование НАТО уже предполагает наличие разделительных линий на европейском континенте" (с. 119), однако оно же является и воплощением трансатлантического единства, ценимого многими представителями политических элит по обе стороны океана. Это единство не гомогенно и не статично. Сейчас появляются признаки нового этапа в его развитии, который может породить новые институциональные конструкции и новое соотношение групп интересов22. Нет оснований надеяться, что трансатлантические связи останутся в прошлом, уступив место региональным институтам, чья деятельность ограничена географическими пределами Европы или Евразии. Следовательно, и России предстоит развивать взаимодействие с НАТО, как бы сложно это ни было. Последнее автору хорошо известно, не случайно в монографию вошел подробный интересный обзор развития отношений России и НАТО (с.

261 - 272). Среди прочего, И. С. Иванов напоминает, что как раз накануне конфликта г. на Кавказе "была разработана концепция совместных миротворческих операций", в сложившейся ситуации положенная "под сукно" (с. 267). Возможно, пришло время вернуться к реализации этой идеи.

В запутанных хитросплетениях европейских региональных институтов И. С. Иванов находит и источник надежды на лучшее взаимопонимание народов этой части света Совет Европы (СЕ). Автор подчеркивает, что механизмы СЕ особенно важны для России, поскольку предоставляют "дополнительные гарантии укрепления демократии и законности" и делают идеи и действия России "более доступными и понятными для других европейцев" (с. 125). В конечном счете, у СЕ "есть все шансы реально стать, наряду с ОБСЕ, одной из несущих опор формируемой европейской архитектуры" (с. 126).

Важно, что для развития этой идеи Россия может найти союзников по всей Европе23.

В поиске решений для Европы, ищущей себя в глобальном мире, автор с осторожной симпатией высказывается об идее Договора о европейской безопасности, выдвинутой в 2008 г. Президентом Д. А. Медведевым (с. 124, 278 - 279). К сожалению, к проблемам, не позволившим этим идеям получить развитие, есть основания отнести не только справедливо отмеченный И. С. Ивановым преждевременный скепсис зарубежных коллег, но и не получившие отражения в книге действия российской стороны, подготовившей слабый проект договора, невыгодный ни России, ни ее европейским партнерам24.

Европейские сюжеты увлекательны и сохраняют свое значение, но в монографии И. С.

Иванова внешняя политика рассматривается именно в глобальном контексте, и с этой точки зрения Европа оказывается лишь одним из элементов существенно более сложной конструкции, в том числе когда речь идет о региональном измерении глобальной архитектуры. Другими важными для России элементами, о которых пишет автор, являются пространство СНГ и Азиатско-Тихо Подробная актуальная информация об официальном диалоге по линии РФ-ЕС предлагается Постоянным представительством РФ при ЕС: http://www.rassianmission.eu/ См.: Войтоловский Ф. Г. Единство и разобщенность Запада. Идеологическое отражение в сознании элит США и Западной Европы трансформаций политического миропорядка 1940-е - 2000-е гг. М., 2007;

Европеизм и атлантизм в политике стран Европейского союза. Отв. ред. Н. К. Арбатова. М., ИМЭМО РАН, 2009.

См.: Лукьянов Ф. А. Европа возвращается к Америке // Газета.ru. 18.07.2013.

Близкие по духу соображения можно найти в книге бывшего Генерального секретаря СЕ. См.: Швиммер В.

Мечты о Европе. М., 2003.

Подробнее об этом см.: Уткин С. В. Россия и Европейский союз в меняющейся архитектуре безопасности:

Перспективы взаимодействия. М., ИМЭМО РАН, 2010. С. 56 - 58.

стр. океанский регион (АТР). Последний привлекает сегодня всеобщее внимание, и как очень точно замечает автор, "регион сталкивается с новыми вызовами, противостоять которым можно лишь на коллективной основе" (с. 129), в то время как "разноликость азиатского континента... порождает условия для сохранения в нем немалого "горючего" материала" (с. 130). Действительно, вопросом о состоянии и перспективах развития сети взаимосвязей внутри АТР сейчас все более усердно занимаются аналитические центры по всему миру25. Очевидным кандидатом на роль конституирующей регион организации представляется Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС), но здесь приходится признать правоту И. С. Иванова в том, что "процесс институционализации этой организации идет крайне медленно, встречая противодействие со стороны стран участниц форума" (с. 131). То есть, при всех различиях между регионами и организациями, о которых идет речь, проблемы ОБСЕ и АТЭС - форумов, претендующих на всеохватность - оказываются схожими. России же важен прогресс по всем азимутам, ведь "именно диалектическое единство и переплетение, а не противопоставление евроатлантического и азиатско-тихоокеанского измерений составляет сущность внешнеполитической линии России, как на мировом, так и региональном уровнях" (с.

144).

IV Как отмечалось выше, принципиально важным в рассматриваемой монографии является тезис о сохранении значения суверенных государств в глобальном мире. Соответственно, за рассуждениями о многосторонних институтах для автора было важно не потерять более традиционное, но не менее интересное измерение внешней политики - двусторонние отношения. Их характер также претерпевает изменения. По замечанию И. С. Иванова, двусторонние отношения "стали более многовекторными и многоплановыми", а "общность стратегических интересов постепенно оттесняет на задний план соперничество и борьбу за влияние" (с. 135). Снижение конфронтационности и умножение граней двусторонних контактов предстают в книге не как произвольный выбор благонамеренно настроенных государств, а как закономерный процесс, обусловленный, помимо прочего, развитием современных коммуникационных технологий, позволяющих качественно повысить интенсивность международного общения.

Двусторонние отношения часто несут на себе отпечаток более широкого, регионального контекста. Автор, в частности, обращает внимание на подобные родовые черты, присущие странам постсоветского пространства. Так, "сохраняющаяся в восприятии и мышлении элит (новых независимых государств. - Прим. авт.) парадигма "выбора" между Россией и Западом в большинстве постсоветских государств остается острой проблемой, в том числе во внутриполитической борьбе" (с. 138). Это замечание оказалось особенно своевременным в 2013 г., когда по мере приближения ноябрьского саммита Восточного партнерства ЕС дискуссии26 о судьбе Украины, Молдавии и государств Южного Кавказа стали напоминать тот самый передел сфер влияния, который в выступлениях рационально мыслящих политиков неоднократно и небезосновательно объявлялся чуждым современному миру мрачным наследием прошлого. Важно, что для И. С. Иванова главная проблема не в том, какой выбор сделают упомянутые государства, а сама постановка вопроса о "выборе". По его мнению, это ложная дилемма, искусственно помещающая страны региона в контекст "игры с нулевой суммой".



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.