авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |

«Содержание: В поисках новой социальной базы, или Почему российская власть меняет отношение к бизнесу. Автор: А. А. ЯКОВЛЕВ................................................... 2 ...»

-- [ Страница 8 ] --

Неудивительно, что зачастую родители не представляют, чем действительно занимаются их чада в глобальном информационном пространстве.

Наши дети все больше становятся для нас загадкой. Как отметил в своем докладе на VII Всероссийской научно-практической конференции "Психология образования. Детство как стратегический ресурс развития общества" вице-президент Российской академии образования Д. Фельдштейн, "сравнительные исследования убеждают в том, что каждые пять лет IQ ребенка увеличивается примерно на один балл, свидетельствуя о необычайно быстрых темпах психической эволюции. По имеющимся данным, от пятидесяти до пятидесяти пяти процентов детей старшего дошкольного и младшего школьного возрастов в больших городах России имеют сегодня IQ 115 баллов и выше (средним показателем для популяции считается 90 - 109 баллов. -Е. И., Е. Е.)... Все увеличивается категория одаренных детей... причем речь идет не о необычной когорте детей-мессий или так называемых детях-индиго.., а обо всей популяции современных детей, глубинных изменениях их восприятия, внимания, памяти, сознания, мышления, характера их ориентаций и прочих характеристик" [Фельдштейн, 2011, с. 5].

Наблюдаются и личностные изменения, особенно заметные в подростковом возрасте. Так, по материалам доклада, "на первый план у современных детей подросткового возраста выходят не развлечения, а свой особый поиск смысла жизни, возрастает их критичность по отношению к взрослым, то есть фиксируются новые характеристики в их социальном развитии. При этом наблюдаемый сейчас всплеск индивидуализма подростков, вернее, ярко выраженное их стремление к индивидуализации, к созданию и утверждению своего уникального "Я", сам по себе совершенно не входит в противоречие с их развитием как социально ориентированных субъектов". Все эти изменения автор доклада обозначает как "эволюционное саморазвитие современного человека", а важнейшим его фактором считает "интенсивный натиск информационных потоков, прежде всего, телевидения и Интернета" [Фельдштейн, 2011, с. 7].

Однако не все так ясно, как хотелось бы. В том же докладе отмечается "недостаточная социальная компетентность 25% детей младшего школьного возраста, их беспомощность в отношениях со сверстниками, неспособность разрешать простейшие конфликты... более 30% самостоятельных решений, предложенных детьми, имеют явно агрессивный характер". Исследования, проводимые с 1990-х гг., в одних случаях фиксируют "снижение когнитивного развития детей дошкольного возраста", в других - "повышение интеллекта у всей популяции современных детей" (как правило, в крупных городах). Не столь однозначна и роль современных СМИ. Так, "по данным стр. Института социологии РАН, более 60% родителей проводят досуг с ребенком перед телевизором, у каждого десятого ребенка-дошкольника ВСЕ свободное время проходит у телевизора. В результате возникает особая потребность в экранной стимуляции, которая дает сбои в восприятии, блокируя собственную деятельность ребенка" [Фельдштейн, 2011, с. 9 - 10].

Согласно нашим собственным исследованиям, телевидение и Интернет в действительности по-разному влияют на личность [Пронин, Пронина, 2012]. И если активное пользование Интернетом приводит к росту независимости и стремления к самодетерминации (отмечается значимая положительная корреляция на уровне p 0,01), то интенсивное телесмотрение, напротив, ослабляет эти качества (значимая отрицательная корреляция на уровне p 0,05). И в этом различии одновременно ключ к пониманию специфической роли информационных технологий в эволюции человека и разгадка противоречивости приведенных выше данных о развитии современных детей. По видимому, определяющее значение имеют не столько сами по себе цифровые технологии и современные СМИ, сколько те формы мышления и массовой коммуникации, которые они формируют. Примечательно, что стремление к независимости и самодетерминации теснее связаны с участием в социальных сетях и активным взаимодействием с другими пользователями, чем с простым поиском информации в Интернете.

До сих пор эти феномены не становились предметом серьезного научного осмысления.

Дело ограничивалось более или менее смелыми догадками, слухами и многозначительной недосказанностью, а время от времени возникавшие в СМИ сенсации раскачивали маятник эмоций от страха к надежде, от воодушевления к мрачному пессимизму. И если одних слух о появлении "детей индиго" пугал, то других - вдохновлял надеждой на "улучшение" человечества. Научные публикации запестрели новыми терминами:

"интернет-зависимость", "киберпространство", "псибернетическая психология", "виртуальная реальность", "виртуальное Я" [Гуманитарные... 2000], отмечавшими как вехи мгновенные вспышки исследовательского энтузиазма по мере обнаружения новых необычных фактов. Но для большинства это были лишь частные, локальные феномены, которые не влияли на сложившуюся систему понятий и структуру знания.

Глобальное цифровое пространство с его невиданными возможностями распахнулось так внезапно, без "фанфар", "грома и молнии", что никто поначалу не понял, что произошел настоящий фазовый переход. Первой реакцией после временной дезориентации была попытка ухватиться за привычные представления и устоявшиеся постулаты. Однако чем дальше, тем становилось очевиднее, что нужен новый язык и новые способы мышления, чтобы описать и осмыслить внезапно наступившую новую реальность [Pronin, Pronina, 2000]. Речь шла в том числе о смене парадигм науки -смене, равноценной переходу от ньютоновской физики к квантовой механике и от линейного детерминизма к нелинейной причинности. И подобно тому, как феномен квантовой нелокальности привел к рождению физики элементарных частиц и волновой теории, так феномены цифровой эры стали точкой "кристаллизации" новой парадигмы в психологии, теории журналистики, массовой коммуникации. Перед наукой возник новый Эверест - проблема психической нелокальности. Нелокальность психики и всех психических явлений стала центральным феноменом и причиной рождения новой науки - медиапсихологии, рассматривающей массовую коммуникацию (медиа) как форму осуществления нелокальных психических процессов. Аналогия с квантовой нелокальностью здесь и не случайна и не намеренна.

Это проявление единства фундаментальных принципов бытия и эвристичности соответствующих категорий мышления.

Нелокальность психики проявляется на трех уровнях в способе ее существования, саморазвития и самоорганизации:

1) психика существует одновременно в двух формах (ипостасях)- индивидуальной (квазилокальной) и коллективной (нелокальной), между которыми возникают отношения дополнительности и взаимозависимости [Пронина, 2006];

стр. 2) психика развивается посредством сопряженной эволюции (коэволюции) двух своих форм [Пронина, 2011];

3) психика решает задачи адаптации путем самоусложнения на принципах "разомкнутой системы" как своего рода "функциональный орган" [Ухтомский, 1966], то есть спонтанно переходит на более высокие уровни организации с помощью создания и использования внешних вспомогательных средств [Выготский, 1999;

Лурия, 1970;

Леонтьев, 1975] (в качестве таких средств выступают значения, способы действия, нормы, ценности, а также орудия практической деятельности и технические средства в той мере, в которой они изменяют структуру психических операций [Кириченко, Пронина, 2011]).

В качестве нового "функционального органа" высокие технологии привели к эволюционному скачку в развитии психики. Гигантским ускорителем и резонатором психической эволюции стала массовая коммуникация в соединении с Интернетом.

Изменения произошли как на макро- (коллективном), так и на микро- (индивидуальном) уровнях. Обращают на себя внимание в первую очередь, конечно, массовые коллективные явления. Социум, пронизанный информационными потоками, как нейронными сетями, превратился в гиперсубъекта с гиперпсихикой. Свидетельство тому - потрясающая мобильность, синхронность, согласованность и масштабность коллективных процессов последнего времени. Но главное, изменился характер социальных движений.

Во время так называемой "твиттер-революции" на улицы Туниса и Каира вышли совсем иные люди, чем даже "танцующая оппозиция" недавно отшумевших "бархатных" и "цветных" революций. Толпа на каирской площади Тахрир была соединена не внезапным аффектом, продолжительной агитацией, продуманной политтехнологией с увеселительными шоу, а взаимным пониманием и согласием, спонтанной самоорганизацией, свойственных скорее флэшмобу. Не удивительно, что поначалу, до введения в действие военных и полиции, на площади было много людей интеллигентных и с детьми [Степашин, Коц, 2011].

В уличных интервью простые участники событий горячо, но вполне осознанно и определенно выражали одну общую мысль: "... никто не контролирует эту революцию. Ни религия, ни деньги. Только мы, молодежь... Мы здесь не для того, чтобы сказать: хочу вот этого президента или того. Мы хотим, чтобы соблюдались наши права" [Степашин, Коц, 2011]. Это слова не представителей тех или иных кланов, отстаивающих своих лидеров или привилегии своей группы, это голоса самостоятельных, независимых граждан, связывающих свои надежды с установлением закона, единого для всех. Примечательно, что главной движущей силой протестного движения стала образованная молодежь и средний класс, а начались волнения в одной из самых развитых и, как казалось, наиболее благополучной стране арабского мира - Тунисе. Мгновенно, как по бикфордову шнуру распространившиеся протестные настроения обнаружили всю глубину пропасти между полуфеодальной клановой структурой власти и подспудно сформировавшимся эгалитарным сознанием людей гражданского общества.

Специалисты отмечают, что есть общая причина массовых протестов в этих странах: "Это появление в арабском мире нового поколения, поколения, которое гораздо лучше информировано, чем поколение предыдущее. Они чувствуют себя гражданами, а не подданными. Им не свойственен патернализм, чувство того, что есть отец нации, который "о нас думает и нами руководит". Они готовы и хотят брать ответственность за судьбы своей страны на себя самих. Арабский мир начал созревать для демократизации..."

[Подцероб, 2011]. По мнению ряда экспертов, основная заслуга в этом принадлежит глобальной сети, приобщившей образованную часть населения к общемировым ценностям и современным стандартам жизни. То, что представлялось нормальным и единственно возможным человеку со средневековой психикой, безропотно подчиняющемуся клановой элите, кажется абсурдом и несправедливостью человеку с развитой индивидуальностью и острым осознанием своих прав.

стр. К сожалению, изменения ментальности коснулись, главным образом, образованной молодежи, "Net-поколения", и уже довольно скоро первыми плодами победы поспешили воспользоваться политики и люди, жаждавшие "поспеть к разделу добычи". Они рьяно начали борьбу за власть, и события в ряде стран стали развиваться по-старому, трагическому "сценарию" гражданской войны. Но, если перефразировать известную идиому, проблема не в новом поколении, а в его относительной пока малочисленности (в сравнении со всей национальной аудиторией). И думается, победа новых тенденций лишь вопрос времени, поскольку речь идет об объективных законах развития социума и спонтанной эволюции человека.

Формирующийся новый психотип уже сейчас обнаруживает себя в судьбах, поступках и чертах личности людей, пользующихся авторитетом в сетевом сообществе. Непременная черта этих людей - потребность в правде, или "инстинкт истины" (об "инстинкте истины" см. [Пронина, 2011, с. 136]). И это не удивительно, ведь для тех, кто живут, работают, делают выводы, принимают решения и понимают мир благодаря самостоятельному использованию информации, доступ к правде - важнейший жизненный ресурс.

Покушение на этот ресурс - то есть намеренное искажение, фальсификация и подмена реальности - преступление, подобное отравлению колодцев. Сегодня, в информационном обществе, когда информация стала источником жизни, это уже не преувеличение.

Потребность в правде, уберегавшая личность от распада и общество от окончательного разложения в самые тяжелые и опасные периоды человеческой истории [Пронин, Пронина, 2011], по мере возрастания роли информации достигает напряжения первой жизненной необходимости. Как показывают события, именно борьба за свободный доступ и "чистоту" информации становится основной линией противостояния в современном мире. Именно на этой почве сегодня возникают самые острые дискуссии и самые жестокие схватки: дело Дж. Ассанжа, суд над Б. Мэннингом, аресты активистов интернет сообщества Anonymous1, борьба общественности с попытками "монополизировать" информацию и превратить ее в источник сверхприбылей для крупных компаний2;

возникновение Пиратских партий, выступающих за свободу Anonymous (Анонимус, Анонимы) - группа интернет-пользователей без постоянного членства, осуществляющая согласованные хакерские атаки в знак протеста против разного рода политических, религиозных и коммерческих организаций.

В числе наиболее известных акций: проект "Чанология", направленный против Церкви сайентологии, поддержка торрент-трскера Pirate Bay (Пиратская бухта), серия атак на сайты организаций и частных лиц, продвигающих законы об ограничении свободы в Интернете, акции возмездия "Расплата" против компаний, принимавших участие в преследовании Ассанжа. Начиная с 2008 г., деятельность анонимов обозначается как хактивизм - гражданское движение (активизм), использующее в качестве средства борьбы хакерские атаки - подмену содержимого веб-сайтов, перенаправление, атаки DoS, взлом и раскрытие секретной информации, создание пародийных веб-сайтов, виртуальные диверсии и т.д. По мнению CNN, Анонимус постепенно становится идейным наследником Wikileaks после ареста его создателя. Представители Anonymous не раз "наступали на хвост" весьма влиятельным организациям и лицам. Среди тех, кто зол на Anonymous, Минобороны США, Федеральная торговая комиссия США, ЦРУ, НАТО, ФБР, правительства различных стран и многие другие. 28 февраля 2012 г. в результате согласованной полицейской операции при участии Интерпола сразу в нескольких странах Южной и Латинской Америки, в Испании были арестованы 25 человек, предположительно принадлежащих к хакерскому движению Anonymous (по материалам сайтов:

http://www.sccurilylab.ru/news/tags/Anonymous/;

http://ru.wikipcdia.org/wiki/Aнонимус;

http://www.gazcta.ru/tcchzonc/2012/02/29 а 4017493.shtml).

Одним из примеров противостояния сторонников и противников свободного распространения информации в Интернете стала ожесточенная борьба вокруг законопроектов PIPA (Protect Intellectual Property Act) и SOPA (Stop Online Piracy Act), внесенных на обсуждение в Конгресс США в 2011 г. Согласно этим законопроектам, сайты, подозреваемые в распространении пиратской продукции, могут быть заблокированы по любому обращению правообладателя. Закон позволяет министерству юстиции США и правообладателям ходатайствовать в суде о конфискации собственности даже до проведения всестороннего расследования. 18 января 2012 г. состоялась глобальная интернет-акция протеста против принятия PIPA и SOPA, множество популярных сайтов полностью "отключились". Английский раздел Википсдии на сутки прекратил свою работу, надпись на главной странице гласила: "Представьте мир без свободных знаний". Логотип Google был закрыт черным прямоугольником. Из виртуального пространства протестное движение перешло на улицы. В результате многочисленных акций протеста рассмотрение законопроекта в Конгрессе США было отложено с формулировкой: "Пока он не приобретет более широкую поддержку". 20 января 2012 г. был предложен стр. обращения информации в Интернете3, и т.д. и т.п. И по одну сторону баррикад вновь и вновь оказывается весь мировой "административный ресурс" - правительства, банки и бизнес;

репрессивный аппарат: суды, законы и тюрьмы, а по другую - мировое сообщество пользователей, вооруженное только волей к сопротивлению и... Интернетом.

В истории этого противостояния уже немало драматических коллизий, есть и первые жертвы.

Вящему устрашению сторонников информационной открытости должна была послужить судьба создателя сайта Wikileaks Ассанжа. 7 декабря 2010 г. он был арестован в Лондоне по ордеру, выданному властями Швеции. Ему было предъявлено наспех составленное скандальное обвинение, которое ни от кого не могло скрыть очевидного стремления организаций, чьи действия были преданы гласности благодаря Wikileaks, отомстить создателю сайта (http://www.lookatme.ru/flows/media/posts/l 14251-wikileaks-velikiy onlaynovyy-skandal).

Своей деятельностью Ассанж действительно навлек на себя гнев "сильных мира сего".

За время существования сайта, с 2006 г., было обнародовано множество секретных документов и конфиденциальных материалов, затрагивающих интересы правящих элит, секретных служб и крупного бизнеса но всему миру. Особо опасными для создателя сайта оказались публикации о деятельности США. Так, в феврале 2009 г. этот ресурс опубликовал 6780 внутренних отчетов Конгресса США. В 2010 г. Wikileaks обнародовал секретные материалы военного ведомства США о войне в Афганистане и Ираке, в том числе видеоматериал о расстреле с вертолета военнослужащими мирных жителей в Багдаде (тогда погибли 18 человек, среди них - два журналиста "Рейтер") (http://www.5 tv.ru/news/51341/ - 24.02.2012).

"Последней каплей" для властей США стала публикация в Интернете фрагментов переписки служащих Госдепа, содержавшая издевательские высказывания известных государственных лиц Америки в адрес политических лидеров других стран. Материалы вызвали саркастическое веселье пользовательского сообщества по всему миру и были перепечатаны ведущими мировыми изданиями - британской Guardian, американской New York Times и немецким журналом Spiegel. Как оказалось, именно удара по своему "имиджу", сделавшему явным лицемерие политиков, власть простить не смогла.

После публикации скандальных высказываний высших правительственных чиновников США, крупнейшие американские провайдеры под давлением Вашингтона отказали в "прописке" сайту Wikileaks: Amazon перестал предоставлять хостинг, а компания Every DNS заявила, что лишает Wikileaks доменного имени. По настойчивому пожеланию властей был блокирован канал поступления финансирования для сайта, платежная система PayPal заморозила учетную запись Wikileaks и прекратила перечисление пожертвований от сочувствующих пользователей - главный источ компромиссный законопроект Online Protection and Enforcement of Digital Trade Act (OPEN). Поддержку альтернативному законопроекту уже выразили ряд крупных интернет-компаний, таких как Google, Facebook и Twitter. Таким образом, надо полагать, положено начало расколу между пользователями и крупными интернет холдингами (по материалам сайтов: http://ru.wikipedia.Org/wiki/SOPA#cite_notc-4;

http://ru.wikipedia.

org/wiki/SOPA;

http://nag.ru/ncws/ncwslinc/21610/sopa-pipa-i-zhadnost.html;

http://cn.wikipcdia.org/wiki/Onlinc Protection and Enforcement of Digital Trade Act - 29.03.2012).

Пиратские партии уже официально зарегистрированы и активно действуют в ряде стран: Швеции, Германии, Чехии, Финляндии и др. Прорывом для Международного пиратского движения стали выборы в Берлине в 2011 г., когда Пиратская партия Германии получила 15 мест в Палате депутатов, таким образом впервые войдя в земельный парламент Западной Германии. Пиратские партии провозглашают своей целью содействие свободному распространению знаний и культуры, выступают за реформу законов об авторском праве, за сохранение гражданских прав и свобод в Интернете. Участники "пиратского движения" считают, что современное авторское право, ограничивающее свободу пользователей на установку, копирование, изучение, изменение и распространение информационных продуктов, препятствует развитию технического прогресса, науки и культуры, а также приводит к необоснованным сверхприбылям не столько авторов, сколько скупщиков патентов и прав (по материалам сайта Википсдия http://ru.wikipcdia.org/wiki/Категория:Пиратские партии).

стр. ник финансирования сайта. Были заблокированы и переводы через системы VISA и MasterCard (http://ru.wikipedia.Org/wiki/Wikileaks#cite_note-27).

Ассанж уверен, что дело, заведенное на него в Швеции, - всего лишь первый шаг к дальнейшей экстрадиции в США, где его, вероятнее всего, обвинят в шпионаже и заговоре с целью нанесения ущерба национальной безопасности. По этим статьям ему может грозить пожизненное заключение. Оснований для таких опасений достаточно. В тюрьме США по обвинению в передаче секретных документов проекту Wikileaks с мая 2010 г.

находится 23-летний специалист по анализу разведданных рядовой Мэннинг. Почти месяцев до предъявления обвинения он провел в одиночной камере без окон, в наручниках, без одежды [CyberSecurity.ru, 2012]. Международные правозащитники не раз заявляли, что заключенный находится в невыносимых условиях, подвергается пыткам и унижениям. Однако заявления и призывы не возымели действия. Несмотря на два года скитаний по тайным тюрьмам и пытки, Мэннинг не признает своей виновности.

Формально вина Мэннинга не доказана. Тем не менее по выдвинутым статьям обвинения ему грозит смертная казнь.

Общество далеко не столь единодушно в оценке действий Мэннинга, как военное ведомство. Более 250 выдающихся американских культурных и общественных деятелей подписали письмо в защиту Мэннинга. Каждое слушание дела сопровождается протестами у ворот суда. Митингующие называют Мэннинга "разоблачителем и героем", "патриотом и примером для подражания" [Телеканал "Вести-24", 2012]. По мнению протестующих, эти разоблачения сыграли важную роль в решении правительства о выводе американских войск из Ирака. Судьба рядового волнует не только американцев.

Группа исландских парламентариев выдвинула Мэннинга на Нобелевскую премию мира [Пятый канал, 2012], и заявка уже зарегистрирована. По мнению исландцев, именно так должен поступать честный человек в условиях "тотального правового беспредела" [Телеканал "Вести", 2012].

Неизвестно, как именно будут развиваться события и чем закончится глобальная схватка интернет-сообщества и властей за возможность свободного доступа к информационному пространству, но Интернет, если можно так выразиться, уже сослужил свою службу.

Психика человека необратимо изменилась. Ментальность глобальной сети уже внутри человека, сформировался новый психотип. Информационная эра породила человека с иным зрением, иным мышлением, иным пониманием жизни. И даже если попытаться "закрыть" Интернет, нельзя заставить этого человека "родиться обратно".

Дж. Ассанж, Г. Перельман, Б. Мэннинг, Р. Столлман4, Л. Торвальдс5, программисты, разрабатывающие доступный для всех свободный софт с открытыми кодами6;

Р. Столлман - известный программист, основатель движения за создание свободного программного обеспечения с открытым исходным кодом. Открытый код даст возможность пользователю принять участие в доработке самой открытой программы, использовать код для создания новых программ и исправления в них ошибок. Столлман автор известной концепции "копилефта", альтернативы "копирайта";

эту концепцию он с помощью юристов позже воплотил в лицензии GNU General Public License (GNU GPL) для программного обеспечения (ПО) (по материалам сайта Википедия http://ru.wikipcdia.org/wiki/PH4apfl_Столлман).

Л. Торвальдс - финский программист, создатель операционной системы Linux, являющейся на данный момент самой распространенной из свободных операционных систем. 17 сентября 1991 г. Линус выложил исходный код программы (версии 0.01) для общедоступной загрузки. Система сразу же вызвала большой интерес. Сотни, потом тысячи программистов стали интересоваться системой и работать над ее улучшением и дополнением. Она и по сей день широко распространяется на условиях общественной лицензии GNU - GPL. Торвальдсу приписывается закон: "При достаточном количестве глаз все ошибки лежат на поверхности" (по материалам сайта Википсдия http://ru.wikipedia.org/wiki/Торвальдс_Линус).

Open source (англ. открытое программное обеспечение) и free software (англ. свободное программное обеспечение). Отличие между концепциями открытого ПО и свободного ПО заключается в основном в приоритетах. Сторонники термина "open source" делают упор на эффективность открытых исходников как метода разработки, модернизации и сопровождения программ. Сторонники термина "free software" считают, что именно право на свободное распространение является главным достоинством такого ПО. Подавляющее большинство открытых программ являются одновременно свободными. Определения открытого и свободного ПО не полностью совпадают друг с другом, но близки, и большинство лицензий соответствуют обоим.

стр. хактивисты из Anonymous, участники гражданских акций "синих ведерок"7, группа "The Yes Men"8 и т.д., и просто пользователи социальных сетей, реализующие свою потребность в самодетерминации и правде, - люди нового типа. И под влиянием нового поколения со временем неизбежно изменится все человечество, так же как характер социальных и экономических отношений, парадигма культуры и вектор развития цивилизации. Что-то подобное метафорически описал гениальный интуитивист, сербский писатель М. Павич в одном из своих странных рассказов с пророческим названием "Житие" [Павич, 2002].

Даласена, обычная молодая женщина, узнает, что у нее может родиться необычный ребенок. Наследник человеческой и внеземной цивилизации будет обладать беспрецедентными возможностями: "... все его органы, в том числе и органы чувств, и его члены будут иметь совершенно иное назначение, чем у остальных людей. Например, в каждом глазу его будет но три зрачка. Свой взгляд он или она сможет послать в любой конец Вселенной, со скоростью, превышающей скорость света... Поэтически выражаясь, можно сказать: Один зрачок зрит время, вечность зрит второй, а третий видит то, что за углом...". Ошеломленная, заинтригованная и встревоженная, Даласена спрашивает, на кого будет похож ребенок: "Мой ребенок будет похож на меня? Или хотя бы на своих отцов?" И получает неожиданный ответ: "Он не будет похож на вас. Или на них. Вы начнете походить на своего ребенка... (курсив наш. - Е. И., Е. Е.) Это так, и с этим вам придется смириться" [Павич, 2002, с. 216].

Рассказ заканчивается описанием удивительного спасения Даласены от покушения со стороны ревнивой завистницы - некой Исидоры Лисински. Исидора, прятавшаяся в темном подъезде напротив дома, из которого должна была выйти ненавистная ей соперница, не выстрелила, потому что окаменела от изумления. Даласена, спускаясь по освещенным ступеням, уверенно и спокойно посмотрела через темную улицу прямо на нее в отверстие ствола револьвера. "В каждом глазу у Даласены было не по одному зрачку, а по три... И эти глаза прекрасно видели сквозь ночь и госпожу Исидору, и пулю калибра 6,35 в стволе револьвера". Поприветствовав госпожу Лисински кивком головы, она легкой походкой зашагала в полночь... Даласена "не вполне ясно понимала, что именно происходит на самом деле, но мрак для нее больше не существовал.... Теперь из нее смотрело ее дитя" [Павич, 2002, с. 216].

Новый психотии, подобно ребенку Даласены, сегодня смотрит на нас отовсюду. Он там, где новые технологии и острота мысли, где прямые вопросы и честные ответы, бескорыстие творчества и презрение к жадности, неприятие лжи и смелость быть собой, уважение к личности и отвращение ко всякой манипуляции. Под этим взглядом ложь становится отвратительной, лицемерие - бесполезным, тайное - явным. Стеб, ирония и сарказм как идиосинкразическая реакция отторжения выявляет любую фальшь, попадающую в общее информационное пространство9. Интернет сотрясает Общество "синих ведерок" - российское общественное движение, защищающее права автолюбителей.

"The Yes Men" ("согласные на все") - дуэт активистов, использующих приемы культурных провокаций, "боевого медиа" (англ. Tactical media) для разоблачения противозаконных, общественно опасных, абсурдных или лицемерных действий властных и коммерческих структур. Среди их акций разработка "калькулятора приемлемого риска Доу", определяющего допустимое для достижения сверхприбылей количество человеческих жертв;

выпуск поддельных номеров "The New York Times" и "International Herald Tribune", в которые были включены материалы о суде над Дж. Бушем-младшим. 3 декабря 2004 г., в двадцатую годовщину Бхопальской катастрофы один из участников дуэта выступил на ВВС World, представившись спикером компании Dow Chemical (виновной в катастрофе), и от лица компании объявил, что Dow Chemical собирается потратить 12 млрд.

дол. на устранение последствий аварии. Спустя два часа Dow Chemical выпустила опровержение. Итогом истории было суммарное падение акций компании на 2 млрд. дол. (по материалам сайта Википедия:

http://ru.wikipcdia.org/wiki/Thc_Ycs_Men).

Примером может служить одна из нашумевших акций двух активистов "The Yes Men", направленная против лицемерия крупного бизнеса. Им удалось едва ли не полностью провалить социальную кампанию "Мы согласны", на которую нефтяной гигант Chevron потратил десятки миллионов долларов. Chevron собирался рассказать о своих добрых делах на ниве защиты окружающей среды, мультикультурализма и борьбы с различными глобальными проблемами, предложив солидаризироваться со своими лозунгами:

стр. гомерический, карнавальный смех, но это не просто веселье или игра жизненных сил, зачастую это необходимая, рефлекторная реакция очищения и самовосстановления. Стеб не просто "оружие против догм", по выражению одного из пользователей, принимавших участие в дискуссии "А нужен ли стеб?" на сайте популярного интернет-сообщества.

Думаем, это еще и способ выжить, когда ложь становится невыносимой.

*** Медиапсихология - это наука нового поколения и для нового поколения. В отличие от своих предшественников - психологии массовой коммуникации, теории журналистики, психологии личности, социальной психологии и т.д., - ей доступны нелокальные объекты, так как она сама - результат и участник нелокальных процессов самоорганизации и самодетерминации коллективной психики.

Она изучает соотношение индивидуальной и коллективной психики, индивидуального и массового сознания, индивидуального и коллективного бессознательного, автокоммуникации (внутренняя речь, Я-концепция, Я-коммуникация) и массовой коммуникации (широковещательная речь, Мы-концепции, Мы-коммуникация). В сферу внимания медиапсихологии входят вопросы идентичности личности, обусловленные глобализацией мирового сообщества и трансформацией национальной идентичности;

проблемы информационного загрязнения и гиперэксплуатации психических ресурсов человека;

техника безопасности в массовой коммуникации, медиапсихологические принципы и приемы решения коммуникативных проблем и творческих затруднений [Пронин, 2010]. Это обусловливает формирование трех взаимосвязанных прикладных направлений медиапсихологии: медиааналитики, медиатерапии и медиаобразования.

В задачи медиааналитики входит прежде всего анализ контента массовой коммуникации с точки зрения соблюдения принципов информационно-психологической безопасности10;

выявление психотехнологий массовых информационных кампаний и их последствий;

психологические, юридические и этические аспекты журналистской деятельности [Пронина, 2001;

Трубицына, 2002].

Предметом второго направления медиапсихологических исследований - медиатерапии является разработка систем и способов психологической защиты от патогенных информационных технологий, профилактика и реабилитация информационных травм аудитории [Рыбалко, 2007], психологическая реабилитация посредством массовой коммуникации [Вербицкая, 2005], стабилизация психических состояний, формирование адекватных контролируемых реакций, содействие национальной самоидентификации [Пронина, 2004] и личностному самоопределению индивидов.

Расширение знаний аудитории об основных приемах воздействия СМИ и современных коммуникативных технологиях повышает уровень адаптированности и информационно психологическую защищенность участников массовой коммуникации, что составляет основную задачу медиаобразования - третьего направления медиапсихологии.

Медиаобразование обращено ко всему обществу, включая и самих журнали "Миру нужно больше, чем нефть";

"Нефтяные компании должны пускать свои доходы на благие цели";

"Нефтяные компании должны поддерживать сообщества, частью которых они являются". 18 октября 2010 г. за несколько часов до старта реальной кампании "The Yes Men" запустили фальшивую кампанию, и слоганы там были несколько иного рода: "Нефтяные компании должны заканчивать войны, которые они начали";

"Нефтяные компании должны убивать меньше людей", "Нефтяные компании должны убирать за собой". Однако этим дело не ограничилось: когда Chevron выпустил пресс-релиз, опровергающий мистификацию, "The Yes Men" сделали то же самое, подробно рассказав, в частности, о нарушениях компании в Эквадоре: "Несмотря на небезызвестные заявления, мы не обязаны подчиняться решениям, которые выносит или не выносит эквадорский суд. Дело в том, что у нас есть договоренности с правительством страны, которые освобождают нас от всякой ответственности (за местную экологию), после того как в 1990-е компания Texaco выделила $40 млн. на очистку некоторых скважин".

В итоге ведущие мировые информагентства и СМИ постоянно путались не только в настоящих и фальшивых плакатах, но и в настоящих и фальшивых их опровержениях (подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/1807438).

О психотехническом анализе медиатскстов см., например, [Пронина, 2003 з,б, 2006].

стр. стов, которые зачастую первыми подвергаются деструктивному воздействию манипулятивных технологий, и, не имея возможности в полной мере оперативно осмыслить происходящее, транслируют собственные травматические переживания и неадекватные реакции по каналам массовой коммуникации [Трубицына, 2002;

Пронина, 2011].

Медиааналитика, медиатерапия и медиаобразование вкупе образуют элементарную стратегию и базовый ресурс медиапсихологической защиты и отвечают важнейшим тенденциям развития социума и человека в направлении самодетерминации и индивидуации.

Неудивительно, что все больше исследователей разных специальностей и направлений (филологи, философы, психологи, лингвисты) обращаются к медиапсихологии в поисках новых ракурсов в изучении реальности, нового понимания жизни и самих себя". Ведь из положений и категорий новой науки на ученых смотрит новый Человек и новая реальность. В конце 2011 г. в МГУ им. М. В. Ломоносова как "свидетельство о рождении " новой научной парадигмы вышел объемный сборник статей по фундаментальным проблемам медиапсихологии: "Человек как субъект и объект медиапсихологии" [Человек... 2011], объединивший ученых трех факультетов - журналистики, психологии и философии. Три ракурса как "три зрачка" медиапсихологии - чудесного дитя нового века:

"Один зрачок зрит время, вечность зрит другой, а третий видит то, что за углом ".

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Вербицкая Ю. А. Попытка социотерапии в разгар психической атаки // Ломоносов-2005.

Материалы международной научной конференции студентов, аспирантов, молодых ученых. В 2 ч. Ч. 1.М., 2005.

Винтерхофф-Шпурк П. Медиапсихология. Основные принципы. Харьков, 2007.

Выготский Л. С. Мышление и речь. М., 1999.

Гуманитарные исследования в Интернете. М., 2000.

Кириченко А. С., Пронина Е. Е. Предлоги, концепты, "кванты смысла". Lap Lambert Academic Publishing. 2011.

Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975.

Лурия А. Р. Мозг и психические процессы. В 2 т. Т. 2. М., 1970.

Павич М. Житие // Павич М. Страшные любовные истории. СПб., 2002.

Подцероб А. (интервью) // Россия-24, 22 февраля 2011 г.

Пронин Е. И. О медиапсихологии // Первая Всероссийская научная видеоконференция с международным участием "Медиапсихология в России: проблемы и перспективы", 15 ноября 2010 года (http://mediaconf.sgu.ru/index.html).

Пронин Е. И., Пронина Е. Е. Ментальные ценности аудитории и "типосиндром ведущего публициста" // Ценности современного общества и средства массовой информации.

Материалы международной научно-практической конференции "Журналистика 2011". М., 2012.

Пронин Е. И., Пронина Е. Е. Сны разума, или P.S. великой литературы // Общественные науки и современность. 2011. N 3.

Пронина Е. Е. Категории медиапсихологии: факты, феномены, фантомы // Человек как субъект и объект медиапсихологии. М., 2011.

Пронина Е. Е. Последний из хазар: словарь Милорада Павича // Общественные науки и современность. 2004. N 3.

Первый международный журнал на английском языке под названием "Журнал медиапсихологии: теории, методы, практика" (Journal of Media Psychology: Theories, Methods, and Applications) появился в 2008 г. в версии off- и online (http://www.hogrefc.com). Ему предшествовал немецкоязычный "Журнал медиапсихологии" (Zcitschrift fur Medienpsychologie), издававшийся с 2001 г. и посвященный исследованиям массовой коммуникации в Германии и европейских странах. В России первым изданием по проблемам медиапсихологии стал сборник "Проблемы медиапсихологии", вышедший в 2002 г., за которым вскоре последовал сборник "Проблемы медиапсихологии-2" в 2003 г. (М., Изд-во РИП-холдинг). Первой переведенной в России книгой по медиапсихологии была книга немецкого исследователя П. Винтерхоффа-Шпурка "Медиапсихология. Основные принципы", изданная в Германии в 2004 г. [Винтерхофф-Шпурк, 2007].

стр. Пронина Е. Е. Психологическая экспертиза рекламы. Теория и методика психотехнического анализа рекламы. М., 2003а.

Пронина Е. Е. Психологические особенности творческой работы репортера. М., 2001.

Пронина Е. Е. Психология журналистского творчества. М., 2003б, 2006.

Пятый канал. Мобильная версия (http://www.5-tv.ru/news/51341/ - 23.02.2012).

Русская служба ВВС. Мобильная версия. 9 декабря 2010 г. (http://www.bbc.co.uk/russian/ international/2010/12/101209_wikileaks_ hackers_to_continue.shtml).

Рыбалко О. М. Динамика изменения психолингвистических характеристик текстов СМИ в чрезвычайных ситуациях: компенсаторные возможности // Материалы IV Всероссийского съезда Российского психологического общества. Ростов-н/Д., 18 - 21 сентября 2007 г.

Степашин Д., Коц А. Революция в Египте глазами спецкоров "КП" (Видеоматериалы сайта "Комсомольская правда" http://www.kp.ru/video/440786/ 2011).

Телеканал "Вести". Мобильная версия. 24 февраля 2012 г. (http://www.vesti.ru/doc.

html?id=725102).

Трубицына Л. В. Средства массовой информации и психологическая травма // Проблемы медиапсихологии. М., 2002.

Ухтомский А. А. Доминанта. М. -Л., 1966.

Фельдштейн Д. И. Глубинные изменения современного Детства и обусловленная ими актуализация психолого-педагогических проблем развития образования // Вестник практической психологии образования. 2011. N 4 (29).

Человек как субъект и объект медиапсихологии. М., 2011.

CyberSecurity.ru. Online издание. 15 марта 2012 (http://www.cybersecurity.ru/ crypto/146554.

html).

Pronin E., Pronina E. Антиномия-2000. Net-мышление как публичная субъективность и как массовая установка. IV ICCEES World Congress. Tampere (Finland), July 29-August 3, 2000.

Современное медиапространство как фактор культурной аномии.

Автор: Ю. А. ЗАПЕСОЦКИЙ Источник Общественные науки и современность, № 2, 2013, C. 162- В статье анализируется роль средств массовой коммуникации в расширении видов и форм ненормативного поведения, которое рассматривается в качестве свидетельства нарастающей культурной аномии. Коммуникативно-информационные технологии, оказывая значительное влияние на сознание и поведение современного человека и общества, формируют "тотальную виртуализацию" социальных связей, которая становится фактором деантропологизации современного человека, условием фундаментальных социально-культурных изменений.

Ключевые слова: аномия, ненормативное поведение, девиация, медиареальность, манипулятивные технологии.

In article the role of mass media in expansion of kinds and forms of substandard behavior which is considered as the certificate of an accruing cultural anomy is analyzed. Communicatively information technology, making considerable impact on consciousness and behavior of the modern person and a society, forms "total virtualization" of social communications which becomes the factor of deanthropilization of modern person, a condition of fundamental socio cultural changes.

Keywords: an anomy, substandard behavior, deviation, a media reality, manipulative technologies.

В последние десятилетия происходит существенное расширение зоны ненормативного и девиантного поведения, что представляет серьезную угрозу для целостности культуры, свидетельствует об ее аномии. Негативное отношение к нормам и моральным ценностям расширяет социальную базу и спектр девиантного поведения, способствует экспансии разрушительных способов самовыражения.

Культурная норма возникает в ответ на проблемы жизнедеятельности социума. Она выражает представление о должном, желательном, выступает в качестве стандарта социально-культурной деятельности, регулирующего поведение людей, свидетельствующего об их принадлежности к конкретным социальным и культурным группам. Назначение нормы состоит в минимизации случайных обстоятельств, субъективных мотивов, психологических состояний.

Расширение пространства аномии происходит в результате разрушения баланса двух векторов социально-культурного развития: сохранения и изменения, а на личностном уровне - свободы и ответственности. Культура в ее традиционном смысле обладает способами сохранения, она ищет не только новые смыслы бытия и формы самореализации личности, но и новые формы сдерживания деструктивных энергий человека.

Запесоцкий Юрий Александрович - кандидат культурологии, доцент кафедры рекламы и связей с общественностью Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов.

стр. Всплеск ненормативного поведения свидетельствует о том, что культура начинает утрачивать свою нормативно-регулирующую функцию. Сегодня традиционные аддикции дополнены поведенческими пристрастиями, к которым относят патологическую склонность к азартным и компьютерным играм, широко распространившиеся в последнее время многообразные компьютерные зависимости, а также аддикция отношений, шопинг зависимость и др.1 Особую тревогу вызывают деструктивные формы ненормативного поведения, которые в масштабах общества можно квалифицировать как социальную патологию, а на уровне жизнедеятельности личности - как способ физической и моральной деградации. Зависимые формы поведения неизбежно производят изменения не только в структуре личности, но и в психике человека (см. [Агибалова, 2007]).

Сущностная характеристика девиантного поведения - его зависимый характер.

Девиантная активность личности выражается в уходе от реальности путем изменения своего психического состояния приемом некоторых веществ (наркотики, алкоголь) или занятием определенными видами деятельности (азартная игра), сопровождающихся интенсивными эмоциями и нарушением способности к самоанализу и самоконтролю.

Специфика влечения к зависимым формам поведения состоит в том, что стремление к объекту желаний всегда осознается и субъективно переживается как конкретное намерение, при этом не всегда осознается сама причина, по которой субъект стремится к чему-либо. Представленная в поведении потребность не угасает, а напротив, воспроизводится в "расширенном" варианте. Устремление, то есть особая форма активности субъекта, характеризуется способностью к самовоспроизводству и самодвижению. При этом важнейшее условие - "соблазн возможности" [Петровский, 1992].

Значимым фактором расширения пространства ненормативного поведения оказываются средства массовой коммуникации, влияние которых на человека и общество существенно усилилось вместе с экспансией информационных технологий и интенсивным развитием электронных медиакоммуникаций. В сегодняшнем обществе средства массовой информации - уже не просто "средства", но крупнейший и влиятельнейший фактор культурной политики, с которым по масштабам и силе воздействия не может конкурировать никакой другой социальный институт, включая семью и систему образования. Средства массовой информации сегодня, как отмечает П. Гусев, стали "главным инструментом гражданского общества" [СМИ... 2010]. На основе электронных средств коммуникации возникли и сформировались новые формы организации социальной жизни и гражданского общества. В частности, технологии мобильной связи породили эффект "умной толпы", впервые активно заявившей о себе во время событий на Филиппинах, в результате которых был свергнут президент страны. Как известно, флэшмоберы инициировали и направляли события в Египте, в Ливии, в значительной мере - в Сирии.

Интересна тенденция, связанная с формированием нового типа власти: сегодня мир все больше принадлежит нетократам - постиндустриальной элите, новому правящему классу (см. [Бард, Зодерквист, 2004]). От политики средств массовой информации теперь во многом зависит успех диалога культур и цивилизаций (см. [Юшкявичус]).

Влияние электронных СМИ на процессы культурной динамики исключительно. Новая медиареальность рождает глобальную проблему деантропологизации современного человека, возникающей в результате "тотальной виртуализации" человеческого существования (П. Гуревич). "Страсть Реального" проявляется в виде различных симптомов. Один из них - поведенческие стратегии так называемых "каттеров" (патологический феномен - непреодолимое желание наносить себе телесные повреждения).

Аддикция к трате денег (шопинг-зависимость) выражается в непреодолимом желании совершать множество покупок. В промежутках между ними нарастает напряжение, которое может быть ослаблено очередной покупкой, после чего обычно возникает чувство вины. В результате растут долги, возникают проблемы во взаимоотношениях с семьей, могут быть проблемы с законом. К зависимому поведению относят также любовную аддикцию, аддикцию избегания, аддикцию "перманентной войны", аддикцию духовного поиска, аддикцию "веселого вождения" и др.

стр. И такая мотивация не связана с психологическими отклонениями типа мазохизма, она не укладывается в объяснительные схемы суицида. Этот поведенческий феномен трактуется как "отчаянная стратегия возвращения к реальности тела". Таким болезненным способом люди хотят сорвать жизненные "декорации", убрать иллюзорность мира, почувствовать реальность собственной экзистенции (см. [Жижек, 2002]).

Исследователи фиксируют также эффект "сращивания" человека с современными средствами связи. Обнаруживается парадоксальная ситуация: технологический прогресс в средствах коммуникации, рождающий все более изощренные способы улучшения условий жизнедеятельности, не стимулирует духовное развитие личности, а наоборот, обслуживает наиболее архаичные и примитивные инстинкты и потребности человека.

"Высокие технологии", предельно расширив мир человека, уничтожив пространственно временные границы, создав возможность доступа к любой информации, сделали человека своим рабом, придав его привязанностям форму зависимости. Образовавшийся био-техно симбиоз порождает ряд психологических, социокультурных и экзистенциальных проблем.

В результате экспансии информационно-коммуникационных технологий происходит катастрофическое разрушение зоны приватности. Человек превратился в пользователя, абонента. Социологические опросы в США показали, что самым необходимым и в то же время ненавистным изобретением стал мобильный телефон. У современного человека без телефона возникает чувство страха, беспокойства, неуверенности, словно он лишается "полноты бытия". Но одновременно человек устает от тотальной "пойманности" в пространстве и времени, он раздражен тем фактом, что его всегда могут "достать".

В то же время коммуникативно-информационные технологии с их характерной манипулятивной природой, апеллирующие не столько к разуму, сколько к подсознанию и человеческим инстинктам, становятся фундаментальным фактором глобального процесса социально-культурных изменений. Информация СМИ о мире сегодня становится более значимым феноменом, чем сам мир, а формируемое телеканалами виртуальное представление о реальности оказывается важнее самой реальности. Нет информации - и нет явления (нет страны, города, человека), оно исчезает из информационной карты мира.

По существу, массмедиа заведуют массовым производством "эффекта реальности": они создают эту реальность, упаковывают ее и продвигают к массовому потребителю. Не случайно культурологи современное медиапространство квалифицируют как проект всеобщей деонтологизации бытия, где сама реальность понимается как конструкт, массмедийный эффект, как фрагментарное и принципиально множественное пространство, в котором нет связующего центра.

Между мирами медиареальности и повседневности обнаруживается любопытная связь:

все помнят, как "реальным" событиям 11 сентября 2001 г. предшествовал неоднократный кинематографический показ сцены рушащихся небоскребов и башен Всемирного торгового центра, и видеоматериал, транслируемый СМИ "с места событий", был практически неотличим от кинематографических спецэффектов. По сути, мы наблюдаем феномен, похожий на реализацию человеческих фантазий, когда сформировавшиеся в поле виртуального образы разрушительно вторгаются в нашу реальность, обретают в ней своеобразный онтологический статус. Похожая ситуация происходит с терроризмом, который в значительной мере есть результат воздействия средств массовой коммуникации (психологи отмечают, что цель терактов - не взрывы и не смерти сами по себе, а их красочное и убедительное появление на экране).

Влияние отечественных СМИ на состояние духовно-нравственной жизни оценивается как "резко негативное". Используемые медиатехнологии и практики подвергают преобразованию исторически сложившиеся жизненные стили и формы взаимодействия людей. Они оказывают негативное влияние на духовную составляющую современного общества, способствуют разрушению нормативного поля культуры, изменяя тем самым ее "человеческий код". Практически все независимые исследования констатируют очевидную драму развития нашей культуры: вместо поддержки общественных идеалов, социально значимых примеров для подражания, символов, образцов стр. поведения, понятий о добре и зле, плохом и хорошем поступке СМИ дестабилизируют общество, разрушают ядро отечественной культуры [СМИ... 2010, с. 24].


На формируемом массмедиа информационном пространстве торжествует культ посредственности, резко снижается планка самореализационной деятельности, идет "игра на понижение" талантов, на снижение общего инструментального и духовно нравственного уровня. СМИ формируют завышенные ожидания личности, ориентируя на субъективно значимые, но недоступные для большинства молодежи стили жизни. "Герой" массмедиа - не столько творец, сколько потребитель, спектр его интересов концентрируется вокруг ценностей гедонизма, успеха, статуса, материального благополучия. Эти ценностные координаты создают неоправданно высокий уровень притязаний, не подкрепляемый соответствующим уровнем культуры производства, труда, общения, досуга. "Большая часть телевизионных программ не имеет ничего общего с культурой, с традициями народов России и с истинной шкалой человеческих ценностей" [Юшкявичус]. Социологические опросы российских подростков показывают, что телевидение - основной источник информации о противоправных действиях несовершеннолетних (см. [Жмуров]).

Журналисты нередко объясняют и оправдывают нравственную нейтральность (или даже аморальность) "контента" тем, что таков запрос общества, а они лишь его исполнители, и что принцип учета желаний лежит в основе всей рыночной экономики. Они повторяют заблуждение, что "рынок должен работать в соответствии с желаниями и потребностями аудитории", не замечая, что уже несколько десятилетий маркетинг не столько учитывает желания публики, сколько творит "человека потребляющего" -производит ценности, стили жизни, нужные потребности. В частности, современная реклама не просто продвигает товары и услуги, но становится мощным средством геополитики, формируя определенный тип мировоззрения и мировидения, программирует потребительское поведение.

Характер целенаправленной "культурной политики" электронные СМИ обрели с того времени, когда они превратились в коммерческое предприятие, в пространство инициирования и реализации различных бизнес-проектов. Абсолютизация рыночных механизмов вывела деятельность СМИ из-под контроля общества. Превращение коммерческой деятельности СМИ в их главную функцию имеет резко негативные последствия для государственного и общественного развития. С одной стороны, СМИ претендуют на роль "главного архитектора" строительства "новой культуры", основанной на ценностях "либерального фундаментализма" [Запесоцкий, 2010, с. 9]. С другой стороны, они рассматривают информацию как "товар", который должен быть продан, и для этого используются любые средства - насилие, секс, ложь, психологические девиации, педофильская и некрофильская символика. В частности, как отмечает А. Марков, рыночная стихия выбросила за борт как ненужные культуротворческие, просветительные и интеллектуальные функции телевидения, превратив его в огромную рекламную машину по производству "человека потребляющего" [Диалог... 2012, с. 165]. Например, так выглядит "репертуар" приемов манипулятивного воздействия телевидения на аудиторию:

- "оркестровка" (психологическое давление в форме постоянного повторения тех или иных фактов вне зависимости от истины);

- "селекция" (отбор определенных тенденций, например только позитивных или негативных, и сознательное их искажение);

- "наведение румян" (приукрашивание фактов);

- "приклеивание ярлыков" (например, обвинительных);

- "трансфер" (перенос каких-либо качеств, положительных или отрицательных, на другого человека);

- "свидетельство" (ссылка на авторитеты с целью оправдать то или иное действие);

- "игру в простонародность" (максимально упрощенная форма подачи информации);

стр. - "просеивание" информации (например, очищение информации от "румян" и "ярлыков" путем сопоставления с действительными фактами);

- снятие с информации ореола "типичности", "простонародности", "авторитетности";

- анализ истинных целей и тайных интересов авторов медиатекста [Федоров, 2007].

Эффективными способами негативного воздействия телевидения на сознание и поведение молодежи являются:

- призыв к применению насилия, оправдание беспричинной агрессивности по отношению к себе подобным или "инициация агрессии";

- излишне детализированная демонстрация насильственных актов расправы над жертвами преступлений;

намеренное акцентирование внимания аудитории на жестоких, насильственных действиях как норме повседневной жизни;

- культ грубой силы в СМИ, создание жестокого образа супергероя, пренебрегающего выбором средств для достижения поставленной цели;

- описание технологии криминальной агрессии;

- нагнетание чувств страха, беспомощности, размывание установок на борьбу с преступностью;

- стирание грани между нравственным и безнравственным в межличностных отношениях (см. [Клочкова, 2004]).

В хаотичных на первый взгляд информационных потоках обнаруживается некая целеустремленность, воля, организующая и подчиняющая эти потоки единой цели:

разрушению духовных основ культуры и формированию "человека языческого". И эти цели логично вытекают из рыночной природы СМИ - "молоху" рынка нужен человек, исповедующий агрессивный аморализм и гедонистический индивидуализм, нужен человек, смыслом бытия которого будет успех, богатство, слава. Основной объект информационных репрессий - традиционный образ человека, который "рассыпается" под мощным информационным натиском2. Именно информационные потоки стали решающим фактором разрушения механизмов культурной преемственности поколений, расширения социальной базы "новых язычников", а в конечном итоге - средством формирования особого "культурного организма", не вписывающегося в магистральные пути мировой цивилизации [Запесоцкий, 2011, с. 166, 170].

Можно обозначить несколько направлений "информационной экспансии" средств массовой коммуникации. Во-первых, происходит расширение границ девиации, в том числе и путем превращения культурной патологии в норму. Нормой (а нередко предметом гордости) становятся сексуальные девиации, агрессия, ложь, зависимые формы поведения. К традиционным химическим зависимостям сегодня прибавился постоянно увеличивающийся список социокультурных девиаций, таких как игромания, шопингомания, интернет-зависимость и др. (см. [Войскунский, 2000, с. 251 - 253]).

Расширение пространства девиации осуществляется в результате формируемых СМИ Характер и приемы такого воздействия стали предметом анализа на проведенных в СПбГУП круглых столах и в рамках работы шестой секции международных Лихачевских чтений "Журналистика и диалог культур". Известные отечественные философы, культурологи, писатели говорили о манипулятивном характере технологий обработки массового сознания, используемых в своей практике СМИ, отмечали, что эти технологии построены на эксплуатации человеческих пороков, превращения их в прибыльную индустрию, провоцируют деструктивные энергии, сдерживаемые ранее в людях культурой, расширяют формы и методы "информационной маскировки" откровенной лжи, отрабатывают приемы насилия над личностью, принуждающие ее к опасному и деструктивному в духовно-нравственном плане поведению. Внушение "непрерывного кризиса" и акцентированная псевдосснсационность обеспечивают необходимый уровень нервозности общества и блокируют механизмы психологической защиты человека, резко повышая внушаемость и снижая способность к критическому восприятию подобных воздействий. Массмсдийнос манипулирование сформировало новые виды зависимостей - "сериалозависимых", "шоузависимых", "скандалозависимых" потребителей, живущих в постоянном поглощении все новой и новой телепродукции. Коммуникативное пространство, забитое потоками пустых сообщений, блокирующих желание человека увидеть хоть какой-то смысл в окружающей реальности, делает подобную "информацию" массовым и жизненно необходимым продуктом потребления (см. [СМИ... 2010;

Диалог.... 2012]).

стр. завышенных социально-статусных ожиданий личности. Подстегиваемое стремление человека жить "в кайфе" и неспособность дисциплинировать себя в рамках трудовой деятельности становятся причиной стремительного роста ненормативной активности и зависимых форм поведения молодежи, экспансии способов самовыражения, разрушительно воздействующих на здоровье и психику молодого человека.

Через целенаправленное разрушение и осквернение образа прошлого, а также творения фантомов настоящего происходит "зачистка" коллективной памяти. "Вирус" лжи, паразитируя на правде и присоединяясь к клеткам ее "тела", разрушает их - такова природа вируса. Путем конструирования "образа врага" осуществляется провокация ненависти и насилия в обществе (сегодня мы видим это на примере отождествления ислама с мировым терроризмом). Осуществляется "героизация врага" и референтация зла, повышение его привлекательности и усиление энергетики. Путем десакрализации национальных святынь, в том числе через публичную, массовую и провокационную демонстрацию подделок под искусство, оскверняющих святыни, происходит разрушение культурной вертикали.

Процесс деструктивного воздействия СМИ существенно усилился с приходом новых эффективных технологий обработки массового сознания, которые активно используются с целью разрушения традиционных моральных норм, представлений о норме и патологии, добре и зле. Отрабатываются все более эффективные способы информационного насилия над личностью, методы провокации деструктивных энергий и стимулирования человеческих пороков. Запущен огромный маховик индустрии зрелищ, основанный на двух деструктивных (и репрессивных по отношению к духовности), но глубоко встроенных в человеческую природу инстинктах - сексе и насилии. По существу, на наших глазах СМИ творят цивилизацию с новой ценностно-нормативной доминантой, в центре которой находится антропологический тип "язычника" (см. [Разумный]).


Г. Юшкявичус, советник генерального директора ЮНЕСКО, приводит такой пример: на Всемирном форуме телевидения в Женеве состоялся "круглый стол" по проблеме насилия на телевидении, на котором присутствовали руководители немецкого, французского, швейцарского, иранского телевидения. "Участники показывали сцены насилия из телевизионных программ своих стран. Каждый показывал то, что считал самым жестоким.

Я решил показать рядовую сценку из сериала "По имени Барон". Я видел, как менялись лица участников дискуссии и слушателей в зале. Вот герой берет противника за волосы, бьет головой об стену, по которой кровь льется струей. Герой голову противника сует в унитаз и спускает воду. Участники не верили, что такие сцены могут быть на российском телевидении. Но, увы, мы и здесь "впереди планеты всей", как в свое время в области балета. По данным исследователей, средний американский подросток к моменту своего совершеннолетия видит около 11 тыс. убийств на телеэкране. Но мы перегнали Америку, и у нас это число составляет 22 тыс." [Юшкявичус].

Информация сегодня обладает огромными возможностями, она двигает армии, меняет карту мира - "мир сегодня таков, какова информация о нем" [Юшкявичус]. Поэтому без разумного использования "информационного эфира" нельзя сохранить культуру, язык, а в конечном итоге - и население страны. Культура в норме - ключевое условие одухотворения человека, способ преодоления человеческого несовершенства, сотворение внутреннего мира духовности (И. Ильин). Культура представляет собой пространство "сознательной борьбы с мировым уравниванием", она вырабатывает способы "борьбы Логоса с Хаосом", средства "повышения разности потенциалов во всех областях, как условие жизни, в противоположность равенству - смерти" (П. Флоренский).

По своим базовым функциям СМИ являются социальным институтом, обеспечивающим в первую очередь духовное воспроизводство человека и общества, формирование личности человека- гражданина и субъекта культуры [Запесоцкий, 2010, с. 16]. Массмедийное пространство как важная сфера культурной политики не должно стр. игнорировать или девальвировать социально значимые ценности. Их разрушение деморализует поведение людей и дезинтегрирует общественную систему.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Агибалова Т. В. Аффективные расстройства при алкогольной, опиатной и игровой зависимости. Автореф. дис. д. мед. н. М., 2007.

Бард А., Зодерквист Я. Netoкратия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма.

СПб., 2004.

Войскунский А. Е. Психологические исследования феномена Интернет-аддикции // Тезисы докладов 2-й Российской конференции по экологической психологии. М., 2000.

Диалог культур в условиях глобализации. XII международные Лихачевские чтения. 17 - мая 2012 г. Т. 2. Материалы. СПб., 2012.

Жижек С. Добро пожаловать в пустыню Реального. М., 2002.

Жмуров Д. В. Сценарная агрессия. Влияние СМИ на криминализацию молодежи (http:// www.npocmo.info/scen).

Запесоцкий А. С. Метаморфозы СМИ. Новое качество или новые болезни // Социс. 2010.

N7.

Запесоцкий А. С. Трансформация культуры: производство смыслов и управление информационными потоками // Вопросы философии. 2011. N 5.

Клочкова А. В. Роль СМИ в детерминации девиантности // Ломоносовские чтения 2004 г.

Сборник статей преподавателей "Россия и социальные изменения в современном мире". Т.

2. М., 2004.

Петровский В. А. Психология неадаптивной активности. М., 1992.

Разумный В. Венец творения, или Ошибка природы (http://bookz.ru/authors/razumnii vladimir.html).

СМИ как фактор трансформации российской культуры. СПб., 2010.

Федоров А. В. Критический анализ медиатекста, содержащего сцены насилия, на медиаобразовательных занятиях в студенческой аудитории (на примере фильма "Груз 200") // Медиаобразование. 2007. N 4.

Юшкявичус Г. Телевидение. Способствует ли оно диалогу культур и цивилизаций? (http:// federalbook.ru/files/SVAYZ/saderzhanie).

Клиповое мышление как феномен информационного общества.

Автор: С. В. ДОКУКА Источник Общественные науки и современность, № 2, 2013, C. 169- До середины XX в. основным средством передачи информации был текст, что во многом привело к формированию системного типа мышления. В настоящее время основными носителями информации становятся аудиовизуальные средства, что сильно отразилось на когнитивном стиле человека, живущего в эпоху информационного общества: растет фрагментарность сознания современного человека, распространяется клиповое мышление.

Ключевые слова: клиповое мышление, мозаичное сознание, системное мышление, информационное общество, манипуляция сознанием.

Until the mid of the XX century the main medium of information transfer was writing text and it partially lead to the system way of thinking. Nowadays the audiovisual instruments of communication become the main carrier of information and it affected on the cognitive style of persons living in information age: Today researches the mosaic style of thinking of contemporary individuals and clip thinking.

Keywords: clip thinking, mosaic thinking, information society, manipulation of thinking.

Книга как инструмент формирования рационального мышления Носителем информации в европейской культуре традиционно были книги, большинство из которых обладало некоей внутренней структурой. Каждая последующая глава, будучи подчиненной генеральной мысли всего произведения, становилась логическим продолжением предыдущей части и исходным пунктом следующей, а в заключительной части труда автором выдвигались закономерные выводы. Таким образом, авторское произведение обладало определенным устойчивым смыслом, который передавался в процессе чтения.

Уже рукописная книга предлагала читателю участвовать в обсуждении, делая мысль дискурсивной. Технология книгопечатания, изобретенная И. Гутенбергом, позволила публиковать свои мнения и идеи и распространять их в гораздо более широком кругу, нежели в предыдущую эпоху. В. Панкин и О. Григорьева акцентируют внимание на том, что "возможность публикаций мнений и идей, распространения взглядов способствовала утверждению по-новому научной парадигмы мышления как продвижения открытий" [Панкин, Григорьева, 2009, с. 78], для которой было характерно выявление причинно следственной связи. Впоследствии это привело к превращению науки в основной способ познания и преобразования мира. Благодаря вдумчивому чтению у людей складывался рефлексивный характер восприятия получаемой информации, способствующий созданию осмысленной и организованной картины мира. Сегодня Докука София Владимировна - аспирантка Российского государственного гуманитарного университета.

стр. многие исследователи в области антропологии и коммуникативистики сходятся во мнении, что именно способ передачи информации (а не технологический уклад и способ организации труда) определяет стиль мышления. Как отмечал в работе "Галактика Гутенберга" М. Маклюэн, "печатный текст научил людей организовывать все остальные виды собственной деятельности на основе принципа систематической линейности" [Маклюэн, 2005, с. 248]. Именно благодаря этому принципу человечеству удалось всего за несколько веков совершить колоссальный научно-технологический прорыв и попасть из эпохи мрачного Средневековья в Новое время. В цитированной выше работе Маклюэн отмечает, что именно книжная культура позволила систематически использовать принцип сегментации, в результате чего появилось "прикладное" знание, а за ним и практические технологии.

Показательно, что не только познание, но и сама жизнь выстраивалась в виде упорядоченной интегрированной схемы, действия в которой во многом оказывались самодетерминированы. 3. Бауман сравнивает жизненный путь человека в таком мире с паломничеством к святыням: "Паломники имели опору в прочности мира, в котором они странствовали;

в том мире можно было рассказывать жизнь как непрерывную "осмысленную" историю, такую, которая каждое событие делает следствием другого события в прошлом и причиной третьего события в будущем" [Бауман]. Традиционная культура предполагала движение вперед, возможное благодаря серьезному труду и моральному росту. Современному же человеку вместо паломничества, требующего физических и нравственных усилий, предлагается туристическая поездка, во время которой он сможет получить поверхностные впечатления и сиюминутные удовольствия без какого бы то ни было напряжения.

Жизнь в эпоху Просвещения и в Новое время была похожа на книгу - каждая следующая глава логично следовала за предыдущей, становясь все более сложной и комплексной.

Ребенок учился, рос и становился полноправным членом социума, обладающим правами и обязанностями, несущим ответственность за себя и свое будущее. Сегодня, в век постмодерна, настолько детерминированной жизнь быть уже не может. Как в клиповой нарезке или рекламном буклете, человек постоянно предстает в новых, очень мобильных образах, он чередует профессии, увлечения, места проживания, друзей и возлюбленных.

Привычную жизненную линейную структуру сменила ризоматическая беспорядочность.

И не в последнюю очередь это происходит из-за принципиально иного типа мышления, возникшего в информационную эпоху.

Когнитивный стиль информационной эпохи Достижения научно-технического прогресса привели к возникновению новых средств передачи сообщения. На смену вербальным средствам (книги, газеты и журналы) пришли аудиовизуальные (радио и телевидение, а затем и Интернет). При этом характер потребляемой информации оказывался принципиально различным: при чтении книг сообщение было текстовым, обладало четко упорядоченной линейной структурой. В то же время телевидение и Интернет предлагают потребителям аудиовизуальную информацию, иногда разбавленную небольшими вкраплениями текста. Обществоведы стремятся проследить взаимную корреляцию между технологическим прогрессом и культурными преобразованиями в социуме.

Английское слово clip в переводе на русский имеет следующие значения: "отрезок", "фрагмент текста", "вырезка из газеты" или "отрывок из фильма". Клип становится логическим завершением и наиболее эффектной реализацией принципа "монтажа аттракционов", который, согласно С. Эйзенштейну, заключается в подборе агрессивных средств, подвергающих зрителя чувственному или психологическому воздействию, опытно выверенному и математически рассчитанному на определенные потрясения (цит.

по [Азаренок, 2006, с. 110 - 112]). Каждый кадр видеоклипа становится мгновенно схватываемым и усваиваемым образом. При этом подаваемая с высокой скоростью информация легко впечатывается в подсознание, мгновенно преодолевая стр. барьер осознанного восприятия. Другими словами, клипы (во всех своих ипостасях) актуализируют иррациональное, нерефлексивное усвоение информации.

О феномене "клипового сознания" как принципиально новом культурном явлении, характерном для информационной эпохи, заговорили в 1960-х гг. Одним из первопроходцев в исследовании клипового мышления считается французский социолог А.

Моль, в работе "Социодинамика культуры" (1967 г.) отметивший характерные черты культуры (названной им "мозаичной") в постиндустриальном обществе. По мнению Моля, культура дает человеку "экран понятий", на который он проецирует и с которым сопоставляет свои восприятия внешнего мира. В условиях традиционной культуры "экран понятий" обладал рациональной целостной сетчатой структурой, благодаря чему для индивида не составляло труда проследить причинно-следственные связи, выстроить логические цепочки и соотнести новые и старые представления.

Рациональная система познания формировалась благодаря классической системе образования, в то время как современная система познания складывается преимущественно под воздействием беспрерывного и беспорядочного потока информации, распространяемого СМИ. При этом влияние системы образования на формирование когнитивного стиля индивида снижается. Из-за этого в современной культуре "экран понятий" больше не обладает логической структурой, он больше "похож на массу волокон, скрепленных как попало, - длинных, коротких, толстых, тонких, размещенных почти в полном беспорядке" [Моль]. Из-за того, что индивиды погружены в поток разрозненных и иерархически неупорядоченных сообщений, структурированность мышления оказывается крайне ограниченной. Клиповое сознание порождает разрыв между образом и концептуальной схемой. Череда эмоционально насыщенных образов не дает возможности составить цельную картину мира. Таким образом, по представлению Моля, современная культура постмодерна формирует индивидов с расщепленным сознанием, не способным к системному мышлению.

Американский футуролог Э. Тоффлер в работе "Третья волна" (1980 г.) описал феномен "клиповой культуры" как явление, характерное для эпохи информационного общества.

Тоффлер полагает, что в насыщенном информационными вспышками социуме клиповое мышление становится основной формой восприятия, так как "идея любого исчерпывающего синтеза кажется несостоятельной", и единственно возможным решением становится "собирать мир наобум, особенно самые забавные его черепки" [Тоффлер, 2010, с. 356]. При этом Тоффлер не оценивает клиповую культуру так же негативно и алармистски, как Моль. По мнению американского футуролога, клиповое мышление закономерная защитная реакция организма на обилие информации самого разного свойства, характерного для постиндустриальной фазы, так что противиться распространению такого когнитивного стиля бессмысленно. Рано или поздно придется смириться с этим и учиться жить дальше.

Сегодня, спустя несколько десятилетий после написания работ Моля и Тоффлера, остается только удивляться, насколько точно им удалось предсказать особенности современного когнитивного стиля. В настоящее время не вызывает сомнения, что наша цивилизация становится все в большей мере ориентированной на восприятие зрительных и звуковых образов, что, в свою очередь, приводит к снижению рефлексивного, обдумывающего характера восприятия, столь характерного для культуры книги как базового феномена, определившего тип цивилизации разума (см. [Ланкин, Григорьева, 2009]).

Современный тип цивилизации скорее всего можно назвать "цивилизацией эмоциональной", ведь созданные клиповым мышлением образы оцениваются не с рациональных и логических, а с эмоциональных и чувственных позиций, в терминах "нравится/не нравится". Одна из основополагающих установок фрагментарной клиповой культуры по В. Кузнецову - "наблюдение вместо рассуждения". Из-за того, что человек оказывается не в силах осмыслить информационное пространство, он фиксирует сиюминутные события, при этом не утруждая себя вопросами об их сущности и смысле.

Другими словами, носители клипового мышления не нуждаются (а возможно, стр. и не способны) в критической оценке получаемой информации. Согласно Кузнецову, особенность клипового восприятия еще и в том, что "человек в любой момент может выйти из воспринимаемой системы без последующего ощущения какой-то неоконченности (как это было бы в случае прерывания чтения классического романа), а также вновь с любого места войти в нее" [Кузнецов...].

Неудивительно, что чаще всего клиповым мышлением обладают представители молодого поколения - студенты и школьники. Многие преподаватели отмечают фундаментальные изменения в характере восприятия информации: у школьников падает интерес к учебе, поиску и формированию логических связей, отпадает необходимость самоанализа.

Большинство учеников оказываются не приспособлены к серьезному познавательному труду, им все сложнее читать длинные литературные произведения, многие не справляются с написанием изложений, так как просто не могут понять структуру повествования и выделить генеральную мысль произведения. Дети акцентируют внимание только на внешних поверхностных признаках, не вникая в суть проблемы. Обладатели клипового сознания теряют возможность дифференцировать информационный мусор и полезную информацию и потребляют более простые по форме и содержанию сведения. А.

Зорин отмечает, что "у молодого поколения фундаментально изменяется культура восприятия: ему не нужен линейный текст. По-видимому, сегодняшняя культура в принципе создает огромные проблемы для молодого человека в области восприятия вербальной культуры" [Зорин, 2009].

В последние годы особенно серьезное влияние на молодых людей оказывают социальные сети - интернет-сервисы, участники которых делятся фото и видеоинформацией, пишут друг другу сообщения, обсуждают те или иные события культурной и общественной жизни, вместе играют и т.д. В такой насыщенной информацией среде молодым людям приходится постоянно взаимодействовать друг с другом: отвечать на лаконичные личные сообщения, комментировать фото и видео. Причем скорость реакции зачастую очень высока. Создатель самой популярной в мире социальной сети Facebook M. Цукерберг считает, что стремление к уединению перестает быть социальной нормой, поставив, таким образом, общение во главу угла.

Киберпсихолог Ш. Теркл отмечает, что созданная нами коммуникационная культура просто не оставляет людям времени на обдумывание чего-либо без отвлечения внимания.

Он задается вопросом: "А достаточно ли времени мы оставляем на действительно важные дела?". Ведь за видимой важностью коммуникации многие молодые люди фактически перестали бывать в одиночестве - неизменным спутником каждого подростка и молодого человека становится компьютер и сотовый телефон, с помощью которого в любой момент можно выйти на связь с друзьями и знакомыми [Теркл, 2007]. Симптоматично, что пользователи социальных сервисов крайне редко оказываются в состоянии написать сообщения длиной более нескольких десятков символов.

Клиповое мышление: прогресс или деградация?

В популярной психологии первого десятилетия XXI в. все чаще стало высказываться мнение о том, что клиповое сознание ведет не к деградации личности и дефициту внимания, а способствует благополучной адаптации в информационном обществе.

Приверженцы такого взгляда на мозаичное мышление утверждают, что в условиях динамичного информационного обмена необходимо перерабатывать огромные массивы самых разнообразных сообщений, и человеку, обладающему системным мышлением, такая задача оказывается не по силам. Член нового информационного общества должен активно ориентироваться в информационном потоке, для чего необходимо заниматься постоянной переработкой сообщений самого разного характера: начиная от записей в социальных сетях и Twitter'e и заканчивая графическими изображениями. "Большая часть времени тратится не на сосредоточенное поглощение информации, а стр. на браузиш;

идентификацию ключевых слов, на то, чтобы отследить "теги"1, зафиксировать в сознании "линки"2 и учесть "лайки"3. Мы не настраиваемся на волну автора, а воспринимаем, всасываем, абсорбируем текст за счет других техник", описывает современную методику чтения и мысленной обработки текста Л. Данилкин.

Симптоматично, что такое рваное и фрагментарное восприятие текста он оценивает как более рефлективную, содержательную, интеллектуальную деятельность, что вызывает серьезные сомнения [Данилкин].



Pages:     | 1 |   ...   | 6 | 7 || 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.