авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |
-- [ Страница 1 ] --

Министерство Образования и Науки Российской Федерации

МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

СИБИРСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИНСТИТУТ ВОЕННОГО

ОБУЧЕНИЯ

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ

РАЗВИТИЯ НАУКИ,

ТЕХНИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ

Сборник научных трудов

Научные редакторы

М. А. Барышев, В. И. Кокорин

Красноярск

ИПК СФУ

2009 УДК 061.3 С56 Редакционная коллегия:

М. А. Барышев (науч. ред.), В. А. Вяхирев, Е. Н. Гарин, В. И. Кокорин (науч. ред.) С56 Современные проблемы развития науки, техники и образования : сб.

науч. тр. / науч. ред. : М. А. Барышев, В. И. Кокорин. – Красноярск :

ИПК СФУ, 2009. – 748 c. – (По материалам Всерос. науч. конф. с меж дунар. участием, 19–20 ноября, Красноярск, 2009).

ISBN 978-5-7638-1939- В сборнике рассмотрены проблемы совершенствования подготовки офицерских кадров в гражданских вузах;

состояние и перспективы развития радионавигацион ной системы ГЛОНАСС в интересах Министерства обороны РФ;

основные тенден ции развития систем радиолокации, управления и связи. Определены методологи ческие подходы и роль информационных технологий в стратегии развития высшего образования;

отражены проблемы межкультурной коммуникации.

Предназначен для научных работников, аспирантов, студентов старших курсов вузов и всех интересующихся современными проблемами развития науки, техники и образования.

УДК 061. Научное издание СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ НАУКИ, ТЕХНИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ Сборник научных трудов Редактор Л. И. Вейсова Компьютерная верстка: А. Б. Филимонова Д. Р. Мифтахутдинова, И. В. Манченкова Подписано в печать 09.04.2010. Печать плоская. Формат 6084/16. Бумага офсетная.

Усл. печ. л. 43,47. Тираж 500 экз. Заказ № Издательско-полиграфический комплекс Сибирского федерального университета 660041, г. Красноярск, пр. Свободный, 82а © Сибирский федеральный университет, © Оригинал-макет. ИПК СФУ, ISBN 978-5-7638-1939- Посвящается 150-летию со дня рождения А. С. Попова ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ 4 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ББК 60. 032. И. А. Пфаненштиль, Л. Н. Пфаненштиль Сибирский федеральный университет, г. Красноярск АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ПРОЕКТЫ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА В УСЛОВИЯХ ГЛОБАЛИЗАЦИИ Условия современной цивилизации, находящейся в ситуации эконо мического, энергетического и других кризисов, общего обострения гло бальных проблем человечества, заставляют ученых обращаться к истории науки и культуры, отыскивая в ней прообразы решения возникших задач.

Это обстоятельство и обусловило интерес к идеям русского космизма в це лом. Русский космизм является одной из первых концепций, предвосхи тивших обозначенные проблемы, внесенных в мир западной цивилизацией и опосредованно воспринятых всеми землянами. Русский космизм – уче ние не аналитическое, но потенциальное, предвосхитительное. Русский космизм есть опыт такого перспективного мышления. Это учение по фор ме выглядит актуальным, даже универсальным, позволяя вкладывать в се бя разнородное содержание. Очевидно, что русские «космисты» выделяли главное из того, что нужно современному социуму, а именно: глобальное целостное понимание проблем, необходимое ответственное соучастие еди ного человечества в жизненных процессах, значимость футурологии для выживания людей и оптимального сосуществования с миром. Следует ска зать, что русский космизм заявлял об этом много десятилетий назад. И хо тя речь шла о сверхдолгосрочных целях, но для нас ясна их промежуточ ная, пусть и относительная, жизненность и востребованность.

Дело в том, что человек стремится каким-то адекватным способом создать в себе простую и ясную картину мира;

и это не только для того, чтобы преодолеть мир, в котором он живет, но и для того, чтобы в извест ной мере попытаться заменить этот мир созданной им картиной. Опреде ление места человека во Вселенной связано с построением картины мира как упорядоченной целостности, синтезирующей разнообразные знания на основе системообразующего начала (принципа или идеи), задающего ми ровоззренческую установку и ценностные поведенческие ориентиры.

Н. М. Чуринов в данной связи подчеркивает: «Если важнейшими стандартами технологического проекта науки являются принцип отвлече ния от всеобщей связи явлений и изучение объектов «самих по себе», сво бодных объектов, ценностный исследовательский подход, макроподход, метод интуиции, метод идеализации, отчасти аксиоматический метод и т. д., ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ то важнейшими стандартами информационного проекта науки являются, напротив, принцип всеобщей связи явлений, диалектический метод, мето ды анализа и синтеза, индукции и дедукции и т. п.» [1].

Идеи русских космистов созвучны идеям античной космологии. Со стояние живого космоса свидетельствует философам разных обществ о тор жестве творческих начал жизни над разрушительными тенденциями. Человек не считается венцом природы, завершенным ее творением. В трудах русских космистов отношения человек – природа миропредставлены как взаимодей ствие открытых самоорганизующихся систем. И развитие чувства ответст венности за происходящее в мире аналогично принципам и мировоззрению философов античности, особенно накануне ее крушения. По мнению С. Г. Се меновой, принципиально новой чертой русского космизма является идея ак тивной эволюции, т. е. необходимости нового сознательного этапа развития мира, когда человечество направляет его в ту сторону, в какую диктует ему разум и нравственное чувство. Поэтому С. Г. Семенова предлагает опреде лять это направление философии не столько космическим, сколько активно эволюционным. По ее мнению, именно с Н. Ф. Федорова начинается глубоко своеобразное философское направление общечеловеческого значения: рус ский космизм, активно-эволюционная ноосферная мысль, представленная в XX в. именами таких крупных ученых и философов, как К. Э. Циолковский, В. И. Вернадский, А. Л. Чижевский [2].

В своем основном философском труде «Философия общего дела»

Н. Ф. Федоров провозглашает общечеловеческие, общепланетарные задачи эпохи ноосферного выбора: управление природой («внесение в нее воли и разума»), которое для Федорова является исполнением библейской запо веди об обладании землей;

победа над стихийными силами, над голодом, болезнями и смертью;

перевод военной мощи в созидательную и мирную.

Федоров отчетливо понимал то катастрофическое направление, в котором движется развитие нынешней «эксплуатирующей, а не восстанавливаю щей» природу цивилизации. Бездействие человека содействует приближе нию Конца, означает измену эволюционному предназначению разума:

стать орудием «внесения порядка в беспорядок, гармонии в слепой хаос».

Как раз эту задачу и ставит разработанный в «Философии общего дела»

проект «регуляции природы».

Космос, космическое в философском сознании обычно были воплоще нием беспредельного, абсолютного, недоступного ограниченному человече скому пониманию, оставаясь предметом медитации, высокого восхищения, смешанного с трепетом ужаса перед бездной небытия. Созерцательное отно шение к космосу, уходящее в глубокую древность, преобладало многие века.

И только начиная с Федорова, в философию и науку входит требование пре образовательной активности со стороны человечества, направленной на мак рокосмос. «Борьба с разъединяющим пространством» для мыслителя – «пер 6 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ вый шаг в борьбе со всепоглощающим временем». Две глобальные победы человечества – над пространством и временем – взаимосвязаны и взаимоза висимы. Суть идеи «регуляции природы» не только в конкретных проектах, многие из которых уже осуществляются или могут быть осуществлены, – она более радикальна, ставя высшей целью преобразование самого статуса при родного и космического бытия, самой природы человека. Еще в начале XX века, оценивая различные социальные и природные аспекты перехода био сферы и ноосферу, Вернадский писал: «В гуще, в интенсивности и в сложно сти современной жизни человек практически забывает, что он сам и все че ловечество, от которого он не может быть отделен, неразрывно связано с биосферой... До сих пор историки, вообще ученые гуманитарных наук, а в известной мере и биологи, сознательно не сочетаются с законами природы биосферы – той земной оболочки, где может только существовать человек.

Стихийно человек от нее неотделим. И эта неразрывность только теперь на чинает нами ощущаться» [3].

Несоответствие выводов разума действительности, столь характер ное для универсалистского проекта науки, В. И. Вернадский связывает с несовершенством научного аппарата, что в свою очередь связано с несо вершенством мыслительного аппарата Homo sapiens. Человек «не есть за вершение создания» [4].

Для понимания сущности учения Вернадского как альтернативного важно остановиться на проблеме понимания Вернадским неоднородности реальности, неоднородности Космоса. Ученый различает три реальности:

реальность в области жизни человека;

природные явления ноосферы и на шей планеты, взятой как целое;

реальность микромира и реальность кос мических просторов. Область человеческой культуры и проявления чело веческой мысли – вся ноосфера – неразрывно связана с двумя другими уровнями мироздания или, по терминологии Вернадского, двумя другими реальностями. Понять эту связь и закрепить ее в человеческом знании – задача науки, вооруженной новой методикой научной работы. «В послед нее время в этой области совершается какое-то крупное изменение, веро ятно, величайшего значения. Создается новая своеобразная методика про никновения в неизвестное, которая оправдывается успехом, но которую образно (моделью) мы не можем себе представить. Это как бы выраженное в виде «символа», создаваемого интуицией, т. е. бессознательным для ис следователя охватом бесчисленного множества фактов, новое понятие, от вечающее реальности» [5].

В. И. Вернадский понимал принцип гуманизма не с позиций антропо центризма, а с позиций антропокосмизма. Здесь в естественнонаучной фор ме находят свое выражение общие представления русских философов все единства о космической ответственности духа, о сознательном, разумном отношении с Миром, о чем и пишет в своей работе В. П. Казначеев [6].

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ Эмпирическое обобщение, выражающее идею единства природы как мирового целого с социально-природной эволюцией человека, антропокос мическими аспектами его бытия означает, следовательно, необходимость вы вода о единстве и взаимозависимости эволюции вселенной и общества как динамичном и исторически изменяющемся. В ходе исторического времени растет мощность выявления человечества в биосфере, увеличивается его в ней значение и его воздействие на биосферу в целом и, в особенности, на ее живое существо. Именно поэтому принцип разумности (рациональности), выделяемый в концепции ноосферы, должен реализовываться через целена правленное развитие человечества, ибо стихийное развитие чревато печаль ными последствиями. «Разум все изменяет. Руководствуясь им, человек употребляет все вещество, окружающее его, – косное или живое – не только на построение своего тела, но также и на нужды своей общественной жизни.

... Его деятельность с каждым днем становится все более мощной и более ор ганизованной. Натуралист не может видеть в ней ничего другого, как естест венный процесс того же порядка, как все другие геологические явления. Этот процесс неизменно регулируется принципом инерции;

он будет идти до кон ца, если не встретит противной ему внешней силы, которая его уничтожит или будет держать в потенциальном состоянии» [7].

Наследие Вернадского сохраняет значение и для разработок в усто явшихся областях фундаментальной науки.

В философии космизма очень отчетливо обозначились два аспекта взаимосвязи человека и космоса: с одной стороны, человек рассматривался как неотъемлемая часть меняющегося Космоса, зависящая во всех своих про явлениях от космического целого. С другой стороны, сам человек рассматри вался в качестве фактора эволюции, развивающего свои способности таким образом, что, создавая новую технику и технологию, он начинал активно воздействовать на окружающий мир. И хотя на рубеже XIX–XX вв. вера в научно-технический прогресс была достаточно зримой и еще не проявля лись кризисные последствия технократического отношения к миру, космисты предупреждали будущие поколения от возможных негативных последствий безудержной и ничем не ограниченной технологической эксплуатации при роды. И все же космизм не получил широкого распространения и повторил судьбу многих философских течений, продуктивные идеи которых значи тельно опережали свою эпоху. Тем не менее, в современной ситуации перед лицом экологического кризиса, поиск «общего дела» как регуляции отноше ний человека и остального мира, приобретает уже приоритетное значение.

Особо стоит подчеркнуть совпадение главных принципов философии кос мизма и многих основных идей современной научной диалектической моде ли мира. Космизм возвращает нас к целостному видению мира как единства человека и космоса. Он в состоянии сыграть позитивную роль в соединении идей западноевропейской культурной традиции и восточных философских 8 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ систем, где человек изначально рассматривался как неотъемлемая часть Кос моса, а также помочь в разработке новой метафизики, связанной с новым по ниманием отношения человека к окружающему миру.

Течение русского космизма имеет значение общечеловеческое, оно дает глубокую теорию, поразительные предвосхищения, глядящие не только в современные, но и в значительно более далекие времена. В наши дни, озабоченные поисками принципиально нового типа мышления, кото рое могло бы открыть горизонты коллективной, планетарной надежде, на следие русских космистов приобретает особую притягательную силу.

Планетарное общество действительно превращается в некий единый ор ганизм, взаимодействующий с биосферой как единое целое. Это абсолютный факт: мы не только наблюдаем рождение и становление этого единого орга низма, но его возникновение и развитие, как мы старались показать, согласу ется с логикой истории, т. е. логикой самоорганизации. И поэтому для своей стабильности, для своего будущего планетарное сообщество нуждается в не кой единой стратегии во взаимоотношениях с Природой. Другими словами, этот организм для своего выживания нуждается в неком едином Коллектив ном Разуме планетарного масштаба с автотрофным развитием [8].

Таким образом, в соответствии с диалектической моделью мира и диалектическим проектом, как неоднократно подчеркивает Н. М. Чури нов, «...исследуется судьба совершенства: превращение хаоса в космос (космоса в хаос) или превращение одной сферы космоса в другую. Иссле дуется также, в каких формах происходят оба вида превращений. Исследо ватель в данном проекте науки должен показать, как человек должен руко водствоваться законами природы и общества в ходе практической деятель ности, и тем самым, как он может реализовать себя в качестве созданного природой совершенства. В этом случае всеобщая связь выступает как ус ловие самореализации совершенства в том или ином из двух указанных видов превращений. Всеобщая связь явлений гармонизирует или дисгар монизирует космос, оптимизирует и уравновешивает его, оптимизирует его содержание. В этом случае теоретизирование выступает как отражение мира: отображение предстает как отношение к прообразу, как сторона взаимодействия, сторона всеобщей связи явлений» [9].

Выводы.

Во-первых, идея всеединства занимает важнейшее место в россий ской научной и философской системе взглядов и позволяет рассматривать мир и лежащие в его основе закономерности как нераздельное целое.

Во-вторых, альтернативный проект науки, обоснованный в работах русских космистов, выполняет мировоззренческую и методологическую функцию, способствуя обоснованию философской постановки проблем всеобщей связи явлений и устанавливая связь между социально философским знанием и знанием естественнонаучным.

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ В-третьих, русская научная мысль в своем космическом проявлении органично сочетает в себе естественнонаучные, философские и социаль ные аспекты человеческого знания, создавая основу положительного науч ного направления в развитии человечества.

Список литературы 1. Чуринов, Н. М. Совершенство и свобода : Философские очерки / Н. М. Чуринов. – Изд. второе, доп. – Красноярск, 2003. – С. 143.

2. Семенова, С. Г. Активно-эволюционная мысль Вернадского / С. Г. Семенова // Прометей: историко-биографический альманах. сер. «Жизнь замечательных людей». – М. : Молодая гвардия, 1988. (Т. 15, с. 221–249).

3. Вернадский, В. И. Начало и вечность жизни / В. И. Вернадский. – М. : Сов. Россия, 1989. – С. 299.

4. Вернадский, В. И. Труды по всеобщей истории науки / В. И. Вер надский. – М. : Наука, 1988.

5. Вернадский, В. И. Научная мысль как планетарное явление / В. И. Вернадский. – М. : Наука, 1991. – С. 69–71.

6. Казначеев, В. П. Учение Вернадского о биосфере и ноосфере / В. П. Казначеев. – Новосибирск : Наука, Сиб. отделение, 1989.

7. Вернадский, В. И. Живое вещество и биосфера / В. И. Вернадский. – М. : Наука, 1994. – С. 303.

8. Московченко, А. Д. Автотрофность: фактор гармонизации фунда ментального технического знания / А. Д. Московченко. – Томск : Твердыня, 2003. – 248 с.

ББК 87. А. Д. Московченко Томский государственный университет систем управления и радиоэлектроники, г. Томск ГЛОБАЛЬНАЯ СИСТЕМАТИКА СОВРЕМЕННЫХ НАУЧНЫХ ЗНАНИЙ И ПРОБЛЕМЫ ВЫСШЕГО ТЕХНИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ Потребность в классификации и группировке научных и инженерных знаний существует в науке и образовании постоянно и обусловлена на стоятельной необходимостью:

четкого (целевого) распределения материальных ресурсов, системного формирования творческих научных коллективов, 10 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ научно-обоснованной аттестации ученых и инженеров, создания рациональной системы инженерного образования, организации единой системы научно-технической и образователь ной информации.

В XX в. произошли значительные изменения в составе и структуре научного знания. Возникли принципиально новые научные направления.

Революционные открытия в науке, технике, технологии общественного производства привели к концептуальной перестройке не только научного знания, но и инженерно-технического. В этих условиях задача упорядоче ния наличного научного и инженерно-технического знания становится все более важной и трудной.

Систематика современных научных знаний включает в себя такие методологические процедуры, как классификация и группировка. Говорить о систематике научных знаний до начала XIX в. не имеет смысла. Первые, действительно объективные классификации и группировки наук появились в работах Ф. Энгельса и связаны с иерархией форм движений материи, уровней ее организации. Он выделяет следующие принципы классифика ции и группировки научных знаний:

1. Каждая из форм движения материи должна быть связана с опреде ленным материальным носителем.

2. Формы движения материи качественно различны и не сводимы друг к другу.

3. При надлежащих условиях они превращаются друг в друга.

4. Формы движения отличаются по степени сложности, высшая фор ма понимается как синтез низших;

при этом важно избегать как отрыва высших форм от низших, так и механического сведения высших форм к низшим [1, с. 568–580].

К четырем вышеобозначенным принципам советский философ академик Б. М. Кедров добавил еще один принцип:

5. Для каждого вида материальных систем следует выделять главную (высшую) форму и побочные (низшие) формы [2, с. 286].

В XX в., в связи с открытием микрофизической реальности, встала проблема классификации и группировки микрофизических форм движе ния, особенно вакуумных. Известный советский ученый А. В. Вейник еще в 60-х годах XX столетия предложил классифицировать микрофизические (вакуумные) формы (кварковые и лептокварковые) по следующим уров ням: аттоформы, фемтоформы, пикоформы и наноформы [3, с. 3–21]. Ма териальным носителем вакуумных форм являются мельчайшие субчасти цы. Последние достижения астрофизики и космологии позволяют выде лять наряду с микро- и макроформами движения – мегаформы: галактиче ские и межгалактические формы движения.

Таким образом, выстраивается глобальное линейно-генетическое представление о формах движения материи, которое охватывает все богат ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ство накопленных современной наукой и практикой формообразующих материальных связей: микрофизические (кварковые и лептокварковые формы движения материи), атомно-молекулярные, геологические, социо технические, звездно-планетные и галактические. Гипотеза В. И. Вернад ского об автотрофном будущем человечества [4, с. 462–486] позволила нам выделить вслед за социотехническими формами социоавтотрофные и со циогетеротрофные формы движения материи [5]. При этом очень важно подчеркнуть следующее. Каждая из форм движения материи должна иметь свой, только ей присущий материальный носитель: кварки и элементарные частицы, атомы, молекулы, химические соединения, минералы, биосфера в целом, человек, техносфера, автотрофные и гетеротрофные социотехни ческие системы, звезды с планетами, звездные скопления, галактики и межгалактические системы. Кроме того, формы движения должны качест венно различаться и при надлежащих условиях превращаться друг в друга.

Остается нерешенной классификационная проблема механической формы движения материи, которая не имеет своего специфического мате риального носителя. Механическое движение изучает наука механика, и она по этой причине не вписывается в линейно-генетический классифи кационный ряд наук. То же самое происходит с такой наукой, как матема тика, которая изучает пространственные и количественные отношения (свойства) реальности. Нам представляется, что наряду с линейно генетической разверткой форм движения материи необходимо выделять структурно-функциональную развертку форм движения, имеющую отно шение ко всему космогенетическому ряду. Исходя из современных данных науки и инженерной практики, наряду с механической формой движения, не имеющей специфического материального носителя, необходимо выде лять термодинамическую форму, которая также не имеет своего специфи ческого материального носителя. Это дает возможность выделить в само стоятельный структурно-функциональный ряд такие науки, как механика, математика, термодинамика, В итоге выстраивается своеобразная таблица классификационных форм движения материи, где генетическое и струк турное начала органически взаимосвязаны [5, с. 82–92].

Систематика научных и инженерных знаний имеет не только онтоло гический аспект (классификация и группировка форм движения материи);

на этой основе выстраиваются гносеологическая и образовательная клас сификационные системы знаний. Как правило, исследователи обращают внимание на последние два аспекта классифицирования, часто не замечая их специфики.

Сложность систематизирования современных научных знаний за ключается в том, что необходимо органически увязать воедино (не смеши вая их) три совершенно разные классификационные системы знаний в со ответствии с четко поставленной стратегической задачей. В современной 12 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ классификационной литературе системные цели явно не обозначены (или направлены на текущие сервисно-рыночные задачи), структуризация науч ных знаний в большинстве своем носит предметно-образовательный ха рактер и не затрагивает всего многообразия научных и технологических связей в быстроразвивающемся природно-социальном мире.

В таком случае, систематика научных знаний носит многоуровневый характер и предполагает:

1) классификацию и группировку форм движения материи (онтоло гический аспект);

2) классификацию и группировку научных знаний о формах движе ния материи (гносеологический аспект);

3) классификацию и группировку образовательно-технологических знаний, связанных с подготовкой специалистов высшей квалификации (образовательно-инженерный аспект).

Онтологический аспект систематизации современных научных знаний состоит в том, что классификация и группировка наук должна про водиться не только по специфическим формам движения материи, но и по всеобщим, универсальным формам (свойствам) движущейся материи. При этом, на наш взгляд, необходимо выделять троякого рода онтологические свойства:

а) онтологические свойства первого рода, связанные с пространст вом, временем, качеством и количеством;

б) онтологические свойства второго рода, обусловленные механиче скими, термодинамическими и спинторсионными проявлениями движу щейся материи.

в) онтологические свойства третьего рода, обусловленные вещест венными, энергетическими и информационными проявлениями движу щейся материи.

Онтологические свойства 1, 2 и 3-го рода позволяют дать троякую классификацию структурно-функциональных наук. Первый ряд будет свя зан с такими науками, как математика, науки о времени и качестве, второй ряд – с механикой, термодинамикой и третий ряд – с науками о веществе, энергии и информации. В связи с этим систематика научных знаний будет протекать как в структурно-генетическом, так и в структурно функциональном плане. В первом случае становление целостного научно го знания необходимо начинать с физико-химических, геологических, био логических, социальных представлений, вплоть до постсоциальных (авто трофно- и гетеротрофно-социальных);

во втором случае будет формиро ваться «интегративно-стержневое» знание, пронизывающее естественнои сторическое представление о движущейся материи.

Вышеперечисленная систематика научного знания затрагивает есте ственно-природные и естественно-социальные проявления материи. В XX в.

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ наряду с миром естественным возник мир искусственно-технологический, созданный человеком. Поэтому систематика научных знаний раздваивает ся на фундаментальную систематику знаний о естественном и технологи ческую (техническую) систематику знаний об искусственном. Технологи ческая систематика в свою очередь подразделяется на природно технологическое знание о технологических формах движения в природе и социально-технологическое знание о технологических формах движения в обществе. Отсюда следует важный вывод о том, что естествознание и обществознание будут иметь свои, только им присущие фундаменталь ные и технологические составляющие. В конечном итоге встает проблема интеграции фундаментального и технологического знания, которая, на наш взгляд, разрешается в биоавтотрофнокосмологическом направлении [6].

Следовательно, необходима наука, которая связала бы воедино знание о естественном и искусственном. И такой научной дисциплиной, на наш взгляд, является автотрофология (термин предложен нами), которая рас сматривает механизм совмещения фундаментального и технологического в едином научном знании. Онтологическая систематика научных знаний приводит к формулировке трех принципов: 1) разведение специфических форм движения материи и универсальных форм (свойств) движущейся ма терии;

2) различение миров естественных и искусственных и соответст венно различение естественной и искусственной систематизации научных знаний;

3) установление связи естественного и искусственного на биоавто трофнокосмологической основе.

Гносеологический аспект систематизации современных научных знаний. Официально-академическая философия и наука до сих пор при держиваются гносеологической дихотомии «фундаментальное – приклад ное», идущей еще от Аристотеля [7, с. 40]. Фундаментально-теоретические науки выявляют закономерности природы и общества, а прикладные «нау ки» ищут способы применения на практике того, что познано теоретиче скими науками. В этом случае прикладные «науки» лишены собственного теоретико-познавательного смысла и сводятся, по сути, к определенным технологическим рецептам внедрения результатов фундаментальных наук в производство, в практику в целом. Выходит, существуют не два класса наук, а один класс фундаментальных наук, что находит свое воплощение в современной систематике научных знаний. Наряду с классификацион ными системами фундаментальных наук разворачиваются классификаци онные системы «наук» прикладных, лишенных собственного предмета ис следования. Например, вслед за математикой, физикой, химией следуют прикладные математика, физика… Более того, в класс прикладных «наук»

включаются и такие науки, которые нельзя отнести к прикладным отрас лям естествознания. Это науки технические, сельскохозяйственные, меди цинские [2].

14 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ До 60-х годов XX столетия такой классификационный взгляд на структуру научного знания был в какой-то мере оправдан. Но в последние десятилетия ХХ в. произошли радикальные технологические изменения в науке и производстве, которые позволили автору данной статьи выдви нуть идею о более конструктивной дихотомии «фундаментальное – техно логическое», имеющей глубинное онтологическое обоснование (естест венный и искусственный миры) [5]. При этом фундаментальные (матема тика, физика, химия, биология) и технологические науки (технические, ме дицинские и другие) будут иметь свои поисковые (теоретические) и при кладные исследования. Значит, необходимо выделять фундаментальные и технологические науки поискового и прикладного характера (теоретиче ская и прикладная математика, теоретическая и прикладная физика, теоре тическая и прикладная техническая наука, теоретическая и прикладная ло гика и философия и др.). В гносеологическом плане также встает проблема интеграции фундаментального и технологического знания, которая разре шается в биоавтотрофнокосмологическом направлении [5, 6].

Гносеологическая систематика научных знаний приводит к форму лировке двух принципов:

1) различение дихотомии «фундаментально-прикладное знание» от ди хотомии «фундаментально-технологическое знание»;

2) синтез фундаментального и технологического знаний на биоавто трофнокосмологической основе.

Образовательно-инженерный аспект систематизации современных научных знаний предполагает подготовку инженеров-мыслителей косми ческого масштаба, которые будут способны дать всеобъемлющую оценку планетарно-технологической деятельности. Именно такая стратегическая цель позволит описать границы человеческого, в том числе инженерного разума, и все последствия перехода в иной цивилизационно-культу рологический мир. Достижение поставленной цели требует радикальных преобразований процесса подготовки специалиста в области техники и технологии. Исходя из вышеизложенного можно выделить три направ ления реформирования высшего инженерного образования: а) тотальную фундаментализацию инженерного образования, б) тотальную технологиза цию инженерного образования, 3) синтез фундаментального и технологи ческого на биоавтотрофнокосмологической основе.

Тотальная фундаментализация предполагает интеграцию всех фун даментальных учебных дисциплин в единый системный комплекс с учетом стратегических целей подготовки инженеров. Методологически и методи чески эта проблема до сих пор не решена. Основное противодействие (не понимание) вызывает включение в состав фундаментальных дисциплин всего комплекса философских, социально-исторических и языковых дис циплин. При этом философия «собирает» в единый методолого-мето ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ дический узел всю совокупность фундаментальных учебных дисциплин.

В организационном плане это должно проявиться в создании фундамен тального (или общеобразовательного) отделения, в которое войдут общие кафедры философского, естественно-математического, социально-исто рического, гуманитарно-культурологического и языкового профилей. Спи сок фундаментальных дисциплин будет изменяться в зависимости от про филя вуза, его финансовых и методических возможностей и пополняться за счет глобально-ориентированных информациологии, трансперсональной психологии, биоэнергоинформатики и т. д.

Следующим организационно-образовательным шагом должно стать открытие технологического отделения, которое бы «стянуло» воедино все многообразие инженерно-профилирующих дисциплин в соответствии с постоянно меняющимися потребностями развивающегося общества.

Важным здесь является выбор модели национальной экономики, нацио нальной доктрины как образования в целом, так и инженерного образова ния в частности. Разные модели и доктрины (различных стран) будут оп ределять технолого-методологическую и мировоззренческую специфику подготовки инженеров XXI в. В этом плане возникают проблемы совме щения стратегического и тактического (прагматического) подходов в под готовке инженеров. На наш взгляд, такое совмещение возможно на биоав тотрофнокосмологической основе. Именно данный подход позволит со вместить фундаментальность инженерного образования с теми или иными прагматическими целями, например, подготовка инженеров-бизнесменов, инженеров-менеджеров и т. д. [5, с. 154–176].

На основании вышеизложенного можно сделать следующее заклю чение:

1. Недопустимо смешивать онтологическую, гносеологическую и образовательную составляющие классификации и группировки знаний;

это разные уровни систематизации.

2. Фундаментализацию и технологизацию научных и инженерно образовательных знаний необходимо проводить последовательно, до сис темно-логического завершения, т. е. необходим тотальный фундаменталь но-технологический подход.

3. Синтез фундаментального и технологического знания необходимо проводить на биоавтотрофнокосмологической основе.

Список литературы 1. Энгельс, Ф. Формы движения материи. Классификация наук // К. Маркс, Ф. Энгельс. – Избранные сочинения : в 9-ти т. Т. 5. – М. : По литиздат, 1986. – 719 с.

16 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ 2. Кедров, Б. М. Классификация наук (прогноз К. Маркса о науке будущего) / Б. М. Кедров. – М. : Мысль, 1985. – 543 с.

3. Вейник, А. И. Термодинамическая пара / А. И. Вейник. – Минск :

Наука и техника, 1991. – 576 с.

4. Вернадский, В. И. Автотрофность человечества // Владимир Вернадский : Жизнеописание : Изб. труды. Воспоминания современников.

Суждения потомков / Сост. Г. П. Аксенов. – М. : Современник, 1993. – 668 с.

5. Московченко, А. Д. Проблема интеграции фундаментального и технологического знания / А. Д. Москвиченко. – Томск : Томск. гос. ун-т систем управления и радиоэлектроники, 2001. – 192 с.

6. Московченко, А. Д. Автотрофность: фактор гармонизации фунда ментального и технологического знания / А. Д. Москвиченко. – Томск :

Изд-во Твердыня, 2003. – 248 с.

7. Асмус, В. Метафизика Аристотеля / В. Асмус // Аристотель : соч.

в 4-х томах. – М. : Мысль, 1975. – ( Т. 4, 550 с).

УДК 621.396. Е. Н. Гарин Сибирский федеральный университет, г. Красноярск МЕТОДЫ ОПРЕДЕЛЕНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНЫХ КООРДИНАТ ЛЕТАТЕЛЬНЫХ АППАРАТОВ Задача определения относительных координат летательного аппарата требует ее решения в реальном режиме времени с учетом того, что вектор база, соединяющий две точки в пространстве, будет изменяться во време ни. Данная задача с математической точки зрения аналогична задаче опре деления ориентации однобазового интерферометра. Следовательно, и ме тоды ее решения во многом должны быть похожими. Принципиальным различием между этими задачами является то, что измерения по каждой антенне в случае относительных измерений производятся в разной аппара туре радионавигации с разными опорными генераторами. Во-первых, это вносит дополнительную погрешность измерений разности фаз, которая устраняется с помощью формирования вторых разностей фаз. Во-вторых, измерения псевдодальностей по каждой антенне являются несинхронными и требуют дополнительной синхронизации. Все это значительно усложняет решение задачи определения ориентации в пространстве вектор-базы [1].

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ Задача определения относительных координат может быть решена по измерениям псевдодальностей по дальномерному коду и по фазе несу щей частоты сигнала навигационного космического аппарата (НКА). Слу чайная погрешность измерений по фазе несущей на порядок меньше, чем по дальномерному коду. Данный факт обусловил направление развития методов определения относительных координат на основе измерений по фазе несущей частоты сигнала НКА. На основе фазовых измерений можно достичь погрешности определения относительных координат порядка не скольких миллиметров [1].

Использование измерений по фазе несущей частоты сигнала НКА сопряжено с необходимостью решения проблемы разрешения начальных неоднозначностей фазовых измерений.

По способу использования измерений их можно разделить следу ющим образом:

1) раскрытие неоднозначностей в пространстве измерений;

2) поисковые методы в пространстве координат;

3) поисковые методы в пространстве неоднозначностей.

К первому классу можно отнести методы разрешения неоднозначно сти, которые используют двухчастотные измерения по дальномерному ко ду (С/А или Р-код). Погрешность измерений по дальномерному коду не позволяет раскрывать начальные фазовые неоднозначности с достаточной точностью для определения относительных координат.

Ко второму классу принадлежит метод функции неоднозначностей (от англ. Аmbiguitу Function Method). Это метод использует только дроб ную часть псевдодальности, измеренной по фазе несущей частоты сигнала НКА и требует больших вычислительных затрат [1].

Третий класс составляет самая многочисленная группа методов, ос нованных на целочисленной минимизации квадратичной формы. Общая схема процедуры раскрытия начальных фазовых неоднозначностей разде ляется на три этапа. На первом этапе фазовые неоднозначности определя ются без учета их целочисленности, при этом используются различные ме тоды, в том числе с использованием кодовых и фазовых измерений, на втором этапе идет целочисленное определение начальных фазовых неод нозначностей, третий этап – определение относительных координат с уче том полученных на предыдущем этапе начальных фазовых неоднозначно стей. К этому классу можно отнести следующие методы: LSAST (Lеаst Squагеs Ambiguity Sеаrch Technique);

FARA (Fast Аmbiguitу Resolution Аррrоаch);

модифицированный метод, использующий разложение Холец кого;

LАМВDА-метод (Lеаst-Squагеs AMBiguity DecorreJation Аdjustmепt);

метод нулевого пространства;

FASF (fast Аmbiguitу Search Filter);

OMEGA (Орtimаl Method for Estitating GPS Amiguities). В настоящее время наи 18 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ большее развитие получил именно данный класс методов и он является наиболее перспективным с точки зрения использования для раскрытия на чальной фазовой неоднозначности.

При использовании псевдодальностей, измеренных по фазе несущей частоты, в координатном уравнении возникает дополнительная неизвест ная – начальная неоднозначность фазовых измерений по каждому НКА.

Пусть X(k), Y(k), Z(k) – проекции вектор-базы, которые взаимосвязаны с измерениями следующим образом:

k xi (k ) X (k ) k yi (k )Y (k ) k zi (k ) Z (k ) T (k ) N ABi ABi (k ), (1) где ABi (k ) – разность псевдодальностей, измеренных по фазе несущей частоты сигнала НКА в точках А и В;

N ABi N Bi N Ai – начальная неодно значность фазовых измерений для i-го НКА;

T ( k ) – расхождение шкал времени объектов.

Разность псевдодальностей определяется следующим образом:

ABi (k ) Bi (k ) Ai (k ), (2) где Ai (k ), Bi (k ) – псевдодальности, измеренные но фазе несущей частоты сигнала НКА в точках А и В.

Для исключения расхождения шкал времени формируют вторые раз ности между измерениями, полученными по сигналам одного НКА и всеми остальными:

k x1i (k ) X (k ) k y1i (k )Y (k ) k z1i (k ) Z (k ) N AB1i AB1i (k ), (3) i 2,3..., n(k ), где AB1i (k ) AB1 (k ) ABi (k ) – двойные разности псевдодальностсй;

k x1i ( k ) k x1 ( k ) k xi ( k ), k y1i ( k ) k y1 (k ) k yi ( k ), k z1i ( k ) k z1 ( k ) k zi ( k ) – разно сти приращений направляющих косинусов.

Рассмотрим особенности динамического метода. Проекции вектор базы запишем в следующем виде:

X ( k 1) X ( k ) X ( k 1), Y ( k 1) Y ( k ) Y ( k 1), Z ( k 1) Z ( k ) Z ( k 1). (4) ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ В свою очередь, направляющие косинусы направлений на НКА можно представить в виде k xi (k 1) k xi (k ) k xi (k 1), k yi (k 1) k yi (k ) k yi (k 1), (5) k zi (k 1) k zi (k ) k zi (k 1).

Тогда разность уравнений (5) для времени k+1 и k будет выглядеть следующим образом k xi (k 1) X (k ) k yi (k 1)Y (k ) k zi (k ) Z (k ) k xi (k )X (k 1) (4.19) k yi (k )Y (k 1) k zi (k )Z (k 1) T (k ) ABi (k ), где ABi (k 1) AB (k 1) AB (k ).

Данный подход позволяет исключить неоднозначности. Оценка про екций вектор-базы и скоростей их изменения производится с помощью фильтра Калмана [2].

LАМВDА-метод был предложен P. J. G. Teunissen в 1993 г. LAMB DA – аббревиатура от англ. Lеаstsquагеs AMBiguity Decorrelation Adjust ment. Данный метод реализован на основе целочисленного метода наи меньших квадратов с декорреляцией.

Общая схема процедуры раскрытия начальных фазовых неоднознач ностей разделяется на три этапа. На первом этапе задача определения от носительных координат решается без учета целочисленности фазовых не однозначностей. На втором этапе полученные относительные координаты используются для сужения области неопределенности начальных фазовых неоднозначностей. Там же осуществляется раскрытие фазовых неодно значностей путем выбора по какому-либо критерию неоднозначностей из области неопределенности. Третьий этап – определение составляющих вектор-базы с учетом полученных на предыдущем этапе начальных фазо вых неоднозначностей. При реализации LАМВDА-метода осуществляются все три описанных выше этапа.

Пусть N ( N1,..., N n ),( N Rn ) – вектор начальных фазовых неодно значностей, полученных после решения задачи без учета их целочисленно сти. Погрешность оценки вектора N определяется ковариационной матри цей QN. Вектор N и матрица QN могут быть получены, например, путем 20 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ решения задачи определения относительных координат по измерениям в два момента времени – в начале и конце измерительного интервала, кото рый может составлять от десятков секунд до единиц минут. Тогда вектор целочисленных начальных фазовых неоднозначностей может быть полу чен путем минимизации следующего выражения:

min( N N )T QN1 ( N N ). (6) n Z Рис. 1. Результаты экспериментального исследования погрешности работы LАМВDА-метода В данной постановке решение задачи является обычной целочислен ной оценкой по критерию наименьших квадратов. Поиск минимума осу ществляется перебором неоднозначностей в области, которая определяется значением ковариационной матрицы QN в предположении, что погрешно сти оценки вектора N распределены по нормальному закону. На практике начальные неоднозначности сильно коррелированны между собой, вслед ствие чего область поиска приобретает форму вытянутого эллипсоида. От личительной особенностью LАМВDА-метода является преобразование об ласти поиска путем декорреляции начальных неоднозначностей. Преобра зованию подвергается не только матрица QN, но и вектор N.

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ В итоге область поиска приобретает форму, близкую к сферической, что существенным образом ускоряет поиск вектора, который минимизиру ет. На практике перебор сводится к округлению до ближайшего целого числа. Затем производится обратное преобразование начальных фазовых неоднозначностей в вектор, который затем используется для оценки отно сительных координат.

По оценке автора, LАМВDA-метод является оптимальным в смысле максимума вероятности правильного разрешения начальной фазовой не однозначности.

Список литературы 1. Гарин, E. H. Применение навигационной аппаратуры ГЛО НАСС/GPS на малых летательных аппаратах / Е. Н. Гарин, В. И. Кокорин, Ю. Л. Фатеев // Современные технологии – ключевое звено в возрождении отечественного авиастроения: материалы междунар. НПК: в 2-х т. Т. 2. – Казань, 2008. – С. 35–39.

2. Гарин, Е. Н. Комплексирование средств спутниковых систем ра дионавигации с автономными навигационными системами // Современные проблемы радиоэлектроники : сб. науч. ст. / ред. : А. И. Громыко, А. В. Са рафанов;

отв. за вып.: В. В. Сухотин, С. И. Трегубов. – Красноярск : Си бирский федеральный ун-т;

Политехнический ин-т, 2007. – С. 166–169.

ББК 68. М. А. Барышев Сибирский федеральный университет, г. Красноярск МЕСТО И РОЛЬ УЧЕБНЫХ ВОЕННЫХ ЦЕНТРОВ В СИСТЕМЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ Глубокий экономический кризис, значительный отток из армии мо лодых офицеров, резкое сокращение сети высших военно-учебных заведе ний, отмена с 1 января 2008 г. призыва выпускников военных кафедр остро поставили проблему укомплектования первичных офицерских должностей высококвалифицированными кадрами.

Одним из направлений ее решения стало создание в рамках реализа ции программы «Реформирование системы военного образования в Рос 22 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ сийской Федерации на период до 2010 года» системы учебных военных центров (УВЦ), призванных стать качественно новым источником ком плектования Вооруженных сил офицерскими кадрами и новой малозатрат ной формой их подготовки.

Создание УВЦ при ведущих вузах страны рассматривается нами как отражение глубоких социальных перемен в российском обществе, объек тивного роста технологичности и наукоемкости Вооруженных сил, необ ходимости дальнейшего повышения их боевой готовности.

В настоящее время принят целый ряд нормативно-правовых актов, четко определивших статус и основные направления деятельности УВЦ, утверждены учебные программы и планы, определены объем и содержание этапов военно-профессиональной подготовки. Вместе с тем, анализ квали фикационных требований к выпускникам УВЦ позволяет сделать вывод, что, по сути, на УВЦ возложены функции, реализуемые культурой в це лом. Среди них в качестве основных мы выделяем познавательную, ин формационную, коммуникативную, интегративную и гуманистическую функции, призванные в системном единстве сформировать личность бу дущего защитника Родины, в полной мере отвечающего требованиям и ин тересам общества, Вооруженных сил, научно-исследовательских институ тов и предприятий оборонной промышленности.

Из вышеизложенного закономерно вытекает необходимость измене ния цели, расширения задач и основных направлений деятельности УВЦ.

В качестве главной цели мы выделяем подготовку офицера-патриота, об ладающего научным мировоззрением, творческим мышлением, высокой научно-методологической культурой, гармонично сочетающего фундамен тальные знания с высокой военно-профессиональной и морально-психо логической подготовкой.

Достижение указанной цели объективно требует решения целого ря да качественно новых задач, среди которых на передний план мы выделя ем вопрос интеграции интеллектуальных, материальных, финансовых и информационных ресурсов ведущих институтов университетов и создан ных при них УВЦ в органическую целостность. Нет сомнений, что подобная интеграция гражданского и военного компонентов высшего образования определяет генеральную линию развития УВЦ, позволяющую решить такие важные задачи, как реализация растущих требований к мировоззренческой, общетеоретической, методологической, профессиональной и этико гуманитарной подготовке будущих офицеров;

обеспечит высокую вероят ность их успеха в современной конъюнктуре рынка труда.

Методологической основой решения указанных задач являются сис темный, структурный, функциональный и информационный подходы, ко торые конкретизируются в следующих базовых принципах:

1. Принцип системной целостности, определяющий подготовку во енных специалистов в едином образовательном пространстве, органично ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ сочетающем фундаментальную и прикладную профессиональную подго товку, ориентированном на формирование у студентов с первых дней уче бы осознания своей будущей принадлежности к офицерскому корпусу Вооруженных cил.

2. Принцип преемственности военного образования, предполага ющий эффективное использование уникального опыта подготовки офи церских кадров, накопленного ведущими вузами родов войск Вооружен ных сил и преимуществ университетского образования.

3. Принцип гармоничного согласования федерального, регионального и военного компонентов высшего профессионального образования, в полной мере отвечающего требованиям государственного образовательного стандар та, позволяющего выпускнику УВЦ одновременно с дипломом специалиста государственного образца приобрести глубокие военно-профессиональные знания, умения и навыки военного инженера инновационного типа.

4. Принцип единства образовательного и инновационного процессов, требующий органического соединения фундаментальной и военно профессиональной подготовки с научными исследованиями, внедрение в учебный процесс достижений научно-технического процесса, педагоги ческой науки и эпистемологии.

Практическая реализация указанных принципов позволила получить весьма плодотворные результаты. Об этом убедительно свидетельствует опыт создания в Сибирском федеральном университете Института военно го обучения, аккумулировавшего значительные интеллектуальные, инфор мационные, материальные и финансовые ресурсы, создавшие в своей со вокупности прочную основу его функционирования и дальнейшего устой чивого развития. При этом уместно отметить, что научный потенциал Ин ститута военного обучения представлен видными гражданскими учеными – представителями базовых отраслей науки, а также военными учеными, большинство которых являются преподавателями и выпускниками ста рейшего в войсках ПВО Красноярского высшего командного училища.

Вместе с тем мы выделяем группы взаимосвязанных проблем, реше ние которых предполагает диверсификацию основных направлений дея тельности УВЦ, что позволит выйти на качественно новый уровень подго товки выпускников:

1. Повышение качественного уровня профессорско-преподавательск ого состава.

2. Разработка и внедрение в учебный процесс систем (методов) ин тенсивного обучения, максимально адаптированных к специфике УВЦ.

3. Концептуализация и генерализация военно-технических знаний, обобщение методологических подходов к проблемам военной техники и военной деятельности, базирующихся на наиболее общих принципах и законах этих социальных феноменов.


24 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ 4. Сохранение и расширение контингентной базы УВЦ.

5. Совершенствование материально-технического обеспечения учеб ного процесса.

Обращаясь к первой группе проблем, отметим, что их решение пред полагает прежде всего диверсификацию кадровой политики, исключающей практику комплектования УВЦ и военных кафедр по так называемому «остаточному принципу». Анализ показывает, что в его основе лежит глу боко ошибочная точка зрения, согласно которой преподавателем может стать любой подготовленный в своей области специалист. Примерами реа лизации этой точки зрения являются случаи назначения офицеров, не имеющих базового образования по профилю УВЦ, опыта службы по пре подаваемой военно-учетной специальности либо по состоянию здоровья, по семейным обстоятельствам, утративших перспективу в службе, и даже офицеров, чьи морально-деловые качества просто не соответствуют нор мам организации и саморегуляции высшей школы. Тем самым вымывают ся профессионализм и мастерство, методический опыт, а вместе с ними – и военная составляющая учебного процесса.

В этой связи отметим, что педагог всегда был, есть и будет ведущей фигурой учебно-воспитательного процесса, частью интеллектуальной элиты общества. В то же время преподаватель УВЦ является для студентов прежде всего кадровым офицером Вооруженных сил, формирующим у них пред ставление о качественном уровне всего офицерского корпуса и в конечном итоге – отношение к военной службе и к Вооруженным силам в целом.

Отсюда вытекают повышенные требования общества к преподавате лю УВЦ, во-первых, как к военному профессионалу;

во-вторых, как к вос питателю молодежи (нравственный облик, культура, мышление, выдержка, самообладание, терпение, такт, требовательность и уважение к личности обучаемого);

в-третьих, как к педагогу (глубокое знание не только своего предмета, но и законов общества, его социальных институтов и перспектив их развития, основ экономики, права, управления и т. д.).

Вышеизложенное в полной мере определяет направление кадровой политики, призванной в строгом соответствии с Порядком замещения должностей работников УВЦ обеспечить приток из войск инициативных, грамотных, имеющих богатый боевой и войсковой опыт офицеров и ис ключить практику направления в УВЦ по мотивам и обстоятельствам, не связанным со стремлением заниматься научно-педагогической деятельно стью. При этом ключевую роль в принятии решения о назначении офицера на должность преподавателя должен сыграть вывод о профессиональной пригодности кандидата к педагогической деятельности, а сама преподава тельская деятельность, подкрепленная системой реально работающих ма териальных, экономических и моральных стимулов, должна рассматри ваться как важная ступенька служебного роста офицера.

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ Вместе с тем специфика военно-педагогической деятельности за ключается в непрерывном и систематическом совершенствовании про фессионального мастерства преподавателей, повышении эффективности использования интеллектуальных ресурсов. Поставленная проблема в условиях прямого соприкосновения УВЦ с вузовской наукой, передо выми достижениями научно-технической и педагогической мысли в полной мере актуализирует вопрос диверсификации научной деятельно сти, которая, к сожалению, действующими положениями просто не пре дусмотрена.

Здесь важно отметить, что военная деятельность представляет собой наиболее наукоемкую и экономически «тяжелую» сферу общества, тре бующую особо эффективной организации и управления. Как показывает опыт зарубежных стран и России, метод проб и ошибок в военной сфере не раз приводил к острейшим кризисам государственных систем, непосиль ным тяготам народов, огромным человеческим и материальным жертвам.

И чтобы оптимально организовать военную деятельность и управлять ею, будущие выпускники УВЦ должны знать объективные законы строения, функционирования и развития этого чрезвычайно сложного объекта.

Изложенное позволяет в качестве основных направлений научной деятельности УВЦ выделить военно-техническое, педагогическое, военно науковедческое, техниковедческое и оперативно-тактическое. В то же время указанные направления должны быть дополнены «реанимацией» таких хо рошо известных и эффективных форм повышения квалификации препода вательского состава, как выполнение плановых и инициативных научно исследовательских работ, участие в учениях войск, испытаниях новых об разцов вооружения и военной техники. Очевидно, что успешная разработка указанных проблемных направлений позволит существенно повысить каче ственный уровень преподавательского состава и выпускников УВЦ;

решить вопросы воспроизводства научных кадров высшей квалификации;

проблему соответствия УВЦ требованиям, предъявляемым в ходе государственной ат тестации и аккредитации вузов;

существенно усилить роль УВЦ в образова тельном и культурном пространстве регионов и страны в целом.

В продолжение обсуждения поставленных вопросов отметим ис ключительную актуальность проблемы разработки и широкого внедре ния в учебный процесс в качестве его структурно-содержательной серд цевины систем (методов) интенсивного обучения, максимально адапти рованных к специфике учебных военных центров, призванных стать од ним из основных источников комплектования офицерского корпуса. Это объективно ориентирует учебный процесс на подготовку руководителя профес-сионала, способного эффективно управлять своим подразделе нием в условиях боевой обстановки и в повседневной деятельности, ру ководителя-методиста, умеющего грамотно обучать и воспитывать под чиненных.

26 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ Здесь представляется уместным обратить внимание на два важных момента. Во-первых, высокие темпы роста и старения научной информации, быстрая, 2–3-летняя смена поколений техники и технологий, инерционно продолжающаяся ориентация на усвоение обширного эмпирического мате риала актуализируют вопрос разработки и широкого применения систем (методов) интенсивного обучения, сочетающих нормализацию напряженно сти труда преподавателей и студентов и обеспечивающих достижение его максимальной производительности и эффективности. Во-вторых, перепле тение указанных факторов объективно «обрекают» студента первого курса УВЦ на освоение этапов развития техносферы и военной деятельности, ко торые к моменту его выпуска станут уже достоянием истории. Поэтому на передний план выходят вопросы концептуализации и генерализации воен но-технических знаний, обобщения методологических подходов к пробле мам военной техники и военной деятельности, базирующихся на наиболее общих принципах и законах этих социальных феноменов.

Нет сомнений, что к решению этих сложных задач имеет прямое от ношение разработка вышеуказанных научных направлений и прежде всего военного науковедения и техноведения, относимых к метанаучному уров ню отражения военной науки, техники и военного дела. Конкретизируя из ложенное, отметим, что эти отрасли знания в качестве своих основных проблемных областей выделяют философские и общетеоретические во просы военной деятельности, военной науки и техники, а также проблемы истории, экономики, этики, эстетики, культуры, управления, планирования прогнозирования и организации этих чрезвычайно сложных социальных феноменов.

Вполне очевидно, что полученные здесь результаты могут и должны быть применены для решения широкого круга задач, связанных с форми рованием человеческого фактора: реализация растущих требований к ми ровоззренческой, научной, методологической и этико-гуманитарной под готовке профессорско-преподавательского состава и выпускников УВЦ;

разработка и преподавание базовых дисциплин и спецкурсов, а также обеспечение единства учебного, научного и инновационного процессов в интересах развития видов и родов Вооруженных сил военно промышленного комплекса Российской Федерации.

В последние годы отчетливо проявляются устойчивая тенденция к снижению числа студентов, годных по состоянию здоровья к обучению по военно-учетным специальностям, последствия наблюдаемого со второй половины 80-х гг. ХХ в. резкого спада рождаемости. Но наибольшую оза боченность вызывает ситуация в ценностных установках молодежи на службу в армии, которые в условиях сложившейся вокруг Вооруженных сил негативной атмосферы, низкого материального положения молодых офицеров и их семей существенно изменились за последние годы. Други ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ми словами, значительная часть интеллектуально одаренной молодежи не видит никаких перспектив в службе в Вооруженных силах, предпочитая сразу после окончания вуза поступить в аспирантуру, уйти в коммерческие и банковские структуры, выбрать постоянное место жительства и работы за пределами России. Взаимное переплетение этих факторов выдвигает на передний план многогранную по своей природе проблему сохранения и расширения контингентной базы УВЦ.

Отмеченные выше факторы являются серьезным основанием для по становки вопроса о расширении на федеральном уровне системы реально работающих материальных, экономических и моральных стимулов, при званных существенно повысить социальный статус офицеров Вооружен ных сил и соответственно престиж и привлекательность военной службы.

Иными словами, речь идет о наполнении понятия социальная защищен ность офицеров и членов их семей реальным содержанием.

Одновременно рассмотренный аспект должен быть дополнен ди версификацией системы воспитательной работы, предполагающей, на наш взгляд, включение в структуру УВЦ должностей офицеров воспитателей. В качестве основных задач воспитательной работы мы вы деляем формирование у студентов УВЦ чувства патриотизма и гордости за свою страну, принадлежности к Вооруженным Силам, добросовестного отношения к учебе, стремления в совершенстве овладеть выбранной спе циальностью, высоких морально-деловых качеств и ответственности за выполнение воинского долга. Как показывает опыт Института военного обучения Сибирского федерального университета, эффективное решение указанных задач предполагает широкое участие курсантов и студентов в общественной и культурной жизни города и края, проведение встреч с ве теранами Великой Отечественной войны, локальных войн и конфликтов, дней открытых дверей, выставок вооружения и военной техники, активи зацию военно-патриотической работы с учащимися подшефных школ и лицеев.


Нет сомнений, что принятие наших предложений на федеральном уровне и их закрепление в нормативно-правовых актах позволит сущест венно повысить привлекательность обучения в УВЦ и службы в Воору женных силах, значительно расширить контингентную базу УВЦ и закре пить интеллектуально одаренную молодежь в Вооруженных силах.

Наконец, исключительную актуальность в современных условиях представляет общая для УВЦ и военных кафедр проблема материально технического обеспечения учебного процесса. Она находит свое отражение в недостаточном количестве или полном отсутствии новых образцов воо ружения, значительном моральном и физическом износе техники и учебно тренировочных средств, низкой укомплектованности приборами и учеб 28 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ным имуществом радиационной, химической и биологической защиты, по военной топографии, военно-медицинской подготовке и т. п.

Причины, породившие данную проблему, общеизвестны и не уди вительно, что управления и службы военных округов, на которые воз ложена обязанность обеспечения УВЦ, в первую очередь снабжают бое вые соединения и части. Возражая против такого «остаточного принци па», следует отметить, что уже завтра наши выпускники придут в войска и встретятся с новейшими образцами вооружения и техники, поступаю щими в части и подразделения. В качестве плодотворной попытки реше ния поставленной проблемы можно привести опыт укомплектования Института военного обучения Сибирского федерального университета современными образцами техники, а также изучения его студентами со временных образцов радиолокационного вооружения, развернутых в ау диториях и на позиции учебно-тренировочного центра в/ч (г. Красноярск).

Одновременно следует отметить, что в сложившихся экономических условиях (высокая стоимость вооружения и военной техники, рост цен на электроэнергию и горюче-смазочные материалы) наиболее перспективным становится вопрос оснащения УВЦ тренажно-имитационными комплекса ми, выпуск которых уже давно освоен промышленностью. С ним тесно связан вопрос оснащения УВЦ персональными ЭВМ. Теория и практика работ в области компьютеризации вузов, вскрывая огромные дидактиче ские возможности использования ПЭВМ, показывает, что в современных экономических условиях это направление является основным в создании высокоэффективных мультимедийных лабораторных комплексов и ин формационных технологий в целом, в полной мере соответствующих уровню развития военного дела, науки и техники. При этом мы считаем, что обеспечение учебно-воспитательного процесса современными образ цами вооружения, военной техники и персональными ЭВМ, техническими средствами обучения должно стать заботой в первую очередь, самого за казчика и рассматриваться как важнейшее условие подготовки квалифици рованных офицеров.

Резюмируя изложенное, отметим, что решение поставленных про блем позволит УВЦ трансформироваться в высокоинтеллектуальные ин ституты военного обучения инновационного типа, стать важным источни ком комплектования Вооруженных сил военными специалистами, в пол ной мере отвечающими растущим требованиям общества, и тем самым за нять достойное место в системе высшего образования, культурном про странстве регионов и страны в целом.

ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ УДК 82.035:004. В. А. Разумовская Сибирский федеральный университет, г. Красноярск ИНФОРМАЦИОННАЯ ЭНТРОПИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА И ЕЕ ПРЕОДОЛЕНИЕ В ПРОЦЕССАХ ПОНИМАНИЯ И ПЕРЕВОДА В последние десятилетия в мире наметилась очевидная тенденция к выявлению и рассмотрению универсальных категорий, которые могут описать процессы и явления, происходящие в столь различных (на первый взгляд) областях духовной и интеллектуальной деятельности человека, как наука и искусство. Поиском объединяющих науку и искусство факторов занимаются представители различных научных областей. К настоящему времени уже появились определенные интересные результаты. К несо мненно ярким явлениям в данном контексте можно отнести книгу Дж. Кальоти «От восприятия к мысли» [3, 10], посвященную динамике не однозначного и нарушению симметрии в науке и искусстве. Оригинальное название книги, написанной на итальянском языке, звучит следующим об разом: «Simmetrie infrante nella scienza e nell'arte» («Нарушенная симметрия в науке и искусстве») [11]. В английском переводе книга вышла в свет под названием «The Dynamics Of Ambiguity» («Динамика неоднозначного») [12]. Уже в оригинальном заглавии книги и в ее переводных вариантах представлены некоторые искомые универсальные категории: восприятие, мысль (мышление), неоднозначное, симметрия.

Объектом нашего исследования является перевод и, если быть более точными, то перевод художественный. Многовековая история практики художественного перевода и сравнительно продолжительная история его теории убедительно демонстрируют, что перечисленные выше универ сальные категории актуальны и для художественного перевода. Вспомним популярную идею о том, что художественный перевод лежит на пересече нии науки и искусства, о чем неоднократно говорили как практические пе реводчики, так и теоретики художественного перевода [7]. По мнению египетского переводоведа М. Энами, перевод – это современная наука, на ходящаяся на стыке философии, лингвистики, психологии и социологии [13]. Литературный перевод можно, безусловно, отнести ко всем этим на учным областям. Он взаимодействует с различными видами искусства, а также с многочисленными культурными и интеллектуальными дисцип линами. До настоящего времени перевод не был сведен к абсолютным на учным правилам, что дает возможность для различий в методиках, прие 30 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ мах и результатах процесса перевода. Несомненно, что данные различия во многом определяются личностью переводчика. Если художественный пере вод – это искусство, то это в значительной степени искусство глубоко субъективное.

Таким образом, перевод – это и наука, и искусство, и переводческий опыт. Наукой перевод является в том отношении, что он требует сформи рованного знания структуры и системы двух языков, включенных в про цесс перевода. Искусством перевод может признаваться на том основании, что требует художественного таланта для реконструкции оригинального текста в форму переводного продукта, который будет воспринят и осмыс лен читателем, не знакомым с оригинальным текстом. Перевод – это также и опыт, потому что он влечет за собой возможность принятия решений на перевод и преодоления сложностей перевода с использованием различных переводческих приемов. Перевод можно определить популярным неотер мином science-art. Гипотетически перевод выступает как своеобразная гиб ридная наука или, с другой стороны, гибридное искусство.

Одной из важных характеристик художественного текста и художе ственного перевода является регулярная неоднозначность. Именно такая неоднозначность обеспечивает многочисленные интерпретации информа ции (содержания) художественного текста как в пределах собственной культуры и языка, так и при перекодировании текста средствами другого языка и культуры. Неоднозначность лежит в основе таких явлений худо жественного перевода как неисчерпаемость оригинала и переводческая множественность [5], предполагающих его потенциальную поливариант ность и полилингвальность.

Дж. Кальоти анализирует понятие неоднозначности как на уровне восприятия, так и на художественном и культурном уровнях. Исследуя по нятие неоднозначного, Дж. Кальоти наглядно демонстрирует современный процесс стирания граней между гуманитарными и точными науками. По ложительной стороной данного процесса является переход от фрагментар ности и узкой специализации в восприятии окружающего нас мира к ком плексности и всеобъемлемости в постижении мира и составляющих его процессов и явлений. Данный подход итальянского физика во многом со звучен с исследовательским принципом другого известного физика – Н. Бора, сформулировавшего широко известный принцип дополнительно сти [1]. Принцип дополнительности Н. Бора позволяет рассматривать раз личные явления науки и искусства как цельные единицы, совмещающие континуальность мышления и дискретность восприятия, что требует инте гративного подхода к изучению данных явлений. Одним из таких явлений и процессов и выступает перевод.

Будучи одним из древнейших видов человеческой деятельности, пе ревод возник непосредственно после развития у человека второй знаковой ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ системы, позволяющей ему вступать в акт коммуникации на вербальном уровне, и развившегося в дальнейшем многоязычия человечества. Многове ковая практика перевода (сначала перевода устного, а потом и письменного) привела к возникновению теории перевода, включающей в себя и теорию художественного перевода. Обзор многочисленных воззрений на явление художественного перевода не является задачей данного исследования. Ос тановимся лишь на основных современных подходах к решению проблем, характеризующих данную область перевода. Все существующие в настоя щее время теории можно отнести к двум направлениям. Первое направле ние представлено исследователями – транслятологами, которые подходят к решению вопросов художественного перевода с лингвистических позиций и принимают во внимание, прежде всего, лингвистические параметры ис ходного и переводного текстов, а также процесса перевода. Второе направ ление – это сопоставительное литературоведение, в рамках которого акцент делается на то, что переводческому перекодированию подвергаются, преж де всего, тексты литературные, являющиеся неотъемлемой частью литера туры и культуры языка-источника.

И будучи переведенными на другой язык, эти «новые» художественные тексты должны занять определенное ме сто в литературе и культуре языка-перевода. В данном контексте плодо творной является идея А. Лефевера о наличии национальных текстовых и культурных решеток, в рамках которых литературные тексты занимают определенное место [9]. Поэтому художественный перевод должен осуще ствляться с учетом как позиции художественного текста в рамках ориги нальной культурной решетки, так и с учетом потенциальной позиции дан ного текста в культурной решетке языка перевода. Литературоведческое и лингвистическое направления в переводоведении ведут относительно не зависимое существование. В настоящий момент трудно назвать авторскую или национальную теорию перевода, которая гармонично и эффективно со четала бы два данных направления. Поскольку настоящее исследование выполнено преимущественно в рамках лингвистической теории перевода, то одной из основных задач является описание переводческих механизмов, обеспечивающих наиболее полную передачу формально-содержательных параметров оригинального текста в тексте переводном. Для решения данной задачи и была предпринята попытка использовать универсальные общена учные категории, позволяющие по-новому рассмотреть переводческие про цессы и полнее раскрыть природную междисциплинарность перевода как вида опосредованной межкультурной и межъязыковой коммуникации.

И такое использование представляется нам достаточно плодотворным.

Отталкиваясь от динамики восприятия, Дж. Кальоти относит к факто рам, объединяющим (унифицирующим) науку и искусство такие категории, как симметрию, энтропию, порядок, информацию и неоднозначность [3, с.

14]. Рассматривая неоднозначное в отношениях между человеком и природ 32 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ными структурами, исследователь сначала обращается к рассмотрению таких категорий, как симметрия и порядок. Вслед за Р. Арнхеймом [8] Дж. Кальоти не считает данные категории эквивалентными. Порядок предполагает суще ствование простейшей, наиболее симметричной, наиболее регулярной фор мы. У Р. Арнхейма понятия порядка и простоты близки, но Дж. Кальоти вы сказывает мнение, что данные понятия не должны идентифицироваться с симметрией и определяет симметрию как инвариантность при преобразова ниях [3, с. 24]. Наиболее общее определение симметрии можно найти у Г. Вейля, который считает, что симметричным является такой предмет, с ко торым можно сделать нечто, не изменяя этот предмет [2]. Для системных объектов, состоящих из эквивалентных (в каком-то смысле) частей (элемен тов), таким нечто являются преобразования обмена частей объекта, при ко торых сохраняется структура системы в целом, т. е. полная совокупность элементов системы и отношений связи между ними, в которых они находи лись до выполнения преобразования. Группу преобразований (в математиче ском смысле) составляет полная совокупность преобразований, сохраняющая фиксированный объект. Такая совокупность, что любой паре последователь но выполняемых преобразований соответствует заменяющее их какое-то од но преобразование, также входящее в совокупность и приводящее к тому же самому результату. Для каждого преобразования имеется обратное, входящее в совокупность, возвращающее предмет в исходное состояние, такое, что по следовательное выполнение прямого и обратного преобразования эквива лентно отождествлению. Вопросы соотношения порядка и хаоса рассматри вались в научной литературе и ранее. Наиболее известной является школа И. Пригожина [4]. Рассуждая о высших формах симметрии, Дж. Кальоти раз деляет мнение А. В. Шубникова и В. А. Копцика о том, что «поведение сим метрии как функции состояния изолированной системы коррелирует с пове дением ее энтропии. Наивысшая симметрия достигается в состоянии равно весия систем» [6]. С точки зрения Дж. Кальоти наивысшая симметрия дости гается при наибольшей энтропии и, следовательно, при наибольшем беспо рядке [3, с. 24]. Энтропия выступает мерой изменения системы в процессе ее эволюции. Неоднозначность возникает именно в точке пересечения энтропии (изменения, беспорядка) и сохранения. Неоднозначность играет центральную роль среди факторов, унифицирующих науку и искусство. Именно там, «где наука сходится с искусством, где истина встречается с красотой, а красота с природой, язык становится одновременно аналитическим и синтетическим, точным и многозначным, рациональным и образно-интуитивным, эзотериче ским и экзотерическим. Одним словом, он становится неоднозначным» [3, с. 71]. Существование двух взаимоисключающих, несовместимых друг с дру гом аспектов порождает неоднозначность. С другой стороны, Дж. Кальоти считает, что неоднозначность проявляется также и в точке пересечения сим метрии (неразличимости) и информации (устранения неопределенности). Та ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ ким образом, на первый план выдвигаются такие универсальные научные ка тегории, как энтропия и сохранение, информация и порядок, симметрия и не однозначность.

Понятие энтропии было введено в научный оборот в XIX веке немец ким ученым Клаузиусом в качестве характеристики степени беспорядка.

С помощью энтропии стало возможным оценить такие качественные поня тия, как порядок (или структура) и беспорядок (или хаос). Лексическая еди ница «энтропия» в переводе с греческого означает «круговорот», «взаимный переход», «превращение». В физических науках энтропия рассматривается следующим образом. При существовании только одного микросостояния энтропия равна нулю (что соответствует полному порядку, т. е. отсутствию беспорядка). При увеличении числа микросостояний энтропия возрастает.

В настоящее время наметилась тенденция использования данного термина термодинамики и в других научных областях. Концепции физической и ин формационной энтропии стали применять к лингвистическим и биологиче ским, финансовым и налоговым, числовым и экономическим, социальным и военным системам [8]. Для простых систем энтропия есть функция пере менных, определяющая состояние равновесия. Для сложных изолированных систем суть энтропии – стремиться достигнуть максимального значения при равновесии [3, с. 97]. Энтропия является функцией состояния системы и служит мерой преобразования или эволюции системы. Общепризнанным считается тот факт, что природные структуры подразделяются на две груп пы. Анализируя структуры, находящиеся вблизи термодинамического рав новесия, Дж. Кальоти утверждает, что инвариант, сохраняемый при преоб разовании или энтропийной эволюции систем и есть симметрия. Вторую группу представляют диссипативные структуры, удаленные от термодина мического равновесия. При преобразовании негэнтропийной (идущей с уменьшением энтропии) эволюции неизолированных систем вдали от термодинамического равновесия сохраняется информация и/или порядок [3, с. 25–30]. Исследователь считает, что неоднозначность играет центральную роль в динамическом разрешении противоречий, присущих взаимодейст вию человека с «потребляемым» художественным объектом или объектом научного исследования и определяет неоднозначность как «сосуществова ние в критической точке двух взаимоисключающихся аспектов или схем объективной реальности, которые становятся физически наблюдаемыми в процессе восприятия…» [3, с. 33] Именно значение «превращение» является крайне важным для пере водческих процессов, так как превращение текста-оригинала в текст перевод можно рассмотреть как сложное преобразование начального и ко нечного состояний.

Мы можем экстраполировать данное суждения на преобразование оригинального текста при переводе и гипотетически предположить, что 34 ПЛЕНАРНЫЕ ДОКЛАДЫ в случае информативного перевода необходимым является сохранение ин формации, а художественный перевод, и особенно перевод поэтический, предполагает сохранение как информации, так и симметрии. Сохранение симметрии в процессе поэтического перевода является обязательным пока зателем того, что перевод поэтический состоялся. Своеобразие поэтиче ского текста основывается, прежде всего, на равновесии его формальных и содержательных характеристик в условиях энтропии. Размышляя о соот ношении энтропии и информации, можно увидеть, что в настоящее время определилась тенденция, стимулированная сближением «двух культур»

(наука и искусство). Данная тенденция полностью справедлива и для опе раций, составляющих сущность процесса перевода. Переводной текст должен быть симметричен оригинальному тексту, поскольку обязательным условием успешности перевода является сохранение смыслового инвари анта. Включение элементов симметрии в структуру художественного про изведения является первостепенной потребностью эстетического характера в искусстве. «Симметрия и новый порядок, вызываемый ее нарушениями, – это две ценности, принадлежащие науке, восприятию и искусству. Сим метрия вновь обращается к нам невозможностью зафиксировать измене ния, вызванные ее преобразованиями: симметрия – это то, что не изменя ется, сохраняется в ходе энтропийной эволюции системы» [3, с. 79].

Учитывая сложное системно-структурное устройство художествен ного текста, предназначенного для выполнения эстетической функции, можно применить понятие энтропии и для описания информации художе ственного текста, являющейся изоморфной суммой формальных и содер жательных параметров. Процессу перевода предшествует процесс понима ния оригинального художественного текста, что предполагает преодоление информационной энтропии оригинала. Следующим этапом становится преодоление энтропии процесса перевода и воссоздание информационной энтропии в тексте перевода.

Список литературы 1. Бор, Н. Атомная физика и человеческое познание [Текст] / Н. Бор. – М. : Иностр. лит., 1961. – 152 с.

2. Вейль, Г. Симметрия [Текст] / Г. Вейль. – М. : Наука, 1968. – 192 с.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.