авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |

«Министерство Образования и Науки Российской Федерации МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ СИБИРСКИЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНСТИТУТ ВОЕННОГО ...»

-- [ Страница 13 ] --

В настоящее время НИР и ОКР по разработке систем КВ-связи прово дятся в основном в интересах Министерства обороны РФ. В связи с этим ис следовались вопросы использования разрабатываемых мобильных КВ-систем связи в составе систем связи тактического и оперативного звена управле ния Вооружённых сил [18]. Разработаны модели перспективной сети де каметровой связи, методики оценки достоверности передачи сообщений и алгоритм управления частотно-временным ресурсом адаптивной радио СЕКЦИЯ линии декаметровой связи с ППРЧ в условиях сложной радиоэлектронной обстановки [19]. Однако в связи реорганизацией Российской академии Су хопутных Вооружённых сил темп исследований в этом направлении суще ственно снизился.

По результатам проведенных исследований защищены докторская [15] и одна кандидатская диссертации, представлена в специализирован ный совет одна диссертационная работа. Получены патенты РФ на изобре тения [16, 17], разработаны и экспериментально исследованы: терминал абонента, интерфейсные устройства для взаимодействия с радионавигаци онной системой ГЛОНАСС, высокоэффективная автомобильная антенна КВ-диапазона. В 2009 г. при ОНИИП и ОмГТУ создана совместная науч но-исследовательская лаборатория систем мобильной КВ-, СВ-связи. Про веден большой объём работ по рекламе проекта на международных вы ставках военной техники и вооружений Сухопутных войск (ВТВ-2005, 2007), международных выставках (Ганновер-2007).

Заключение.

В статье показана перспективность использования систем КВ-связи при создании резервной глобальной сети связи двойного назначения, а так же в качестве систем глобального мониторинга, интегрированных с суще ствующими сетями УКВ и спутниковой связи.

Предложенные методы и средства повышения надёжности и развед защищённости мобильных систем КВ-связи существенно повышают их конкурентоспособность.

Для практической реализации глобальной системы КВ-диапазона двойного назначения необходима координация усилий НИИ, научных ла бораторий вузов и предприятий гражданского и оборонного назначения.

Координация работ должна проводиться как минимум на уровне субъектов Сибирского соглашения.

Необходимо изыскать источники инвестирования средств на первом этапе разработки системы, включая и федеральное финансирование. Раз мещение заказов на изготовление периферийного приемопередающего оборудования, абонентских терминалов, интерфейсного оборудования в дальнейшем должно координироваться соответствующими структурами управления проектами.

Список литературы 1. Исаков, Е. Е. Технологические проблемы построения транспорт ных сетей систем военной связи / Е. Е. Исаков. – СПб., 2004. – 328 с.

2. Корпоративные системы спутниковой и КВ-связи / под ред.

А. А. Смирнова. – М. : Эко-Трендз, 1997. – 132 с.

466 СЕКЦИЯ 3. Коноплева, Е. Н. О расчете надежности радиосвязи на коротких волнах / Е. Н. Коноплева // Электросвязь. – 1967. – № 11. – С. 36–38.

4. Головин, О. В. Декаметровая радиосвязь / О. В. Головин. – М. :

Радио и связь, 1990. – 240 с.

5. Головин, О. В. Зоновая радиосвязь с вынесенным ретранслятором / О. В. Головин, В. М. Розов // Радиотехника. – 1985. – № 4. – С. 7–9.

6. Хазан, В. Л. Система декаметровой мобильной автоматической радиосвязи «Марс» / В. Л. Хазан // Техника радиосвязи. – 1998. – Вып. 4. – С. 59–66.

7. Хазан, В. Л. Декаметровая активная пейджинговая система радио связи с удалёнными базовыми ретрансляторами / В. Л. Хазан // Изв. вузов России. Радиоэлектроника. – 2005. – Вып.2. – С. 53–59.

8. Комарович, В. Ф. КВ-радиосвязь. Состояние и направление разви тия / В. Ф. Комарович, В. Г. Романенко // Зарубежная радиоэлектроника. – 1990. – № 12.

9. Майстренко, В. А. Организация систем связи континентального мониторинга / В. А. Майстренко, Д. В. Федосов, В. Л. Хазан // Радиолока ция, навигация и связь : Труды XI Междунар. научн.-техн. конференции, Т. III. – Воронеж : Изд-во НПФ «САКВОЕЕ» ООО, 2005. – С. 2067–2074.

10. Майстренко, В. А. Комбинированная КВ-УКВ сеть мобильной радиосвязи со свободным доступом пользователей / В. А. Майстренко, В. Л. Хазан, Д. В. Федосов / раздел 3.3 монографии «Инфокоммуникацион ные системы и технологии: проблемы и перспективы / под ред. профессора А. В. Бабкина. – СПб. : Изд-во Политехн. ун-та, 2007. – С. 169–184.

11. Майстренко, В. А. Декаметровая сеть связи для мониторинговых систем / В. А. Майстренко, В. Л. Хазан, Д. В. Федосов, Д. А. Корнев // Природные и интеллектуальные ресурсы Сибири (СИБРЕСУРС-13-2007) :

докл. 13-й Междунар. НПК. – Томск : САН ВШ, В-Спектр, 2007. – С. 141–144.

12. Майстренко, В. А. Передача дискретных сообщений по каналам радиосвязи с использованием абсолютного времени для тактовой и цик ловой синхронизации / В. А. Майстренко, В. Л. Хазан, В. В. Майстренко // Материалы IХ Междунар. конф. «Актуальные проблемы электронного приборостроения (АПЭП-2008)». Т. 3. – Новосибирск, 2008. – С. 83–89.

13. Хазан, В. Л. Способ передачи сообщений по каналам с фазовой манипуляцией / В. Л. Хазан, Д. В. Федосов, Д. А. Корнев // Электросвязь. – 2009. – № 2.

14. Майстренко, В. А. Особенности построения и функционирова ния мобильных КВ-сетей связи / В. А. Майстренко, В. Л. Хазан, Д. В. Фе досов // Науч.-техн. Ведомости СПбГПУ. Сер. Информатика, телекомму никации, управление. – № 6(69)-2008. – СПб. : Изд-во Политехнического университета. – С. 38–48.

СЕКЦИЯ 15. Хазан, В. Л. Методы и средства проектирования каналов дека метровой радиосвязи: дис. д-ра техн. наук / В. Л. Хазан. – М. : МЭИ, 2009.

16. Патент RU (11) 2351074 (13) C2. Региональная сеть мобильной связи и абонентский терминал / Хазан В. Л., Федосов Д. В. Зарегистриро ван в государственном реестре изобретений РФ 27.03.2009. Приоритет изобретения 17.01.2007.

17. Патент RU (11) 2336635 (13) C1. Сеть коротковолновой радио связи для передачи дискретных сообщений / Хазан В. Л., Федосов Д. В. За регистрирован в государственном реестре изобретений РФ 20.10.2008.

Приоритет изобретения 17.01.2007.

18. Майстренко, В. А. Перспективы развития систем связи тактиче ского и оперативного звена управления / В. А. Майстренко, С. Д. Коровин // Радиолокация, навигация и связь : Труды XI Междунар. научн.-техн. конф.

Т. 3. – Воронеж : Изд-во НПФ «САКВОЕЕ» ООО, 2005. – С. 2035–2039.

19. Майстренко, В. А. Алгоритм управления частотно-временным ре сурсом адаптивной радиолинии декаметровой связи с ППРЧ в условиях сложной радиоэлектронной обстановки / В. А. Майстренко, С. Д. Коровин // Радиолокация, навигация и связь : Сб. докл. XIII Междунар. научн.-техн.

конф. Т. 2. – Воронеж : Изд-во НПФ «САКВОЕЕ» ООО, 2007. – С. 1109–1115.

УДК 621.396.677. А. С. Аникин, А. С. Вершинин, М. В. Крутиков НИИ РТС ТУСУР, г. Томск ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЩЕЛЕВЫХ СПИРАЛЬНЫХ АНТЕНН В МАЛОГАБАРИТНОМ ПЕЛЕНГАТОРЕ САНТИМЕТРОВОГО ДИАПАЗОНА В задачах определения местоположения источников радиоизлучений широко используются радиопеленгаторы, в частности амплитудные. В ус ловиях необходимости миниатюризации аппаратуры возникают сложно сти, связанные с возможностью уменьшения габаритных размеров антен ной системы. В работах [1, 2] рассмотрено использование в антенной сис теме пеленгатора антенных элементов на основе архимедовых спиральных антенн в микрополосковом исполнении. Поперечный размер этих антенн 468 СЕКЦИЯ определяется нижней границей частотного диапазона, а продольный – длиной согласующего трансформатора. Использование ортогональности Е и Н компонент электромагнитного поля позволяет сократить продольный габарит антенного элемента. Подход к реализации этой идеи описан в [3].

В настоящей работе рассматривается антенная система малогабарит ного амплитудного радиопеленгатора, работающего по методу равносиг нальной зоны, с использованием однонаправленных щелевых спиральных антенных элементов в диапазоне частот 8–18 ГГц.

Точность пеленгования зависит от формы ДН антенных элементов.

Форма ДН должна быть гладкая, т. е. должна иметь в каждой точке произ водную, причем функция производной от ДН имеет один нуль в главном лепестке ДН в области оптической оси антенного элемента. Кривая, опи сывающая ДН, должна быть монотонной по обе стороны от максимального значения в главном лепестке. С использованием пакета моделирования CST рассчитан антенный элемент диапазона частот 8–18 ГГц на основе конструкции [3]. Антенный элемент, представленный на рис. 1, состоит из печатной платы и корпуса с рефлектором. На одной стороне печатной пе чатной платы выполнена щелевая спираль, а на обратной стороне установ лен спиралевидный трансформатор, который запитывает щелевую спираль и согласует её с линией волновым сопротивлением 50 Ом. Витки щелевой спирали оканчиваются согласующими резисторами, сопротивление кото рых изменяется по закону, описанному в [3]. Рефлектор расположен со стороны щелевой спирали.

Согласующие резисторы Спиралевидный трансформатор Щелевая спиральная антенна Корпус антенного элемента Рис. 1. Конструкция антенного элемента на основе щелевой спиральной антенны Для моделирования была выбрана щелевая спираль диаметром 14,2 мм, помещенная в корпус диаметром 19,6 мм, причем расстояние ме жду щелевой спиралью и рефлектором составляло 2 мм. Расчетные ДН ан тенного элемента показаны для частот 8, 12, 14, 16 и 18 ГГц на рис. 2–6.

СЕКЦИЯ Рис. 2. ДН на 8 ГГц Рис. 3. ДН на 12 ГГц Рис. 5. ДН на 16 ГГц Рис. 4. ДН на 14 ГГц Рис. 6. ДН на 18 ГГц Для работы амплитудного радиопеленгатора, принимающего сигнал любой поляризации, требуется два спиральных антенных элемента с про тивоположными углами намотки, которые объединены в блок. Разнесение двух таких блоков на некоторый угол (рис. 7) позволяет построить пе ленгатор и сформировать пеленгационную характеристику.

470 СЕКЦИЯ Рис. 7. Антенная система амплитудного пеленгатора: 1 – первый блок антенной системы;

2 – второй блок антенной системы;

3 – антенный элемент левой поляризации;

4 – антенный элемент правой поляризации;

5 – антенный элемент правой поляризации;

6 – антенный элемент левой поляризации Если не учитывать взаимное влияние антенных элементов друг на друга, то пеленгационная характеристика для угла = 90 град, соответст вующая ДН, например, на частоте 18 ГГц, будет выглядеть в соответствии с рис. 8.

ПХ, дБ 0. -0. - -20 -15 -10 -5 0 5 10 15 20, град Рис. 8. Пеленгационная характеристика амплитудного пеленгатора, частота 18 ГГц Для пеленгационной характеристики, показанной на рис. 8, можно оценить погрешность пеленгования, обусловленной неидеальностью ДН СЕКЦИЯ антенных элементов. Расчет ошибки пеленгования (среднее квадратиче ское отклонение) выполняется по формуле ( n n ) =, (1) (n 1) где n – выборочное среднее пеленгационной характеристики;

n – зна чение идеальной пеленгационной характеристики.

По результатам расчета ошибка пеленгования составляет 2,7 град.

Антенная система пеленгатора, обеспечивающая прием сигналов любой поляризаций, показана на рис. 9, состоит из печатной платы, на ко торой расположены два антенных элемента с противоположной намоткой и подобных элементу, изображенному на рис. 1. Расстояние между антен ными элементами составляет L = 10 мм. ДН отдельных элементов в этом случае искажаются, как это показано на рис. 10, 11. Особенно заметны искажения на верхних частотах, где они проявляются как осцилляции зна чений ДН в пределах главного максимума.

Рис. 9. Конструкция блока антенной системы, состоящей из антенных элементов левой и правой поляризации Рис. 10. ДН на 16 ГГц Рис. 11. ДН на 18 ГГц 472 СЕКЦИЯ ПХ, дБ 1. 0. -0. - -1. - -20 -15 -10 -5 0 5 10 15 20, град Рис. 12. Пеленгационная характеристика, частота 18 ГГц Пеленгационная характеристика амплитудного пеленгатора, постро енная по ДН, соответствующей рис. 11, показана на рис. 12. Из сравнения рис. 8 и рис. 12 видно, что взаимное влияние антенных элементов в блоке приводит к искажению линейного участка ПХ, что увеличивает ошибку пеленгования. При этом ошибка пеленгования, рассчитанная по формуле (1), составляет 11,2 град (СКО).

Для уменьшения взаимного влияния было внесено изменение в кон струкцию антенного элемента, которое заключалось в установке кольцеоб разного бортика выше печатной платы, как это указано на рис. 17. Для этой конструкции ДН антенных элементов приведены на рис. 18 и 19.

Рис. 17. Конструкция щелевой спиральной антенны с кольцевым бортиком (согласующие резисторы не показаны) Рис. 19. ДН на 18 ГГц Рис. 18. ДН на 16 ГГц СЕКЦИЯ ПХ, дБ 2. 1. 0. -0. - -1. - -2. - -3. -20 -15 -10 -5 0 5 10 15 20, град Рис. 20. Пеленгационная характеристика, частота 18 ГГц Для этой конструкции пеленгационная характеристика для частоты 18 ГГц показана на рис. 20. Ошибка пеленгования, рассчитанная по фор муле (1), составляет 3,4 град. Таким образом, добавление кольцевого бор тика привело к значительному уменьшению искажений ДН на верхних частотах вследствие уменьшения взаимного влияния антенных элементов.

Для сравнения в таблице приведены погрешности пеленгования, обуслов ленные конструкцией антенной системы, для различных вариантов конст руктивного исполнения.

Таблица Погрешности пеленгования пеленгатора на антенных элементах разных конструкций Антенный элемент СКО, град Одиночный 2, Двойной (основной и кроссовой поляризаций) на печатной плате 11, Двойной (основной и кроссовой поляризаций) с кольцевым бортиком 3, Приведенные в настоящей работе результаты позволяют сделать следующие выводы:

1. В антенной системе амплитудного пеленгатора можно использо вать антенные элементы на основе щелевой спиральной антенны.

2. Антенные элементы должны быть конструктивно независимы.

3. Размеры антенного элемента, необходимые для пеленгования в диа пазоне частот 8–18 ГГц, составляют: диаметр у щелевой спирали 14,2 мм, диаметр у корпуса 19,6 мм, расстояние между щелевой спиралью и реф лектором 2 мм, общая высота конструкции 4 мм.

4. Габаритные размеры антенной системы составляют: блока с двумя антенными элементами противоположных поляризаций 50255 мм, а ан тенной системы при угле = 90 град 7035,45 мм.

474 СЕКЦИЯ Список литературы 1. Аникин, А. С. Влияние ориентации антенны источника излучения на точность пеленгования амплитудным пеленгатором / А. С. Аникин, В. П. Денисов // Научная сессия ТУСУР-2009. – Томск, 2009. – (Ч. 1, В Спектр).

2. Мещеряков, А. А. Экспериментальная оценка точности пеленга торов с малогабаритными антеннами, находящимися у поверхности земли / А. А. Мещеряков, В. Ю. Куприц, П. И. Кудряшов, А. С. Аникин // Радио локация, навигация, связь. – Т. 3. – Воронеж, 2009.

3. A Broadband Cavity-Backed Slot Spiral Antenna / J. L. Volakis, M.

W. Nurnberger, D. S. Filipovi // IEEE Antennas and Propagation Magazine, Vol.43. – № 6. – December. – 2001.

УДК 621.396. А. С. Вершинин1, А. С. Аникин1, В. Ю. Куприц1, М. И. Крутиков1, П. И. Кудряшов НИИ РТС ТУСУР, г. Томск НИИ «Вектор», г. Санкт-Петербург МАЛОГАБАРИТНАЯ АНТЕННАЯ СИСТЕМА АМПЛИТУДНОГО ПЕЛЕНГАТОРА МЕТРОВОГО ДИАПАЗОНА Обнаружение и пеленгование источников радиоэлектронного излу чения, в том числе радиотехнических средств с импульсным и непрерыв ным излучением, является актуальной задачей. Интересные аппаратурные и алгоритмические решения этой задачи предложены в работе [1]. Однако по габаритам и массе аппаратура [1] не удовлетворяет требованиям прак тики, причем основным ограничителем выступает антенная система.

В настоящей работе представлены результаты разработки антенной системы метрового диапазона для носимого малогабаритного пеленгатора и дана оценка аппаратурных погрешностей пеленгования, обусловленных антеннами. Антенная система пеленгатора содержит не менее двух антен ных элементов, диаграммы направленности разнесены по углу в азиму тальной плоскости.

СЕКЦИЯ Антенные элементы метрового диапазона из-за малой частоты при нимаемых сигналов имеют большие габариты, что приводит к неудобству в работе. Кроме того, диаграмма направленности антенн, используемых в пеленгаторах, должна быть однонаправленной и гладкой в широком диа пазоне частот. В работах [2, 3] рассматривались примеры широкополосных антенн с малыми габаритами, построенных на основе логопериодических структур и диэлектриков с большим значением диэлектрической прони цаемости. В то же время анализ работы петлевой нагруженной антенны [3] указывает на преимущества этой антенны по широкополосности, объему и весу по сравнению с другими.

Рис. 1. Общий вид антенного элемента диапазона 0,15–0,9 ГГц Для проверки возможности построения широкополосной малогаба ритной петлевой нагруженной антенны был разработан и изготовлен её макет, работающий в диапазоне 150–900 МГц. Внешний вид антенны, ко торая выполнена в виде кольцевой конструкции, представлен на рис. 1, на котором обозначены цифрами:

1, 2 – ленты вибратора излучающего антенного элемента;

3 – согласующий по сопротивлению и обеспечивающий переход к двухпроводной линии полосковый трансформатор;

4 – подводящий коаксиальный кабель;

5 – нагрузочный резистор.

Направление излучения антенного элемента обозначено стрелкой.

Поляризация совпадает с плоскостью X0Y. Диаметр кольца выбран 70 мм, ширина ленты вибратора излучающего антенного элемента 50 мм. Расчет макета антенного элемента выполнен с помощью компьютера.

Результаты расчета диаграмм направленности двух идентичных ан тенных элементов, разнесенных на угол 90 относительно друг друга, представлены на рис. 2–4, из которых следует, что, в частности, ширина 476 СЕКЦИЯ диаграммы направленности элементов составляет 180 по уровню –3 дБ на частоте 150 МГц.

дБ дБ 5 4 3 2 1 0 -1 - -2 - -3 - -4 - -90 0 90 180 270 360 град -90 0 90 180 270 360 град Рис. 2. Формы диаграмм направленности Рис. 3. Формы диаграмм направленности антенн, разнесенных на угол 90, антенн, разнесенных на угол 90, частота 150 МГц частота 450 МГц дБ - - - - - - - - - -90 0 90 180 270 360 град Рис. 4. Формы диаграмм направленности антенн, разнесенных на угол 90, частота 950 МГц Макет антенной системы, состоящий из двух элементов, исследован с помощью измерительной установки, использующей короткий импульс.

Пример результатов измерения диаграммы направленности для этого слу чая приведен на рис. 5 для частоты 436 МГц.

Полигонные измерения диаграммы направленности проводились на частоте сигнала 460 МГц на открытой трассе протяженностью 100 м. По лученные диаграммы направленности для этого случая представлены на рис. 6. Видно, что диаграммы направленности антенных элементов значи тельно отличаются от расчетных.

СЕКЦИЯ Рис. 5. Формы диаграмм направленности Рис. 6. Формы диаграмм направленности антенн, лабораторные измерения, частота антенн, полигонные измерения, частота 436 МГц 460 МГц Основной характеристикой пеленгатора является его пеленгационная характеристика, представленная для расчетных диаграмм направленности на рис. 7–9 для различных частот. В частности, крутизна характеристики на частоте 150 МГц составляет 0,06 дБ/град.

ПХ, ПХ, дБ дБ 4 3 0 -1 - - - - - - -4 - - - -150 -100 -50 0 50 100 150, град -150 -100 -50 0 50 100 150, град Рис. 7. Пеленгационная характеристика, Рис. 8. Пеленгационная характеристика, частота 150 МГц частота 450 МГц ПХ, дБ - - - -150 -100 -50 0 50 100 150, град Рис. 9. Пеленгационная характеристика, частота 950 МГц 478 СЕКЦИЯ Пеленгационные характеристики для диаграмм направленности, по лученные в лабораторных условиях, представлены на рис. 10, в полигон ных – на рис. 11. На этих рисунках наблюдаются искажения пеленгацион ных характеристик, по-видимому, из-за влияния подстилающей поверхно сти и окружающих предметов.

Рис. 10. Пеленгационная характеристика, Рис. 11. Пеленгационная характеристика, частота 436 МГц частота 460 МГц дБ - - - -45 -30 -15 0 15 30 45 град Рис. 12. Реальная и идеальная пеленгационные характеристики Возникновение погрешности пеленгования, обусловленной антенной системой, поясняется рис. 12, на котором пеленгационная характеристика (пунктирная линия) отличается от идеальной (сплошная линия). Эти отли чия формируют ошибку пеленгования. Расчет ошибки пеленгования (сред нее квадратическое отклонение) выполним по формуле СЕКЦИЯ n ( n n ) i = =, (n 1) где n – выборочное значение пеленгационной характеристики, полученное по реальным диаграммам направленности;

n – значение идеальной пе ленгационной характеристики;

n – размер выборки.

В результате анализа расчетных диаграмм направленности получена частотная зависимость ошибки (СКО) пеленгования, представленная на рис. 13.

град 1. 1. 1. 0. 0. 0. 0. 0 200 400 600 800 1000 f, МГц Рис. 13. Частотная зависимость СКО ошибки пеленгования Итак, видим, что петлевая нагруженная антенна при своих неболь ших размерах (диаметр 70 мм, ширина 50 мм) имеет направленную диа грамму, полосу пропускания от 150 до 900 МГц, СКО ошибка пеленгова ния составляет около 1° по теоретическим данным и 7 по эксперимен тальным измерениям.

Список литературы 1. Радиомониторинг: задачи, методы, средства / под ред. А. М. Рем бовского. – М. : Горячая линия. – Телеком, 2006. – 492 с.

2. Design of a stripline log-periodic dipole antenna / C. K. Campbell, I.

Traboulay, M. S. Suthers, H. Kneve // IEEE Trans. – 1977. – Vol. AP-25. – P.

718–721.

3. Harrison, C.W. «Folded dipoles and loop» IRE Trans. Antennas Propa gat / C.W. Harrison. – Vol. AP-9, no. 2, Mar. 1961.

480 СЕКЦИЯ УДК 539. С. А. Кравченко1, В. И. Кокорин ФГУП «Всероссийский НИИ метрологии им. Д. И. Менделеева» (ВНИИМ), г. Санкт-Петербург Сибирский федеральный университет, г. Красноярск ФАЗОМЕТРИЯ ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В НАНОТЕХНОЛОГИЯХ В отличие от энергетического угла фазового сдвига между током и напряжением на частоте 50 Гц в электронной фазометрии, измеряющей угол фазового сдвига (УФС) одного электрического напряжения по отно шению к другому и зародившейся в 1924–1930 гг., в начале обычной была точность 3–4°. Постепенно точность повышалась, к концу 70-х годов ХХ в.

погрешность измерений уменьшилась, достигнув значений 0,1–0,3°.

Решение оборонных и народнохозяйственных задач потребовало снижения погрешности до 0,03–0,05°, что и было осуществлено отечест венной наукой и предприятиями. Были созданы образцы фазометров с по грешностью в 0,01° и 0,03°. Казалось бы, требования научно-технического прогресса полностью удовлетворены и, по большому счёту, стремиться дальше некуда.

Однако в 1987 г. ВНИИМ посетили представители НИИ г. Ленин града с целью создать фазометр с диапазоном УФС 0–12° и с разрешающей способностью в 10-4–10-5 и даже 10-7 градуса, что соответствует 100–0, электрического микроградуса, т. е. 10 000–100 наноградусов. На вопрос, зачем нужна такая почти недостижимая разрешающая способность, при шедшие сообщили, что за рубежом во многих странах начинаются работы на уровне молекул, атомов, электронов, т. е. развивается так называемая нанотехнология.

Данные работы касались создания теплоустойчивых полимерных пла стмасс, сверхлегких сплавов с высокой сверхпрочностью для удовлетворе ния авиакосмических требований. Новая задача – с помощью УФС методом электронного фазометра с разрешением в микроградусы и наноградусы из мерять тепловое состояние сплавов из определенных молекул в смеси, ко торые находятся при температуре от 800 до 1 000 теплового градуса (Кель вина) и должны долго пребывать в таких условиях. Если это не будет обес печено, то молекулы не так ориентируются и получить требуемые парамет ры по сверхпрочности не удаётся. При такой высокой температуре тепловые термометры обеспечивают измерение температуры с погрешностью 25– К, а нужно с точностью до 0,1–0,01 К, т. е. в 350–3 500 раз точнее. Поэтому СЕКЦИЯ измерение УФС позволит решить многие проблемы, нужен только атте стованный фазометр с такой разрешающей способностью. Частоты, на ко торых необходимо проводить такие измерения должны лежать в диапазоне 100 Гц–25,0 кГц.

В лаборатории мощности и фазометрии ВНИИМ, совместно с Крас ноярским политехническим институтом (КПИ), в это время начиналась разработка нового эталона УФС вместо устаревшего эталона УФС на час тоту 1 кГц (ГЭТ 61-74) и данные жесткие требования были учтены в но вом эталоне как в части измерения, так и в части воспроизведения таких малых углов и даже ещё меньше, поскольку необходимо проводить атте стацию и поверку таких специализированных фазометров.

Коллектив разработчиков КПИ под руководством М. К. Чмыха – С. В. Чепурных, В. И. Кокорин, Р. Н. Сибгатулин, А. С. Глинченко, В. Б. Но виков и др. – создали автоматизированный компаратор угла фазового сдви га КУФСА-1, который перекрывал диапазон частот 0,001 Гц–20 МГц при погрешности в 0,005° и разрешающей способности в 0,0 001° в диапазоне углов 0–360°.

Большее разрешение такого рода фазометров можно осуществить в более узких диапазонах частот с помощью умножения частоты в 100– 1 000 раз. На этом принципе созданы компараторы частот, например типа Ч7-12. С его помощью исследуется работоспособность стандарта частоты и времени типа СЧВ-74, который имеет нестабильность частоты 1011. Од нако это требует высокой стабильности частоты, обеспечиваемой водород ным стандартом частоты с нестабильностью 1013, позволяющей реально создать аппаратуру с разрешающей способностью до 100 наноградусов в диапазоне УФС 0–360°.

Разработка эталонной аппаратуры для обеспечения воспроизведения УФС в диапазоне 0–360° потребовала новых теоретических и эксперимен тальных исследований. Было принято решение не делать общего диапазона 0,001 Гц–20 МГц, а перекрыть его в следующих точках: 0,01 Гц;

1 кГц;

100 кГц;

1 МГц;

10 МГц;

20 МГц.

Во ВНИИМ решался вопрос, какие методы изыскать, чтобы удовле творить все запросы фазометрии, как традиционные, так и запросы нано технологии. Группа исследователей во главе с В. Е. Новодережкиным – Ю. И. Казимов, Д. А. Сиротенко, С. И. Хахамова – разработали аппаратуру воспроизведения УФС от 0,001 Гц до 1 кГц с разрешением в 100 микро градусов. В диапазоне инфранизких частот (частота 0,01 Гц) была исполь зована идея, чтобы вычислитель рассчитывал число шагов, связанных с требуемым УФС с сотыми–тысячными долями градуса в диапазоне 0– 360° от начала работы первого канала и запускал второй канал воспроиз ведения сигнала. Это оказалось относительно легко реализовать на прак тике при низком быстродействии ЭВМ.

482 СЕКЦИЯ На частоте 1 кГц был применён принцип работы импульсно фазового преобразователя (ИФП), где вычитаются частоты, полученные от деления кварцованных сигналов синтезатора частоты Ч6-31:

[1 МГц : 36] – [(1 МГц – 36 кГц) : 36] = 1 кГц. (1) На частоте 27 777, 77 777 кГц остроконечный импульсный сигнал подается на вход источника временных сдвигов типа И1-8, с выхода кото рого формируются импульсы с регулируемой длительностью от 1 милисе кунды до микросекунд, наносекунд и до 100 пикосекунд. Эти импульсные сигналы поступают на импульсные входы ИФП. На фазовые входы ИФП подаются синусоидальные сигналы с коэффициентом нелинейных искаже ний не более 0,5 % частотой 27 776, 77 777 кГц, что обеспечивает на выхо де синусоидальные сигналы частотой 1,0 кГц с регулируемым УФС от 0,0 001° до 10° и таких шагов 10·36 = 360°.

В высокочастотном диапазоне было решено обеспечить высокую разрешающую способность на самой верхней частоте, а остальные полу чать методом декадного деления. Учитывая вышеизложенное о разре шающей способности, сигналы получали от синтезаторов частоты типа Ч6-31, ведомых от эталона частоты типа СЧВ-74. Принцип задания УФС основан на манипуляции близких по частоте кварцованных частот.

В высокочастотной части эталона (100 кГц;

1,0 кГц;

10 МГц;

20 МГц) низкочастотный метод не годился. Группа исследователей – В. В. Фоменков, И. Х. Шохор, В. В. Кудряшёв, Г. М. Михайлова под руко водством руководителя лаборатории мощности и фазометрии С. А. Крав ченко – разработала новый метод задания УФС, основанный на манипуля ции частот 3,0 и 3,1 МГц, создающий высокую частоту 30 МГц, из которой остальные частоты получают делителями частоты. За основу были взяты два синтезатора частоты типа Ч6-31, где задание УФС происходит либо в одном, либо в другом синтезаторе, обеспечивая либо увеличение, либо уменьшение УФС. Само задание УФС основано на кратковременном за мещении частоты 3,0 частотой 3,1 МГц в моменты их взаимного совпаде ния, при этом УФС будет увеличиваться (или уменьшаться) на естествен ный частотный эталонный квант фазы в 360° на частоте 3,0 МГц, пока дей ствует вставка частоты 3,1 МГц. Фазовый сдвиг задаётся согласно выра жению = 2 1 = ( + ) t ( t ), (2) где 1 и 2 – значение фазы в начале и конце процесса задания УФС;

, – точные значения круговой частоты и приращения частоты, которые обеспечи вают расчётное значение УФС за точное значение промежутка времени t.

СЕКЦИЯ Поэтому получать квант УФС меньше 360° принципиально невоз можно. Далее этот сигнал 3,0 МГц суммируется с сигналом 27 МГц, полу чается сигнал 30 МГц с фазой 360°, который и поступает на первую декаду деления частоты (фазы) на 10 синтезатора частот Ч6-31, затем на 2-ю, 3-ю и так далее до 9-й декады. На выходе эталона УФС может быть установлен с дискретностью :

= 360° 10n, (3) где n – число декад деления в Ч6-31 от 1 до 9.

На выходе синтезаторов получаются синусоидальные сигналы с час тотой 30 МГц, в одном из которых УФС изменяется по уравнению (1) с разрешающей способностью в раз = 360 наноградусов, если n = 9. При дополнительном делении частоты на 10 разрешающая способность будет уменьшаться в это число деления раз, раз = 36 наноградусов.

Экспериментальные проверки теоретических исследований осущест влялись следующим образом. Комплекс, создававший УФС с разрешаю щей способностью в 0,0 001°, проверялся на фазометре Ф2-34, у которого разрешающая способность равна 0,01°, – его предварительно обнуляли до 000,0. Установив на задающем комплексе расчетное значение УФС (0,0 001°) его значение вводили 99 раз и ничего не менялось на индикаторе Ф2-34. Вводили сотый раз, значение УФС и Ф2-34 показывал значение 000,01°. На практике получено уравнение 0,0 001·100 = 0,01°. Также про верялся задаваемый УФС с помощью компаратора КУФСА-1.

Переключением декадных делителей в синтезаторах частот можно менять разрешающую способность, что необходимо для нанотехнологиче ских исследований. Частоту 20 МГц получают из 30 МГц умножением на 2 и делением на 3. Частоту 10 МГц – соответственно делением на 2. Ос тальные частоты: 1 МГц – делением на 10, 100 кГц – ещё раз на 10. Так же делится и УФС относительно значения УФС на 30 МГц.

Таким образом, в ФГУП «Всероссийский НИИ метрологии им.

Д. И. Менделеева» и ФГОУ ВПО «Сибирский федеральный университет»

накоплен научно-технический задел по разработке прецизионной фазомет рической аппаратуры, который может использоваться при создании совре менных информационно-измерительных систем и устройств.

484 СЕКЦИЯ УДК 621.396. С. П. Кузин, С. К. Татевян Учреждение Российской академии наук, Институт астрономии РАН, г. Москва СПУТНИКОВАЯ СИСТЕМА DORIS:

ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Введение.

Спутниковая радиотехническая система DORIS (Doppler Orbit De termination and Radiopositioning Integrated on Satellite) была разработана и реализована Французским космическим агентством (CNES) в тесном со трудничестве с другими организациями с целью высокоточного контроля орбит океанографических спутников, имеющих на борту прецизионные альтиметры, и, как следствие, высокоточного определения координат на земных пунктов системы [6, с. 1947–1952].

Практическая эксплуатация системы началась в 1990 г. с запуском пер вого спутника (SPOT2), оснащенного радиоприемником системы DORIS.

Принцип работы системы основан на измерении бортовым приемни ком доплеровского сдвига радиочастоты, излучаемой наземным передат чиком-маяком. После определенных преобразований измеряемые данные поступают в Глобальные центры данных. В настоящее время для хранения измерений и продуктов системы DORIS используются два таких Центра:

CDDIS, NASA, Greenbelt и IGN, Marne-la-Vallee, France.

Система DORIS состоит из наземного и космического сегментов, а также Центра управления и контроля, расположенного в г. Тулузе (Фран ция). В процессе эволюции космического сегмента системы число одновременно функционирующих спутников, оснащенных приемной ап паратурой, менялось от 1 (1990 г.) до 6 (2005–2008 гг.).

Следующие космические аппараты участвовали в миссии DORIS на разных этапах ее развития: SPOT2, SPOT3, SPOT4, SPOT5, TOPEX/POSEIDON, JASON-1, JASON-2, ENVISAT. На момент написания данной статьи работоспособными остаются шесть спутников: SPOT2, SPOT4, SPOT5, JASON-1, JASON-2, ENVISAT. В ближайшие 2–3 года планируется расширение космического сегмента системы с запуском но вых спутников OCEANSAT-3, PLEIADES-HR [8, с. 403–417].

Наземный сегмент системы DORIS состоит из сети радиопередатчи ков-маяков, равномерно распределенных по территории земного шара.

В настоящее время наземная сеть системы состоит из более 50 постоянно действующих маяков, 3 из которых установлены в начале 90-х годов ХХ СЕКЦИЯ столетия на территории России (гг. Красноярск, Южно-Сахалинск, насе ленный пункт Бадары – Иркутская область);

1 передатчик – в г. Китаб (Уз бекистан), см. рис. 1.

Рис. 1. Сеть наземных станций системы DORIS Международная служба системы «ДОРИС».

В середине 2003 г. Международная геодезическая ассоциация (IAG) учредила Международный DORIS Сервис (IDS) [7, с. 333–341] как новую службу IAG, которая включена в Глобальную геодезическую наблюда тельную систему GGOS (Global Geodetic Observation System) [5, с. 355, 356]. В данный момент более 50 исследовательских групп из 35 различных стран принимают участие в деятельности IDS на различных уровнях ее ак тивности. Семь Центров Анализа DORIS измерений способны в настоя щее время вырабатывать и посылать свои продукты в Центры данных на постоянной основе. Одним из таких центров является Центр анализа DO RIS данных Института астрономии РАН (INA).

Центры анализа посылают свои DORIS-продукты в Глобальные Цен тры данных [1, с. 54–66;

4]. К DORIS-продуктам относятся: недельные временные ряды координат станций и параметров вращения Земли (ПВЗ), недельные временные ряды вариаций геоцентра, суточные ПВЗ, орбиты спутников и ряд других продуктов.

Результаты обработки ДОРИС измерений.

Результаты сравнительного анализа точности определения координат и скоростей станций в трех центрах анализа DORIS данных, выполненного в аналитическом центре Национального географического института (IERS IGN), приведены в табл. 1.

486 СЕКЦИЯ Таблица Результаты оценки точности координат и скоростей станций сети ДОРИС, полученные в трех основных центрах анализа (IGN, INA, LCA) с использованием двух комбинаций измерений: (1) DORIS + GPS/IGS и (2) DORIS + GPS+ SLR + VLBI Погрешности координат, мм Погрешности скорости, мм/год Центр анализа 2D 2D Up Up IGN(1) 9,1 8,2 2,8 2, IGN(2) 8,8 8,9 2,9 2, INA(1) 11,9 12,1 3,0 3, INA(2) 13,1 12,7 3,6 3, LCA(1) 10,6 12,6 2,9 3, LCA(2) 10,5 11,8 3,4 3, Комбинация 7,4 7,3 2,5 2, (IGN + LCA)(1) Комбинация 7,2 7,2 2,7 2, (IGN + LCA)(2) В таблице использованы следующие сокращения:

IGN (Institut Geographique National, France) – Центр анализа DORIS данных;

INA (Institute of Astronomy RAS, Russia) – Центр анализа DORIS данных;

LCA (Collecte Localisation par Satellite, France) – Центр анализа DORIS данных;

2D – разброс значений в горизонтальной плоскости;

Up – разброс значений вертикальной компоненты.

Из табл. 1 видно, что качество DORIS решений различно в пределах 8,2–12,7 мм по координатам станций и 2,7–3,8 мм/год по скоростям, при этом качество комбинированного решения (IGN + LCA) значительно луч ше, чем индивидуальные решения центров.

Результаты анализа определения параметров вращения Земли по из мерениям системы DORIS приведены в табл. 2 [2, с. 625–635]. В качестве референцного решения принимались временные ряды координат полюса, полученные по GPS/IGS, дающие, в настоящее время, лучшие точностные оценки движения координат полюса по сравнению с лазерными и РСДБ определениями.

СЕКЦИЯ Таблица Разница взвешенных среднеквадратических ошибок координат полюса определенных по данным DORIS решений трех центров анализа, по сравнению с обобщенным решением IGS/GPS Центр анализа X-полюс (mas) Y-полюс (mas) IGN 1,44 0, INA 2,02 1, LCA 0,48 0, Как видно из табл. 2 результаты ПВЗ Центра анализа LCA лучше со гласуются с ПВЗ/IGS, чем данные параметры двух других центров. При увеличении количества спутников системы ДОРИС точность определения ПВЗ на коротких временных интервалах должна улучшаться.

Результаты внешнего сравнения [3, с. 649–656] показывают, что в настоящее время DORIS-определение координат полюса хуже самых точ ных в данное время GPS-определений ПВЗ. Пути повышения точности DORIS-определений ПВЗ будут рассмотрены в заключении.

Заключение.

Международная DORIS-служба (IDS) является относительно новой и более «молодой» службой, вносящей свой вклад в IERS и новую сеть GGOS, по сравнению с другими существующими технологиями (ILRS, IVS, IGS).

Выполненный в IERS анализ долговременных (12 лет) DORIS решений различных Центров анализа DORIS-данных показал разброс зна чений координат станций (горизонтальных и вертикальных компонент) от дельных индивидуальных решений по внутренней сходимости на уровне 15 мм.

Внешнее сравнение DORIS-определений c решениями других техно логий, используемых для построения комбинированного решения ITRF2005, находится в пределах 8 мм по координатам и 2,5 мм/год по ско рости, что указывает на высокий потенциал данной системы для геофизи ческих и геодинамических исследований.

Сравнения ПВЗ-определений системы DORIS с общим решением IERS С04 показывает, что DORIS-определения дают худшую точность по сравнению с другими космическими технологиям.

Вместе с тем необходимо отметить, что сеть станций DORIS имеет равномерное глобальное распределение и почти полностью автоматизиро вана, что очень важно для определения ПВЗ. К тому же в ближайшие 2– 3 года ожидается запуск новых спутников, оснащенных многоканальными бортовыми приемниками системы DORIS, что позволит уменьшить шумо вые характеристики определения координат движения полюса.

488 СЕКЦИЯ Список литературы 1. Кузин, С. П. Обработка и анализ ДОРИС-измерений за период 1999–2001 гг. / С. П. Кузин, С. К. Татевян // Труды семинара «APSG Иркутск, 2002». М. : ГЕОС, 2002, С. 54–66.

2. Altamimi, Z. Doris contribution to ITRF2005 / Z. Altamimi, X. Col lilieux, C. Boucher // J. Geod. 2006. 80. P. 625–635, DOI 10.1007/s00190-006-0065-5.

3. Gambis, D. DORIS and the determination of the Earth’s polar motion / D. Gambis // J. Geod. 2006. 80. P. 649–656, DOI 10.1007/s00190-006 0043-y.

4. Kuzin, S. P. Recent analysis of DORIS data at INASAN / S. P. Kuzin, N.

A. Sorokin, S. K. Tatevian // In: Proccedings of IDS analysis workshop, 20-21 Fe brary 2003, Mare le Valee. http://lareg.ensg.ign.fr/IDS/events/2003_files/Kuzin _Feb03.pdf. 2003.

5. Rummel, R. Integrated Global Geodetic Observing System (IGGOS), science rationale / R. Rummel, M. Rothacher, G. Beutler // J Geodyn. 2005.

40(4–5). P. 355–356. DOI 10.1016/j.jog.2005.06.003.

6. Tavernier, G. The current evolutions of the DORIS System / G. Tavern ier, J. P. Granier, C. et al. Jayles // Adv Space Res. 2003. 31(8). P. 1947– 1952. DOI: 10.1016/S0273-1177(03)00155-8.

7. Tavernier, G. et al. The International DORIS Service, IDS / G. Tavern ier, H. Fagard, M. Feissel-Vernier // Adv Space Res. 2005. 36(3). P.333 341. DOI 10.1016/j.asr.2005.03.102.

8. Tavernier, G. et al. The International DORIS Service: genesis and early achievements / G. Tavernier, H. Fagard, M. Feissel-Vernier // J. Geod. 2006.

80. P.403-417. DOI 10.1007/s00190-006-0082-4.

9. Webb, F. H. An introduction to GIPSY-OASIS II / F. H. Webb, J. F. Zumberge // JPL Internal Document D-11088, Jet Propulsion Laboratory, Pasadena. 1997.

Секция МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ И ИНФОРМАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ В СТРАТЕГИИ РАЗВИТИЯ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ 490 СЕКЦИЯ ББК 74. В. Д. Комаров Военный инженерно-технический университет, г. Санкт-Петербург СТАТУС И СПЕЦИФИКА ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ НАУК В современном науковедении интенсифицируется процесс выявле ния специфики, сущности предмета и эпистемологического статуса техно логических наук. Однако в справочных научных изданиях нет характери стики этих наук, хотя определяется содержание понятия «технология»

и даже рассматриваются отдельные стороны указанных наук под рубрикой «технические науки», уже завоевавшей свой автономный статус в наукове дении. В рамках философии науки порой рассматриваются некоторые об щие проблемы технических и технологических наук под синтезирующим названием «технознание» [1].

Знакомство с современной системой классификации наук показыва ет, что в ней пока не нашлось места «технологическим наукам». Само это имя фигурирует в научном дискурсе, как правило, не в категориальном значении. Нет явного анализа сущностно-предметного соотношения тех нологических наук с техническими, гуманитарными, естественными и со циальными науками. Между тем известны факты, говорящие о более ран нем формировании технологических наук в сравнении с техническими.

Нелепо рассуждать о природе наукоемких «высоких технологий» вне их генетической связи с определенным уровнем развития технологических наук. Более того, современную глобальную научную революцию невоз можно постичь без понимания происходящей на наших глазах смены на учно-технической революции более высокой по эпистемологическому и историческому статусу научно-технологической революцией (НТЛР). Об этом пойдет речь в заключительной части статьи.

Указанные и иные обстоятельства побуждают науковедов и филосо фов основательно заняться исследованием истории, статуса, предмета и современного спектра технологических наук. Следует, однако, отметить, что первое в нашей литературе комплексное исследование развития техно логии и технологических наук предпринял сибирский ученый Виталий Павлович Каширин, позже ставший доктором философских наук и про фессором1.

Каширин, В. П. Философские вопросы технологии / В. П. Каширин. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 1988.

– 286 с.;

Каширин, В. П. Общая теория технологии и технологических наук / В. П. Каширин // Наука и технология. – Красноярск, 1992. – С. 108–133.

СЕКЦИЯ 1. Технологическая реальность и новый эпистемологический фон технологических наук Всякая наука рождается и развивается как главный источник интел лектуальной рационализации определенного слоя общественной жизни.

Научно-рациональная организация практической жизни общества расслаи вает преобразуемую действительность на объективную, субъективную и виртуальную реальности. В этом смысле технологическая реальность многослойна и включает на практике всю совокупность процессов опред мечивания производительных сил соответствующего общества. Конкрет но-историческая системность такого опредмечивания созидательной дея тельности общества в природе выражается в бытии определенного техно логического способа производства человеческой жизни (ТСП). Следова тельно, технологические знания как явление субъективной реальности суть источник социальной модификации объективной реальности, которая (мо дификация) может обретать характер виртуальной реальности. Технологи ческие науки в таком измерении выступают как основной источник каче ственного изменения общественного бытия.

Вообще технологическая реальность развивается в истории цивили зации под воздействием двух основных факторов: определяющий, исход ный – материально-производственные (экономические) потребности обще ства и вторичный, эпистемологический – состояние и возможности науки.

Взаимосвязанные качественные изменения обоих факторов в XVII–XX вв.

создали к настоящему времени такой социокультурный фон, на котором технологические науки начинают даже опережать рост возможностей тех нических наук. Начинается научно-технологическая революция как сис темный поворот в развитии технологической и технической реальности.

Наука и основанные на ней высокие технологии стали основным фактором в трансформации экономических и политических отношений.

Ведущие страны мира превращаются в информационные общества, т. е.

общества, основанные на знаниях. Это связано с ускорением темпов разви тия науки, о котором даже свидетельствуют цифры статистики. Так, в кон це XX столетия профессиональных ученых насчитывалось более пяти миллионов человек во всем мире. Около 90 % всех научных открытий и изобретений, когда-либо совершенных человечеством, пришлось на XX в. Количество мировой научной информации удваивалось в последнем столетии каждые 10–15 лет. Около 80 % ученых, когда-либо живших на Земле, являются нашими современниками. Стало понятно, что в современ ном мире благосостояние населения и могущество государства зависят от науки, образования и высоких технологий.

492 СЕКЦИЯ Чтобы улучшить положение в экономике и социальной сфере в Рос сии, необходимо изменить государственное и общественное отношение к науке и образованию. Этого не происходит. Проблема отчасти заключается в том, что драматические изменения в развитии науки произошли в 80–90-е годы XX в. Кроме того, большая часть тех, кто сегодня определяет госу дарственную и общественную политику, уже закончили свое обучение. За это время прошли целые эпохи в развитии молекулярной биологии, биоме дицины, нанохимии, идет перманентная революция в области физики и математики информационных технологий и телекоммуникаций. Отсут ствие в нашей стране системы непрерывного образования приводит к уве личению разрыва между достижениями науки и осознанием обществом этих достижений.

Наука в начале XXI в. отличается и будет еще больше отличаться от науки середины XX, а тем более XIX в. В настоящее время выделяют три аспекта понятия «наука». Во-первых, наука – это особая форма деятель ности, цель которой производство новых знаний. Следует отметить, что знания приобретаются человеком при любой деятельности, но только в науке новые знания являются целью. Наука стремится исключить из ре зультата своей деятельности все субъективное, т. е. связанное с индивиду альными качествами исследователя. Во-вторых, наука – это совокупность особого рода знаний, которые должны отвечать определенным критериям.

Эти критерии относятся скорее к процессу получения знания, к научной работе, которая связана со систематичностью, со стремлением обосновать знания посредством многократных проверок через наблюдения и экспери менты, через анализ статистических данных и т. д. В-третьих, под «нау кой» подразумевают совокупность исследовательских институтов, ака демий, университетов, иными словами, определенный социальный инсти тут, который выполняет соответствующие общественные функции.

В-четвертых, некоторые философы науки считают, что по своей рацио нальной природе наука может рассматриваться как прикладная логика [2].

К концу XIX в. завершается формирование того типа научного зна ния, который называют «классическим» и который оказал максимальное воздействие на развитие общественного бытия и сознания в XX в. Это, в основном, те сведения, что «проходят» в современной средней школе по физике, химии, биологии, математике. У ученых до середины XX в. скла дывалось ощущение, что существует некая Истина, которую можно будет постичь, что вот-вот будет построено единое здание науки и, как следст вие, человечество встанет на ясный путь совершенствования бытия. Это ощущение возможности близкой победы в борьбе за всеобщее счастье че ловечества (с научно-техническим прогрессом как главным оружием побе дителей) плавно перекочевало в общественное сознание. Наука же пере шла в новую фазу развития – постклассическую.

СЕКЦИЯ Переход науки из классической фазы в постклассическую связан с изменением основных характеристик научного познания.

Для постклассической науки характерны следующие особенно сти: 1) признание субъективности, личностной стороны знания, т. е. воз действия познающего субъекта на изучаемый объект;

2) учет внерациональ ного остатка;

3) признание господства вероятностно-статистических зако номерностей;

4) новизна объекта изучения (помимо микро- и макро-, еще и нано- и мегамиры);

5) важное общенаучное средство познания – модели рование;

6) стирание грани между естественными и гуманитарными нау ками (например, при решении экологических проблем, проблем наркома нии);

7) развитие общенаучных дисциплин (теория систем, синергетика), интеграция гуманитарного и естественнонаучного знания [3].

В последнее десятилетие можно говорить об «информационной» ста дии развития постклассической науки в технологической реальности.

Специфику технологических наук можно выявлять двумя путями.

Во-первых, основная масса инженеров (инженеры-конструкторы, инженеры-проектировщики, инженеры-исследователи) использует для ре шения технических задач теоретические знания в области технических и естественно-математических наук. Их деятельность направлена на со вершенствование, создание новой и модернизацию техники как среднего звена технологической триады. Инженеры-технологи, инженеры-органи заторы производства, инженеры-экономисты заняты созданием, модерни зацией, совершенствованием всей инфраструктуры технологических про цессов. Они в своей деятельности используют в прикладных значениях теоретические достижения естественных (инженеры-геологи, инженеры строители, инженеры-экологи, инженеры сельского хозяйства), гумани тарных (инженеры-психологи, инженеры медицинского профиля, специа листы в области технической эстетики и промышленного дизайна) и соци альных (инженеры-социологи, инженеры-экономисты, архитекторы) наук.


Иначе говоря, инженер-технолог любого профиля профессионально ис пользует теоретические достижения всех наук, которые причастны к по знанию динамики технологической триады.

Во-вторых, по предмету и методам можно существенно отличить технологические науки от технических. Технологические науки стремятся к постижению существенных связей между всеми звеньями технологиче ского процесса (Ч Топ Пт). Посредством знаний о человеке они тес нее всех связаны с философскими проблемами взаимодействия человече ства и природы. Предмет технологических наук материалистичен по опре делению. Развитие технологических наук напрямую связано с главной движущей силой цивилизации – производительными силами общества.

Именно поэтому технологические науки на сто лет раньше технических наук выходят из исторической фазы преднауки и вступают в фазу класси 494 СЕКЦИЯ ческой науки. В методологическом отношении технологические науки раньше технических и других наук вступают в фазу постклассической ра циональности (высокие технологии).

В развитии технологических наук особенно важную методологиче скую роль играет принцип единства теории и практики. Дело в том, что сама «клеточка» технологического процесса (человек – техника – предмет труда) требует комплексного подхода к анализу изменений, которые тре буется внести в обновленный предмет технологической науки. Изменение человека, его способностей и навыков к труду – гуманитарно-антропологи ческая проблема. Изменения в различных видах техники – проблемы тех нических наук, а изменения в предмете труда – проблемы естественных, экономических и экологических наук.

В целом получается, что качественное или даже рационализирующее преобразование технологического процесса требует специализированного комплексного решения проблемы, на которое способна только технологиче ская наука в рамках соответствующей отрасли производственной практики.

При этом обратим внимание на два обстоятельства: научная рациональность частнонаучного решения проверяется экспериментом в рамках соответст вующей науки;

научная рациональность технологического решения может быть проверена только комплексной производственной практикой.

В свете сказанного можно полагать, что каждая технологическая наука есть динамичная система научных знаний о закономерностях взаи модействия человека, техники и предмета труда в развитии определенно го материально-производственного процесса. При таком понимании нера зумно говорить о «технологии игры», «технологии воспитания» или «тех нологии искусства». Во всех подобных случаях дело касается методов пре образования субъективной реальности.

Понимание предмета технологических наук в указанном ракурсе по зволяет глубже разобраться с проблемой различия предметов технических и технологических наук. Дело в том, что недавно в учебнике по философии науки для аспирантов и соискателей академик В. С. Степин высказал по этому поводу суждения, с которыми соглашаться не приходится. В одном месте он пишет, что предметом именно технических наук «… выступает техника и технология как особая сфера искусственного, создаваемого че ловеком и существующего только благодаря его деятельности» [4, с. 140].

Однако известно, что в любом технологическом процессе присутствует предмет труда, имеющий естественное происхождение. Более того, в тех ническом орудии технологии всегда имеются элементы структуры, проис ходящие из природы. Далее В. С. Степин справедливо указывает: «Техни ческие науки вместе с техническим проектированием, начиная с середины XIX столетия, стали выступать связующим звеном между естественнона учными дисциплинами, с одной стороны, и производственными техноло СЕКЦИЯ гиями – с другой» [4, с. 142]. Но история преднауки вообще и технологи ческих научных знаний в частности свидетельствуют, что формирование технологических наук началось в конце XVIII века, т. е. раньше техниче ских наук, и что со времен возникновения цивилизованного хозяйства многие технологические процессы существовали без технического посред ничества, даже без техники научно-рационального происхождения. Следо вательно, бытие техники и бытие технологии связаны с качественно раз личными видами человеческой деятельности.

В понимании предмета технологических наук значительную эври стическую роль играет период постклассической науки, в который позна вательная деятельность человечества вступила во второй половине XX в.

Обнаружилась новая, магистральная линия единения гуманитарных и тех нологических наук, что впервые начало осознаваться в системной методо логии. Известно, что впервые в философии науки преимущества системно го принципа познания выявил и успешно использовал в исследовательской работе великий философ и социолог XIX в. К. Маркс1.

В ХХ в. по-новому интерпретировал эвристическую роль системно го подхода австрийский биолог-теоретик Людвиг фон Берталанфи (1901– 1972), разрабатывавший общую теорию систем в математическом вариан те («Общая теория систем», 1968). Для нашего анализа особенно ценно следующее наблюдение Берталанфи над постклассической парадигмой научного познания объективной реальности: если реальность оказалась не только такой, как она представлялась классической науке, «то и образ че ловека должен отличаться от его образа в мире физических частиц, в ко тором случайные события выступают в качестве последней и единствен ной истины. Мир символов, ценностей, социальных и культурных сущно стей в этом случае представляется гораздо более реальным, а его встро енность в космический порядок является подходящим мостом между … наукой и гуманитарным мироощущением, технологией и историей, есте ственными и социальными науками или сторонами любой другой сфор мулированной по аналогичному принципу антитезы» [5, с. 36]. Системное понимание технологической реальности является развитием общенаучно го понятия технологии как совокупности технологических процессов.

Именно отсюда начинается путь социально-философской трактовки бы тия высоких технологий.

Современное научное понимание технологии носит комплексный ха рактер. В онтологическом значении – это практический феномен матери ального производства, определяемый как «совокупность методов обработки, изготовления, изменения состояния, свойств, формы сырья, материала или полуфабриката, осуществляемых в процессе производства продукции» [6, с.

Кузьмин, В. П. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса / В. П. Кузьмин. – М., 1976.

496 СЕКЦИЯ 1200]. В гносеологическом смысле общая технология – это «научная дисци плина, изучающая физические, химические, механические и другие законо мерности, действующие в технологических процессах» (там же).

Научное понимание сущности технологических процессов зародилось в конце XVIII в. (И. Бекманн, 17801), однако научно-философское познание системы технологических процессов общественного производства впервые осуществил К. Маркс. Уже в первом томе «Капитала» он пишет: «Техноло гия вскрывает активное отношение человека к природе, непосредственный процесс производства его жизни, а вместе с тем и его общественных усло вий жизни и проистекающих из них духовных представлений»2.

В марксизме было доказано, что экономические отношения между группами людей опосредуют их практически-преобразовательное (техно логическое) отношение к природе, а система самих материально производственных отношений образует реальный базис социума, на кото ром сознательно-организованная деятельность людей возводит управляю щую подсистему – надстройку.

В марксистско-ленинской теории общественного развития челове чества было показано с диалектико-материалистической позиции, что всеобщим основанием (субстанцией) общественного бытия является спо соб производства материальной жизни людей. В свою очередь, объек тивным источником развития бытия и сознания (культуры) общества вы ступает фундаментальное противоречие между производительными си лами и производственными отношениями в самой сущности конкретно исторического способа производства и воспроизводства материальной жизни. Конкретные же для данной общественно-экономической форма ции характер и уровень развития производительных сил непосредственно оформляются в определенный технологический способ производства ма териальных благ (ТСП).

Таким образом, непосредственной формой бытия производительных сил как показателя качественного отношения общества к природе (этому первоисточнику всякого материального богатства) выступает ТСП, а опо средованной формой наличных экономических отношений предстает эко номический способ производства материальных благ. Основным источни ком развития производительных сил во всяком социуме становится, следо вательно, противоречие между технологическим и экономическим спосо бами производства [7].

Развивая Марксово понимание технологии, советские философы вы яснили, что всякий конкретно-исторический «технологический способ Beckmann, J. Anleitung zur Tehnlogie oder zur Kenntniss der Handwerke, Fabriken und Manufacturen / J. Beckmann. – Gottingen : Bandenhoeck, 1780. – 515 s.

Маркс, К. Капитал / К. Маркс, Ф. Энгельс : соч. 2-е изд. Т. 23. – С. 383.

СЕКЦИЯ производства» есть непосредственная форма бытия производительных сил определенного характера [7, с. 219–229]. Опираясь на марксистскую трак товку сущности производительных сил как созданных обществом факто ров преобразования природных сил в материальные блага для человече ской жизни, советские философы и социологи констатировали, что в со став производительных сил любого общества входят (1) человек с его спо собностью и навыками к труду (главная производительная сила) и (2) ору дия труда, производственная техника (опосредствующая сила). Пассив ным, преобразуемым в процессе труда элементом материального произ водства выступает предмет труда (природный ресурс и сырье в виде веще ства, энергии, информации). Не входя, таким образом, в состав самих про изводительных сил, предмет труда входит в состав средств производства путем включения последних в экономические отношения [7, с. 28–34]. По следние становятся системообразующим фактором общественного произ водства материальных благ и предметных услуг.


Таким образом, макроструктуру всякого технологического способа материального производства образуют в своем единстве две линии трудо вых координат – «Ч – От – Пт» (вертикаль) и «Чт1 – Чт2 – Чт3…» (горизон таль). Все технологические процессы протекают в пространстве между этими символическими линиями, а фактором, формирующим фигуру этого материально-трудового процесса в социуме, является существующая в данном обществе система экономических отношений, т. е. экономический способ производства.

Из всего сказанного следует, что организационно-управленческие взаимосвязи первой линии («технологические связи») и подобные взаимо связи второй линии («технологические отношения») субстанциально не входят в состав системообразующих экономических отношений. Это «не заметное» для многих социологов, экономистов, историков и философов обстоятельство и обусловливает несостоятельность давнишней концепции «технологического детерминизма» в объяснении закономерности общест венного развития. Неявное отождествление структур экономического и технологического способов производства в некоторых постмарксовых тру дах Ф. Энгельса способствовало возникновению среди толкователей мар ксизма (от начала ХХ в. и до сих пор) тенденции подменять глубокую на учность марксистского социального детерминизма плоской и вульгарно материалистической концепцией «экономического/технологического де терминизма». Такая подмена социально-философских понятий порождает немало несостоятельных обвинений и недоразумений в адрес марксистов со стороны идеологов антикоммунистического толка.

Итак, научно-философская методология устанавливает, что предмет технологических наук – при учете всех взаимосвязей – не тождествен пред метам экономических, технических, гуманитарных, естественных наук.

498 СЕКЦИЯ 2. Высокие технологии как продукт постклассической научной рациональности Формирование классической науки в ходе первой глобальной науч ной революции (XVII–XVIII вв.) было источником появления такого про грессивного качества технологических процессов общественного произ водства жизни, как наукоемкость. По существу, этим понятием стала обо значаться способность технологической реальности обогащаться научно рациональными технологическими связями в результате использования достижений сначала естественно-математических, а затем социальных и гуманитарных наук.

В начале ХХ в. научной общественностью России технология пони малась как «наука о способах и средствах переработки сырых материалов в предметы потребления». В Малом энциклопедическом словаре издания Брокгауза и Ефрона (СПб., 1909) говорилось, что технология «разделяется на техническую, занимающуюся изменением формы сырых веществ, и хи мическую, занимающуюся изменением состава веществ». Соответственно к первой отнесены были «различные механические производства, машино строение, судостроение и проч.», а ко второй «обработка животных и про дуктов, производство питательных продуктов …, текстильная, химическая, металлургическая промышленность» [8, с. 17–19]. По содержанию этого определения видно, что речь шла тогда о технологических науках класси ческого типа, насколько они были развиты в России. Исходя из состояния сельского хозяйства, промышленности, транспорта и науки России начала ХХ в., можно понять, что технологические науки не имели еще самостоя тельного статуса и входили в состав технических наук или пребывали в статусе прикладного естествознания.

В современном научном понимании технология есть, во-первых, «совокупность методов обработки, изготовления, изменения состояния, свойств, формы сырья, материала или полуфабриката, осуществляемых в процессе производства продукции» и, во-вторых, это – «научная дисцип лина, изучающая физические, химические, механические и другие законо мерности, действующие в технологических процессах» [6, с. 1200]. В пер вом смысле имеются в виду деятельные виды бытия технологических про цессов, а во втором – разнообразные научные формы рациональности по знания, проектирования и осмысления этих процессов. Методологический ключ к пониманию человеко-деятельного единства онтологического и гно сеологического смыслов технологии как культурного феномена цивилиза ции дал К. Маркс еще в середине XIX в.

Исходя из указанных источников научного понимания технологии как в онтологическом, так и в гносеологическом аспектах, можно ввести СЕКЦИЯ обобщающее понятие технологической реальности с учетом современного состояния технологического бытия производительных сил человечества.

Технологическая реальность – это вся совокупность практических процессов предметного освоения природы с помощью производительных сил цивилизованного общества, которые (процессы) обычно систематизи рованы в конкретно-историческом ТСП. Следовательно, технологическая реальность предстает как материально-предметный фундамент обществен ного бытия.

В макромасштабе историческое развитие технологической реально сти представлено сменой типичных технологических способов производ ства (об этом явлении и понятии см. в [7]), пребывающих в основаниях первичной, вторичной и третичной общественно-экономических формаций [10]. Для первичной формации цивилизованного воспроизводства матери альной жизни общества характерен ремесленно-земледельческий ТСП, во вторичной формации господствует индустриальный ТСП и в период воз никновения (становления) третичной общественно-экономической форма ции на основе глобализации хозяйственной жизни человечества формиру ется информационный/постиндустриальный ТСП [9].

Решающей силой эволюции указанных способов активного отноше ния человека к природе был социальный интеллект как выражение управ ляющей функции общественного разума [11]. Донаучный тип рациональ ности связан с первым ДСП цивилизованного общественного развития, а исторические типы научной рациональности – соответственно со вторым ТСП, где использовались достижения классической науки, и с третьим ТСП, где новый тип рациональности обеспечивает постклассическая наука [12]. Наши наблюдения показывают, что исторически первой интерпрета цией законов классической науки применительно к производственной практике было возникновение технологической науки (в конце XVIII в.), а второй подобной интерпретацией было формирование статуса техниче ских наук в конце XIX в. Это и есть один из аргументов в пользу различе ния статусов технологических и технических наук.

Следует отметить, что внимание к философским и социологическим проблемам технологических наук усилилось в пору обострения экологиче ских проблем современности. Относительно спокойное, эволюционное на копление технологических научных знаний шло в XVI–XVIII вв. (в Евро пе), когда элементы классической науки стали проникать в сельское хозяй ство, строительство, полиграфию, медицину, особенно в ходе развития ма нуфактурного производства. Видимо, это был завершающий период в на коплении бессистемных научно-технологических знаний («преднаука»).

Массовое промышленное использование паровых машин различного типа по мере формирования индустриального общества обусловило не только техническую революцию, но и вторую (в истории цивилизации) техноло 500 СЕКЦИЯ гическую революцию (первая создала предпосылки для перехода от при сваивающего к производящему хозяйству). Именно технологическая рево люция в западноевропейском хозяйстве обусловила систематизацию и ка чественный скачок в росте научно-технологического знания. Видимо, можно считать, что труды немецкого инженера-технолога и ученого рубе жа XVIII–XIX вв. И. Бекманна по общей технологии и были началом клас сического периода в развитии технологических наук (1780 г.), как писал об этом В. П. Каширин.

С социологической точки зрения важно видеть противоречивую структуру факторов, образующих любой ТСП. Вертикаль ТСП образуют многообразные взаимосвязи человека трудящегося (Чт), технических ору дий материального производства (Тп) и природных (или полуфабрикат ных) предметов труда (Пт). Такова модель технологических связей любого вида материального производства (Чт Тп Пт). Горизонтальную структуру ТСП образуют отношения между людьми, занятыми в исходном (добывающем) технологическом процессе (Ч1), трудящимися, занятыми в технологических процессах обрабатывающей промышленности (Ч2), и трудящимися, доводящими готовый продукт до потребителя через торго вую и транспортную системы производства (Ч3 и Ч4). Так образуется мо дель технологических отношений. Как видим, исходным узлом такой «системы координат» является «человек трудящийся» или главная произ водительная сила любого общества (Ч1 Ч2 Ч3 Ч4). В подобном моделировании ТСП эпистемологически решающим становится вопрос о характере научной рациональности, определяющий качество и практиче скую эффективность такой организации производственного труда в соот ветствующем обществе [7].

В общественном развитии действует, как известно, историческая за кономерность возрастающей роли культуры. В особой степени этот фактор свойствен науке как специфической области социального разума. «Если в индустриальную эпоху роль науки была важной, то в информационной ци вилизации она становится ведущей» [13, с. 20]. В ходе научно-технической революции ХХ в. такая роль особенно заметно стала принадлежать техно логическим наукам, которым присущ комплексный характер. Последний выражается в том, что в концептах технологической науки органически со единяются научные знания о «человеке деятельном», о материальной тех нике и о качественно определенном предмете труда. Все эти знания интег рирует в ходе практически-преобразовательного процесса праксиологиче ское знание как научное знание о «хорошей работе» (Т. Котарбиньский).

Здесь нам важно опереться на базовое методологическое положение научной философии, которое касается целесообразной природы рацио нальности.

Дело в том, что источником целеполагания может быть в чело веческой деятельности и объективность («законы внешней природы»), и СЕКЦИЯ социальная субъективность (потребности человека). С точки зрения науки рациональность человеческого действия обусловлена объективным движе нием природно-общественных процессов (действительное, по Гегелю, должно быть разумным). С рассудочно-практической точки зрения разум но то, что удовлетворяет наличную человеческую потребность (разумное, по Гегелю же, должно стать действительным). В этом свете практическая технология (с ее методом проб и ошибок) целесообразна субъективно и удовлетворяет требованиям частной (региональной) разумности, а научно теоретическая технология (с прогностической гарантией) целесообразна по определению и удовлетворяет требованиям всеобщей, социальной (родо вой) разумности.

В эйфорических оценках процесса становления постиндустриального общества порой нивелируется роль вещественно-энергетических ресурсов.

На этом фоне выделяется своей реалистичностью позиция питерского со циолога С. И. Дука: «Информационные ресурсы ценны не только сами по себе, хотя они и обладают в настоящее время огромной самостоятельной ценностью. Информация представляет собой наиболее значимый ресурс для материального производства. Без материального производства ни од но общество существовать не может» [13, с. 18].

Дело в том, что в нарастающей степени информационный ресурс присутствовал во всех исторических технологических способах производ ства наряду с вещественными и энергетическими процессами. Однако роль и качества его были различными в эпохи аграрного и индустриального ти пов материального производства. Картина изменяется с середины ХХ в., когда, как справедливо отмечает С. И. Дука, «… в индустриальные техно логические процессы стали встраиваться новые ресурсы: знания и инфор мация. Информация является более широким понятием, чем знание, и, в принципе, их можно объединить в одно понятие «информационные ресур сы» … Знания и информация – основные ресурсы информационного обще ства, но это вовсе не означает, что остальные ресурсы теряют свое значе ние, как считают многие исследователи» (там же).

Более того, стоит заметить, что исторически знания и информация всегда были составляющими массовых технологических процессов. До научные практические и теоретические знания, ритуально-рецептурная информация присущи производству всех доиндустриальных обществ.

Классическое научно-теоретическое знание и систематизированная тех нологическая информация присущи индустриальному обществу. В по стиндустриальном обществе наука и информация разных видов (естест венная, социальная, техническая, коммуникационная) становятся ре шающими факторами развития общественного производства. «Таким образом, – пишет С. И. Дука, – ключевое значение в современном обще стве имеют информационные ресурсы, информационная инфраструкту 502 СЕКЦИЯ ра, во взаимодействии с которыми материальные ресурсы становятся эффективнее» [13, с. 20].

В этом аспекте важно определить, чем специфичны технологиче ские науки и как научная социология технологических отношений влияет на выявление социологических проблем технологических наук.

Вкратце можно определить, что технологические науки суть системы научных знаний о закономерностях функционирования и развития техно логического способа производства благ в определенной отрасли матери альной жизни общества. Специфика любой технологической науки опре деляется характером ее оснований. Исходное основание технологической науки – ее предметные, идеально-ценностные ориентации. Последние про изводны от конкретно-исторических парадигм гуманитарных, естествен ных и технических наук, от уровня развития экономических наук. Цен тральным основанием технологической науки в единстве ее конкретных отраслей выступает научная картина мира, а также технологическая кар тина мира [14]. Философским основанием технологических наук предста ют научный материализм, учение о человеческой природе и такие разделы философского знания, как аксиология и праксиология. Технологические науки предстают ныне как важный объект науковедения.

Выявление предмета технологических наук, уяснение их автономного статуса и соотношения с техническими, гуманитарными, социальными нау ками продуктивно вести в ходе социально-философского анализа инженер ной деятельности. Методологически важным принципом такого анализа является единство исторического и логического подходов к изучению на учно-технической деятельности в европейской цивилизации XVI–XX вв.

В период «классической инженерной деятельности» (по В. Г. Горо хову) основным источником этой деятельности были технические науки.

«Обособление проектирования и проникновение его в смежные области, связанные с решением сложных социотехнических проблем, привело к кризису традиционного инженерного мышления и развитию новых форм, – пишет профессор Горохов, – инженерной и проектной культуры, появле нию новых системных и методологических ориентаций, к выходу на гума нитарные методы познания и освоения действительности» [15, с. 366]. Не только технические науки обрели более широкий спектр в этом, по суще ству, синергетическом процессе, но произошло качественное преобразова ние социального интеллекта: относительно самостоятельные технологиче ские науки отпочковались от технических наук и образовали отдельную предметно-методологическую научную систему.

В структуре классической инженерной деятельности взаимосвязано присутствовали изобретательская деятельность, инженерные исследова ния, проектирование, которые опирались на рациональность технических наук. Во второй половине XX в., по ходу научно-технической революции, СЕКЦИЯ «изменяется не только объект инженерной деятельности (вместо отдельно го технического устройства, механизма, машины и т. п. объектом исследо вания и проектирования становится сложная человеко-машинная система), но изменяется и сама инженерная деятельность, которая стала весьма сложной, требующей организации и управления. Другими словами, наряду с прогрессирующей дифференциацией инженерной деятельности по раз личным ее отраслям и видам, нарастает процесс ее интеграции» [15, с. 374–375]. И странно, что в свете такого качественного изменения струк туры производительных сил постиндустриального/информационного об щества профессор В. Г. Горохов «не заметил» формирования новой отрас ли мировой науки – технологических наук.

В. Г. Горохов верно констатирует, что новым, интегративным ви дом современной инженерной деятельности является системотехническая деятельность, которая «осуществляется различными группами специали стов, занимающихся разработкой отдельных подсистем». Координация такой сложной деятельности становится делом «универсалистов» (глав ный конструктор, руководитель темы, главный специалист проекта, руко водитель научно-технического отдела). В интеллектуальном отношении такое структурное усложнение инженерной деятельности означает необ ходимость опоры на законы, принципы и прочие регулятивы, которые и составляют особенное содержание технологических наук различной гло бальной направленности – литосферной, гидросферной, биосферной, космической, антропоэкологической. Стало быть, системотехническая деятельность находится на стыке инженерной и других видов не только технической, но и остальных областей общественно-практической дея тельности человеческого рода. Тут уж становится совсем ясно, что в со временной классификации наук утвердились следующие равновеликие отрасли – естественные, гуманитарные, общественные (социальные), тех нические, медицинские, технологические, экологические и философские науки. Их интеллектуальное сотрудничество в узловых областях челове ческой жизнедеятельности «опредмечивается» в космонавтике, агропро мышленном комплексе, геополитике, глобальных коммуникациях и соци альной экологии. Технологические науки – ответственное звено в процес се становления «единой науки» (Маркс).

В социологическом плане регулятивное действие принципа единства теории и практики выражается в своеобразии коллективных действий субъекта технологической науки. Это своеобразие в индустриальном об ществе отличается от своеобразия научно-технологической организации в информационном обществе. «В индустриальном обществе индивидуальный характер научного творчества постепенно сменился, – пишет С. И. Дука, – коллективным, труд ученых впервые в истории приобрел характер индуст риального труда, при котором в больших коллективах он стал делиться на 504 СЕКЦИЯ отдельные операции. Роль научных коллективов в этот период была край не велика» [13, с. 21].

Отметим также, что в период позднего индустриализма (вторая по ловина XX в.) в научных коллективах технологического профиля появи лась системная коллективность, когда в научной разработке и проектиро вании «социотехнологических систем» комплексно работали представите ли практически всех отраслей науки (например, советского периода). «Ни один гениальный ученый прошлого не справился бы с задачами создания ядерной энергетики, аэрокосмической отрасли, компьютерных технологий, генной инженерии» [13, с. 21].

Если науке индустриального общества в целом свойствен прагма тизм, то в особой степени это было свойственно технологическим наукам.

Видимо, по этой причине монографические и учебно-методические труды ученых-технологов до сих пор характеризуются узкоспециальной направ ленностью. До сих пор нет фундаментальных публикаций по общей техно логии (в стиле, например, И. Бекманна, конец XVIII в.). Даже в технологи ческих вузах близкого профиля нет базовых курсов общей технологии (как логического синтеза истории «системотехнологии»). Однако это положе ние скоро должно в корне измениться, потому что в науке постиндустри ального общества обнаруживается неэффективность крупных научных коллективов. «Повсеместно наблюдается кризис крупных научных коллек тивов», как отметила С. И. Дука (там же).



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.