авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 38 |

«Федеральное агентство по образованию Ставропольский государственный университет Дорогие друзья! ...»

-- [ Страница 21 ] --

следует вспом- ство составляют предмет стилистики. Затем мы видим, нить и «психологизм» исследования языка у А.А. Потеб- что эти сочетания слов, дополняя одно другое, ведут к ни, метод которого А.Ф. Лосев называет не психологиче- определенному впечатлению, и замечаем костяк стихо ским, а конструктивно-феноменологическим. творения, его композицию. Затем мы выясняем себе всю Настаивая на телесности слова и текста, Гумилев ис- природу образа, то ощущение, которое побудило поэта пользует соответствующие термины в метапоэтике. Он к творчеству, нервную систему стихотворения и таким использует медицинские термины «анатомия» и «физи- образом, овладеваем эйдолологией. Наконец (хотя все ология», считая, что в каждом стихотворении обе части это делается одновременно), наше внимание привле общей поэтики дополняют друг друга. Теорию поэзии кает звуковая сторона стиха (ритм, рифма, сочетание можно сравнить с анатомией, а поэтическую психоло- гласных и согласных), которая, подобно крови, перели гию с физиологией: «Стихотворение же — это живой ор- вается в его жилах, и мы уясняем себе его фонетику. Все ганизм, подлежащий рассмотрению и анатомическому, эти качества присущи каждому стихотворению, самому и физиологическому. Теория поэзии может быть разде- гениальному и самому дилетантскому, подобно тому, как лена на четыре отдела: фонетику, стилистику, ком- можно анатомировать живого и мертвеца. Но физиоло позицию и эйдолологию. Фонетика исследует зву- гические процессы в организме происходят лишь при ковую сторону стиха, ритмы, то есть смену повышений условии его некоторого совершенства, и, подробно ана и понижений голоса, инструментовку, то есть качество и томировав стихотворение, мы можем только сказать — связь между собою различных звуков, науку об оконча- есть ли в нем все, что надо и в достаточной мере, чтобы ниях и науку о рифме с ее звуковой стороны. оно жило. Законы же его жизни, то есть взаимодействие Стилистика рассматривает впечатление, произ- его частей, надо изучать особо, и путь к этому еще почти водимое словом в зависимости от его происхождения, не проложен» (там же, с. 539).

возраста, принадлежности к той или иной грамма- Анализируя «материалы искусств», поэт, вслед тической категории, места во фразе, а также группой за О. Уайльдом, утверждает, что наиболее богатый ма слов, составляющих как бы одно целое, например, териал искусства — это слово: «У слова есть не только сравненьем, метафорой и пр. музыка, нежная, как музыка альта или лютни, не толь Композиция имеет дело с единицами идейного по- ко краски, живые и роскошные… не только пластичные рядка и изучает интенсивность и смену мыслей, чувств и формы, не менее ясные и четкие, чем те, что открыва образов, вложенных в стихотворение. Сюда же относит- ются нам в мраморе или бронзе» (там же, с. 542).

ся и ученье о строфах, потому что та или иная строфа У Гумилева в метапоэтике особую значимость при оказывает большое влияние на ход мысли поэта. обретает категория читателя. Художников всегда волно Эйдолология подводит итог темам поэзии и воз- вал вопрос о том, к кому они обращаются и кто являет можным отношениям к этим темам поэта. Каждый из ся их читателями. Наиболее пристально вглядывались этих отделов незаметно переходит в другой, а эйдо- в эту проблему символисты, настаивая на сотворчестве лология непосредственно примыкает к поэтической поэта и читателя. Гумилев посвящает этой теме специ психологии. Разграничительных линий провести альную статью «Читатель» (1923) и определяет типы нельзя, да и не надо. В действительно великих произ- читателей: «сноб», «экзальтированный читатель» и «чи ведениях поэзии всем четырем частям уделено равное татель-друг». Каким же предстает перед нами «читатель внимание, они взаимно дополняют одна другую. Та- друг» в метапоэтической рефлексии Гумилева? «Однако ковы поэмы Гомера, такова «Божественная Комедия». может быть иной читатель, читатель-друг. Этот читатель Крупные поэтические направления обыкновенно думает только о том, о чем ему говорит поэт, становится устремляют особое внимание на два каких-нибудь от- как бы написавшим данное стихотворение, напоминает дела, объединяя их между собой и оставляя в тени два его интонациями, движениями. Он переживает творче других. Меньшие выделяют лишь один отдел, иногда ский миг во всей его сложности и остроте, он прекрасно даже один какой-нибудь прием, входящий в его состав. знает, как связаны техникой все достижения поэта и как Укажу, кстати, что возникший в последние годы акме- лишь ее совершенства являются знаком, что поэт отме изм выставляет основным требованием равномерное чен милостью Божией. Для него стихотворение дорого внимание ко всем четырем отделам» (15, с. 545—546). во всей его материальной прелести, как для псалмо В статье «Читатель» Гумилев приводит слова Делакруа: певца слюни его возлюбленной и покрытое волосами «Надо неустанно изучать технику своего искусства, чтобы лоно. Его не обманешь частичными достижениями, не не думать о ней в минуты творчества» (там же, с. 539). В ре- подкупишь симпатичным образом. Прекрасное стихо ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ творение входит в его сознание, как непреложный факт, Друзей меняют проститутки, меняет его, определяет его чувства и поступки. Только Вино меняется в стекле.

при условии его существования поэзия выполняет свое Он смотрит, неизменно чуткий мировое назначение облагораживать людскую породу. Ко всем явленьям на земле.

Такой читатель есть, я по крайней мере видел одного.

И я думаю, если бы не человеческое упрямство и нера- Старуха жизнь, играя в жмурки, дивость, многие могли бы стать такими» (там же, с. 539). Показывает вновь и вновь Смена позиции означала смену опорных терминов В вине сверкающем окурки в метапоэтике. Метапоэтика Н.С. Гумилева закрепляет И в твари проданной любовь!

новую терминологию — акмеистическую.

Он смотрит с доброю усмешкой Источник: На простенькие чудеса...

1. Гумилев Н.С. Песнь Заратустры // Гумилев Н.С. Стихо- А там Медведица, тележкой творения и поэмы. — СПб., 2000. — С. 63. Гремя, ползет на небеса.

2. Гумилев Н.С. Песня о певце и короле // Там же. — С. 65—67.

3. Гумилев Н.С. Читатель книг // Там же. — С. 158. Учась в Петербургском университете, С.М. Горо 4. Гумилев Н.С. Памяти Анненского // Там же. — С. 215—216. децкий сблизился с А.А. Блоком, повлиявшим на фор 5. Гумилев Н.С. Ода Д’Аннунцио // Там же. — С. 251—252. мирование его мировоззрения. Также поэт испытал 6. Гумилев Н.С. Творчество // Там же. — С. 266—267. влияние идей Вяч.И. Иванова — преодоление дека 7. Гумилев Н.С. Память // Там же. — С. 325—326. дентского индивидуализма в «соборности», значение 8. Гумилев Н.С. Слово // Там же. — С. 328;

фольклора, пути от символа к мифу. Еще будучи мо 9. Гумилев Н.С. Мои читатели // Там же. — С. 344—345. лодым поэтом, С.М. Городецкий определил важность 10. Гумилев Н.С. Поэту // Там же. — С. 389. связи поэзии с древнеславянской мифологией и на 11. Гумилев Н.С. Жизнь стиха // Гумилев Н.С. Письма родным творчеством. Здесь важно отметить влияние о русской поэзии. — М., 1990. — С. 45—54. на него трудов А.Н. Афанасьева.

12. Гумилев Н.С. Наследие символизма и акмеизм // Там В ранний период поэт выступает против «из же. — С. 55—58. лишней изысканности» стихов, ощущения разлада 13. Гумилев Н.С. Читатель // Там же. — С. 59—64. народа и интеллигенции, минорной интонации в 14. Гумилев Н.С. Анатомия стихотворения // Там же. — поэзии. С.М. Городецкий, как и другие акмеисты, де С. 65—68. лал установку на «прочность текста». Как и феноме 15. Три века русской метапоэтики: Легитимация дис- нологи в начале века, акмеисты обращались «назад курса. — Антология: В 4 т. — Ставрополь, 2005. — Т. 2. — к вещам». Признавая высоко поставленный именно С. 534—546. символистами идеал поэта, С.М. Городецкий ратует Литература: за «резко очерченные индивидуальности». «Новый 16. Блок А.А. Без божества, без вдохновенья // Собрание век влил новую кровь в поэзию русскую, — пишет Го сочинений: В 8 т. — М., 1962. — Т. 6. родецкий в статье «Некоторые течения в современной 17. Жирмунский В.М. Преодолевшие символизм // русской поэзии». — Начало второго десятилетия — как Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Сти- раз та фаза века, когда впервые намечаются черты его листика. — Л., 1977. — С. 106—133. будущего лика. Некоторые черты новейшей поэзии 18. Никитин А.Л. Неизвестный Гумилев: Исследования уже определились, особенно в противоположении и стихи. — М., 1996. предыдущему периоду. Между многочисленными кни 19. Слободнюк С.Л. «Идущие путями зла…»: Древний гами этой новой поэзии было несколько интересных;

гностицизм и русская литература 1880—1930 годов. — среди немалого количества кружков выделился Цех СПб., 1998. Поэтов. Газетные критики уже в самом названии этом подметили противопоставление прямых поэтиче ских задач — оракульским, жреческим и иным. Но не Городецкий заметила критика, что эта скромность, прежде всего, обусловлена тем, что Цех, принимая на себя культуру Сергей стиха, вместе с тем принял все бремя, всю тяжесть не Митрофанович исполненных задач предыдущего поколения поэтов.

[5.(17).I.1884, Санкт-Петербург — Непреклонно отвергая все, что наросло на поэзии от 8.V I.1967, Обн и нск] — поэт, методологических увлечений, Цех полностью при прозаик, переводчик, драма- знал высоко поставленный именно символистами тург, участник «Цеха поэтов». идеал поэта. Цех приступил к работе без всяких пред Метапоэтика С.М. Городецко- взятых теорий. К концу первого года выкристаллизо го представлена в статьях «Поэт вались уже выразимые точно тезы.

и национальность» (1908), «Идо- Резко очерченные индивидуальности представ лотворчество» (1909), «Формо- ляются Цеху большой ценностью, — в этом смысле творчество» (1909), «Некоторые традиция не прервана. Тем глубже кажется единство течения в современной русской поэзии» (1913), «Против некоторых основных линий мироощущения. Эти бессодержательной формы и неоформленного содержа- линии приблизительно названы двумя словами: ак ния» (1936) и др., а также стихотворными произведениями. меизм и адамизм. Борьба между акмеизмом и сим волизмом, если это борьба, а не занятие покинутой Поэт крепости, есть, прежде всего, борьба за этот мир, Тут, на углу, в кафе нескромном, звучащий, красочный, имеющий формы, вес и время, Чуть седоватый, чуть хмельной, за нашу планету Землю. Символизм, в конце концов, Цилиндр надвинув, в позе томной, заполнив мир «соответствиями», обратил его в фан Всю ночь сидит поэт земной. том, важный лишь постольку, поскольку он сквозит и 3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ просвечивает иными мирами, и умалил его высокую вес и время, за нашу планету Землю…» (там же, с. 553).

самоценность. У акмеистов роза опять стала хороша Поэт заявляет об ориентации на романское искусство, сама по себе, своими лепестками, запахом и цветом, которое, в противоположность германскому, «любит а не своими мыслимыми подобиями с мистической стихию света, разделяющего предметы, четко вырисо любовью или чем-нибудь еще. Звезда Маир, если она вывающего линию». Он связывает себя с литературной есть, прекрасна на своем месте, а не как невесомая традицией В. Шекспира, Ф. Рабле, Ф. Вийона и Т. Готье.

точка опоры невесомой мечты. Тройка удала и хоро- С.М. Городецкий выступает за сознательную раздель ша своими бубенцами, ямщиком и конями, а не при- ность слов вместо музыкальной слитности настрое тянутой под ее покров политикой. И не только роза, ний и художественной неопределенности намеков.

звезда Маир, тройка — хороши, т.е. не только хорошо Он считает, что значительное произведение искус все уже давно прекрасное, но и уродство может быть ства требует «меры внутри себя», архитектоники. Поэт прекрасно. После всяких «неприятий» мир беспово- утверждает «неизбежность формы».

ротно принят акмеизмом, во всей совокупности кра- Как и в концепциях других участников «Цеха по сот и безобразий. Отныне безбразно только то, что этов», в системе терминов метапоэтики С.М. Городец безбразно, что недовоплощено, что завяло между кого прослеживается корреляция с терминами фено бытием и небытием» (14, с. 553). менологии. Так, понятие «эйдолология» поэт объяснял Одной из важнейших установок акмеистов, кото- как «систему образов», присущую каждой выразившей рые разделял С.М. Городецкий, был «адамизм». «Адами- ся поэтической индивидуальности. В системе терми стические ощущения» связаны с «первородным взгля- нов метапоэтики С.М. Городецкого имеются термины дом на мир», единством земли и человека: «Первым естественнонаучных знаний: «новая кровь», «химиче этапом выявления этой любви к миру была экзотика. ский синтез» и т.д.

Как бы вновь сотворенные, в поэзию хлынули звери;

В послеоктябрьские годы поэт не раз менял лите слоны, жирафы, львы, попугаи с Антильских островов ратурную и общественную позицию, сотрудничал наполняли ранние стихи Н. Гумилева. Тогда нельзя в изданиях разной поэтической окраски, в том числе и было еще думать, что это уже идет Адам. Но мало-пома- близких к коммунистической идеологии.

лу стали находить себе выражение и адамистические В статье «Некоторые течения в современной рус ощущения. ской поэзии» (1913) он с ювелирной точностью дал Знаменательной в этом смысле является книга определение предшествующим направлениям и но М. Зенкевича «Дикая Порфира». С юношеской зор- вому, акмеистическому: «Нет, просто с новым веком костью он вновь и вновь увидел нерасторжимое един- пришло новое ощущение жизни и искусства. Стало ство земли и человека, в остывающей планете он уви- ясно, что символизм не есть состояние равновесия, дел изрытое струпьями тело Иова, и в теле человече- а потому возможен только для отдельных частей про ском — железо земли. изведения искусства, а не для его созданий в целом.

Сняв наслоения тысячелетних культур, он понял Новые поэты не парнасцы, потому что им не дорога себя, как «зверя, лишенного и когтей и шерсти», и не сама отвлеченная вечность. Они и не импрессиони менее «радостным миром» представился ему микро- сты, потому что каждое рядовое мгновение не являет косм человеческого тела, чем макрокосм остывающих ся для них художественной самоцелью. Они не сим и вспыхивающих солнц. Махайродусы и ящеры — до- волисты, потому что не ищут в каждом мгновении историческая жизнь земли — пленили его воображе- просвета в вечность. Они акмеисты, потому что они ние;

ожили камни и металлы, во всем он понял «скры- берут в искусство те мгновения, которые могут быть тое единство живой души, тупого вещества». вечными» (там же, с. 554).

Но этот новый Адам пришел не на шестой день тво Источники:

рения в нетронутый и девственный мир, а в русскую современность. Он и здесь огляделся тем же ясным, 1. Городецкий С.М. Поэт (Из цикла «Сердце») // Горо зорким оком, принял все, что увидел, и пропел жизни и децкий С.М. Стихотворения и поэмы. — Л., 1974. — миру аллилуия. «И майор, и поп, и землемер», «женщина С. 157—158.

веснушчатая», и шахтер, который «залихватски жарит 2. Городецкий С.М. Мать родимая, тебе я эту книгу от на гармошке», и «слезливая старуха-гадалка» — все во- даю… // Там же. — С. 165.

шло в любовный взор Адама... Владимир Нарбут, выпу- 3 Городецкий С.М. Поэт // Там же. — С. 185—186.

стивший сначала книжку стихов, в которой предметов 4. Городецкий С.М. Поэт // Там же. — С. 254.

и вещей было больше, чем образов, во второй книжке 5. Городецкий С.М. Ночь, прощай! Я день свой встре («Аллилуиа») является поэтом, осмысленно и непре- тил… // Там же. — С. 298.

клонно возлюбившим землю. Описывая украинский 6. Городецкий С.М. Он верит в вес, он чтит простран мелкопоместный быт, уродство маленьких уютов, он ство… // Там же. — С. 309.

не является простым реалистом, как могло бы пока- 7. Городецкий С.М. Валерию Брюсову // Там же. — заться взгляду, легкому на сравнения, в победителях С. 381—382.

ищущему побежденных. От реалиста Владимира Нар- 8. Городецкий С.М. Велимиру Хлебникову // Там же. — бута отличает присутствие того химического синтеза, С. 382—383.

сплавляющего явление с поэтом, который и сниться 9. Городецкий С.М. Перед стихами // Там же. — С. 392.

никакому, даже самому хорошему, реалисту не может» 10. Городецкий С.М. Ямбы // Там же. — С. 396—398.

(там же, с. 553—554) 11. Городецкий С.М. Поэт // Там же. — С. 435.

В литературных манифестах акмеизма С.М. Горо- 12. Городецкий С.М. Некоторые течения в современной децкий вместе с Н.С. Гумилевым говорит об изгнании русской поэзии // Аполлон. — 1913. — № 1.— С. 46—50.

из искусства мистицизма как обязательной темы и 13. Городецкий С.М. Лирика Никитина // Городец основной цели поэтического творчества. С изгнани- кий С.М. Избранные произведения: В 2 т. — М., 1987. — ем из поэтики мистики главное значение получает Т. 2. — С. 523—528.

земной мир, многообразный и яркий: «Борьба между 14. Три века русской метапоэтики: Легитимация дис акмеизмом и символизмом… есть прежде всего борьба курса. — Антология: В 4 т. — Ставрополь, 2005. — Т. 2. — за этот мир, звучащий, красочный, имеющий формы, С. 547—554.

ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ Литература: ловеческий голос в его божественных стихах», выявля 15. Жирмунский В.М. Преодолевшие символизм // ет специфику пушкинского лиризма и высказывает за Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Сти- ветные мысли о взаимоотношении поэта с читателями.

листика. — Л., 1977. — С. 106—133. Через личный биографический опыт она воспринима 16. Смирнов И. О Сергее Городецком // Русская литера- ла единство и непрерывность истории, связь прошлого тура. — 1967. — № 4. и настоящего, их взаимодействие: «Как в прошедшем грядущее зреет, // Так в грядущем прошлое тлеет». Веря в исторический прогресс, торжество добра, в то, что Ахматова подлинная поэзия дойдет через «хребты веков», А.А. Ах матова пришла к тому «солнечному доверию к читате Анна лю», которое так любила в А.С. Пушкине: «Наш век на Андреевна земле быстротечен // И тесен назначенный круг, // А он [наст. фамилия Горенко;

11(23). неизменен и вечен — // Поэта неведомый друг».

VI.1889, Большой Фонтан, близ В метапоэтике А.А. Ахматова отказывается от экс Одессы — 5.III.1966, Домодедо- тенсивного метода символистов, пользующихся ассо во, под Москвой;

похоронена циативной силой слова. В реформе поэтического сти в Комарово, под Санкт-Петер- ля она утверждает интенсивную энергию слова: новые бургом] — поэт, литературо- оттенки значений слова обнаруживаются, не сливаясь, вед, переводчик. а соприкасаясь, как частицы мозаичной картины.

Метапоэтика А.А. Ахмато- Поэт утверждает «эпиграмматичность словесной вой представлена статьями формы». В основе ахматовской эпиграмматической «Заметки к «Поэме без героя» (опубликована в 1983 формулы, по мнению В.М. Жирмунского, лежит не об году), «О XV строфе второй главы «Евгения Онегина» щее суждение, а точное и тонкое восприятие явлений (опубликована в 1970), «Сказка о золотом петушке» внешнего мира, конкретизация душевных пережива и «Царь увидел пред собой» (1939), «Пушкин и Невское ний. Отсюда — установка на точное предметное зна взморье» (опубликована в 1969), а также стихотвор- чение слова, гармонизация всех компонентов слова, ными произведениями. гармонизация всех компонентов поэтической речи, Если в поэтических текстах метапоэтика А.А. Ахма- логическая организованность композиции («после товой строится на основе образного восприятия поэта довательное смещение планов переднего и заднего»).

и поэзии, то в прозе она ближе к литературоведческо- Мысли о творчестве запечатлеваются А.А. Ахматовой му дискурсу (историко-литературный подход, широко в цикле «Тайны ремесла» и особенно в первом стихот используемые социокультурный и социофизический ворении цикла «Творчество». Рассмотрим его строе контексты). Дело поэта осмысливается А.А. Ахмато- ние, гармоническую организацию, с тем чтобы опре вой как подвижничество, как поручение, «дарованное делить внутренние особенности метапоэтических небесами» вместе с талантом, как жизненный подвиг. текстов А.А. Ахматовой.

Главное свойство истинного искусства, по А.А. Ахма Творчество товой, — отношение поэзии к реальности, но реализм творчества поэта не следует рассматривать прямо- Бывает так: какая-то истома;

линейно. В «Тайнах ремесла» находим перекличку, В ушах не умолкает бой часов;

особенно в стихотворении «Творчество», со статьей Вдали раскат стихающего грома.

А.А. Блока «О назначении поэта». Речь «О назначении Неузнанных и пленных голосов поэта» была прочитана 13 февраля 1921 года на вече- Мне чудятся и жалобы и стоны, ре в Доме литераторов, посвященном 84-й годовщине Сужается какой-то тайный круг, со дня смерти А.С. Пушкина. Она стала своеобразным Но в этой бездне шепотов и звонов завещанием А.А. Блока. А.А. Ахматова присутствовала Встает один, все победивший звук.

на этом заседании. Выступление А.А. Блока произвело Так вкруг него непоправимо тихо, на нее огромное впечатление. Что слышно, как в лесу растет трава, В 1911 году А.А. Ахматова входит в организован- Как по земле идет с котомкой лихо...

ный Н.С. Гумилевым и С.М. Городецким «Цех поэтов», Но вот уже послышались слова становится его секретарем. Весной 1912 года из «Цеха И легких рифм сигнальные звоночки, — поэтов» выделилась группа акмеистов (А.А. Ахмато- Тогда я начинаю понимать, ва причисляла к ним С.Н. Гумилева, С.М. Городецкого, И просто продиктованные строчки О.Э. Мандельштама, В.И. Нарбута, М.А. Зенкевича), ко- Ложатся в белоснежную тетрадь.

торая противопоставляла себя старшим и младшим 5 ноября символистам, провозгласив культ «вещного мира, кон- Фонтанный дом кретной реальности, отказ от мистики и прозревае мых в земных явлениях символов Божьего Царства». Рассмотрение внешних — композиционных — Творчество для А.А. Ахматовой — это соединение не- особенностей текста позволяет обнаружить их на гар посредственности жизненных впечатлений («свежесть монической горизонтали. Как бы ни рассматривали чувств»), интуиции художника с работой над формой. стихотворение, в нем каждый элемент, каждое слово А.А. Ахматова не раз подчеркивала, что «лирика — это подчинено общей системе. Оно делится на три части, жанр, в котором человек меньше всего выдает себя», каждая часть оформлена в смысловом и структурном что «лирические стихи — лучшая броня, лучшее при- отношениях. Соотношение и внутренняя структура крытие. Там себя не выдашь». «Биографический» метод частей таковы:

I часть. Внутреннее состояние духа, процесс эмо исследования творчества А.С. Пушкина и интуитивное постижение творческого процесса позволили А.А. Ах- ционального восприятия мира.

НО итог: «Встает один, все победивший звук…»

матовой выявить многочисленные внутренние связи 2 часть. Рациональное осознание мира, преломле биографии поэта с его творчеством, которые до нее оставались незамеченными. А.А. Ахматова слышит «че- ние воспринимаемого через разум.

3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ НО итог: «Но вот уже послышались слова..» «предвестники», соотношение которых в результате 3 часть. Синтез эмоционального и рационально- дает итоговую формулу. Таким образом, уравновешен го — поэтический образ. ность большего и меньшего (итога, резюмирования) Итог всего процесса, формула: характерна не только для общего построения произ ведения, но для каждой его части, что обеспечивает «Тогда я начинаю понимать, цельность и единство текста.

И просто подиктованные строчки Синтаксическая структура стихотворения явля Ложатся в белоснежную тетрадь». ется нежесткой, она контрастирует с композицион но-смысловой структурой и асимметрична ей, что Как отмечалось, В.М. Жирмунский пришел к вы- в целом дает стихотворению едва намеченные син воду о формульном характере многих произведений таксические контуры частей. Размыванию частей, их А.А. Ахматовой на основе наблюдения над «точностью децентрации способствует повтор. Так, первая часть взгляда», что, по его мнению, «ведет к эпиграмматиче- заканчивается образом звука. Вторая часть начина ской лаконичности словесного выражения»: «Она лю- ется с развития этого же образа через указание на него местоимением вкруг него и развитием темы бит замыкать эмоциональные переживания в обобща звука через лексемы тихо, слышно, послышались ющие формулы, в которых сквозь сентенцию общего слова, звоночки. Таким образом, синтаксис всту характера звучит неповторимо личный взволнован ный голос лирической героини» (22, с. 69). пает с жесткой композиционно-смысловой структу Словник стихотворения Существительные Глаголы Местоимения Прилагательные, Наречия, Союзы Частицы причастия категория состояния I часть истома бывает какая-то стихающего так и не (в) ушах (не) умолкает мне неузнанных вдали и, и бой часов чудятся какой-то пленных но, и раскат грома сужается (в) этой победивший жалобы встает стоны круг (в) бездне шепотов (и) звонов звук II часть (в) лесу растет (вкруг) него легких непоправимо что трава идет сигнальные тихо (по) земле слышно, как (с) котомкой послышалась как но лихо и слова вот рифм, звоночки уже III часть строчки начинаю я продиктованные тогда понимать (в) тетрадь ложатся (в) белоснежную просто и Стихотворение «Творчество» построено по прин- рой в динамичные отношения, размывает ее зримые ципу «золотого сечения», или винтовой симметрии. границы, делает их подвижными, а процесс творче Строение частей и их отношение имеет рекуррент- ства, хотя в нем выделяются пики эмоционального ный (возвращающийся) характер;

возникает описание и рационального, в целом осознается как целена творческого состояния как некоторой последователь- правленный и непрерывный, как бы текучий, чему ности, итог которой достаточно просто выражается способствует переход от одной части к другой. Это через смысловые точки, отношения между ее частя- антиномия отрицания и единения их в понятии — ми. Таким образом, итог внутренне предопределен творчество. Рассмотрим словник стихотворения, ко со стороны смысловых соотношений частей, и части торый помогает выявить гармоническую вертикаль, подготавливают друг друга: вторая часть — это воз- обусловленную парадигматическими отношениями врат к первой и развитие ее на более высоком уровне, слов одной части речи и находящимися в них слова третья — закономерный общий итог. Творчество пред- ми одного или близким по значению тематических ставлено как сложный процесс, неуклонно стремя- рядов. Основная вертикаль — строй существитель щийся к разрешению, которое он и получает в итоге. ных. Состав существительных в каждой из частей Внутренняя структура частей такова, что и эмо- имеет строгую определенность.

циональное восприятие и рациональное осмысление Первая часть, которая является инвариантной по также имеют свою резюмировку: «Встает один, все по- отношению к остальным, задает некоторые общие бедивший звук» и «Но вот уже послышались слова...». тенденции стихотворения. Существительные первой В качестве сигналов выступают симметрично распо- части создают картину чувственного и эмоциональ ложенные союзы-частицы но в противительно-присо- ного постижения мира. Общее состояние характери зуется существительным истома. Контекст, в кото единительном значении, актуализирующие формуль ные части как наиболее важные. Это своеобразное ром используется это слово, не дает нам возможности однозначно толковать его значение, истома опреде смысловое crescendo каждой из частей, те смысловые ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ ляется противоположными дефинициями: ’чувство ятельности, которые в творческом процессе вылива усталости, утомления, бессилия’ (МАС), ’чувство при- ются у Ахматовой в образы, поражающие изыскан ной простотой и точностью: строчки и тетрадь. Это ятной расслабленности’ (Словарь русского литератур ного языка С.И. Ожегова);

глагол истомить — ’изму- итоговая формула: все пережито, истина выкристал чить, довести до изнеможения’ (МАС). В стихотворе- лизована и получила адекватное выражение в слове нии налицо элемент значения ’расслабленность’, но с и стихе.

ним сосуществует значение ’бессилие, изнеможение’. Таким образом, предшествующие семантические пики — слова, рифм сигнальные звоночки — пре Они контекстно актуализированы: с одной стороны, слово истома употребляется в контексте с какая-то, допределяют и делают закономерным появление эле чудятся, тайный круг, с другой стороны, жалобы ментов лаконичной формулы строчки и тетрадь, и стоны, бездна шепотов и звонов и т.д. Орган в строе существительных прослеживается общая за восприятия назван — уши. Слуховое эмоциональное кономерность: соотношение предыдущих смыслов восприятие мира подобно восприятию музыканта: дает последующее, и наоборот.

это как бы ориентирующее субъективные сигналы Глагольный строй стихотворения также отвечает мира, передаваемые через звуки. Картина мира, пере- данной закономерности. Глаголы первой части харак данная звуками, симфонична. Здесь множество тем, теризуются несовершенным видом и настоящим вре мотивов, голосов, которые воспринимаются как бы менем — это глаголы процессуальные, но дают разную степень характеристики процесса: от абстрактного не одновременно. Обобщенность позволяет восприни умолкает, чудятся к более конкретному сужается, мать их как сигналы-символы, в которых происходит встает, эти последние и являются глагольными «пи перенос центра тяжести с того, что называется, на то, что подразумевается. Этот мир имеет свои коорди- ками», организаторами внутренней предсказуемости наты — пространственные бездны (’беспредельное в последующем развитии образов. Следующая часть пространство’, ’глубина’, ’кажущаяся неизмеримость’, симметрична данной и определяется потенциями то есть ’бесконечность’), и время (бой часов), симво- предшествующей: от абстрактного в динамике к кон лизирующее временную конечность — бой (говорим кретному. Растет, идет переходят в глагол послы шались, являющийся семантическим пиком в гла «пробил» по отношению к жизни человека). В косми ческом звучании противоборствуют звуки, имеющие гольном строе второй части и предвестником ито отношение к природе (раскат грома) и преобладаю- гового разрешения текста: начинаю понимать, ло жатся. Следует отметить, что семантический «пик»

щие в количественном и, конечно, в качественном от ношении голоса людей, голоса — зовы (жалобы, сто- второй части дается через глаголы совершенного ны, шепоты). Это голоса, ждущие помощи и ответа. вида, что характеризует действие как достигшее сво Сложнейшая полифония выливается в гармони- ей высшей точки и на этом исчерпывающееся. Таким ческий контрапункт, в котором побеждает один... образом, итог стихотворения — это новый уровень звук. Таким образом, возникает глобальная картина понятий, подготовленный соотношением предше мира, восприятие которой на первых порах инту- ствующих элементов.

итивно («бездна шепотов и звонов»), в котором вы- Местоимения уточняют описанное соотношение, деляется сознанием один ведущий звук. Нарастание а также отвечают общему строению текста. В первой ча сти преобладает семантика неопределенности: какая идет постепенно — от более абстрактного и широ то, какой-то. Во второй части внимание концентриру кого звукового охвата к одному звуку, который сим волизирует появление точки отсчета некоторой ется на развитии некоторого начала определенности определенности во вселенском хаосе. Звук — пред- («один звук» первой части). Местоимение выводит это вестник определенности. В системе существитель- понятие в субституционный повтор во второй части — вкруг него. И только в третьей части появляется лич ных первой части осуществляется принцип золото ное местоимение, проявляющее голос героя — я.

го сечения: повторяясь, соединяясь, разрозненные звучания выливаются в один звук, который рожден Строй прилагательных и причастий дает также отношениями в системе предыдущих — меньшее отмеченное соотношение («неузнанных», «пленных», «тайный» «победивший»;

«легкий» «сигнальные»

гармонично уравновешивает большее.

Вторая часть — вариация первой, но это вариаци- «продиктованные»). Этот строй подкрепляется кон онный контраст — уже реально осознаваемое и созер- кретизацией со стороны наречий и слов категории цаемое: лес, трава, земля, то есть существительные, состояния. Первая часть — наречие вдали, вторая — тихо, слышно, третья — просто.

символизирующие мир гармоничной природы;

это лихо, котомка — существительные, символизиру- Показанная система отношений уточняется сочи ющие дисгармонию мира, это слова, рифм звоноч- нительным союзом и, выполняющим соединительную ки — то, во что выливается осознание мира реально- функцию, а также союзом-частицей но, знаменующи го, отображенного в поэтическом мире. Между этими ми наиболее важные семантические точки текста, со существительными складываются уже более сложные отношения которых предсказывают его концовку.

отношения, то, что было предвосхищено первой час- Таким образом, оказывается, что гармоническая тью, получает свое наименование. Раскаты грома, уравновешенность большего и меньшего (формуль символизирующие мир природы, конкретизируются ная часть) пронизывает практически все уровни ор в обозначении реалий: лес, трава, земля;

жалобы и ганизации текста, а отношение частей друг к другу стоны выливаются в образ лихо;

бездна шепотов вторично получается в виде отношения одной части и звонов, звук в слова и рифм сигнальные зво- ко всему целому. Семантически текст оказывается ночки. Таким образом, между частями возникают неоднозначным. Слово «просто» (продиктованные отношения рекурренции (возврата), когда определе- строчки) — это внешняя игра, свойственная текстам ние смысловых точек последующей части может быть А.А. Ахматовой. «Просто» это также и непросто, если предвосхищено соотношениями элементов в предше- вспомнить проделанный художником путь, а также ствующей части. обратиться к полицитатности текста: «истома» — это Рациональное осознание мира — это уже знание исходная точка цитирования Пушкина («Духовный жаждою томим...»), так же, как и образ звука («Моих о нем, на основе этого знания возникают позывы к де 3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ ушей коснулся он, // И их наполнил шум и звон»). Это и простых предложений. … В эпоху, отмеченную смысловые точки стихотворения, несущие в себе тя- обилием технических экспериментов в поэзии, она жесть состояния лирического героя. Другой источ- подчеркнуто сторонилась авангарда. Более того, ее ник цитирования — речь А.А. Блока «О назначении технические средства обладают внешним сходством поэта» (1921). Вот некоторые фрагменты из речи с тем, что в начале века породило волну новаций как А.А. Блока: он пишет о поэте как о сыне гармонии, в русской поэзии, так и повсеместно: со строфи о том, что три дела возложены на поэта: «Во-пер- кой символистов, вездесущей, как трава. Это внеш вых, — освободить звуки от родной безначальной нее сходство соблюдалось Ахматовой сознательно:

стихии, в которой они пребывают... На бездонных она стремилась не к упрощению, но к усложнению глубинах духа... катятся звуковые волны, подобные задачи. Ей попросту хотелось вести игру честно, волнам эфира, объемлющим вселенную, там идут не уклоняясь и не изобретая собственных правил.

ритмические колебания, подобные процессам, об- Иными словами, и в стихотворении она стремилась разующим горы, ветры, морские течения, раститель- к соблюдению приличий» (21, с. 30).

ный и животный мир» (20, с. 162). Следует учесть О «скупости слов» в метапоэтике акмеистов го и то, что название цикла «Тайны ремесла»: «просто» ворил еще Б.М. Эйхенбаум, ставя во главу угла тезис и «тайны» несут взаимоисключающие значения, из М.А. Кузмина: «Лаконизм стал принципом постро которых и складывается смысловое единство по- ения. Лирика утеряла как будто свойственную ее нятия «творчество». Ахматова любила разыгрывать природе многословность. Все сжалось — размер простаков и даже подыгрывать им: стихотворений, размер фраз. Сократился даже са мый объем эмоций или поводов для лирического Подумаешь, тоже работа — повествования» (23, с. 86).

Беспечное это житье:

Подслушать у музыки что-то! Источники:

И выдать шутя за свое. 1. Ахматова А.А. Музе // Ахматова А.А. Собрание сочи 1936—1960 нений: В 6 т. — М., 1998. — Т. 1. Стихотворения. 1904— 1941. — С. 79.

Другое дело, что «простота» часто оказывалась 2. Ахматова А.А. Нам свежесть слов и чувства просто хуже воровства: именно такие «простаки», считавшие ту... // Там же.— С. 237.

жизнь поэта «беспечным житьем», убивали их на дуэ- 3. Ахматова А.А. Муза ушла по дороге... // Там же. — С. 247.

лях, изгоняли из собственной страны. Таким образом, 4. Ахматова А.А. Песня о песне // Там же. — С. 264.

структурно закрытый и семантически негерметич 5. Ахматова А.А. О, есть неповторимые слова... // Там ный поэтический текст уже в итоговой точке стихо же. — С. 280.

творения содержит потенциал для наращивания но 6. Ахматова А.А. О, знала ль я, когда в одежде белой... // вых витков смысла.

Там же. — С. 410.

Выражение внутреннего состояния через внеш 7. Ахматова А.А. Маяковский в 1913 году // Там же. — С. 465.

ние, опосредованные образы, продуманность ком 8. Ахматова А.А. К стихам // Ахматова А.А. Собрание позиции, эпиграмматичность, рефлексия, оглядка на сочинений: В 6 т. — М., 1998. — Т. 4. Книга стихов. — классическую традицию, оксюморонность сочета С. 308.

ний позволили критикам говорить о сильном влия 9. А хматова А.А. Сож женная тетрадь // Там же. — нии Е.А. Баратынского и специфическом «пушкиниз С. 370—371.

ме» А.А. Ахматовой. К этому надо добавить очевид 10. Ахматова А.А. Борис Пастернак // Ахматова А.А.

ное, хотя и преломленное воздействие некрасовских Стихи и проза. — Л., 1976. — С. 288—289.

трехсложных размеров с пропуском одного из двух 11. Ахматова А.А. Пушкин // Там же. — С. 317.

безударных слогов, вследствие чего ритм приобре тает неровный, прерывистый, ломающийся ход, при- 12. Ахматова А.А. Тайны ремесла // Там же. — С. 309—314.

дающий экспрессивную напряженность и драматизм 13. Ахматова А.А. А в книгах я последнюю страницу… // лирическому переживанию. С этим связана также Там же. — С. 315—316.

«сюжетность» ахматовской лирики, балладная струя 14. Ахматова А.А. Из цикла «Тайны ремесла» // Там же. — в ее поэзии. С. 498.

«Пушкин и поэты его времени, воспитанные на 15. Ахматова А.А. Заметки к «Поэме без героя» // Ахма традициях классицизма, подсказали Ахматовой об- това А.А. Сочинения. — Paris, 1996. — С. 154—165.

раз Музы как объективное воплощение ее поэтиче- 16. Ахматова А.А. Болдинская осень // Там же. — С. 192—203.

ского самосознания. Образ Музы-подруги, Музы-се- 17. Ахматова А.А. O XV строфе романа «Евгений Оне стры, Музы-учительницы и утешительницы проходит гин» // Там же.— С. 224—234.

через все творчество Ахматовой. Часто он получает 18. Ахматова А.А. Пушкин и Невское взморье // Там реалистические черты, характерные для ее ранней же. — С. 251—261.

манеры: «Муза ушла по дороге // Осенней, узкой, кру 19. Три века русской метапоэтики: Легитимация дис той, // И были смуглые ноги // Обрызганы крупной курса. — Антология: В 4 т. — Ставрополь, 2005. — Т. 2. — росой» («Муза ушла по дороге…», 1915). Иногда этот С. 555—574.

смелый реализм намеренно снижает классический Литература:

образ, приближая его к бытовой реальности биогра 20. Блок А.А. О назначении поэта // Блок А.А. Собрание фической судьбы самой поэтессы: «И Муза в дырявом сочинений: В 8 т. — М. — Л., 1962. — С. 160—168.

платке // Протяжно поет уныло…» … С годами образ 21. Бродский И.А. Муза плача // Бродский И.А. Собра Музы меняется, как и лирический образ самого автора, ние сочинений: В 5 т. — СПб., 1999. — Т. 5. — С. 28—43.

ее двойника, приобретая черты сдержанной суровой 22. Жирмунский В.М. Творчество Анны Ахматовой. — гражданственности» (22, с. 78—79).

Л., 1973.

И.А. Бродский так определяет особенности по этики и метапоэтические посылки Ахматовой: 23. Эйхенбаум Б.М. Анна Ахматова // Эйхенбаум Б.М.

«Ахматова — поэт строгой метрики, точных рифм О поэзии. — Л., 1969. — С. 75—147.

ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ Мандельштам Останься пеной, Афродита, И, слово, в музыку вернись, Осип И, сердце, сердца устыдись, Эмильевич С первоосновой жизни слито!

[3(15).I.1891, Варшава — 27.XII.

1938, пересылочный лагерь 3/10 Управления Северо-Вос- О.Э. Мандельштам уточняет творческий процесс, точных исправительно-тру- сходный с «приведением к ясности» в феноменологии, довых лагерей] — поэт, проза- через соотношение слова и вещи: «Не требуйте от по ик, переводчик, теоретик ли- эзии сугубой вещественности, конкретности, матери тературы, член петербургско- альности. Это тот же революционный голод, сомнение го Религиозно-философского Фомы … Стихотворение живо внутренним образом, общества. тем звучащим слепком формы, который предваряет Метапоэтика О.Э. Мандельштама представлена ра- стихотворение» (15, с. 43). Современный поэт — это тот, ботами «Разговор о Данте» (1932—1933), «Письмо о рус- в ком «поют идеи, научные системы, государственные ской поэзии» (1922), «Франсуа Виллон» (1910), «Утро теории так же точно, как в его предшественниках пели акмеизма» (1912), «Слово и культура» (1921), «Письмо соловей и роза» (16, c. 580). В этом положении обнару о русской поэзии» (1922), «О природе слова» (1922) живается влияние идей А.А. Потебни о взаимодействии и др., а также стихотворными произведениями.

науки и поэзии как разных форм познания. Изложение О.Э. Мандельштам, энцик лопедически образо «искусства поэзии» у Мандельштама находится на гра ванный поэт, всегда был в курсе достижений совре ни философского, научного и поэтического языков.

менной науки — как гуманитарной, так и естествен Важно органическое восприятие поэзии как эле ной. Научные теории, открытия, гипотезы для него мента культуры, как существенного элемента твор не просто предмет чтения, но основа размышления чества истории. В соответствии со своими философ над главными вопросами: сутью истории и истори скими взглядами О.Э. Мандельштам отделил историю ческого бытия.

«как нечто преходящее» и «инфраисторию» — как ор Метапоэтика О.Э. Мандельштама формирова ганическое бытие в ее внутренних закономерностях.

лась под влиянием метапоэтики Е.А. Баратынского, Именно эта «инфраистория» находит воплощение А.А. Дельвига, С.Я. Надсона, И.Ф. Анненского, С. Мал в поэтических образах.

ларме в диалоге с эстетическими воззрениями дру В работе «О природе слова» О.Э. Мандельштам раз гих представителей акмеизма, полемически обра вивает идею об «эллинистической» культурной исто щенного к символистской традиции.

рической области на востоке Европы. В эту область он Название журнала акмеистов — «Аполлон» — под включает и русскую культуру, считая, вопреки данным черкивает их ориентацию не на музыкальное, диони лингвистики, русский язык эллинистическим. В элли сийское начало, а на аполлоновское, основу которого нистической культуре язык свободен от государствен составляла живопись. Поэзия намеков и настроений, ных и церковных форм, поэтому «русская культура и по выражению В.М. Жирмунского, заменяется искус история со всех сторон омыты и опоясаны грозной ством «точно выверенных и взвешенных слов», «худо и безбрежной стихией русской речи» (16, с. 582). Идя жественным созерцанием вещей» (19, с. 109) вслед за А.А. Потебней и А.Н. Веселовским, он говорит Основная проблематика метапоэтики О.Э. Ман об обогащении внутреннего содержания слова в поэ дельштама коррелирует с идеями феноменологии тическом языке. В метапоэтике О.Э. Мандельштама ца Э. Гуссерля, находящегося с ним в одной эпистемо рит концепт «язык»: язык — основа культуры, нации, ее логической реальности. Если Э. Гуссерль призывает жизнь, движение. Слово — результат культуры и куль разговаривать с самими вещами, идти к самим вещам, туростроительный механизм, Акрополь, противосто то поэт говорит о «борьбе за представимость целого, ящий хаосу, небытию.

за наглядность мыслимого». «Любите существование В метапоэтических текстах О.Э. Мандельштама вещей больше самой вещи, — писал он, — и свое бытие осмысление языка и слова находится на путеводной больше самих себя — вот высшая заповедь акмеизма»

нити деятельностной концепции языка и художе (15, с. 172). Речь идет не о направленности поэтическо ственного текста, которые обосновали В. фон Гум го мышления на конкретный предмет, а на его суще больдт, А.А. Потебня, упрочили в метапоэтике сим ствование, конструирование, то есть это и есть «созна волисты. О.Э. Мандельштам берет на вооружение это ние о» предметах.

понятие. Он пишет: «Русский язык — язык эллинисти ческий. По целому ряду исторических условий, живые Silentium силы эллинской культуры, уступив Запад латинским Она еще не родилась, влияниям и ненадолго загощиваясь в бездетной Ви Она — и музыка и слово, зантии, устремились в лоно русской речи, сообщив И потому всего живого ей самобытную тайну эллинистического мировоз Ненарушаемая связь.

зрения, тайну свободного воплощения, и поэтому рус ский язык стал именно звучащей и говорящей плотью.

Спокойно дышат моря груди, Если западные культуры и истории замыкают Но, как безумный, светел день, язык извне, огораживают его стенами государствен И пены бледная сирень ности и церковности и пропитываются им, чтобы В черно-лазоревом сосуде.

медленно гнить и зацветать в должный час его распа да, русская культура и история со всех сторон омыты Да обретут мои уста и опоясаны грозной и безбрежной стихией русской Первоначальную немо т у, речи, не вмещавшейся ни в какие государственные и Как кристаллическую ноту, церковные формы.

Что от рождения чиста!

3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ Жизнь языка в русской исторической действитель- только в исполнительской окраске, только в партитуре ности перевешивала все другие факты полнотою бытия, постоянно изменяющегося приказа орудийной сигна представлявшей только недостижимый предел для всех лизации...» (там же, с. 586).

Метапоэтика О.Э. Мандельштама характеризуется прочих явлений русской жизни. Эллинистическую при универсализмом, осмыслением бытия сквозь толщу роду русского языка можно отождествлять с его бытий культуры.

ственностью. Слово в эллинистическом понимании есть С.С. Аверинцев пишет: «Нам легче понять такое плоть деятельная (выделено нами. — К.Ш., Д.П.), разре движение мысли, чем современникам Мандельшта шающаяся в событие. Поэтому русский язык истори ма: между его временем и нашим — такое явление, как чен уже сам по себе, так как во всей совокупности он философия Хайдеггера, только и старавшегося о том, есть волнующееся море событий, непрерывное вопло чтобы das Seiende-сущее не закрывало собою das Sein щение и действие разумной и дышащей плоти. Ни один бытие. Но ведь Мандельштам-то писал: «Любите су язык не противится сильнее русского назывательному ществование вещи больше самой вещи и свое бытие и прикладному назначению. Русский номинализм, то больше самих себя», — еще в 10-е годы, то есть лет за есть представление о реальности слова как такового, тридцать до того, как Хайдеггер только начал прихо животворит дух нашего языка и связывает его с эллин дить к своим темам;

а тогда о нем не слыхивали даже ской филологической культурой не этимологически немецкие философы, не говоря о русских поэтах. Ин и не литературно, а через принцип внутренней свобо тересно, конечно, что Мандельштам, толком почти не ды, одинаково присущей им обоим» (16, с. 582).

читавший философов, за исключением… Владимира Говоря о философе В.В. Розанове, О.Э. Мандельштам Соловьева, Бергсона и Флоренского, так близко подо подчеркивает «филологическую природу его души».

шел к важнейшей теме западной философии 30—50-х го Филология в разумных пределах дополняет добыва дов … поэзия Мандельштама идет путем поступатель емое поэтами знание о поэзии, считает О.Э. Мандель ного очищения субстанции от случайных признаков, штам. Поэтому ему так дорог словарь В.И. Даля: «У нас продолжая в этом отношении импульс символизма, нет Акрополя. Наша культура до сих пор блуждает и не хотя сильно его модифицируя. … Взгляд сосредото находит своих стран. Зато каждое слово словаря Даля чен не на вещности вещи, а … на ее бытии — и еще есть орешек акрополя, маленький кремль, крылатая раз на том, что у философа Гуссерля (которого Ман крепость номинализма, оснащенная эллинским ду дельштам, по-видимому, не знал) называется «интен хом на неутомимую борьбу с бесформенной стихией, циональностью», на природе самого познавательного небытием, отовсюду угрожающим нашей истории»

отношения к вещи. … Для него это не тема, а ровный (там же, с. 583).

фон всех тем» (17, с. 212).

В метапоэтике О.Э. Мандельштам ориентируется на «…конкретную стратегию творчества (Мандель Средневековье. Средневековье О.Э. Мандельштаму до штама. — К.Ш., Д.П.) можно представить следующим рого потому, что обладало «чувством граней и перего образом: стихотворение развивается не за счет припи родок»: «Оно никогда не смешивало различных планов сывания слову вторичного символического значения и к потустороннему относилось с огромной сдержан (перехода от «розы» к «солнцу»), а за счет развития за ностью. Благородная смесь рассудочности и мистики ложенной в самом слове смысловой и образной потен и ощущение мира как живого равновесия роднит нас ции. Работа со смыслом оказывается подобной работе с этой эпохой и побуждает черпать силы в произведе со звуком: в первом случае речь идет о развитии вну ниях, возникших на романской почве около 1200 года.


тренней формы, во втором — внешней. В приложении Будем же доказывать свою правоту так, чтобы в ответ к стихотворению в целом такая техника предполагает нам содрогалась вся цепь причин и следствий от аль использование готовой словесной формулы («слова») фы до омеги, научимся носить «легче и вольнее под в качестве образа, предваряющего стихотворение… вижные оковы бытия» (там же, с. 579). Отсюда заповедь Применяя «научное» понимание природы слова, заим О.Э. Мандельштама, принятая в «Цехе поэтов» как один ствованное из трудов филолога-позитивиста Потеб из важнейших тезисов акмеизма: «Любите существова- ни, Мандельштам приходит к утверждению единства ние вещи больше самой вещи и свое бытие больше самих в слове двух его природ, слова как вещи (то есть слова себя — вот высшая заповедь акмеизма» (там же, с. 578). в предметном значении) и слова как символа (то есть О.Э. Мандельштам пользуется понятием синтетики слова в метафорическом, или символическом значе поэзии: «Синтетический поэт современности пред- нии): слово, не переставая быть вещью — не теряя ставляется мне не Верхарном, а каким-то Верленом предметного значения, является символом», — пишет культуры. Для него вся сложность старого мира — та И. Паперно (20, с. 33).

же пушкинская цевница. В нем поют идеи, научные си- В метапоэтике О.Э. Мандельштама в гармониче стемы, государственные теории так же точно, как в его ском соответствии находятся термины естественно предшественниках пели соловьи и розы. Кто сказал, научного и гуманитарного знания. Анализируя «Бо что причина революции — голод в междупланетных жественную комедию» Данте, он приходит к выводу пространствах? Нужно рассыпать пшеницу по эфиру» о кристаллографичности ее структуры. Важно, что (там же, с. 580). при этом О.Э. Мандельштам не рассматривает «Боже В «Разговоре о Данте» поэт искал логические осно- ственную комедия» как плод только логизирующего вания новой техники интерпретации художественно- ума, но говорит и о художественном инстинкте Дан го текста. В результате он разработал общую модель те: «Вникая по мере сил в структуру «Divina Comme развертывания этого произведения в системе мно- dia», я прихожу к выводу, что вся поэма представляет жества взаимосвязей, рассмотрел его как гармониче- собой одну, единственную, единую и недробимую ское целое. Определение поэтического текста, данное строфу. Вернее — не строфу, а кристаллографиче О.Э. Мандельштамом, является основой современного скую фигуру, то есть тело. Поэму насквозь пронзает научного подхода к тексту и теории его гармонии: «По- безостановочная, формообразующая тяга. Она есть строжайшее стереометрическое тело, одно сплош этическая речь есть ковровая ткань, имеющая множе ное развитие кристаллографической темы. Немысли ство текстильных основ, отличающихся друг от друга ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ мо объять глазом или наглядно себе вообразить этот мысль, то уходящую в глубину, то выступающую на по чудовищный по своей правильности тринадцатиты- верхность, ведет ее из стихотворения в стихотворение, сячегранник. Отсутствие у меня сколько-нибудь яс- то так, то эдак поворачивает в вариантах. Его обеспе ных сведений по кристаллографии — обычное в моем чивает высокая степень связности, которую открыва кругу невежество в этой области, как и во многих ют кристальному взгляду самые, казалось бы, шальные других, — лишает меня наслаждения постигнуть ис- образы и метафоры, если не лениться рассматривать тинную структуру «Divina Commedia», но такова уди- их в «большом контексте». Но тот же поэт сказал о «бла вительная стимулирующая сила Данта, что он пробу- женном, бессмысленном слове», и очевидно, что ирра дил во мне конкретный интерес к кристаллографии, циональное начало в его поэзии не может быть сведено и в качестве благодарного читателя — Lettore — я по- на нет никаким умным толкованием. Что во всем этом стараюсь его удовлетворить. отличает Мандельштама от всесветного типа поэта ХХ Формообразование поэмы превосходит наши по- века, так это острое напряжение между началом смысла нятия о сочинительстве и композиции. Гораздо пра- и «темнотами». Это не беспроблемный симбиоз, в кото вильнее признать ее ведущим началом инстинкт. Пред- ром эксцессы рассудочности мирно уживаются с экс лагаемые примерные определения меньше всего имеют цессами антиинтеллектуализма. Это действительно в виду метафорическую отсебятину. Тут происходит противоречие, которое «останется глубоким, как есть».

борьба за представимость целого, за наглядность мыс- И установка «смысловика», и жизнь «блаженного, бес лимого. Лишь при помощи метафоры возможно найти смысленного слова» остаются… неожиданно меняясь конкретный знак для формообразующего инстинкта, местами. Поэтому Мандельштама так заманчиво пони которым Дант накапливал и переливал терцины. мать — и так трудно толковать» (18, с. 273).

Надо себе представить таким образом, как если бы Метапоэтика О.Э. Мандельштама имеет глубинный над созданием тринадцатитысячегранника работали философский характер и при этом отличается кон пчелы, одаренные гениальным стереометрическим чу- кретной постановкой проблем, строгим филологиче тьем, привлекая по мере надобности все новых и новых ским подходом к тексту.

пчел. Работа этих пчел — все время с оглядкой на целое — неравнокачественная по трудности на разных ступенях Источники:

процесса. Сотрудничество их ширится и осложняется 1. Мандельштам О.Э. Silentium // Мандельштам О.Э.

по мере сотообразования, посредством которого про- Об искусстве. — М., 1995. — С. 323.

странство как бы выходит из себя самого» (16, с. 590). 2. Мандельштам О.Э. Автопортрет // Там же. — С. 325.

Высокий накал образности в метапоэтических 3. Мандельштам О.Э. Грифельная ода // Там же. — текстах О.Э. Мандельштама сосуществует с использо- С. 328—330.

ванием терминов гуманитарного и естественнонауч- 4. Мандельштам О.Э. Дайте Тютчеву стрекозу // Там же. — ного знания. В данном случае используются литера- С. 332.

туроведческие термины: «формообразование», «ком- 5. Мандельштам О.Э. Батюшков // Там же. — С. 332.

позиция», «метафора», «терцины», «строфа» и т.д. Они 6. Мандельштам О.Э. Стихи о русской поэзии // Там сосуществуют с естественнонаучными терминами: же. — С. 333.

«тело», «тяга», «структура», «тринадцатитысячегран- 7. Мандельштам О.Э. Друг Ариоста, друг Петрарки, Тас ник», «стереометрическое чутье», «кристаллография» и са друг… // Там же. — С. 337.

т.д. Мандельштам использует практически весь спектр 8. Мандельштам О.Э. Не искушай чужих наречий, но значимых естественнонаучных и гуманитарных тер- постарайся их забыть… // Там же. — С. 337.

минов своего времени, но его метапоэтическая реф- 9. Мандельштам О.Э. Стихи об А. Белом («Меня пресле лексия гармонически уравновешена тем, что, в конце дуют две-три случайных фразы…») // Там же. — С. 338.

концов, все выливается в образное осмысление твор- 10. Мандельштам О.Э. Утро акмеизма // Там же. — чества. Такая многомерная поэтика — говорить точ- С. 186—190.

но и образно — абсолютно соответствует предмету 11. Мандельштам О.Э. Слово и культура // Там же. — исследования — художественному творчеству, так С. 202—206.

как творчество, утверждает, вслед за А.А. Потебней, 12. Мандельштам О.Э. О природе слова // Там же. — О.Э. Мандельштам, — это познание в образах. Синтак- С. 222—234.

сис в «Разговоре о Данте» приближается к построению 13. Мандельштам О.Э. Разговоры о Данте // Там же. — сложной симфонической музыкальной фразы с мно- С. 280—322.

жеством динамических оттенков: «Дантовские песни 14. Мандельштам О.Э. Заметки о поэзии // Мандель суть партитуры особого химического оркестра, в ко- штам О.Э. Слово и культура.— М., 1987. — С. 68—71.

торых для внешнего уха наиболее различимы сравне- 15. Мандельштам О.Э. Слово и культура. — М., 1987.

ния, тождественные с порывами, и сольные партии, то 16. Три века русской метапоэтики: Легитимация дис есть арии и ариозо, — своеобразные автопризнания, курса. — Антология: В 4 т. — Ставрополь, 2005. — Т. 2. — самобичевания или автобиографии, иногда короткие С. 575—604.

и умещающиеся на ладони, иногда лапидарные, как Литература:

надгробная надпись;

иногда развернутые, как похваль- 17. Аверинцев С.С. Ранний Мандельштам // Знамя. — ная грамота, выданная средневековым университетом;

1990. — № 4. — С. 207—212.

иногда сильно развитые, расчлененные и достигшие 18. Аверинцев С.С. Судьба и весть Осипа Мандельштама // драматической оперной зрелости, как, например, зна- Поэты. — М., 1996. — 189—276.

менитая кантилена Франчески» (16, с. 597). 19. Жирмунский В.М. Преодолевшие символизм // «Одно из противоречий, каким живо творчество Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Сти Мандельштама, касается собственной природы этого листика. — Л., 1977. — С. 106—133.

творчества, — пишет С.С. Аверинцев. — «Мы — смысло- 20. Паперно И. О природе поэтического слова // Лите вики», — говорит поэт, и слово это явно не брошено на- ратурное обозрение. — 1991. — № 1. — С. 29—36.

обум. Его обеспечивает исключительная цепкость, с ко- 21. Эткинд Е.Г. Осип Мандельштам. Трилогия о веке // торой ум поэта прослеживает, не отпуская, одну и ту же Эткинд Е.Г. Там, внутри. — СПб., 1997. — С. 213—242.

3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ Ходасевич хранителя вечного огня поэзии, отсюда сознание соб ственной исключительности, гордости» (13, с. 728).

Владислав Фелицианович Памятник Во мне конец, во мне начало.

[16(28).V.1886, Москва — 14.VI.

Мной совершенное так мало!

1939, Биянкур, под Парижем] — Но все ж я прочное звено:

поэт, прозаик, критик.

Мне это счастие дано.

Метапоэтика В.Ф. Ходасе вича представлена статьями В России новой, но великой, «Глуповатость поэзии» (1931), «Женские стихи» (1931), «Игорь Поставят идол мой двуликий Северянин и футуризм» (1914), На перекрестке двух дорог, «О пушкинизме» (1932), «Поэти- Где время, ветер и песок...


ческое хозяйство Пушкина», а также стихотворными произведениями.

В метапоэтике В.Ф. Ходасевич разделяет идейную Особенно напряженный характер приняла его устремленность символизма: прорвать узкую и кос- филологическая деятельность в первые послерево ную материальную оболочку бытия, которая не во- люционные годы. Проза В.Ф. Ходасевича сохраняла площает всей правды, обнаружить за этой оболочкой многие признаки его поэзии, прежде всего эпиграм правду более глубокую и достойную. Поэзия строит- матичность и склонность к горькому юмору. «Статьи ся как неразложимое единство биографии личной о русской поэзии» (П., 1922) отличаются проницатель и творческой: каждому факту биографии находится ностью, меткостью характеристик.

соответствие в творчестве, приобретающее характер В.Ф. Ходасевич считает, что произведение искус предвидения как провидения. Поэзия — это устрем- ства — это преображение мира, попытка пересоздать ленность, не обязательно достигающая цели, но слу- его, выявив скрытую сущность его явлений, такую, ка жащая лучшей преградой самоуспокоенности и огра- кова она открывается художнику. В этой работе заим ниченности. Позднее В.Ф. Ходасевич сквозь усвоенные ствованные из обычной реальности образы художник идеи символистов обращается к эстетическим тради- подчиняет новым, своим законам, располагает явле циям классической русской поэзии. Он возрождает ния в новом порядке, показывает их под новым углом классический стих, и прежде всего — четырехстоп- зрения. В акте творчества, по мнению поэта, все как ный ямб («Не ямбом ли четырехстопным…»).

бы переворачивается: власть вещей кончена, они сами Большие художественные открытия, по мнению «пению дикому внемлют», пространство раздвигается, авторов словаря «Русские писатели XX века» (М., 2000), подчиняясь музыке слов, и исчезает узкий, косный по содержали книги стихов «Путем зерна» и «Тяжелая вседневный быт, автор превращается в легендарного лира». «Путем зерна» составила важнейшую ступень певца-пророка.

творческой биографии В.Ф. Xодасевича, отразив В то же время В.Ф. Ходасевич развивает традици переживания 1-й мировой войны и революций онное представление о трагедии поэта как непреодо года. Программным в книге и во всем творчестве по лимом разладе между ним и миром. Но теперь суровое эта явилось стихотворение «Путем зерна». Образ сея знание о дисгармонии мира стало таким же дорогим, теля, появляющийся в первых строках, обогащается как некогда устремленность к высотам духа. Поэт библейскими и пушкинскими («Свободы сеятель пу в этом мире признает только то, что символизирует стынный») ассоциациями. Сеятель для В.Ф. Ходасеви уродство и гибель красоты, но он, тем не менее, не мо ча — это и проповедник, и пророк, и поэт. Многознач жет примириться и спокойно созерцать этот мир, он ность образов придает всему стихотворению особую не защищен перед его безобразием, одинок и потерян смысловую насыщенность. Семантический ряд — в окружении не понимающих его людей. Отталкиваясь зерно, сеятель, поэт — дополняется параллелью: стра от пушкинского понимания многомерности духовно на, народ-сеятель, этот год (1917), смерть: «И ты, моя го строя поэта, В.Ф. Ходасевич обогащает его новыми страна, и ты, ее народ, // Умрешь и оживешь, пройдя деталями, привнося в это понимание свой прочув сквозь этот год...». Пройдя через испытания смер ствованный художественный опыт.

тью, страна, народ выживут и обновятся: «Затем, что Пушкинский тезис о «глуповатости» поэзии по мудрость нам единая дана: // Всему живущему идти рождает в метапоэтическом творчестве В.Ф. Ходасеви путем зерна». Процесс же творчества понимается ча многоплановую рефлексию. Он берет парадоксаль В.Ф. Ходасевичем как постижение сущности мира, за ный тезис А.С. Пушкина и рассматривает его вглубь, кономерностей бытия. … анализирует творчество поэта, который запечатлевает Потрясения революции, принявшие в сознании «сокровенный образ мира» как «более реальное, неже В.Ф. Ходасевича эсхатологическую окраску, побудили ли просто реальное». Художник творит «новое бытие».

его к более активному поиску своих корней в золо И дает этому бытию новое измерение. Новое измере том веке русской литературы. Наибольшее влияние на ние дается через «движение», «законы, столь же не него оказали прежде всего А.С. Пушкин и Г.Р. Державин.

преложные, как законы обычной действительности»

По свидетельству Н. Берберовой, «он сам вел свою ге (11, с. 619). В.Ф. Ходасевич пользуется термином «чет неалогию от прозаизмов Державина, от некоторых вертое измерение». Это термин «воображаемой логи наиболее «жестких» стихов Тютчева, через «очень ки», логики неклассической, которая и характерна для страшные» стихи Случевского о старухе и балалайке поэтической реальности.

и «стариковскую интонацию» Анненского» (Совр. за Осмысление В.Ф. Ходасевичем поэзии как особой, писки. — 1939. — № 69. — С. 260). В стихотворениях воображаемой реальности, не равной жизненной ре «Горит звезда, дрожит эфир...», «Вечер» и др. («Тяжелая альности, является для метапоэтики очень значимым.

лира») В.Ф. Ходасевич, развивая традиции Ф.И. Тютче ва и И.Ф. Анненского, стремится выразить тонкие, едва Отталкиваясь от пушкинских посылок, В.Ф. Ходасевич уловимые движения человеческой души. В.Ф. Ходасевич философски осмысляет их: «Попадая в поэзию, вещи отводил себе в современном литературном мире роль приобретают четвертое, символическое измерение, ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ становятся не только тем, чем были в действительно- его;

но пока что мы можем лишь частично расширять сти. То же надо сказать о самом поэте. Преобразуется и слишком тесные рамки академического синтаксиса, он. В написанном от первого лица стихотворении, как что и делают, и делали, в исторической последователь бы даже ни было оно «автобиографично», — субъект ности, не только все выдающиеся писатели — у нас стихотворения не равняется автору, ибо события пье- начиная от Ломоносова и кончая Бальмонтом,— но и сы протекают не в том мире, где вращается автор. сама повседневная речь, все больше и больше стремя В мире поэзии автор, а вслед за ним и читатель щаяся к лаконизму и выразительности. Процесс этот вынуждены отчасти отказаться от некоторых мыс- совершается даже очень быстро: например, синтаксис лительных навыков, отчасти изменить их: в условиях Пушкина уже значительно разнится от синтаксиса поэтического бытия они оказываются неприменимы. Державина.

Так, критерий достоверности отпадает вовсе и заменя- Что называют футуристы разрушением этимоло ется критерием правдоподобности (и то с известными гии? Если создание новых слов от несуществующих оговорками). Затем постепенно и в разной мере начи- корней вроде пресловутого «дыр бул щыл», то такие нают терять цену многие житейские представления, попытки нелепы, ибо такие слова не вызовут в нас ни в сумме известные под именем здравого смысла. Ока- каких представлений: они не содержат в себе души зывается, что мудрость поэзии возникает из каких-то слова — смысла. … Третье и последнее из основных иных, часто противоречащих «здравому смыслу» по- требований футуризма касается разрушения поэтиче нятий, суждений и допущений. Вот это-то лежащее ского канона, т.е. уничтожения размера и рифм в сти в основе поэзии отвлечение от житейского здравого хах. Но я полагаю, что мне нет надобности напоминать смысла, это расхождение со здравым смыслом (на язы- читателю, что свободный размер, основанный не на ке обывателя входящее как часть в так называемое «во- метре, а лишь на ритме речи, применялся множество ображение поэта») и есть та глуповатость, о которой раз и до футуристов;

у нас, например, Валерием Брю говорит Пушкин. В действительности это, конечно, не совым и Александром Блоком. Здесь же необходимо глуповатость, не понижение умственного уровня, но вспомнить и народную поэзию. … Итак, мы можем перенесение его в иную плоскость и соответственная сказать, что перечисленные особенности футуризма перемена «точки зрения»: ведь и обратно, при взгляде или взрывают на воздух самую возможность суще «из поэзии», со стороны более реального, чем реальное, ствования поэзии, или же чрезвычайно стары, то есть и более здравого, нежели простое здравое, — глупова- и в том, и в другом случае никак не дают ему права на тым, а то и совсем бессмысленным оказывается здра- зываться ни новой, ни школой. … Однако «идейная»

вый смысл и на нем построенная действительность. сторона футуризма никак не дает ему права на высокое Необходимо отметить, что эти расхождения касают- и ответственное имя миропонимания. Что такое мир, ся только «здравого смысла», не распространяясь на что такое наша жизнь в нем — мимо этих вопросов фу формальную логику, которая остается между поэтиче- туризм проходит не оборачиваясь. Этих вопросов для ским и реальным миром как некое координирующее футуризма не существует, что и дает повод многим не начало. Именно на том, что поэзия преображает, но не без основания называть футуризм нигилизмом. Все отменяет и не искажает действительности, а также на идеи, провозглашаемые футуристами, касаются уста том, что можно назвать «законом сохранения логики», новления некоего нового модуса жизни, но никак не основана «поверка воображения рассудком», которой затрагивают ее сущности» (там же, c. 610—611).

требует от поэта Пушкин» (11, с. 619) Критика футуризма не мешает В.Ф. Ходасевичу глу В.Ф. Ходасевичу принадлежит множество метапоэ- боко проанализировать поэзию эгофутуриста И. Севе тических исследований творчества поэтов: от Г.Р. Дер- рянина и прийти к выводу о том, что Северянин «бес жавина и А.С. Пушкина до современных ему футури- конечно далек от того, что принято называть футуриз стов. В 1914 году он пишет статью «Игорь Северянин и мом» (там же, с. 614).

футуризм», где подвергает рациональной критике про- В.Ф. Ходасевич написал более 400 статей и рецен граммы футуристов. Определяя футуризм в качестве зий, более 80 статей о Пушкине. В пушкинистике новой литературной школы, он называет главнейшие В.Ф. Ходасевича можно выделить следующие аспекты:

принципы футуризма, которые он выводит на основе конкретные наблюдения над текстами («Глуповатость футуристических манифестов: «1) непримиримая не- поэзии», 1927), статьи-толкования («Петербургские нависть к существующему языку, ведущая к разрушению повести Пушкина», 1915), публицистику («Колеблемый общепризнанного синтаксиса и такой же этимологии, треножник», 1921). 25-летняя пушкиниана В.Ф. Ходасе 2) расширение и обогащение словаря и 3) разрушение вича завершается книгой «О Пушкине» (Берлин, 1937).

стихотворного канона и создание нового поэтическо- В Париже Xодасевич сотрудничал как литератур го размера» (там же, с. 610). ный критик в газетах «Дни», «Последние новости».

Последовательно анализируя эти принципы, «Возрождение». Стремление к бескомпромиссности В.Ф. Ходасевич показывает, что они родились не сразу, суждений, оценок и предсказаний, мучительное от как утверждают футуристы. Практические все при- странение от самых дорогих пристрастий и веро емы, которые использовались в авангарде, наработа- ваний ради обретения последней трезвости взгляда ны предшествующими художниками: «Возражения, определяли и пафос его поэзии, и его особое положе которые должны здесь быть сделаны футуризму, очень ние в среде русской литературной эмиграции, сниска просты, и потому мне до некоторой степени придет- ли ему репутацию демона скептицизма. «Это я, тот, кто ся повторить то, чту в разное время было уже сказано каждым ответом // Желторотым внушает поэтам // мною самим и другими лицами. Разрушение синтак- Отвращение, злобу и страх», — писал о себе В.Ф. Хода сиса, во-первых, не ново, ибо о нем говорил уже Сте- севич в стихотворении «Перед зеркалом».

фан Малларме, а во-вторых, в полном объеме да еще, Перу В.Ф. Ходасевича принадлежит множество так сказать, катастрофически — неосуществимо, ибо исследовательских работ, в том числе и биография неминуемо поведет к тому, что мы просто перестанем Г.Р. Державина. «…Державин и Пушкин — два завет понимать друг друга. Можно предположить, что со ных имени биографической музы автора, — отмечает временем психология осветит нам природу синтакси- А. Зорин. — «Во мне конец, во мне начало, // Мной со са и откроет возможность углубления и пересоздания вершенное так мало: // И все ж я прочное звено. // Мне 3 МЕТАПОЭТИКА СИНТЕТИКИ ПОЭЗИИ это спасти дано», — писал Ходасевич. Сознание соб- 5 марта). Было очевидно влияние А.А. Блока, которо ственной прочности давалось ему ощущением опоры му молодой автор послал свою первую книгу на суд.

на русскую поэтическую традицию, хотя ему порой В университетские годы Г.В. Адамович вошел в литера казалось, что в этой цепи он призван сыграть роль по- турный мир Петербурга, сблизился с Н.С. Гумилевым, следнего звена. Но чем тяжелее давило на него ощуще- А.А. Ахматовой, О.Э. Мандельштамом, Г.В. Ивановым.

ние конца, тем более настоятельной становилась в нем В 1923 году Г.В. Адамович эмигрировал. Поэзия потребность вглядеться туда, где он видел начало, — Г.В. Адамовича оказала значительное воздействие на в Державина. В Державине он постигал и себя и ту молодых поэтов русского зарубежья. Стихи его по следователей, где доминируют вечные темы и особен полуторавековую историю отечественной поэзии, но тема смерти, — это и есть «парижская нота» в эми которая и разделяла и связывала их. «Друг друга отра грантской поэзии (17, с. 158—64). Позднее «парижскую жают зеркала, // Взаимно умножая отраженья», — ска ноту» стали рассматривать как некий синтез симво зал и современник художника Георгий Иванов. Книга лизма и акмеизма (В. Марков // Мосты. [Мюнхен]. 1958.

о Державине — это «взаимное умножение» отражения № 1;

Ю. Иваск // Русская мысль. [Париж]. 1960. 21 янв.).

двух больших поэтов (12, с. 35.) В метапоэтике В.Ф. Ходасевича проанализированы Когда, в предсмертной нежности слабея, практически все тенденции современной ему поэзии, Как стон плывущей головы, в том числе и так называемые «женские стихи», кото Умолкнет голос бедного Орфея рые он исследует на основе особенностей женского На голубых волнах Невы, характера. Таким образом, поэт предвосхитил совре менные гендерные исследования литературы.

Когда, открывшись италийским далям, Все небо станет голубеть, Источники:

И девять Муз под траурным вуалем 1. Ходасевич В.Ф. Люблю говорить слова… // Ходасе Придут на набережной петь, вич В.Ф. Собрание стихов. — М., 1992. — С. 324.

2. Ходасевич В.Ф. Не ямбом ли четырехстопным… // Там, за рекой, пройдя свою дорогу Там же. — С. 371.

И робко стоя у ворот, 3. Ходасевич В.Ф. Пэон и цезура // Там же. — С. 339.

Там, на суде, — что я отвечу Богу, 4. Ходасевич В.Ф. Баллада // Ходасевич В.Ф. Стихотво Когда настанет мой черед?

рения. — СПб., 2001. — С. 116—118.

5. Ходасевич В.Ф. Памятник // Там же. — С. 174.

6. Ходасевич В.Ф. Дактили // Там же. — С. 174—176.

Г.В. Адамович был авторитетен как наставник мо 7. Ходасевич В.Ф. Глуповатость поэзии // Ходасевич В.Ф.

лодых поэтов (царил в «Числах» — парижском жур Колеблемый треножник: Избранное.— М., 1991. — нале, созданном им вместе с Н.А. Оцупом, Г.В. Ива С. 191—196.

новым, Н. Рейзини и 3.Н. Гиппиус и публиковавшем 8. Ходасевич В.Ф. Игорь Северянин и футуризм // Там преимущественно молодых), стал признанным их же. — С. 493—500.

«ментором». На Монпарнасе Г.В. Адамович обучал не 9. Ходасевич В.Ф. Женские стихи // Там же. — С. 577—580.

столько мастерству, сколько умению «сказаться ду 10. Ходасевич В.Ф. Державин. — М., 1988.

шой», довольствуясь минимумом простых и главных 11. Три века русской метапоэтики: Легитимация дис- слов. В 1934 году (янв. — июнь) вместе с М. Кантором курса. — Антология: В 4 т. — Ставрополь, 2005. — Т. 2. — Г.В. Адамович редактирует основанный ими журнал С. 608—622. «Встречи», а в конце 1935 года выходит подготовлен Литература: ная ими же антология эмигрантской поэзии «Якорь»

12. Зорин А.Л. Начало // Ходасевич В.Ф. Державин. — М., (на обложке 1936 год).

1998. — С. 5—36 Г.В. Адамович был ведущим критиком парижских из 13. Поликарпик Л.К. Ходасевич // Русские писатели XX даний — «Звено» (1923—28;

газета, затем журнал), а после века. Биографический словарь. — М., 2000. — С. 727—728. его прекращения — еженедельной газеты «Последние 14. Толчев В.М. Владислав Ходасевич: Материалы к новости» (1928—40). Исследователи считают, что Ада творческой биографии // Российский литературовед- мович-критик затмил Адамовича-поэта. Эссеистские, ческий журнал. — 1994. — № 5—6. импрессионистические способы критики формирова лись, в частности, на страницах «Звена», каждый номер которого, начиная с 1925 года, открывался «Литератур Адамович ными беседами» Г.В. Адамовича. Здесь складывались характерные для него приемы критических суждений, Георгий позднее получивших названия «комментарии». Критик Викторович объединял несколько эссе о явлениях современной ему литературы, и каждая заметка являлась как бы «ком [псевдонимы Сизиф, Ю. Сущeв;

ментарием» к последующей. Читателю предлагалось 7(19).IV.1892, Москва — 21.II.1972, «уловить» содержащийся в этом «соседстве» контра Ницца] — поэт, литературный пункт. Г.В. Адамович писал в «Звене» преимущественно критик.

об эмигрантской литературе, но контекст бытия совет Метапоэтика Г.В. Адамови ской литературы присутствовал. По сути, в «беседах» он ча представлена стихотвор уже сформулировал свои основные мысли, определив ными текстами, статьями, шие пафос его книги «Одиночество и свобода» (Нью рецензиями. Первый поэти Йорк, 1955;

СПб., 1993;

М., 1996). Книга объединила ста ческий сборник Г.В. Адамо тьи и очерки о М.А. Алданове, И.А. Бунине, 3.Н. Гиппиус, вича «Облака» (Пг., 1916) рецензировал Н.С. Гумилев, Б.К. Зайцеве, А.И. Куприне, Д.С. Мережковском, В.В. На указав на «перепевы строчек» А. Ахматовой, И. Аннен бокове, А.М. Ремизове, Н.А. Тэффи, И.С. Шмелеве, Вяч.

ского (Аполлон. — 1916. — № 1. — С. 27). «Целый ряд И. Иванове и Л. Шестове, Б.Ю. Поплавском, А.С. Штей влияний» отметил и В.Ф. Ходасевич (Утро России. 1916.

ЧАСТЬ II СТАНОВЛЕНИЕ РУССКОЙ МЕТАПОЭТИКИ гере и Ю. Фельзене, публиковавшиеся в 1931—53 годах ял, — в чем, правда, нельзя было сомневаться. Лермон в «Последних новостях», «Русском вестнике», «Русских тову же, наоборот, пришлось выдержать охлаждения новостях», «Новом русском слове» и др. многих литературных «мэтров»...» (там же, с. 630).

Интересны разборы творчества современных Г.В. Адамович оставался устойчивым в оценке ме Г.В. Адамовичу поэтов — В.В. Набокова, Б.Л. Пастерна- ста и роли русской эмиграции (не разделяя по этому ка, М.И. Цветаевой, В.Ф. Ходасевича, А.А. Ахматовой: поводу глубокого пессимизма Ходасевича). В 1927 году «…Набоков — поэт прирожденный, и сказывается это Г.В. Адамович утверждал: «Россия не есть понятие, ко даже в поисках, — пишет Г.В. Адамович в статье «Вла- торое можно развозить по частям... Язык есть форма димир Набоков». — Некоторые стихи его прекрасны духовной жизни народа, он существует только для сво в полном значении слова, и достаточно было бы одно- его народа» (цит. по: 19, с. 53). В книге «Одиночество и го такого стихотворения, как «Поэты» или «Отвяжись, свобода» он признавал, что понятие о творчестве в эми я тебя умоляю...», чтобы сомнения насчет этого бес- грации искажено не было, духовная энергия на чужой следно исчезали. Как все хорошо в них! Как удивитель- земле не иссякла и «когда-нибудь сама собой включится но хороши эти «фосфорные рифмы» с «последним в наше вечное, общерусское дело» (там же, с. 16).



Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 38 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.