авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |

«Министерство образования и науки Российской Федерации федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Иркутский ...»

-- [ Страница 13 ] --

Е.Ю. Тодоренко АНАЛИЗ ЯЗЫКОВЫХ СОСТАВЛЯЮЩИХ ЖАНРА АВТОБИОГРАФИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ НЕМЕЦКОГО ХУДОЖЕСТВЕННОГО ДИСКУРСА) В статье приводятся основные подходы к рассмотрению понятий дискурс и нарративное описание, определяется принадлежность текста В. Эккерта к одному из типов произведений повествования от первого лица (по классифика ции В.А. Андреевой), проводится анализ языковых единиц дискурса В. Эккерта на примере романа «Das ferne Leuchten der Kindheit».

Ключевые слова и фразы: дискурс;

нарративное описание;

авторизирован ный эгоцентрический (автобиографический) текст E.J. Todorenko THE ANALASIS OF THE LINGUISTIC COMPONENTS OF THE GENRE OF AUTOBIOGRAPHY (ON THE BASIS OF GERMAN BELLES LETTRES DISCOURSE) The article presents the main approaches to the term discourse and narrative description, the text of W. Eckert is attributed to one of the types of the first-person narration (according to the classification by V.A. Andreeva), the linguistic units of W.

Eckert discourse are analyzed on the example of the novel «Das ferne Leuchten der Kindheit».

Key words: discourse;

narrative description;

authorized egocentric (autobiographical) text Одним из ведущих принципов современного языкознания является прин цип антропоцентризма – исследование взаимосвязи языковых явлений и че ловека. Автобиографический рассказ – яркий пример взаимовлияния языка и человека. Он является своеобразным автопортретом человека – его соб ственным «Я», который говорящий выстраивает за короткое время, актуали зируя тем самым важные для него события, факты и ценности.

Основой для формирования «Я» в лингвистике может представлять нарра тивное описание в автобиографическом дискурсе. В наррации индивид пыта ется найти себя и интерпретировать мир вокруг себя, создавая нарративную идентичность по отношению к себе – нарративное «Я». Одним из видов дис курса, создающих такую идентичность, является автобиографический дис курс. В данной статье мы рассмотрим основные подходы к изучению тео рии дискурса, изучим область нарративного описания, дадим характеристику произведения В. Эккерта “Das ferne Leuchten der Kindheit” и проанализируем некоторые языковые составляющие произведения.

Поскольку автобиография повествует о личной жизни автора, ее изуче ние вписывается в нарративную парадигму. Исследование нарратива явилось следствием когнитивной революции, получившей в философии и психологии название дискурсивного, или нарративного, переворота. В результате акцен тирование внимания на слове и предложении сменилось вниманием к тексту, дискурсу, нарративу.

В широкое употребление понятие нарратология начинает входить после появления передовых в свое время работ Р. Барта, К. Бремона, Ц. Тодоро ва, хотя в качестве смежной лингвистике отрасли литературоведения нар ратология уже имеет немалую историю (в российской традиции это работы А.Н. Веселовского, В.Я. Проппа, Б.В. Томашевского, М.М. Бахтина и др.;

в немецкоязычной – К. Хамбургера, Г. Мюллера, Ф.К. Штанцеля, В. Кайзера, О. Людвига;

в англоязычной – К. Брукса, П. Лаббока, Р.П. Уоррена, Н. Фрид мана и т. д.). [Шмид, 2003. Режим доступа: http://www.gumer.info/bibliotek_ Buks/Literat/shmid/index.php].

Нарратология исследует построение нарративных произведений. Термин «нарративный» может трактоваться двояко: с одной стороны, он сформи ровался в немецкой теории повествования (Erzhlforschung/Erzhltheorie), и к разряду нарративных (повествовательных) относились произведения в за висимости от коммуникативной структуры. В данной теории основной ха рактеристикой повествовательного предложения являлось наличие между ав тором и повествуемым миром «повествователя» или «нарратора» (Erzhler).

Таким образом, суть теории повествования, которая впоследствии стала нар ратологическим направлением, сводилась к преломлению повествуемой дей ствительности через призму восприятия нарратора. С другой стороны, понятие нарративности, к которому обращаются многие лингвисты, сформировалось в структуралистической нарратологии. Согласно этому направлению, на пер вое место выходит не признак структуры коммуникации, а признак структуры самого повествуемого. Тексты, называемые нарративными в структуралисти ческом направлении, излагают, обладая на уровне изображаемого мира тем поральной структурой, некую историю, а в свою очередь понятие истории подразумевает событие [Шмид, 2003. Режим доступа: http://www.gumer.info/ bibliotek_Buks/Literat/shmid/index.php].

Объектом нашего исследования является автобиографический дискурс, поэтому определим сначала термин дискурс. Он является многозначным тер мином ряда гуманитарных наук, предмет которых прямо или опосредованно предполагает изучение функционирования языка. Лингвистика, литературо ведение, семиотика, социология, философия, этнология, антропология и дру гие дисциплины оперируют также этим термином, что свидетельствует о его широком использовании.

Четкого и общепризнанного определения дискурса, охватывающего все слу чаи его употребления, не существует, возможно, именно это способствовало широкой популярности, которую приобрел термином за последние десятиле тия.

Наиболее отчетливо выделяются три основных класса употребления тер мина дискурс, соотносящихся с различными национальными традициями и вкладами конкретных авторов [Дискурс. Три подхода к определению дискур са. Режим доступа: http://yazykoznanie.ru/content/view/60/249/].

К первому классу относится собственно лингвистическое употребление этого термина, впервые оно было упомянуто в статье «Дискурс-анализ» аме риканского лингвиста З.Харриса, опубликованной в 1952 г. Многочисленные трактовки термина дискурс в этом использовании разнообразны, однако за ними можно проследить попытки определения понятий речи, текста и диа лога. Переход от понятия речи к понятию дискурс связан, с целью добавить в традиционное противопоставление Ф. де Соссюра речи и языка некий тре тий компонент, который можно было бы изучить с помощью традиционных лингвистических методов. В этом случае дискурс представляет собой речь, на ходящуюся в коммуникативной ситуации, то есть, как заметила Н.Д. Арутю нова, «дискурс – это речь, погруженная в жизнь» [Арутюнова, 1990, с. 136].

С другой стороны, изучение дискурса связывают с исследованием законо мерностей движения информации в рамках коммуникативной ситуации, осу ществляемой, прежде всего, через обмен репликами;

тем самым реально опи сывается некоторая структура диалогового взаимодействия, что продолжает структуралистскую линию, начало которой и было положено З. Харрисом.

При таком рассмотрении дискурса отмечается его динамический характер, в то время как текст характеризуют как некую статистическую структуру. Рас смотрение дискурса с сугубо лингвистической позиции представлено англоя зычной школой, также к этой точке зрения можно причислить некоторых уче ных из стран континентальной Европы. Но многие лингвисты отмечают, что за рамками этой традиции о дискурсе как «третьем члене» оппозиции Ф. де Соссюра давно уже говорил бельгийский ученый Э. Бюиссанс, а французский лингвист Э.Бенвенист, который последовательно использовал термин «дис курс» (discours) вместо термина «речь» (parole).

Рассматривая второй класс употреблений термина дискурс, можно отме тить, что это направление уже выходит за рамки лингвистической науки и относиться к публицистике. Основоположниками исследований в этом русле являются французские структуралисты и постструктуралисты, прежде все го М. Фуко, А. Греймас, Ж. Деррида, Ю. Кристева, позднее данное понима ние дискурса было отчасти модифицировано М. Пешё и др. [Макаров, 2003].

В этом направлении прослеживаются попытки уточнения традиционных понятий стиля и индивидуального языка. Если говорят о дискурсе, то тогда имеют в виду способ говорения: чисто языковые отличительные черты, сти листическая специфика, специфика тематики, система убеждений, способы рассуждения и т. д. [Степанов, 1995, с. 36].

Существует, наконец, третье употребление термина дискурс, связанное, прежде всего, с именем немецкого философа и социолога Ю. Хабермаса. Оно может считаться видовым по отношению к предыдущему пониманию, но имеет значительную специфику. В этом третьем понимании дискурсом назы вается особый идеальный вид коммуникации, осуществляемый в максималь но возможном отстранении от социальной реальности, традиций, авторитета, коммуникативной рутины и т. п. и имеющий целью критическое обсужде ние и обоснование взглядов и действий участников коммуникации [Дискурс.

Три подхода к определению дискурса. Режим доступа: http://yazykoznanie.ru/ content/view/60/249/].

В нашем исследовании анализируется нарративное жизнеописание в авто биографическом дискурсе. Под автобиографическим дискурсом мы понима нием совокупность текстов автобиографического содержания немецкого пи сателя В. Эккерта, его индивидуальный стиль изложения материала, языковые особенности произведений. В данной статье проводиться анализ языковых составляющих лишь одного из автобиографических произведений, а именно:

романа-автобиографии “Das ferne Leuchten der Kinderheit”.

Под термином автобиография (от греч. – сам;

жизнь;

пишу) понимается описание своей собственной жизни, написанное преимущественно в прозе.

К автобиографии относятся разные по жанровой схеме тексты, которые сами ми авторами могут определяться как воспоминания или мемуары, записки о своей жизни, дневники, записные книжки, различные разговоры с реальным или воображаемым собеседником … [Словарь литературных терминов.

Режим доступа: www.litterms.ru/a/2].

Относительно зарождения жанра автобиографии существуют разные мне ния ученых, поскольку в одних исследованиях прослеживается появление автобиографии на русской почве, в других – начало ее формирования в ми ровой литературе. Среди исторических эпох исследователи в формировании и становлении биографического жанра выделяют античность, средние века, XVIII–XIX вв. и ХХ в.

Считается, что в России формирование мемуарно-автобиографической ли тературы относится к концу XVII – началу XVIII вв., а ее истоки связаны с эпохой Средневековья и с произведениями Владимира Мономаха, Ивана Грозного, протопопа Аввакума и Епифания. Однако существует мнение, что автобиография как понятие и как жанр появляется только на рубеже XVIII– XIX вв. [Антюхов, 2001, с. 8]. XX в. характеризуется появлением большого количества автобиографической литературы, обобщающей достижения пред шествующих эпох.

Параллельно с созданием автобиографических произведений в XX в. проис ходит интенсивное исследование и изучение жанра автобиографии. Изучение этого феномена началось в 50-е гг. XX в., до середины ХХ в. автобиография считалась маргинальным жанром. Общепризнанным считается, что с конца XX – начала XXI вв. начинается новый период в изучении названного жанра гуманитарными науками.

Поскольку жанр автобиографии исследуется различными науками, выделяется несколько подходов к его изучению: источниковедческий, историко-литературный, культурологический, гендерный, социологический, психоаналитический, нарративный, когнитивный, субъектный, философско культурологический и др. [Волошина, 2010. Режим доступа: http://www.

philology.ru/linguistics2/voloshina-10.htm] Следует отметить, что долгое время автобиографические произведения рас сматривались учеными лишь в источниковедческом аспекте. Современные ис следования жанра автобиографии показывают, что в большинстве случаев ста тус автобиографии не меняется, она анализируется в качестве источника для выявления психологической характеристики личности, изучения процесса со циализации человека, изучения гендерных отношений и т. д. Причем каждая из наук по-своему классифицирует автобиографические тексты, дает определение термина автобиография и выделяет характерные для жанра черты.

В настоящее время автобиографические тексты классифицируются по раз ным основаниям в зависимости от науки, исследующей жанр автобиографии, и аспекта исследования. Например, выделяются следующие типы автобио графий: традиционная, автобиография духа и политическая автобиография [Мишина, 2010, c. 148];

художественные, мемуарные и дневниковые ав тобиографические тексты [Нуркова, 2009. Режим доступа: http://www.

psy.msu.ru/science/autoref/doc/nurkova.pdf];

деятельностный, социальный и экзистенциально-чувственный типы автобиографии и др.

Несмотря на обилие принципов, по которым проводится классификация, вопрос о систематизации произведений от первого лица является одним из спорных. Нам особо важно провести разграничения относительно классиче ской автобиографии и автобиографического романа, в плане реальность \ вы мысел.

Автобиографическим романом часто называют вымышленное повествова ние о персонаже, принимающем характерные аспекты жизни и личности ав тора, при этом грамматическое лицо повествования не может служить крите рием его выделения, они могут быть как гетеро – так и гомодиегетическими.

Представим подход к определению жанров или видов автобиографической литературы согласно теории Филиппа Лежене. По мнению данного ученого выделение жанра происходит на основании различных повествовательных ка тегорий. Таких категорий Ф. Лежене предлагает четыре:

• форма речи: рассказ \ проза;

• сюжет: личная жизнь \ история личности;

• позиция автора: тождество автора (чье имя указывает на реальную лич ность) и повествователя;

• позиция повествователя: тождество повествователя и главного персо нажа\ретроспективная перспектива повествователя [Мельничук, 2002, с. 78].

Из этого следует, что автобиографией является любой текст, отвечающей одновременно всем условиям, указанным в каждой из категорий. Таким об разом, автобиография (по мнению Ф. Лежена) – ретроспективный рассказ в прозе, который реальное лицо ведет о собственном существовании, выделяя свою личную жизнь, в частности историю своей личности [Там же. С. 80].

Для выявления различий между автобиографией и автобиографическим ро маном используют различные термины, например:

– «невымышленные» или «автореференциальные» тексты. В таких тек ста «Я» представляется как реальность (биографическая, психологическая, социологическая и т. д.), объективность в письменной форме подтверждает ся свидетельствами, различными документами, рассказами из жизни. В ав тореференциальных текстах утверждается тождество автора, повествователя и главного персонажа;

– вымышленные тексты или автобиографический роман. К этому типу принадлежат любые тексты романного типа, в котором отсутствует описание своей жизни реальной личностью и гарантия подлинности. Здесь можно на блюдать противопоставление между автором и персонажем (например, раз ные имена, или как свидетельство о вымышленности указывается субтитр – роман).

В.А. Андреева, рассуждая о автобиографическом дискурсе, ссылается на Е.А. Гончарову, которая утверждает, что ведущей стратегией данного типа дискурса является эксплицитно выраженный эгоцентризм как «сознательное или невольное вынесение в центр внимания языкового употребления некого “Я”», что делает «Я» смысло- и текстообразующим фактором автобиографи ческого повествования [Андреева, 2006, с. 132].

Далее, анализируя автобиографический дискурс, Андреева утверждает, что в автобиографическом тексте между повествующим и повествуемым «Я», т. е. рассказчиком (повествователем, нарратором) и протогонистом (актором) существует временная дистанция. Между реальной жизнью и воспоминания ми лежит хронотоп воспоминаний (или мнемонический хронотоп), который обусловлен механизмом памяти. Наша память обладает способностью рекон струировать события, факты из нашей жизни. Через какой-либо промежуток времени те чувства и эмоции, которые мы переживали давно, переосмыслива ются и воспроизводятся по-новому.

Таким образом, разные «Я» субъекта автобиографического дискурса не тождественны. «Я» в автобиографическом повествовании есть авторская ре конструкция своей личности, своего рода «инсценировка» его «Я» [Андреева, 2006, с. 133].

Андреева предлагает следующую классификацию произведений от первого лица:

– тип авторизированных эгоцентрических (автобиографических) текстов.

В данном типе текстов она рассматривает диалог реального лица с читате лем в форме Ich-Erzhlung. При этом Андреева поясняет, что местоимение Ich конкретизируется в тексте через связь с именем собственным, конкретными фактами из жизни авторов. Здесь следует отметить, что такие внутритексто вые сигналы, которые помогают понять читателю, что это не автобиографиче ский роман, в котором речь идет о жизни вымышленного лица, а автобиогра фия конкретного человека, срабатывают в том случае, если читатель знаком с творчеством данного писателя. Но если даже читатель не обладает «внеш ней» информацией об авторе, он может соотнести тождество имени, указанно го на обложки книги, и «Я» рассказчика и протагониста, заявляемые в тексте.

Автобиографическая реконструкция действительности отражает субъектив ный взгляд на прошлое, что неизбежно, так как целью авторизированного эго центрического повествования является, прежде всего, создание собственного образа его автора.

Итак, можно констатировать сходство точек зрения Ф. Лежена, который трактует такие тексты как «невымышленные» или «автореференциальные», и В.А. Андреевой, согласной которой данный тип текстов относиться к клас сической автобиографии.

– Ко второму типу текстов с повествованием от первого лица относится по вествование в форме авторефлексии. Она может принимать форму внутрен него диалога автора с самим собой. Тексты данного плана предстают в форме Du-Erzhlung. Такой тип текста «призван создать у читателя иллюзию искрен ности повествователя» [Андреева, 2006, с. 135]. Для данных текстов также характерно наличие указания – предупреждения о том, что все персонажи, какими бы узнаваемыми они ни были, являются вымышленными. В.А. Ан дреева называет такие тексты персонифицированными (эгоцентрическими) автобиографическими произведениями.

– К третьему типу текстов относятся автобиографические произведения, которые не могут быть отнесены ни к авторизованным, ни к персонифици рованным эгоцентрическим (автобиографическим) текстам – они находятся в зоне жанровой неопределенности. Автор данного текста отказывается от паратекстовых указаний на жанровую принадлежность автобиографическо го нарратива. «Я», обозначающее одновременно и повествователя, и прота гониста, внутри текста не соотносится с каким-либо именем собственным, поэтому его тождество с реальным автором или неким вымышленным лицом не утверждается, но и не отрицается. Особенностью данного повествования является периодическое изменение позиций повествователя – переключение с 1-го лица на 3-е лицо единственного числа.

Согласно классификации В.А. Андреевой можно сделать следующие вы воды: автор считает, что в текстах первого и второго типа рассказчик и про тагонист являются одним и тем же лицом. Однако, «Я» повествуемое и «Я»

повествующее отдалены друг от друга значительной временной дистанцией.

Отсутствие полной тождественности объясняется наличием разных времен ных пластов: прошлое, в котором существует протагонист («Я» повествуе мое), и настоящее, в котором существует рассказчик («Я» повествующее). Это первая сложность, с которой можно столкнуться при анализе произведений, повествующих от первого лица. Вторая сложность – это разграничение не вымышленных и вымышленных автобиографий. Это происходит потому, что каждый человек, в сущности, является для себя мифом, и поэтому всякая ав тобиография тяготеет к идее, которую человек создает о самом себе. Возмож но, разграничение можно сделать, исходя из авторских интенций: в тради ционной автобиографии автор ставит своей целью восстановление прошлого таким, каким оно было прожито, и возвращение былому «я» подлинности.

В вымышленной биографии целью является уже не копирование жизни, а её возможное объяснение [Мельничук, 2002, с. 83].

Согласно классификации В.А. Андреевой произведение В. Эккерта при надлежит к первому типу текстов: тип авторизированных эгоцентрических (автобиографических) текстов, автор от первого лица ведет рассказ о собы тиях своей жизни, следовательно, произведение В. Эккерта может быть от несено к классической автобиографии на основе следующих факторов: по зиция рассказчика и протагониста в данном романе полностью идентичны (повествование ведется от первого лица единственного лица, имя главного героя произведения совпадает с именем автора, указанного на обложке кни ги, в произведении имеются многочисленные упоминания о месте жительства В. Эккерта, которые совпадают с данными биографических материалов).

При анализе произведения писателя нами были обнаружены признаки, которые соответствуют общепризнанным характеристикам автобиографии, выделяемым на данном этапе изучения жанра: ретроспективность повество вания;

хронологически последовательное изложение событий;

тождество ав тора, повествователя и героя;

память как важнейшая категория автобиографи ческого повествования;

открытость автобиографии;

соотношение прошлого и настоящего;

особая пространственная и временная организация;

план зрелого повествователя в настоящем и план его «Я» в прошлом;

ярко выраженное личностное начало;

соотношение субъективного и объективного начал [Воло шина, 2010. Режим доступа: http://www.philology.ru/linguistics2/voloshina-10.

htm].

Вместе с тем, можно выделить и специфичность организации произведения В. Эккерта. Например, это не только хронологическое изложение событий, но и нарушение хронологической последовательности событий: Kehren wir zurck an den Ursprung meines Daseins, in die Karl-Schiefer-Strae [Eckert, 2011. S. 10];

Viele Jahre spter begegnete er mir, lngst zum Rentner geworden, in einem nahen Park [Eckert, 2011. S. 16] или Lassen wir Gustav Trier bei seinem Krug Bier. Und ich muss das Kind von 1943 bleiben, achtjhrig, die Welt nicht bewertend, sondern betrаchtend [Eckert, 2011. S. 17]. Такое изложение материала можно объяснить наличием дополнительной информации к повествованию о событиях жизнен ного пути (при повествовании возможны различные дополнения, рассказы о случаях, после которых не всегда наблюдается возвращение к основному повествованию. В произведении В. Эккерта можно наблюдать элементы жан ра мемуаров, который ещё называют мемуарами-автобиографией).

Следующей особенностью автобиографии “Das ferne Leuchten der Kindheit” является с одной стороны, ретроспективность, а с другой стороны проспек тивность изложения событий. Типичным для жанра автобиографии является обзор событий прошлого, однако в тексте можно встретить примеры, кото рые отражают будущее, относительно событий, повествуемых в романе: Ich bin Schriftsteller geworden. Ein Gassenjunge war ich, das stimmt, wir werden es noch sehen [Eckert, 2011. S. 9]. При описании своей жизни автор обращается к событиям, которые могут произойти в будущем (в одном случае, это виде ние жизни глазами ребенка (протагониста), в другом – автор (рассказчик) рас суждает о своем возможном будущем, мы рассматриваем это как открытость автобиографии).

Кроме того, в тексте автора мы наблюдаем употребление большого чис ла топонимов, хронотопов и антропонимов, которые характерны для жанра автобиографии. Автор указывает на место своего рождения, дату, а так же упоминает людей, которые окружали его: Ein Haus, in dem ich sonntags am 28.

April 1935 frh um sieben Uhr durch lstiges Gebrll den Hausbewohnern meine Auskunft hrbar machte, gibt es natrlich auch [Eckert, 2011. S. 9];

Ich wieder hole dies so penetrant, weil in unserer vergelichen Zeit schnell die Idee abhanden kommen knnen, einst dort eine Tafel anzubringen: Hier wurde am 28. April 1935 der Schriftsteller Wolfgang Eckert geboren [Eckert, 2011, S. 9];

Vorerst war ich ein Kind, und wenn ich es richtig erinnere, zu Gustav Triers Bierkrugzeit acht Jahre jung [Eckert, 2011. S. 15] или Die Zahl 1899 am Giebel des Hauses gegenber war die Geburtszahl fast aller Huser in der Karl-Schiefer-Strae [Eckert, 2011. S. 19] и др.

Теперь попытаемся отметить отличительные особенности дискурса Воль фганга Эккерта. Во-первых, обращает на себя внимание употребление при описании своей жизни средств образности, которые придают произведению юмористический эффект. Средства образности являются факультативными средствами, участвующими в создании стилевой черты (Hang zu Humor und Satire). Мы выделим лишь некоторые тропы, которые использует автор: мета фора, эвфемизм, перифраз. Проведем их анализ в контексте следующей ситу ации художественного дискурса: детство автора прошло в многоквартирном доме, ванная комната и туалет в котором были общими для всех. Автор вспо минает это время с иронией, которая выражается употреблением выделенных нами фигур речи.

Рассмотрим следующее предложение: Sie hatten ihre Hschen herunter ge lassen und ihre weien Schenkel leuchteten zu mir herber wie ein fernes Signal, das ich nicht begreifen konnte [Eckert, 2011. S. 20]. Дефиниция данной лексемы следующая: leuchtetenleuchten, 1) als Luchtquelle Helligkeit verbreiten, abge ben;

2) Licht wiederstrahlen [Duden, 1996. S. 949]. В данном случае В. Эккерт использует лексему в переносном значении. Метафора придает ситуации комичность и сглаживает довольно откровенное эротическое описание девочки.

Ещё одно предложение, которое характеризует ироничный стиль Вольфган га Эккерта: Nur wenn der Mieter unter uns, der Ritter Erich, drin sa, verbreitete sich ein angenehmer Duft, denn er rauchte whrend seiner Sitzung Jahns Zigarren [Eckert, 2011. S. 20]. Под словом Sitzung обычно понимают важное собрание или совещание, которое требует участия и обсуждения какого-либо вопроса.

При использовании метафоры автор иронично описывает своего соседа, для которого пребывание в туалетной комнате является неким ритуалом, который сопровождается обязательным выкуриванием сигары. Кроме того, сигары яв ляются привилегией членов «высшего общества» и для детей этот атрибут является признаком важности персоны, скорее всего, именно поэтому автор обозначает такое времяпрепровождение как заседание – Sitzung.

В следующем примере В. Эккерт описывает также свои воспоминания о жизни в многоквартирном доме: Darin stand die Zinkbadewanne und dort wieder seine Frau mit ziemlich breitem Hintern und so, wie sie auf die Welt gekommen war [Eckert, 2011. S. 21]. В данном примере использованы зевгма (stand Zinkbadewanne und seine Frau) и эвфемизм для описания голой женщи ны (выделено курсивом), который, с одной стороны призван описать ситуа цию в смягченной форме, с другой стороны, употребление этого выражения придает речи нарочитую возвышенность и торжественность, которые в свою очередь показывают комичность ситуации.

Из обзорного анализа некоторых тропов, характерных для стиля авто ра, прослеживается его отношение к периоду жизни, проведенному в доме со стесненными условиями: благодаря использованию средств образности В. Эккерт описывает это время с иронией, с доброй усмешкой, с яркими и по ложительными воспоминаниям, в которых каждый житель дома был не про сто соседом, но и близким человеком.

Ещё одной отличительной особенностью стиля В. Эккерта можно назвать употребление диалектизмов. В тексте данного произведения автор употребля ет слова и выражения из саксонского диалекта (Schsisch). Это можно опреде лить благодаря метатекстовым указаниям автора на данный диалект в тексте, (Im Schsischen heit ein kleiner Ku Kussel [Eckert, 2011. S. 12]), месту опи сания событий в автобиографии и характерным особенностям саксонского диалекта. На саксонском диалекте говорят не на всей территории Саксонии.

В «чистом» виде диалект представлен в центральной области земли. Его гра ницы могут быть обозначены примерно следующим образом: на севере – это Лейпциг, на востоке – Дрезден и на юге – Хемниц. Но даже в пределах этой обозначенной области можно наблюдать отличия в фонетическом, граммати ческом и лексическом строе диалекта. Город, родом из которого Вольфганг Эккерт – Меране (нем. Meerane), Меране – подчинён административному округу Хемниц.

Диалектизмы выполняют в автобиографии В. Эккерта, как нами было вы явлено, несколько функций: характерологическую и экспрессивную функции, функцию создания комического эффекта и др. На наш взгляд, в первую оче редь употребление автором диалектизмов призвано выразить принадлежность автора и протагонистов к определенной территориальной местности. Как из вестно немцы любят свои диалекты и всегда пытаются обозначить свое про исхождение при помощи речи, или при помощи приемов метакоммуникации.

Назовем некоторые характерные особенности саксонского диалекта:

- Во-первых, это сходство при артикулировании звуков p, t и b, d, k и g;

- замена аффрикаты pf- на p- в начале слова (в конце или середине слова происходит замена -pf- на -pp- или на -bb-);

- ещё одной особенностью саксонского диалекта является артикулирова ние гласных: умлауты -, - и дифтонг eu- произносятся как e, i, ei. Кроме того, в некоторых случаях можно отметить изменение дифтонгов ei, ee на au, oo;

- определенные трудности существуют при произношении звука е-, обыч но он слышиться как [Bergmann, 1992. S. 10].

Однако, как было отмечено выше, на территории, где говорят на саксон ском диалекте, имеются значительные отличия от исконной формы саксон ского диалекта, которые прослеживаются в разных населенных пунктах. Мы продемонстрируем их на следующих примерах и обозначим особенности ва рианта саксонского диалекта, употребляемого в тексте автобиографии:

Во-первых, это редуцирование гласной e в окончании глагола, которое ха рактерно и для многих других диалектов и для обиходно-разговорной речи.

Например, Von ihm hatten sie das Lied gelernt und und noch viele andere wie “Im Frhtau zu Berge wir ziehn wallerah!” [Eckert, 2011. S. 5];

“Ich darf nicht mit fremden Mnnern gehn” sagte er, und ich hatte erneut gewut, dass er so antwortet [Eckert, 2011. S. 6].

Следующей, более важной особенностью варианта саксонского диалекта является изменение дифтонга ei на удвоеное e, например: Wenn ich ihm bei seiner Rckkehr ber den Weg liefe, hielt er mir den Bierkrug bedrohlich vor die Nase und rief drhnend: “Na, Kleener, willste mal’n Schluck?” [Eckert, 2011. S.

15];

Meine Mutter rief vorher ins Haus hinunter: “Muss noch mal jemand auf den Spitzboden? Wir wollen baden! “Nee, jetzt nich” kam die mehrfache Antwort von unten [Eckert, 2011. S. 21]. В некоторых случаях можно наблюдать изменение дифтонга ei на aa: “Waat du”, sagte er einmal fast philosophisch zu mir [Eckert, 2011. S. 30] или Ober is gab kaanen, dar mir doderzu htt verhalfen kenne [Eckert, 2011. S. 30].

Кроме того, мы выявили изменение дифтонга ie на гласную e: “Da kumme de Fremden hier har un fraen dan Einheimischen de Ardppeln wag!” или [Ek kert, 2011. S. 29] Das macht er fier de Gemeide [Eckert, 2011. S. 29].

Ещё один, из наиболее часто встречающихся признаков, употребляемого в тексте варианта саксонского диалекта – это изменение гласной i на долгую ie в закрытом слоге: Iech htt meh aus mir machen sole [Eckert, 2011. S. 30] или Schlielich sagte Gerhard: “Itze is Schlu. Hr auf un kumm rieber, Gunger, un trink e Bier miet uns!” [Eckert, 2011. S. 29] Таким образом, мы можем отметить, что несмотря на территориальную принадлежность местности, о которой идет речь в автобиографии к терри тории, на которой говорят на саксонском диалекте (в г. Меране), есть некото рые отличительные особенности, характерные для данного варианта диалек та. Кроме того, мы можем констатировать, что эти диалектные особенности г. Меране представляют собой значительные отклонения от основного вари анта Саксонского.

Подводя итоги анализа теоретического и эмпирического материала, мы пришли к текущим выводам:

1. На современном этапе изучения языка одним из главных подходов явля ется функциональный, в соответствии с которым объектом изучения вы ступает речь, в нашем случае – смоделированная в автобиографическом дискурсе.

2. Автобиографический дискурс является основой для выделения и демон страции собственного «Я».

3. Дискурс В. Эккерта относиться к типу авторизированных эгоцентриче ских (автобиографических) текстов.

4. Для дискурса В. Эккерта свойственно наличие как общих признаков жанра автобиографии (таких как ретроспективность повествования;

хро нологическое последовательное изложение событий;

тождество автора, повествователя и героя;

соотношение прошлого и настоящего, употре бление хронотов, топонимов, антропонимов и др.), так и специфичность организации произведения (например, нарушение хронологической последовательности событий или одновременная ретроспективность и проспективность изложения событий).

5. К характерным особенностям дискурса В. Эккерта мы относим употре бление средств образности (таких как метафора, и её подвид, эвфемизм), которые придают автобиографии юмористический оттенок, а также ис пользование автором варианта саксонского диалекта г. Меране.

В качестве перспектив дальнейшего исследования нам представляется под робный анализ дискурса В. Эккерта, который будет включать в себя три тек ста автобиографического содержания: “Das ferne Leuchten der Kindheit”, 2010, “Ich war ein Spitzeltter”, 2003 и “Rettet die Clowns!”, 2011.

Библиографический список 1. Андреева, В.А. Литературный нарратив : текст и дискурс [Текст] / В.А. Андреева // СПб. : Норма, 2006. – С. 186.

2. Антюхов, А.В. Русская мемуарно-автобиографическая литература XVIII в. (Генезис. Жанрово-видовое многообразие. Поэтика) [Текст] : автореф.

дис… д-ра филол. наук : 10.01.01 / А.В. Антюхов. – М., 2001. – 36 с.

3. Арутюнова, Н.Д. Дискурс [Текст] / Н.Д. Арутюнова // Лингвистический энциклопедический словарь. – М., 1990. – С. 136-137.

4. Волошина, С.В. Речевой жанр автобиографического рассказа (на мате риале диалектной речи) [Электронный ресурс] / С.В. Волошина. – Режим доступа : http://www.philology.ru/linguistics2/voloshina-10.htm (дата обра щения : 17.12.2011).

5. Дискурс. Три подхода к определению дискурса [Электронный ресурс]. – Режим доступа : http://yazykoznanie.ru/content/view/60/249/ (дата обраще ния : 17.12.2011).

6. Жирмунский, В.М. Немецкая диалектология [Текст] / В.М. Жирмунский.

– М.-Л. : Изд-во Академии наук СССР, 1956. – 636 с.

7. Косиков, Г.К. О принципах повествования в романе [Электронный ресурс] / Г.К. Косиков. – Режим доступа : http://www.libfl.ru/mimesis/txt/principles.

php (дата обращения : 17.12.2011).

8. Макаров, М.Л. Основы теории дискурса [Текст] / М.Л. Макаров. – М. :

Гнозис, 2003. –280 с.

9. Мельничук, О.А. Повествование от первого лица. Интерпретация текста [Текст] / О.А. Мельничук. – М. : Изд-во Московского ун-та, 2002. – 207 с.

10. Мишина, Л.А. Жанр автобиографии в истории американской литературы [Текст] / Л.А. Мишина. – Чебоксары : Изд-во Чувашского ун-та, 2010. –148 с.

11. Нуркова, В.В. Культурно-исторический подход к автобиографической па мяти [Электронный ресурс] / В.В. Нуркова. – Режим доступа : http://www.

psy.msu.ru/science/autoref/doc/nurkova.pdf (дата обращения : 17.12.2011).

12. Словарь литературных терминов [Электронный ресурс] – Режим доступа : http://litterms.ru/a/2 (дата обращения : 17.12.2011).

13. Степанов, Ю.С. Альтернативный мир, Дискурс, Факт и принцип При чинности [Текст] / Ю.С. Степанов // Язык и наука конца XX века : сб.

статей. – М. : РГГУ, 1995. – С. 35-73.

14. Шмид, В. Нарратология [Электронный ресурс] / В. Шмид. – Режим до ступа : http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Literat/shmid/index.php (дата обращения : 17.12.2011).

15. Bergmann, Dr. G. Schsisch [Text] / Dr.G. Bergmann // Polyglott-Verlag. – Mnchen, 1992. – 39 S.

16. Duden. Deutsches Universal Wrterbuch A-Z [Text] // Herausgegeben vom Wissenschaftlichen Rat der Dudenredaktion. – Mannheim;

Wien;

Zrich : Du denverlag, 1996. – 1816 S.

17. Eckert, W. Das ferne Leuchten der Kindheit [Text] / W. Eckert. – Mironde :

Mironde Verlag, 2011. –164 S.

18. Kluge, F. Etymologisches Wrterbuch der deutschen Sprache [Text] / F. Kluge – Berlin;

New York : Walter de Gruyter Verlag, 1989. – 822 S.

С.Б. Фуллмер ОТРАЖЕНИЕ КООПЕРАТИВНОГО ПРИНЦИПА ГРАЙСА В АНГЛИЙСКИХ И РУССКИХ ПОСЛОВИЦАХ В данной статье рассматривается кодирование кооперативного принципа Грайса в русских и английских пословицах. Я анализирую, в какой степени по словицы о языке отражают постулаты кооперативного принципа. Использо вание и применение пословиц о языке и сотрудничестве обсуждаются в совре менных и исторических контекстах.

Ключевые слова: кооперативный принцип;

постулаты Грайса;

пословицы;

коммуникация;

молчание;

ложь S.B. Fullmer THE REFLECTION OF GRICE’S COOPERATIVE PRINCIPLE IN RUSSIAN AND ENGLISH PROVERBS This paper addresses Grice’s theory of the cooperative principle as encoded in proverbs from Russian and English languages. I examine the extent to which proverbs about communication reflect Grice’s maxims. The use and applications of proverbs about language and cooperation are discussed with relation to how they are used in modern and historical contexts.

Key words: Cooperative principle;

Grice’s maxims;

proverbs;

communication;

silence;

lies Поскольку в пословицах категоризируется социальный опыт, культурные нормы и традиции, их сравнительной анализ может пролить свет на опре деленные фрагменты языковой картины мира у разных народов. Понимание сходств и различий между национальными языковыми картинами мира не обходимо, с одной стороны, для решения проблем международной коммуни кации, с другой стороны, для оценки двух важнейших противоборствующих процессов в мире – глобализации и стремления к сепаратизму. С этой точки зрения интересно сопоставить английские и русские пословицы, категоризи рующие отношение говорящих к взаимодействиям в различных сферах.

В лингвистическим энциклопедическом словаре пословица толкуется как «краткое, устойчивое в речевом обиходе, как правило, ритмически организо ванное, изречение назидательного характера, в котором зафиксирован много вековой опыт народа;

имеет форму законченного предложения (простого или сложного). Пословица выражает суждение. обладает буквальным и пере носным смыслом или только переносным» [ЛЭС, 1998, с. 389].

Современный специалист по паремиологии Вольфганг Мидер пишет, что нельзя слишком обобщать характер народа на основе одних пословиц, но по словицы могут быть интерпретированы как отражающие социальную и мо ральную системы ценностей или картину мира тех людей, которые использу ют эти пословицы [Mieder, 2008, p. 143-144]. Дундес, фольклорист, определил задачу фольклористики так: «Важно идентифицировать различные скрытые предположения у членов данной культуры, потому что эти предположения есть основные части картины мира» [Dundes, 1972, p. 96].

Многие английские и русские пословицы имеют общее европейское про исхождение. Латинский язык влиял на форму и структуру обоих языков. Би блия оказывала и лингвистическое, и морально-оценочное влияние. Различие между культурами, в нашем случае, английской и русской, связано с социаль ной структурой, активностью субъекта, и реалиями жизни [Иванова, 2006, с. 259].

Одно из важнейших действий в социальной жизни – коммуникация. Комму никативный акт, по Якобсону, состоит из шести компонентов, включая адресат (отправитель сообщения) и адресант (получатель сообщения). Коммуникация может осуществляться только как взаимодействие говорящего и слушателя [Jakobson, 1987, p. 66]. Ирвин Гофман писал о вербальной интеракции (взаи модействии) и ввел понятие интерактивной компетенции – умении соблюдать нормы речевого поведения [Goffman, 1959, p. 93].

Находясь в любом обществе, человек должен уметь передать свои мысли другим. В этом и состоит основная характеристика homo sapiens sapiens и его языка. Язык определяет идентичность человека, прежде всего национальную идентичность, а затем классовую, гендерную и другие. Чтобы человек был принятым и понятым сообществом, он должен владеть его культурной нор мой и этикой [Edwards, 2009, p. 5-14].

Коммуникация широко исследована как процесс решения социальных ди лемм. С конца 1950-х известно, что общение укрепляет сотрудничество в ре шении социальных вопросов. Даниил Балиет анализировал множество такого рода социолингвистических исследований и выявил значительную положи тельную зависимость коммуникации и сотрудничество в условиях решения проблем социального взаимодействия [Balliet, 2010, p. 39-57].

Теория «координированного управления смыслообразованием» (coordinated management of meaning) утверждает, что каждый человек создает свои соб ственные социальные реалии, когда он принимает участие в разговоре. Люди применяют правила в общении, чтобы понять, что происходит во время их со циального взаимодействия. Исходя из ситуации, разные правила применяют ся для того, чтобы производить лучшие модели коммуникации [Pearce, 1999, p. 12].

Принцип коммуникативного взаимодействия Поля Грайса описывает, как люди взаимодействуют друг с другом. В своей работе «Логика и беседа»

(1967) Поль Грайс определяет данный принцип следующим образом: «Make your contribution such as it is required, at the stage at which it occurs, by the accepted purpose or direction of the talk exchange in which you are engaged»

(«Делайте ваш вклад в разговор таким, как это требуется на данной стадии в соответствии с принятой целью или направлением беседы, в которой вы принимаете участие») [Grice, 1989, p. 26]. Несмотря на то, что приведенная цитата имеет вид совета, этот принцип описывает общепринятое поведение в разговоре. Если говорящие не соблюдают этот принцип, слушатель может принимать это как намеренное действие в виде подтекста, импликации. Слу шатели и говорящие должны совместно действовать, чтобы понимать друг друга правильно. Люди, которые разговаривают, всегда хотят достичь опреде ленной цели [Почепцов, 2001, с. 196-197]. Цели могут быть различными – от материальных до фатических. Общий принцип, сформулированный ученым, реализуется в рамках постулатов [Демьянков, 2005, с. 28]. Они давно реали зуются говорящими, и многие существующие в языках пословицы диктуют именно такие стандарты поведения.

Работа П. Грайса влияет на понимание значения и коммуникации в фило софии и лингвистике. Грайс обратил внимание на необходимость отделить (i) значение предложения от того, (ii) что говорящий сказал, когда воспользовал ся этим предложением, и (iii) что говорящий хотел передать, когда сказал это предложение в этом контексте. Постулаты Грайса, прежде всего, основаны на понятии импликации. Важно не только, что человек говорит, важно, какие импликации могут возникнуть от того, что он говорит и как. О сути явления импликации сообщения мы также можем судить из постулатов Грайса. Любые высказывания слушающие рассматривают как преднамеренные и ищут в каж дом предложении определенное значение [Neale, 1992, p. 509-559].

Понимание постулатов Грайса имеет большое значение для изучения ино странного языка, прежде всего английского, поскольку постулаты написаны англоговорящим на основе его родного языка. Чтобы понять не только бук вальное значение высказывания, но и имплицитное значение, обучающийся должен учитывать использование кооперативного принципа Грайса [Nan, 2011, p. 1-3]. Изучающие родной или иностранный язык обычно сами делают выво ды об интенции, пользуясь индуктивным подходом. Кооперативный принцип Грайса дает возможность рассмотреть значения высказывания не основании дедуктивного подхода. Совместное использование обоих методов помогает говорящему на иностранном языке понимать интенции других и учитывать этот принцип в своей речи [Murray, 2010, p. 293-301]. Когда навыки пони мания импликации специально учитываются в изучении иностранного язы ка, обучающиеся быстрее учатся правильному использованию языка [Bouton, 2002, p. 157-167].

Универсальность постулатов Грайса ещё мало исследована. Исследова ние проводилось на материале малагасийского языка, и ученые нашли, что принцип и постулаты Грайса сохраняют полезность (работают), но только в контексте сравнительной типологии, когда культурно-специфические си стемы сильно отличаются импликационным речевым объемом [Keenan, 1976, p. 67-80]. Даже в тех культурах, в которых ценится «многоречивость», такой стиль может быть понятым как разговорная стратегия, например, относящий ся к постулатом вежливости. Когда учитывается фоновые культурные знания носителей языка, очевидно, что логика в речи соответствует определенным правилам [Newmeyer, 1989, p. 261] В данной работе мы рассматриваем русские и английские пословицы, ко торые иллюстрируют обоснованность принципа Грайса. В народном культур ном фонде пословиц существуют и свои постулаты, которые выработаны на родом в течение веков.

1. Пословицы, относящиеся к постулату Грайса: «Make your contribution as informative as is required (for the current purposes of the exchange)»

(«Делайте ваш вклад столь информативным, насколько это требуется») Первая категория постулатов Грайса относится к количеству. Чтобы со беседник правильно понял значение сообщения, говорящий должен делать «вклад столь информативным, насколько это требуется» и не делать «вклад более информативным, чем нужно». Первая часть оказывается важной, когда у одного участника разговора есть определенные коммуникативные цели, о которых второй участник не может знать, если первый не сообщает его.

Исследование показали, что наибольшее количество русских пословиц име ет содержание, относящееся именно к постулату количества, что объясняется многословием с множеством примеров, отступлений, обобщений, принятых в русском языке [Набока, 1997, с. 205-210].

Существует такая норма поведения, согласна которой необходимо назвать то, в чем есть необходимость, и это положение дел отражено и в английских, и в русских языках, а именно, в пословицах. Например, когда ребенок хочет кушать, никто не покормит его, если он об этом не скажет. «Дитя не заплачет – мать не знает (не услышит;

не разумеет)». Эту пословицу можно сравнить с американской «A closed mouth doesn’t get fed» (Не кормят закрытый рот);

эк виваленты есть во многих европейских языках. В настоящее время эта посло вица применяется обычно в переносном значении. В бизнесе можно сказать, что, чтобы получить нужный результат надо вести переговоры: «The number one key to successful negotiating is in the asking. There is a saying that is true to heart, a closed mouth does not get fed» [Bomani, 2007, p. 126]. В одной русской статье используется эта пословица как подзаголовок, где описывается, как одна женщина обратилась за помощью к губернатору, МЧС и главе админи страции города [Набокова, 2010]. Чтобы люди услышали и поняли, что нужна помощь, пословицы в обобщенном виде подсказывают правильное коммуни кационное решение. Историческая русская пословица «Не начнешь говорить, так и бог не услышит» вводит христианской аспект, отражающий вместе с важностью молитвы необходимость озвучивать свою проблему.

Другие пословицы, русские и английские, демонстрируют, что в ответствен ность говорящего входит предупреждение об опасности (в случае владения такой информацией). На английском эта мысль прямо выражена: «Forewarned is forearmed» (Заранее предупрежденный – заранее вооруженный). Русские позже стали использовать похожую пословицу, «Предупрежден – значит во оружен», возможно, как заимствование. Эта пословица может появляться в разных литературных источниках, где автор говорить о негативных событиях, которые могут случиться с читателем. Один журнал об управлении финанса ми использует такие выражения в качестве названия статьи, где даются по лезные советы на случай неприятных событий [McGrath, 2001, p. 100]. Если у человека нужная информация, он чувствует, что он защищен и тогда он испы тывает доверие к автору. Русская пословица описывает ту же ситуацию более образно: «Молчун-собака – не слуга во дворе». В этой пословице проводится параллель между молчанием и бесполезностью. Она дает определение слуге и стандарты его поведения. Если человек не предупреждает тебя об опас ности, можно сделать вывод, что этот человек не служит тебе. И русские, и английские пословицы показывают, что у доброжелательного человека есть обязанность информировать собеседника, если он под угрозой.

Английская пословица «No news is good news» (Отсутствие новостей – хо рошая новость) касается импликации молчания о чем-либо. Если говорящий соблюдает постулаты Грайса, он должен сообщать об имеющейся информа ции. Если он не сообщил, значит, нет такой информации. Эта пословица мо жет успокоить человека, который переживает. Если его родственник в боль нице, врачи обязательно сообщили бы о случившемся, а если пациент здоров – не о чем сообщать. Первый раз эта пословица зафиксирована в письменном виде в 1616 г., когда король Джеймс Первый ждал суда и писал письмо, боясь, что что-то случится [Cryer, 2011, p. 239]. Сейчас «No news is good news» часто имеет прямое значение – если страна не появляется в заголовках передовиц, можно предполагать, что люди там живут мирно и в безопасности. Целый ряд названий статей свидетельствует о том, что неожиданное молчание в прессе значит мир: «No news is good news in Poland» [Zielonka, 2011], «For Russia, no news is good news» [Ivanov, 2011], «No news is good news from Guinea-Bissau»

[Lewis, 2011], «Slovenia: No News is Good News» [Cummins, 2011]. В этих ста тьях в основном упоминаются прошлые несчастные времена, чтобы сопоста вить с текущей ситуацией. Некоторые СМИ обычно интересуются плохими новостями, в результате появилась анти-пословица: «Good news is no news»


(Хорошая новость – не новость).

Примеры:

1. Не стать говорить, так и бог не услышит.

2. Дитя не заплачет – мать не знает.

3. Чье правое дело, тот говори смело!

4. За правое дело говори смело (стой смело).

5. На великое дело – великое слово. От избытка уста глаголют.

6. Молчун-собака не слуга во дворе.

7. Молчать, так и дело не скончать. Твой намек мне невдомек.

8. Короткие речи и слушать неча (нечего).

1. The squeaking wheel gets the grease.

2. A closed mouth doesn’t get fed.

3. Silence means consent.

4. A word is sufficient to a wise man.

5. No news is good news.

6. A bad excuse is better than none.

7. Confession is good for the soul.

8. Forewarned is forearmed.

2. Пословицы, относящиеся к постулату Грайса «Do not make your contribution more informative than is required»

(«Не делайте своего вклада более информативным, чем нужно») По Грайсу, разговор ведется, чтобы достичь цели (обычно такие цели как сообщение о новых событиях или побуждения к действиям). Когда речь не выполняет прагматическую задачу, она бесполезна. В пословицах отражена негативная реакция на бесполезные сообщения в разговоре.

Многие русские пословицы указывают на прямое отношение между изли шеством в речи и пустотой: «В многословии не без пустословия» «Много гово рено, да мало сказано». Во многих пословицах используется повелительное наклонение: «Бай-бай, да и молви! Говори, говори, да сказывай», «Ешь боль ше, а говори меньше!». Существуют очень много вариантов такой пословицы, как «Ешь пирог с грибами, а язык держи за зубами». Во фразе «держи язык»

присутствуют образная сторона и материальная сторона. Ментальный кон троль над телом обязателен в общественном мире.

Разные ситуации требуют ограничение в речи. И одна из причин подобного ограничения – неоходимость скрыть информацию. Принцип «не делайте сво его вклада более информативным, чем нужно» имеет огромное значение для информации, которая может быть опасной. Секретная информация не только относится к семье. В двадцатом веке понятие «свой» и «чужой» в первую очередь относилось к стране. Во время второй мировой войне в США обра зовалась новая пословица, которая широко используется до сих пор: «Loose lips sink ships» («Распушенный язык топит корабли»). Внимание уделяется опасности для общества в виде распространения особой информации. Со сто роны российского общества, пословица «Болтун находка для шпиона» тоже вышла из военных слоганов и стала использоваться в общественной сфере.

Эта пословица упоминалась в статье о Казахстане в связи с «информацион ной войной» [Meta, 2011]. Появление новой информационной технологии сделало эти пословицы более актуальными в современной жизни. Появились варианты, отражающие особенности современной коммуникации: «Болтун – находка для оператора сотовой связи» [Инка, 2011], «Loose lips give hackers tips» [Vijayan, 2001].

Опасность выдать излишнюю информацию весьма высока. Если нет особой интенции, это излишество мешает коммуникативному процессу. В русских и английских пословицах отражается положительное отношение к молчанию.

Во многих языках есть пословица «Слово – серебро, молчание – золото» (или сокращенная версия, «молчание – золото»). Эта мудрость возникла в глу бокой древности. В Древнем Египте говорили: «Молчание выгоднее речи».

Пословица в нынешней форме впервые отмечена в еврейском комментарии Библии [Flexner, 1993]. Специфическая английская пословица «A shut mouth catches no flies» («В закрытый рот муха не влетит») кажется противоречит по словице «A closed mouth doesn’t get fed», но разные ситуации и разные типы информации требуют разных стандартов поведения. Противоречия отражают диалектичность мышления, как видно из русской пословицы «Умей вовремя сказать, умей и смолчать».

Молчание ассоциируется с мудростью. В русских и английских послови цах отмечается корреляция молчания и мудрости «A still tongue makes a wise head» (Неподвижный язык делает мудрой голову), «Говори меньше, умнее бу дешь» «Много знай, да меньше бай». В английских образцах кроме того при сутствует корреляция излишней информации и глупости: «Empty vessels make the most sound» (Пустые сосуды больше всех гремят) и «Better to remain silent and be thought a fool, than to open your mouth and remove all doubt» («Лучше молчать и выглядеть дураком, чем открыть рот и устранить все сомнения»).

Вторая пословица своим корнями уходит в Ветхий Завет: «Even a fool, when he holdeth his peace, is counted wise: and he that shutteth his lips is esteemed a man of understanding» [The Holy Bible, Proverbs 17:28], «И глупец, когда мол чит, может показаться мудрым, и затворяющий уста свои – благоразумным»

[Библия, Притчи 17:28]. В русском языке это выражение не стало общеупо требительным как в английском языке. В английском языке не упоминается древнее происхождение этой пословицы, она скорее считается цитатой высо коуважаемого президента Авраама Линкольна [Shapiro, 2006, p. 67].

В английской и русской культурах ценится умение слушать. Пословицы обоих народов ассоциируют это умение с теми, кто не слишком много го ворит. В данных пословицах часто используется повелительное наклонение и в меньшей степени используются образные выражения. Общее корни обна руживаются в ранней культуре христианства, в Библии: «Всякий человек да будет скор на слышание, медлен на слова, медлен на гнев» [Библия, Послание Иакова 1:19] и «Be swift to hear, slow to speak, slow to wrath» [The Holy Bible, James 1:19]. Есть много вариантов таких пословиц, как «Слушай больше, а говори меньше» и «Keep your mouth shut and your ears open» («Держи рот на замке, а уши открытыми»). Эти пословицы также имеют общее корни в Би блии [The Holy Bible, Ecclesiastes 5:1]. Для логичности построения разговора нормы речевого этикета диктуют, что только один человек может говорить в отдельный отрезок времени, чтобы он был услышан и понят. Говорящим дол жен быть тот, у кого есть о чем сообщать.

Примеры:

1. В многословии не без пустословия.

2. Во многом глаголании нет спасения.

3. Много говорено, да мало сказано.

4. Лучше не договорить, чем переговорить.

5. Лучше не досказать, чем пересказать.

6. Держи язык короче! Держи язык на привязи (на веревочке)!

7. Держи язык за замком (за зубами)!

8. Ешь пирог с грибами, а язык держи за зубами.

9. Ешь больше, а говори меньше! Ешь калачи, да поменьше лепечи!

10. Щи хлебай, да поменьше бай! Ешь капусту, да не мели попусту!

11. О том, о сем, о пятом, десятом. О том, о сем, а больше ни о чем.

12. За кукушку (т. е. пустословие) бьют в макушку.

13. Бай-бай, да и молви! Говори, говори, да сказывай.

14. Мелет день до вечера, а послушать нечего.

15. Красно говорит, а слушать нечего.

16. Говорит, как река льется. Много говорить – голова заболит.

17. Недолгая речь хороша, а долгая – поволока.

18. Про одни дрожжи не говорят трижды.

19. Говорит день до вечера, а слушать нечего.

20. Хорошо говоришь, да было бы что слушать.

21. Долго не говорит – ум копит;

а вымолвит – слушать нечего.

22. Не стыдно молчать, коли нечего сказать.

23. Поменьше говори, побольше услышишь.

24. Слушай больше, а говори меньше.

25. Меньше бы говорил, да больше бы слушал.

26. Много знай, да мало бай! Много баить не подобает.

27. Говори меньше, умнее будешь.

28. Не все сказывай, что поминается (что помнится, что отрыгается).

29. Говори, да не проговаривайся (да не заговаривайся)!

30. Доброе молчанье лучше худого ворчанья.

31. Сказанное словцо – серебряное, не сказанное – золотое.

32. Сказано – серебро, не сказано – золото. Молча легче.

33. Воздух словами не наполнить. Всего не переговоришь.

34. Молчанкой никого не обидишь. Кто молчит, не грешит.

35. Бойся вышнего, не говори лишнего!

36. Лишнее слово в досаду (в грех, в стыд) вводит.

37. Лишнее говорить – себе вредить (болячку бередить).

38. Больше говорить – больше согрешить.

39. Меньше говорить – меньше греха.

1. A shut mouth catches no flies.

2. Speech is silver, but silence is golden.

3. There is a time to speak, and a time to be silent.

4. Better to remain silent and be thought a fool, than to open your mouth and remove all doubt.

5. A silent fool is counted wise.

6. No wisdom like silence.

7. A still tongue makes a wise head.

8. Empty vessels make the most sound.

9. Empty barrels make the most noise.

10. Who knows most, speaks least.

11. Be swift to hear, slow to speak.

12. Give every man thy ear, but few thy voice.

13. Keep your mouth shut and your ears open.

14. Least said, soonest mended.

15. Loose lips sink ships.

16. Confess and be hanged.

17. It is no use crying over spilt milk.

18. He who excuses, accuses himself.

19. He that talks much errs much.

20. He that talketh much sinneth much.

3. Пословицы, относящие к постулатам Грайса «Do not say what you believe to be false» («Не говорите того, что вы считаете ложью») и «Do not say that for which you lack adequate evidence» («Не говорите того, для подтверждения чего у вас нет достаточных доказательств») Мы рассматриваем постулаты «Не говорите того, что вы считаете ложью»

и «Не говорите того, для подтверждения чего у вас нет достаточных доказа тельств» вместе потому, что пословицы не различают эти ситуации как значи тельные отличающиеся. Говорить неправду – это неприемлемо для общества и для говорящего независимо от оснований.


По мнению Грайса, качество является первостепенной категорией. Если не соблюдается данный постулат, соблюдение других постулатов уже не имеет большое значение. Он предполагает, что все культуры так же относятся к это му постулату. Хотя это предположение ещё не доказано эмпирически, трудно представить, что существуют живые культуры, в которых люди ведут себя, не соблюдая постулата качества [Neale, 1992, p. 509-559].

Категории качества и количества очень близки. Когда человек много го ворит, есть больше шансов, что он поврет. Многие пословицы из категории количества можно также отнести к категории качества: «Great talkers are great liars» «He that talks much lies much» («Кто много говорит, тот много лжет») «Где много слов, там мало правды», «Кто меньше толкует, тот меньше врет». Можно заметить, что в русской версии есть некое противопоставление логике. Если взять фразу «меньше врет», предполагается, что в любом вы сказывание есть некоторая вероятность и опасность лгать. Другие пословицы имплицитно связывают эти категории. В английском языке находятся «He that talks much errs much.» (Кто много говорит много ошибается) и «He that talketh much sinneth much» (Кто много говорит, много грешит). Данные английские пословицы имеют эквиваленты во многих европейских языках [Strauss, 1998, p. 271]. В русском языке многие пословицы имплицитно отражает негативное отношение к лишнему высказыванию именно по этой причине: «На что пере вирать, лучше смолчать»;

«Бойся вышнего, не говори лишнего!»;

«Лишнее слово в досаду (в грех, в стыд) вводит»;

«Лишнее говорить – себе вредить (болячку вередить)». Интересно заметить, что русская пословичная база на много богаче, если учитывать рассматриваемую категорию.

Концепт «честность» очень важен для английской культуры. Пословицы не только освящают запрет на ложь, но и честность выделена как положи тельная характеристика. Пословица «Half the truth is often a whole lie» («По ловина правды часто целая ложь») отражает мнение о необходимости дого варивать всю информацию, которая имеется. Другая пословица «Honesty is the best policy» («Честность – лучшая политика») очень часто употребляется в современном английском языке. За одну неделю (дек. 6-13, 2011) в американ ских СМИ появилась она не меньше 44 раз. В опросе детей об их знании фра зеологизмов, данная пословица оказалась самой известной. Детский педагог Е.Д. Хирщ назвал данную пословицу среди немногих пословиц, которую каж дый ребенок должен знать с раннего детства, чтобы овладеть правильными стандартами поведения [Panati, 1999].

Примеры:

1. Меньше врется – спокойнее живется.

2. Чем завираться, лучше молча почесаться.

3. Меньше ври, больше ешь, спи да грезь на себя!

4. Врать – своя неволя 5. Зерна мели, а много (а лишнего) не ври!

6. Замолола безголова. Ври, не завирайся, назад оглядайся!

7. Врет, как водой (как вброд) бредет.

8. Так врет, что с души прет.

9. Врал бы, да меру знал бы.

10. Проврался, что прокрался.

11. Врал много, а переврать не умеет.

12. Вранья на зуб не положишь.

13. Не всякому слуху верь, не всякую правду сказывай!

14. Ври, да не завирайся! Ври, да знай меру!

15. Иже не ври же, Фита не болтай!

16. Иже не ври же, его же не пригоже.

17. До нас люди жили – много говорили;

не помрем, так и мы поврем.

18. В чем проврался, в том и поплатился.

19. Совралось – как с языка сорвалось.

20. Проврался, что в карты проигрался.

21. Вчера солгал, а сегодня лгуном называют.

22. Раз солгал, а навек лгуном стал.

23. Ложь злодею нужна, а правда, миру люба.

24. Ложь, что мёлкая монета: на нее долго не проживешь.

25. Молодому врать вредно, а старому непотребно.

26. Что лживо, то и гнило 27. Кто меньше толкует, тот меньше врет.

28. Где много слов, там мало правды 1. Half the truth is often a whole lie 2. Honesty is the best policy 3. An honest tale speeds best, being plainly told 4. A liar is not believed when he speaks the truth 5. A lie begets a lie 6. Better the foot slip than the tongue 7. Gossiping and lying go hand in hand 8. Great talkers are great liars 9. He that talks much lies much 10. Never say never 11. One lie makes many 12. Speak as you find 13. Tell the truth and shame the devil 14. Evil communications corrupt good manners 15. Show me a liar and I will show you a thief 16. A liar is worse than a thief 4. Пословицы, относящиеся к постулату Грайса «Be relevant» («Будьте релевантным») Постулат релевантности прост по форме, но сложен на практике. Грайс пишет: «Though the maxim itself is terse, its formulation conceals a number of problems that exercise me a good deal: questions about what different kinds and focuses of relevance there may be, how these shift in the course of a talk exchange, how to allow for the fact that subjects of conversations are legitimately changed, and so on. I find the treatment of such questions exceedingly difficult, and I hope to revert to them in later work» («И хотя он сформулирован очень кратко, с ним связаны некоторые проблемы, вызывающие у меня серьезные затруднения, а именно: какие бывают различные типы и фокусы релевантности, как они смещаются в процессе речевого общения, как описать законную смену пред мета разговора, и т. п. Подобные проблемы представляются мне чрезвычайно трудными, и я надеюсь обратиться к ним в другой работе») [Grice, 1989, p.

27]. Проблемы возникают, например, в каких разных типах релевантности мо гут существовать, и как происходят изменения. Грайс оставил решения этих вопросов на дальнейшие исследования.

Релевантность может относиться к разным аспектам разговора. Грайс, пре жде всего обратил внимание на отношение высказывания к теме разговора.

Рассмотрение релевантности к ситуациям дают возможность выявить отраже ние этого постулата в пословицах. Высказывание должно быть подходящим для места и для участников разговора.

Русская пословица «В огороде бузина, а в Киеве – дядька» ясно отражает этого постулата. Она выражает ситуацией, когда есть нелогичное и несооб разное повествование. Обычно эта пословица поизводится, в случае если рас сказчик внезапно перескакивает с одной темы на другую. Она стала широко известной в конце 20-х гг. XX в. в статье о Гоголе и его творчестве. Можно использовать ее если отсутствует у собеседников общей темы. Также умест на пословица «Ему про Фому, а он про Ерему», когда один говорит об одном, а второй о другом [Лисовский, 2010].

Пословицы отражают определенное отношение к стандартам поведения в отношении ответа на вопрос. Русские пословицы как «Блюди хлеб на обед, а слово на ответ» отражают требование ответа, когда вопрос задается. Ан глийские пословицы наоборот предупреждают, что ответ следует за вопросом:

«Ask a silly question and you will hear a silly answer» («Задай глупый вопрос и услышишь глупый ответ»), «Ask no questions and hear no lies» («Не задавай вопросы и не услышишь лжи»).

Некоторая информация не должна выходить за пределы определенного коллектива [Волков, 2007]. Русская пословица «Из избы сору не выноси, а под лавку копи» можно сравнить с английской пословицей «Don’t wash your dirty linen in public» («Не стирай грязное белье на людях»). Определенный тип информации не должен быть обсужден с чужими людьми. В обеих верси ях информация, которая отрицательно отражается на своем коллективе ассо циируется с грязью. В этих пословицах коллектив – семья или близкие люди.

Значение «in public» стало шире с появлением интернета. Блоги, фейсбук и другие средства дают возможность соединиться с большим количеством людей, и связи с этим, нормы речевого этикета тоже модернизируются. В не давней статье журналист Крег Броун горевал по поводу потери личной сферы жизни, используя в своей речи эту пословицу [Brown, 2011].

Примеры:

1. В огороде бузина, а в Киеве – дядька.

2. Ему про Фому, а он про Ерему.

3. На великое дело – великое слово.

4. Доброе молчанье, чем не ответ? Тихое молчанье никому не ответ.

5. Умей вовремя сказать, вовремя смолчать.

6. Умей сказать, умей и смолчать!

7. С кем перекланиваться, с тем не перебраниваться.

8. Много наговорено, да мало переварено 9. В доме повешенного не говорят о верёвке (заимств.).

10. Пошёл на обед, паси (неси) словцо на привет.

11. Блюди хлеб на обед, а слово на ответ.

12. Станут подносить, умей речь заносить.

13. Яйца курицу не учат.

14. Не всякая пословица при всяком молвится.

15. Из избы сору не выноси, а под лавку копи.

16. Не всякую речь (правду) сказывай!

17. Не всяку думку при людях думай!

18. В лесу кукушка, а в избе хлопушка (т. е., там что хочешь, ври, а здесь молчи).

1. Hungry bellies have no ears 2. A civil question deserves a civil answer 3. Ask a silly question and you will hear a silly answer 4. Ask no questions and hear no lies 5. A New Englander answers one question with another 6. Silence is the fittest reply to folly 7. One does not wash one’s dirty linen in public 5. Пословицы, относящиеся к постулату «Be perspicious» («Будьте ясным») Категория способа, как объясняет Грайс, понимается как требование что сообщение должно быть ясным, четким, упорядоченным и не содержать не понятных для адресата слов и выражений. В русских и английских послови цах отражено требование к ясной речи.

В английских и русских пословицах мы находим первый шаг к соблюдению всех постулатов: чтобы избегать неправильного понимания, говорящие дол жен сначала подумать. Исходные пословицы «Сперва подумай, потом говори»

и «Think before you speak» («Думай перед тем, как говорить») подчеркивают, что не следует выражать мнение, высказываться, или отвечать на вопрос до того, как все возможные результаты были рассмотрены. В более ранний пе риод (в текстах шестнадцатого века) эта пословица появилась со значением красноречивости, в том смысле, что обдуманная речь будет звучать лучше [Manser, 2007, p. 270].

Примеры:

1. Хорошую речь хорошо и слушать.

2. Хорошая речь слаще меда.

3. Полно путать, пора узлы вязать.

4. Полно мотать, пора узел вязать.

5. Коротко да ясно. Отзвонил, да и с колокольни.

6. Много не договорено, да и говоренное-то ещё не сварено.

7. Слово к слову приставляет, словно клетки городит.

8. Слово за словом вперебой идет. Слово за слово цепляется.

9. Говорит, что клеит.

10. Говорит, что плетень плетет.

11. Говори с другими поменьше, а с собою побольше (т. е. больше думай, рассуждай про себя) 12. Сперва подумай, потом говори.

13. Если говоришь, что думаешь, так думай, что говоришь.

14. Красно поле пшеном, а беседа умом.

15. Лучше умная хула, чем дурацкая похвала.

16. Долго думал, да хорошо сказал.

1. Say well or be still 2. He cannot speak well that cannot hold his tongue 3. He knows much who knows how to hold his tongue 4. Talk less and say more 5. Who says A must say B 6. First think, then speak 7. Think before you speak 8. Think much, speak little, and write less 9. Think twice before you speak once 10. Think first and speak afterwards 11. Think today and speak tomorrow 12. Turn your tongue seven times before speaking Исследуя многочисленные русские пословицы о количестве и качестве вы сказывания, мы можем предположить, что данные постулаты высоко ценятся в русской и английской культуре. Анализ пословиц дает возможность считать, что в речи люди не всегда говорят, следуя постулатам Грайса. Если бы все следовали изложенным постулатам, в пословицах не было бы необходимости.

Следовательно, постулаты Грайса понимаются как идеалы, к которым можно стремиться.

Категории отношения и способа не представляют большой объем в русских и английских пословицах. В них не так широко представлены разнообразные варианты, нет ярких исходных пословиц, что подтверждает их вторичность по сравнению c категориями качества и количества.

Грайс представил личное наблюдение о принятых стандартах речевой ин теракции. Его выводы совпадают с идеями, которые найдены в пословицах.

В кооперативном принципе Грайса и его постулатах достаточно полно от разилась мудрость народа. Мудрость народа кодифицирована в пословицах, представляет много замечаний о человеческом общении и безусловно пред ставляется шире и глубже чем научная теория, но кооперативный принцип Грайса дает нам возможность выявить структуру этой мудрости.

Постулаты Грайса представляют собой некоторые исходные нормы пове дения говорящих, но постулаты не учитывают все нормы, которые находятся в языке. Пословицы как «Сначала подумай, потом говори» занимают важное место в сознание народа. Такие пословицы не четко определены у Грайса, и к ним можно добавить ещё постулаты. Грайс сам предполагал, что другие постулаты существуют, например, постулат вежливости.

Некоторые пословицы могут относиться к разным категориями. Эти посло вицы свидетельствуют о том, что постулаты Грайса не существуют отдельно.

Все категории взаимосвязаны и взаимозависимы.

Предположительно, русские и английские пословицы отражают одинако вое отношение к кооперативному принципу. Интересно было бы исследовать, как отражаются принципы Грайса в пословицах народов, говорящих на не индоевропейских языках.

Хотя форма многих русских и английских пословиц похожа, необходимы дальнейшие исследования для выявления отличий использования в речи ана лизируемых пословиц. Концепты «многословность», «ложь» и другие могут сильно различаться, и следовательно, значение пословиц, даже при наличии точного перевода, может быть разным.

Библиографический список 1. Библия [Текст]. – М. : Московской Патриархии, 1956. – 1271 с.

2. Волков, А.А. Язык и мышление [Текст] / А.А. Волков. – М. : Мировая за гадка, 2007. – 240 с.

3. Демьянков, В.З. «Кооперированность общения и стремление понять со беседника» Общение. Языковое сознание. Межкультурная коммуника ция : К 70-летию доктора филологических наук, профессора Е.Ф. Тарасо ва [Текст] / В.З. Демьянков. – Калуга: КГПУ им. К.Э. Циолковского;

М. :

Институт языкознания РАН, 2005. – 296 с.

4. Иванова, Е.В. Мир в английских и русских пословицах [Текст] / Е.В. Ива нова. – СПб. : Изд-во Санкт-Петербургского ун-та, 2006. – 259 с.

5. Инка, Ф. Анекдоты. 05/06/2011. [Электронный ресурс] / Ф. Инка. – Ре жим доступа : http://www.anekdot.ru/id/-10038377/ (дата обращения :

19.12.2011).

6. Лисовский, Е. «В огороде бузина, а в Киеве – дядька» [Электронный ре сурс] / Е. Лисовский // Newslab. – 2.10.2010. – Режим доступа : http://www.

newslab.ru/blog/350009 (дата обращения : 20.10.2011).

7. Набока, Е.А. Универсальные и этнические факторы в речевом общении [Электронный ресурс] / Е.А. Набока // Культура народов Причерноморья. – 1997. – № 3. – Режим доступа : http://elib.crimea.edu/index.php?option=com_ content&task=view&id=29 (дата обращения : 22.10.2011).

8. Набокова, А. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих [Элек тронный ресурс] / А. Набокова // Арсеньевские вести. – 2010. – №20 (896).

– Режим доступа : http://www.arsvest.ru/archive/issue896/right/view18375.

html (дата обращения : 30.10.2011).

9. Почепцов, Г.Г. Теория Коммуникации [Текст] / Г.Г. Почепцов. – Киев :

Рефл-Бук, 2001. – 651 с.

10. Ярцева, В.Н. Большой энциклопедический словарь. Языкознание [Текст] / В.Н. Ярцева. – 2-е изд. – М. : Большая Российская энциклопедия, 1998. – 687 с.

11. Даль, В.И. Пословицы русского народа : сборник : в 2-х т. / В.И. Даль – М. : Худож. лит., 1984. – 300 с.

12. Жигулев, А.М. Русские народные пословицы и поговорки / А.М. Жигу лев. – М. : Московский рабочий, 1965. – 360 с.

13. Жуков, В.П. Словарь русских пословиц и поговорок / В.П. Жуков. – М. :

Медиа, 2004. – 537 с.

14. Balliet, D. Communication and Cooperation in Social Dilemmas : A Meta-An alytic Review Journal of Conflict Resolution [Text] / D. Balliet. – 2010. – Vol.

54, № 1. – Р. 197.

15. Bomani, E. Dynamic Diva Dollars : For Women Who Aren’t Afraid to Be Mil lionaires [Text] / E. Bomani. – Missouri City : Papyrus Publishing, 2007. – p.

16. Bouton, L. Conversational implicature in a second language: Learned slowly when not deliberately taught [Electronic resource] / L. Bouton // Pragmatics.

– 1994. – Vol. 22 issue 2. August. – URL : http://www.sciencedirect.com/sci ence/article/pii/0378216694900655 (дата обращения : 20.11.2011).

17. Brown, C. Lucan, Nessie, and the death of discretion [Electronic resource] / C. Brown // Daily Mail UK. – URL : http://www.dailymail.co.uk/debate/ar ticle-2061483/Facebook-Twitter-LinkedIn-The-age-shameless-self-advertise ment.html (дата обращения : 15.11.2011).

18. Cryer, M. Who Said That First? The Curious Origins of Common Words and Phrases [Text] / Max Cryer. – New York : Read How You Want, 2011. – 448 p.

19. Cummins, C. Slovenia: No news is Good News [Electronic resource] / C. Cum mins // Vienna Review. – 2011. – 11 August. – URL : http://www.viennareview.

net/ (дата обращения : 15.11.2011).

20. Dundes, A. Folk Ideas as Units of Worldview / A. Dundes // Toward New Per spectives in Folklore. [Text] / Americo Paredes and Richard Bauman (eds.). – Austin, Texas : University of Texas Press, 1972. – 181 с.

21. Edwards, J. Language and identity: an introduction. Key Topics in Sociolinguistics [Text] / J. Edwards. – Cambridge : Cambridge University Press, 2009. – 314 p.

22. Flexner, S. Wise Words and Wives Tales : The Origins, Meanings and Time Honored Wisdom of Proverbs and Folk Sayings Olde and New [Text] / S. Flex ner and D. Flexner. – New York : Avon Books, 1993. – 218 p.

23. Goffman, E. The Presentation of Self in Everyday Life [Text] / E. Goffman. – Edinburgh : University of Edinburgh Social Sciences Research Centre, 1959.

– 255 p.

24. Grice, P. Logic and Conversation / P. Grice // Studies in the Way of Words [Text] / Paul Grice. – Cambridge : First Harvard University Press, 1989. – 394 p.

25. The Holy Bible [Text] / King James Version. – Korea : World Bible Publishers, 1974. – 1210 p.

26. Ivanov, E. For Russia, no news is good news / E. Ivanov // Russia Beyond the Headlines [Electronic resource]. – URL : http://rbth.ru/ 21 June 2011 (дата об ращения : 15.11.2011).

27. Jakobson, R. Linguistics and Poetics. Language in Literature [Text] / R. Jako bson. – Cambridge : Harvard University Press, 1987. – 548 p.

28. Keenan, E.O. The universality of conversational postulates [Text] / E.O. Keenan // Language in Society. – Cambridge : Cambridge University Press, 1976. – Vol. 5, issue 01.– 128 p.

29. Lewis, D. No news is good news from Guinea-Bissau [Electronic re source] / D. Lewis. – 2011. – 07 June. – URL : http://af.reuters.com (дата обращения : 15.11.2011).

30. Manser, M.H. The Facts on File dictionary of proverbs [Text] / M.H. Manser.

– 2nd Ed. – New York : Infobase Publishing, 2007. – 499 p.

31. McGrath, C. Forewarned is Forearmed: How to get the most from your insur ance coverage when you’re away from home. Kiplinger’s Personal Finance [Text] / C. McGrath. – 2001. – January, issue 46. – Washington : Kiplinger Washington editors, 2001. – 128 p.

32. Meta Зачем распускают Парламент? [Электронный ресурс]. – Meta. – 16.11.2011. – Режим доступа : http://www.meta.kz/275962-zachem-raspuska jut-parlament.html (дата обращения : 30.10.2011).

33. Mieder, W. Proverbs speak louder than words : folk wisdom in art, culture, folklore, history, literature and mass media[Text] / W. Mieder. – New York :

Peter Lang, 2008. – 357 p.



Pages:     | 1 |   ...   | 11 | 12 || 14 | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.