авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |

«Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Cеверо-Западная академия государственной службы» НАУЧНЫЕ ТРУДЫ ...»

-- [ Страница 4 ] --

В п. 1 статьи 160 Семейного кодекса РФ говорится о том, что расторжение брака между российскими и иностранными гражданами, а также между иностранными гражданами на территории РФ происходит в соответствии Советникова О. В., Стародубцева А. П. Проблемы смешанных браков...

с законодательством России. В России признаются иностранные реше ния о расторжении брака. В ряде договоров о правовой помощи России с другими странами предусматривается взаимное признание судебных ре шений по семейным делам (например, с Болгарией, Венгрией, Грецией, Латвией, Литвой и другими).

В области международного частного права разводам посвящена Гааг ская конвенция о признании разводов и решений о раздельном житель стве супругов1 от 1 июня 1970 г. Для признания решений о расторжении брака необходимо соблюдение одного из установленных в Конвенции условий:

– ответчик или истец имеют в государстве развода обычное место жи тельства;

– оба супруга – граждане этого государства;

– истец – гражданин этого государства и имеет в нем обычное место жительства;

– истец проживает в государстве развода в течение одного года или ча стями в течение двух лет, предшествующих дате предъявления иска;

– лицо, предъявившее иск о разводе, является гражданином этого го сударства и находится в этом государстве в момент предъявления иска [3].

Большие сложности при расторжении «смешанного» брака на практике вызывают вопросы, связанные с осуществлением родительских прав. В по следнее время данная проблема делает развод остроконфликтным и при влекает значительное внимание общественности, средств массовой инфор мации, и решение осуществляется не только в судебно контексте, но и на высшем уровне глав государств.

Представленная ниже таблица отражает последние конфликтные раз воды между гражданами России и стран Европейского союза, которые вы звали широкий резонанс среди общественности и в межгосударственных отношениях в целом.

Россия не участвует в данной конвенции.

Страны- Участвующие Предмет Основные положения спора Правовая основа участницы лица спора Россия Гражданин Отец Супругов развели в России, был Международный договор о правовой и Чехия Чехии оспаривает установлен график встреч отца с помощи 1982 г. (решения чешского суда Зденек у матери ребенком;

признаваемы в России, значит, Анна Громадко право Ольга получала своевременные должна быть передана отцу);

и гражданка опекунства алименты, но ограничивала Чехия в 2006 г. не продлила действие России над дочерью общение отца с ребенком;

затем, договора о предотвращении Ольга Анной обвинив Зденека в растлении возникновения двойного гражданства, Громадкова ребенка, вывезла Анну в Россию, заключенного еще в 1980 г. между где оформила ей российское ЧССР и СССР, то есть у ребенка было гражданство;

бы одно гражданство и урегулирование чешский суд вынес решение о спора было бы проще [см. Чеканова А.

передаче Анны Зденеку;

Похищение в соответствии с законом.

Ольга препятствует общению отца [Электронный документ]. URL: http:// с ребенком;

www.radio.cz/ru/statja/112724 (дата об Зденек продолжает бороться за ращения 02.02.2010).] свою дочь Россия Гражданка Мать 2007 год – родители оспаривают Россия,в отличие от Франции, не и Франция России оспаривает право на ребенка;

подписала Гаагскую конвенцию 1980 г.

Ирина право на 2008 год – отец похищает Элизу (похищенный ребенок должен быть Беленькая опекунство с территории РФ и оформляет ей возвращен в страну проживания);

и гражданин над дочерью французское гражданство;

по законам России, по отношению к Франции Элизой 2009 год – мать похищает Элизу родителям не употребляют термина Жан-Мишель с территории Франции;

но Элизу «похищение»;

Андре снова предают отцу, установлен при рассмотрении подобных дел график посещения ребенка французский суд почти никогда не матерью;

встает на сторону россиянок, которые Ирина Беленькая продолжает имеют детей от смешанных браков Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики отстаивать право на дочь Страны- Участвующие Предмет Основные положения спора Правовая основа участницы лица спора Россия Гражданка Мать 1996 год – супруги развелись, На протяжении 11 лет дело и Франция России отстаивает дочь осталась с матерью, отец активно обсуждалось в СМИ и на Наталья право имел право посещать и забирать правительственном уровне;

Захарова опекунства периодически дочь к себе;

этот вопрос не раз поднимался и гражданин над дочерью 1998 год – Захарова обвинила отца В. Путиным и Ж. Шираком в ходе Франции Марией в жестоком обращении с дочерью;

двусторонних переговоров;

Патрик Уари 1999 год – Мария была передана в об этом деле ходатайствовал Патриарх приемную семью;

Алексий II;

2004 год – Наталья Захарова МИД России выступал с осуждением лишена родительских прав;

позиции французской юстиции в 2007 год – французский суд отношении Натальи Захаровой передал Марию отцу;

российская сторона борется за право Натальи Захаровой видеться с дочерью Советникова О. В., Стародубцева А. П. Проблемы смешанных браков...

Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики Не углубляясь в суть каждого конфликта, целесообразно рассмотреть их причины. Определяющим основанием для возникновения подобных конфликтов является тот факт, что между Россией и ЕС не создано единого правового поля по урегулированию семейных правоотношений. Напри мер, Россия не принимает участия в ряде Гаагских конвенций в области се мейного права («О заключении и признании действительности браков» от 14 марта 1978 г., «О праве, применимом к режимам собственности супругов»

от 14 марта 1978 г., «О гражданских аспектах международного похищения детей» от 25 октября 1980 г., «О праве, применимом к алиментным обяза тельствам» от 2 октября 1973 г., «О признании разводов и решений о раз дельном жительстве супругов» от 1 июня 1970 г.).

Основной проблемой, которая вызывает к жизни скандальные разво ды, является вопрос похищения ребенка одним из родителей. В норма тивных актах РФ не содержится понятия «воровство, похищение детей одним из родителей». Если один из родителей увез ребенка без примене ния насилия и участия посторонних лиц, то российское законодательство не признает данный факт похищением. В европейских странах вопрос похищения рассматривается по-другому. Например, во Франции запре щается родителям-иностранцам вывозить за границу детей, рожденных на ее территории, в Норвегии дети будут отданы супругу, условия жизни которого больше подходят для школьника. В случаях похищения детей ев ропейские суды пользуются Гаагской конвенцией о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от 20 октября 1980 года. Кон венция распространяется на случаи вывоза детей, при наличии опреде ленных условий [4]:

1. Речь идет о ребенке, которому еще не исполнилось 16 лет.

2. Ребенок постоянно проживает в стране, из которой он похищен.

3. Ребенок похищен из страны – участницы конвенции или не возвра щен из страны – участницы конвенции.

4. Вывоз ребенка в другую страну или его невозвращение в другую стра ну произведены в нарушение законного права родителя на содержание ре бенка.

Как уже упоминалось, Россия не стала подписантом данной Конвен ции, что становится причиной всевозможных коллизий при расторжении смешанного брака. Поэтому правильнее вести разговор об урегулиро вании тех или иных спорных вопросах не в рамках отношений с Евро союзом, а в отношении с отдельными странами. Так, например, между Чехией и Россией есть двустороннее соглашение 1982 года о правовой помощи, что в большинстве случаев облегчает разрешения конфликтов Советникова О. В., Стародубцева А. П. Проблемы смешанных браков...

между супругами. В Договоре с Венгрией об оказании правовой помо щи по гражданским, семейным и уголовным делам 1958 г. (с изменения ми 1971 г.) установлено, что если ребенок является гражданином одной стороны, а проживает на территории другой стороны и законодательство этой последней более благоприятно для ребенка, применяется законода тельство этой стороны [3].

Подводя итог, необходимо подчеркнуть, что развод – это всегда тяже лый психологический стресс, к которому добавляются часто экономиче ские и бытовые проблемы. А в случае смешанных пар ситуация усложняет ся, поскольку сталкиваются разные юридические системы, и приведенные выше примеры прямое тому доказательство.

Таким образом, одной из главных проблем смешанных браков являет ся недостаток единых международно-правовых актов, регулирующих се мейные отношения граждан разных стран. Каждое государство действует в рамках своего законодательства, один суд не признает решения другого, появляются так называемые «хромые браки» и «хромые разводы». В рам ках Евросоюза ежегодно заключаются около 350 тыс. браков между гражда нами разных стран, при этом случаются 170 тыс. разводов смешанных пар.

Все это происходит, несмотря на то, что в ЕС действует целый ряд Гаагских конвенций в области урегулирования семейных отношений, а законода тельство стран Объединенной Европы сближено, как нигде в мире. Россия, в свою очередь, находится вне международного правового поля, так как до сих пор не подписала Гаагские конвенции.

Следует уделить особое внимание проблеме «смешанных» браков в Ев ропейском союзе. Несмотря на то, что каждый случай имеет свои особен ности, в данном вопросе нельзя решать проблемы по мере их поступления, необходимо выработать общую систему действий как на европейском уров не, так и на уровне сотрудничества между Россией и Евросоюзом. России и ЕС, на наш взгляд, необходимо заключить российско-европейские конвен ции или другие правовые акты, которые регулировали бы весь комплекс се мейных правоотношений – от признания браков и разводов до совместного механизма разрешения конфликтов. Безусловно, подобные меры отвечали бы интересам российских и европейских граждан, вступающих в семейные отношения.

Богуславский М. М. Международное частное право. М., 2005.

1.

2. Конституция Российской Федерации. М., 2009.

Марышева Н. И. Семейные отношения с участием иностранцев: право 3.

вое регулирование в России. М., 2007. С. 129.

Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики 4. Международные конвенции и декларации о правах женщин и детей.

[Электронный ресурс]. URL: //http://www.owl.ru/win/books/int_doc/a11.

htm (дата обращения 10.10.09).

5. Семейный кодекс РФ от 29.12.1995 № 223-ФЗ. [Электронный ресурс].

URL: http://www.consultant.ru/popular/family/20_4.html#p96 (дата обра щения 29.10.09).

Федоров К. М.

Геополитическое положение современной Великобритании: основные подходы Уникальное геополитическое положение Великобритании, которая от делена от континентальной Европы проливом Ла-Манш, всегда являлось существенным фактором ее развития, поскольку островное положение в немалой степени стимулировало ускоренное территориальное расшире ние, начиная с эпохи формирования национальных государств. Роль совре менной Великобритании в международной политике также тесно связана с ее географическим положением. Вследствие влияния геополитических факторов она вынуждена считаться как с политической ситуацией в Евро пе, так и с основными тенденциями в мировой политике.

Безусловно, исторический опыт прошлого Великобритании как миро вой империи, когда она объективно была сильнее любой отдельно взятой европейской страны, не может не оказать воздействия на современную практику. В частности, долгий период она была не очень заинтересована в создании единого европейского политического пространства, хотя ее гео политический статус радикально изменился вследствие процесса деколо низации в послевоенный период, как, впрочем, изменился и вектор ее от ношения к «объединенной Европе». И в начале ХХI века Великобритания несколько отличается от других членов ЕС, и прежде всего вследствие ее «особых отношений» с США.

Если обратиться к основным моделям геополитического анализа по ложения Великобритании, то исследователи всегда делали акцент на осо бой роли ее морского могущества. «На рубеже ХIХ–ХХ вв. практически весь мир оказался поделенным между империями. Не имея общих границ в Европе, некоторые метрополии становились соседями в Азии и Афри ке, приблизившись своими колониальными владениями вплотную друг к другу.

Федоров К. М. Геополитическое положение современной Великобритании...

«Первой скрипкой» среди империй, безусловно, была Великобри тания – основательница самой огромной и по численности населения, и по площади, и по совокупной экономической мощи Британской империи.

Если сама Англия в то время стала утрачивать торгово-промышленную монополию, то созданная и возглавляемая ею империя – сердцевина Pax Britannica – пребывала на пике своей славы и могущества» [9].

Известный классик англо-саксонской геополитики сэр Альфред Тай ер Мэхэн (1840–1914) утверждал, что морские вооруженные силы играют важнейшую роль в ведении войны. Он полагал, что главный инструмент политики – это торговля, процветание которой обеспечивается военными действиями. Мэхэн объяснял превосходство Великобритании над другими странами в конце XIX в. ее морской силой. Морская сила, по мнению Мэ хэна, состоит из: географического расположения государства, природных ресурсов и климата, протяженности территории, государственного строя, численности населения. При благоприятном сочетании этих параметров можно говорить о морской силе государства. И в этой связи геополитиче ское положение Великобритании выступало в начале ХХ в. в качестве само го удачного примера морского могущества.

Другой подход к анализу геополитического положения Великобрита нии предложил Хэлфорд Джон Маккиндер. Этот британский геополитик изложил интереснейшую геополитическую концепцию, согласно которой важнейшим моментом в судьбе государств является их географическое по ложение. Он утверждал, что центральное срединное географическое поло жение государства является самым выгодным. В центре мира лежит Миро вой остров (Азия, Африка и Европа), а в его центре – «хартленд» – мировое сердце. В центре системы находится географическая ось истории в лице России. Существует внутренний полумесяц – береговые пространства Ев разийского континента. Далее идет внешний полумесяц. Он считал, что важнейшей задачей англосаксонской геополитики является недопущение образования стратегического континентального союза вокруг географи ческой оси истории. В его концепции прослеживаются чисто британские интересы: для Маккиндера зона хартленда – это Россия и Германия, два самых опасных противника Великобритании, и основная задача – не дать им объединиться.

Начиная с конца 1940-х – начала 1950-х гг., в работах англо-американских политиков все отчетливее прослеживается мнение, что Европа – придаток США, так как в мировой политике в послевоенный период наступил «Pax Americana». Это стало взможным в результате новой расстановки сил по сле Второй мировой войны, когда в условиях биполярной системы начался Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики упадок Великобритании как колониальной империи, постепенно утрачи вавшей контроль над своими колониями».

В 1947 году Индия, «жемчужина в короне Британской империи», обре ла независимость. Это событие «открыло шлюзы», однако поначалу значи тельная часть лондонского истеблишмента все еще считала, что этой поте рей можно ограничиться. В Форин оффисе рассматривалась идея создания блока западноевропейских стран, лидирующая роль в котором отводилась Великобритании со всеми ее владениями, который мог бы на равных со перничать с СССР и США.

Уинстон Черчилль выступил с концепцией «трех кругов», опоясы вающих Британию. Первый круг, или сфера, – это империя, второй – США, Канада и другие английские доминионы, третий – континенталь ная Европа. «Мы являемся единственной страной, которая играет вели кую роль в каждой из сфер. Фактически мы – главный центр связи, … мы имеем возможность объединить все три сферы», – писал Черчилль.

А после прихода консерваторов к власти в 1951 г. он заявил, что выиграл выборы не для того, чтобы «председательствовать при закате Британ ской империи».

Последние иллюзии о возможности сохранить империю развеял Суэц кий кризис 1956 года. Именно тогда большая часть британского политиче ского класса окончательно осознала, что претензии на сохранение статуса глобальной державы не подкреплены ни экономической, ни финансовой, ни военной мощью» [3]. «Сильное влияние на процесс деколонизации ока зала национализация Насером Суэцкого канала и последовавшая неудач ная англо-франко-израильская десантная операция 1957 г. Она привела к выводу британских войск из важной военной базы в зоне Суэцкого кана ла. Приобретение независимости в 1950-х годах Египтом и Ганой поставило на повестку дня вопрос предоставления суверенитета зависимым террито риям в Африке» [6].

«В 1952 году британский политик Гарольд Макмиллан (позже он станет премьер-министром) писал: «Быть может, наша ошибка в том, что мы про должаем считать их [американцев] англосаксонским народом? Их кровь в настоящее время сильно разбавлена: теперь это латино-славянская смесь, да и немцы с ирландцами внесли свою изрядную лепту». Раздражение Мак миллана объяснимо. Пятидесятые годы прошлого века – эпоха крушения амбиций Великобритании: в мировой политике доминировали уже не быв шие европейские гранды, а Соединенные Штаты и Советский Союз. И обе новые сверхдержавы с удовольствием наблюдали за распадом империй, над которыми «не заходит солнце». Через какое-то время Лондон смирился Федоров К. М. Геополитическое положение современной Великобритании...

с реальностью, согласившись на роль младшего партнера Америки, пусть и с «латино-славянской» и «немецко-ирландской» примесью» [5].

Как известно, во второй половине XX века происходила обширная де колонизация, когда в 1960 году независимость получили сразу 17 африкан ских государств. «С началом холодной войны противостояние между США и СССР способствовало уменьшению роли Великобритании как полюса силы. Растущая европейская интеграция угрожала независимости Велико британии и автономности ее внешней политики» [9].

Кроме потери своих колониальных владений, Великобритании при шлось пересмотреть отношения в треугольнике Британия – Европа – США.

В начале 1950-х годов в Великобритании стало доминировать мнение о не обходимости компенсации потери своих колониальных владений путем сближения с США и становления особых партнерских отношений. Вскоре, после начала холодной войны, Великобритания стала выстраивать с США взаимодополняющие отношения.

После окончания холодной войны и распада СССР «особые отношения»

между США и Великобританией сохранились. «Общепризнанным являет ся утверждение, что Великобритания придавала особым отношениям боль шее значение, чем Соединенные Штаты, партнерство с Лондоном ценно также и для Вашингтона. Выстраивая отношения с ЕС, США всегда могут рассчитывать на понимание своих интересов со стороны Великобритании, в этом смысле претензии Лондона на роль «мостостроителя» в трансатлан тических отношениях не лишены основания» [5].

Как считает Фрэнсис Сэмпа, США появились на мировой политиче ской арене как преемник Великобритании. В XIX веке Великобритания использовала свое уникальное географическое положение и контроль над морями для того, чтобы поддерживать баланс сил в Европе в свете «Вен ского конгресса». Сейчас США используют свое географическое положе ние и контроль над морями, «воздухом» и космическим пространством для того, чтобы поддерживать баланс сил в Европе в результате окончания «хо лодной войны» [12].

Геополитическая роль Великобритании, по мнению современных за падных аналитиков, сместилась от глобальной державы к державе средне го уровня. «Хотя Англия и Франция и сохраняют свои ключевые позиции в ООН, будучи постоянными членами Совета Безопасности и обладая правом вето, но их положение как глобальных сил постепенно ухудшалось, начиная с 1945 г. Обе эти страны выступали на первых геополитических ро лях, но теперь играют хотя и существенные, но все же второстепенные роли в международных отношениях и политической деятельности ООН» [4].

Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики Известный российский политолог Ф. Лукьянов, анализируя важней шие геополитические реалии послевоенной Европы, отмечает: «Договор о создании Европейского сообщества был подписан спустя всего несколь ко месяцев после Суэцкого кризиса, который продемонстрировал неспо собность Франции и Великобритании самостоятельно играть в глобальные игры. Объединение усилий европейских наций стало попыткой сохранить ускользающее лидерство, а интеграция – средством не ограничения, а рас ширения возможностей каждого участника. Вес Лондону и Парижу прида ла роль патрона и покровителя прежних колоний, которую они в жесткой конкуренции сумели отстоять, взяв при этом на себя ответственность за их развитие»[6].

Любопытно, что еще в начале 1960-х гг. Шарль де Голль приводил чисто геополитические аргументы и так охарактеризовал причины своих возра жений, касавшихся вступления Великобритании в ЕЭС: «Англия является островным государством, морской державой, которая связана торговыми отношениями с разными и нередко далекими странами. Ее экономическая деятельность большей частью заключается в промышленном производстве и коммерции и лишь в незначительной мере связана с сельским хозяй ством. Итак, существо, структура и экономика Великобритании глубоко отличаются от того, что есть в континентальных государствах. Очевидно, что единство всех членов, таких разных, не может существовать вечно и что впоследствии зависимость от Америки будет возрастать и вскоре поглотит Европейское сообщество» [9].

После вступления Великобритании в ЕЭС в 1973 году открылся полно ценный доступ на европейские рынки. С начала 1980-х годов геополити ческое положение страны стало меняться, но крайне медленно. Примени тельно к этому периоду остается справедливой точка зрения, что Британия:

«успешно решала задачу по закреплению за собой образа средней по вели чине динамичной державы, сменившей репутацию европейского «слабака»

на реноме «законодателя мод» в экономике и политике. «Это дало возмож ность успешно спроецировать свое влияние и “мягкую” силу посредством культурных и экономических связей. Преобладавшие ранее комплекс не полноценности, ощущение себя второразрядной страной, оказавшейся за бортом европейской интеграции, уступили место уверенности в том, что Британия может играть важную роль в европейских и мировых делах» [1].

Политолог Фрэйзер Камерон утверждает, что «в Европе существует та кое объединение как “большая тройка” – в состав которой входят такие страны, как Великобритания, Франция и Германия. У этих трех государств, с точки зрения геополитики, имеются значительные политические ресурсы Федоров К. М. Геополитическое положение современной Великобритании...

и они имеют значительные политический вес. Эти страны стараются ко ординировать свою внешнюю политику, но различие в политических решениях и методах их принятия присутствует». Современная Великобри тания, как правило, не поддерживает те предложения, реализация которых может привести к усилению централизованного контроля. Однако, анали зируя высказывания политических деятелей, в частности Маргарет Тэтчер, можно увидеть, что в 1980-е годы все было иначе и такого политического объединения как «большая тройка» не было и в помине. Около 20 лет назад, британский премьер-министр Маргарет Тэтчер сказала советскому лидеру Михаилу Горбачеву: «Великобритания и Западная Европа не заинтересова ны в объединении Германии» [11].

Есть еще одна точка зрения, существенно разнящаяся с геополитиче скими построениями континентальных европейских и британских геопо литиков. Так, Великобритания, по мнению З. Бжезинского, это ушедший на покой геостратегический игрок, устранившийся от авантюры «великой Европы, в которой Франция и Германия – основные действующие лица»

[2, с. 234].

В заключение хочется подчеркнуть, что в начале XXI в. на фоне многих геополитических катаклизмов, в том числе политического кризиса в Ираке, постепенно стало ощущаться неустойчивое положение Великобритании как «посредника» между США и Европой. По мнению группы ведущих политологов, престиж США в мире понизился в последнее десятилетие и опустился ниже уровня, существовавшего до начала «холодной войны».

В Европе наблюдается рост европейского самосознания, а также созна тельные попытки разорвать связь между европейской и американской по литикой [10]. Хотя следует признать, что с точки зрения геополитического положения современная Великобритания, утратив имперский статус, все еще остается в мировой политике влиятельным актором международных отношений.

В частности, из доклада министра иностранных дел Великобритании Дэвида Милибэнда следует: «наши перспективы, влияние и политиче ский вес имеют только историческое обоснование. Можно назвать четыре основных фактора.

Во-первых, мы охватываем интернационализм современного мира, с его новыми полномочиями и новыми угрозами. Наши Вооруженные силы хорошо обучены и экипированы. Мы – мировые лидеры, когда дело доходит до помощи развивающимся странам. И с 261 дипломатической миссией в больше чем 160 странах наша дипломатическая служба дает нам способность проникновения в суть и влияние во всем мире. Британские Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики фирмы экспортируют британские товары, ценности и трудовые навыки во всем мире. Два из больших восьми гуманитарных благотворительных учреждений – спасают детей, и Оксфордский комитет помощи голодаю щим начал жизнь в Великобритании. Разнообразие нашего общества дает нам сети диаспор во всем мире.

Во-вторых, британские идеи дают нам влияние. Во время экономиче ского кризиса Великобритания была в центре деятельности нового мыш ления.

В-третьих, наши ценности являются общепринятыми. Прозрачность и амбициозность – важные в том, как другие видят нас. Универсальные ценности социальной справедливости и взаимной ответственности – не «западные ценности», но они нуждаются в таковых из нас на Западе, чтобы поддержать их.

В-четвертых, Великобритания – уникальная составляющая междуна родных отношения. Я защищаю наше постоянное место в Совете Безопас ности ООН из гордости тем, что мы делаем сегодня. Мы – лидеры в Содру жестве, которое является домом для 53 государств, с четвертью населения в мире. Наши давнишние отношения с Соединенными Штатами являются особенными, и они постоянно совершенствуются и крепнут.

В дополнение к этим четырем областям британское правительство гор дится тем, что наше лидерство в Европейском союзе – обязательная часть британской глобальной роли. В 1975 Маргарет Тэтчер сказала: «Наша роль в Европе увеличивает власть наших идей и усиливает наш международный удар в Вашингтоне, Пекине и Москве. Европа нуждается в нашем изворот ливом прагматизме и глобальном мышлении» [12].

Найл Фергюсон в своей книге «Британская империя: уроки для глобаль ной власти» о Британии написал так: «они достигли, в некотором смысле, континентальной династической империи в XII столетии, которую они по теряли в XIII;

создали другую в XIV, которую они потеряли в XV;

создали третью в XVII, которую они потеряли в XVIII;

и создали Британскую им перию с помощью Шотландии, Ирландии и Уэльса в XIX столетии, прежде чем потерять это в XX. Теперь, калеча их собственную экономику, британцы снова появились как ведущие инвесторы в экономиках других стран. Они действительно исчерпали себя как потенциальные строители империи?

Вышесказанное предполагает, что их империализм является интуитивным.

Страшно представить то, что они могут сделать».

1. Англия на постимперском пространстве: уроки для России и Европы/ Доклады ИнститутаЕвропы РАН. № 126. М., 2003.

Харлампьева Н. К. Роль Северо-Западного федерального округа...

Громыко А. А. Великобритания: после захода солнца. [Электронный ре 2.

сурс]. URL: http://www.globalaffairs.ru/number/n_5980 (дата обращения 02.12.2010).

Капитонова Н. К. Приоритеты внешней политики Великобритании 3.

(1990–1997 гг.) – М.: МГИМО;

Российская политическая энциклопе дия, 1999.

Липкин М. А. Британия в поисках Европы: долгий путь в ЕЭС (1957– 4.

1974 гг.). СПб.: Алетейя, 2009.

Лукьянов Ф. Из-под вех: Стать великой державой. [Электронный ре 5.

сурс] // Россия в глобальной политике. URL: http://www.globalaffairs.ru/ redcol/n_8028 (дата обращения 12.02.2010).

Семенова Л. Н. Британская имперская историография об успехах доми 6.

нионов в конце XIX – начале XX вв. // Журнал международного права и международных отношений. 2008. № 1.

Cameron Fr/ An Introduction to European Foreign Policy, Routledge, London – 7.

New York, 2007.

Cogan Charles G. Charles De Gaulle: A Brief Bibliography with Documents.

8.

Boston: St. Martin`s Press, 1996.

Dorey Pr.Developments in British Public Policy, Sage publications. London:

9.

Thousand Oaks, New Delphi, 2003.

Garton T. Britain fluffed the German question. Now Britain is Europe's great 10.

puzzle. [Electronic resource] // The guardian. 2009. 21 October. URL: http:// www.guardian.co.uk/commentisfree/2009/oct/21/britain-fluffed-german question (дата обращения 12.02.2010).

Francis P. Sempa Geopolitics: from the Cold War to the 21st century – Trans 11.

action Publishers – Miliband D. Britain is still a big player. Europe needs us // The Times. 2009.

12.

26 october. [Electronic resource]. URL: http://www.timesonline.co.uk/tol/ comment/columnists/guest_contributors/article6889763.ece (дата обраще ния 12.02.2010).

Харлампьева Н. К.

Роль Северо-Западного федерального округа в формировании арктической политики Исследование становления и деятельности региональных междуна родных организаций на Севере и в Арктике позволили выявить тенденции Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики формирования арктической политики по вопросам охраны окружающей среды, разведки, разработки, добычи и транспортировки энергетических ресурсов, обеспечения благополучного существования северных поселений, прав защиты коренных народов. Создав немало организаций и площадок для поиска коллективного принятия решений, арктическое сообщество в составе восьми государств – Исландии, Дании, Норвегии, России, США, Канады, Швеции и Финляндии – приступило к пересмотру внутренней и внешней политики относительно своих северных территорий.

Принятие Концепции государственной поддержки экономического и социального развития районов Севера от 07.03.2000 г. № 198 стало свиде тельством особой значимости Севера и Арктики в обеспечении экономи ческого развития Российской Федерации, ее геополитических и стратеги ческих интересов.

Считается, что позиционирование Арктики как особого пространства в двух измерениях: как фактора северной идентичности, как региона ин новационных международных и межрегиональных инициатив становится перспективной для России [3].

К районам Севера Российской Федерации относятся полностью или частично территории 6 республик, 3 краев, 10 областей и 8 автономных округов. Здесь проживают свыше 11,7 млн человек, из них более 200 тыс.

человек – представители 30 коренных малочисленных народов Севера.

Из субъектов Северо-Западного федерального округа в Перечень рай онов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, отнесены районы двух областей – Архангельской и Мурманской, и двух республик – Карелии и Коми. Наличие границ с северными со седями Республики Карелии, Архангельской и Мурманской областями, дает возможность активно включиться в процесс формирования аркти ческой политики.

Международное сотрудничество в «формате четырех Советов». Бли зость региона к северным странам и арктическим границам способствова ла в 90-х годах созданию международных правительственных организаций.

Кооперация государств происходила в рамках Совета государств Балтий ского моря (СГБМ, 1992 г.), Совета Баренцев/Евроарктического региона (СБЕАР, 1993 г), Арктического совета (АС, 1996 г.), большинство которых имели до этого международный опыт общения в старейшем Совете мини стров северных стран (СМСС, 1956 г.). Сегодня они известны под общим название «четыре Совета» [1].

Международный опыт общения местных органов власти Санкт Петербурга, Республики Коми, Архангельской и Вологодской областей Харлампьева Н. К. Роль Северо-Западного федерального округа...

проходил в рамках проектной деятельности неправительственной между народной организации «Северный форум» (СФ, 1991 г.) [6]. Опыт соци альной практики международного общения в формате органов местных властей был не прост для представителей местных властей Исландии, США, Канады, Японии, Китая и Южной Кореи. Расширенный состав участников был не столь традиционным для субъектов Северо-Западного федерального округа.

Принцип «формата четырех Советов» (inter-council formats) получил за крепление после ревизии международной проектной деятельности выше названных Советов. На межгосударственном уровне Советы остановились на 8 направлениях: проекты по защите окружающей среды и обеспечения безопасности;

проекты по устойчивому развитию, здравоохранению и со циальным вопросам;

культурное измерение;

молодежные проекты;

разви тие информационных и коммуникационных технологий;

сотрудничество парламентариев;

научно-исследовательские и образовательные проекты.

Распределение проектов по Советам конкретизирует предметы со вместного ведения. Оценкой по изменению климата будут заниматься АС, СБЕАР;

энергетическими проектами – АС, СБЕАР, СГБМ;

проектами по коренным народам – АС, СБЕАР и СМСС;

по приграничному и таможен ному сотрудничеству, продвижением деловых, торговых и инвестицион ных проектов – СГБМ, СБЕАР и СМСС;

вопросами демократии, граж данского общества – СГБМ и СМСС;

сотрудничества по чрезвычайным ситуациям – АС, СБЕАР и СГБМ;

обмен опытом между секретариатами – СГБМ и СМСС [7].

Кроме сотрудничества на межправительственном уровне положитель ным опытом общения в области высшего образования и науки считается деятельность международной ассоциации «Университет Арктики», в кото рой состоит 101 высшее учебное заведение и научное учреждение из восьми арктических стран. Россию представляют 29 высших учебных заведений и институтов, из них 19 учреждений находятся на территории Северо Западного федерального округа.

Создание единого научно-исследовательского и образовательного про странства на Севере представляется как инновационный проект. Судя по всему, наиболее успешные примеры имеются на Российском Севере. Так, в 2005 году 83% международных научно-образовательных проектов вузов Архангельской области осуществлялись со странами Баренцева региона [2].

Как следствие процессов глобализации и регионализации здесь складыва ется междисциплинарное научное направление – наука о границах, транс граничном сотрудничестве регионов [1].

Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики Санкт-Петербург в период подготовки и проведения своего 300-летия был официально объявлен Международным центром северных территорий и стал членом неправительственной международной организации «Север ный форум». Северное сообщество 11 стран и 27 органов местных властей еще раз подтвердило признание вековых заслуг крупного северного города в мире в освоении северных и арктических просторов во время проведения VI Генеральной Ассамблеи Северного форума в Санкт-Петербурге в году.

На территории Северо-Западного региона создаются дискуссионные площадки, претендующие на привлечение широкой аудитории Северно го сообщества. Один из них – Северный социально-экологический кон гресс, инициированный Республикой Коми и имеющий поддержку на уровне Президента и Правительства Российской Федерации. Юбилей ный, Пятый конгресс «Северное измерение России: наука, инновации, международное сотрудничество» состоялся в апреле 2009 года в Москве.

Другая площадка – Мурманский экономический форум, проходивший под названием «Арктика XXI века – стратегия освоения». В 2002 году, в период активного международного сотрудничества, в Великом Нов городе под названием «Северное вече» проходил Северный исследова тельский форум, инициированный президентом Исландии Олафуром Гримссоном.

Отмечаются следующие две тенденции современной жизни на Севере:

во-первых, перенос ответственности за жизнеспособность малых северных сообществ на местный уровень, во-вторых, расширение участия северных поселений в мировые экономические процессы и повышение роли органов местного самоуправления в поиске современных путей решения проблем [6, 153] станут причиной поиска эффективных примеров управления мест ными северными поселениями. Вопросы управления Арктикой и междуна родного режима Арктики давно зачислены в приоритетные проекты между народных организаций, и в любой момент готовы включить в этот процесс местные самоуправления.

Возможно, у приграничных регионов Российской Федерации, в том числе у Северо-Западного федерального округа, есть еще другая возмож ность продолжения международного сотрудничества – это нормативно правовая база приграничного сотрудничества, включающая федеральный закон о ратификации Европейской рамочной конвенции о пригранич ном сотрудничестве территориальных сообществ и властей от 22.07.2002 г.

№ 91-ФЗ и Концепцию приграничного сотрудничества в Российской Феде рации от 09.07.2001 № 196-р. Двусторонние и многосторонние соглашения Харлампьева Н. К. Роль Северо-Западного федерального округа...

приграничного сотрудничества, подписанные ранее, но не получившие развития, возможно, тоже будут готовы к «новому запуску».

Можно привести ряд примеров, которые являются свидетельством привлекательности и удобства встреч и реализации идей, касающихся се верных/арктических вопросов на территории Северо-Западного региона Российской Федерации.

В Концепции долгосрочного социально-экономического развития Рос сийской Федерации на период до 2020 года, принятой в ноябре 2008 года, Северо-Западный регион включен в перечень Центров регионального раз вития [4]. Экономический и инновационный потенциал Санкт-Петербурга назван Санкт-Петербургской городской агломерацией, имеющей выход к важнейшим морским коммуникациям, ресурсной базе для топливной, металлургической, химической, лесной и рыбной отраслей.

Особое значение приобретают ресурсодобывающие регионы Северо Запада, которые станут центрами внедрения новых технологий и модер низации таких приоритетных отраслей, как добыча нефтегазовых ресурсов, в том числе на шельфе, металлургии, лесной промышленности, с пере ходом к глубокой переработке древесины, а также добыча и переработка водных биологических ресурсов. Приведенные в Концепции намерения предполагают создание условий для модернизации предприятий, отрасле вых инжиниринговых центров и генерации технологий следующих поко лений. Таким образом, Северо-Западный регион имеет непосредственное отношение, прежде всего, к формированию российской арктической по литики.

Сегодня, в связи с реализацией Концепции долгосрочного социально экономического развития, снова существует необходимость пересмотра ранее налаженных международных связей и инициированных проектов.

Северная идентичность через образы Русского Севера, становления еди ного научно-исследовательского и образовательного пространства, финно угорского и саамского сотрудничества, наличие опыта международного сотрудничества на уровне местных властей помогут выйти на качественно новый уровень международного сотрудничества. Появление ожидаемых центров новых технологий на Севере в какой-то степени будет зависеть от того, насколько эффективно регионы смогут использовать небольшой предыдущий багаж международной практики при поддержке федерального центра в рамках долгосрочной и краткосрочной проектной деятельности.

Голдин В. И. Богатству Севера наукой прирастать. Научный комплекс 1.

Поморского университета и его роль в развитии Европейского Севера.

Архангельск, 2007.

Раздел I. Европейский вектор современной российской внешней политики Голдин В. И. Формирование единого научно-образовательного про 2.

странства на Европейском Севере как ответ на вызовы XXI века. Архан гельск, 2005.

3. Головнев А. В. Северность России: фрагменты исторического опыта // Северное измерение глобальных проблем. Первые итоги Международ ного полярного года. М., 2009.

4. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Рос сийской Федерации на период до 2020 года : распоряжение Правитель ства РФ от 17 ноября 2008 г. № 1662-р.

5. Марушина Н. Ю. Северо-Западный федеральный округ: внешние связи / Н. Ю. Марушина, Н. К. Харлампьева. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2008.

6. Север: проблемы периферийных территорий / отв. ред. В. Н. Лаженцев.

Сыктывкар, 2007.

7. Шестая ежегодная встреча председателей комитетов Высших должност ных лиц региональных международных организаций Севера. 18 августа 2006 г. М.: Арктическая идея, 2006.

8. Age Mariussen, Hallgeir Aalbu, Mats Brandt. Regional Organization in the North. Nordregio Working Paper, 2000.

Раздел II Глобальный контекст российской внешней политики Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики Анискин Ан. А., Анискин Ал. А.

Принцип толерантности как основа формирования цивилизованных взаимоотношений Российской Федерации с мировым сообществом В современной внешнеполитической реальности мир постоянно стал кивается с различными по характеру моделями поведения тех или иных ак торов мировой политики. К сожалению, в последнее время в отношениях между государствами все активнее заявляет о себе агрессивность как форма достижения тех или иных целей государственной дипломатии. Хрестома тийным примером такого рода моделей внешнеполитического поведения выступают межгосударственные коллизии на Ближнем Востоке, действия отдельных стран НАТО в отношении Российской Федерации, вооруженная агрессия Грузии против Южной Осетии.

Вместе с тем агрессивность как модель внешнеполитического поведе ния характеризуется имманентной контрпродуктивностью. Это обусловле но тем обстоятельством, что на основе агрессивности достигаются лишь те или иные близлежащие внешнеполитические цели, как правило, лишен ные устойчивой временной перспективы.Последнее обстоятельство харак теризует действия не только инициатора агрессии, но и тех его оппонентов, которые избирают любую форму ответной агрессии в качестве способа реа гирования на неблагоприятные изменения политической реальности.

В этих условиях более адекватной моделью реагирования на агрессив ные вызовы выступает политика, основанная на выборе определенной мо дели толерантного поведения. При этом под толерантностью понимается не та или иная версия терпимости к ущемлению собственных внешнеполи тических интересов, но стратегический ориентированный способ внешне политического поведения, актуализирующий наличный временной ресурс (конкретные обстоятельства времени и места) в качестве инструмента про ектирования и достижения лучшего будущего.

Способность к выбору и реализации такой стратегии демонстрирует зрелость актора мировой политики, наличие у него креативных ресурсов для активного воздействия на международные отношения.

В этой связи немаловажное значение имеют осмысление специфики реализации принципа толерантности в международных отношениях, его содержания и форм воплощения в мировой политике ХХI в. Вместе с тем та кое осмысление не может строиться на том, чтобы рассматривать толерант ность в мировой политике как объект анализа исключительно с позиций международного права либо теории международных отношений, и требует Анискин Ан. А., Анискин Ал. А. Принцип толерантности как основа...

применения более разнообразного информационно-аналитического ин струментария.

В известной степени толерантность в международных отношениях сход на с поведенческой стратегией повседневной жизни каждого человека, ко торый уважает себя и других, является законопослушным и выступает про тив применения силовых методов в разрешении конфликтных ситуаций.

По определению В. И. Даля, термин «принцип» означает «научное или нравственное начало, основанье, правило, основа, от которой не отступают»

[4, с. 431]. Принципы органически связаны с целеполаганием, то есть зада чами соответствующего вида деятельности. Задачи, так же как и принципы деятельности, являются изначальными, отправными положениями для фор мирования системы предписаний в законе. Характер и систему принципов предопределяют именно задачи конкретного вида деятельности. Сами зада чи должны всегда соизмеряться с принципами и не могут с ними расходить ся. Категория «задача» отвечает на вопрос, на что направлена деятельность, а категория «принцип» – как, каким образом она осуществляется.

Рассмотрение толерантности как принципа поведения и деятель ности позволяет глубже понять ее общезначимость и ценность не только в моральном, но и в правовом смысле. В моральном – это принадлежность к общечеловеческим ценностям, самоопределенность и открытость чело века в коммуникационном дискурсе с поиском достижения согласия не насильственными способами и методами. В правовом смысле – это право вая защищенность человека, предоставление каждому возможностей для экономического и социального развития без какой-либо дискриминации.

Отчуждение и маргинализация могут стать причиной состояния подавлен ности, враждебности и фанатизма (интолерантности).

Вследствие этого реализация принципов толерантности в международ ных отношениях оказывается обусловленной определенными факторами внутренней политики, реализуемой суверенными государствами как носи телями внешнеполитической активности. По общему правилу толерантная внешняя политика возможна только при условии, что ее содержание отра жает толерантные установки общественного сознания.

Чтобы сделать общество более толерантным, государствам в совре менных условиях приходится ратифицировать существующие междуна родные конвенции о правах человека и, если это необходимо, разраба тывать новое законодательство с целью обеспечения в обществе равно правного подхода и равенства возможностей для всех групп и отдельных людей. В противном случае, в среде социально наименее защищенных групп, их исключения из общественной и политической жизни, а также Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики насилия и дискриминации по отношению к ним будут развиваться раз личные формы агрессивного поведения.

При осмыслении реалий проявления толерантности в современных международных отношениях определенный интерес представляет изуче ние механизмов формирования продуктивного субъекта толерантного по ведения.

Деятельностный подход к субъекту толерантности основан на активном отношении человека к своему существованию и сосуществованию с дру гими и позволяет найти наиболее существенные механизмы распростра нения гуманистических отношений в обществе и, в соответствии с этим, механизмы эффективной адаптации человека к социальной среде. Субъект толерантности понимается как саморефлексирующая личность, готовая к восприятию всего многообразия мира и сопротивляющаяся отчуждению своего собственного бытия. Востребованность человеком толерантности и поиск или создание вокруг себя толерантных отношений является харак теристикой демократической личности.

Демократическая личность формируется в процессе конструктивной, «нормальной» социализации и характеризуется отсутствием тех или иных предрассудков (в том числе – этнических), широтой мышления, терпимо стью, признанием равенства людей, открытостью, низким уровнем тревож ности, приоритетом рационального начала, активной жизненной позици ей и чувством ответственности за других. Исходя из этого, толерантность как норма легального поведения для субъекта (человека, обладающего са моопределенностью) на первое место выдвигает такие характеристики как:

мировоззренческая и психологическая открытость;

стойкость и мужество при определенном выборе или принятии какого-либо решения;

дисципли нированность и ответственность.

Сходным образом формируется и способность к толерантному выбо ру у акторов мировой политики, выступающих носителями суверенных прав и государственных интересов. Взаимосвязь морали и права в реа лиях мировой политики ХХI в. осуществляется через институт прав че ловека. Это обусловливается действием различных факторов социально политического, экономического и культурного характера. Среди них осо бое место занимают:

– концепция прав человека, которая выступает в качестве прямого следствия идеи о прирожденных и неотчуждаемых, естественных правах;

– практика применение многочисленными странами Всеобщей де кларации прав человека, которая, несмотря на ее рекомендательный Анискин Ан. А., Анискин Ал. А. Принцип толерантности как основа...

характер, подчеркивает ее не только правовую, но и нравственную значимость;

– закрепление в правах человека общеморального подхода к индивиду, отношение «к нему как к автономной и самостоятельной личности, свободной и равноправной».

Окончание холодной войны и формирование современного много полярного мира существенным образом модифицировало идейно политические и нравственные условия реализации выбора толерантных моделей внешнеполитических решений. Ушла в прошлое установка, в со ответствии с которой толерантность рассматривалась как моральная нор ма, отражающая идеологию эксплуататорских классов и используемая как средство духовного подчинения трудящихся правящей элите. В практике выработки современных внешнеполитических решений все более последо вательно утверждается понимание того, что толерантность – нейтральная норма, без которой невозможно социальное действие, ибо она обеспечива ет ему смысл (М. Вебер) [3];


толерантность – универсальная, формальная норма, поддерживающая практический дискурс (Ю. Хабермас) [5].

Базовой предпосылкой международного сотрудничества все чаще вы ступает и понимание того, что взаимная уникальность, «непохожесть» ак торов мировой политики служат источником взаимной выгоды. Из этого вытекает необходимость уважения прав и особенностей противоположной стороны как условия реализации собственных интересов. Данная необходи мость реализуется в возникновении определенного баланса интересов субъ ектов мировой политики, по известной аналогии с социальным контрактом индивидов и общественных групп. Смысл данного концепта, как известно, состоит в том, что взаимовыгодность обмена обусловлена возможностью ис пользовать различия в способностях и умениях между людьми.

Специфика современной России как активного субъекта международ ных отношений состоит в том, что она переживает период становления но вого социального контракта. Это проявляется не только в процессах внутри страны, но и в приоритетах внешней политики. Исторический опыт пока зал, что попытки насильственного упрощения социальной структуры рос сийского общества, ускоренного утверждения унифицированной модели социального контракта (как социалистического, так и либерального типов) не привели страну к успеху в современном значении этого слова.

В этих условиях при решении задач постсоциалистической модерниза ции России необходимо ориентироваться на сохранение в исторически дли тельной перспективе модели многоуровневого и сегментированного соци ального контракта. При этом многоуровневость предполагает определение Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики в общенациональном масштабе только его рамочных условий. Сегментиро ванность означает допущение функционирования в тех или иных секторах экономики элементов различных типов социального контракта (либераль ного, социально-корпоративного, корпоративно-патерналистского).

Условием реализации такого варианта является наличие сильного в социально-политическом плане и «среднего» по экономическим функциям государства, обладающего международным авторитетом, выраженной внеш неполитической субъектностью, способностью к аргументированной арти куляции и последовательному отстаиванию своих жизненных интересов.

Последнее обстоятельство делает особенно актуальным осознание взаимосвязи и взаимообусловленности тех или иных внешнеполитических и внутриполитических решений с этическими принципами, нацеленны ми на формирование толерантного сознания в обществе. Как известно, эффективность современной модели цивилизованного общества и соци ального рыночного хозяйства базируется на этическом фундаменте, суть которого – существование в обществе развитой нравственной атмосферы и условия интеракции рыночно-утилитарного сознания с этическим созна нием, непосредственно основывающихся на принципах толерантности.

Нормы «кодекса толерантности» взаимообусловлены: доверие делает возможным симпатию, симпатия – эмпатию, эмпатия связана с комплексом норм рационального поведения, а интерпретативная рациональность явля ется важным фактором установления отношений доверия. Для реализации демократической модели постсоциалистической модернизации эта взаимо обусловленность приобретает особое значение как при выработке внутрипо литических решений, так и при определении внешнеполитических приори тетов и связанных с ними конкретных шагов российской дипломатии.

В связи с этим представляется необходимым обратить внимание на один весьма существенный фактор, определяющий публичный имидж внешней политики современной России. Из предшествующего анализа следует, что в силу тех ли иных причин исторического характера в России не сложилось надлежащего взаимодействия между экономическим и этическим сознани ем. Вследствие этого важнейшим аспектом демократической модерниза ции российского общества и государства выступает формирование полно ценного, цивилизованного рынка. Господствующие в российском социуме неформальные нормы поведения радикально недостаточны для осущест вления такого рода рыночных преобразований. По всем трем указанным параметрам – доверие, симпатия, рациональность – степень рассогласо вания в российском социуме формальных и неформальных институтов все еще весьма значительна.

Анискин Ан. А., Анискин Ал. А. Принцип толерантности как основа...

Сосуществование в общественном сознании, как минимум, двух раз личных нормативных систем приводит к ситуации, когда общество, также как и отдельный индивид, вынуждено публично демонстрировать привер женность формальным правилам, но в то же время использовать в своей повседневной жизни неформальные нормы. К чему приводит такого рода «двоемыслие» в организации экономической жизни общества достаточно хорошо изучено и закреплено как неутешительный вывод: экономические реформы вне необходимой нравственной среды, деформированной в ходе «социалистического эксперимента», ведут к появлению квазирынка, а не к развитию цивилизованных рыночных отношений [1].

Менее изучено то, как рассогласованность формальных и неформаль ных институтов российского общества трансформируется в имиджевые ха рактеристики российской дипломатии, этическую продуктивность внеш неполитических шагов России на международной арене. Применительно к использованию принципа толерантности в российской внешней поли тике существенное значении имеет учет того обстоятельства, что этиче ские модели правового поведения принято рассматривать в «двух аспектах:

1) этические модели правотворчества;

2) этические модели правопримене ния» [2].

Толерантность как модель социального поведения, с одной стороны, должна формироваться и утверждаться законодательной и правоприме нительной практикой органов государственной власти, а с другой – быть актуальной нормой поведения для каждого субъекта общественных отно шений. Вместе с тем толерантность как стратегический выбор реализуется не как декларация желаемого будущего, но как потребность, без которой нельзя строить «нормальные» гуманистические отношения между субъек тами общественных отношений, будь это частные индивиды или же ассо циированные суверенные акторы мировой политики.

Основным критерием эффективного реагирования социального субъ екта, активно противостоящего вызовам внешнего мира, является способ ность к сглаживанию конфликта на основе таких принципов как ненаси лие, диалог, взаимопонимание и толерантность.

Принцип взаимопонимания принято рассматривать как моральный императив при разрешении конфликтных ситуаций, в том числе – в меж государственных отношениях и мировой политике. При этом алгоритм достижения взаимопонимания, как правило, выносится за рамки анали за, признается «существующим по умолчанию» применительно к каждой конкретной ситуации. Вместе с тем анализ практики этического регулиро вания конфликтных ситуаций позволяет выделить в процессе достижения Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики взаимопонимания некоторый набор универсальных характеристик, приме нимых также и при анализе тех или иных внешнеполитических коллизий.

Взаимопонимание нужно для осознания всеми сторонами конфликт ных ситуаций необходимости достижения справедливости. Первоначаль ными предпосылками для взаимопонимания сторон является вниматель ность и интерес сторон друг к другу. Решающим фактором взаимопонима ния является осознание взаимной полезности участников конфликта друг другу, предполагающий уважение и учет их интересов, в частности, способ ность и готовность жертвовать частью собственных интересов ради макси мизации общего блага.

Перечисленные структурные элементы определяют логику достиже ния взаимопонимания как в межличностных, так и в международных от ношениях. Толерантный ответ на агрессивный вызов в условиях внеш неполитического конфликта не может строиться на основе односторон них уступок. Напротив, он предполагает четкое определение предельно справедливого, то есть сбалансированного формата преодоления кон фликтной ситуации, который отражает устойчивый интерес к сохране нию отношений, меру полезности этих отношений на прогнозируемую перспективу, границы допустимости односторонних уступок для дости жения общего блага.

Сходную структуру достижения взаимопонимания имеет и практиче ская деятельность в сфере международных массовых коммуникаций, вы ступающая в современных условиях важнейшим рычагом формирования толерантных отношений в мировой политике. В деятельности СМИ, обе спечивающих международные коммуникации различного уровня, также существенную роль играет соблюдение принципов доверия, уважения, доброжелательности, равенства, свободы выбора. При этом субъекты информационного обмена равноправны в выборе путей и средств дости жения общих коммуникативных целей, в той мере, насколько они следу ют принципу невмешательства и сохраняют полную самостоятельность.

Существенным моментом является обоюдная ответственность за про дуктивность информационного обмена как общей цели журналистского сообщества. Это придает деятельности СМИ характер бескорыстия и со лидарности.

Реализация принципа толерантности в мировой политике ХХI в. ста вит перед учеными и практиками достаточно обширный круг проблем методологического характера. Для их решения важным представляет ся использование не только наработок различных школ, занятых не посредственно анализом международных отношений, но и результаты Барабанов А. А. Профсоюзы России в условиях политического...


философско-социологических и этических исследований, полученные при осмыслении реалий социального бытия, не связанных непосред ственно с отношениями между народами.

Баранов Г. С., Баранова Н. А. Рынок и этика: К проблеме интерактивнос 1.

ти рыночно-экономического и этического сознания. Кемерово, 2001.

2. Валеев Д. Ж. О моделях этического поведения в различных сферах чело веческой деятельности // Социально-гуманитарные знания. 2002. № 2.

3. Вебер М. Избранное. Образ общества. М., 1994.

4. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1980.

Т. 3.

5. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. СПб., 2000.

Барабанов А. А.

Профсоюзы России в условиях политического и социально-экономического реформирования Профсоюзы занимают особое место в процессе регулирования социально-трудовых отношений. Исторически профсоюзы способствова ли предупреждению трудового конфликта, где конфликтующими сторона ми выступали труд и капитал, работодатель и наемный работник в обще стве, достигшем определенных результатов в экономическом и социальном развитии.

В современной России, где меняются формы собственности, углубля ется дифференциация населения по уровню жизни и имущественному по ложению, где массы трудящихся ощущают неуверенность в завтрашнем дне и свою незащищенность, многократно возрастает значение профсою зов. В рыночной экономике России профсоюзы должны стать полноправ ным субъектом трудовых отношений, важным звеном хозяйственной демо кратии как на конкретном предприятии, так и в национальном масштабе.

Однако в настоящее время российские профсоюзы, несмотря на заявлен ные «благородные цели», имеют низкий рейтинг в общественном мнении и очень низкое доверие.

Более того, в отношении профсоюзов в обществе сложилось некоторое предубеждение, которое открыто подпитывают многие средства массовой информации и отдельные политики, далекие от забот человека труда.

Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики Профсоюзы в своем историческом развитии опробовали несколько различных схем организационного строения. По мере развития профсою зов наблюдалось усложнение их организации, появление новых элементов и связей. Своеобразная, не имеющая аналогов в других странах, структура профсоюзов сложилась в Советском Союзе. В ней различались пять отно сительно самостоятельных уровней профсоюзной работы: центральный, республиканский, областной (краевой), городской (районный), уровень предприятий. Имелись коллективные органы по всей «вертикали». Кроме того, для советских профсоюзов была характерна чрезмерная громоздкость организационной структуры, которая пыталась соответствовать, с одной стороны, структуре народного хозяйства, с другой – административно территориальному делению страны.

Новые российские профсоюзы пытаются отыскать адекватные изме нившимся условиям формы организации, хотя их лидеры во многом сохра няют приверженность старым подходам.

В настоящее время в странах Западной Европы сложилась так называе мая централизованная структура профдвижения, профсоюзы традиционно не признаются и не действуют на предприятиях, их место занимают орга ны рабочего представительства – комитеты и советы предприятия, рабочие комитеты и комиссии, цеховые старосты («шоп-стюарды»), делегаты пер сонала. В Америке (США и Канада) на уровне отдельных компаний и тер риторий действуют локалы национальных профсоюзов, на предприятиях – институт профсоюзных представителей, совместные с администрацией ко митеты и советы. Во Франции и Испании на низовом, производственном уровне функционируют профсоюзные секции.

В одних странах сохраняется компанейская структура профсоюзов, ког да в каждой компании действует свой профсоюз. В других – интересы раз личных, а нередко одних и тех же профессиональных категорий работников на одном предприятии представляют несколько профсоюзов, придержива ющихся часто противоположных идеологических ориентаций [1–4, 7].

Сила профсоюзов заключается не только в организованности индустри альных отрядов трудящихся, но в их финансовом и имущественном поло жении. В большинстве развитых стран национальные профобъединения и их организации превратились в корпорации, вызывающие беспокойство в силу возможностей своего влияния даже у представителей крупного биз неса, а также чиновников и рядовых граждан.

Так, многие американские трудящиеся хотели бы ограничить власть профсоюзов, которые люди воспринимают как одну из «больших органи заций», где член профсоюза не имеет голоса и все решает наемный аппарат Барабанов А. А. Профсоюзы России в условиях политического...

и профбоссы [3]. В настоящее время финансовая деятельность профсоюзов осуществляется за счет членских взносов, а также прибыли от хозяйствен ной и коммерческой деятельности, капитализации свободных финансовых средств (покупка акций, депозитные вложения и т. д.).

Таким образом, современные профсоюзы – «богатые организации», хотя свое богатство они стараются не афишировать, чтобы не отпугивать массы.

Совершенно уникальной по своему объему была материальная база профсоюзов СССР. Собственные основные фонды (данные на 1987 г.) со ставляли более 9 млрд рублей. В их ведении и распоряжении находилось около 1000 здравниц, более 900 туристических учреждений, 23 тыс. клубов и дворцов культуры, 19 тыс. библиотек, около 100 тыс. пионерских лагерей, свыше 25 тыс. спортивных учреждений и т. д. [8].

Российские профсоюзы как правопреемники советских профсоюзов унаследовали значительную часть их некогда огромного имущества. В свя зи с этим им удалось сохранить свое положение в обществе и политической системе как одного из «центров силы». По-видимому, создание и укрепле ние материальной и финансовой базы профсоюзов является необходимым условием их дальнейшего функционирования, а также показателем инсти туциональной развитости профсоюзов. Именно это позволит им сохранить свою устойчивость и жизнеспособность даже при резком изменении во внешней социальной среде.

В последние десятилетия во многих странах мира отчетливо проявилась тенденция отрыва профсоюзов от трудящихся масс. В условиях глобали зации повсеместно отмечается сокращение профсоюзного членства, про исходит снижение доверия к профсоюзам, наблюдается застой в ротации профсоюзных кадров [6]. Профсоюзы современной России, оказавшись в ситуации перехода и поиска, во многом отличаются от соответствующих общественных формирований стран Запада.

Базовые профсоюзные ценности, помимо труда, можно свести к трем «С»: справедливость – свобода – солидарность. Профсоюзы постсоветской России в лице Федерации независимых профсоюзов России после периода отстраненности, колебаний и неуверенности начали предъявлять достаточ но жесткие требования к правительству. В первую очередь, они касаются увеличения (почти в два раза) минимальной заработной платы и тарифов по оплате труда. Мало кому из россиян такие требования кажутся избыточ ными (особенно если сопоставить размеры заработков россиян с общеми ровыми), а потому несправедливыми. Однако удовлетворение этих требо ваний может стать серьезным тормозом экономического развития.

Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики Обеспокоенность по поводу эскалации профсоюзных требований, спо собных осложнить процесс экономического реформирования, высказал Президент РФ В. В. Путин на VI съезде ФНПР 14 ноября 2006 г.: «…форму лируя свои экономические требования, надо опираться на объективные, ре алистические оценки. Важно знать и учитывать социально-экономическое положение страны, приоритеты ее развития» [1].

Национальные профсоюзы ряда стран (Великобритания, Япония и др.) в центр социальной политики ставят повышение производитель ности труда, которое возводится в ранг самоцели каждого отдельного работника, что соответствует личным материальным интересам. Повы шение заработной платы все больше связывается с результатами эконо мической деятельности компаний. Требование увеличения оплаты труда безотносительно к росту производительности (российский вариант) уже не кажется достаточно справедливым. В мире все больше утверждается точка зрения, когда равенство в распределении благ среди неравных (по трудовой отдаче, способностям, интеллекту и т. д.) людей признается не справедливым.

Профсоюзы объективно не могут не выражать интересы государства (национальные интересы), особенно если последнее претендует на то, что бы называться «социальным». Но профсоюзы не могут не выражать и инте ресы другой стороны – работников наемного труда, создающих эти союзы для представительства и защиты своих интересов.

Если государство достаточно сильно и дееспособно, правительство демонстрирует политическую волю, то профсоюзы целиком и полностью склоняются на сторону государства, вплоть до своего растворения в госу дарственной структуре. Так было во времена советских профсоюзов. Ком промисс в пользу государства проявляется во многих отношениях, начиная с оплаты труда профработникам (оклады, ставки) и кончая практической невозможностью применения силовых акций в виде митингов протеста, за бастовок и т. д.

Особенность российских профсоюзов состоит в том, что они в лице сво их лидеров главным оппонентом считают государство и весь свой критиче ский ресурс, идеологические и организационные возможности направля ют на противодействие государству и политической власти. В связи с этим возникает вопрос: почему государство и правительство выбраны профсою зами в качестве главного своего оппонента?

Государство, осуществляя функции по регулированию экономических и социальных процессов в обществе, не может не нести ответственности за то, как они протекают. Среди профсоюзных лидеров и функционеров не Барабанов А. А. Профсоюзы России в условиях политического...

произошло еще глубокого осознания сути противоречия между работода телем и наемным работником, которое находится в плоскости экономиче ской, а отнюдь не политической власти. Находясь до недавнего времени целиком и полностью в зависимости от государства, профсоюзы и их лиде ры привыкли все свои достижения и неудачи отождествлять с просчетами и успехами центральных органов власти. При этом истинный «виновник»

как бы не замечается. Когда в порядке передела собственности осуществля ются ложные банкротства и работники изгоняются с предприятия, а их ак ции скупаются за бесценок, когда директора строят себе роскошные усадь бы, а рядовые работники месяцами ожидают причитающуюся им зарплату, профсоюзы все равно склонны апеллировать к правительству, нежели вы ставлять требования конкретному собственнику или его администрации.

Профсоюзы вправе выставлять свои требования государству, исходя из интересов, представляемых ими работников, но и государство тоже вправе предложить свой «госзаказ» профсоюзам. Один из первых таких «госзака зов» был сформулирован Президентом РФ В. В. Путиным на встрече с чле нами Генсовета ФНПР 16 февраля 2000 г.:

– повернуться к предприятию (учитывать перспективы его развития, предлагать программу обучения новым специальностям, следить за исполнением трудового законодательства, адекватно реагировать на действия предпринимателей);

– защищать интересы малых форм бизнеса и современных произ водств, повысить ответственность работодателей, идущих на сокра щение кадров;

– доработать Трудовой кодекс;

– обеспечить профсоюзный контроль над условиями труда;

– помочь людям сориентироваться в новых рыночных условиях;

– проводить научные и социологические исследования проблем заня тости, рынка труда, структурных изменений в нем.

И в качестве резюме – заверение о том, что власть сегодня заинтересо вана, чтобы профсоюзы стали влиятельной силой в обществе, силой обо снованной и прогрессивной.

Соответствующие ожидания государства от профсоюзов формулирова лись и на съездах профсоюзов. Выступая на VI съезде ФНПР, Президент РФ призвал профсоюзы решать более «конкретные» задачи, а не преда ваться «политизированным призывам» и «безответственному популизму».

В частности, совершенствование системы профессионального образова ния и повышения уровня подготовки кадров;

регулирование трудовой ми грации;

преодоление региональных и отраслевых диспропорций;

поиск Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики баланса между стремлением бизнеса, правительства к повышению качества и производительности труда и повышением заработной платы работников;

борьба против «серых» схем оплаты труда и др.

Политическое реформирование в России привело к тому, что проф союзы перестали входить в политическую систему государства. В главе «Основы конституционного строя» новой российской Конституции о них нет даже упоминания. Формально они отделены от политических партий, являются независимыми объединениями и не должны занимать никакого «общественно-политического» статуса.

Профсоюзы, тем не менее, в лице своих руководящих органов и лиде ров не могут смириться с утратой политического веса и всячески стараются его восстановить, привязать профсоюзное движение к политическому.

Итак, в настоящее время для повышения качества работы профсоюзов и их авторитета необходимо предпринять следующее:

1. На федеральном уровне наладить взаимодействие органов власти и Федерации независимых профсоюзов, а также координировать законо творческую деятельность.

2. Предусмотреть в бюджете страны затраты на развитие профсоюзного движения.

3. Пересмотреть итоги приватизации собственности профсоюзов (базы отдыха, спортивные объекты и т. д.).

4. Обеспечить как на федеральном, так и на местном уровнях подготов ку квалифицированных кадров для профсоюзной работы.

Хотя основные интересы профсоюзов лежат в социально-экономическом пространстве, и многие профсоюзы провозгласили свою независимость от политических партий, они, однако, не прочь использовать в своих интересах политические рычаги. Даже в США, где профсоюзы славятся «деполитизи рованностью», немало профсоюзных сил и средств тратят на «политическую работу»: участие в избирательных кампаниях, поддержка «своих людей» в за конодательных и исполнительных органах и т. д. [7]. Еще большая связь пар тий и профсоюзов наблюдается в странах Европы (Франция, Италия и др.).

Статус профсоюзов зависит от того, какие складываются отноше ния между ними и предпринимательскими структурами, миром бизнеса.

Налаживание сотрудничества профсоюзов с бизнесом имеет под собой основания, у них есть много общих проблем – найма, массовых уволь нений, продвижения по службе, оплаты труда, поддержания трудовой дисциплины и т. д. Практика выработала различные формы такого со трудничества: совместные комитеты, систему постоянных консультаций по социальным вопросам, совмещение в одном лице мастера, бригадира Барабанов А. А. Профсоюзы России в условиях политического...

и низового профсоюзного руководителя (широко распространена в Япо нии), профактивиста и социального работника (опыт России) и др.

На законодательном уровне в ряде стран принимаются нормы, запре щающие «нечестную трудовую практику» как со стороны предпринима телей, так и профсоюзов. Например, трудовое законодательство Канады запрещает профсоюзам принуждать трудящихся к вступлению в их ряды.

Предпринимателям запрещено вмешиваться в процесс создания профсою зов, выбор его должностных лиц [5, 7].

Российский предприниматель не вполне осознает ту положительную роль, которую могут играть профсоюзы в урегулировании трудовых отно шений на производстве, и потому не проявляет заинтересованности в соз дании профсоюзных организаций и обеспечении условий их деятельно сти. Бизнес, как подчеркивается в программном документе, принятом на VI съезде ФНПР, не берет на себя своей доли социальной ответственности в социальном государстве, наряду с профсоюзами.

Профсоюзам немало предстоит сделать, чтобы переломить негативную для себя позицию бизнеса, подвигнуть его к партнерскому решению соци альных задач.

В гражданском обществе, которое пытается строить Россия, профсою зам отводится роль социального механизма саморегуляции в важнейшей общественной сфере – сфере трудовых отношений, социального инстру мента развития производственной демократии. Для исполнения этой роли профсоюзам необходим достаточно высокий статус или общественный рейтинг, авторитет.

1. Актуальные проблемы профессионального движения : учебно-методи ческий комплекс. М., 2006.

Алексеев Г. П. Профсоюзы в России: 1905–1995 гг. М., 1996.

2.

3. Американская социология. Перспективы, проблемы, методы. М., 1972.

Андреев С. С. Общая социология. Ч. 1. М., 1997.

4.

Гурьянова Л. П. Коллективные договоры и соглашения: теория и практи 5.

ка заключения. М., 2005.

Пронин С. В., Столповский Б. Г. Профсоюзы и хозяйственная демокра 6.

тия. М., 1995.

7. Профсоюзы на капиталистических предприятиях (организационная структура, формы, методы и направления деятельности). М., 1991.

Саленко В. Я. Профессиональные союзы России в условиях перехода 8.

к рынку. М., 1999.

Раздел II. Глобальный контекст российской внешней политики Богданова Д. С., Ушакова А. В.

Курильская проблема Сегодня, наверное, каждый россиянин знает о существующем уже бо лее полувека споре между Россией и Японией вокруг судьбы Курильских островов. Однако от разрешения он столь же далек, как и в 50-х годах.

В свете последних событий минувшего лета, когда японский парламент за конодательно присоединил Южные Курилы к Японии, дав, таким образом, новый толчок развитию российско-японских отношений в этом направ лении, нам хотелось бы детально рассмотреть территориальную проблему, понять ее суть, а также изучить историческую составляющую спора. Ведь именно на историю часто ссылаются японские политики в своей аргумен тации о праве присвоения Курильских островов.

Итак, Южные Курилы – острова Кунашир, Итуруп, Шикотан и груп па островов Хабомаи – по итогам Второй мировой войны и в соответ ствии с международными договоренностями – Ялтинское соглашение от 11 февраля 1945 года и Потсдамская декларация от 26 июля 1945 года – отошли к СССР, вместе со всем Курильским архипелагом и Южным Са халином. Помимо островов, это еще более 200 тысяч квадратных кило метров моря.

До середины 50-х годов Токио ни о каких островах речи не вел, ни кто даже не думал оспаривать итоги войны. Территориальные претензии к СССР на Дальнем Востоке стали элементом «холодной войны». Ведь именно США стали первыми утверждать, что в Сан-Францисском мирном договоре, заключенном с Японией в 1951 году и не подписанным СССР, не указано, в чью пользу Япония отказалась от этих территорий. Именно это заложило основу для предъявления территориальных претензий.

Но в серьезные проблемы эти претензии переросли после того, как наша страна признала сам факт существование такого спора, подписав с японцами «Совместное заявление» в 1991 г. В тексте заявления впервые отмечалось наличие территориального спора по принадлежности не только малой Курильской гряды (Шикотана и Хабомаи), на которые первоначаль но претендовали японцы, но и Кунашира и Итурупа. Это была серьезная ошибка, так как мы допустили саму возможность оспаривания итогов по слевоенных международно-правовых актов.

Тем временем в Японии создается механизм по присвоению этих остро вов, или, как они говорят, «возвращению». Так, летом 2009 г. парламент Япо нии принял поправки к закону «Об особых мерах по ускорению решения Богданова Д. С., Ушакова А. В. Курильская проблема проблемы северных территорий», а затем объявил исконно своими четыре российских острова Курильской гряды.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 11 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.