авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 |

«Научно-учебная лаборатория исследований в области бизнес-коммуникаций Серия «Коммуникативные исследования» Выпуск 11 Развитие ...»

-- [ Страница 2 ] --

3. Словосочетание "tall traveler's curse" недостаточно специфично, чтобы раскрыть содержание материала. В веб-среде заголовок обычно размещается отдельно от самой статьи в виде ссылки, и фотоиллюстрация может отсутствовать. Особенностью этого вида медиа является то, что сам заголовок должен представлять достаточно информации о содержании материала, позволяющей читателям понять, к какому материалу приведет указанная ссылка.

Стоит отметить, что помимо правильного структурирования материала на страницах, веб требует его краткого изложения, поскольку, как уже отмечалось выше, у пользователя нет лишнего времени на изучение больших объемов информации. Для краткости изложения британские специалисты рекомендуют использовать глаголы вместо существительных для точной передачи мысли. Например, вместо существительного «расследование» в словосочетании «проводить расследование» лучше писать «расследовать». Существительные требуют, как правило, использования дополнительных слов-связок, которые приводят к многословности предложений [Ten tips for building a better website. [Электронный ресурс].

Написание текстов для веб-пространства становится все более динамичным по сравнению с традиционными медиа. Поддерживать динамизм можно и за счет языковых единиц, которые предлагают читателю действовать и делать выбор: например, давать гиперссылки на другие страницы с использованием таких выражений, как: «Узнать больше», «Купить здесь», «Прочитать тут» и т.д. Немаловажным фактором остается стиль написания текста, одним из основных показателей которого является логичность изложения материала. Для веб-пространства этот показатель более значим чем для печатных медиа, т.к. читатель быстро переходит от станицы к странице без особо порядка, и нелогичность, непоследовательность использования терминологии, орфографические расхождения в написании приводят читателя в замешательство и осложняют чтение.

Особенности контента веб-страницы В отличие от традиционных медиа, характеризующихся линейной подачей информации, которую можно потреблять пассивно и расслабленно, веб вынуждает создавать контент, который будет соответствовать структурной многонаправленности этого вида медиа. Если в традиционном тексте для поддержания плавного рассказа и большего воздействия вполне допустимы примеры из личного опыта автора, анекдоты и байки, то для веб-среды такое «заполнение» контента значительно осложняет чтение и восприятие сути текста. Поэтому текстовое наполнение веб-страницы должно обладать бОльшим практическим значением и исключать примеры, имеющие касательное отношение к главной теме, поскольку содержание сайта в первую очередь нацелено на удовлетворение поисковых запросов пользователей, а не на самолюбование авторов. Другими словами, изложение информационного материала должно быть управляемо пользователем, а не автором текста, как в традиционных медиа. Читатели/зрители линейных медиа следует за автором и ожидают, что он будет конструировать для них мировосприятие.

В нелинейных медиа правила меняются, и потребители сами хотят создавать для себя картину мира и наполняют ее содержанием, которое собирают из различных онлайн-источников и которое соответствует их поисковым запросам и требованиям.

По сути, написание текстов для веб является таким же ремеслом, как и написание любых других текстов. Перед автором стоят те же задачи:

написать четко, ясно и понятно для читателя. Однако поскольку веб тексты более функциональны, то на интернет-страницах нет места текстам, которые призваны удовлетворять только интерес их авторов. На протяжении долгого времени разрабатывались конвенции для печатных медиа, теперь пришло время их пересмотреть с учетом особенностей и ограничений, которые накладывает на текст веб-пространство.

Так, на сайте британской телерадиовещательной компании есть следующие рекомендации о необходимости краткой подачи информации на сайтах: «Как правило, нет необходимости давать подробную предысторию той или иной темы, поскольку чаще всего мы можем просто дать ссылку на другие материалы, опубликованные на нашем сайте ранее»

[Как писать для веб-сайта. [Электронный ресурс]. Там же указано на то, что информацию необходимо фрагментировать для лучшей читабельности текста: «Если ваша заметка состоит из нескольких смысловых частей, можно разбить ее на фрагменты, озаглавив каждый из них для легкости восприятия» [Как писать для веб-сайта. [Электронный ресурс].

Если подвести предварительный итог всему вышесказанному и вывести некий свод рекомендаций для создания хорошего веб-сайта, то мы получим следующие десять рекомендаций:

1. Начинать с нижних страниц. Работая над созданием сайта, необходимо сначала продумать контент самых «нижних» страниц, и на этой основе переходить к контенту основной (главной) страницы.

2. Разбивать информацию. Дробление текста на смысловые куски и отдельные страницы внутри сайта прибавляет работу автору текста (или сайта). Однако не стоит забывать, что веб является ориентированным на пользователей, поэтому необходимо выполнить дополнительную работу, чтобы представить контент удобочитаемым для его потребителей.

3. Дать читателям то, что они хотят. Ускорить процесс поиска информации на сайте можно за счет создания ориентиров, которые подскажут веб-читателю то, о чем далее пойдет речь: подзаголовки, ссылки, аннотации в начале каждой страницы и проч.

4. Сделать простой навигацию. Названия разделов на главной странице должны быть понятны пользователям и представлять родовые понятия. В большинстве случаев названия разделов дублируют названия аналогичных разделов на альтернативных сайтах. Однако в этом нет оснований для беспокойства, поскольку общепринятые названия помогают пользователю искать информацию на сайте.

5. Предвидеть вопросы пользователей. Необходимо проанализировать контент создаваемого сайта и понять, какая информация может вызвать дополнительные вопросы читателя. В том случае, если обнаружены неточности или неполнота, то можно создать контекстные ссылки на ресурсы, которые дадут более полный ответ. Желательно, чтобы ссылки вели на другие страницы создаваемого сайта, а не на сторонние (внешние) источники. При этом важно помнить, что формулировка контекстных ссылок должна соответствовать ссылкам в основном меню на главной странице. Например, ссылка «Зарегистрироваться» на домашней странице должна совпадать с контекстной ссылкой в тексте, речь в котором идет о необходимости заполнить регистрационную форму.

6. Сделать текст простым. Контент должен быть легко читаем и не утомлять глаза веб-пользователя. Для этого необходимо разделить всю текстовую часть на абзацы длиной в 2-3 предложения и отделить их друг от друга пустой строкой. Информативные подзаголовки помогут читателю, сканирующему страницу, видеть содержание текста и быстро сориентироваться в общем объеме информации. Ширина колонки текста должна быть такой, чтобы грамматические обороты и предложения были понятны читателю и при этом не слишком широкой, чтобы ему не приходилось перемещать взгляд до середины экрана и долго искать начало следующего предложения.

7. Писать о главном в начале текста. Текстовое наполнение страницы сайта отличается от академического текста тем, что основная информация дается в первых двух абзацах, далее идут второстепенные сведения, объяснения, уточняющие цитаты и иная дополнительная информация. Такая структура написания текста получила название «перевернутая пирамида», многие журналистские тексты написаны именно в соответствии с этой моделью. Она позволяет читателю понять по первым двум абзацам, заслуживает ли его внимания данный материал или необходимо перейти на другой ресурс.

8. Использовать чаще глаголы. Для экономии места на странице и передачи более точного смысла при прочих равных лучше использовать глаголы, а не словосочетания, образованные оп схеме «существительное+глагол». К тому же веб является очень динамичным медиа, и эту динамику также можно передавать с помощью лексических средств при указание на необходимость совершить определенное действие:

«Читать далее», «Купить онлайн», «Узнать больше», «Зарегистрироваться сейчас» и т.д.

9. Проверять стиль написания. Для создания единого стиля написания текстов есть несколько причин, среди которых и стремление авторов выразить индивидуальность и профессионализм. За основу можно взять руководство по стилю некоторых крупных и уважаемых медиа и адаптировать их под свои нужды, добавив необходимые для особенностей создаваемого сайта пункты.

10. Писать с учетом особенностей работы поисковых машин.

Это означает, что тексты должны содержать слова и выражения, из которых потенциальный пользователь будет формировать свой поисковый запрос и заводить их в поисковую машину.

Заголовки Писать заголовки для веб-пространства еще сложнее, чем сам текст, поскольку заголовок должен соответствовать нескольким критериям:

быть коротким;

быть информативным;

быть понятным вне контекста;

быть предсказуемым;

содержать самые важные (ключевые) слова.

Образцом написания заголовков закономерно считаются журналисты сайта британской компании BBC. Например:

Italy buries first quake victims (Италия хоронит первых жертв землетрясения).

Romania blamed over Moldova riots (Румынию обвиняют в беспорядках в Молдавии).

Ten arrested in UK anti-terrorism raids (Десять человек арестовано в результате антитеррористических рейдов.) Villagers hurt in West Bank clash (Деревенские жители пострадали в результате столкновений на Западном берегу реки Иордан).

Mass Thai protest over leadership (Массовые протесты проходят в Таиланде против руководства страны).

Iran accuses journalist of spying (Иран обвиняет журналиста в шпионаже).

О ситуации в мире может быть рассказано всего в тридцати трех словах. Уточним, что при переводе на русский язык отдельные заголовки становятся длиннее, всего сорок два слова. Но в сферу нашего анализа не входят переводные тексты, поэтому остановимся только на оригинальных заголовках. В среднем новостной заголовок состоит из пяти слов и однозначно передает суть новости, от читателя не требуется дополнительных нажатий на мышку, чтобы понять суть. В случае, если кому-то из пользователей захочется прочитать полный текст, то из заголовка ему вполне понятно, о чем дальше будет идти речь.

У представленных примеров есть еще одна особенность, она также характерна для веб-пространства: заголовки написаны в активном залоге. Это еще одно правило или, как мы условились называть, конвенция. Действительный залог придает динамичность заголовку и прямо передает действие. Читателям нет необходимости вычленять из контекста субъект действия, он указан. Например, если из заголовока:

Social security taxes must be paid monthly, читателю непонятно, кто должен платить налог: работодатель или сам работник. В результате пользователю приходится прикладывать дополнительные усилия и тратить время на поиск информации, раскрывающей содержание заголовка. Для однозначности понимания заголовка необходимо использовать утвердительные конструкции вместо отрицательных. Двойное отрицание является табу для веб-заголовков.

Итак, простые конструкции, активный залог и утвердительные предложения уже более десятилетия являются основными грамматическими рекомендациями написания англоязычных веб-текстов.

Однако анализ перемещения глаз пользователей показывает, что при сканировании страницы чаще всего взгляд фиксируется на первых двух словах, поэтому необходимо внести некоторые уточнения в рекомендации относительно тех мест на странице, на которые обращает внимание читатель, это: заголовки, подзаголовки, аннотации, гиперссылки, подписи под иллюстрациями и маркированные списки.

Выводы Распространение компьютерно-опосредованной коммуникации привело к необходимости трансформации традиционных схем создания текста с учетом особенностей виртуального пространства. Если признавать текст информационной системой, функционирующей в рамках определенной среды, необходимо уточнить трактовку информативности и структурировать ее в широком коммуникативном контексте – в плане соотношения информативности как способности текста к передаче информации и основных компонентов коммуникативного акта для организации эффективной коммуникации в новом информационном пространстве.

Одной из ошибок при написании текста является неверное структурирование информации, выбор не соответствующих особенностям веб-среды стилистических средств и неспособность автора объективно оценить свой материал, что в результате приводит к нереализованным ожиданиям аудитории.

Библиография 1. Как писать для веб-сайта. [Электронный ресурс]. – Режим доступа http://www.

bbc.co.uk/russian/radio/2010/04/100418_cojo_web_writing.shtml 2. Нильсен Я., Лоранжер Х. Веб-дизайн: удобство использования веб-сайтов (юзабилити), 2007 (Prioritizing Web Usability by Jakob Nielsen, Hoa Loranger) 3. Dorner J., Seely J. “One Step Ahead: Writing for the Internet" Oxford University Press, USA (December 12, 2002) 4. F-Shaped Pattern For Reading Web Content. [Электронный ресурс]. – Режим доступа http://www.useit.com/alertbox/reading_pattern.html 5. Neubert A. Text und Translation. – Leipzig, 6. Ten tips for building a better website. [Электронный ресурс]. – Режим доступа - http://www.claritywritingexperts.com/tentips.htm 7. Why Web Users Scan Instead of Read. [Электронный ресурс]. Режим доступа - http://www.useit.com/alertbox/whyscanning.html А.В. Тощева аспирант кафедры интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Революция в эпоху принт-скрина Работа выполнена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно педагогические кадры инновационной России» на 2009 – 2013 годы Мир перевернулся. Общественные беспорядки отныне порождают общественный порядок: благодаря протестному движению, поддерживаемому в социальных сетях, общество научилось самоорганизовываться в сплоченные группы, а также находить средства для выработки и артикуляции собственной идеологии властям.

Волна демонстраций и протестов, захлестнувшая арабский мир (Тунис, Египет, Ливия), началась в конце 2010 года, получила название «арабской весны» и показала, каким оружием стали социальные медиа, активно используемые в ходе политических протестов. Страны Ближнего Востока столкнулись с мятежами, обеспечивающими человеческий ресурс посредством виртуальных сетей.

Тренд влияния виртуального пространства на методы организации реальной политической жизни, возникший на Ближнем Востоке, усилился в переложении на более технологически развитую Великобританию. А далее последовали события в России: после парламентских выборов в декабре 2011 года российские мегаполисы, имеющие доступ в интернет, вышли на площади. В развитии здешних событий социальные сети, сервисы микроблогов и платформы блогов, фото- и видеохостинги сыграли ключевую роль. Новая модель взаимодействия молодёжи через виртуальную среду оказалась крайне эффективной, а само виртуальное пространство Рунета претерпело успешную трансформацию в медиаканал.

После нелегитимной думской кампании сложно делать прогнозы относительно изменения электоральных технологий к предстоящим президентским выборам. Между тем можно констатировать открытие нового фронта – электронного. Если к российскому телеэфиру по прежнему допускают людей с финансовым или иными ресурсами влияния, то сегодня обыватель получил возможность влиять на политические процессы с помощью интернета за 400 рублей в месяц – такова средняя стоимость услуг интернет-провайдера в российских миллионниках.

Как и все революционные действия, акции протеста против фальсификаций на выборах в Госдуму 4 декабря протекают не только в реальной (митинги, марши к исторически символическим объектам), но и в коммуникативной среде. Не то чтобы революция вошла в иную плоскость – по крайней мере, открылся новый фронт: протестанты координируют свои действия через Твиттер, DDoS атакам хакеров подвергаются онлайн ресурсы ведущих негосударственных СМИ (kommersant.ru, echo.msk.ru, наиболее популярная в РФ блог-платформа livejournal.com и др.), где пользователи могут в реальном времени вести обсуждение событий.

Кибер- атаки вкупе с административным преследованием наталкивают аналитиков на мысли о новом инструменте тотального подавления гражданской активности и распространении общественно значимой информации [1].

Камеры, встроенные в мобильные телефоны, которые презирают профессиональные фотографы, справедливо полагая, что именно с них пошло слово «сфоткать», а заодно соответствующие стиль и качество снимков, помогают гражданину реализовывать свои права, осуществляя функцию контроля за властью и обществом (записи со смартфонов, свидетельствующие о подлинном поведении блогера Алексея Навального, намеренно не привлекались к делу в момент вынесения решения о заключении на 15 суток этого протестного деятеля). С помощью луков масс населения и нарядов ОМОНа в Твиттере, сообщений, выкладываемых в социальные сети с мобильных устройств митингующих, сочувствующие уличным протестантам пользователи могли виртуально приобщиться к оппозиционному движению.

«Твиттерная революция» (термин, вошедший в употребление буквально за сутки) обнажила проблему информационного неравенства, предсказанную канадским философом и исследователем электронных медиа Маршаллом Маклюэном в рамках концепции «глобальной деревни».

В глобальной деревне отсутствует сбалансированный доступ к информационным ресурсам, более того, его отсутствие или наличие становится основой для социальной дифференциации. Когда национальные СМИ отказались передавать в эфир информацию о многочисленных митингах протеста против результатов выборов в российских мегаполисах, провинция оказалась отключена от общего информпотока – прямая трансляция велась коллективным пользователем на сервисе микроблогов twitter.com и в социальной сети Facebook.

Интересно, что во время демонстраций в Египте в эфире телеканалов также передавали не митинги, а реку Нил, как некогда советское телевидение транслировало балет Лебединое озеро – тележурналист Мазен Аббас, член Клуба арабской прессы и московский экспат считает нормальным, что в ситуации несогласованных с официальной властью массовых протестов все телеканалы ведут себя одинаково: занимают выжидательную позицию [2]. Спустя сутки после окончания выборов декабря луки в Твиттере, фото в ЖЖ и видео на Youtube были единственными визуализированными данными о митинге на Чистых Лук (от англ. look) – мгновенно добавляющиеся в аккаунт онлайн микроблогов Твиттер фото с мобильных устройств (как правило, смартфонов и планшетников - iPhone, samsung Galaxy, iPad), выкладываемые самими пользователями.

прудах, поскольку ТВ оказалось не готовым передавать картинку происходящего в эфир, и событие освещали только радиостанции.

Революцию спровоцировала Америка?

Если брать во внимание тот факт, что один из самых популярных в мире видеохостингов Youtube принадлежит американской компании Google, можно голословно утверждать: во всем снова виноваты американцы. Начиная с 4 декабря, в прессе часто встречается мнение:

благодаря многочисленным разоблачительным видео наблюдателей, фиксирующих на камеру нарушения в момент проведения выборов и в ходе подсчета голосов, и после представленные на всеобщее обозрение, среди населения начались разговоры «у нас украли голоса». В остальных случаях признававший авторитетность и общественную пользу ресурса Youtube, президент Медведев позволил себе усомниться в подлинности выложенных на нем видео: «Я посмотрел какие-то ролики, люди вывешивают, - сказал Медведев на встрече с членами Общественного комитета сторонников в понедельник. – Там на них и не видно ничего.

Кричат: «караул», «безобразие» [1].

В своем коммерческом обращении к аудитории под названием «Доктрина-77» креативный директор «Евросети» Иван Охлобыстин указывал на опасность, которую таит в себе цифровое пространство – обеспечение прозрачности избирательных процедур — для политической элиты: «Приближаются выборы, и нас подведут социальные сети. Каждый второй напечатает, за кого голосовал;

каждый десятый подсчитает в процентном соотношении, насколько нас обманывают. Обычно процентов на 60, но доказать раньше было нельзя, а сейчас можно. И чтобы отвлечь от этого людей, нужны большие мероприятия. Ну башен-близнецов у нас нет — извиняйте! Каширку уже взрывали. Остается самый горячий вопрос — национальный». [2].

Стремясь сохранить контроль над телевизионным коммуникативным пространством, власть потеряла несиловую способность управлять протестным движением: они упустили из внимания то, что процесс воспроизодства и тиражирования новости сократился в разы – нужно просто нажать кнопку перепоста или «Поделиться», и данные тут же попадают в социальные сети, продуцируя эмоциональную связь с аудиторией. Интонация коммуникаторов в сетевых сообществах характеризуется доверительностью, сообщения воспринимаются пользователями как набор максимально достоверных фактов, пусть даже включающих интерпретационную составляющую. Официальная власть проигрывает борьбу в сетевом пространстве: при имеющемся уровне недовольства населения действиями Кремля опубликованные в сети шаблоны агитации против «партии жуликов и воров», доступные для скачивания каждому, расползаются по страницам в сообществах, принтам на футболках, стенам подъездов мгновенно.

В 2008-м году египетские власти также ошиблись, не придав серьезного внимания появлению новой, сетевой оппозиции: «На тот момент, – говорит Мазен Аббас, – никто не считал реальной силой Facebook, но именно там сформировалась группа молодых людей, которые поддерживали рабочих, начавших 6 апреля 2008 года забастовку в городе Эль-Махалла-эль-Кубра. Через социальные сети они рассылали десятки тысяч писем с приглашениями на митинги в Каире и Александрии. Позже они назвали себя «Движение 6 апреля». Собственно, с этого движения все и началось» [3]. По сути, это стало апробированием самоорганизации через Facebook.

Молодёжь ничего не интересует?

Когда ожидания населения не оправданы, опорой революционеров становится та его часть, которая хочет ускорить перемены: молодежь и студенчество. Сегмент connected consumers (владельцев одного и более мобильных устройств: смартфонов, планшетников, музыкальных плееров, ридеров e-book), которой в обществе потребления отводилась роль активно интересующихся технологическими новинками новаторов, направила своё электронное знание в политику.

Несмотря на обновление состава протестантов, сегодня ядро массовых уличных акций — футбольные фанаты, закаленные противостоянием с соперничающими болельщицкими группировками на матчах Спартака, ЦСКА, Динамо, Зенита, у которых изначально отсутствует боязнь соприкосновения с силовыми структурами и которые способны самоорганизовываться посредством мобильных сервисов и соцсетей и оперативно принимать решения в экстремальных ситуациях.

Они оставляют в комментариях к постам призыв выходить на митинги, а дальше молодёжь, влекомая потребностью в групповой идентификации, откликается на их слова действием.

Цифровые технологии опередили идеологические техники времен цветных революций – теперь молодёжный протестный электорат не нужно вывозить в обучающие летние лагеря;

оппозиционные активисты инструктируют друг друга с помощью постов в блогах. Примером тому могут стать «Правила поведения на митинге»: «Предупредить близких, куда вы направляетесь;

перед выходом оставить сообщение об этом в социальной сети;

заранее настроить и перед выходом включить на режим постоянной работы приложение для автоматического определения вашего местоположения на смартфоне через Google Latitude (встроено в Android, отдельное для iPhone, часть приложения Google Maps для Symbian;

ОСТОРОЖНО — в режиме постоянной работы этого приложения батарейка будет разряжаться быстрее), Find My Friends для iPhone или МТС Поиск» [3]. В рейтинге ЖЖ поднимается инструкция девушки о том, как не допустить того, чтобы «Первый канал» и телеканал «Россия»

сумели осветить публичное собрание недовольных результатами выборов как «митинг отморозков»: «Кровопролитие никому не нужно, так? Я знаю, что так. Поэтому: 1. Не ведитесь на провокации. Прежде чем кричать что либо вместе с теми, кто стоит рядом, подумайте, разделяете ли вы эти взгляды. Если это призыв к насилию – молчите или кричите «ФУ». Мы же не стадо.

2. Пожалуйста, будьте внимательны к тем, кто стоит рядом. Не толкайте людей, старайтесь не создавать давки. Если вы видите пожилых людей – старайтесь их пропускать. На митинге будут и беременные женщины, будьте аккуратны, прошу. Мы всем покажем, что мы – культурные люди, мы уважаем друг друга.

3. Если даже вы услышите человека, который за единую россию – вы можете посмеяться, можете поговорить с ним, переубеждать его, но не применяйте никакой силы. Ребята, наша сила уже в том, что нас много и мы за правду. Мы не хотим и не будем кого-то бить. Успокаивайте всех, кто агрессивен. Улыбайтесь людям.

4. Ведите себя в рамках закона. Если кто-то, даже со сцены, призовет рушить стены Кремля – кричите «ФУ», не соглашайтесь. Не идите маршем по городу. Я объясню, почему: идущую толпу разобьют на группы и затаскают в автозаки. Нас выставят отморозками и революционерами. Это не так, мы все знаем» [4].

Цензоры: социальную активность – в бан На волне молодёжной активности в сетевых сообществах возникает вопрос: что будет с Рунетом, а, значит, и с контентом мобильных устройств в следующем году перед президентскими выборами?

Свежа в памяти египетская революция, фактически проведенная через Facebook, после которой Китай ввел внутреннюю цензуру (в том числе цензуру поисковых запросов), заставив тем самым Google покинуть один из крупнейших азиатских рынков. Под горячую руку «закручивающей гайки» власти после митингов против фальсификаций на выборах в ГД в первую очередь может попасть интернет, в особенности соцсети – слишком уж неуправляемые общности они аккумулируют (на MySpace зарегистрировано более 200 миллионов пользователей, если бы эта международная социальная сеть была государством – это было бы 5 по величине государство мира между Индонезией и Бразилией). Уже сейчас начальник бюро специальных технических мероприятий МВД России Алексей Мошков выступил против анонимности в интернете:

«Зарегистрируйся под реальным именем, сообщи настоящий адрес – и общайся, – заявил он. – Если ты – честный, законопослушный человек, зачем прятаться?» [5]. Пользователей пытаются лишить психологического пространства, где они могут выступать с неангажированной позицией, участвовать в саморегулирующейся дискуссии. Однако цензорам следует учесть то обстоятельство, что соцсети являются несомненным подспорьем для структур МВД: заранее узнав из «В контакте» о том, что на уличный митинг подписались сотни человек, спецслужбы могут поставить этому шаху мат, отреагировав, например, необходимостью срочного ремонта трубопровода на площади, выбранной для проведения публичной акции.

Это взаимовыгодная игра.

На мой взгляд, смысла оперировать такой философской ветошью:

современная тенденция доверять ресурсам веб 2.0 или электронным СМИ больше, чем идеологичному ТВ, нет – это очевидно. Можно согласиться с тем, что в российских СМИ есть самоцензура, в регионах существует «инициатива на местах», заключающаяся в моральном давлении на электорат заводов и госучреждений, и партия власти тут не при чем.

Можно предположить, что имел место некий вброс провокаций от оппозиционеров в соцсетях, которые почему-то не догадались применять методы нечестной конкуренции (карусели, «чуровский коэффициент» при подсчете и т. п.): «Сегодня, 6 декабря, были занятия в институте. С утра нам объявили: «Сегодня занятия у нас до обеда – 2 пары, после к 14:00 мы все должны прибыть на Пушкинскую площадь, где будет проходить НЕ политический митинг, посвященный 70-летию со дня Битвы под Москвой во время ВОВ» – рассказ студента в соцсети о директивном сборе людей, который впоследствии обернулся митингом в поддержку победы «единороссов». Можно поверить в то, что Медведев и вправду не знает, что чиновники на местах не просто пользовались административным ресурсом, а злоупотребляли.

В пору поднимать логичный вопрос, обладает ли президент всей полнотой информации при всей полноте власти? Или политтехнологам удалось скрыть от него то, что с помощью мониторинга интернета можно получить срез мнений населения, в том числе оппозиционной его части?

Дублер, хорошо выступающий на замене у отлучившегося актера, произносящий реплики близко к тексту, подсказываемому суфлером из администрации: сегодня – бадминтон, завтра – свобода лучше, чем не свобода, позиционирует себя как нано-президент. Вряд ли главе государства, так старательно поддерживающему в сознании населения свой образ как либерального, кибер-активного президента, пойдёт на пользу продолжать игнорировать происходящее в российском сетевом пространстве.

Протестная реакция российского населения против фальсификаций во время думских выборов могла бы быть выражена и без интернета. То, что мы видели в конце прошлого года, произошло бы когда нибудь само по себе. Но новые медиа позволили событиям развиваться с захватывающей дух скоростью и приковали к ним внимание аполитичной части общества, заставив официальную власть либо противодействовать, либо сталкиваться с прямыми последствиями.

Библиография 1. Гайнутдинов Д. Доклад Агора: Кибер-атака как инструмент политической борьбы. 09.12. (http://openinform.ru/news/survey/09.12.2011/26053) 2. Рейтер С. Правила жизни в России. // Esquire. № 73, январь 2012. – C.28.

3. Рейтер С. Там же. – C.30.

4. Медведев усомнился в подлинности видео с нарушениями на выборах. // Взгляд от 05.12.2011 (http://vz.ru/news/2011/12/5/544241.html) 5. Кострова Н. Иван Охлобыстин: «Я буду зажигать — не сомневайтесь!». // Афиша от 05.09. (http://www.afisha.ru/article/okhlobystin-on-doktrina-77/) 6. Денисов Е. Мои правила поведения на акциях протеста (http://blog.denisov.eu/post/13835964402/rules) 7. Королева П. Всем митингующим. (http://lady spring.livejournal.com/75168.html) 8. МВД предложило запретить анонимность в интернете. // Lenta.ru от 08.12.2011 (http://www.lenta.ru/news/2011/12/08/stop/) Г.А. Фомина, аспирант кафедры интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Взаимоотношения политического лидера и медиа:

опыт Великобритании Работа выполнена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно педагогические кадры инновационной России» на 2009 – 2013 годы Современное общество является по своему определению медиатизированным, при этом оно находится под влиянием процессов глобализации и информатизации. На фоне этих тенденций в научном сообществе формируется необходимость к изучению проблемы взаимосвязи медиа и политики, визуализации и персонификации политики.

Безусловно, политика и масс-медиа связаны друг с другом еще со времен появления первых печатных изданий, однако именно с появлением телевидения, визуальные образы стали доминировать в обществе, сократив дистанцию между политиком и избирателем (Мейрович, 1985). На первый план выходит имидж лидера, который конструируется в соответствии с ожиданиями избирателей.

Современная Великобритания находится на пути социально политических преобразований. Партия, как организация способная агрегировать и артикулировать интересы граждан, слабеет, политическая апатия и недоверие граждан к коллегиальным органам власти растут. Не случайно образ сильного, харизматичного лидера становится центром, от которого идет развитие партии и в который инвестируются все имеющиеся средства.

Введение Многие западные демократии столкнулись со спадом партийной лояльности и слабостью внутренней организации. Спад, а также изменение коммуникационных технологий подталкивает политиков заниматься прямой “продажей” имиджа. В этом процессе лидерские качества становятся помощниками не только в завоевании голосов, но и в дальнейшем управлении, то, что использовал Тони Блэр. Становится очевидным, что динамика развития современного демократического государства полностью зависит от лидера, его стиля управления и эффективного маркетинга (Foley, 2000;

King, 2002;

Mughan, 2000).

Способность к выживанию в современной медиатизированной политической среде предъявляет новые критерии к отбору лидеров, которыми партии не могут пренебрегать (Peele, 2005).

В Великобритании 60-е годов XX века впервые начали звонить тревожные звоночки, которые касались роста значения и влияния такого фактора, как персонификация политического поля. Проблема восприятия этого фактора заключалась еще и в том, что не было ни эмпирических, ни исторических исследований природы и эволюции феномена (Ana Ines Langer, 2007). Более того, хотя существует множество исследований, касающихся избирательных кампаний разных партий, только некоторые из них обращают внимание на роль политического лидера и еще меньшая часть признает и изучает типы лидерства и личные качества лидера.

В политическом сообществе персонификация понимается как возрастающая роль лидера в политическом процессе и на политическом поле (Ana Ines Langer, 2007). Однако единого, подходящего ко всем ситуациям определения, не существует. Есть три категории, в которых может быть описана персонификация:

1. презеденциализация власти, то есть тенденция к распределению власти в пользу лидера при возрастающей визуализации его образа в СМИ;

2. фокус на лидерство, то есть смещение фокуса внимания на личные качества лидера;

3. политизация частной жизни, то есть представление лидера не как идеолога, а как человека.

На сегодняшний день персонификация рассматривается как определяющая и широко распространенная черта современной политики.

Развитие явления обусловлено произошедшими изменениями в большинстве демократических стран, которые столкнулись с несостоятельностью политических партий и упадком коллегиальной формы правления (Ana Ines Langer, 2007). В такой ситуации во многих демократиях на первый план выдвинулись сильные и харизматичные лидеры. Постмодернизм и индивидуализация общества, отсутствие партийной идентификации, слабость связующей идеологии, фрагментация и над-национализация власти, возрастающая сложность государства и не способность выполнять свои функции – повлияли на развитие персонификации (Ana Ines Langer, 2007). Не стоит забывать про СМИ, которые сыграли не последнюю роль в стимуляции этого процесса.

Печатные СМИ и особенно телевидение имеют определенную тенденцию к персонификации политических заявлений, концентрируюсь на индивиде, а не на абстрактном политическом институте. Кроме того, в контексте эскалации политической борьбы и катастрофической политической апатии граждан, журналисты просто обязаны фокусироваться на персоналиях, которые позволяют упростить и украсить информацию.

Лидеры со своей стороны хорошо осведомлены о том, что СМИ являются основным средством коммуникации с избирателями, с помощью этих каналов коммуникации лидеры могут адаптировать политические стратегии и получать на выходе удобный и ненавязчивый материал (Ana Ines Langer, 2007). Но было бы ошибкой рассматривать политиков только как податливых марионеток в руках у СМИ. Напротив, лидеры не только адаптируют информацию, они используют СМИ для непосредственного общения с избирателями с целью получения популярности и увеличения своего влияния в партии и правительстве. Во-вторых, СМИ позволяют общаться с теми, кто мало интересуется политикой, это также хороший канал легитимации собственной персоны. Таким образом, имея разные цели, СМИ и лидеры, зависят друг от друга, дополняя и усиливая власть друг друга (Ana Ines Langer, 2007).

Персонификация политического поля поднимает важные нормативные вопросы. Во-первых, проблема соотношения распределения власти и подотчетности. Персонификация ведет к усилению власти премьер-министра, в то же время советники премьера могут значительно навредить общей политики государства своими неумелыми действиями.

Во-вторых, возросшая важность отдельных политиков приводит к ослаблению и без того слабых партий, отнимая у них роль артикуляторов гражданских интересов. В-третьих, феномен персонификации имеет свою обратную сторону, которая проявляется в неблагоприятной внешней среде.

Лидеры становятся чувствительными к переменам настроений граждан, персонификация открывает наиболее больные и уязвимые места.

Если говорить о роли СМИ в процессе персонификации, то их деятельность способствует эрозии публичной сферы политики, делая информацию примитивной и отвлекая от действительно важных политических вопросов (Ana Ines Langer, 2007). Более того, хотя влияние персонификации на поведение избирателей все еще является спорным, есть убеждение, что фокус на лидерах и, особенно на их личной жизни, может повлиять на качество института лидерства, уменьшая селекцию кандидатов и препятствуя рациональному выбору. Что случится, когда система окажется перекошенной в сторону продвижения лидеров, которые представляет собой наиболее успешных и приятных парней, или хороших семьянинов, нежели тех лидеров, которые обладают необходимым опытом, способностями и понимают в управлении? Как такой перекос отразится на доверии граждан? С одной стороны, фокусирование на определенных личных качествах лидера может сделать политику более конкурентной, может помочь гражданам легче идентифицировать себя с лидерами, а также будет способствовать развитию нового эмоционального отклика на политику. С другой стороны, узнавая лидеров ближе, граждане будут больше разочарованы, когда обнаружат несоответствие между политическим и реальным портретом лидера.

Личные ресурсы премьер-министра В то время как период пребывания Джона Мейджора на посту премьер-министра Великобритании с 1990 по 1997 год можно охарактеризовать как «очень консервативное, очень традиционное правление. Безопасное и предсказуемое. Действенное» (Major, 1999).

Правление Тони Блэра было в противоположность ему дерзким. Он аккумулировал вокруг себя огромную личную власть и, используя свое положение в правительстве для реализации собственной политической повестки дня, являл обществу человека, который «внушает другим, что он сам управляет страной» (The Sunday Times, 26 April 1998).

Доминирующая позиция премьер-министра зависит от определенного набора личных качеств, которые помогают ему укрепить и увеличить политический капитал (Heffernan, 2003). С помощью нижеперечисленных ресурсов Тони Блэр также расширял границы своего влияния и повышал уровень публичности своей персоны.

Ричард Хеффернан выделяет следующие ресурсы, помогающие политику укрепить свои позиции (Heffernan, 2003):

Навыки и способности;

Настоящий или будущий политический успех;

Популярность;

Высокий партийный пост.

Навыки и способности Путь наверх для премьер-министра – это возможность продемонстрировать все имеющиеся навыки и способности. Безусловно, факт «случайности», то есть появления в нужном месте в нужное время играет большую роль, однако политики должны приложить массу усилий, чтобы им повезло. Нельзя отрицать, что премьер-министры – это талантливые политики. Имея невероятный политический успех в Палате Общин на протяжении 20 (Маргарет Тэтчер) или 11 (Джона Мейджора) лет, им потребовался определенный запас личных навыков, которые необходимо было искусно применить. Сравнивая Харольда Уилсона и Тони Блэра, мы видим, что некоторые премьер-министры обладают большим управленческим талантом, чем другие, у них больше харизмы, чтобы повести других за собой.

Каким бы властным и доминантным не был премьер-министр, другие министры могут вполне свободно перемещаться в “джунглях” Уайтхолла (Heffernan, 2003). Они легко приспосабливаются и даже в некоторых случаях имеют определенную свободу. Английское правительство представляет собой не только сторонников премьер министра, но и противников. Поэтому коллективное принятие решений является своеобразной преградой для премьер-министра, поскольку он должен уметь искусно договариваться и строить альянсы с министрами. С помощью таких альянсов у премьер-министра появляется возможность проводить свою повестку дня и игнорировать оппонентов (Heffernan, 2003).

Для того, чтобы правильно управлять правительством, премьер министры должны использовать эффективные, но жесткие принципы общения с оппозицией, выявленные президентом США Линдоном Джонсом: «врагов лучше держать внутри своей палатки и тогда они будут испражняться на улице, чем вне палатки и тогда они буду испражняться внутрь нее». Грамотное политическое правление требует значительных усилий со стороны премьер-министра, ведь вести за собой не значит командовать. Решить когда пряник или кнут (или их комбинация) желательны, требует от премьер-министра напряженной сосредоточенности (Heffernan, 2003). В политических терминах это означает, что правильное суждение о шансах на успех и поражение, выбор между действием и бездействием – решения, которые премьер-министр должен принимать с умом и осторожностью. Однажды потеряв политический капитал, его сложно вернуть назад.

Настоящий или будущий политический успех Как гласит пословица: «ничто так не приумножает успех, как сам успех». Премьер-министр, которому сопутствует успех, будет намного влиятельнее, чем тот у которого все не ладится. Тони Блэр – пример успешного премьер-министра. Он был более успешным, чем Маргарет Тэтчер в 1990 или Джон Мейджор в 1997. Можно даже сказать, что Блэр – причина небывалого успеха Лейбористской партии в 1997 и 2001 году. В то время как опросы общественного мнения представляли собой мрачные картины антипопулярности Джона Мейджора, Тони Блэр был любимчиком общества (Heffernan, 2003). Он руководил единой и сильной партией, а Мейджору приходилось урегулировать внутренние конфликты между тэтчеристами, пост-тэтчеристами и анти-тэтчеристами.

Период правления Мейджора был омрачен рецессией в экономике и обвалом рынков в черную среду 1992 года, когда Консерваторы потеряли доверие большей части населения, от которого так и не смогли оправиться. Блэр напротив правил на волне экономического подъема: инфляция низка, рост заработной платы стабилен (Toynbee and Walker, 2001). Благоприятная внешняя среда позволила Блэру победить не только в 1997 году, но и в 2001. На фоне такого везения персональный уровень политического успеха Тони Блэра пошел вверх. И, несмотря на то, что помимо премьер-министра в укреплении общей благоприятной экономической и политической ситуации участвовали все министры английского правительства, доминирование Тони Блэра в опросах общественного мнения было единоличным.

Популярность Что может способствовать доминирующему положению премьер министра? Как полагает профессор Хеффернан это популярность правительства, личная популярность, успешно сконструированный имидж и правильно выстроенные политические коммуникации. Популярность Тони Блэра была несравненно выше, чем у его предшественников и поэтому требовала иного уровня укрепления и поддержки со стороны профессиональных политтехнологов (The Guardian, 27 April 2002). Хотя процент проголосовавших от общего числа граждан неуклонно снижался, за время правления Блэра лейбористы выиграли на выборах всех уровней (за исключением выборов в Парламент Уэльса и Европейский Парламент весной и летом 1999 года).

Сегодня медиа-ориентированный избирательный процесс, искажающий личность политиков, наделяя их властью, приводит к конструированию не только личности лидера со стороны партии, но и партии со стороны лидера (Heffernan, 2003). Как партийный лидер Блэр заставил рыночно ориентированную политику приносить ему персональные дивиденды публичности и популярности.

Высокий партийный пост Ключевой ресурс доступный премьер-министру - это лидерство.

Лидерство, направленное на единство, централизацию и дисциплину партии. В Великобритании премьер-министр зависит от коллегиальных органов законодательной или исполнительной ветви власти. Как говорили Джон Мейджор: «лидер остается лидером до тех пор, пока ощущает поддержку партии» (Major, 1999) и Маргарет Тэтчер: «премьер-министр, который знает, что его партия не поддерживает его, - является фатально слабым» (Thatcher, 1993). Сама Тэтчер, которая являлась доминирующим премьер-министром на протяжении большей части своего правления, обладала сильной поддержкой консерваторов в Парламенте и в Кабинете министров (Smith, 1995;

Jones, 1996;

Thatcher, 1993). Поддерживаемый большинством однопартийцев, окруженный сторонниками, а не критиками, Тони Блэр находил поддержку в Парламенте, несмотря на продвижение непопулярных проектов таких, как сокращение социальной помощи одиноким матерям и выплат инвалидам в 1998 и 1999, или война в Ираке в 2003. Блэр имел поддержку со стороны лояльных ему министров.

И эта поддержка не была чем-то особенным, поскольку следование выбранному политическому курсу находило солидарный отклик в Кабинете министров.

Доминантная позиция премьер-министра близка такой же позиции партийного лидера, и она особенно близка, когда лидер партии сохраняет доминирование и над элитами, и над избирателями – все это черты современной британской политики (Panebianco, 1998;

Mair, 1994;

Shaw, 1994;

Webb, 2000).

Избирательная кампания лейбористов, как в первый, так и во второй раз, была полностью сфокусирована на Блэре, как политическом лидере. В этом конечно нет ничего нового и необычного, однако созданный политический центризм в области премьер-министра превратился в самостоятельный сложный политический организм, который значительно усугубил существующую в политики персонификацию.

Начиная с Вильгельма Завоевателя, минуя Гладстоуна и Дисраели, переходя к Ллойд-Джорджу и Черчиллю политические лидеры были центром политического прогресса (Heffernan, 2003). А персонификация политики, поощряемая партийными элитами, которая предполагает смещение фокуса внимания на лидера/премьер-министра, стала основной чертой, на которой политические лидеры строят свои избирательные кампании. Партийные функционеры поощряют развитие политического маркетинга и лидерства гораздо больше, чем развитие своей партии (Mancini and Swanson, 1996;

Scammell, 1995;

Jones, 1996 and 1999;

Heffernan and Stanyer, 1997).

Вся работа, осуществляемая лейбористами, ставит своей целью служение интересам своего лидера. И уже потом парламентариям и местным партийным ячейкам. Такой расклад сил трансформировал Лейбористскую политику, прежде ориентированную на элиты, в сторону электората. Новыми методами и технологиями Лейбористы стали привлекать к себе внимание: используя СМИ для распространения своих сообщений, искусно оформляя и преподнося появление своего лидера, получая выгодное медиа покрытие.

Сильному и авторитарному лидеру, коим являлся Тони Блэр, было легко добиться доминантного положения премьер-министра внутри Кабинета министров, и таким образом еще больше усилить свое влияние внутри партии. Партийно-центрированные и правительственно центрированные ориентиры способствовали росту влияния Тони Блэра на политическом поле, формируя новый тип правления (Mumford, 2000).

Повестка дня и СМИ Вопрос политического лидерства и его соотношения с имиджем и стилем управления является важными в современной политике. В Великобритании 2000 года лейбористское правительство, управляемое премьер-министром Тони Блэром, имело большинство в Парламенте на протяжении трех лет. Безработица была на спаде, фунт был сильным, инфляция низкой, оппозиция в лице Консерваторов до сих пор не оправилась после проигрыша на выборах 19997 года. И что еще важнее, лидер консерваторов Уильям Хейг никогда не был популярным не только в стране, но и внутри своей партии (Gaffney, 2001). Тони Блэр, напротив, наслаждался огромной популярностью, которая появилась после 1997 года.

Его “медовый месяц” в опросах общественного мнения продлился гораздо дольше, чем у любого другого политического лидера Великобритании. Однако ситуация изменилась летом 2000 года, когда экономика столкнулась с рецессией, а общий имидж Блэра был испорчен его личными промахами. Хотя он и его ближайшие советники приняли серьезные меры (например, появление на ТВ), чтобы вернуть былую популярность правительства, многие элементы предыдущего успеха – его интерес к семье, его этические нормы, его церковная приверженность – стали восприниматься как сконструированные элементы в манипуляции общественным сознанием (Gaffney, 2001).

Ключевую роль в подготовке и распространении повестки дня для Тони Блэра играл пресс-офис и непосредственно директор по коммуникациям и реализации стратегии Аластер Кэмпбелл, который искусно управлял СМИ. Кэмпбелл влиятельный политический актор внутри лейбористкого правительства и близкий премьер-министру соратник, чья власть происходила от того, что он был близким и доверенным советником Блэра (Jones, 1999;

Oborne, 1999;

Franklin, 2000;

The Guardian, 4 April 1998). В качестве главы политтехнологов он был незаменимым помощником офиса премьер-министра и коварным врагом правительства. Но при этом, желая или нет, его слова произносились не только в поддержку Блэра, но и в поддержку правительства. Усиленные с помощью СМИ высказывания Блэра были поставлены Кэмпбеллом в том числе и для того, чтобы заставить правительство принять выбранный политический курс.

Пресс-офис всегда вмешивался в ежедневный цикл новостей, конструируя правительственную линию и предлагающую свою повестку дня (Kavanagh and Richards, 2001). Для пресс-офиса и для Аластера Кэмпбелла коммуникация и ретрансляция правительственной политики были спланированы, а продвижение Тони Блэра сквозь призму повестки дня подчинялось общей долгосрочной стратегии. При этом пресс-офис не только предлагал свою повестку дня, но и пытался ограничить или свести к минимуму все возможные контакты СМИ с другими министрами (Ministerial Code, 1997;


Franklin, 2000). Критика могла повредить премьер министру, спровоцировать полемику и рост количества оппонентов внутри партии. Пресс-офис не одобрял выступлений Гордона Брауна или Питера Мандельсона, которые зачастую говорили не столько от имени правительства, сколько от своего собственного имени, набирая тем самым личные политические очки (Jones, 1995;

Rawnsley, 2000;

Macintyre, 2000).

В то время, как кредит доверия со стороны граждан в благоприятное время приобретается легко, в сложной окружающий обстановке, в которой, например, находился Джон Мейджор в 1992 году, медийный портрет лидера претерпевает ряд изменений, которые могут повлиять на силу его позиций в правительстве (Seymour-Ure, 1993). Если же наоборот, то сильный медийный портрет и поддержка со стороны СМИ могут прибавить премьер-министру веса в правительстве, увеличив его политический авторитет и власть. Зачастую, пользуясь инструментами PR и маркетинга, Тони Блэр проводил свою политику, которую непременно комментировали в СМИ и которую идентифицировали как политику всего правительства.

Сегодня многие ученые рассматривают тот тип власти, который осуществляли премьеры Тэтчер и Блэр, как тенденцию к презеденциализации власти (Foley, 2000), которая способна пошатнуть устои всей британской парламентской модели. Однако эта тенденция не должна никого ввести в заблуждение. Презеденциализация, которая проявляется в трансформации института политического лидерства, в смещении акцента на индивидуализм, личные коммуникации и персонификацию (Foley, 2000), не может быть средством трансформации системы как таковой. Ни один премьер-министр не обладает прямой поддержкой избирателей, фиксированным сроком правления или политической независимостью от исполнительной и законодательной ветвей власти (Foley, 2000). Тем более премьер-министр не может напрямую являться единственной доминирующей фигурой в исполнительной ветви власти.

Резюме Трансформация партийно-политической системы Великобритании, происходящая со второй половины XX века, подвержена общим изменениям, происходящим в странах современной западной демократии. Партии слабеют, политическая апатия и недоверие граждан к коллегиальным органам власти растет. Не случайно образ сильного, харизматичного лидера становится центром, от которого идет развитие партии и в который инвестируются все имеющиеся средства. Власть и победа – вот цели, ради которых существуют современные партии.

Расширяя свое влияние внутри партии и правительства, агитируя все большее число избирателей, с помощью СМИ Тони Блэр создал такой имидж политического лидера, который смог заменить собой образ политических институтов, которые он возглавлял. Голосуя за партию, избиратели ассоциировали ее с имиджем лидера, одобряя или не одобряя действия правительства, граждане, прежде всего, ассоциировали принятые решения с личной волей премьера.

Безусловно, СМИ сыграли не последнюю роль в персонификации политического поля Великобритании. Телевидение являлось первой предпосылкой развития медиатизированого общества, в котором визуальные образы стали важнее смысла. Такая реальность была принята политтехнологами. Простая и привлекательная информация, которая с помощью пресс-офиса ретранслировалась в СМИ, стала частью долгосрочной стратегии продвижения образа Тони Блэра.

Библиография 1. Foley, Michael "The British Presidency", Manchester University Press, 2. Jones. N. The sultans of spin: The media and the new Labour government. London: Orion, 1999.

3. Jones, N. Soundbites and spin doctors. London: Cassell, 1995.

4. Gаffnеy, John "Imаginеd Rеlаtionships: Politicаl Lеаdеrship in Contеmporаry Dеmocrаciеs" Pаrliаmеntаry Аffаirs. (2001) Vol. 54 No. 1, 120 – 5. Hеffеrnаn, R "Primе ministеriаl prеdominаncе? Corе еxеcutivе politics in thе UK" British Journаl of Politics аnd Intеrnаtionаl Rеlаtions (2003), Vol. 5, 347 – 6. Heffernan, R. and Stanyer, J. ‘The Enhancement of Leadership Power: The Labour Party and the Impact of Political Communications’, in Pattie, C. et al. (eds) British Parties and Elections Review Volume 7., 1997.

7. Kavanagh, D., Richards, D., Departmentalism and joined up government. Parliamentary Affairs 54, 1e18, 2001.

8. King, Anthony "Conclusions and implications", in Anthony King (ed) "Leaders' personalities and the Outcomes of Democratic Elections" (Oxford: Oxford University Press), 2002.

9. Lаngеr, Аnа Inеs "А Historicаl Еxplorаtion of thе Pеrsonаlisаtion of Politics in thе Print Mеdiа: Thе British Primе Ministеrs (1945 – 1999)" Pаrliаmеntаry Аffаirs (2007) Vol. 60 No. 3, 371 – 387.

10. Meyrowitz J. No sense of place: The impact of electronic media on social behavior. New York: Oxford University Press, 1985.

11. The "Ministerial Code", HL Deb 28 October 1997 vol cc1025-46.

12. Mughan A. On the Conditionality of Leader Effects. London:

Macmillian, 2000.

13. Mumford, Michаеl D. еt аl "Lеаdеrship Skills for а Chаnging World: Solving Complеx Sociаl Problеms" Lеаdеrship Quаrtеrly (2000), Vol.

11, 11-35.

14. Panebianco, Angelo, Political Parties: Organization and Power. Cambridge, Melbourne and New York: Cambridge University Press, 1988.

15. Pееlе, Gilliаn "Lеаdеrship аnd Politics: А Cаsе for а Closеr Rеlаtionship?", Lеаdеrship (2005), Vol. 1 (2), 184 – 204.

16. Rawnsley, Andrew, Servants of the People: The Inside Story of New Labour, London: Penguin Books, 2000.

17. Sеymour-Urе, Colin "Thе Mеdiа in Postwаr British Politics", Oxford Univеrsity Prеss, 1993.

18. Scammell, M. Designer politics: How elections are won.

London: Macmillan, 1995.

19. Shaw, E. The Labour party since 1979: Crisis and transformation. London: Routledge, 1994.

20. Swanson, D. and Manchini, P. Politics, media and modern democracy. Westport: Praeger, 1996.

21. Toynbee, P, Walker, D. Did Things Get Better? An Audit of Labour’s Successes and Failures, Penguin Books, London, 2001.

22. Webb, P. The modern British party system. London & Thousand Oaks, CA: Sage, 2000.

Е.В. Куликова, аспирант кафедры интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Новые медиа как новые возможности для политических кампаний Работа выполнена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно педагогические кадры инновационной России» на 2009 – 2013 годы Данная работа посвящена технологиям информационного сопровождения политических кампаний. В статье обсуждается появление и возможность использования новых способов коммуникации. В работе проводится краткий обзор новых средств распространения и получения информации, их использование с целью воздействия на аудиторию, в частности, во время проведения политических кампаний.

Ключевые слова: информационное сопровождение, конвергентные СМИ, политические кампании, краудсорсинг, гражданская журналистика.

The work is devoted to media coverage technologies of political campaigns. It is discussed in the article the emergence and the opportunity of using new ways of communication.. This work gives a brief review of new means of getting and distribution of information, their application with the aim of influencing the audience, particularly during political campaigns.

Key words: media coverage, convergent mass media, political campaigns, crowd sourcing, civil journalism.

На сегодняшний день, пожалуй, самой актуальной темой для дискуссий является наличие демократии в стране и связанной с ней свободой СМИ. О наличие последней принято судить по тому, как то, или иное политическое событие освещается каналами массовой коммуникации, и какое информационное сопровождение оно получает. Во многом успешность политических событий, в частности избирательных кампаний, зависит от информационного сопровождения. И как следствие, выбор аудитории, восприятие происходящего в определенной степени формируется посредством СМИ.

Сами избирательные системы, безусловно, нуждаются в усовершенствовании, но их значимость в любом случае остается неизменной. Однако способы и технологии их проведения и информационного сопровождения существенно видоизменились с годами.

В последнее время особую значимость приобретает использование конвергентных СМИ. С развитием Интернета и появлением новых высокотехнологичных устройств и средств коммуникации становится необходимым выходить за рамки традиционных каналов связи (таких как телевидение, радио, пресса).

По данным Pingdom в прошлом году численность веб-аудитории достигла 2,1 млрд человек, то есть выход в Сеть есть у 30% населения Земли. А в России число Интернет-пользователей в 2011 году выросло на 5,4% - до 70 миллионов человек. Такие данные привел журналистам глава Минкомсвязи РФ Игорь Щеголев. Интернет представляет собой уникальное пространство, в котором становится возможным объединение текстовых, визуальных и аудиовизуальных элементов. Появляются новые СМИ, главное отличие которых интерактивность. Потребитель информации, размещаемой в Интернете с помощью конвергентных медиа, становится не только ее получателем, но и соавтором. Разнообразие современных каналов коммуникации, таких как социальные сети, блоги, микроблоги, вики-ресурсы и прочие, направлены на получение отклика от потребителя информации. Более того, пользователь сети может самостоятельно ее размещать и комментировать интересующий его вопрос. Таким образом, уже 2 миллиарда человек самим фактом подключения к Интернету получили равное право авторства. Свобода слова как никогда реализуется в сетевом пространстве, в особенности в блогосфере.

По-мнению Мирошниченко А., всеобщая мгновенная связь, прямое участие частных суждений в выработке общественного мнения кардинально меняют роль былого посредника – роль СМИ. Одно из главных следствий «коллективного медийного самообслуживания»


заключается в повышении роли медийных технологий, и снижении роли СМИ, как общественного института. «Коллективное медийное самообслуживание» становится причиной возникновения «партизанской»

журналистики, которая в состоянии выполнить любые функции, принадлежащие ранее СМИ [Мирошниченко, 2011]. При этом вирусный редактор разрабатывает тему по стандартам социальной значимости.

Вирусный редактор в данном случае следует понимать как некую группу людей, преимущественно состоящих из экспертов обсуждаемой области, придающих сообщению значимость и важность. Однако вследствие такого избирательного подхода к выявлению интересных новостных сообщений общая картина мира сужается, в то время как традиционные СМИ составляют шаблонную композицию новостей, охватывая различные сферы жизни, такие как политика, экономика, спорт, наука и т.д. Вопрос заключается в том, является ли это достоинством или недостатком традиционных каналов связи и современных технологий коммуникации.

Одно становится очевидным, важная новость обязательно станет известной широкой аудитории. При этом, сам пользователь, используя современные каналы коммуникации, такие как блоги, социальные сети, не затратит усилий на ее поиск. Тогда возникает другой вопрос, связанный с уникальностью и ценностью информационного сообщения.

Мирошниченко А. считает, что обязательная доставка сообщений приводит к снижению значимости информации как таковой. Перестав быть дефицитом, она перестает быть ценностью. Избыток информации и простота ее распространения приводят к тому, что ценностью становится вовсе не получение информации, а ее доведение до адресата заинтересованными лицами. В результате, меняется экономическая модель работы с информацией. Оплата за информацию в скором времени будет производиться распространителем, а не получателем. Традиционные СМИ стремятся, в свою очередь, к расширению ассортимента услуг. Намечается тенденция продажи рекламодателю не только части площади или эфира, но и части контента. Тематические вкладки ведущих деловых изданий зачастую создаются не под читательский запрос, а под тематическую рекламу. Во всех этих действиях прослеживается скрытая попытка организовать «информационное сопровождение» плательщика – рекламодателя. СМИ, следующие по этому пути, становятся маркетинговым агентством корпораций или отделом пропаганды политических структур. Придавая заказному контенту социальную значимость, происходит внедрение сообщений пропагандистского или маркетингового характера. Профессиональная симуляция значимости в заказных статьях преобразуется, таким образом, в высокотехнологичный бизнес.

Ослабление популярности традиционных СМИ в пользу конвергентных медиа в Интернете отчасти обуславливает принятый в октябре 2011 года закон, расширяющий перечень источников для официального опубликования правовых актов. Согласно этому закону, одобренному Госдумой, официальным опубликованием правовых актов предлагается считать также первое размещение полного текста на официальном интернет-портале правовой информации (www.pravo.gov.ru).

До настоящего времени официальным публикатором законов были «Парламентская газета» и «Российская газета». Данное решение о «расширении перечня источников для официального опубликования правовых актов» ставит под вопрос уникальность и значимость этих изданий. Описанное событие лишний раз указывает на тот факт, что традиционные СМИ утрачивают свою монополию как на распространение общественной информации и рекламы, так и на официальное опубликование нормативных документов.

Эти обстоятельства доказывают, что для эффективного информационного сопровождения того или иного события нельзя ограничиваться использованием только традиционных СМИ. Необходимо также применять конвергентные медиа в Интернете. Но для того, чтобы найти им верное применение, важно понимать, какие возможности предлагает современное медийное пространство в Интернете.

Бегтин И., эксперт по открытым данным и директор «Лаборатории интеллектуального анализа данных», предлагает выделить четыре формирующихся направления в Интернет пространстве:

гражданская журналистика;

журналистика данных;

краудсорсинг;

интерактивные сервисы [Бегтин, 2011].

Говоря о гражданской журналистике, имеется в виду, прежде всего, сотрудничество с людьми, не являющимися профессиональными журналистами. Такой вид сотрудничества подразумевает ведение блогов на сайте издания независимыми авторами или написание ими заметок, размещение видео и фото по определенной тематике. Это является взаимовыгодным видом партнерства, как для издания, так и для автора блога. Последний получает определенную долю узнаваемости и популярности, в то время, как издание получает в свое распоряжение «гражданского журналиста» в любой точке мира и дополнительную информацию для формирования своего контента. Такой вид деятельности уже практикуют NY Times, The Economist, Wired, The New Yorker, BBC, Financial Times.

Под журналистикой данных подразумевается анализ и обработка открытых данных, имеющихся в свободном доступе в Интернете, а также преобразование этих данных в графики, диаграммы, карты. В качестве примера такого подхода Бегтин приводит блог данных, созданный британским изданием Guardian.

Что касается краудсорсинга, то в его основе лежит добровольное участие без гарантированного вознаграждения. Это целенаправленная проработка поставленных вопросов с широким кругом пользователей. По своей сути краудсорсинг представляет собой не что иное, как давно известный метод генерирования идей «мозговой штурм». Однако распространение этой практики в Интернете преобразовало и видоизменило данный метод. Одним из самых ярких и успешных примеров применения краудсорсинга является Википедия, статьи которой формируются волонтерами со всего мира. Краудсорсинг зачастую используется в некоммерческих целях. По данным новостного портала Лента.ру, библиотека Конгресса однажды попросила пользователей фотосервиса Flickr опознать людей на фотографиях, которых самостоятельно сотрудники библиотеки идентифицировать не смогли.

Проблема была решена за считанные дни. Журналисты также демонстрируют интерес к краудсорсингу, обращаясь к своим читателям с целью повышения качества информации. В этом случае краудсорсинг граничит с гражданской журналистикой, о которой шла речь выше. Нельзя не упомянуть о недостатках краудсорсинга. В первую очередь, это так называемый «шум», создаваемый пользователями, недостаточная мотивация участников и, вследствие этого, снижение качества конечного информационного продукта. Интересно заметить, что перечисленные несовершенства стали причиной появления новых технологий краудсорсинга. Примером одной из таких технологий можно считать синтеллектуальный краудсорсинг, созданный российской компанией Witology, которая заключается в объединении участников на основе их интеллектуального уровня. Именно такой вид краудсорсинга недавно решил использовать Сбербанк для формирования стратегии собственного развития. По мнению Славина Б., элементы краудсорсинга использует и государство, когда призывает всю информацию о деятельности ведомств выкладывать в Интернет» и повышать тем самым «информационную прозрачность общества». Краудсорсинг находит свое применение и в политических кампаниях. Так, в своей статье «Демократия и качество государства», опубликованной газетой «Коммерсантъ» 6 февраля года, Путин В.В. предложил узаконить рассмотрение в парламенте общественных инициатив, которые соберут 100 тысяч и более подписей в интернете. Также он заявил, что надо развивать интернет-демократию, чтобы граждане на городском, муниципальном уровне могли голосовать, выносить на местные референдумы или интернет-опросы свои проблемы.

Для построения системы "обратной связи" Владимир Путин выдвинул предложение о предоставлении гражданам возможности заранее «тестировать» все государственные документы, «улучшить язык правотворчества» с целью сделать его если не благозвучным, то хотя бы понятным для адресатов норм.

Говоря об интерактивных сервисах, нужно подчеркнуть, что они позволяют использовать идеи Edutainment и создавать другие интересные и полезные для аудитории инструменты - например, онлайн-калькуляторы налогов, инфляции и т.п. Это является необходимым приемом дальнейшего вовлечения аудитории в использование опубликованных материалов.

Нельзя не упомянуть о такой новой технологии как платформа Ушахиди. Именно на ее основе стало возможным возникновение краудсорсинга. Интернет- платформа Ушахиди была разработана в Кении для оказания оперативной помощи людям в чрезвычайных ситуациях и широко применялась во время землетрясений на Гаити и в Чили, и пожаров в России. В Кыргызстане же она стала эффективным интернет ресурсом для онлайн мониторинга выборов.

Одним из первых сайтов, в основу которого легла платформа Ушахиди, стал map.inkg.info. Система Ушахиди дает возможность собирать сообщения из разных источников (блоги, социальные сети, традиционные СМИ) и наносить их на карту, а также классифицировать.

Основная задача такой системы обеспечить гражданина возможностью оперативно контактировать с властью, правозащитниками, общественностью и СМИ. Проект map.inkg.info был разработан для мониторинга ситуации с выборами. Таким образом, система была впервые использована для информационного сопровождения политического события.

Вслед за map.inkg.info был создан портал Ушахиди.рф с целью обработки сообщения о нарушениях на выборах различного уровня, а также оперативного получения результатов подсчёта голосов с избирательных участков. На карте географически отображается каждое сообщение. На сайте представлено несколько категорий: результаты, нарушения, акции, что классифицирует поступающую информацию и упрощает анализ данных. Более того, это позволяет впоследствии сравнить полученные результаты портала с официальными результатами и в случае несовпадения оспорить результаты выборов. По мнению самих разработчиков портала, система Ушахиди рассчитана на широкий круг граждан, заинтересованных в проведении честных выборов. Особенно она должна стать полезной для наблюдателей и общественных организаций, осуществляющих контроль за выборами.

Однако и в этом случае могут возникнуть определенные трудности. Например, открытые каналы для сбора информации могут быть использованы для дезинформации той или иной стороной. По данным сайта радиостанции Эхо Москвы, в Судане, сайты, которые использовали платформу Ушахиди для мониторинга выборов, несколько раз подвергались блокированию со стороны властей. Во время иракских выборов, Ушахиди применялась только среди закрытой сети информаторов международных организаций, с целью исключения поступлений недостоверных сообщений.

Таким образом, практика использования Ушахиди продемонстрировала, что эффективность решений, предлагаемых социальными медиа и новыми информационными технологиями, в особенности в политическом пространстве, напрямую зависит от контекста, оценки их роли и разработки адекватной стратегии для их применения. Не смотря на возникающие трудности и проблемы в применении новых технологий, существует очевидная необходимость использования современных технологий в информационном сопровождении событий, в том числе, политических кампаний.

Вовлечение в политические процессы большего числа граждан при помощи описанных средств связи и каналов коммуникации будет способствовать формированию гражданского общества совершенно нового образца. Жители страны получат возможность не только наблюдать за политическими кампаниями, но и принимать в них непосредственное участие, внося свой вклад с помощью новых медиа. Несомненно, такая гражданская активность может привести к избытку недостоверной информации и противоречивых мнений в пространстве интернета. Вместе с тем, это подтолкнет интернет пользователей к совершенствованию своих аналитических способностей, выработке собственного мнения и позиции в отношении происходящих политических событий. Государство, в свою очередь, получает возможность повысить свою прозрачность и продемонстрировать открытость проводимой политики. Как сказал политический эксперт из Университета Джорджтауна Клайд Вилкокс:

«Предоставление информации о проблеме не является ее решением. Это дорога к завоеванию доверия. Но простые разговоры ничего не значат, пока не подкрепляются действиями». Поэтому нельзя игнорировать тот факт, что современные технологии также открывают много возможностей для манипулирования сознанием людей и формирования необходимого общественного мнения.

Библиография 1. Балынская Н.Р. Особенности функционирования СМИ в политическом процессе современной России http://journ.usu.ru/index.php/component/content/article/ 2. Банцекин О. Что такое краудсорсинг.

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-50018/ 3. Бегтин И. Не пора ли заняться оценкой качества гражданских проектов? http://ivan.begtin.name/2011/10/13/itrighttimetoratethemall/ 4. Вартанова Е.Л. Новые медиа как фактор модернизации СМИ http://emag.iis.ru/arc/infosoc/emag.nsf/BPA/9f381b9f3747cc63c3257576003a8c 8c 5. Качкаева А.Г. Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в конвергентные,- М., 6. Мирошниченко А. Адаптемы медиа. Закат отрасли, расцвет навыка http://slon.ru/story/novye_media/ 7. Сакоян А. Новые медиа.

http://www.polit.ru/article/2011/08/05/new_media/ 8. Славин Б. Краудсорсинг. Сила и слабость толпы http://i business.ru/blogs/ 9. Rosenthal Е. I Disclose... Nothing http://www.nytimes.com/2012/01/22/sunday-review/hard-truths-about disclosure.html?_r=3&pagewanted=1&hp.

10. Porter L, Sweetser K. & Chung D. The blogosphere and public relations. Investigating practioner’s role and blog use. Journal of Communication Management, 13(3), 250-267, 2009.

11. Fiordo R. (Eds.) Handbook of research on social ineraction technologies and collaboration software: concepts and trends (pp.473-485).

Hershey, PA: IGI Publishing.

12. Waters R.D., Tindall N.T.J & Morton T.S. Media catching and the journalist-public relations practitioner relationship: How social media are changing the practice of media relations, Journal of Public Relations Research, 22 (3), 241 – 264, 2009.

Источники http://rapsinews.ru/legislation_news/20111004/256012028.html http://lenta.ru/articles/2011/10/31/crowdsourcing/ http://www.kommersant.ru/doc/ http://ушахиди.рф/page/index/ http://www.echo.msk.ru/blog/globalvoices/680541-echo/ http://royal.pingdom.com/2012/01/17/internet-2011-in-numbers/ http://map.inkg.info http://minsvyaz.ru/ru/news/index.php?id_4= Е.Е. Данилова, старший научный сотрудник Лаборатории исследований в области бизнес-коммуникаций НИУ ВШЭ Использование сбалансированной системы показателей для оценки эффективности маркетинговых коммуникаций Работа выполнена в рамках реализации ФЦП «Научные и научно педагогические кадры инновационной России» на 2009 – 2013 годы По мере развития рыночных отношений в России, роста конкуренции и усиливающихся процессов глобализации перед теоретиками и практиками маркетинговых коммуникаций встают все новые вопросы и проблемы, требующие решения. Сегодня маркетинг как теоретическое направление представляет собой многогранную и сложную совокупность различных дисциплин, включающих в себя наработки в сфере психологии, социологии, рекламы, PR. Следовательно, от специалиста-практика в сфере маркетинговых коммуникаций требуется как понимание законов индивидуальной и массовой психологии, принципов формирования общественного мнения, специфики каналов коммуникации, так и умение успешно применять эти знания на практике.

Однако в условиях глобальных кризисов и нестабильных финансовых рынков перед топ-менеджерами особую остроту приобретает вопрос эффективности маркетинговых коммуникаций. Вслед за Ф.Котлером, который определил маркетинг как «вид человеческой деятельности, направленной на удовлетворение нужд и потребностей посредством обмена» [Котлер, 2007, с.21], под эффективностью маркетинговых коммуникаций следует понимать удовлетворенность потребностей покупателей продуктом или услугой. Другими словами, мы имеем дело с психологическим аспектом эффективности маркетинговых коммуникаций. При этом удовлетворенность покупателя выражается не только в его желании приобрести продукт или услугу, но и в самом акте такого приобретения, следствием которого является рост продаж. То есть под вторым аспектом эффективности маркетинга мы можем понимать финансовую составляющую.

Для измерения эффективности маркетинговых коммуникаций в разрезе психологической удовлетворенности маркетолог может использовать массу инструментов, среди которых ведущее место занимают социологические опросы потребителей и проведение фокус-групп. Но уже само проведение таких опросов – отдельная строчка расходов в бюджете кампании. Более того, подобные опросы для выяснения эффективности маркетинговой кампании проводятся после ее завершения и отражают результаты постфактум, тогда как сегодня гарантии эффективности нередко требуются на этапе проведения тендера (если мы говорим о клиенте-заказчике) либо на этапе расчета маркетинговых инвестиций (если мы говорим о разработке маркетинговой стратегии внутри компании).

Менее затратными для определения эффективности кампании являются web-инструменты, которые при минимальных издержках позволяют отслеживать количество откликов на баннерную рекламу, количество посещений сайта продукта, время, проведенное на странице рекламируемого продукта и так далее. Теоретически, полученные таким образом показатели могут быть спроецированы на всю маркетинговую кампанию в целом. Однако подобная экстраполяция содержит в себе ряд допущений, искажающих конечные результаты и заставляющих сомневаться в их достоверности.

В условиях обострения конкуренции и снижающейся покупательской активности на мировых рынках основной задачей для маркетологов становится выбор наиболее корректной методики, позволяющей с максимальной достоверностью оценить психологическую эффективность маркетинговых коммуникаций и оправданность финансовых затрат на проведение кампаний и исследования мнений потребителя. Доверие к рекламе падает, а вместе с ней падает уверенность в необходимости финансовых вложений в рекламу. Притчей во языцех стала фраза, которую приписывают президенту компании Chrysler Ли Якокке: «Половина тех денег, которые я трачу на рекламу, уходит впустую. Но какая именно половина?». Его интуитивные ощущения подтвердили в 2003 г. исследователи Американской ассоциации маркетинга, которые проанализировали рекламу 25 самых популярных товаров. Согласно результатам исследования, на 1 доллар, затраченный на рекламу на радио, продавцы получали всего 49 центов прироста оборота, в журналах – 58 центов. То есть отдача от рекламы составляла всего лишь половину вложенных в нее средств – именно ту половину, о которой и говорил Ли Якокка27.

Недоверие к рекламе со стороны потребителей и сомнения в ее эффективности со стороны компаний подтолкнули к развитию PR как одного из мощных инструментов маркетинговой политики, а некоторые радикальные апологеты PR и вовсе провозгласили конец эры рекламы [Райс Э., Райс Л, 2004]. Такие категоричные утверждения выглядят, впрочем, безосновательными, - реклама никуда не исчезла, а стала рассматриваться в комплексе с PR и другими методами продвижения как инструмент более широкой дисциплины – маркетинга и маркетинговых коммуникаций.

Мы оставим за рамками рассмотрения статьи специфические стратегии некоторых международных компаний, при которых рекламные площади закупаются в больших объемах с целью вытеснения конкурентов из рекламно-информационного поля.



Pages:     | 1 || 3 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.