авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ЕДШ F. СТВ ИКИ нлуч кого СОЦИАЛИЗМА /7од общей редакцией ...»

-- [ Страница 3 ] --

их же пред­ сказания дают возможность плавать по самым обширным морям. Вы близко знакомы с не­ которыми предсказаниями, химиков. Химик говорит вам, что из такого-то камня вы мо­ жете получить известь, а из такого-то не можете, что таким-то количеством золы та­ кого-то дерева вы выбелите ваше белье так же хорошо, как гораздо большим количеством золы какого-либо иного дерева, что такое-то вещество, если смешать его с другим, даст продукт, который будет иметь такой-то вид и такие-то свойства.

Физиолог занимается явлениями, происхо­ дящими в организованных телах;

в случае, например, вашей болезни, он говорит вам:

сегодня вы испытываете то-то, ну, значит, завтра вы будете в таком-то состоянии.

Не подумайте, что я хочу убедить вас в том, что ученые могут предвидеть все;

конеч­ но, нет! всего они предвидеть не могут;

я даже думаю, что они могут предсказывать очень немногое, но, как и я, вы убеждены в том, что ученые, каждый в своей области, могут предвидеть больше других;

это вполне правильно, ибо репутацию у ч е н ы х они приобретают благодаря тому, что их е д с к а з а н и я о п р а в д ы в а ю т с я. Так по крайней мере происходит теперь, но так не было всегда. Это обстоятельство требует, что­ бы мы оглянулись на развитие человеческого 128 Письма женевского обигателя разума, однако я не совсем уверен в том, что, несмотря на все мои старания выражаться ясно, вы поймете меня сразу, при первом чте­ нии, но, подумав немного, вы с этим справитесь.

Первые явления, которые человек последо­ вательно наблюдал, были астрономические;

есть основательные причины того, что чело­ век начал именно с них: они очень просты.

В начале своих астрономических работ чело­ век с м е ш и в а л явления, которые он н а б л ю д а л, с теми, которые он в о о б р а ж а л, и из этой бессмыслицы он строил возможно лучшие комбинации, чтобы удовлетворить все требования предсказаний;

он постепенно осво­ бождался от фактов, созданных его воображе­ нием, и после м«огих трудов в конце концов вступил на путь усовершествования этой нау­ ки. Астрономы приняли лишь то, что было удостоверено наблюдением;

они останови­ лись на с и с т е м е, которая наилучшим обра­ зом связывала эти явления между собой, и с тех пор они уже избавили свою науку от лож­ ных шагов. Если создается н о в а я с и с е м а, то прежде чем принять ее, они прове­ ряют, лучше ли она с в я з ы в а е т между со­ бой явления, нежели принятая ими прежде.

Если обнаруживается новый факт, они по­ средством н а б л ю д е н и я проверяют, суще­ ствует ли он в действительности.

В ту эпоху, о которой я говорю, самую до­ стопамятную в истории успехов человеческого ума, астрономы удалили из своей среды астро Письма женевского обитателя логов. Я должен сделать еще и другое заме­ чание: начиная с этого времени, астрономы стали скромными, хорошими людьми;

они уже не стремились казаться знающими то, чего они не знали, а вы, со своей стороны, пере­ стали надоедать им своими нелепыми требо­ ваниями читать по звездам вашу судьбу.

Так как химические явления более сложны, чем астрономические, то человек стал зани­ маться ими много позднее. При изучении хи­ мии он впадал в такие же ошибки, какие делал, изучая астрономию, но и химики в кон­ це концов избавились от алхимиков.

Физиология находится еще в том плохом положении, через которое уже прошли астро­ номические и химические знания. Физиоло­ гам надо удалить из своей среды ф и л о с о ­ фов, м о р а л и с т о в и м е т а ф и з и к о в, как астрономы изгнали а с т р о л о г о в, а хи­ мики а л х и м и к о в. * * Я не хочу сказать этим, что философы, мора­ листы и метафизики не оказали услуг физиологии:

хорошо известно, что астрологи были полезны астро­ номии, а алхимики сделали большую часть химиче­ ских открытий, и, однако, все полагают, что астро­ номы, отделавшись от астрологов, а химики — от ал­ химиков, поступили очень хорошо.

Остается разъяснить еще одну мысль: главные занятия философов, моралистов и метафизиков заклю­ чаются в изучении отношений, существующих между так называемыми физическими и моральными явле­ ниями. Когда они успевают в этом направлении, их работы должны быть названы физиологическими;

но они пытаются также связать общей системой все за 9 Сен-Симон, т. 130 Письма женевского обитателя Друзья мои, мы представляем собой орга­ низованные тела;

свой план я составил, рас­ сматривая наши общественные отношения как явления физиологические, и я докажу вам его правильность при помощи соображений, почерпнутых в той системе, которой я поль­ зуюсь для установления связи между физио­ логическими явлениями.

Длинным рядом наблюдений удостоверен тот факт, что каждый человек испытывает в большей или меньшей степени желание гос­ подствовать над всеми остальными людьми. * Ясно, что всякий неизолированный человек в своем общении с другими является и активным и пассивным в смысле преобладания, и я предлагаю вам воспользоваться тем неболь­ шим преобладанием над богатыми людьми, которым вы располагаете.

меченные явления. Для меня ясно, что это будет невозможно до тех пор, пока физиология не примет того метода, о котором я подробно говорил по по­ воду астрономии.

Прибавлю к этому, что математика заключает в себе все ма1ериалы для построения общей системы, и если невозможно приложить вычисления к явле­ ниям, которых нельзя привести к простейшему виду, то я не думаю, чтобы на этом основании мы должны были отказаться от надежды связать соответствую­ щими обобщениями идею всемирного тяготения с идеями, служащими основой для теорий в различных отраслях физики.

* Два пути могут дать человеку преобладание:

один из них объединяет частные и общие интересы.

Моя цель украсить этот путь и усеять шипами другой.

Письма женевского обитателя Но прежде чем итти дальше, я должен рассмотреть с вами одно очень огорчающее вас обстоятельство. Вы говорите: нас б о л ь ш е, ч е м с о б с т в е н н и к о в, в де­ с я т ь, в д в а д ц а т ь, в о с т о р а з, и, о д ­ нако, они и м е ю т над нами гора­ з д о б о л ь ш е в л а с т и, ч е м мы н а д н и м и. Я понимаю, друзья мои, что вас это очень раздражает, но заметьте, что собствен­ ники, хотя их гораздо меньше числом, об­ ладают большим просвещением, чем вы, и что для общего блага господство должно рас­ пределяться соответственно просвещению.

Посмотрите, что произошло во Франции, когда ваши товарищи господствовали там:

они вызвали голод.

Возвратимся к плану, который я предла­ гаю. Приняв его и помогая его выполнению, вы постоянно будете давать в руки двадцати одного наиболее просвещенного человека два великих средства господства: уважение и деньги. По тысяче разных причин это пове­ дет за собой быстрые успехи науки. Извест­ но, что с каждым шагом вперед изучение наук становится легче;

таким образом, те, кто подобно вам может посвящать лишь ма­ ло времени своему образованию, получат возможность больше узнать, а сделавшись более образованными, уменьшат в известной доле преобладание над ними богатых. И вы, друзья мои, скоро увидите прекрасные ре­ зультаты;

но я не хочу тратить время на бе­ седу о том, что находится на пути, вступить 9* 132 Письма женевского обитателя на который вы еще не решили. Потолкуем о том, что в настоящее время существует перед вашими глазами.

Вы воздаете уважение, т. е. добровольно да­ ете долю господства над вами тем людям, дея­ тельность которых вы считаете для себя полез­ ной. Ошибка, разделяемая вами со всеми дру­ гими людьми, состоит в том, что вы не прово­ дите достаточно четкой раздельной линии меж­ ду вещами временно полезными и вещами, об­ ладающими длительной полезностью, между вещами местными и общими, между теми, которые доставляют выгоду одной части че­ ловечества за счет всего остального, и теми, которые увеличивают счастье всего человече­ ства. Вы, наконец, еще не убедились в том, что для всех людей существует лишь один общий интерес — прогресс науки.

Если мэр вашей деревни доставляет вам какие-нибудь преимущества перед соседними, вы восхищаетесь им, вы его уважаете;

таким же образом и жители города обнаруживают желание пользоваться превосходством над окрестными городами;

провинции сопернича­ ют между собой, а между нациями происхо­ дит по этому поводу борьба за свои интере­ сы, называемая ими войной. * Какая до * Моралисты противоречат самим себе, осуждая эгоизм и одобряя патриотизм, ибо патриотизм есть не что иное, как национальный эгоизм;

он застав­ ляет нации совершать по отношению друг к другу те же несправедливости, какие отдельные люди де­ лают из личного эгоизма.

Письма женевского обитателя ля усилии, сделанных всеми этими частя­ ми человечества, имела н е п о с р е д с т в е н ­ н о й целью общее благо? Поистине она очень мала, и это неудивительно, потому что человечество не приняло никаких мер к тому, чтобы к о л л е к т и в н о награждать тех, кто преуспевает в работе на общую пользу. Что­ бы по возможности объединить в одно це­ лое все силы, действующие в т а к и х р а з ­ л и ч н ы х, часто противоположных направлениях, чтобы свести их, поскольку возможно, к одному направлению для улуч­ шения человеческой судьбы, — для всего этого, я думаю, не найдется лучшего средст­ ва, чем то, которое я предлагаю. Теперь до­ статочно об ученых, поговорим о художниках.

По воскресеньям красноречие имеет для вас свою прелесть;

вам доставляет удоволь­ ствие читать хорошо написанную книгу, ви Мнения по вопросу об эгоизме еще различны, хотя спор этот возник и очень горячо ведется с на­ чала мира. Решение проблемы состоит в том, чтобы открыть путь, общий как для частных, так и для общих интересов.

Сохранение обществ держится на эгоизме;

все усилия сочетать интересы людей являются попытками целесообразными, все же рассуждения моралистов, уклоняющихся от такого сочетания интересов и стре­ мящихся уничтожить эгоизм, представляют собой ряд ошибок, причину которых легко открыть. М о р а ­ л и с т ы ч а с т о п р и н и м а ю т с л о в а з а в е Щ и.

В первом человеческом поколении было больше всего личного эгоизма, так как индивидуумы совсем не с о ч е т а л и своих интересов.

134 Письма женевского обитателя деть прекрасные картины, прекрасные ста­ туи, а также слушать музыку, способную приковать ваше внимание. Нужно много ра­ ботать, чтобы говорить или писать так, что­ бы вас это забавляло, чтобы создать нравя­ щуюся вам картину или статую, чтобы сочи­ нить интересную для вас музыку. Разве не будет вполне справедливо, друзья мои, воз­ наградить художников, наполняющих ваши досуги такими удовольствиями, которые бо­ лее всего способны развить ваш ум, которые совершенствуют самые тонкие оттенки ва­ ших чувствований?

Подписывайтесь все, друзья мои: как ма­ ло вы ни дадите денег при подписке, общая сумма будет значительна, так как вас очень много;

к тому же уважение, которым будут облечены те, кого вы выберете, даст не­ измеримую силу. Вы увидите, как будут рваться богатые люди, чтобы отличиться в науках и искусствах, когда этот путь будет вести к высшим ступеням уважения. Вы много выиграете, если прекратите хотя бы только ссоры, порождаемые среди них без­ дельем и возникающие только из-за того, чтобы знать, какое число из вас будет под их властью;

они всегда вмешивают вас в эти ссоры, и вы всегда при этом остаетесь в ду­ раках.

Если вы примете мой план, то вас затруд­ нит лишь одно — выборы. Я скажу вам, друзья мои, каким образом я сделаю свой выбор. Я спрошу всех известных мне мате Письма женевского обитателя 13Й матиков, кто, по их мнению, три лучших ма­ тематика, и я назову трех математиков, полу­ чивших наибольшее число голосов среди лиц, с которыми я буду советоваться;

то же са­ мое я сделаю с физиками и т. д.

*** Теперь, друг мой, после того как я, разде­ лив человечество на три группы, каждой из них представил соображения, которые, как кажется, должны бы их побудить принять мой проект, я обращусь ко всем моим со­ отечественникам в целом с изложением своих мыслей по поводу французской революции.

Уничтожение привилегий по праву рожде­ ния потребовало усилий, которые разрушили скрепы старой организации, и это не было препятствием к общественному переустрой­ ству;

но обращенный ко всем членам обще­ ства призыв выполнять правительственные функции не принес успеха. Помимо ужас­ ных жестокостей, являвшихся вполне естест­ венным следствием такого применения прин­ ципа равенства, которое вручило власть не­ вежественным людям, оно создало в конце концов форму правления совершенно не при­ годную, так как число правителей, к о т о ­ рые все б ы л и п л а т н ы м и, чтобы дать доступ к управлению людям н е и м у щ и м, настолько увеличилось, что труда управляемых едва хватало на их со 136 Письма женевского обитателя держание, а это вело к результату, совер­ шенно противоположному постоянному жела­ нию неимущих: платить поменьше налогов.

Эта мысль мне кажется правильной. Пер­ вые жизненные потребности наиболее власт­ ны;

неимущие же могут их удовлетворять лишь очень неполно. Физиолог ясно видит, что их настойчивым желанием является уменьшение налогов или, что то же, увеличе­ ние заработной платы.

Я думаю, что всем классам общества будет хорошо при таком устройстве: духовная власть в руках ученых, светская — в руках собственников;

власть же выбирать людей для выполнения обязанностей великих вож­ дей человечества — в руках всего народа;

заработная плата правителям — уважение.

До завтра, друг мой;

я думаю, что на сегодня довольно.

*** Я не знаю, привидение ли это или только сон, но я несомненно испытал определенные ощущения, которые хочу описать вам.

В прошлую ночь я услышал следующие слова :

«Рим откажется от притязания быть глав­ ным городом моей церкви: папа, кардиналы, епископы и священники уж не будут гово­ рить от моего имени;

человек будет крас­ неть за совершенное им нечестие, за то, Письма женевского обитателя J что таким недальновидным людям он пору­ чает представлять меня.

Я запретил Адаму различать добро и зло, а он ослушался меня;

я изгнал его из рая, но его потомству я дал средство утишить мой гнев: оно должно трудиться над своим усовершенствованием в познании добра и зла, и я улучшу его судьбу: придет день, когда я сделаю землю раем.

Все те, кто устанавливал религии, получи­ ли от меня на это власть, но они плохо по­ няли мои указания;

все они думали, что я доверил им мое божественное знание;

их са­ молюбие побудило их провести пограничную линию между добром и злом в мельчайших поступках человека, а между тем все они пренебрегли важнейшей частью своей мис­ сии — основанием такого учреждения, кото­ рое направило бы человеческий ум по кратчай­ шему пути бесконечного приближения к мо­ ей божественной мудрости;

они все забыли предупредить священнослужителей, что я от­ ниму у них власть говорить моим име­ нем» если они не будут более учеными, чем паства, которую они ведут и которую они предоставляют господству светской власти.

Знай, что я посадил Ньютона рядом с со­ бой и что я поручил ему направлять просве­ щение и повелевать жителями всех планет.

Собрание двадцати одного избранника че­ ловечества будет названо советом Ньютона и будет представлять меня на земле;

оно разделит человечество на четыре части, ко 138 Письма женевского обитателя торые будут называться: английской, фран­ цузской, германской, итальянской;

каждая из них будет иметь свой совет, составленный таким же образом, как и главный. Каждый человек, где бы он ни жил, примкнет к од­ ной из этих частей и будет подписываться на организацию главного совета и совета своей части.

Женщины будут допущены к п о д п и с к е и могут быть избран­ ными.

С верующими после смерти будет поступ лено так, как они того заслужили в течение своей жизни.

Члены совета отдельной части могут всту­ пать в исполнение своих обязанностей лишь по утверждении главного совета. Этот со­ вет не будет допускать тех, кого не сочтет на уровне наиболее высоких познаний, прио­ бретенных в той части, для которой они из­ браны.

Жители любой части земного шара, каких бы ни была она размеров и положения, в любое время смогут объявить себя секцией какого-либо отдела и избрать свой отдель­ ный совет Ньютона. Члены этого совета мо­ гут вступать в исполнение своих обязанно­ стей, лишь получив на это разрешение сове­ та всего отдела. При главном совете непре­ рывно будет находиться депутация от каждо­ го из советов отдельных частей, а при сове­ те отдельной части будет состоять равным образом депутация от каждого совета сек Письма женевского обитателя ций. Эти депутации будут состоять из семи членов, по одному от каждого класса.

Во всех этих советах председательствовать будет м а т е м а т и к, получивший наиболь­ шее число голосов.

Все советы будут разделены на две груп­ пы: первая будет состоять из четырех пер­ вых классов, а вторая — из трех последних.

Когда вторая группа будет собираться от­ дельно, то председательствовать будет л и т е ­ р а т о р, получивший больше всего голосов.

Каждый совет построит храм, в котором бу­ дет находиться мавзолей в честь Ньютона.

Этот храм будет разделен на две части: пер­ вая, вмещающая мавзолей, будет украшена всеми средствами, которые изобретут ху­ дожники;

вторая будет построена и украшена так, чтобы внушить людям представление о вечном обиталище тех, кто будет вредить прогрессу наук и искусств.

Первая группа совета будет заведывать в н у т р е н н и м культом мавзолея.

Вторая группа получит заведывание куль­ том в н е ш н и м: он будет организован так, что представит собой величественное и блестящее зрелище. Всем выдающимся услугам, оказан­ ным человечеству, всем действиям, особенно полезным для распространения веры, здесь бу­ дут воздавать почет;

соединенный совет опреде­ лит, в чем должны заключаться самые почести.

Будут установлены отличительные знаки для членов советов и для назначенных ими лиц. Эти отличительные знаки будут явны 140 Письма женевского обитателя ми или скрытыми, по желанию тех, кто име­ ет право их носить.

Всякий верующий, живущий на расстоя­ нии менее одного дня пути от храма, раз в год будет спускаться в мавзолей Ньютона через особый вход;

родители будут прино­ сить туда своих детей возможно скорее по­ сле их рождения. На всякого, кто не испол­ нит этого повеления, верующие будут смот­ реть, как на врага своей религии.

Если Ньютон сочтет, что для выполнения моих намерений необходимо перенести смерт­ ного, спустившегося в его мавзолей, на дру­ гую планету, то он это сделает.

В окрестностях храма будут построены ла­ боратории, мастерские и коллеж;

вся рос­ кошь будет сохранена для храма: лаборато­ рия, мастерские, коллеж, жилища членов совета и помещения для приема депутаций от других советов будут построены и убраны просто.

В библиотеке никогда не будет находиться свыше пятисот томов.

Ежегодно каждый член совета будет на­ значать пять лиц:

1) помощника, присутствующего в совете с правом совещательного голоса в случае от­ сутствия того члена, которым он назначен, 2) министра культа из числа пятисот наи­ более крупных подписчиков для священно­ действия в больших церемониях, 3) лицо, своими трудами принесшее поль­ зу прогрессу наук и искусств, Письма женевского обитателя 4) лицо, сделавшее полезные применения наук и искусств, 5) лицо, которому желательно оказать осо­ бое уважение* Эти назначения будут действительны лишь по утверждении большинством совета;

они будут производиться ежегодно, и назначен­ ные лица будут пользоваться своими права­ ми лишь в течение года;

они могут быть вновь избраны.

Председатель каждого совета будет назна­ чать хранителя священной территории, на которой находится храм с его службами;

ему же будет поручена полиция, он явится так­ же казначеем и будет заведывать расходами, всё под верховным управлением совета. Этот хранитель избирается из ста наиболее круп­ ных подписчиков;

он получит право присут­ ствовать в совете;

его назначение действи­ тельно лишь с утверждения большинства совета.

Главный совет будет иметь особое помеще­ ние в каждой части;

он будет иметь свою резиденцию поочередно в каждой из них в течение одного года.

Основателем этой религии будет человек, облеченный наибольшей властью;

в награду за это он будет иметь право входа во все советы и председательствования в них. Он сохранит это право в течение всей своей жиз­ ни, а после смерти будет погребен в могиле Ньютона.

В с е л ю д и б у д у т р а б о т а т ь ;

они 142 Письма женевского обитателя все будут смотреть на себя, как на работни­ ков, прикрепленных к мастерской, работы ко­ торой имеют целью приблизить человеческий ум к моему божественному провидению. Глав­ ный совет Ньютона будет управлять всеми работами;

он приложит все усилия к тому, чтобы хорошо уяснить следствия закона все­ мирного тяготения;

это единственный закон, которому я подчинил вселенную.

Все советы Ньютона будут соблюдать гра­ ницу, отделяющую духовную власть от свет­ ской.

Как только будут произведены выборы в главный совет и в советы отдельных частей, бич войны покинет Европу, чтобы никогда не возвращаться в нее.

Знай, что езропейцы — дети Авеля;

знай, что Азия и Африка населены потомством Каина;

смотри, как кровожадны африканцы и как ленивы азиаты;

эти порочные люди не продолжали своих первых усилий прибли­ зиться к.моей божественной мудрости.

Европейцы соединят свои силы и освободят C O X братьев греков от владычества турок.

LH Основатель религии будет главным предво­ дителем армий верующих. Эти армии подчи' нят детей Каина религии и по всей земле учредят установления, необходимые для без­ опасности членов советов Ньютона во всех путешествиях, которые они сочтут полезны­ ми для развития человеческого духа... Спи!»

Когда я проснулся, в моей памяти ясно запечатлелось все то, что вы сейчас прочли.

Письма женевского обитателя *** Третье письмо Так говорил со мной бог: разве человек мог бы создать религию, превосходящую все существовавшие раньше? Надо было бы в таком случае предположить, что ни одна из них не была установлена божеством. Смот­ рите, как ясны заповеди в открытой мне ре­ лигии, смотрите, как обеспечено их исполне­ ние. На каждого возложена обязанность по­ стоянно направлять свои силы на пользу че­ ловечеству. Руки бедняка будут попрежнему кормить богатого, но богач получает повеле­ ние работать головой, а если его мозг не­ способен к работе, то он обязан будет рабо­ тать руками, ибо Ньютон, конечно, не оста­ вит на этой планете, одной из ближайших к солнцу, работников, которые по своей прихоти отказываются приносить пользу мастерской.

Служители религии не будут людьми, ко­ торым принадлежит исключительное право избрания вождей человечества;

все верую­ щие будут сами выбирать своих вождей, а качества, по которым будут узнаваться люди, призванные богом представлять их, будут уже не ничтожные добродетели, как цело­ мудрие и воздержание, — это будут таланты, это будет высшая степень таланта.

144 Письма женевского обитателя Я не стану больше распространяться по этому поводу;

всякий верующий в открове­ ние, несомненно, будет убежден, что один бог мог дать человечеству средство заставить каждого его члена следовать заповеди любви к ближнему.

P. S. Я рассчитываю написать вам письмо, где рассмотрю религию как человеческое открытие, как единственный род политиче­ ских учреждений, стремящийся к всеобщей организации человечества. Риск, которому, как я чувствую, я подвергаюсь, приглашая вас поставить правителей на второй план во всеобщем уважении, побуждает меня из пред­ осторожности тотчас же сообщить вам глав­ нейшую идею, которая должна быть включе­ на в работу, возвещаемую вам мною.

Предположите, что вы узнали способ, ко­ торым была в какую-то эпоху распределена материя, и что вы составили план вселенной, обозначив числами количество материи в каждой ее части. Вам станет ясно, что, при­ меняя к этому плану закон всемирного тяго­ тения, вы будете в состоянии предсказать с той точностью, какую только позволит со­ стояние математических знаний, все после­ довательные изменения во вселенной.

Это предположение поставит ваш ум в та­ кое положение, когда все явления предста­ вятся ему в одинаковом виде, ибо, рассмат­ ривая на таком плане вселенной часть про­ странства, занимаемую вашей личностью, вы вовсе не найдете разницы между явлениями, Письма женевского обитателя которые вы называли моральными, и теми, которые вы называли физическими.

Этих указаний достаточно для того, что­ бы моя идея была понята математиками.

Теперь я очень доволен, мои дорогие со­ временники: самая главная часть моей работы достигла надежной гавани, так как я передал ее в ваши руки;

вы имеете теперь план об­ щего преобразования, требующий для своего осуществления лишь легких изменений в приобретенных привычках;

во всех своих ча­ стях он предлагает лишь некоторое видоиз­ менение уже принятых идей. Я указал уче­ ным ту позицию, которую я занял, чтобы осуществить мои предположения;

таким обра­ зом, что бы со мной ни случилось, если то, что я задумал, хорошо, вы можете извлечь из него выгоду. В том случае, если непрео­ долимая сила помешает мне надлежащим об­ разом обработать посредствующие идеи, их без труда установит всякий, для кого кон­ цепция всемирного тяготения есть ясное чув­ ствование и кто будет в курсе физиологиче­ ских наук, включая сюда и наблюдение над прогрессом человеческого ума.

Сен-Симон, T.I ОЧЕРК НАУКИ О Ч Е Л О В Е К Е " ОБЩЕЕ ВСТУПЛЕНИЕ Ознакомившись, поскольку это было для меня возможно, с существующими знаниями, я поставил себе следующий вопрос:

Какой труд был бы наиболее полезным для прогресса науки и для улучшения судь­ бы человеческого рода?

ИЗУЧЕНИЕ ВОПРОСА Все, что было в прошлом, и все, что про изойдет в будущем, образует один ряд, | первые члены которого составляют прошлое, а последние — будущее. Таким образом, изу­ чение пути, пройденного человеческим разу­ мом до настоящего дня, укажет нам, какие полезные шаги остается сделать разуму на путях науки и счастья. Но было бы неудоб­ но вести это исследование с начального мо­ мента;

здесь не место давать читателю всю Очерк науки о человеке историю прогресса человеческого разума. Это противоречило бы естественному порядку вещей;

это значило бы поместить само про­ изведение во вступление, которое должно со­ держать только чрезвычайно краткий обзор произведения. Я поэтому ограничусь здесь исследованием ближайшего к нам отрезка времени. Я не буду восходить дальше X V в.

и, если мне придется говорить об отдален­ ном прошлом, я ограничусь лишь самым бег­ лым обзором его.

В X V в. народное образование было поч­ ти всецело богословское. Начиная с рефор­ мы Лютера и до блестящего века Людо­ вика X I V изучение светских, греческих и латинских, авторов постепенно стало входить в программу народного обра­ зования;

это изучение, беспрерывно расширявшееся за счет богословия, заня­ ло, наконец, исключительное положение, и так называемая священная наука была загна­ на в специальные школы, получившие наиме­ нование семинарий и посещавшиеся только те­ ми, кто посвящал себя духовной деятельно­ сти. В царствование Людовика X V в шко­ лах начали преподавать физические и мате­ матические науки, при Людовике XVI они уже играли важную роль;

наконец, дошло до того, что в настоящее время они являются существенной частью образования. Изучение литературы рассматривается теперь только как предмет удовольствия. Различие в этом отношении между старым порядком вещей и * H8 Очерк науки о человеке новым, между порядком, существовавшим пятьдесят, сорок и даже тридцать лет тому назад, и нынешним очень велико: в эти до­ вольно еще близкие к нам времена, когда хотели знать, получил ли человек отличное образование, спрашивали: хорошо ли он овладел греческими и латинскими автора­ ми? А теперь спрашивают: силен ли он в математике, знаком ли он с новейшими от­ крытиями в физике, химии, естественной ис­ тории, одним словом, сведущ ли он в поло­ жительных науках, в опытных науках?

Припоминая общие, известные всем обра­ зованным людям сведения о пути, которым шел человеческий разум с первых шагов свое­ го развития, размышляя, в частности, о пу­ ти, которым он идет с X V в., мы видим сле­ дующее:

1. Начиная с этой эпохи разум стремится обосновывать все свои суждения на наблю­ денных и исследованных фактах;

на этом по­ ложительном фундаменте он уже преобразо­ вал астрономию, физику, химию, и эти нау­ ки составляют в настоящее время основу народного образования. Отсюда необходимо приходим к заключению, что и физиология, частью которой является наука о человеке, будет изучаться методом, принятым в других физических науках, что она будет введена в народное образование, когда станет наукой позитивной.

2. Частные науки суть элементы общей науки;

общая наука, т. е. философия, должна Очерк науки о человеке была быть гадательной, пока гадательными были частные науки;

она стала наполовину гадательной и позитивной, когда некоторые из частных наук стали позитивными, а дру­ гие оставались еще гадательными;

она станет совершенно позитивной, когда все частные науки станут таковыми. Это будет тогда, когда физиология и психология будут осно­ ваны на наблюденных и исследованных фак­ тах, ибо не существует явления, которое не было бы или астрономическим, или химиче­ ским, или физиологическим, или психологи­ ческим. Можно поэтому представить себе время, когда философия, преподаваемая в школах, будет п о з и т и в н о й.

3. Системы религии, общей политики, мо­ рали, народного образования суть не что иное, как применения системы идей, или, ес­ ли угодно, это одна система мышления, рас­ сматриваемая с различных сторон. Поэтому с построением новой научной системы, оче­ видно, будут преобразованы системы рели­ гии, общей политики, морали, народного об­ разования, а следовательно, реорганизуется и духовенство.

4. Национальные организации суть част ные применения общих идей о социальном порядке, и преобразование общей системы европейской политики повлечет за собой на­ циональные преобразования различных на­ родов, образующих своим политическим объединением это великое сообщество.

150 Очерк науки о человеке В наиболее сжатом виде мысль, которая будет развита в моем труде, может быть вы­ ражена так:

Всю работу человеческого разума до того, как он начал основывать свои суждения на наблюденных и исследованных фактах, нуж­ но рассматоивать как предварительную ра­ боту.

Общая наука не станет позитивной до тех пор, пока все частные науки не будут осно­ ваны на наблюдениях.

Общая политика, включающая религиоз­ ную систему и организацию духовенства, ста­ нет позитивной наукой только тогда, когда Философия во всех своих частях сделается н а у к о й н а б л ю д е н и я, ибо общая поли­ тика есть применение общей науки.

Национальные политические системы необ­ ходимо усовершенствуются, когда будут улучшены установления общей политики. Мы покажем, что наиболее полезный труд, кото­ рый мог бы быть выполнен, заключается в составлении четырех очерков, из которых первый строит науку о человеке на позитив­ ных началах, второй дает позитивные осно­ вы общей философии, третий содержит план реорганизации духовенства и четвертый рас­ сматривает вопрос о реорганизации нацио­ нальных установлений. Для доказательства справедливости этой мысли необходимо под­ робнее исследовать, что произошло с начала X V в.;

этим я сейчас и займусь.

Очерк науки о человеке Чтобы уточнить вопрос, я исследую изме­ нения, которым подверглась ученая корпора­ ция. Я последовательно рассмотрю се орга­ низацию в настоящее время, в X V в. и в наиболее замечательную промежуточную эпоху.

Ученая корпорация делится теперь на две различные части, или, вернее, существуют две ученые корпорации;

труды каждой из них обнимают всю систему наших знаний, однако их занятия существенно различны:

одна имеет целью преподавание наук — это университет, а другая работает в целях по­ полнения научной системы — это Институт. Важно отметить, что духовенство, занимаю­ щееся усовершенствованием и преподаванием с т а р о й научной системы, образует в на­ стоящее время класс, совершенно обособлен­ ный от класса ученых, разрабатывающих н о в у ю научную систему, которою исклю­ чительно занимается молодежь в главных школах.

Подобная организация научной работы глубоко разнится от ее организации в X V в.

и стоит гораздо выше;

в ту эпоху не суще­ ствовало другой ученой корпорации, кроме университета. Тогда, как и теперь, единствен­ ным его занятием было народное образова­ ние, так что в то время ни одна корпорация не посвящала себя усовершенствованию си­ стемы человеческих знаний и пр.

Возвращаюсь к «Очерку», вступлением к которому является настоящее рассуждение.

152 Очерк науки о человеке Мое понимание науки о человеке будет осно­ вано на произведениях Вик-д'Азира, Биша, Кондорсэ и Кабаниса, 17 или, вернее, я поста­ раюсь в этом «Очерке» связать, сочетать, привести в порядок и дополнить идеи, вы­ сказанные этими четырьмя авторами, так, чтобы создать из них одно систематическое целое. Кабанис и Биша, без сомнения, зани­ мались вопросами в высшей степени интерес­ ными, но каждый из них интересовался толь­ ко одним частным вопросом в науке о чело­ веке, и я не счел нужным посвящать какой нибудь отдел этого «Очерка» исследованию их идей, а рассматривал их как дополнения к идеям Вик-д'Аэира.

Этот «Очерк» будет разделен на две ча­ сти: в первой я исследую идеи Вик-д'Азира, а во второй — идеи Кондорсэ. Эти исследо­ вания будут носить совершенно различный характер;

я мало уделю места критике Вик-д'Азира, так как его отдельные идеи вообще кажутся мне весьма справедливыми, и займусь только их согласованием и попол­ нением, чтобы образовать из них, насколько возможно, крупные последовательные ряды.

По отношению к Кондорсэ я поступлю совер­ шенно иначе. Я буду его сильно критико­ вать, потому что все его отдельные идеи меня не удовлетворяют, и я переработаю его произведение, общая идея которого удиви­ тельно справедлива и возвышенна. Тачим образом, в первой части я рассмотрю науку о человеке как и н д и в и д е, а во второй — Очерк науки о человеке науку о нем как р о д е. Я буду говорить и о роде в первой части и об индивиде во вто­ рой, но только попутно. Во всех частях мое­ го труда я займусь установлением последова­ тельных рядов фактов, будучи убежден, что это единственно прочная часть наших зна­ ний...

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Первое наблюдение Если сравнить новорожденного ребенка с новорожденными детенышами других млеко­ питающих, то мы не заметим в нем решитель­ ного умственного превосходства над другими.

Наблюдая, сколько раз окружающие ребен­ ка лица повторяют ему слова п а п а, м а м а, прежде чем он выучивается их произносить и улавливать идеи, которые он должен с ними связывать, убеждаешься, что речь не являет­ ся прямым результатом человеческой органи­ зации.

Второе наблюдение Читая Геродота, Фукидида, глубокомыс­ ленного Тацита и нашего великого современ­ ника Юма, копаясь ь старых хрониках, ана­ лизируя древние предания, мы видим, что народы, поднявшиеся на наивысшую ступень цивилизации, были вначале людоедами;

мы Ь54 Очерк науки о человеке видим, что те народы, которым избытки по­ зволяют удовлетворять все самые изыскан­ ные потребности, вначале в ненастную погоду укрывались в пещерах и ели сырыми и без всякой приправы животных и растения, ко­ торыми они питались;

что народы, отличав­ шиеся наиболее солидным и блестящим ум­ ственным трудом, в самом начале по разви­ тию своей памяти и предусмотрительности лишь весьма мало превосходили даже живот­ ное, наиболее близкое к человеку на лестни­ це организации.

Третье наблюдение За последние пятьдесят лет человеческий разум сделал большой шаг вперед;

он осво­ бодился от старых привычек, много благо­ родных усилий стоило ему, чтобы освободить­ ся от сковывавших его предрассудков;

он за­ метил, что к возвышенной концепции, послу­ жившей основанием для нынешней социаль­ ной организации, примешаны и слились с ней многие ложные идеи, и он принял твер­ дое решение отделить заблуждение от исти­ ны. То, что составляло верование, в продол­ жение восемнадцати веков непоколебимо пе­ редававшееся из поколения в поколение, под­ верглось самой строгой проверке. Не будем терять из виду, что два обстоятельства игра­ ли в этом чрезвычайно важную роль. Одно заключается в том, что первобытные люди имели условные знаки, посредством которых Очерк науки о человеке \ЬЬ они, подобно нам, могли закреплять свои ощущения, сравнивать и сочетать их. Дру­ гое — что они возвысились до великой от­ влеченной идеи о б о г е, или, если угодно, что они постигли доказательство существова­ ния б о г а.

Энтузиазм в искании истины стал в это время истинно-национальным у англичан и у французов. Оба эти народа снаряжали доро­ го стоящие морские экспедиции, имевшие главным образом целью очистить принципы, легшие в основание общественной организа­ ции. Я имею в виду путешествия и откры­ тия, сделанные под руководством предприим­ чивого Бугенвиля,,8 мудрого и отважного Кука, 9 и несчастного Лаперуза. 20 Эти зна­ менитые мореплаватели, одаренные философ­ ским умом, посетили множество различных народностей, которые до тех пор нам были совершенно неизвестны. Благодаря их иссле­ дованиям, наблюдениям и остроумным опы­ там мы вполне ознакомились со всеми по­ средствующими состояниями между наиболее невежественными и наиболее грубыми людь­ ми (какими должны были быть наши отда­ ленные предки) и народами, достигшими наи­ высшей степени цивилизации. Эти сообще­ ния очень ценны, ибо теперь мы можем обо­ сновывать наблюденными фактами то, что без этого мы могли бы подкрепить только догадками и рассуждениями. Мы можем те­ перь при помощи беспрерывного ряда на­ блюденных фактов восходить от первых лю 156 Очерк науки о человеке дей, которые, конечно, были самыми неве­ жественными, до современных европейцев, которые по своей цивилизации и науке бес­ конечно превзошли все предшествовавшие им народы.

Кук повествует о племенах, не признаю­ щих никаких начальников, не имеющих ни­ каких религиозных представлений, не нося­ щих одежды, не имеющих никаких других жилищ, кроме пещер или нор, вырытых в земле, употребляющих пищу в сыром виде и предающихся людоедству вовсе не из мести:

их каннибальский аппетит предпочитает вкус человеческого мяса. Он нам говорит о дру­ гих племенах, несколько выше стоящих на лестнице цивилизации. Они признают на­ чальников, имеют некоторые религиозные идеи (это видно из того, что они поклоняют­ ся идолам), варят свою пищу, покрываются шкурами животных, обитают в построенных жилищах, но язык их столь ограничен, что счисление у них не идет дальше трех. Людо­ едство там существует в значительно мень­ шей степени: оно сводится почти только к последствиям убийства, совершенного из лич­ ной или национальной мести. Наконец, он говорит о народах островов Таити, Сандви­ чевых и Дружбы, имеющих установленное ду­ ховенство, политическую иерархию, разви­ той язык, у которых от людоедства сохрани­ лись почти только человеческие жертвопри­ ношения. Человеческого мяса они почти со­ всем не едят, хотя столь человеколюбивый Очерк науки о человеке Кук послужил пищей туземцам Сандвичевых островов.

Что меня особенно поразило в простодуш­ ных рассказах Кука, это: 1) что ему не уда­ лось внушить племенам первых двух катего­ рий идею единой причины или, если угодно, мысль о существовании бога, что ему, следо­ вательно, невозможно было доказать им, что человек обладает иной природой, чем осталь­ ные животные, а между тем это легко было понято жителями островов Таити, Сандвиче­ вых и Дружбы;

2) что у племен первых двух категорий анатомия не встретила бы ни­ какого препятствия ко вскрытию человече­ ских тел, между тем как это оказалось бы неосуществимым у третьей категории.

Четвертое наблюдение В различные эпохи и в различных стра­ нах случалось, что дети, вследствие каких либо бедствий, оказывались удаленными из общества, предоставленными самим себе и вынужденными собственной изворотливостью удовлетворять все свои потребности, не при­ близившись путем тщательного и длительного воспитания к сокровищнице знаний, приоб­ ретенных трудами всех предшествовавших поколений. Многие из них были приняты обществом после того, как вынесли более или менее продолжительное время полное одиночество. Мы имеем записки о подобных дикарях, между прочим об одном, задержан l,ftf Очерк науки о человеке ном в Швеции, о другом, пойманном в лесах Литвы, о девушке, прожившей долгое время в состоянии совершенного одиночества в ле­ сах Шампани;

перед нами лицо, которого назвали «дикарь из Авейрона». 2l Наблюде­ ния, сделанные над этими одичавшими людь­ ми, доказывают, что человек, предоставлен­ ный самому себе без знакомства с существую­ щими знаниями, в умственном отношении стоит не намного выше животных, ближайших к нему на лестнице существ. Его умственное превосходство вполне соответствует только превосходству его организации. Я думаю, что умственное состояние дикаря из Авейрона во все время его изоляции от общества было чрезвычайно близко к тому, в котором долж­ ны были находиться первые поколения чело­ веческого рода. Он должен был тем не менее несколько превосходить их, так как часть ум­ ственного развития передается путем наслед­ ственности.

История дикаря из Авейрона, начиная с момента, когда он был принят и изъят из своей изоляции, в которой находился с мла­ денчества и к которой, благодаря долгой привычке, был сильно привязан, заслуживает особенного внимания лиц, разрабатывающих науку о человеке и старающихся ускорить ее прогресс. Эта история естественно разделяет­ ся на три периода. Первый обнимает все то, что произошло с момента, когда он был схва­ чен крестьянами, заметившими, что он пое­ дает овощи в их огородах, и до его прибы Очерк науки о человеке 15^ тия в Париж, куда его направило правитель­ ство. Второй — слагается из рассказов абба­ та Сикара, 22 заботам которого правительство его предоставило, о ходе его воспитания. Ряд наблюдений, сделанных над ним врачом приюта для глухонемых, Итаром, 23 состав­ ляет третий период.

П е р в ы й п е р и о д. Крестьяне, схватив­ шие авейронского дикаря, отвели его в бли­ жайший небольшой госпиталь. Медицинские работники этого госпиталя сделали над ним наблюдения, которые, не отличаясь большой глубиной, были очень правильны и весьма точны. Они констатировали его полное неве­ жество в области существующих знаний, его склонность к сырой растительной и живот­ ной пище, его крайнее отвращение к вареной пище, его упорное сопротивление всякой по пытке одеть его, его стремление в лес, его усилия добиться этого, его бегство, затруд­ нения, с которыми была сопряжена его вто­ ричная поимка, и т. д. Ввиду очень толково­ го отчета, который они представили прави­ тельству об этом необыкновенном существе, министр внутренних дел приказал перевезти его в Париж, чтобы предоставить его выдаю­ щимся ученым и обеспечить им полную воз­ можность изучить его.

В т о р о й п е р и о д. Доставленный в Па­ риж авейронский дикарь был доверен попе­ чениям аббата Сикара. Этот аббат, гораздо более просвещенный в области богословия, чем физиологии, гораздо более уверенный в 160 Очерк науки о человеке своих религиозных принципах, чем в принци­ пах физики, глубоко убежденный, что чело­ век нисколько не нуждается в помощи воспи­ тания, чтобы возвыситься до идеи бытия бо­ га, совершенно не занимался наблюдениями над авейронским дикарем, но пользовался им как средством для публичного доказатель­ ства справедливости своих богословско-физио логических идей. Аббат Сикар, находясь в прямом противоречии с истиной, потерпел, конечно, неудачу. Ученик, вследствие свое­ го простодушного невежества в абстрактных вопросах, расстроил все расчеты этого тонко­ го метафизика, который, к своему глубокому сожалению, вынужден был отказаться от сво­ их блестящих надежд. Легко себе предста­ вить те воздушные замки, которые фантасти­ ческое воображение наставника глухонемых построило в связи с авейронским дикарем.

Он рассчитывал, что после достаточной вы­ учки и хорошей дрессировки его можно будет показывать на публичных собраниях. Там он заставил бы его рассказывать трогательные, раздирающие душу анекдоты об опасностях, пережитых им в течение одинокой жизни в недрах лесов, которые вызывали бы слезы у всей аудитории. Он научил бы его проявлять такие высокие душевные порывы к всевыш­ нему, что уверовали бы даже наиболее неве рующие зрители. Так как ничего подобного не могло произойти, то этот первый учитель Виктора (так назвали авейронского дикаря) обтэявил своего ученика слабоумным от рож Очерк науки о человеке дения, прекратил с ним занятия и удалил его в темный угол приюта, рассчитывая предать его полному забвению не только общества, но и ученых.

Т р е т и й п е р и о д. Авейронский дикарь был в жалком состоянии, когда аббат Сикар отказался извлекать из него выгоду;

его так много и так сильно били, что он был весь покрыт ранами;

между прочим одна очень опасная рана была на животе;

она образова­ лась от ударов ногой в живот, причем мно­ гие удары попадали в пряжку кожаного поя­ са, надетого на него с целью помешать ему сбрасывать с себя насильно надетый плащ.

Таково было несчастное положение Виктора, когда он перешел от аббата Сикара в руки врача приюта для глухонемых Итара. Преж­ де всего Итар позаботился залечить раны Виктора. Затем он занялся изучением и вос­ питанием этого молодого человека. Этот фи­ зиолог нашел: 1) что Виктор отнюдь не был слабоумным от рождения, что он не стал таким даже после перенесенных им истязаний, кото­ рые неминуемо должны были бы привести к этому, если бы его орган мысли был от природы слаб;

2) что Виктор не был глухим от рождения и не стал глухим, так что с этой стороны для него не существовало препят­ ствий научиться говорить;

3) доктор Итар равным образом установил, чтэ органы речи этого молодого человека находились в хоро­ шем состоянии, и он довел доказательство этого факта до очевидности, заставив его от 11 Сен-Симон, т. I 62 Очерк иацки о человеке четливо произносить названия многих пище­ вых продуктов, между прочим молока, кото­ рое дикарь очень любил. Наконец, он чрез­ вычайно ясно доказал, что истинные и един­ ственные препятствия, мешающие успехам Виктора, проистекают оттого, что его воспи­ тание началось слишком поздно, что его гортань и мыслительный аппарат, оставаясь долгое время в бездействии, потеряли гиб­ кость, необходимую для сочетания и произ­ ношения условных знаков.

Доктор Итар напечатал отчет о наблюде­ ниях и опытах, сделанных им над авейрон ским дикарем, а также о приемах, к которым он прибегал, чтобы привести в возможно луч­ шее состояние его органы мысли и речи.

Он очень просто, без задних мыслей, гово­ рит о достигнутых им более или менее важ­ ных успехах. Этот отчет был составлен очень ясно и толково, однако, он не произвел над­ лежащего впечатления и не имел успеха. Я долгое время старался найти причину равно­ душия ученых к этому полезному научному произведению. Наконец, я пришел к заклю­ чению, что причиной такого отношения была слишком большая осторожность автора, ко­ торый не обобщил наблюденных им фактов и не объяснил, какую пользу можно из них извлечь для построения физиологии и даже общей системы науки.

Резюме истории авейронского дикаря и фактов, доказанных п р е д ы д у щ и м и н а б л ю д е н и я м и. Че Очерк науки о человеке ловек столь склонен систематизировать, т. е.

координировать возникшие у него идеи с на­ блюденными им фактами, он проникнут столь сильным желанием установить связь между занимающим его предметом и всей совокуп­ ностью вещей, что изолированная идея или факт, как бы интересны они ни были сами по себе, воспринимаются чрезвычайно равно­ душно, если они имеют частный характер и не обобщены. Я поэтому закончу попыткой согласовать факты, наблюденные над авейрон ским дикарем, с фактами, приведенными выше.

До наблюдений, произведенных над авей ронским дикарем, многие просвещенные и очень умные люди не были еще убеждены в необходимости условных знаков для обра­ зования и сочетания сколько-нибудь важных идей, в невозможности возвыситься до пред­ ставления о единой причине без помощи этих знаков;

но после сделанных наблюдений в этом сомневаются только те, кто, будучи проникнуты духом корпорации, как аббат Си кар, заинтересованы в поддержании теологиче­ ских принципов и веры в то, что идея о су­ ществовании бога есть наша врожденная идея.

Наблюдения, сделанные над авейронским дикарем, как нельзя более убедительны, так как над ним сначала производили опыты (оказавшиеся безуспешными), имевшие целью доказать, что идея единой причины не яв­ ляется приобретенной идеей, а затем над ним были проделаны опыты с совершенно проти 11* 164 Очерк науки о человеке воположной целью, а именно, чтобы доказать, что мы не способны образовать ни одной сколько-нибудь важной идеи или подняться до высоких отвлеченных идей без помощи условных знаков (эти опыты вполне удались).


В двадцатый раз повторяю (и мне не ка­ жется, что я это слишком часто говорю,— до такой степени важным представляется мне остановить внимание читателя на этом пред­ мете), что после опытов, произведенных над авейронским дикарем, вполне доказана необ­ ходимость условных знаков для образования и сочетания сколько-нибудь важных идей.

Итак, ясно, что первые люди были самыми невежественными из всех и их способность соображать была чрезвычайно ограничена.

Без дальнейших предисловий установим после­ довательный ряд различных оттенков, харак­ теризующих постепенное развитие человече­ ского ума.

Первый член ряда Первые люди умственно превосходили дру­ гих животных лишь постольку, поскольку это было прямым следствием превосходства их организации. Их память едва ли была лучше памяти бобра или слона. Этот факт должен быть отнесен к числу установленных, ибо он был вполне подтвержден наблюдениями над авейронским дикарем.

Второй член ряда Человеческий род в том состоянии, в кото­ ром его нашел капитан Кук на берегах Магел Очерк науки о человеке ланова пролива: люди живут в пещерах, не умеют строить себе жилищ, не имеют никаких начальников и не умеют добывать огонь.

Третий член ряда Человеческий род в том состоянии, в кото­ ром нашел его капитан Кук в северных частях северо-западного берега Америки: люди жи­ вут в построенных жилищах, имеют зачатки политического устройства, ибо признают на­ чальников, обладают зачатками еще очень ограниченного языка, так как их счисление не простирается дальше трех.

Четвертый член ряда Человеческий род в том состоянии, в кото­ ром капитан Кук и другие мореплаватели нашли его на северо-западном берегу Амери­ ки, около пятидесятого градуса северной ши­ роты: люди усвоили довольно полный язык, всецело подчиняются начальникам, являются ярыми людоедами;

этот момент еще более за­ метен в Новой Зеландии.

П р и м е ч а н и е. Важно отметить, что человек вначале не был людоедом и стал таковым лишь пос­ ле того, как достиг некоторого умственного развития Причина этого очень проста: человек покушается на убийство другого человека не раньше того, как были изобретены смертоносные орудия нападения.

Пятый член ряда Туземцы островов Дружбы, Товарищества и Сандвичевых: цивилизация в этих стра 66 Очерк науки о человеке нах уж двинулась очень далеко, разговорный язык не беден, людоедство здесь почти совсем исчезло;

население разделено на два класса — на эров и туту;

существует религиозный культ, организованное духовенство, уважаемое всеми классами общества. Шестой член ряда Перуанцы и мексиканцы в том состоянии, в котором их нашли испанцы, когда открыли и завоевали их страну: в это время они со­ ставляли два многочисленных и различных общества;

ремесла и искусство уже сделали у них довольно заметные успехи, так как они нашли способ добывать металлы, обрабаты­ вать и употреблять их для украшения зданий.

Седьмой член ряда* Египтяне, у которых прикладное и чистое искусство достигло больших успехов, чем у перуанцев, и которые превосходили их в мо­ ральных и точных науках, совершили один из наиболее трудных шагов, которые человече­ ский разум должен был сделать на долгом пути своего развития;

то было изобретение письменных условных знаков. Согласимся приписывать им изобретение письменности, * Все, что до настоящего времени было сказано или написано о состоянии человеческого ума до егип­ тян, не основано на фактических наблюдениях. Все это покоится только на догадках и рассуждениях, так что паука о че\овеке до сих пор была лишь гада Очерк науки о человеке все равно, действительно ли они ее изобрели или только вновь открыли;

это не очень важ­ но, ибо наша цель — ясно установить ряд последовательных моментов в развитии успе­ хов человеческого разума, а гадательными идеями нам невозможно было бы достигнуть этой цели.

тельной наукой. Задача, которую я себе поставил в этом очерке, заключалась в возведении науки о че­ ловеке на степень наук, основанных на наблюдении.

Следовало сначала точно определить отправную точку развития человеческого ума, затем установить неко­ торые переходные ступени между этой отправной точкой и умственным состоянием египтян. Пошел ли я по правильному пути? Пусть об этом, обо мне су­ дит читатель. Если избранный мною путь верен, пусть он выкажет мне сочувствие, пусть выразит намерение отныне всеми силами поддерживать меня и помогать мне совершить долгий путь, в который я пустился, и достичь славной и полезной цели — улучшения судьбы человеческого рода.

Я добавлю к этому примечанию две мысли, кото« рые будут с достаточной полнотой развиты в даль­ нейшем течении этого труда и которые я теперь только очень кратко выскажу:

1. Развитие человеческого ума, конечно, неодно­ кратно нарушалось, можно сказать, искажалось вели­ кими катастрофами на земном шаре, между прочим потопом, существование которого вполне установлено геологическими наблюдениями. Разобраться в смеше­ нии некоторых научных идей, сохранившихся от этих катастроф, с идеями, вновь открытыми последующими поколениями, невозможно;

приходится рассматривать это развитие так, как оно шло бы, если бы не было ни потопа, ни другой какой-либо катастрофы.

2. В X V I I I в. не было большого различия в воззрениях философов и богословов на первые шаги, сделанные человеческим разумом. Богословы говорили и говорят еще: Адам и Ева были счастливы в зем 168 Очерк науки о человеке Я рассматриваю эпоху египтян как вторую отправную точку в развитии человеческого ума;

его успехи, начиная с этого момента, требуют, мне кажется, более детального ис­ следования: необходимо указать на различие между воззрениями людей, посвятивших себя наукам и работающих над открытием причин и согласованием идей о причинах с идеями о следствиях, и верованиями народной массы, ко­ торая и до настоящего времени всегда придает конкретную форму отвлеченным понятиям.

Но прежде чем заняться установлением этого различия и изложением параллельных успехов этих двух воззрений, я укажу этапы — члены второй части ряда: мы сделаем неболь­ шое отступление и бросим общий взгляд на вторую часть пути, которую нам осталось пройти.

Условные знаки образовали одну систему с того момента, когда человеческий разум вполне ясно постиг понятие причины и поня тие следствия.

Солнце, луна, звезды, море, леса, реки, все животные, которые были, очевидно, вред­ ны или полезны, даже растения рассматрива­ е м раю до вкушения яблока, а философы говорили:

в диком состоянии человек был счастлив, и только после установления политических, гражданских и ре­ лигиозных учреждений человек познал горе. Таковы были убеждения, красноречиво высказанные Руссо и сухо выраженные Д'Аламбером;

Кондорсэ не так да­ лек, как полагают, от этой точки зрения в своем «Эскизе исторической картины про­ г р е с с а ч е л о в е ч е с к о г о р а з у м а».

Очерк науки о человеке лись нашими предками как великие и первые причины всего происходящего;

это был пер­ вый этап в общей науке;

он был назван идолопоклонством Человеческий разум возвысился затем до идеи о невидимых причинах;

первопричинами он стал считать наши страсти, наклонности, всякого рода ощущения, приятные или не приятные;

этот второй этап получил название политеизма.

Позднее люди поняли, что в мире царил бы беспорядок, если бы вселенной управляли, как они до тех пор думали, многие независимые друг от друга причины, и они возвысились до идеи о единой первопричине. Но этой перво­ причиной было в их глазах соединение в одном лице всех второстепенных божеств, верование в которых составляло политеизм.

Этот третий этап был назван т е и з м о м.

Наконец, ученые поняли, что представление о вселенной, состоящей из элементов совер­ шенно различной природы, было не чем иным, как представлением о хаосе, что попытки объяснить подобный порядок вещей могли быть только мечтами, и они давно уже рабо­ тают над построением такой научной системы, в которой деления и подразделения понятий служат только средством для облегчения ум­ ственных процессов и которую в целом можно рассматривать как совокупность однородных идей, т. е. идей взаимно сочетающихся.

Я обращаюсь к делению египтян на два класса: на ученых и на народ.

170 Очерк науки о человеке Корпорация египетских ученых исполняла обязанности жрецов;

она была первой и единственной политической властью и пользо­ валась неограниченным могуществом. У этой корпорации было два учения: одно она пре­ подавала народу, другое — хранила для себя и сообщала небольшому числу посвященных.

Учение, которое она преподавала народу, было идолопоклонство, материализм, верова­ ние в видимые причины как первопричины;

она заставляла его боготворить Нил, бога Аписа (т. е. быка), крокодила, луковицу, не говоря уже о солнце, луне, различных со­ звездиях и т. д.

Учение, которое она сохраняла для себя, было более высокого порядка и носило более метафизический характер, чем то, которое она преподавала народу. Видимые причины пред­ ставлялись ей только второстепенными при­ чинами;

она их рассматривала только как следствия причин высшего порядка, которые она считала невидимыми.

Египетские ученые с большой тщательно­ стью собрали все наблюдения, сделанные их предшественниками над движением небесных светил, над разливами Нила и над различны­ ми другими физическими явлениями;

они усердно старались умножить эти драгоценные знания.

Ни в одну эпоху истории мы не находим такой резкой грани между м ы с л и т е л я м и и в е р у ю щ и м и, как у египтян. Именно изучая историю этого народа, приходишь к Очерк нанки о человеке убеждению, что жреческая «власть и научная мысль по существу тождественны. Я этим хочу сказать, что духовенство какой бы то ни было религии должно быть наиболее про­ свещенной корпорацией, что с того момента, когда оно перестает быть наиболее просве­ щенной корпорацией, оно мало-помалу теряет свое значение, приходит в упадок и в конце концов сводится на-нет и заменяется людьми более учеными;


эта перемена наступает, когда совершенствуется общая идея. Не будем преждевременно выдвигать эту идею;

она по­ кажется чрезвычайно ясной, когда мы уви­ дим, что она не что иное, как результат наблюдения над прогрессом человеческого разума;

здесь достаточно будет указать, что наблюдение, о котором я говорю, начинается с египтян.

Восьмой член ряда На протяжении этой второй части ряда успехов человеческого разума мы всегда рас­ сматриваем каждый раз только один народ или по крайней мере только одно политиче­ ское общество, так как во все великие эпохи существовало одно политическое общество, которое определенно стояло выше всех других и превосходило их одновременно и в науках и на войне, так что только к нему должны быть отнесены все успехи человеческого разу­ ма, достигнутые в эпоху процветания дан­ ного общества.

172 Очерк науки о человеке Мы начали эту вторую часть ряда рассуж­ дением о египтянах. Сейчас мы перейдем к грекам, затем будем говорить о римлянах, да­ лее о сарацинах и, наконец, о совремеиных народах.

Можно охватить одной концепцией все чле­ ны ряда в развитии человеческого разума и сделать это весьма интересно, именно, сравни­ вая общечеловеческое развитие ума и нрав­ ственности с индивидуальным. В детском воз­ расте, я хочу сказать — в первом периоде детства, еда доставляет наибольшее удоволь­ ствие. Все маленькие расчеты человека в мла­ денческом возрасте имеют целью добыть более или менее вкусную пищу;

легко заме­ тить, что это является главным занятием на­ родов, находящихся на первой ступени циви­ лизации: вышеприведенные наблюдения со­ ставили первую часть ряда.

В следующем периоде детства (здесь мы вступаем во вторую часть ряда и проследим ее целиком) преобладает склонность к искус­ ствам и ремеслам. Если дать ребенку, вышед­ шему из младенческого возраста, пилу, гвоз­ ди, молоток, рубанок и пр. и материал, к которому он мог бы приложить эти инстру­ менты, эти предметы он предпочтет всем дру­ гим игрушкам. Можно видеть, как дети этого возраста усердно работают во время своих игр: возводят каменные насыпи, прорывают маленькие каналы, устраивают плотины и т. д.

И что же? Египтяне проявили в большом Очерк науки о человеке масштабе те же наклонности и оставили нам в этих различных областях более значитель­ ные работы, чем все позднейшие работы этого рода. Сделаны ли были когда-либо человече­ ской рукой озера, равные тем, которые выры­ ли египтяне? А их величественные, но бес­ полезные пирамиды: не кажутся ли по срав­ нению с ними все сооружения, возведенные после них, игрушками?!

Но вот мы дошли до зрелого возраста;

по­ смотрим, как он выражается у индивидов.

В этом возрасте у нас является склонность к изящным искусствам. Существует ли моло­ дой человек, который не пробовал бы своих сил в поэзии, музыке, живописи? В изящных искусствах отличались греки;

в этой области они еще до сих пор служат вам образцами.

В возрасте полного расцвета сил человек по преимуществу ищет их примененияф причем ощущение своей силы мешает ему определить ее границы;

он вступает в борьбу со всей природой, с самим собой, у него проявляется больше всего влечение к военному делу. Вот и римляне отличались прежде всего как воины.

После »их еще сарацины пожали прекрасные лавры, но затем уже ни один народ не мог сравниться с ними ни в быстроте завоеваний, ни в особенности в перманентной страсти к военному делу.

Сарацины, этот последний выдающийся на­ род-завоеватель, были также основателями опытных наук. Они, таким образом, закончи­ ли великие военные труды человечества и на 174 Очерк нацки о человеке чали работы зрелого возраста, когда деятель­ ность человека замедлена, но зато более регулярна, когда воображение не столь бурно, способность рассуждать более развита.

Оставим теперь предварительные замечания о том, что нам предстоит сказать о следующих членах ряда, и постараемся хорошо охаракте­ ризовать состояние цивилизации в греческую эпоху, дабы выяснить улучшения, произве­ денные греками в период их превосходства над остальной частью человеческого рода.

У Гомера впервые обнаружилась чрезвычай­ но ясно та живая интеллектуальная сила, которая объединила греков и сделала их в тече­ ние нескольких веков научным авангардом че­ ловеческого рода. Гомер, древнейший из гре­ ков, о котором история сохранила нам память и сочинения которого дошли до нас, был осно­ вателем политеизма в том смысле, что ои его упорядочил.

Я не буду стараться объединить небольшое число наблюдений о греках, которые я пред­ ставлю: я их даже обозначу номерами, чтобы по возможности их индивидуализировать.

1. Когда идея, найденная м ы с л и т е л я м и, принимается в е р у ю щ и м и, это всегда знаменует большой шаг вперед в развитии человеческого разума. Египетские ученые воз­ высились до понимания невидимых причин, а египетский народ имел представление только о видимых причинах. Наоборот, вся масса греческого народа приняла идею о существо­ вании невидимых причин. Именно эта идея Очерк нацки о человеке легла в основу политеизма, ставшего общей религией всех греков.

2. У греков человеческий разум начал серьезно заниматься социальным устройством.

Они установили принципы политики. Они за­ нимались этой наукой как практически, так и теоретически. Они произвели на свет великих законодателей, как Ликург, Дракон и Солон;

этой наукой у них занималась не маленькая группа выдающихся умов,— она была обычным предметом непринужденных бесед многих ты­ сяч граждан;

ее принципы и их применение обсуждались часто на общественных собра­ ниях.

Греческое общество было первым известным политическим обществом, составленным из многих народов, у каждого из которых была своя особенная форма правления, часто даже отличная от формы правления большинства.

Я сделаю о греческом политическом обще­ стве два замечания, которые, мне кажется, заслуживают полного внимания читателя.

Прежде всего я прошу его заметить, что об­ щей связью греческого общества была рели­ гия. Дельфийский храм был общим храмом всех греческих народов и не зависел ни от одного из них в отдельности, ибо был по­ строен на своей собственной земле, считав­ шейся священной, на которую пограничные с ней народы не имели никаких прав и которую соседи щадили даже в своих наиболее жесто­ ких междоусобных войнах. Дельфийские жре­ цы старались поддерживать в своих прорица 176 Очерк науки о человеке ниях единение между греческими народами и возбуждать их энергию для противодействия покушениям персов «а их свободу. Когда Дельфийский храм был осквернен, хитрый Филипп завладел греческим обществом, за­ ставил назначить себя генералиссимусом и сделался господином Греции. Его преемник Александр распространил власть македонян над греками еще более, чем его отец Филипп.

После него его полководец Антипатр превзо­ шел всякую меру, и политическое общество греков, потеряв к тому времени всю свою силу, заключавшуюся в единении, оказало лишь слабое сопротивление римлянам, ко­ торые его завоевали и обратили в полное рабство.

Второе замечание, также доказывающее громадное влияние религиозных идей на поли­ тические, заключается в том, что религиозная и политическая системы имели у греков оди­ наковую основу, или, вернее, что религиозная система служила основой политической систе­ мы, что последняя была создана в подражание первой, была скопирована с нее. Действитель­ но, греческий Олимп был республиканским собранием, и национальные конституции всех греческих народов, хотя и отличались друг от друга, имели то общее, что все они были республиканскими.

3. Столько раз повторялось, что греки изобрели изящные искусства;

всеми признано, что Гомер, Фидий, Апеллес и множество дру Очерк науки о человеке гих художников никогда не имели себе рав­ ных среди своих преемников;

останавливаться на этом нет нужды.

Я ограничусь замечанием, правда, второсте­ пенного характера, но все же весьма интерес­ ным — что современных художников нельзя ставить рядом с древними.

У древних поэты создавали законы в раз­ личных областях, а теперь они принадлежат к числу легкомысленных и приятных людей, способствующих развлечению общества, но они не призваны более руководить его важ­ ными делами. В корпорации ученых они по­ мещаются только во втором ряду. Люди же, сознающие себя особенно искусными, выбира­ ют преимущественно поприще, сулящее наи­ больший почет. Поэзии поэтому посвящает себя теперь только тот, кто не может успевать в области умственного труда, пользующегося в настоящее время наибольшим уважением в глазах общественного мнения. Живописец или скульптор, получивший известность, мог вы­ бирать по всей Греции натуру для любой части тела. Самые уважаемые семьи считали для себя честью, когда выбор падал на их дочерей;

теперь же художники вынуждены брать натурщиц из низших классов общества, да и тут еще встречают отказ со стороны людей, нравы которых не испорчены.

4. Общая научная идея, возникшая на опре­ деленном этапе, всегда приводится в исполне­ ние на последующем этапе. Египетские жрецы основали политеизм, политеистами же были 12 Сен-Симой, г. 178 Очерк нанки о человеке греки, т. е. они верили в существование мно­ гих невидимых причин, которые они обого­ творяли. То же самое произошло и с теиз­ мом: основателем его был Сократ, а через пятьсот лет после смерти Сократа теистами стали римляне.

Сократ — величайший из существовавших когда-либо людей. Ни один человек после него не может сравняться с ним, ибо этот гениальнейший человек создал величайшую концепцию, какая только могла зародиться в человеческом разуме. Добрая слава, которой пользуется Сократ, хотя и чрезвычайно вели­ ка, хотя и больше всех других, не является еще в полной мере тем, чем она должна быть, она еще несколько беспредметна: моя задача в настоящий момент и заключается в том, чтобы ее точнее охарактеризовать.

Анализируя концепцию Сократа, я нашел, что она слагается из двух простых общих идей: первая — что всякая система должна быть организована в единое целое, в котором второстепенные принципы выводились бы из общего принципа, третьестепенные принци­ пы — из второстепенных так, чтобы можно было нисходить но лестнице морали с равны­ ми промежутками между ступенями от еди­ ного общего принципа до наиболее частных идей. Вторая идея, входящая в состав концеп­ ции Сократа, заключается в том, что человек для образования своей научной системы, т. е.

для согласования своих идей об устройстве вселенной и для прочного обоснования своих Очерк нацки о человеке знаний о составе и ходе явлений, должен пользоваться то априорным, то апостериорным методом. Сила человеческого ума крайне огра ничена, так что его внимание утомляется рассматриванием вещей всегда с одной и той же точки зрения, и единственное средство для ускорения его успехов — это менять на­ правление мысли. Так, после напряженной работы при переходе от идеи единой причины, управляющей вселенной, к самым частным следствиям он чувствует, что его внимание утомлено, что он не находит более ничего но­ вого, что его отвлеченные и конкретные идеи перемешались до того, что он не может в них разобраться,— тогда самое лучгпее, что он может сделать, это изменить направление мысли в совершенно противоположную сторо­ ну, т. е. рассуждать a posteriori, восходить от рассмотрения частных фактов к фактам более общим и верным путем направиться к наиболее общему факту. Одним словом, Сократ был изобретателем м е т о д а, и после него никто, не исключая и Бэкона, не поднимался до такой высоты мысли. Ни один из учеников Сократа не обладал таким обширным ум­ ственным горизонтом, как учитель, так что его школа вскоре после смерти ее главы и основателя распалась.

В сократовской школе наиболее выдвину­ лись Платон и Аристотель;

они разделили ее на две совершенно различные школы, имевшие различные названия и в своих трудах держав­ шиеся противоположных направлений. Одну 12* J 80 Очерк науки о человеке называли школой академиков, а другую — школой перипатетиков;

названия п р и о р и с т о в и п о с т е р и о р и с т о в были бы более подходящими, так как они указывали бы на учение, преподаваемое каждым из этих философов.

Я не хочу сказать, что Платон был исклю­ чительно приоратом, а Аристотель исклю­ чительно постериористом, а говорю только:

первый полагал и учил, что рассуждения a priori заслуживают предпочтения перед рас­ суждениями a posteriori, между тем как вто­ рой учил обратному, но, повторяю, ни тот, ни другой не сравнялся и не заместил Сокра­ та, который в своей беспристрастной транс­ цендентной философии считал оба пути — a priori и a posteriori — одинаково плодо­ творными и ведущими к множеству открытий, но он полагал, что ими следует пользоваться попеременно.

Весьма интересно, мне думается, заметить, что человеческий разум инстинктивно шел тем путем, который наметил ему Сократ (не по­ нятый вдолне своими учениками).

Действительно, история нам показывает, что идеи Платона предпочитали идеям Ари­ стотеля в продолжение одиннадцати веков, протекших с момента их провозглашения в Академии до царствования халифов Аль Рашида и Аль-Мамуна, но что в их время Аристотель был переведен арабами, и ученые начали предпочитать его произведения произ­ ведениям Платона, и это длилось затем также Очерк науки о человеке одиннадцать веков. Эта идея требует подроб­ ного развития, которое я дам позже, так как в этом кратком очерке оно было бы неуместно.

Тем не менее я не могу закончить эту статью, не сказав еще двух слов о даровании Сократа, не отметив необыкновенной проницательно­ сти, которую он выказал по поводу одного важного вопроса, и разумного участия, кото­ рое он в нем принял. Чтобы изложить эту весьма важную идею, мне нужно остановиться на некоторых деталях и проанализировать труды Сократа. Они слагаются из двух совер­ шенно различных частей: одна имеет целью построение метода, другая — е г о п р и м е н е н и е. Я уже сказал, в чем заклю­ чается метод, установленный Сократом, и я не стану возвращаться к этому вопросу.

Я буду говорить о его чисто научных трудах и покажу, что он разрабатывал их согласно своим методологическим воззрениям, отличав­ шимся проницательностью и в то же время большой глубиной. Его чисто научные труды были двух родов. Труды первого рода имели задачей разрушить веру во многих богов, или, выражаясь более обще, в существование мно­ гих причин;

во всех своих спорах с софистами и жрецами он их разбивал методом a poste­ riori, и его победа над ними была столь пол­ на, он их так осмеял, что, утомленные глупой ролью, которую он заставлял их играть, они сделали его жертвой суеверия, направленного ими против него. Доугой труд, которым зани­ мался Сократ,— это построение научной си 182 Очерк науки о человеке стемы: здесь он рассматривал вещи a priori.

Сократ, как видим, ясно понимал, что кри­ тиковать нужно a posteriori, а строить — а priori. Д е в я т о й член ряда Дальнейшему движению человеческого ра­ зума, о котором я буду сейчас говорить, спо­ собствовали древние римляне.

Но прежде чем точно определить, в чем заключаются успехи, которыми человеческий разум им обязан, я скажу о двух идеях, от­ носящихся не только к этому члену, но и при­ сущих всем членам ряда. Это двд общих наблюдения.

П е р в о е н а б л ю д е н и е. Между егип­ тянами, греками, римлянами и сарацинами есть то общее, что эти четыре народа, после­ довательно составлявшие научный авангард человеческого рода, населяли изолированные страны.

Египтяне не имели соседей;

их страна бы­ ла окружена с одной стороны морем, а со всех других сторон — необитаемыми песчаны­ ми пустынями.

Греческие народы и среди них лакедемоня­ не, в руках которых было сосредоточено об­ щее командование союзными силами, жили на полуострове, соединенном с материком весьма узкой полосой земли.

Италия окружена с трех сторон морем, а с четвертой ее отделяют от континента Аль Очерк науки о человека пы;

таким образом, римляне обитали также на полуострове.

Небольшая территория городов Медины и Мекки расположена на побережье Красного моря, а со всех других сторон отделена не­ обозримыми пустынями от остальной часги Аравии, которая, если рассматривать ее в целом, является также страной изолирован­ ной, так как окружена с трех сторон морем и отделена от Азии пустынями.

Возьмем, наконец, англичан, заслуживаю­ щих — с этим приходится согласиться — пер­ вое место среди новейших народов, так как:

1) они дали миру Бэкона, Ньютона, Леж­ ка, Кавендиша, Пристли, 2) у них народ имеет лучшие жилища, лучше одет, лучше питается и лучше просве­ щен, 3) соответственно своему народонаселению они оказывают наибольшее влияние на дру­ гие народы, 4) они нашли тип политической и социаль­ ной организации, который постепенно заме­ нит собой у всех европейских народов фео­ дальный режим;

они являются верными хра­ нителями своей конституции, доставляющей каждому из них наибольшую личную свобо­ ду, какой только можно пользоваться в гу­ сто населенной стране.

Этот обший всем народам, игравшим пер­ вою роль, Факт доказывает, как видим, что изолированность необходима для приобрете­ ния индивидуальности, без которой полиги 181 Очерк науки о человеке ческое общество не может долгое время со­ хранять свое преобладающее положение.

Если бы я хотел распространяться на эту тему, я мог бы сделать интересные сопостав­ ления из древней истории между географиче­ ским положением лакедемонян, с одной сто­ роны, и афинян — с другой, а из новой исто­ рии между англичанами, с одной стороны, и французами — с другой. С одной стороны, суровость нравов и серьезность лакедемонян и — легкомыслие афинян и их блестящая храбрость;

с другой стороны, патриотизм англичан, их неизменная забота о поддержа­ нии у себя личной свободы и свободы печати и — любезность французов, их блестящие успехи в литературе и их героизм на воен­ ном поприще.

В т о р о е н а б л ю д е н и е. Монтескье ска­ зал, что характер народов большей частью складывался под влиянием климата страны, которую они населяли. Монтескье ошибался, ибо характер народов, игравших первую роль, определялся во все времена серьезностью, су­ ровостью нравов и образа жизни, и этот ха­ рактер выявлялся последовательно в Египте, в Греции, в Италии и т. д. Он переходил от тропика до пятидесятого градуса северной широты. Но народы, обладавшие им в то время, когда они находились во главе чело­ веческого рода, впоследствии его теряли. Рим, город, бывший резиденцией римских сенато­ ров;

стал теперь местопребыванием паяиев, скоморохов и всякого рода шутов;

население Очерк наики о человеке Греции, некогда столь просвещенное, стало теперь грубейшим народом. Жители Багдада, столь образованные во времена Аль-Мамуна, находятся ныне в состоянии величайшего не­ вежества.

Соображения, непосредствен­ но к а с а ю щ и е с я р и м л я н. Римляне установили теизм, они же были основателями публичного права и способствовали наиболь­ шему развитию этой науки. Это две области, в которых этот народ содействовал развитию человеческого ума, это два вида деятельно­ сти, составлявшие моральную индивидуаль­ ность этого народа. Эти два проявления умственной работы сообщили ему тот харак­ тер, который отличает его от предшествовав­ ших ему и от последовавших за ним народов.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 8 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.