авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

«Электронная версия от 17.01.2011 Виктор Шмаков Можно ли жить не по лжи? ИСТОРИЯ ОДНОЙ КАРТИНЫ ...»

-- [ Страница 2 ] --

– Очень уж ты, Роман, к себе строг – про капиталиста, про игру в меценат ство... Ты не только деньги сюда вкладываешь, но и силы душевные. Тебе это помогло от депрессии избавиться, но ведь и другим поселенцам это психоло гической помощью, отдушиной по жизни стало. Никто отсюда не бежит.

– Максим, я же не самобичеванием занимаюсь, но и не кокетничаю тоже.

Я лишь говорю о том, что планка наших задач теперь для нас выше становит ся. Теперь нам не искусственная изоляция от внешнего мира важна, а наобо рот, интеграция в него. Но без изменения наших принципов по недопущению к нам той лжи и лицемерия, от которых мы сюда бежали.

– В чём интеграция?

– В первую очередь – экономическая. Мы своё хозяйство должны ориен тировать на несколько преимущественных направлений, чтобы могли какую либо продукцию «туда» «экспортировать», чтобы конкурентоспособны по ним были. Сейчас мониторинг этого проводим. Начнём с идей, которые могут обеспечить наиболее быструю отдачу. Но есть одна, заветная идея – развивать что-либо из высоких технологий, создать здесь свою «силиконовую долину».

Эта идея у наших олигархов поддержку получила. Не скажу, конечно, что ин вестиции от них рекой полились, но определённое участие в нашем проекте уже есть, некоторые так и вообще активно к нему подключаются.

– И что, это всё реально может быть – с «силиконовой долиной»?

– Ты имеешь в виду – будет ли это так же успешно, как у американцев? Жизнь покажет... Возможно, и не будет... Но для меня такая идея, пусть даже и неосу ществимая, имеет смысла больше, чем гонка за обладанием самой большой ях той, или самой успешной футбольной, баскетбольной ли командой. Для меня не эта идея, а именно те цели с яхтами и замками – это и есть химеры, миражи.

– Роман, об этом мне и хотелось бы с тобой поговорить – о целях и идеях для человека и для человеческого сообщества. Человек не может жить без каких либо идей, пусть даже самых простейших, пусть и не всегда чётко и конкретно сформулированных, без определения для себя смысла жизни. Но сначала хочу спросить тебя о Боге в неком философском понимании. Есть ли у тебя такое понимание, каково оно?

– Если говорить о религиозных богах, то, конечно же, я отвергаю их вместе с религией. А насчёт философского понимания Бога?.. Знаешь, прочитаю тебе : 30 ;

всё в том же, почти в стихотворном виде обращение к Богу, мою «молитву».

В ней эта моя философия хорошо выражена:

Поговорить опять с тобой хочу я.

Ведь ты ж мой Бог – меня во всём ты понимаешь, в чём-то одобряешь, а в чём и осуждаешь.

Советы и оценки мне твои нужны, необходимы, по ним свои поступки я сверяю, по ним прогнозы строю я свои последствий или результатов от того, как в жизни поступаю я, как мыслю и к чему стремлюсь.

Всё в тебе слилось – мой разум, чувства, жизни опыт – триединый этот сплав и есть мой Бог, что Совестью зовётся.

Есть Совесть, Разум и Душа – вот боги наши, всё остальное – от лукавого.

«Бог человека – его Совесть», – древнегреческий поэт Менандр сказал за 300 лет до рождества Христова.

«Совесть – подсознательный наш Бог», – психолог Виктор Франкл позднее это повторил.

Бог, Совесть и Душа – понятия, во многом, общие и они есть сущность та, что представляем мы собою в этом мире...

Такие разные во всём, единые лишь в том, что человеки мы, из sapiens`ов рода.

– То есть, Роман, из этого «обращения» выходит, что человек и есть сам для себя Бог, сам себе Всевидящий всех своих грехов, сам себе Высший Судья?

– Да, так оно и есть. Разве это не так? У каждого свой личный Бог, каж дый приходит к своему Богу. Он помогает нам правильнее, честнее, по рядочнее жить. А кто к Богу не пришёл, или Бог у него такой покладистый, что легко с ним насчёт любых грехов договориться можно, того в народе : 31 ;

называют «порченый». Тогда вот и скажем, что нет у него Бога. И не надо нам никаких попов, никаких посредников лукавых между Богом и челове ком. Принятие религии, как единственного носителя моральных норм – это утверждение, что человек и общество, из человеков состоящее, никогда сами не справятся ни с установлением естественных, нормальных норм челове ческого общежития, ни с их соблюдением. Для этого, видите ли, «высшие силы» нужны. Которые мы сами себе и придумали тысячи лет назад. Я ведь тоже за Бога, если понимать под этим идею, определяющую смысл жиз ни, но эта идея не может быть лживой религиозной идеей. А вот послушай ещё фрагмент:

Всего-то хуже, что придуманные боги для нас самих милей, удобнее чем Совесть – ведь этот Бог внутри и обмануть его сложней...

Зачем такой нам надзиратель?

А вдруг оступишься, так Совесть будет неспокойна – у неё ты под присмотром неусыпным.

И такой нет важной функции, как отпущение грехов – любой грешок, пусть самый детский даже, вдруг вспомянется, защемит болью душу.

Конечно, это если Совесть есть, хотя бы доля малая её...

Вот для чего нам нужен бог религиозный, и приложение к нему – искусственная совесть – чтобы для совести своей заменой быть, подменой, хитрою обманкой.

– Тебя слушая, вспомнил из Омара Хаяма: «Ад и рай – в небесах, – утверж дают ханжи. Я, в себя заглянув, убедился во лжи: ад и рай – не круги во дворце мирозданья, ад и рай – это две половины души». Но ведь такое понятие Бога далеко не всех может устроить. Человек слаб, не для него это – ощущать себя Богом, осуждающим самого же себя за свои грехи, за какую-то свою подлость.

Лучше уж пусть Всевышний нас, грешных судит... Может, что-то и просмо трит, не увидит, не до меня ему будет, что-то простит...

– Да, Максим. Это так и есть. Относительно легко человек может осознать только чужую подлость, особенно, если она напрямую его касается. Осознать и признать свою подлость очень сложно, тяжело. Всегда найдутся для неё оправдания. В лучшем случае – признает свой подлый поступок ошибкой, или : 32 ;

стечением обстоятельств, которые вынудили его так поступить. Это такая за щитная психологическая реакция. Если же кто-то осознаёт и признаёт, что он подлец, то он берёт верёвку, и идёт вешаться.

– А вот ещё: как же насчёт главной беды, постигшей человека с приобрете нием разума? Эта беда – осознание им неизбежности ухода из этого мира, страх смерти, бесповоротного ухода в небытиё. У животных, разума не имеющих, нет гнетущего страха смерти, но есть инстинкт самосохранения, это позволяет им выживать. У человека наоборот – смерти боится, но постоянно подвергает свою жизнь опасности. Зато придумал себе религиозных богов, которые дают надеж ду, если не на бессмертие физическое, то на продолжение существования души в мире загробном. Бог, который Совесть-Душа, этого-то нам сделать не может.

Потому и уютней жить в самообмане, что тот религиозный Бог всё же имеется, и загробный мир есть, и попаду я туда. Вот и получается, что сказке про выду манного Бога тысячи лет, и мы в эту сказку верим, а философскую истину «Бог человека – его Совесть», которой лет столько же, признавать не хотим.

Запиликал телефон. Роман взял, ответил. Разговор был, видимо, о какой-то, назначенной ранее деловой встрече, срок которой он сейчас уточнил – состо ится на следующей неделе. Повернулся к Максиму:

– Да, всё так, полностью согласен с тобой – ложная идея воспринимается легче. Правда – она ведь и есть всего лишь правда. И понять её порой бы вает сложнее, и, тем более – принять её, жить с ней. Скучновата она, ничем не расцвечена. Часто бывает она неприятной, ничего хорошего нам не гово рит, в неё смотреться не хочется – она недостатки наши отражает. Ложь же – она понятна и приятна! Её так нам и готовят – чтобы легко, упрощённо воспринималась, чтобы с картинками какими-то была, чтобы отдохновение в ней было, забытьё, чтобы цели и ориентиры давала простейшие и понят ные. Форма ещё очень важна. Взять вот полустихотворные строки, которые я тебе привожу. В них мало поэтической образности, почти нет рифмы, ритм сбивается. Но в них и лжи нет, лишь только правда. Но мало тех, кто про читает их ради правды этой. Как сказал один мой знакомый: психология большинства людей уж так устроена, что им важнее не «что», а «как». Ложь, обёрнутая в красивые одежды, с песнопениями, с ритуальными действия ми и телодвижениями, с перезвоном колоколов, с курением ладана – чтоб на все органы чувств воздействовать, кроме разума – вот она-то как раз мила и дорога. Чем религия хороша ещё? Она является до полного примитивиз ма упрощённым руководством по жизни и «справочником» по вопросам мироздания и мировосприятия. Мир создан Богом, и на всё – воля Божия!

И никаких мыслительных и духовных потуг не требуется для познания, например, разнообразия живого мира и законов его эволюции, или бес конечности вселенной, или строения атома. С несправедливостью властей бороться нельзя и не надо, поскольку власть – она от Бога. И на ложь аллер гии нет, коль живёшь с верой в идею, изначальную лживость которой, хотя бы подсознательно, да ощущаешь. И не требует эта идея улучшить, изме нить этот мир, в котором живёшь. Живи с верой в Бога и с молитвой к Богу, он тебя за любовь к нему и за молитвы вознаградит.

– Люди любят и творить ложь, и верить в неё. Верно ты, Роман говоришь : 33 ;

про религию, про «искусственную совесть» – «чтобы для совести своей заме ной быть, подменой, хитрою обманкой». Для одних религия уютна, упрощает им жизнь, что-то обещает, для других удобна в управлении теми, первыми.

На электроплите засвистел закипевший чайник. Роман встал, приготовил обоим по чашке чая, пододвинул Максиму вазу с домашним печеньем – Мари на испекла, продолжил:

– Конечно – упрощает жизнь, и удобна в управлении людишками. А ещё – религия агрессивна и экспансивна. Она утверждает, что тот, кто встал на до рогу к Богу, тот стремится к достижению духовных высот, а кто к Богу, к церк ви не обратился, высшей духовности не достигнет, он плох. Как-то по каналу «Культура» видел передачу «Линия жизни». В гостях была чудесная актриса, чудесные роли в кино, и в театральных спектаклях её видел. И вот в возрасте за 30 стала воцерковляться, приобщаться к религии. Сейчас ей за 60. Ладно бы, просто ушла в религию. Так она же теперь объявляет то дело, которому сама служила, и которому служат тысячи людей из актёрского цеха, как что-то не пристойное: «Профессия артиста, будто губка, вбирает все пороки человека».

Это довольно типично: став религиозным, человек считает себя вправе осуж дать что-либо, не имеющее отношения к церкви и к религии, как порочное, или потенциально порочное, не несущее «высшей духовности».

– Следуя твоему примеру, афоризм хороший к месту приведу, от Ларошфу ко тоже: «В людях не так смешны те качества, которыми они обладают, как те, на которые они претендуют». Причисление себя к верующим – простейший способ заявить о себе, что ты вот теперь на другом уровне духовности нахо дишься.

– Конечно. И как же прихожанка такое утверждать не станет, и не осудит мирское, если Патриарх клеймит его последними словами?

Пододвинул к себе ноутбук, в котором до ужина показывал Максиму сним ки из истории строительства поселения. Нашёл нужный файл, вывел текст на экран:

– Вот что вещает нам гражданин Гундяев: «Когда нам говорят, что неверую щий человек может быть хорошим, мы соглашаемся с этим. Но неверующий человек может стать зверем, а верующий – никогда, если он сохраняет веру в Бога, потому что он верит в бессмертие, он понимает, что предстанет пред лицом Божиим, он осознаёт, что за порогом земной жизни – предстояние Богу и ответ за все дела. Верующий человек тоже может быть грешником, и лука вым, и лживым, и похотливым, и слабым, но у него есть некая грань, перейти которую, не разрушив внутри себя веру, он не может». Лживо и лицемерно противопоставляет невоцерковлённых, которые могут, мол, стать зверем, овцам из своей паствы, которые стать зверем, видите ли, не могут, потому что верят в предстояние перед Богом. Лукаво он, конечно, это всё сказал. Верую щий, мол, и грешником, и лживым, и похотливым может быть... Вопрос воз никает: а чем он тогда от неверующего отличается? Тем, что в церковь ходит?

И всего-то!?.. Мало того – верующий и зверем может стать, но тогда мы о нём говорим: он веру свою разрушил. Ну, как тут не восхитишься!?.. Скажешь цер ковникам: как же так, вот этот человек верующий, а преступление совершил?

Ответят, что не истинно, значит, верил. Вот и весь сказ. Ни с попов, ни с ре : 34 ;

лигии за этот брак никакого спроса нет. Выходит, что в конечном-то счёте всё от самого же человека и зависит. А они тогда зачем? Они-то что делают? Адом стращают, да раем манят, которые их предшественниками придуманы? И жи вут на этом – обряды отводят, да грехи отпускают.

– Действительно, хорошо устроились – никакой ответственности за резуль таты своей работы. Кто, мол, согрешил – убил, или своровал, значит, по той только причине, что верил слабо, молился мало, в церковь не ходил. Бог его на кажет... Но и простить может, если грешник в грехах покается. Не перед людь ми покается, и не у них он прощения должен заслужить – этого религия не тре бует, а только лишь на исповеди тайной, перед священником. Прощение – это за молитвы. Как всё удобно! Ну, «откупные» какие-то в церкви придётся оста вить. «Без денег в церковь ходить – грех» – пословица народная, в сборнике у Владимира Даля прочитал. Без денег в церковь – вот он, где грех-то смерт ный – церковь обмануть, что-то ей не додать. Я как-то, в связи с одним заказом кое-что из живописи на религиозную тему просматривал. На библейский сю жет о смерти Сапфиры и Анании много чего нашёл, например, Михаила Зелен ского картину. Вот как церковь, оказывается, круто наказывает за воровство!

– Да, сюжет примечательный из «Деяний святых Апостолов». Только тут не совсем воровство. Анания этот не убил никого, не крал, не брал чужого.

Он продал имение, а при отчёте перед апостолами цену занизил, чтобы мень ше нести в церковь.

– Какой-то налог с продажи должен был отдать? Видимо, десятину, которая из Ветхого Завета идёт?

– Как я понимаю, он должен был всё отдать.

– Всё!?..

– Апостолы-то что-то вроде «казарменного коммунизма» установили.

В предыдущей главе «Деяний» об этом говорится. Сейчас, на каком-нибудь сай те религиозном найдём. Вот, четвёртая глава: «Когда закончили они молиться, содрогнулось место, где они собрались, и, преисполнившись Духа Святого, ста ли все смело говорить, провозглашая слово Божье. Было же у всех уверовав ших одно сердце и одна душа. И никто ничего из имущества своего не называл своим собственным, и всё у них было общее. И с великой силой апостолы сви детельствовали о воскресении Господа Иисуса. И Божье благословение было на всех них. И не было нуждающихся среди них, ибо кто владел землёй или домами, продавали их, приносили деньги, вырученные от продажи, и отдавали апостолам, и всё распределялось между всеми, каждому по нужде его».

– Христиане – это и есть первые коммунисты!?.. Так вот откуда наши «бесы»

идею обобществления взяли! Из Библии всё!.. Вот уж точно – книга на все времена.

– Ну, да. – подтвердил Роман. – И эту идею взяли, и «Моральный кодекс строителя коммунизма» сформулировали на основе религиозной идеи, и мно го чего ещё. Вот сравни из первой заповеди: «...да не будет у тебя других бо гов пред лицом Моим», и вот из морального кодекса: «Нетерпимость к вра гам коммунизма, дела мира и свободы народов». Кто коммунизм не строит, а в своём капитализме желает жить – тот, значит, враг, потенциальный зверь, будем к нему нетерпимы – всё как в религии. И поклонение мощам у церковни : 35 ;

ков взято – мавзолеи строить, и объявление всего рукописного марксистско ленинского наследия Писаниями, то бишь, Первоисточниками. И к любому случаю цитирование из этих Писаний. Любая научная статья или диссертация на любую тему должна во вступительной части содержать какую-то цитату из Первоисточников или из сказанного действующим в настоящее время Гене ральным секретарём.

– А ещё в литературе, в живописи, кино целые направления были – «лени ниана», «сталиниана» – почти как о жизни Иисуса в евангелиях Нового Завета.

Так что там, про Ананию-то?

– Вот текст из Деяний святых Апостолов: «Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение, утаил из цены, с ведома и жены своей, а некоторую часть принёс и положил к ногам Апостолов. Но Пётр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твоё мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли? Чем ты владел, не твоё ли было, и приобретённое продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоём? Ты солгал не человекам, а Богу. Услы шав сии слова, Анания пал бездыханен;

и великий страх объял всех, слы шавших это. И встав, юноши приготовили его к погребению и, вынеся, по хоронили». Вот ведь как! Любой убийца, душегуб может надеяться на то, что исповедуется у священника, в грехах покается, молиться будет – и простит его Господь, возьмёт в Царствие Небесное. Но за такой грех, что Анания со вершил – смерть преступнику тут же, на месте, без всяких покаяний, чтобы мучиться его душе в аду веки вечные...

Роман добавил из чайника в свою чашку, отпил немного, продолжил:

– Мне в этом рассказе нравится место, где апостол Пётр, допрос проводит как настоящий опер из угрозыска, прямо-таки – Глеб Жеглов. После смерти Анании он допрашивает Сапфиру. Надо же теперь и её в сообщничестве ули чить. Вопрос-то простой: за какую, всё же, цену они продали имение? Но Пётр не дурак! Он не позволит себе допустить промашку. Вдруг Сапфира испугается или ей станет стыдно за обман, назовёт истинную цену, и избежит наказания.

А то так и вообще о цене ничего не знает – Анания, допустим, у них в семье за главного, он без неё всё с покупателем решал. Вот на этом мы её и поймаем: не захочет она публично признаваться, что совсем уж на вторых ролях у Анании, даже стоимости сделки не знает. Пётр задаёт вопрос в провокационной форме, в вопросе сразу же подсказывается и ложный ответ: «скажи мне, за столько ли продали вы землю?». И что наша глупая Сапфира? Это вам не Манька Облига ция, которая тут же ему бы отрезала: не бери на понт, мусор! «Да, за столько».

Вот и попалась! «Что это согласились вы искусить Духа Господня? Вот, входят в двери погребавшие мужа твоего;

и тебя вынесут». Поняла Сапфира, что раз вёл её Пётр как шалаву какую-то, как дешёвку, и мужа уже порешили. Сер дечный приступ у неё, или инсульт с кровоизлиянием в мозг, скоропостижная смерть. Ещё одна грешница – прямой дорогой в ад. На сегодня двое – план по грешникам и по возвращению денег в церковь выполнен. И для прочих нази дание большое. Пётр устало зевнул...

– Тебе можно детективы на библейские сюжеты писать. Хорошо у тебя по лучается.

: 36 ;

– Нет, с библейскими сказочниками тягаться не смогу. – честно признался Роман. – Хотя расскажу, пожалуй, ещё об одном сюжете из Ветхого Завета – об уничтожении очень важного документа, и о подлоге его текста.

– Какого документа?

– Скрижалей с десятью заповедями. Я тебе говорил вчера, что к разговору о заповедях этих мы ещё вернёмся, вот сейчас и поговорим.

– А с этим-то что случилось? И что – подлог именно этого текста – запо ведей?

– Да, именно этого. Нам ведь в общих чертах известна сказка об этих скрижа лях и о десяти заповедях, которые на них высечены. Из них мы, правда, вспом нить обычно можем лишь несколько: не убивай, не кради, не прелюбодействуй, не лжесвидетельствуй. Ну, кое-кто ещё вспомнят: поклоняйся Господу, Богу свое му, не сотвори себе кумира, не произноси имени Бога напрасно, почитай отца и мать свою. Кто-то ещё вспомнит: не завидуй. Есть ещё и чисто иудейская: помни день субботний, не делай в оный никакого дела. Эти заповеди Моисею Господь на горе Синай продиктовал. В книге «Исход» в главе двадцатой об этом говорится.

Вот о странной истории с этими заповедями я и хочу рассказать. Далее там пи шется, что спустился Моисей с горы со скрижалями, на которых заповеди высе чены, а там его народ уже другому богу поклоняется. Надоело им ждать Моисея, обратились они к его брату Аарону с просьбой: «Сделай нам бога, который бы шёл перед нами». Аарон собрал у них золотые украшения, и отлил им из них Зо лотого Тельца – это в главе 32-й рассказ. Так вот, когда Моисей, сошедши с горы, увидел это безобразие – поклонение другим богам, он «воспламенился гневом», бросил сгоряча скрижали и разбил их о землю.

– Это с заповедями-то Господними так поступил?

– Да! Был в гневе великом. А теперь что далее было, читаю: «И стал Мои сей в воротах стана и сказал: кто Господень, – ко мне! И собрались к нему все сыны Левиины. И он сказал им: так говорит Господь Бог Израилев: возложите каждый свой меч на бедро свое, пройдите по стану от ворот до ворот и обрат но, и убивайте каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего. И сделали сыны Левиины по слову Моисея: и пало в тот день из народа около трех тысяч человек».

– То есть, написавши под диктовку Бога «не убий», он тут же и убил аж три тысячи? Так это он, может, просто самодурствовал, своевольничал?

– Нет, он волю Господню исполнял. Тот-то даже и большего требовал: «И сказал Господь Моисею: Я вижу народ сей, и вот, народ он – жестоковыйный;

итак оставь Меня, да воспламенится гнев Мой на них, и истреблю их, и про изведу многочисленный народ от тебя». Еле уговорил его Моисей меньшим наказанием для своего народа отделаться.

– То есть, Господь диктовал под запись: «не убий», и тут же говорит: «истре блю». Что-то совсем ничто не вяжется. Абсурд какой-то! А что же со скрижа лями, с десятью заповедями? Моисей же их разбил...

– Так вот и именно, что история с этими заповедями совсем непонятная, запутанная. Скрижали-то они с Богом восстановили, новые вытесали. Вот в главе 34 «Исхода» читаем: «И сказал Господь Моисею: вытеши себе две скри жали каменные, подобные прежним, и Я напишу на сих скрижалях слова, : 37 ;

какие были на прежних скрижалях, которые ты разбил». Обрати внимание:

«слова, какие были на прежних скрижалях». Но вот что интересно – тест-то на них теперь уже не тот, что ранее в библии упоминался, причём не только в 20-й главе «Исхода», но ещё и повторён в 5-й главе книги «Второзаконие». Теперь заповеди на скрижалях стали такими: ты не должен поклоняться богу иному, кроме господа, он бог-ревнитель;

не делай себе богов литых;

праздник опре сноков соблюдай;

шесть дней работай, а в седьмой покойся;

и праздник седь миц совершай, праздник начатков жатвы пшеничной и праздник собирания плодов при конце года;

три раза в году должен являться весь мужской пол твой перед лице владыки, господа бога израилева;

не изливай крови жертвы моей на квасное;

и жертва праздника пасхи не должна переночевать до утра;

самые первые плоды земли твоей принеси в дом господа твоего;

не вари козлёнка в молоке матери его.

– Последняя мне знакома, у Юрия Полякова повесть такая была – «Козленок в молоке». А куда же подевались «не убивай», «не кради», «не завидуй», «почи тай отца и мать свою», «не лжесвидетельствуй»? Или их и не было вовсе? Мы о них знаем лишь со слов Моисея? Никаких других свидетельств о них нет? До пустим, Моисей по памяти пересказал. Но это же совсем другое, совсем не то, что потом они с Богом на дубликатах скрижалей написали. Он, что же – врал с первым вариантом заповедей? И почему именно тот вариант, достоверность которого совершенно, выходит, сомнительна, выдаётся теперь нам за запове ди Господни, а этот вариант, документально подтверждённый, замалчивается?

Какая-то подмена произошла! Вот где детектив-то! Ничего не пойму!..

– Не могу тебе, Максим, ничем помочь. Это разве что богословы могут объяснить. Не зря ведь столько трудов они понаписали с их толкованиями и объяснениями. И ещё напишут – этим можно бесконечно заниматься. Меня иногда защитники религии спрашивают: а вы Библию читали? Читал, говорю.

Но, конечно, не всю – там же 1200 страниц, причём такого противоречивого текста, что если читать вдумчиво, с разбором, то от прочитанного и крыша может поехать. Да и не обязательно всю-то читать. Для того, чтобы познать вкус моря, не требуется выпить всё море, можно выпить один стакан. Если уж на то пошло, так я прочитал гораздо больше, чем большинство из тех, кто в церковь ходит. Поэтому и в бога религиозного поверить не смогу. Библия – это наилучший «справочник атеиста». Или вот ещё о том, как чтение библии на отношении к ней сказывается. Это генерал Антон Деникин написал: «Я лично прошел все стадии колебаний и сомнений и в одну ночь (в 7-м классе), бук вально в одну ночь, пришел к окончательному и бесповоротному решению:

отметаю звериную психологию Ветхого Завета, но всецело приемлю христи анство и Православие. Словно гора свалилась с плеч! С этим жил, с этим и кончаю лета живота своего».

– Отменяет он, значит, Ветхий Завет... Так ты ведь правильно говорил вчера, что отвергая Ветхий Завет, мы, следовательно, отвергаем и этого жестокого, злобного Яхве, то есть лишаем Иисуса отца, и он тогда – сын простого плот ника Иосифа, никакой он не сын Господень, самозванец какой-то. У Деникина, «всецело приемлющего христианство», тут явная нестыковка, нарушение ло гики.

: 38 ;

– А зачем верующему человеку логика? Это же вера, здесь не размышлять, а верить надо. У церкви принцип такой: «Толковать библию положено ба тюшке. Негоже люду мирскому вдаваться в понимания и толкования! Так и до греха недалеко. Все знания от бесов». Я же – материалист, к религии, как и к любой идее, могу подходить только со здравым смыслом, критично. Вот взять сюжет с Ананией и Сапфирой, или со скрижалями этими. По наличию подобных моментов и должна оцениваться любая провозглашаемая идея, по нятно, что и религия в том числе. Хорошие лозунги или заповеди, в идеях име ющиеся и прописанные – это совсем ни о чём не говорит. Нет идей, хоть самых реакционных, профашистских, где бы не говорились слова о справедливости, например, или о хорошей жизни для тех, кто эту идею принимает, ей следует и ей служит. Кто-то удачно подметил, что Иисус столько о гуманизме не гово рил, сколько Гитлер или Сталин.

– Это точно. – согласился Максим. – Насчёт того, чтобы «осчастливить» – это в их идеях в первую очередь было.

– Лживые идеи обязательно должны маскироваться, прятаться под мишуру, красивую облатку, за которой лежит основное. Вот так и с религией: выпол нять заповеди «не убий», «не укради», оказывается, не так уж и обязательно.

Ну, случилось, совершил грех – с кем не бывает? Можно же потом раскаяться, молитвами свои грехи замолить. Ты Богу-то ещё и милей даже будешь, чем не согрешивший. Вот что в Писаниях говорится: «Сказываю вам, что так на не бесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девяноста девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» – это в христианстве, Евангелие от Луки. Из Талмуда цитата: «Там, где стоит кающийся, праведники стоять недостойны». А вот в исламе, Муслим 2747: «Если бы вы не грешили, то Аллах обязательно сотворил бы таких людей, которые стали бы совершать грехи, а затем просить о прощении, и Он прощал бы их!». Это нам религии и церковники такое внушают, это мы перед ними исповедуемся, чтобы они нам грехи наши отпустили. Откупаемся у них за небольшие свои грешки – это те, которые против человека. Но есть грех, которому прощения нет – это против веры, против Бога: «Всякий грех и хула простятся человекам, а хула на Духа не простится человекам;

если кто скажет слово на Сына Человеческого, простит ся ему;

если же кто скажет на Духа Святаго, не простится ему ни в сем веке, ни в будущем», Евангелие от Матфея.

– Роман, так ведь и у «бесов» так же. В религии главная идея – вера в Бога, смирение перед властью и церковью, а у «бесов» – верность партии и провоз глашаемой ею идеям. И в Кодексе моральном у них всё так же прописано.

– Да, так же. И так же лукаво. Ведь хороши же «заповеди»: «Коллективизм и товарищеская взаимопомощь: каждый за всех, все за одного», «Гуманные от ношения и взаимное уважение между людьми: человек человеку друг, товарищ и брат», «Честность и правдивость, нравственная чистота, простота и скром ность в общественной и личной жизни», «Взаимное уважение в семье, забота о воспитании детей». Но тут же: «нетерпимость к врагам коммунизма». То есть – «кто не с нами, тот против нас». Ты можешь и семьянином плохим быть, и скромностью в общественной и личной жизни не отличаться – что же, чело век слаб, тебе это простится... Главное, чтобы ты не был врагом идеи. Или вот : 39 ;

такая заповедь: «Преданность делу коммунизма, любовь к социалистической Родине, к странам социализма». Тебе предписывается любить социалистиче скую Родину. Это заповедь. И теперь те, кто следит за исполнением нами их Кодекса, будут определять степень этой нашей любви. Критикуешь наши недо статки, значит, Родину не любишь. Оделся модно – попал под тлетворное влия ние Запада. Нравится зарубежная музыка – то же самое: «сегодня любит джаз, а завтра Родину продаст». Вот ещё один пункт из Кодекса: «Непримиримость к несправедливости, тунеядству, нечестности, карьеризму, стяжательству».

Как категорию «тунеядец» определить? Как судья, которая поэта на прину дительное лечение в психушке осудила? Вы где работаете? Я – поэт. Я вас не спрашиваю, чем вы занимаетесь, я спрашиваю: где вы работаете? Кое-что из этого мы с тобой застали.

– Сейчас нам мало чего доводится увидеть из жизни в Северной Корее. Но вот где-нибудь в новостях увидишь сюжетик – помпезные партийные съезды с престарелыми лидерами, передающими и утверждающими передачу власти по наследству, военные парады, «энтузиазм» народа на организованных для него демонстрациях – как это всё узнаваемо!..

– Конечно, узнаваемо – точно так же и у нас было.

– А сейчас – не ложь? Ты вот в этом поселении не от неё ли спрятаться на деялся?

– И сейчас тоже ложь... – с согласием и грустью кивнул Роман. – Рассказ свой об актрисе той продолжу, увело нас от него в разговоре нашем. Она тоже побег из общества совершила. Совсем в другую, чем я, сторону – к Богу при шла. И тоже, как и у меня – побег неполный: продолжает играть в театре, где то сниматься по позволению на это от своего духовника, как она говорит – из за денег, что понятно, объяснимо, и по-человечески – оправдано. Но теперь я на её спектакли не пойду, не смогу я её роли смотреть – какое-то уж совсем двойное лицедейство получается. В конце встречи её спросили: «Вот вы окон чили ВГИК, ваш сын тоже ВГИК окончил, теперь он священником служит.

А если кто-то из ваших четырёх внуков решит актёрскую профессию вы брать?». Ответ был однозначный: «Только через мой труп!». Интеллигентная бабушка заведомо готова всеми силами препятствовать возможному чьему-то выбору, независимо от чьих-то пожеланий и талантов. Или вот ещё один ин теллигент – Юрий Вяземский, заведующий кафедрой мировой литературы и культуры МГИМО. На телепередаче на всю Россию объявляет: «Атеисты – это больные люди, их лечить надо». Где лечить? Опять в психушке, видимо. Суть религиозной идеи предопределяет именно такое её понимание, что только уве ровавшие в бога получают возможность приблизиться к духовным высотам...

и ко всему, что к этому прилагается – Рай, Царствие Божие, вечная благодать, и т.п. А если кто от такой «духовности» отказывается, то, конечно же, он боль ной... Или вот читаю, что говорит Игорь Поляков, священник, психолог, дирек тор психологического центра «Протос»: «Представьте, человек, который мало что способен чувствовать, пришел в Церковь, что он может воспринять? Поют, дымом пахнет. Тонкостей, душевных переживаний он не воспринимает, по тому что их в нём вообще нет... Чтобы человек воспринимал Бога, чувствовал Бога, нужно развить сферу его чувств. Нужна психологическая коррекция».

: 40 ;

– Вот как! – воскликнул Максим. – Значит, человек, способный чувствовать и любить хорошую музыку, хорошее литературное произведение, картину, природу, животных, многообразие мира, но не верящий в их религиозных бо гов, не идущий в их храмы – он, видите ли, «мало что способен чувствовать».

А вот как воцерковится человек – так и совсем другое дело будет, ему нужную «коррекцию» произведут, для него не дымом в церкви будет пахнуть, а Бог его лица коснётся.

– Если мозги не так работают, то их «вправят». – грустно опять улыбнул ся Роман. – «Для человека с низким уровнем интеллекта норма – отличать икону Божией Матери от иконы Спасителя и уметь перекреститься» – этот же священник-психолог говорит про совсем уж неразвитых «овечек». Вот это и есть одна из главных подлостей религии – разделение людей простейшим способом: прибился к их стаду, пастве, значит человек духовный, или стре мишься к этому, в церкви тебя таковым сделать смогут. Я против того, чтобы на основании какой-либо идеи одни мои сограждане могли считать других по тенциальными зверьми и людьми с низкой духовностью, и это лишь потому только, что те эту идею для себя и для общества отвергают. Религия – это не просто ложь и лицемерие, это умно и цинично выстроенная подлая идеология.

– Выходит, религия приучила людей лгать и верить в ложь?

– Так ведь как сказать, что раньше-то появилось? «Религия существует с тех пор, как первый лицемер повстречал первого дурака», Вольтер. Религия же не откуда-то сама по себе взялась. Её вот как раз люди и придумали. Те придума ли, у кого ко лжи способности, для тех придумали, кто в ложь легко способен уверовать. Но вот то, что религия помогла утвердиться лжи как обыденному явлению среди людей – да, это так.

– И всё же, Роман, как нам быть с проблемой смерти? Если отказываемся от религиозных богов, значит, лишаем себя надежды на загробный мир, на бессмертие? Человек не хочет жить в такой безнадёге, поэтому он и творит себе богов.

– Да, для человека это больной и вечный вопрос. Причём при здравом то понимании человек может осознавать, что вечная физическая жизнь не только невозможна, она ему и не нужна вовсе, будет даже для него тягостна.

Он часто и с этой-то своей жизнью, которая ему отпущена, не знает что делать.

Спроси его: зачем тебе долго жить? Что он может ответить? Чтобы долго не умереть! У него есть лишь животный страх собственной смерти. Это приня то так говорить, что «животный страх», но не очень-то это выражение сюда подходит. «Животный страх» смерти может быть только у человека, он порой лишает его разума и воли. У животных же – это совершенно здоровый и по лезный им инстинкт самосохранения. Вот несколько цитат:

«Достаточно ну просто чуть-чуть подумать о том, что это такое – вечная жизнь, чтобы прийти в ужас или испытать беспросветно тоскливое чувство.

Быть обречённым на вечность (что бы это ни значило) в чём-то страшнее, чем быть обречённым на смерть. Хотя в чём-то и заманчивей. Но в любом случае в идее вечности есть какое-то недоразумение. Может быть, потому, что рожда ется она не от ума, а от жаждущей жизни плоти и безумного в своем эгоизме и завистливости ума?», Валерий Кувакин.

: 41 ;

И вот ещё:

«Думать о смерти нужно для того, чтобы собраннее жить. Смерть – зако номерное завершение жизни, заложенное ещё при начале её. Природа очень мудра, ибо совершенствуется через обновление, через новое поколение», Пётр Проскурин.

«Смерти меньше всего боятся те люди, чья жизнь имеет наибольшую цен ность», Иммануил Кант.

Но я бы это переиначил без особого изменения основной сути: смерти более всего боятся те, чья жизнь имеет наименьшую ценность. Религиозная идея о загробном мире, вера в неё – это вот как раз и есть издержки этого «животно го страха». Продолжим далее. Но есть и совсем другая идея обеспечения себе бессмертия, по которой люди во всём мире тысячелетиями живут. Идея эта – оставить после себя какую-то память, какое-то творение.

– Да, об этом мы вчера говорили – об альтруизме, о творцах.

– Или такой вот ещё к этому разговору о творцах пример – египетские пи рамиды. Ритуальные какие-то предназначения имеют – это понятно. Но, по моему, несомненно же и то, что в замысел их возведения закладывалась воз можность удивлять и восхищать людей этими сооружениями и через многие тысячелетия. Так ведь и удивляемся, и голову ломаем – как их сумели воздвиг нуть?

– Кстати, а комплекс, например, Стоунхенджа в Англии с многотонными валунами, водружёнными друг на друга. Постройка его определяется вроде бы ещё более ранним временем, чем пирамиды в Египте. А пирамиды индейских народов в Америке.

– Чудесных творений много, и всегда в их создании присутствует стремле ние запечатлеть себя, свой труд, свои замыслы на годы, века и тысячелетия.

В этих творениях большей частью, конечно, властители такое тщеславие удо влетворяли. Но, наверное, восхищались ими и простые строители, ощущение их величия чувствовали. А теперь возьмём пример другого рода. Вот были два человека – Герострат и Иисус. Оба шли к осуществлению своей идеи: остаться в памяти народной. Совершенно целенаправленно шли, с реальным осознанием угрозы для своей жизни. Собственно, угроза жизни, и даже лишение её, и были залогом успеха их идеи. Для них, для обоих, физическая смерть – ранее, или позднее, но всё равно же неизбежная, была менее страшной, чем забвение. Это и у многих-то так, хотя, конечно, и сила страха перед смертью, перед забвением у разных личностей разная, и накал борьбы с этим страхом тоже разный, и сред ства и способы, которые они готовы применить. Иисус и Герострат – наиболее наглядные, хрестоматийные примеры подавления инстинкта самосохранения, достижения бессмертия через свою добровольную смерть, через готовность её принять. Оба они своей цели достигли. Только вот о Герострате мы помним, как о поджигателе храма, с Иисуса же началось новое религиозное учение. Или вот Андрей Болконский ночью перед битвой под Аустерлицем размышляет... Вот, нашёл: «...но ежели хочу этого, хочу славы, хочу быть известным людям, хочу быть любимым ими, то ведь я не виноват, что я хочу этого, что одного этого я хочу, для одного этого я живу». И далее: «...что же мне делать, ежели я ничего не люблю, как только славу, любовь людскую. Смерть, раны, потеря семьи, ни : 42 ;

что мне не страшно. И как ни дороги, ни милы мне многие люди – отец, сестра, жена, – самые дорогие мне люди, – но, как ни страшно и ни неестественно это кажется, я всех их отдам сейчас за минуту славы, торжества над людьми, за любовь к себе людей, которых я не знаю и не буду знать, за любовь вот этих лю дей». Под славой он понимает именно память о себе, любовь людей, которых он не знает и не узнает никогда, и пусть даже ценой за эту память и любовь будет его собственная жизнь. Это же, несомненно, и Иисуса мысли.

Кот Барсик, тёршийся о ноги Максима, заскочил к нему на колени.

– Он у нас к гостям всегда пристаёт, столкни его на пол.

– Нет, пусть сидит – уж очень хорош котяра! Да, о творцах это верно: «свои творенья создавая, творят они себе бессмертие – возможность результатом творческим своим остаться в памяти народной». И примеры с Иисусом и Геро стратом – это всё в точку. Но это всё высшая степень в стремлении избежать если не физической смерти – это невозможно, то хотя бы смерти духовной – забвения. А как это будет в обыденной жизни, для простого человека, в кото ром не бушуют такие-то вот страсти?

– Человек должен быть нацелен на творение, на то, чтобы результаты прожи той его жизни, его труда остались после него служить другим людям. Одной из главных заповедей объединяющего нас всех Духовного Учения я считал бы за мечательные слова Рэя Брэдбери: «Каждый должен что-то оставить после себя.

Сына или книгу, картину, выстроенный тобой дом или хотя бы возведённую из кирпича стену, или сшитую тобой пару башмаков, или сад, посаженный твоими руками. Что-то, чего при жизни касались твои пальцы, в чём после смерти най дёт прибежище твоя душа. Люди будут смотреть на взращённое тобой дерево или цветок, и в эту минуту ты будешь жив... Неважно, что именно ты делаешь, важно, чтобы всё, к чему ты прикасаешься, меняло форму, становилось не таким, как раньше, чтобы в нём оставалась частица тебя самого...». Не поклонение вы думанным богам, не надежда на загробный мир и выдуманный рай должны быть идеей для человека.

– Это же абсолютно эгоистичный подход: с миром будет то, что будет – на всё воля Божия, главное – это у Господа молитвами и смирением божью ми лость заслужить, своею, единоличною персоной в рай попасть.

– Да, – согласился Роман, – именно эгоизм с одной стороны, и с другой – полное подчинение идее. Принять за жизненный стержень какую-либо идею – в этом у человека есть, несомненно, потребность, это помогает по жизни, придаёт ей смысл. Но в идее этой не должно быть заведомой лжи. Повторю, что я вчера уже говорил. Во-первых, принятие религиозной идеи является уза кониванием лжи в общественной философии, что на пользу обществу быть не может, во-вторых, никогда эта идея не будет принята всем обществом. На личие такой идеи, а тем более – насаждение её для всего общества, всегда и обязательно будет причиной внутриобщественного конфликта. Полезной для человеческой цивилизации идеей будет только та, в которой изначально нет лжи, в которой утверждается, что жизнь человека – это ради жизни земной, ради продолжения человеческого рода, ради людей – теперешних, и будущих.

А вот ещё в эту же тему. На сайте Стихи.ру нашёл как-то стих с названием «Жизнь бесконечна», мне очень понравился:

: 43 ;

Я умру, потому что так надо, Потому что всё умирает:

Умирают весной снегопады, Облака в поднебесье тают.

И цветы, лепестки роняя, Умирают утром морозным.

Всё с землёю пожар сравняет...

Только вдруг после бури грозной Прорастёт трава молодая, Так волнующе, так чудесно!

Вот я и сейчас умираю, Чтобы вместе с нею воскреснуть.

В продолжение этого стиха я написал небольшое эссе:

Да, вот именно – «умру, потому что так надо»... Очень хорошую аналогию нашей жизни наблюдаю каждый сезон на своих приусадебных сотках. Весной снег стаял – земля чёрная, неприглядная, неухоженная. Начинаешь посадки де лать – ещё ничего не взошло, но уже преображение наступает, всё начинает упорядочиваться, видно приложение твоих трудов. Затем тобою посаженное всходить начинает, всё вокруг зеленеет, глаз радует. Наступает лето, работа но вая – поливка, прополка сорняков – всё силу набирает, в рост идёт. Твои тру ды оплачиваются плодами, поработал хорошо – и плодов поболее. Правда, и от удачи, от погоды тоже кое-что зависит. Осень настаёт – идёт уборка, земля опять становится чёрной, убранной от всех твоих посадок. Но это уже другой вид оголённой земли. Она теперь красива – не то, что была ранней весной, она завершает свой годовой цикл, отдала тебе всё, что могла, наградила за труды.

Потом глубокая осень – старость, потом зима – умирание... Но знаешь, что опять ведь будет весна, и опять семена лягут в землю, и опять всё взойдёт, и расцветёт, и снова земля за труды вознаградит. А потом опять осень, и зима опять... И пусть когда-то и ты уйдёшь, но придут на эту землю другие, и так же будут класть в неё семена весной, и смотреть с любовью и благодарностью на эту землю по осени. Всё закономерно и циклично, всё родившееся на земле должно уйти когда-то в землю, удобрив её для всходов будущих. В осознании этого есть и счастье, и грусть о предстоящем, неизбежном уходе, и утешение за него. Жизнь бесконечна.

– Хороший стих, и эссе тоже. Жизнь бесконечна! Роман, ты вот о неком Ду ховном Учении говоришь. Откуда оно, о чём?

– Это я несколько условно так сказал. Никакого конкретного Учения под этим не подразумеваю. Хотя и считаю, что мыслителям и философам надо за няться его созданием. Собственно, ничего особо нового придумывать-то и не пришлось бы. Надо лишь осмыслить историю человечества, закономерности его развития, а также выявить, определить какие здесь были ложные пути и тупики, причины, которые нас по этим путям вели, объяснить эти причины, показать, как следовало бы избегать подобных ошибок.

– Да, совсем пустячок – осмыслить, что было неправильно и показать, как надо...

: 44 ;

– Твою иронию понимаю. – улыбнулся Роман. – Но это надо делать, вести духовные поиски. Кстати, третьей моей претензией к религии является то, что она своим наличием является тормозом, неким стопором к развитию истин ных духовных учений. Социального запроса от общества на такие учения нет, оно религиями обходится. Религия утверждает себя как единственная и не погрешимая Истина. Но абсолютной истины нет, и быть не может. Есть лишь путь, постоянное движение к ней. Этот путь, это движение и есть истина. Если мы говорим, что истину нашли, прошли свой путь в её познании, этот путь для нас закончен, значит, мы остановились, то есть, мы от истины начинаем удаляться – она уходит от нас всё дальше, мы за ней не поспеваем. Как че ловечество постоянно развивается, переходит от одной формации к другой – первобытнообщинный строй, рабовладельческий, феодализм, капитализм, возможно, когда-то и коммунизм будет, или другая какая-то новая формация, так и духовное учение должно быть в постоянном развитии. Это неизбежно, это обязательно должно быть.

– Ты говоришь о коммунизме, как о возможной следующей общественной формации. Ты это серьёзно? Коммунистическая идея себя же полностью дис кредитировала.

– Я так не считаю. – возразил Роман. – Никакой дискредитации не было, по скольку не было не только никакого построения коммунизма, не было и движе ния по пути к нему, даже попыток. Коммунистическая идея – это действительно идея построения светлого будущего – не берусь утверждать, что это есть именно марксова идея, я в марксизме не силён, – и это именно на земле, и именно постро ение своими руками, своими силами, а не вымаливание у Бога какой-то райской загробной жизни. Но «бесы» из этой идеи сделали вот именно идею религиоз ную, точно с теми же атрибутами – и «заповеди» есть свои, и мощи, Писания Первоисточники, «инквизиция», крестные ходы, ритуальные песнопения и т.д.

Будучи такими же лжецами, что и попы, «бесы» скопировали у них буквально всё, также и то, что светлое будущее – это лишь как некий Рай, который, может, и будет... когда-то. На самом же деле они лишь себе уютное настоящее устраивали.

Будучи также не дураками, они, после первого десятилетия активной борьбы с попами, оставили в своём арсенале лишь атеистическую пропаганду, при этом очень лукаво и подловато привлекли попов к себе в союзники. Чего, естественно, те только и ждали. Они-то знают, что ни одна власть не откажется от их помо щи, будь она хоть самая «бесовская», поэтому и они с любоой «бесовской» вла стью сотрудничать будут. Всё, что «бесы» сделали – это провели обобществление средств производства и установили порядки казарменного коммунизма с жесто ким принуждением к нему. Вот именно, что как в «Деяниях» из Нового Завета.

Какое же это построение нового общества? Вот что пишет об этом политиче ский философ Александр Неклесса: «...вопреки собственным декларациям, она отстраивала, прежде всего, «панцирь»: военную и государственную машину. В то время как человек, народ, население превращались в аморфную, безгласную, ав томатизированную массу: склад безликих, соответствующих административно производственной номенклатуре «винтиков». По мере востребованности изы маемых, употребляемых, затем – выбрасываемых».

– Да, вот именно винтиков. Но ведь опять в обществе ширятся настрое : 45 ;

ния возврата в СССР, в коммунизм, причём, теперь большей частью они уже от молодёжи начинают звучать.

– В некотором смысле – это нормально. «Кто в 20 не социалист – тот под лец, кто остаётся социалистом в 40 – идиот» – примерно так чей-то афоризм звучит. Резко и категорично, но довольно-таки – верно. Молодёжь идеализи рует то наше время, полагая, что тогда всё было честнее. Лжи тогда было не меньше, просто она была освящена единой идей, верной по сути в отличие от религии, но извращённой её «исполнителями». Под коммунизмом я пони маю не какую-то общественную политическую экономическую систему или формацию, а общество, в котором провозглашать или транслировать лживые идеи будет просто-таки неприлично, а попытки внедрения силой каких-либо идей безоговорочно будут считаться преступными. Вот к такому обществу мы должны последовательно и планомерно эволюционировать.

– А ты уверен, что такое общество когда-либо будет?

– Причём здесь моя личная уверенность? Нет её ни в положительном, ни в отрицательном смысле. Но вот в чём я уверен, так это в том, что построение именно такого общества может быть спасительной идеей и целью для челове ческой цивилизации. Вот ещё один фрагмент послушай:

Спросят: а как же без идеи?

Нужна идея, спору нет.

Но обязательными к ней условия такие быть должны:

а) чтоб изначально ложной не была она;

б) и никакого чтобы воплощения её.

(Хоть знаю я, что критики немало смогу услышать за позицию свою, но не промолчу, её озвучу.) Вот пример тому – идея коммунизма.

Не за то её ругаем, что ложная она, этого как раз и нет, по крайней мере – в целом.

Пожалуй даже, что нет других идей, что лучше бы давали направление общества развитию.

Но появиться стоит другой идее по воплощению скорейшему идеи коммунизма, с появленьем нужных институтов власти, манифестов, «кодексов моральных», партии единой, структур партийных, органов для проведения репрессий, чтоб мнения иные подавлять – и всё, идее той конец приходит.

: 46 ;

Становится она лишь камуфляжем, прикрытием для подлецов и демагогов.

Перефразируем слегка известный афоризм:

идеи гении рождают, берутся воплощать фанатики, затем вступают в дело подлецы – результаты пожинают, едят плоды.

Показателем хорошим лживости идеи является число людей, занимаются которые лишь тем, что служат ей, верней – обслуживают, к властям прилаживают, овцам в голову внедряют, отводят ритуалы и обряды, с ересью воюют, толкуют Тексты, ну, и так далее – забот подобных много у проводников идеи лживой.


Это как к религии относится с обещаньем Рая для сейчас живущих, кто верит в Бога, так и к идее «бесов»

о «построении коммунизма», о «светлом будущем», которое уже не за горами, скоро будет, надо лишь немного потерпеть, может, и совсем недолго – всего-то 20 лет (например, Хрущёв Никита так нам обещал назад тому полвека.) Лучшая идея – это та, которую мы не «воплощать» берёмся, а держим целью для себя и для своих потомков, пусть даже и для дальних самых.

Не «воплощенье» быть должно, а эволюция.

Эволюция не терпит ускорений, тогда она мутацией становится, как было это с коммунизма «построением», так же это и с любой другой идеей будет, и уж тем более – со лживой изначально.

: 47 ;

Самым главным измененьем в обществе есть изменение его сознания.

А для этого исключена должна быть ложь как в идеях, так и в средствах и способах по продвиженью тех идей.

Отдельный это разговор об идеях наших, и немалый, непростой – над идеями работать надо.

Для обозначенья направленья скажем, что оставляем, например, в качестве основы идеи гуманизма.

– То есть, идея для общества – это светлое будущее, в котором общество безо лжи, полости, лицемерия. Но «воплощать» эту идею нельзя, надо лишь к ней эволюционировать... – Максим пожал плечами. – Так ведь скучновато это как-то для пипла, для народа, то есть. И непонятно: что тут делать-то надо.

Нам бы революцию какую-нибудь опять, чтобы быстренько результаты полу чить. И чтобы в ней как-то самому поучаствовать при желании можно было.

Вот там всё понятно – есть лидеры, лозунги, списки, подписи, демонстрации, протестные акции, баррикады, экспроприация экспроприаторов, и т.д. Пони маешь, конечно, что всё это опять лишь обманом обернётся, если не сегодня, так завтра, или послезавтра. Уж нам ли этого не знать? Но как ты про «систем ные игры» говоришь: «Мы ж, народ, играем больше в «подкидного дурака» или в игру какую-то другую, где из колоды можно взять туза козырного или короля по случаю... эх!.. да, по удачному! Вот придёт, мол, царь иль вождь хороший и всё и всем нам будет хорошо!».

– Всё верно. – согласно кивнул Роман. – Тут целый клубок вопросов. С одной стороны для общества, для человеческой цивилизации должна быть какая-то идея, эту цивилизацию объединяющая, ведущая её в направлении развития. А с другой – общество-то ведь из отдельных индивидуумов состоит, многие из которых не очень-то готовы воспринимать идеи какого-то глобального свой ства. Жить они готовы и будут именно по тем идеям, которые им их вожди и лидеры предлагают. Лидеры эти чаще всего – самозваные. И не идеи это порой вовсе никакие, а лишь под видом борьбы идей борьба за власть между этими лидерами или какими-то группировками. Иногда и в тупики они общество за водят, и трагические повороты бывают. Так всегда было, так будет, по-другому и быть не может – это жизнь.

– Под тупиковыми идеями и трагическими поворотами имеешь в виду фа шизм и идею о быстром и локальном построении коммунизма? Опять твои слова вспоминаю: «Кто коммунизма взял идею, кто – национал-социализма. И вот проигрывают эти «бесы» «овец» своих не единицами, а тысячами, и мил лионами...».

– Да, это примеры наглядные и по историческим меркам для нас современ ные.

– Но ведь трагические-то повороты становятся со временем всё страшней и : 48 ;

опасней. И действительно, какой-то из этих поворотов последним для нас всех может оказаться.

– Поэтому и должна быть какая-то общая идея, единая для всего человече ства.

– Какая, что ты под этим имеешь в виду?

– Почему бы не взяться искать идею не в прошлом – в нашем ли, или всего человечества, а в будущем? А прошлое чтобы помогало в избегании ошибок в этих поисках. – было также видно, что и эта тема Романом выстрадана, обдума на, наверное, на много раз. – Начинать надо с общефилософского вопроса: «Мы здесь зачем?» Сейчас я тебе ещё одну утопию выложу, можешь это так и счи тать. Понимаешь, чтобы определить для человечества какую-то цель, какую-то Высшую Идею, не обойтись, всё же, без некоторой сказки. А может, это сказкой только сейчас видится... Начнём с того, что имеется гипотеза об уникальности человеческой цивилизации, то есть о наличии цивилизации разумных существ во Вселенной в единственном числе – это только земная. Вот не получилось больше нигде живой материи создаться – вспомним обезьяну и четыре тома «Войны и мира». Поскольку эта гипотеза ничем пока не опровергается, её мож но принимать за истинную. Если же какие-то данные о инопланетных разумных цивилизациях когда-то появятся, гипотеза будет исправлена. Так вот, эта Выс шая Идея в том, что цель и задача земной цивилизации: не дать самой себя по губить, сохранить себя через своё развитие, совершенствование, гуманизацию.

Не дать также погубить человеческую цивилизацию никаким внешним силам ни планетарного, ни космического масштаба – Солнце остынет через сколько-то миллионов лет, или, как говорят учёные, ещё ранее может случиться, что исчез нет магнитное поле Земли, которое защищает всё живое на планете от потоков убийственных для нас космических частиц. Со временем мы могли бы заселять другие планеты, другие звёздные системы, другие галактики. Задача челове чества – обеспечить своё существование до тех пор, пока существует Космос.

То есть – вечно. Вот такая Высшая Идея.

– «Бывают в жизни положения, выпутаться из которых можно только с по мощью изрядной доли безрассудства» – ты меня завёл своим цитированием крылатых выражений, мне вот тоже из Ларошфуко вспомнилось. Знаешь, Ро ман, я не стал бы называть это сказкой, утопией. Мы ведь даже не можем себе представить, какими возможностями будут обладать люди через сто лет, через тысячу и более. Смогут и в другие галактики летать. За прошедшие сто лет мир и наши возможности изменились очень сильно, за предстоящие сто лет изме нений будет ещё больше, а уж что будет через тысячу лет!?..

– Так ведь и угроз цивилизации от себя самой с её развитием ещё больше будет.

– Понимаю, что ты хочешь сказать. – кивнул Максим. – Чем более мы будем что-либо изобретать и создавать, тем более мы это против себя и друг против друга направлять и использовать будем.

– Оно и сейчас так есть, так же и далее останется. Появятся, например, какие-нибудь химические психотропные средства, с помощью которых можно в совершенно массовом порядке на психику людей воздействовать, чтобы чело век был управляемым, как робот, как зомби. Или излучение какое-то с такими : 49 ;

же возможностями будет открыто. Или в генах какую-то подобную модифика цию можно будет провести. И всё – ничто не остановит тех, в чьих руках такие средства окажутся. Сейчас ведь религия в таких же целях используется, и это считается нормальным и допустимым. Естественно, что властям желательно именно такой, управляемый народ иметь. Работают, едят, размножаются, ни на что не ропщут. А солдаты какие – выносливые и бесстрашные! А вот у властей этих, в состояние бездумных зомби не опущенных, наоборот – тщеславие, ам биции, зависть... Войны между собой ведут, амбиции свои тешат, благо – пу шечного мяса достаточно. В общем, какое там спасение цивилизации, расселе ние в другие звёздные системы!?.. Если бы даже и дошло до этого, полетели бы наши звездолёты в разные стороны, где-то бы обжились, цивилизации новые создали, вот тогда-то настоящие «звёздные войны» и начались бы. Всё, что на Земле творили, теперь стали бы во вселенском масштабе творить.

– Ты прямо-таки апокалипсис какой-то нарисовал. – воскликнул Максим.

– Вот и скажешь теперь, что прав был Иоанн Богослов, когда предсказывал конец света.

– Как сейчас, так и две тысячи лет назад, мыслящий человек понимал, что значительная часть действий человека определяется его животной природой.

Николай Амосов, например, считал, что животная природа определяет 70 про центов действий человека, то есть на 2/3. Остаётся добавить к этому понима ние, что человеческая сущность не меняется, и что со временем возможности человека по подчинению и истреблению себе подобных будут только возрас тать – и, всё, предсказание конца света готово! Можно ещё для красочности разнообразить его художественными деталями и картинками. Вот слушай:

«...Я овладеваю всей полнотой власти на земле... Ни одна труба не задымит без моего приказа, ни один корабль не выйдет из гавани, ни один молоток не стукнет. Всё подчинено, – вплоть до права дышать, – центру. В центре – я.

Мне принадлежит всё...

Затем я отбираю «первую тысячу», – скажем, это будет что-нибудь около двух-трех миллионов пар. Это патриции. Они предаются высшим наслажде ниям и творчеству. Для них мы установим, по примеру древней Спарты, осо бый режим, чтобы они не вырождались в алкоголиков и импотентов. Затем мы установим, сколько нужно рабочих рук для полного обслуживания культуры.

Здесь мы также сделаем отбор. Этих назовём для вежливости – трудовиками...

...Они не взбунтуются, нет, дорогой товарищ. Возможность революций бу дет истреблена в корне. Каждому трудовику после классификации и перед вы дачей трудовой книжки будет сделана маленькая операция. Совершенно неза метно, под нечаянным наркозом. Небольшой прокол сквозь черепную кость.

Ну, просто закружилась голова, – очнулся, и он уже раб. И, наконец, отдельную группу мы изолируем где-нибудь на прекрасном острове исключительно для размножения. Всё остальное придется убрать за ненадобностью....Эти трудо вики работают и служат безропотно за пищу, как лошади. Они уже не люди, у них нет иной тревоги, кроме голода. Они будут счастливы, переваривая пищу. А избранные патриции – это уже полубожества...


Уверяю вас, дружище, это и будет самый настоящий золотой век, о котором мечтали поэты. Впечатление ужасов очистки Земли от лишнего населения сгладит : 50 ;

ся очень скоро. Зато какие перспективы для гения! Земля превращается в райский сад. Рождение регулируется. Производится отбор лучших. Борьбы за существо вание уже нет: она – в туманах варварского прошлого. Вырабатывается красивая и утонченная раса – новые органы мышления и чувств. Покуда коммунизм будет волочь на себе всё человечество на вершины культуры, я это сделаю в десять лет...

К чёрту! – скорее, чем в десять лет... Для немногих... Но дело не в числе...»

– Это же «Гиперболоид инженера Гарина» Алексея Толстого. Вот уж, дей ствительно, отличные иллюстрации и картинки к концу света.

– Было это написано в 20-х годах прошлого века, чуть не 100 лет назад.

А вот современный текст: «Внедрение наномикрочипов в вакцины – вопрос ближайшего будущего....Для введения новых вакцин не нужны уколы – их можно просто закапывать в нос....С помощью компьютера системы дистан ционного контроля (RMS) оператор может посылать электромагнитные сиг налы в нервную систему, влияя таким образом на человека. RMS позволяет заставить совершенно здорового человека видеть галлюцинации и слышать голоса. Электромагнитное стимулирование может влиять на функции моз га и мускульную активность, вызывая спазмы и приступы острой боли, по добно пытке. Используя различные частоты, тайный оператор, работающий с компьютером, может даже менять эмоциональную жизнь человека, вызывая агрессию или апатию. Точно так же можно искусственно влиять на половую функцию человека и контролировать не только сознание, но и подсознание.

Человеку можно внушать даже мечты».

– Тоже картинка замечательная! А пока функцию «тайных операторов»

попы выполняют с внедрением в сознание мечты о загробной жизни. Ты зна ешь, Роман, мне думается, что люди довольно-таки просто и легко согласятся на подобную «вакцинацию». Ведь быть подчинённым, неким роботообраз ным существом – это же проще по жизни, удобнее. Тебя и к работе принудят какими-нибудь болевыми импульсами – никакой лени не будет, не надо самого себя заставлять, и эмоциями приятными наградят за исполнительность, и во всех твоих страхах успокоят.

– Несомненно, это именно так и будет, что «вакцинация» эта, после объ яснений её полезности, легко будет людьми принята. Правильно ты сравни ваешь это с тем, как они добровольно в церковь идут. «Большая часть жизни – это одно непрекращающееся усилие, направленное на то, чтобы уйти от не обходимости думать», Олдос Хаксли.

– Так каков всё же будет приговор: погибнет земная цивилизация, возмож но, единственная на всю Вселенную?

– Если с точки зрения пессимиста – да, погибнет. И очень вероятно, что или по причине самоуничтожения, или вырождения, полной деградации, угасания.

– А как насчёт оптимистического варианта? Может, хватит у наших потом ков разума на то, чтобы не допустить такой гибели.

– Этого, Максим, нам знать не дано. Впрочем, почему же не дано?.. Можно сказать с уверенностью, что не хватит у них на это разума, если у нас его не хватит на то, чтобы начать им в этом уже сейчас помогать. Не усугублять про блемы, а закладывать возможности в их разрешение. И последовательно, из поколения в поколение поступать именно так. Это вот и будет то, что мы на : 51 ;

зываем коллективным разумом. Не может быть разума отдельного поколения.

Их разум, разум наших дальних потомков – это сумма всего, что ко времени их жизни будет людьми накоплено и сделано, в том числе – и нами.

– И в чём суть это Высшей Идеи?

– Полного видения её у меня пока нет. Да и не берусь я её ни формулировать, ни провозглашать. Она должна быть общественным творчеством. Считаю лишь, что одним из первых пунктов в ней должно быть изживание из обще ственной морали и общественной философии примирительного отношения ко лжи и лицемерию как в межобщественных отношениях, так и в идеях, про возглашаемых для общества. Начать можно будет с «любимой» мною религии.

– И как бы это конкретно было?

– Например, следовало бы начать с серьёзной, публичной дискуссии, по сути дела, экспертизу публичную провести. Вопросы поставить: ложь она, или нет?

если ложь, хороша ли она в качестве «духовного учения» для современного общества? и т.д. Если она объявляется ложью и негодной, вредной в качестве общественной идеи, но допустимой для тех, кто в ней нуждается, то, соответ ственно, должна, наконец, измениться государственная политика, касающаяся отношений государства и церкви. Гражданин или господин Гундяев – это уже не одно из первых лиц государства – так о нём в какой-то новостной передаче по ТВ диктор сказал. Это частное лицо, председатель некоего общества люби телей библейских сказок. Пусть там, в этом обществе его Патриархом велича ют, Святейшим, кем угодно. Официально он должен объявляться так: руково дитель РПЦ. И никаких почестей, действительно, как одному из первых лиц.

Он всего лишь представитель «нетрадиционной психиатрической медицины».

– А как быть с демонстративно-публичным богослужением наших государ ственных деятелей? К запланированному посещению Президентом церкви – обычно, там уже несколько автобусов с телевизионщиками.

– Ну, как им это запретить – себя народу в своей, видите ли, вере показать?

И его к ней же призвать. Не будет религия считаться в народе духовным уче нием, а лишь ложью и лицемерием – и не пойдут наши правители в церковь.

– Ладно, допустим, признали и утвердили, что религия ложь, и что сейчас она стала для общества, мягко скажем, не полезной. Высшая-то Идея в чём?

– А вот в том и есть, чтобы вести планомерную, последовательную работу по улучшению сознания общества, его философии и морали, по отторжению из них лжи и лицемерия. И антиклерикальная тема в этой работе далеко не единственная. Просто она в этом деле наиболее наглядна, религия – это как не кое обще пособие и практика по лжи. Российские власти немало постарались во внедрение её в общество за последние почти двадцать лет со «вторым кре щением Руси». Если общество сумеет убедительно сказать властям, что рели гиозная идея не может быть для нас идеей национальной – это будет немалый шаг по улучшению нашего сознания.

– Слушай, Роман, не идеализм ли это всё с твоей стороны? Может, большинству то и не захочется иметь «просветлённое сознание»? Жить-то с верой в Бога, хоть и с неискренней верой, с притворной, в виде «игры системной», всё, может, луч ше, удобней и уютнее, чем с заботой о том, чтобы спасти в каком-то далёком бу дущем человеческую цивилизацию. Обзовут эту идею чудачеством или бредом : 52 ;

каким-то. Естественно, это не я так думаю, я-то с тобой во всём, пожалуй, согла сен. Я лишь озвучиваю предполагаемое мною мнение большинства.

– «Большинство всегда право – закон толпы».

– ?..

– Вспомнились строки в одной из моих «поэм». – пояснил Роман. – У Олдо са Хаксли есть такой софизм: «Что лучше: родиться глупцом в умном обществе или родиться умным в обществе глупцов?».

– И как ты на этот вопрос отвечаешь?

– Видишь ли, на первый взгляд второй вариант кажется лучше, предпочти тельнее. Но на самом-то деле – это ведь одиночество, полное тебя непонима ние и вынужденная необходимость жить вместе со всеми вопреки здравому смыслу. Нет, если бы выбор был только таким, я выбрал бы первый вариант.

Конечно, во многом ты прав. И что с религией удобней, и что идея эта наша ничего конкретного конкретному человеку не сулит. И что чудаком меня об зовут, если не хуже – за идею эту, за моё поселение... За «чудака» я не обижусь – это звание почётное, я, пожалуй, его ещё и не достоин. Истины находят, от крытия делают вот именно что чудаки....Большинство эту идею не примут.

Зато примут её те, кому она даст возможность почувствовать себя соучастни ком развития и совершенствования нашей цивилизации. Те, кто не самооб маном живёт о загробном мире, а ощущает себя звеном, частью бесконечной линии жизни человеческой цивилизации. Утопия ли эта идея? Кто это может сейчас сказать? А если это даже и утопия, то, несомненно, полезная утопия, полезная для общества в целом, соответственно, и для каждого человека... Ци тата есть из Станислава Лема, сейчас найду... вот: «Человечество не похоже на многообещающего, благородного и умного юношу, честного в своих поступ ках;

скорее это старый грешник, который тайком смакует всякие мерзости, а наготове держит ворох лицемерных фраз. И всё же этот грешник, уже трону тый параличом, хочет лечиться, исправляться, испытывает – хотя бы време нами – приступы благоразумия, особенно после серьёзных кровопусканий».

– Роман, хочу к софизму Хаксли вернуться о глупцах и умных. Выбирая первый вариант, ты же добровольно выбираешь себе участь раба, подчинение себя тем, умным.

– Ты, видимо, имеешь в виду подчинение хитрым людям – тем же попам и прочим лжецам и лицемерам. В том-то и дело, что быть хитрым – это совсем не значит, что быть умным, или, если точнее сказать, – разумным. Кто тво рит ложь, подлость, несправедливость – тот не разумен, а лишь хитёр. Софизм краток, я сделал к нему уточнение: умные – это те, кто истинно умён, разумен.

А если без этого уточнения, то я выбираю для себя второй вариант, поскольку в первом тоже глупцы Слышно было, как хлопнула закрываемая входная дверь.

– А вот и Марина со своих посиделок вернулась... Ну, что, повечёрничали?

– Да, посидели, пообщались, вам, мужикам, косточки перемыли. Кота кор мили?

– Попробуй его не покорми – всю плешь проест. Марина, расскажи нам свою притчу про Деда Мороза, Максиму интересно будет.

– Это, Максим, у Романа в одной из его «поэм» есть такие слова: «Мы же : 53 ;

в детстве про Дед-Мороза в сказку верим, и страшного нет в этом ничего».

А далее он говорит: «Но сказка сказке рознь. О Боге сказка придумана не для развлечений, а для подчинения религиозной той идее, что человека делает зависимым и от идеи, и от служителей её». Вот я эту аналогию между двумя сказками – про Бога и Деда Мороза – и оформила в виде небольшого рассказа.

Сейчас принесу, зачитаю.

Сходила в комнату, вернулась с листами, села к столу, начала читать:

В песочнице играют дети. На лавочках сидят и присматривают за ними их мамы, а большей частью – бабушки. Кто-то книжку читает, или между собой разговоры ведут. К ним подходит молодой человек. Одет хорошо, в довольно таки строгом стиле. Поздоровался, вежливо испросил разрешения присесть к ним. Представился:

– Я из сообщества, которое ставит задачу повышения и сохранения нрав ственности. Ведь во всём и везде мы видим, к сожалению, упадок морали – наркомания, порнография, проституция.

– Да, молодой человек, вы совершенно правы. И как ваше сообщество пред полагает повышать нравственность?

– Одно из первых и основных направлений – начинать с детей, с самого ран него детского возраста. И опираться надо на единый авторитет. Этим детиш кам по пять, шесть лет. Авторитетом таким для них может быть Дед Мороз.

Они в него верят, на это и делается весь упор. Наше сообщество так и называ ется – «Общество Деда Мороза», или ОДМ. Вот смотрите, как я с детишками пообщаюсь. Дети! Кто к вам на Новый Год с мешком подарков приходит?

– Дед Мороз!

– Правильно. Но не думайте, что он лишь подарки детям раздаёт. Вы его сейчас не видите, а он вас всё время видит, и смотрит: достойны ли вы его по дарков и любви его к вам, ведёте ли себя так, как это в его Книге специальной записано о правилах вашего поведения. Слушайтесь родителей, ведите себя так, чтобы ни их, ни Деда Мороза не огорчать, и будет вам от него любовь.

– Молодой человек, какое же отличное это ваше ОДМ! Какие правильные слова!

– Спасибо! Рад, что вам понравилось. Если вы не против, я буду с вашими детьми периодически общаться, учить их тому, как надо поступать, чтобы не огорчать Деда Мороза.

– Конечно, не против. Только вот сейчас-то они пока в Деда Мороза верят, а подрастут, в школу пойдут, поймут, что это сказка, выдумка – тогда как?

– Ничего, мы и тогда для них нужное слово найдём.

– А как вас звать?

– Я же помощник Деда Мороза – зовут меня Снегирь.

Прошло несколько лет, детишки уже в школе в первых классах учатся. Все эти годы Снегирь с ними встречается, общаются. Он им про Деда Мороза и про его Книгу рассказывает, и про чудеса, которые он творить может. А на Новый Год к ним и сам Дед Мороз приходит, приносит подарки, купленные на деньги, которые Снегирь с родителей собирает.

Родители довольны своими детьми – общение со Снегирём и вера в Деда Мороза явно им на пользу. Опасаются только: подрастут и поймут, что обма : 54 ;

нывали их с целью, чтобы лишь хорошего поведения от них добиться. Ведь это для них может быть психологической травмой... Но Снегирь их успокаивает:

не волнуйтесь! Видимо, надо довериться ему и далее, его сообщество показало, что умеет с детьми работать.

Дети растут, расширяются их знания и представления о мире. И одним из этих новых знаний и представлений стало для них осознание смерти, ко нечности жизни человека. Что ж, наступает новый этап и в их вере. Снегирь объясняет детям, что люди – это есть творение Деда Мороза. Он их сотворил, и пустил в этот жестокий мир на проверку: кто из них покажет себя достой ным того, чтобы он забрал их к себе в его Царствие, в Мир Загробный.

– Снегирь, а как это можно у него заслужить?

– Это несложно. Надо лишь в него верить, в его храмы ходить регулярно, специальные ледяные сосульки там покупать, ставить их в подсосульники перед фигурками Деда Мороза и Снегурочки, молиться и смотреть, как эти сосульки тают от вашей любви к Творцу нашему. Конечно же, надо соблюдать все его заповеди из его Книги. Если же что-либо нарушите – попросите у Твор ца прощения. Он всемилостив, он простит, только в храм ещё чаще ходить надо, сосулек надо больше ставить.

Страх смерти и обещаемая возможность «спасения» – это очень мощное средство манипуляции людьми, их сознанием.

И опять родители, в общем-то, довольны своими детьми. Замечают, прав да, что круг интересов у них неширок, разговоры всё более о Деде Морозе, а какие-либо мнения и оценки у них не самостоятельные, не на их собственные размышления опираются, а являются лишь цитатами и догмами из Книги. Ци таты эти и объяснения из Книги взятые, Снегирём им подсказанные, чаще всего не вяжутся ни с логикой, ни со знаниями и представлениями их родителей или учителей. Понятия «логика», «здравый смысл» они, опять же, с подачи Снегиря стали намеренно и с наигранным пренебрежением как бы в кавычки ставить.

Отрицание этих понятий для оценки их веры, они представляют как раз таки как некое подтверждение её истинности. Истину, данную свыше, нельзя, видите ли, доказывать с помощью логики или здравого смысла, в неё можно только верить.

Переубедить их невозможно. Вплоть до обид за то, что кем-то могут объявляться неверными утверждения, взятые из Книги, подвергается сомнению их вера.

Вот дети уже и подросткового возраста достигли, когда мальчики начинают заглядываться на девочек, а девочки на мальчиков. Родители это воспринимают с полным пониманием – человек часть Природы. Сексуальное влечение – это столь же естественное и нормальное чувство, как, например, чувство голода.

Никаким волевым усилием человек не способен подавить в себе это чувство, оно заложено в него Природой для продолжения вида. Но человек, он на то и человек, он может управлять своим поведением, может не давать этому чув ству преобладать над разумом, над стремлением к нравственному поведению.

Для этого надо нравственность человека, человеческого общества повышать.

А что же наш Снегирь? Что он скажет? Что там в Книге? Там всё перевёрнуто с ног на голову. Там это, заложенное Природой чувство используется как ещё одно средство для манипулирования сознанием адептов веры в Творца. Объяв ляется, что мысли о сексе – это грех. Даже и рождение человека – это акт грехов : 55 ;

ный, поскольку является результатом греховного влечения мужчины к женщине.

Психологически это очень умно сделано. Объявляется греховным то, что че ловеку присуще, является для него и для его вида совершенно естественным, необходимым. И вот вера в Творца с постулатами и догмами, изложенными в Книге, переводит человека в разряд неисправимых и вечных грешников с их «первородным грехом». Это, во-первых, для человека является подтверждением истинности веры и Книги, поскольку она «знает», оказывается, все его тайные желания и страсти. Во-вторых, это вводит человека в состояние вечной вины, он становится ещё более управляемым, ещё более зависимым от своей веры.

Для общества же это оборачивается большой проблемой. Внушение о гре ховности мыслей о сексе порождает в человеке гремучую смесь из влечения и стыда. А у мужчин – это ещё и агрессия к «греховной» природе женщины, которая это влечение, эти мысли «греховные» в нём пробуждает. Логично предположить, что одним из проявлений этой агрессии как раз и являются акты сексуального насилия над женщиной. Женщина ведь недостойна же ува жения, она греховна, это она мужчину на грех провоцирует, даже и тем лишь, что она, порождающая грех, вообще в природе существует. То есть, сексуаль ное насилие – это ещё и своего рода акт мести. Или утверждение власти под лого насильника над своей жертвой, или в общем случае – мужского рода над женским. Это лишь наиболее резкая форма этой привитой обществу агрессии.

А чем, например, не агрессия – дискриминация женщин? «Умножая, умножу скорбь твою в беременности твоей;

в болезни будешь рождать детей;

и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою».

И вообще, в том, что женщина изнасилована, виновата сама женщина, так Сне гирь и объясняет: «Если она носит мини-юбку, она может спровоцировать не толь ко кавказца, но и русского. Если она при этом пьяна, она тем более спровоцирует.

Если она при этом сама активно вызывает людей на контакт, а потом удивляется, что этот контакт кончается изнасилованием, она тем более не права».

То есть, действительно, всё с ног на голову поставил. А ведь он, духовный пастырь, должен был сказать в общество следующее: «Не насиловать ни при каких условиях – каким бы ни было сильным твоё сексуальное влечение, какой бы беззащитной в сравнении с тобой женщина ни была, не говоря уж о ребён ке. Насилие – это не только подлость и преступление по отношению к твоей жертве, к её личности, это опускание себя в моральном смысле ниже уровня животных, не знающих, что такое сексуальное насилие, не допускающих его».

Но ему зачем это нужно – волков-то воспитывать? Ему нужно овечек об винять во всех грехах мирских, в храмы их загонять числом как можно более, чтобы там они могли грехи свои замаливать.

А как там дальше наши дети? Они выросли, окончили школу, вступили во взрослую жизнь. И вот они сталкиваются с несправедливостью этого взрос лого мира. Видят, что власти могут быть некомпетентными, а то так и просто лживыми и подлыми. Им бы возмутиться, настаивать на изменении суще ствующих порядков. Снегиря об этом спрашивают. Он им отвечает, что власть любая – она Творцом утверждена, и быть против власти – это против Творца быть, это вот как раз грех и есть...

На этом моя притча заканчивается, вот на этой основной идее религии, из : 56 ;

за которой она всегда востребована властями, всегда будет ими поддерживать ся. Создатели религий людьми были куда как неглупыми.

– Спасибо, Марина, за притчу, за чтение. По сути дела ты в ней подытожила то, о чём мы с Романом эти два дня говорили.

– Только, Максим, у этой моей притчи продолжение есть. Среди наших по селенцев есть наш давний знакомый – Дмитрий Гольцов. Он так её продолжил:



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.