авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |

«Управление медицинского обеспечения Департамента по материально-техническому и медицинскому обеспечению Министерства внутренних дел Российской Федерации Главное управление ...»

-- [ Страница 12 ] --

5]. К таким нарушениям можно отнести должностные проступки, ошибки, нарушения дисциплины, социальных, морально-этических, правовых норм, преступления, злоупотребления и т.п. [3]. Необходимость специального анализа деформаций сотрудников МВД только на первый взгляд может вызвать сомнения, поскольку современная психологическая наука обладает разработанной теорией профессионализации, составной частью которой является теория профессиональной деформации. Возникает иллюзия того, что деформации сотрудников МВД могут быть объяснены на основе более общих положений, а особенности выявляются при достаточном анализе. Однако попытки объяснить виды, причины, механизмы возникновения деформаций у сотрудников правоохранительных органов зачастую сводятся к простой констатации общих положений, без учета профессиональных различий. Именно поэтому, несомненно, интересен факт изменения личности сотрудника под влиянием стрессовых ситуаций, какими и являются служебные командировки на территории Северо-Кавказского региона.

В анализе приняло участие 60 сотрудников, в возрасте 30 – 34 лет, из них: 30 – выполняющих свою профессиональную деятельность в мирных условиях и не участвовавших в командировках, 30 – участвовавших в служебных командировках на территории Северо-Кавказского региона.

Анализировались данные за 5 лет полученные в ходе комплексного психофизиологического исследования по следующим методикам: цветовой тест Люшера, методика исследования уровня реактивной и личностной тревожности Ч.Д. Спилберга, Ю.Л. Ханин, Миннесотский многоаспектный личностный опросник.

По этим методикам были получены следующие данные: первичные результаты свидетельствовали о достаточно гармонично представленных личностных особенностях, с единичными «пиковыми» подъемами по некоторым показателям, таким как: тревожность (как следствие желания устроится на работу в ОВД), эмоциональность, проявляющаяся в допустимых пределах, социальная направленность личности, а также незначительные признаки ипохондрических склонностей. На момент обследования все испытуемые осуществляли следующие основные цветовые выборы:+4,+1;

+4 +2;

+1+3;

+2+4, которые свидетельствовали в целом о положительном фоне настроения и выдержке, возникновении небольшого беспокойства, стремлении к признанию, чувстве целостности.

По истечению 5 лет, анализ данных показал, что и у первой, и у второй группы испытуемых присутствуют качественные и количественные изменения личностных показателей.

У сотрудников 1-ой группы, которые не участвовали в командировках, отмечаются следующие особенности: в поведении присутствуют элементы сверхконтроля над собственным поведением и эмоциями, уровень эмотивности находится в пределах ранее полученных данных.

Однако, если соотнести эти два показателя, мы можем говорить о повышенном подавлении собственных эмоции в различных ситуациях и имеющих различный эмоциональный «полюс», так называемой «эмоциональной консервации». Данное явление очень похоже на состояние постоянного эмоционального стресса, которое в последующем обязательно приведет к эмоциональной разрядке. Соответственно одним из основных видов психологической работы с данными сотрудниками снятие психоэмоционального напряжения и обучение грамотному выражению своих эмоций. Еще одним изменившимся показателем является изменение данных по гендерной реализации – отмечается появление жесткости черт характера, отсутствие сентиментальности, гиперволевые наклонности, элементы бескомпромиссности.

Важно отметить, что и во второй группе, участвовавшей в служебных командировках на территорию Северо-Кавказского региона, отмечается идентичное изменение этих двух показателей, то есть усиление мужских черт и «эмоциональная консервация», а также изменение уровня социальных контактов. То есть, сотрудники данной группы испытывают условный дефицит социальных контактов. Полученные данные интересны тем, что по роду своей деятельности данная группа сотрудников нисколько не меньше контактирует с окружающими, но эти контакты поверхностны и не вызывают привязанностей, вследствие этого, человек, хоть и имеет определенный круг общения, коммуникативно не получает удовлетворения.

Еще одним изменившимся показателем, который, однако, не критично изменился, является проявления ригидности аффекта, то есть у данной группы лиц отмечается тенденция к проявлению аффективно насыщенных переживаний, некоторая враждебность и склонность к застреванию на негативных реакциях. Эти данные интересны тем, что, получается с одной стороны присутствует развитый гиперсамоконтроль, а с другой стороны - ситуационная неподвластность эмоциональных проявлений. Исходя их данных у этой категории лиц, первично требуется работа по снятию психоэмоционального напряжения, научению не только самостоятельно управлять своими эмоциями, но и их грамотному выражению, и выделению коммуникативно значимого круга лиц.

Таким образом, мы можем говорить, о том, что как и любая другая работа, работа в органах внутренних дел накладывает свой отпечаток на развитие личности, но при работе с сотрудниками необходимо выявлять профессиональные особенности службы, которые непосредственно и влияют на изменение личности сотрудника.

Литература 1. Белинский А.В., Голов Ю.С. Концепция медицинской реабилитации военнослужащих с пограничными психическими расстройствами. // Боевой стресс: стратегии коррекции. / Сборник научных трудов под общ. ред. Ушакова И.Б. И Голова Ю.С. М: 2002 105-117.

2. Бовин Б.Г., Калашников М.О, Калашникова О.Э., Панова Т.Б. Методические рекомендации по психологическому сопровождению подразделений вневедомственной охраны. / М.: научно исследовательский центр проблем медицинского обеспечения МВД РФ, 1997 76 с.

3. Краснянский А.Н. Посттравматическое стрессовое расстройство у участников военных конфликтов (обзор литературы) // Синапс. 1993. -№3. - с. 14-35.

4. Лебедев В.И. Экстремальная психология. М: Юнити, 2001 -431 с.

5. Психологическое обеспечение деятельности органнов внутренних дел. // Сборник тезисов выступлений участников региональных семинаров ‘ практических психологов. М.’. ЦИ и НМКОМП МВД России, 2000 - с. 372.

6. Рыбников В.Ю. Психологическое прогнозирование надежности деятельности специалистов экстремального профиля. Автореф. дисс.. докт. психол. наук. СПбГУ - 2000 - 45 с.

Положительный опыт использования закодированных фабул внушения в рамках реабилитации и восстановительного лечения сотрудников ОВД В.Н. Корниенко, В.В. Шарова ФКУЗ «МСЧ МВД России по Иркутской области»

В современных условиях деятельность органов внутренних дел Российской Федерации является многогранной не только с позиции выполняемых ими задач по охране правопорядка, но и по условиям, в которых эти задачи решаются.

При выполнении задач в особых условиях профессиональная деятельность сотрудников МВД носит экстремальный характер. Особенно это касается сотрудников специальных подразделений участвующих в контртеррористических операциях.

Эта характеристика трудового процесса отражает нагрузку преимущественно на центральную нервную систему, органы чувств и эмоциональную сферу сотрудника.

При чрезмерном или протяженном психоэмоциональном напряжении, превышающем барьер психической устойчивости, адаптивная стресс-реакция переходит в патогенную, проявляющуюся в дезорганизации психосоциальных и психобиологических функций индивидуума.

Ссылаясь на анализ обследования в Центре психологической диагностики, нами было установлено, что порядка 52% сотрудников относятся к группам с функциональными расстройствами нервной системы. Данные расстройства достаточно хорошо корригируются наиболее распространенными методиками психокоррекции в Центре реабилитации ФКУЗ «МСЧ МВД России по Иркутской области».

Центр реабилитации является структурным подразделением ФКУЗ «МСЧ МВД России по Иркутской области», функционирует с 1 декабря 2008 года и создан для реализации следующих задач:

1. Профилактическое направление.

2. Лечебная работа.

3. Психологическая поддержка.

Особая роль в работе Центра реабилитации отводится вопросам психофизиологической коррекции последствий экстремальных условий служебной деятельности, «боевого стресса», посттравматических стрессовых расстройств у сотрудников спецподразделений, оперативных служб и лиц, прибывших из Северо-Кавказского региона.

Подразделение рассчитано на 132 посещения в день.

За год работы отпущено 30803 процедуры, что соответствует выполнению плана на 120%.

В течение года 1704 человека прошли реабилитационное лечение, из них:

1. Аттестованные сотрудники – 76,4% (1302), из данного числа:

- сотрудники оперативных и спецподразделений (ОМОН, ОМСН) – 15,8% (270 человек);

- по приезду из Северо-Кавказского региона – 60,8% (59 человек) от нуждающихся в реабилитации.

Одним из методов, используемых для коррекции психоэмоциональных расстройств сотрудников, принимавших участие в контртеррористических операциях, являлся метод акустической психокоррекции с использованием закодированных фабул внушения.

Способ акустической психокоррекции — метод, при котором закодированные слова, целые фразы закладываются в аудиоряд и потом прослушиваются пациентом.

При помощи ряда математических операций исходный речевой сигнал превращается в подобие шума, при прослушивании которого невозможно не только распознать смысл речевого сообщения, но и установить сам факт его наличия. Зато это возможно при декодировании «шума» специально для этого разработанными программами. Кроме того, головной мозг также способен декодировать эту информацию, но при этом она – будучи воспринятой – не осознается субъектом.

Внушение, оформленное таким образом, достигает цели в кратчайшие сроки. Испытуемый начинает строить свое поведение, исходя из предложенной в закодированном виде формулы внушения.

На сегодняшний день накоплен громадный опыт проведения процедур психокоррекции с использованием этого метода. Исследования показывают, что на фоне применения неосознаваемой психокоррекции, не возникают негативные эффекты. Самый заметный отрицательный эффект - отсутствие какой-либо реакции на проводимую процедуру.

Замечено, что порядка 10-15% испытуемых не воспринимают информацию, т.е. их мозг не способен к декодированию речи, обработанной с использованием вышеописанного алгоритма.

Метод акустической психокоррекции с использованием закодированных фабул внушения положительно зарекомендовал себя в работе Центра реабилитации ФКУЗ «МСЧ МВД России по Иркутской области».

В течение 2009 года реабилитационное лечение с использованием закодированных фабул внушения прошли 59 сотрудников ОВД, принимавших участие в контртеррористических операциях.

Все сотрудники - мужчины, средний возраст которых составил 32,2±3,7 года.

Показаниями для назначения процедур являлись:

1. Неспецифические пограничные отклонения в состоянии здоровья.

2. Предболезненные изменения в состоянии здоровья.

3. Болезненные изменения в состоянии здоровья:

а) Психологические признаки алкогольной интоксикации;

б) Психическая дезадаптация, клинические признаки психической патологии.

Противопоказаниями для назначения процедур являлись:

1. Органические заболевания ЦНС.

2. Выраженные психические расстройства.

3. Сердечно-сосудистые заболевания.

4. Другие соматические заболевания в фазе декомпенсации.

Психотерапевтическая программа включала 10 сеансов продолжительностью по 30 минут.

Перед сеансом проводилась индивидуальная консультация врача-психотерапевта, где выявлялись показания и противопоказания для данной психотерапевтической процедуры.

Сеанс проводился в группе по 5 человек в специально оборудованной комнате для психотерапии с хорошей шумоизоляцией. Пациенты располагались в креслах для релаксации перед большим экраном телевизора и в наушниках. В начале сеанса объяснялось, что такое закодированные фабулы внушения и как они будут восприниматься. Далее давалась инструкция представить себе ситуацию, которая больше всего вызывает раздражение и напряжение у пациента. Воображаемая сцена должна была проецироваться на те картины, которые были показаны в течение сеанса.

В течение всего сеанса негативные эмоции, вызванные воспоминаниями, растворялись в положительных эмоциях вызванных образами на экране. На фоне релаксирующей музыки звучали закодированные фабулы внушения направленные на расслабление и упокоение. После окончания сеанса, заснувшие пациенты будились, комната освобождалась, проветривалась и приглашалась следующая психотерапевтическая группа.

По результатам проведенной терапии выявлена следующая эффективность лечения:

- положительная динамика – 96,6% (57 человек);

- отсутствие положительной динамики – 3,4% (2 человека).

Таким образом, положительные результаты лечения свидетельствуют, что метод акустической психокоррекции с использованием закодированных фабул внушения в реабилитации сотрудников, принимавших участие в контртеррористических операциях, проведен в полном объеме и перспективен для дальнейшего включения в различные комплексы восстановительного лечения.

Отношение к суицидам сотрудников МВД и других силовых структур, ведомств Чувашской Республики Н.Г. Куракина ФКУЗ «МСЧ МВД России по Чувашской Республике»

Представлены результаты исследования представителей правоохранительных органов методом анкетного опроса. Изучено общественное мнение действующих сотрудников МВД и других силовых структур, ведомств Чувашской Республики о довольно распространенном явлении в обществе - суицидах. Определены меры профилактики самоубийств.

Введение В государственном докладе министра здравоохранения и социального развития Чувашии А.В. Самойловой «О состоянии здоровья населения Чувашской Республики в 2011 году»

от 13.06.2012 озвучено, что «Несчастные случаи, травмы и отравления» являются второй по значимости причиной смерти населения Чувашской Республики в целом и ведущей причиной смерти трудоспособного населения, особенно мужчин. В 2011 году уровень смертности превышает среднероссийские показатели. В структуре потерь от внешних причин значительная доля приходится на самоубийства (19,8%), отравления алкоголем (13,2%), транспортные травмы (11,0%) и убийства (4,4%)»[1].

По официальной статистике, каждый год в мире кончают жизнь самоубийством человек [8]. По уровню смертности от самоубийств среди подростков 15-19 лет Россия занимает первое место в Европе и одно из первых мест в мире [3].

Первые случаи суицида относятся еще к доисторическим временам. Отношение к акту самоубийства было чрезвычайно разнообразным - от позитивного и благосклонного до преобладания негативных представлений о самоубийствах в традиционной культуре, философии, религии. У мужчин существовал свой кодекс чести, требовавший своей доли самоубийства. Это искупление позора от военных поражений. Сталинский приказ от 1942 года предписывал советским воинам в случае угрозы плена совершать самоубийства – попавшие в плен живыми считались предателями, и судьба многих из двух миллионов вернувшихся на Родину военнопленных была не из легких. В Римской империи запрет на самоубийство был закреплен законодательно. Иудаизм и ислам осуждают суицид. Индуизм и буддизм воспринимают его более спокойно, что подтверждают традиции этих стран. Петр I объявил суицид государственным преступлением [4].

Антисуицидальные факторы личности - это сформированные жизненные установки, препятствующие осуществлению суицидальных намерений. К ним, прежде всего, относятся позитивные модели поведения, связанные с достижением определенных целей (эмоциональная привязанность к значимым родным и близким;

чувство долга по отношению к ним, родительские обязанности;

наличие разнообразных жизненных, творческих, деловых, семейных, служебных и других планов, замыслов;

психологическая гибкость и адаптированность, умение компенсировать негативные личные переживания, использовать методы саморегуляции и снятия психической напряженности и др.). В то же время, антисуицидальный характер носят и стереотипы поведения, связанные с избеганием боли, физических страданий, неизвестности;

стремление учесть общественное мнение и избежать осуждения со стороны окружающих и т.п. Все они делают неприемлемым для индивидуума совершение самоубийства как способа разрешения конфликтной ситуации[6].

«Кодекс профессиональной этики сотрудника внутренних дел РФ» от 24.12.2008 гласит:

«Служебная деятельность сотрудника органов внутренних дел осуществляется в соответствии с нравственными принципами: гуманизма, провозглашающего человека, его жизнь и здоровье высшими ценностями, защита которых составляет смысл и нравственное содержание правоохранительной деятельности»[7].

Цель настоящего исследования: изучить отношение действующих сотрудников МВД и других силовых структур, ведомств Чувашской Республики к такому распространенному явлению в обществе, как суициды. Определить меры по их профилактике среди представителей правоохранительных органов.

Объект и методы исследования С января по август 2012 года в ФКУЗ «Медико-санитарная часть МВД России по Чувашской Республике» проведено социологическое исследование по оценке общественного мнения о проблеме суицидов.

Анкета «Отношение к суициду» (по М. Антонучио,1991 г.) включала 12 вопросов.

На вопросы должны были даваться однозначные ответы: полностью согласен, согласен, не согласен, полностью не согласен. В качестве респондентов выступили представители правоохранительных органов. Всего было опрошено 500 человек. В исследовании приняло участие 458 мужчин (91,6 %) и 42 женщины (8,4%). Лиц руководящего состава - 62 человека (12,4%). Ветеранов боевых действий среди опрошенных – 68 человек (13,6%). По возрасту респонденты распределились следующим образом: от 22 до 30 лет – 230 человек (46%), от 31 до 40 лет – 205 человек (41%), от 41 до 50 лет – 65 человек (13%). Женатых (замужних) оказалось – 375 человек (75%), холостых (незамужних) – 84 человека (16,8%), разведенных – 41 человек (8,2%). Образование респондентов: высшее – 147 человек (29,4%), незаконченное высшее – 10 человек (2%), среднее специальное – 208 человек (41,6%), среднее – 135 человек (27%). Стаж работы от 4 месяцев до 28 лет.

Результаты исследования и их обсуждение С утверждением «Самоубийство – всегда ошибка» полностью согласились 422 человека (84,4%), согласились – 68 человек (13,6%), не согласились – 10 человек (2%). Свое несогласие сотрудники объяснили так: «Тяжелая длительная болезнь (например, рак), сопровождающаяся невыносимыми болями, когда человек является обузой для близких людей».

С тем, что «Самоубийство аморально» полностью согласились 369 человек (73,8%), согласились – 121 человек (24,2%), не согласились – 4 человека (0,8%), полностью не согласились – 6 человек (1,2%). Несогласие респонденты объясняли возможным «психическим заболеванием у человека». Так, В.Д. Менделевич считал, что «те поступки, которые внешне выглядят аморальными, но совершены больным, не могут считаться аморальными. Пациентом владеют патологические мотивы. Он не в силах самостоятельно управлять своими действиями.

Следовательно, речь о безнравственности психически больного идти не может. Это не значит, что такие поступки следует поощрять. Их просто надо понимать сквозь призму болезни»[5].

215 человек (43%) не согласны и 197 человек (39,4%) полностью не согласны с тем, что «существует загробная жизнь для тех, кто совершил самоубийство», а 12 человек (2,4%) полностью согласны и 76 человек (15,2%) согласны с данным утверждением. Свои ответы респонденты объясняли так: большинство несогласных - «не верю в загробную жизнь», меньшинство согласных - «загробная жизнь есть». Здесь сказываются позиции атеистов и верующих.

С утверждением «Самоубийство оправдано при некоторых обстоятельствах» полностью не согласны 273 человека (54,6%) и не согласны 198 человек (39,6%), а согласны – 27 человек (5,4%) и полностью согласны - 2 человека (0,4%). Свое согласие участники опроса объяснили так: « Во время войны, чтобы не сдаться в плен». Интересен факт, что такой ответ дали сотрудники, которые не были в «горячих точках», не являются участниками боевых действий.

Ни один из участников боевых действий не оправдал суицид ни при каких обстоятельствах.

200 человек (40%) не согласны и 300 человек (60%) полностью не согласны с тем, что «Самоубийство – рациональный поступок». Так, все респонденты считают, что суицид – неразумный, неправильный поступок.

С тем, что «Человек, который совершил самоубийство, не несет ответственности за свой поступок» не согласны 243 человека (48,6%), полностью не согласны 160 человек (32%), а 76 человек (15,2%) согласны и 21 человек (4,2%) полностью согласны. А с утверждением «Молодой человек, который совершил самоубийство, не несет ответственности за поступок»

не согласны 263 человека (52,6%), полностью не согласны 157 человек (31,4%), а 21 человек (4,2%) полностью согласны и 59 человек (11,8%) согласны. Так, В. Франкл считал, что «человеческая ответственность, как экзистенциальный анализ пытается довести до нашего сознания, это ответственность, происходящая из неповторимости и своеобразия существования каждого индивида. Бытие человека представляет собой ответственность, вытекающую из конечности его жизни» [9].

С утверждением «Я должен остановить любого от совершения самоубийства любым способом» полностью согласны 332 человека (66,4%), согласны 155 человек (31%), а 11 человек (2,3%) не согласны и 2 человека (0.4%) полностью не согласны. Свое несогласие сотрудники объясняли тем, что «ценой собственной жизни нет, всегда помню о своей семье и детях», «смущает выражение «любым способом». А многие согласившиеся надеялись на то, что «удастся уговорить словами».

С утверждением «Я потерпел фиаско, если человек, которому я помогал, совершил самоубийство» полностью согласны 117 человек (23,4%), согласны 205 человек (41%), не согласны 148 человек (29,6%), полностью не согласны 30 человек (6%). Свое несогласие респонденты объясняли так: «Я сделал все, что смог, но это его выбор, его решение.

Я не всесилен, я – обычный человек».

А с утверждением «Я не буду испытывать стыда, если член моей семьи совершил самоубийство» полностью согласны 15 человек (3,1%), согласны 51 человек (10,2%), не согласны 285 человенк (57%) и полностью не согласны 149 человек (29,8%). Так, Э.

Гроллман писал, что «те, кто окружает близких суицидента, в согласии с традицией, считают, что самоубийством совершен «непростительный грех», нарушено общечеловеческое табу, на которое, кроме того, наложен и религиозный запрет. Очень часто окружающие могут считать семью или друзей самоубийцы частично или полностью ответственными за этот грех. Из-за этого отношения у родственников и друзей умершего возникает невыносимое чувство вины» [2].

C тем, что «Родители должны всегда знать о суицидальном поведении подростков»

полностью согласны 345 человек (69%), согласны 149 человек (29,8%), не согласны 2 человека (0,4%) и полностью не согласны 4 человека (0,8%). Несогласные сотрудники говорили:

«Не всегда можно догадаться, если захочет – ни кому не скажет и виду не подаст». Психотерапевт С. Белорусов считает, что «суицидальное поведение — это сужение сознания. Один-два раза в жизни каждый отвечает на вопрос: «А стоит ли жить?» Но когда эта мысль становится определяющей, это означает, что сознание заходит в какой-то тупик, поэтому необходимо этот тупик разрушить, попытаться вызвать интерес к каким-то жизненным возможностям» [10].

С утверждением «Самоубийство, смерть и связанные с ними темы не должны обсуждаться с подростком» полностью согласны 18 человек (7%), согласны 22 человека (8,6%), не согласны 166 человек (64,9%) и полностью не согласны 50 человек (19,5%). Свое согласие сотрудники объясняли тем, что «разговоры на такие темы могут вызвать выраженный интерес у ребенка и спровоцировать суицид». Психотерапевт С. Белорусов считает, что «в нашей ментальности заложена психофобия — страх разговоров о душе с посторонними, страх поделиться проблемами. На Западе — это норма. И если эту сферу открыть детям, то справляться со своими проблемами они все же научатся, не прибегая к крайним мерам» [10].

Заключение Полученные в результате исследования данные подтверждают, что сотрудники МВД и других силовых структур, ведомств, как и общество в целом, отрицательно относятся к суицидам. Отдельные моменты результатов опроса определили столкновение мнений и позиций респондентов по некоторым вопросам проблемы. 98% респондентов считают, что «самоубийство – всегда ошибка, аморальный поступок». 82,4% опрошенных не верят в загробную жизнь суицидентов. 94,2% не оправдывают самоубийство при некоторых обстоятельствах. 100% респондентов рассматривают суицид как нерациональный, неразумный поступок. 80,6% считают, что человек, который совершил самоубийство, несет ответственность за свой поступок. 84% считают, что молодой человек, совершивший суицид, ответственен за свой поступок.

97,4% опрошенных готовы остановить любого от совершения самоубийства любым способом. 64,4% респондентов считают, что потерпят фиаско, если человек совершит суицид, несмотря на оказанную помощь. 86,8% будут испытывать стыд, если член их семьи совершил самоубийство. 98,8% респондентов считают, что родители всегда должны знать о суицидальном поведении подростков. 84,4% считают, что самоубийство, смерть и связанные с ними темы должны обсуждаться с подростком.

Профилактика суицидов среди представителей правоохранительных органов требует комплексной совместной работы руководящего состава МВД и других силовых структур, управления по работе с личным составом (отдела кадров, отдела морально-психологического обеспечения), психологов, психиатров, всех медицинских работников. Основными задачами должны быть: строгий профессиональный отбор кандидатов на службу, выявление сотрудников с нервно-психическими расстройствами и состояниями психоэмоционального напряжения, а также проведение мероприятий по сохранению и укреплению психического здоровья личного состава, формированию стрессоустойчивости и адаптации в служебной деятельности.

Литература 1. Государственный доклад министра здравоохранения и социального развития Чувашии А.В.

Самойловой «О состоянии здоровья населения Чувашской Республики в 2011 году» от 13.06.2012 г.

[Электронный ресурс] http://www.gov.cap.ru - Доступ свободный.

2. Гроллман Э. «Суицид: превенция, интервенция, поственция» [Электронный ресурс] http://www.

krotov.info|library – Доступ свободный.

3. Козлова Н. Полет в никуда. Российская газета. - Федеральный выпуск №5702(29) от 10.02. 4. Лекомцев В.Т., Панченко Е.А. Социальные дисфункции и саморазрушающее поведение. – Ижевск:

Издательский дом «Удмуртский университет», 2002. – 6-10 c.

5. Менделевич В.Д. Проблема наркомании в России. – Казань: Школа, 2004. – 87 с.

6. ОВР УК ГУВД «Профилактика самоубийств среди сотрудников органов внутренних дел», 2004.

[Электронный ресурс] http://www.referat.ru – Доступ свободный.

7. Приложение к приказу МВД РФ от 24.12.2008 №1138 «Кодекс профессиональной этики сотрудника внутренних дел РФ», г. Москва, 2008 г., глава 6, п.2 [Электронный ресурс] http://www.prof-police.

ru – Доступ свободный.

8. Статистика самоубийств [Электронный ресурс] http:// lossofsoul.com– Доступ свободный.

9. Франкл В. «Общий экзистенциальный анализ» [Электронный ресурс] http://www.krotov.info|library – Доступ свободный.

10. Чернова Н. Ненужная жизнь. – «Новая газета» №18 от 20.02. Особенности адаптивных реакций сотрудников милиции (полиции) в командировках в зоне ЧС по поддержанию конституционного порядка в Северо-Кавказском регионе Г.Н. Лянгле ФКУЗ «МСЧ МВД России по Челябинской области»

За последние 20-25 лет на фоне известных событий в стране возникли изменения в службе сотрудников внутренних дел, связанные с разрешением ситуации в зоне чрезвычайных ситуаций (далее ЧС) и по поддержанию конституционного порядка в Северо-Кавказском регионе.

Целью работы было определение психического состояния сотрудников во время командировок в зоне ЧС.

Годы наблюдения, выбраны с той целью, что они отражали, определяли наиболее точно ситуацию командировок.

Реакция на получение информации о работе в командировке зависела от года направления в командировку.

Первые годы 1995-1996 гг., 2000 – 2001 гг. значимыми были переживания неопределенности, тревоги, страх, опасение за свою жизнь. В последующие годы, по мере приобретения опыта и информации, чувство тревоги значительно снизилось, а страх кандидаты отрицали.

Перед направлением в зону ЧС сотрудники обследовались в Центре психологической диагностики (ЦПД), затем психиатром в амбулаторно-поликлинического отделения госпиталя.

В ходе обследования некоторые кандидаты были признаны временно негодными к работе в Северо-Кавказском регионе. Количество обследованных и признанных временно негодными к службе в ЧС и нуждающиеся в наблюдении или лечении после командировки, представлены в таблицах 1-3.

Таблица 1995 год 1996 год До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 338 70 280 Признано временно негодными к службе в 8 командировке в зоне ЧС Нуждающиеся в 6 наблюдении и лечении Обследовано в ЦПД До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 388 79 230 Не рекомендованы в ЧС 17 Отнесены к группе риска Таблица 2000 год 2001 год До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 1428 840 748 Признано временно негодными к службе в 9 0 командировке в зоне ЧС Нуждающиеся в 2 46 наблюдении и лечении Обследовано в ЦПД До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 1660 826 927 Не рекомендованы в ЧС 16 0 Отнесены к группе 0 66 0 риска Таблица 2005 год 2006 год До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 265 166 299 Признано временно негодными к службе в 0 командировке в зоне ЧС Нуждающиеся в 0 0 0 наблюдении и лечении Обследовано в ЦПД До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 374 247 310 Не рекомендованы в ЧС 57 0 35 Отнесены к группе риска 0 54 0 2010 год 2011 год До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 465 380 365 Признано временно негодными к службе в 0 командировке в СКР Нуждающиеся в 0 2 0 наблюдении и лечении Обследовано в ЦПД До После До После командировки командировки командировки командировки Всего осмотрено 745 532 506 Не рекомендованы в СКР 34 0 27 Отнесены к группе риска 0 31 0 Таким образом, становится понятным, что в командировку направлялись сотрудники, достаточно обследованные и годные для работы в зоне ЧС.

В ходе командировки в результате клинических бесед, интервью, выявлено несколько этапов адаптации. Мной были выделены 4 этапа.

Первый этап, включающий в себя тревогу, инсомнические проявления, привыкания к климатическим и бытовым условиям, чувство осторожности, иногда нерешительности. Через 3-7 дней этап завершался и постепенно переходил в следующий.

Второй этап - героический. Сотрудники становились более решительными, чувство тревоги значительно уменьшалось, появлялась уверенность в себе, в правильности своих действий, удовлетворенность тем, что они достаточно стойко переносят трудности быта и напряженной работы. Многие сотрудники усиленно занимались в спортивном зале различными видами борьбы, гимнастическими упражнениями, штангой. Некоторые сотрудники отказались в этот период от вредных привычек: табакокурения, употребления алкогольных напитков.

Крайне редко возникали конфликты в подразделении. Этот этап длился обычно 1-2 недели и наступал третий этап.

Третий этап - обычная служба полной адаптации, сплочение. Один из сотрудников так описал свои мысли и ощущения по этому поводу: «Рвение к геройству проходит через две недели, потом мысли меняются и начинаешь думать, как дослужить до конца без потерь».

Обычная длительность этапа около 2 - 5 мес.

Четвертый этап - завершение командировки. На этом этапе иногда рождались переживания сентиментального характера, казалось, что все стали такими родными, усиливалось чувство сплоченности, сформированное на втором этапе. Происходило как бы предварительное подведение итогов командировки, усиливались инстинкты самосохранения, эпизодически звучал вопрос: «Кому и для чего нужна эта война?» Длительность данного этапа обычно около 7 дней.

По дороге домой из командировки, в зависимости от количества командировок и полученного опыта, возникали следующие реакции: легкое возбуждение, воспоминания о ситуациях на службе, их обсуждение с товарищами, умеренное чувство тревоги: «Что там дома?»

По возвращении из командировки в течение нескольких дней обычно вновь звучал, усеченным образом, героический этап.

Первые дни возникало оглушение тишиной, все было как-то не так: «Чего-то не хватает», «что-то может случиться». Такая своеобразная тревога после сна обычно купировалась.

Затем наступал этап автоматизированных действий, сотрудники совершали какие-то, уже выработанные в командировке действия, не осознавая их. Часто это замечали родственники и товарищи. Прошедшие службу в сложных условиях, обычно закрывали окна шторами днем, к чему-то прислушивались, предпочитали не пользоваться общественным транспортом, некоторые проверяли, как закрыты двери в квартире, хотя прежде этим не занимались, водители несколько дней ездили на машине значительно быстрее, чем прежде. В последующем отдельные сотрудники испытывали эпизоды депремированности, они были связаны с различными бытовыми трудностями, финансовыми отчетами и другими особенностями служебных отношений. Часть сотрудников, не получивших обещанного вознаграждения, хотя справедливо имели установку, что служба в зоне ЧС дает им право его получить, были вынуждены обращаться в суд, где обычно их требования удовлетворялись. Один из прошедших школу ЧС так описал свою психологическую реакцию: «А потом будни, отчет о командировке, финансист вычитает недостающие деньги из зарплаты. Как это все противно».

Описанный этап после разрешения затруднений переходил в стереотип, свойственный личности, или же наступало то или иное проявление болезни. Пребывание в зоне ЧС как бы сенсибилизировало психику к последующим трудностям.

Опыт подтверждает известные виды возможных реакций личности после кризисных ситуаций:

- возвращение к докризисному состоянию. В таком психическом статусе после командировки находились 80-85 % сотрудников, прошедших службу в ЧС;

- исходом может быть усиление личностных свойств, когда личность ассимилировала опыт, делала его частью своего характера, становилась сильнее в лучшем состоянии, чем до кризиса. Сотрудник становился более решительным, стеничным. Со слов вернувшихся из командировки, становились более вдумчивыми, спокойными, уверенными в себе;

- третья категория реакций заключается в том, что личность использует дезадаптивные механизмы, что усиливает болезненность реакций, приводя его в состояние, которое ограничивает способность больного вернуться к обычному функционированию. В таком случае, чаще всего, возникают невротические расстройства. Количество больных, которых можно отнести к третьему виду реагирования, достаточно тесно зависит от ситуаций, связанных со значимостью психических травм, которые сотрудники перенесли во время командировок.

Так в 2000 году после террористического акта в подразделении, где погибло более 30 человек и несколько десятков было ранено, невротические переживания получили 42 человека, три человека получили астенические расстройства после травмы головы, у одного человека наблюдалась аддиктивное поведение с длительными алкогольными эксцессами;

- при развитии ситуации, либо присоединении других значимых конфликтов у некоторых сотрудников возникали дезадаптивные реакции, включающие депрессию, антивитальные мысли, парасуицидальное, либо суицидальное поведение.

В 2000-2001 годы зарегистрировано два завершенных суицида у сотрудников, после прохождения службы в зоне ЧС на фоне длительных конфликтов в семье.

Проведенный анализ демонстрирует многообразие и значимость реакций у сотрудников ОВД в сложных служебных ситуациях и может быть принят для практического применения в диагностике, следовательно, и в проведении того или иного вида лечения в зависимости от типа реакции и личностных особенностей сотрудника.

Сочетанное применение СПФИ и личностного опросника СМИЛ при проведении профилактических мероприятий по выявлению ряда модифицированных поведенческих факторов риска (злоупотребление алкоголем) у сотрудников МВД России по Республике Башкортостан И.В. Прокопенко, Э.Р. Исхаков, О.Р. Науширванов, Н.М. Нуриманова ФКУЗ «Медико-санитарная часть МВД России по Республике Башкортостан»

В связи с необходимостью тщательного отбора кандидатов на службу в органы внутренних дел по их деловым и моральным качествам, сочетания доверия к ним с принципиальной требовательностью и контролем, как было отмечено в Решении Коллегии Министерства внутренних дел Российской Федерации «О состоянии кадровой политики в системе МВД России» (1998), возникла необходимость применения полиграфа при решении кадровых вопросов в рамках специального психофизиологического исследования.

В приказе МВД России от 07.03.1998 г. № 170 дсп (п.2.9) ставится задача «использовать при психологическом обследовании кандидатов на службу в органы внутренних дел, расстановке сотрудников и проведении служебных расследований «полиграфные исследования».

Таким образом, эксперты центров психологической диагностики МВД, ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации, групп психологического обеспечения учебно воспитательного процесса образовательных учреждений системы МВД России при проведении профессионального психологического отбора кандидатов на службу, а психологи подразделений при решении вопросов расстановки кадров и проведении служебных расследований, обязаны использовать полиграфные исследования.

Совершенствованию системы отбора, подготовки и дальнейшего «сопровождения»

личного состава правоохранительных органов во всех развитых странах мира уделяется большое внимание. Общество всегда предъявляло высокие требования к профессиональным, интеллектуальным, морально-этическим и физическим качествам сотрудников органов охраны правопорядка.

Проблема активного внедрения современных технологий в профессиональный психологический отбор значительно актуализировалась в связи с происходящими в настоящее время негативными изменениями в имеющемся потенциале трудовых ресурсов для правоохранительных органов (неблагоприятная наркологическая ситуация в стране, возможность проникновения в органы внутренних дел лиц, причастных к наркокоррупции, криминальным кругам и другие). Наибольшую опасность с точки зрения предупреждения деструктивных форм поведения представляют лица, поступающие в органы внутренних дел, и кандидаты на учебу в образовательные учреждения МВД России. Последние категории, помимо деструктивных форм поведения и психических расстройств, оказывающих дискредитирующее влияние на граждан и средства массовой информации об органах внутренних дел, потенциально являются, с одной стороны, “носителями вредных привычек”, вовлекающих в свой круг все новых и новых потребителей психоактивных средств, с другой стороны их зависимость от наркотических и токсических веществ может являться основой для привлечения в интересах действий криминальных группировок (передачи оперативной информации, вовлечение в незаконный оборот наркотиков).

Именно с «аддиктивным поведением» (нарушениями поведения, при которых имеет место факт злоупотребления алкоголем, наркотиками, психотропными средствами при отсутствии физической зависимости) приходится сталкиваться специалистам при профотборе. Следует учитывать, что добровольное признание в чрезмерном употреблении алкоголя или употреблении наркотиков встречается в практической деятельности врачей и психологов редко. Поскольку кандидаты, сотрудники органов внутренних дел, имеющие мотивацию поступления на службу и благополучного перемещения по службе, осознают неблагоприятные для себя последствия в признании данного факта. Центры психофизиологической диагностики являются наиболее важным звеном по выявлению лиц с аддиктивным поведением. В этом помогает система психологических диагностических тестов, а также специальные психофизиологические исследования (СПФИ).

В Центре психофизиологической диагностики МСЧ МВД России по Республике Башкортостан проводится СПФИ с января 2011г. По результатам СПФИ от общего числа обследованных 62% сотрудников ОВД были отнесены к лицам, скрывающих негативную информацию. В структуре случаев сокрытия негативной информации среди сотрудников ОВД преобладало злоупотребление алкоголем – 24 %. Однако следует учесть на длительность процедуры проведения СПФИ и низкий охват данным методом обследования всего контингента сотрудников ОВД, в то же время как тест СМИЛ проходят все сотрудники при поступлении на службу и даже неоднократно в процессе службы. Поэтому представляет интерес выявление психологических особенностей по тесту СМИЛ при одновременном проведении СПФИ для выявления такого поведенческого фактора риска как злоупотребление алкоголем.

По данному вопросу имеется лишь одна статья в доступной научной литературе [Т.П. Склярова, В.Б. Винников Использование специального психофизиологического исследования с применением полиграфного устройства для выявления аддиктивного поведения при профотборе. Научно-медицинский вестник Центрального Черноземья, 2009, № 35].

Целью исследования явилось выявление личностных особенностей обследуемых по шкалам теста СМИЛ, у которых по результатам специального психофизиологического исследования при проведении плановых профилактических осмотров была обнаружена негативная информация о злоупотреблении алкоголем.

Методы исследования и характеристика обследованного контингента Выборку проведенного исследования составили 50 человек, отобранных случайным образом, прошедших комплексное психодиагностическое обследование в Центре психодиагностики медико-санитарной части МВД России по Республике Башкортостан, у которых при СПФИ была выявлена негативная ранее скрываемая информация по поводу злоупотребления алкоголем. Группу сравнения составили 20 сотрудников, у которых не была выявлена негативная информация о злоупотреблении алкоголем по результатам СПФИ.

Математическая и статическая обработка полученных результатов проводилась с применением программы WINPEPI, расчета срединной медианы (Ме), достоверности р по критерию Манна-Уитни для сравнения абсолютных показателей в двух независимых группах. Критерием достоверности считался уровень р0,05.

Полученные результаты Мы установили частоту превышения (70Т и более баллов) и уменьшения (40Т и менее баллов) шкал теста СМИЛ у лиц с выявленным сокрытием фактов злоупотребления алкоголем.

Наибольшая частота превышения уровня 70Т баллов наблюдалось по шкале «К» (коррекции) – 20% (10 случаев), «9» (оптимистичности) - 10% (5 случаев). По таким шкалам как «L» (лжи), «1» - (сверхконтроля или ипохондрии), «4» - (импульсивности или психопатии) превышение установлены в 4% (по 2 случая), «F» (аггравации) и «8» (индивидуалистичности) – по 2% (1 случай) и по остальным шкалам превышения 70Т баллов не наблюдалось.

Наиболее часто понижение уровня шкал (40Т баллов и менее) встречалось по шкалам «6» (ригидности) – в 20 % (10 случаев), «L» (лжи) - 16% (8 случаев), «3» (эмоциональной лабильности) - 12 % (6 случаев). Далее следовали такие шкалы как «5» (мужественности женственности) - 10% (5 случаев), «7» (тревожности) и «8» (индивидуалистичности) - 8% (по 4 случая), «0» (интроверсии) - 6% (3 случая). По уровню шкал «1» (сверхконтроля), «2» (пессимистичности) и «4» (импульсивности) таковых было 2% (по 1 случаю). Наиболее вариабельными оказались у испытуемых такие шкалы как «L» - лжи, «К» - самооценка и «6» ригидности, менее вариабельными – «3» - эмоциональная лабильность, «5» -мужественности женственности, «8» - индивидуалистичности и «9» - оптимистичности, а наименьший разброс показателей уровней шкал в пределах 41 и 69 Т баллов оказался по шкалам «F» - аггравации, «1» - сверхконтроля, «2» - пессимистичности, «4» - импульсивности и «О» - интроверсии.

Что позволяет охарактеризовать сотрудников, скрывающих тягу к злоупотреблению спиртными напитками, имеющих такие психологические особенности как отсутствие откровенности, стремление скрыть дефекты своего характера и наличие каких-либо проблем и конфликтов (повышение шкалы «К» выше 65Т), а также активность позиции, уверенность в себе, приподнятое настроение, склонность к риску, стремление быть в центре общества, беззастенчивость, лживость, ненадежность моральных установок (согласно повышенной шкале «9»), проявляют пониженную чувствительность, менее гибкий стиль межличностного взаимодействия (согласно низкой шкале «3»), имеют ограничение круга интересов (согласно низкой шкале «5»), могут проявлять избыточную тенденцию к подчеркиванию своих миротворческих тенденций, легко вспыхивающую агрессию (согласно низкой шкале «6»).

При сравнении показателей шкал данной группы с показателями группы в количестве 20 человек, у которых не выявлена злоупотребление алкоголем, установлены достоверно меньший уровень значений по медиане по шкале «L» - 47,5 баллов и 53,0 баллов (р=0,046) и достоверно больший уровень значений по шкале «9» - 57,0 баллов и 52,0 баллов (р=0,001).

Кроме того, установлены различия в меньших уровнях медиан в группе злоупотребляющих алкоголем по таким шкалам как «2» - 51,0 баллов и 55,0 баллов (р=0,11), «3» - 50,5 баллов и 55,0 баллов (р=0,093), «4» - 56,0 баллов и 59,0 баллов (р=0,57), «5» - 50,0 баллов и 53, баллов (р=0,57) и больший уровень медианы по шкале «8» - 56,0 баллов и 53,0 баллов (р=0,56).

Обсуждение результатов Установленные нами психологические особенности сотрудников по тесту СМИЛ с выявленными при проведении СПФИ скрываемым злоупотреблением алкоголем в ряде случаев соответствуют рекомендуемым интерпретациям теста СМИЛ. Так, высокая шкала «9» (оптимистичности) классически трактуется психологами и психиатрами как наличие у испытуемого тяги к алкоголизации (хотя данных с уровнем доказательности на этот счет в исследуемой нами литературе не имеется). С другой стороны, необходимо обратить внимание на особенность более низкой шкалы «L» (лжи), которая по интерпретации свидетельствуют об отсутствии тенденции испытуемого приукрасить свой характер и логично было бы предположить, что факт злоупотребления алкоголем не будет скрываться, однако в действительности мы имеет противоположную тенденцию.

Таким образом, нами установлены различия в шкалах опросника СМИЛ среди лиц, у которых методом специального психофизиологического исследования был выявлен фактор злоупотребления алкоголем, по сравнению с сотрудниками, у которых не была выявлено злоупотребление алкоголем. На установленные нами шкалы и наличие по ним отклонений необходимо обращать внимание психологам подразделений органов внутренних дел, ЦПД при проведении обследования сотрудников.

Литература 1. Т.П. Склярова, В.Б. Винников. Использование специального психофизиологического исследования с применением полиграфного устройства для выявления аддиктивного поведения при профотборе.

Научно-медицинский вестник Центрального Черноземья, 2009, №35.

2. Методические рекомендации по выявлению аддиктивного поведения (злоупотребления наркотическими веществами) у лиц, поступающих на службу в органы внутренних дел и учебу в образовательные учреждения системы МВД России. Министерство внутренних дел Российской Федерации, Медицинское управление службы тыла, Главный центр психологической диагностики.

Москва-2001.

3. И.С. Зубрилова, А.И. Скрыпников, Н.И. Мягких. Проведение специальных психофизиологических исследований кандидатов на службу в оперативные подразделения ОВД. Методическое пособие.

Взаимосвязь лично-психологических показателей и суицидальных поступков среди сотрудников органов внутренних дел по Республике Башкортостан О.Р. Науширванов, И.В. Прокопенко, Э.Р. Исхаков, Н.М. Нуриманова ФКУЗ «Медико-санитарная часть МВД России по Республике Башкортостан»

Исследования, проведенные Всемирной организацией здравоохранения, утверждают, что к 2020 году смертность от суицидов выйдет на второе место среди других причин смертности, опередив таким образом рак и оставив впереди себя лишь заболевания сердца и сердечно-сосудистой системы. Иными словами, через каких-то десять - пятнадцать лет мы будем чаще умирать от самоубийств (этого венца депрессии), нежели от рака!

Изучение суицидального поведения и поиск эффективных способов его предупреждения давно привлекают к себе внимание социологов, психологов, психиатров, биологов, юристов и философов. В ХХ столетии эта проблема сформировалась в самостоятельное направление психиатрии- суицидологию, которая в своем историческом развитии обогатилась исследованиями психиатров, психологов и других специалистов.

Концепция социально-психологической дезадаптации, которую развила А.Г. Амбрумова [Амбрумова А.Г. Психология самоубийств // социальная и клиническая психиатрия. 1997.], является наиболее современной и рассматривает самоубийство как результат дезадаптации личности в условиях переживаемых микросоциальных конфликтов.


Выявлено, что суицидальное поведение обусловливается несколькими важными составляющими: индивидуальными особенностями личности, втянутой в ситуацию социально-психологического кризиса (конфликта) и последующей ее дезадаптацией.

Сущность суицидального поведения представляет собой дисбаланс конструктивных и разрушительных тенденций, в результате которого возникают сильное психоэмоциональное напряжение или кризис.

Ежегодно из-за самоубийств органы внутренних дел теряют от 200-400 сотрудников.

За последние 6 лет уровень суицидов в системе МВД колеблется от 18 до 29 в расчете на 100 тыс. сотрудников.

Стрессогенные условия службы так же влияют на суицидальное поведение сотрудников ОВД:

- напряженный график несения службы;

ненормированный рабочий день, способствующий накоплению усталости;

необходимость ношения и применения оружия;

нездоровое микросоциальное окружение, порождающее у сотрудников состояния фрустрации;

- интенсивное социально-имущественное расслоение и рост потребительских запросов в обществе;

невозможность обеспечить соответствующий современным стандартам уровень жизни семьи;

рост социальной напряженности в обществе;

- нарастание разобщения, обостряющего чувство одиночества, разводы;

ощущение отчужденности окружающих в результате межличностных конфликтов (включая сослуживцев и руководителей служб и подразделений МВД), что не позволяет рассчитывать на их эмпатию, понимание, эмоциональную и социальную поддержку;

плохая организация отдыха и досуга, что вызывает неотреагированность эмоций.

Нами изучались социально-психологические характеристики сотрудников ОВД, совершивших суицид с 2000 по 2010 годы включительно. Всего произошло 50 суицидов.

В 2000г. - 2;

в 2002г - 2, в 2003г. - 1;

в 2004г. - 2;

в 2005г. - 9;

в 2006г. - 7;

в 2007г. - 7;

в 2008г.

- 11, в 2009г. - 2, в 2010г. - 5. (рис.1).

Рис. 1. Количество самоубийств ( в абсолютных цифрах), совершенных в МВД по РБ за период с 2000 по 2010 гг.

Изучались профили шкал теста ММРI и показатели теста Люшера, которые проводились сотрудникам в установленном нормативными документами порядке.

Среди суицидентов мужчин было 100% (45 человек). Мужчины страдают депрессией гораздо чаще, чем принято считать, но она скрывается за фасадом алкоголизма, повышенной агрессивности и жестокости. Ситуация усугубляется тем, что мужчинам сложно довериться кому-либо и попросить о помощи, поэтому суицид становится единственным выходом.

По возрасту суициденты распределились следующим образом: 20 - 25 лет - 38% (19 человек), 26 - 30 – 26% (13 человек), 31- 40 лет – 28% (14 человек), 41- 45 лет - 6% (3 человека), старше 45 лет – 2 % (1 человек) (рис. 2).

Рис. 2. Возраст сотрудников МВД по РБ, погибших в результате самоубийства.

Их уровень образования составил: среднее – 36 % (18 человек), среднее специальное – 48% (24 человека), высшее – 16% (8 человек).

Суициденты относились к следующим службам – ППСМ – 30% (15 человек), ИВС, ОКС – 18% (9 человек), материально-техническая служба- - 10% (5 человек), УУМ - 12% (6 человек), ОВО – 6% (3 человека), ОУР - 4% (2 человека), следствие – 4% (2 человека), ОМОН - 4% (2 человека), ДПС - 6% (3 человека), УЮИ – 4% (2 человека), дознание - 2% (1 человек).

Семейное положение было следующим: имели семью - 64% (32 человек), холостые -32% (16 человек), разведены- 4 % (2 человека).

По национальному составу: башкиры – 52% (26 человек), русские 24% (12 человек), татары – 22 % (11 человек), другие национальности – 2% (1 человек).

Состояние опьянения в момент совершения суицида определено у 32% (16 человек).

Принимали участие в боевых действиях на территории Северно-Кавказского региона – 24% (12 человек).

Наиболее распространенным способом является самоубийство через повешение (74%), в 26 случаев для реализации аутоагрессивной цели использовалось огнестрельное оружие, преимущественно табельное (рис.3).

Рис. 3. Способ совершения сотрудниками самоубийств.

Нами установлено, что главные причины, которые вызвали суициды были следующие конфликты:

1. Лично – семейные конфликты у 56 % (28 человек) – неразделенная любовь, измена любимой девушки (жены), развод, нарушение семейных укладов и традиций, материально – бытовые трудности (недостаток денежных средств для нормальной жизни, неудовлетворительные материально – жилищные условия, отсутствие собственного жилья).

2. Внутриличностный конфликт у 18% (9 человек), индивидуально-психологические особенности личности, выразившиеся в деструкции эмоционально-волевой сферы.

3. Конфликты, связанные с антисоциальным поведением, у 16% (8 человек): страх уголовной ответственности, боязнь позора и осуждения со стороны окружающих за совершенные действия.

4. Конфликты обусловленные состоянием здоровья у 10% (5 человек): наличие хронических соматических и онкологических заболеваний.

Психологические особенности суицидентов по тесту ММРI оказались следующие:

повышение профиля по 2-й шкале «пессимистичности»- выраженная глубина переживаний, неуверенность в себе, депрессивность, склонность к волнению, тревоге, ранимости.

Повышение 2-й шкалы в сочетании с 4-й «импульсивности» - определяет внутренний конфликт, уходящий корнями в изначально противоречивый тип реагирования, в котором сочетаются разнонаправленные тенденции – высокая поисковая активность и динамичность процессов возбуждения, с одной стороны, и выраженная инертность и неустойчивость, с другой. Психологически это проявляется наличием противоречивого сочетания высокого уровня притязаний с неуверенностью в себе, высокой активности с быстрой истощаемостью, что характерно для невротического паттерна дезадаптации. Повышение по 5-й шкале «мужественности-женственности», для мужчин характерно: пассивность, сентиментальность, ранимость. Повышение по 4-й шкале «импульсивности» в сочетании с 9-й шкалой «оптимистичности» свойственно лицам поступки которых не прогнозируемы и неуправляемы, а эгоцентризм и независимость крайне заострены.

По цветовому тесту Люшера стоит обратить внимание на фиолетовый цвет, стоящий на 1-х позициях, который свидетельствует о признаках затрудненной адаптации и ориентирован на высвобождение неосознанных аспектов человеческих переживаний. Эти признаки могут быть следствием несформированности личностных свойств и являться выражением акцентуаций характера, аномалий развития личности психопатического паттерна. Возникающие у данных лиц дезадаптивные состояния выражаются ослаблением контроля сознания над эмоциональной сферой.

Таким образом, общая характеристика суицидентов по результатам психодиагностического обследования такова: весьма противоречивая личность с активно-зависимой позицией, в которой сочетается повышенное чувство собственного достоинства и болезненного самолюбия с подвластностью средовым влияниям и повышенной чувствительностью к внешним раздражителям, с застреваемостью на личных обидах. В стрессе поступки непрогнозируемые и неуправляемые.

Литература 1. Абрамова Г.С. Введение в практическую психологию. М., 1994. 237 с.

2. Амбрумова А.Г. Психология самоубийства // Социальная и клиническая психиатрия.1997 -№4.

3. Амбрумова А.Г., Бородин С.В., Михлин А.С. Предупреждение самоубийств (изучение и проведение предупредительных мер). – М.: Академия МВД СССР, 1980.

4. Базаров Т.Ю. Управление персоналом. М., 1998.

5. Барабанщиков А.В. Формирование у советских воинов активной жизненной позиции. – М.: ВПА, 1981. 84 с.

6. Диагностика, профилактика и коррекция стрессовых расстройств среди сотрудников государственной противопожарной службы МВД России. Методические рекомендации МВД России. Изд. 2-е., М., 2001.

7. Иваницкий А.Т., Кикоть В.Я., Безносов С.П. Профессиональная подготовка и ее влияние на личность (проблема профессиональной деформации). Учебное пособие. – Спб.: Спб Академия МВД России. 1996.

Опыт применения методов гештальт-терапии при сопровождении сотрудников, находящихся на лечении в госпитале ФКУЗ «МСЧ МВД России по Иркутской области» с психосоматическими заболеваниями И. Л. Романовский, Г. Н. Колосницына ФКУЗ «Центральная медико – санитарная часть МВД России», ФКУЗ «Медико – санитарная часть МВД России по Иркутской области»

Еще Гиппократ говорил о том, что лечить нужно больного, а не болезнь. Это означает, что необходим целостный подход к обследованию и лечению больного. Психосоматическими заболеваниями называют физические заболевания или нарушения, причиной возникновения которых является аффективное напряжение (конфликты, недовольство, душевные страдания и др.). Психосоматические реакции могут возникать не только в ответ на психические эмоциональные воздействия, но и на прямое действие раздражителей. Представления, воображение также могут оказывать влияние на соматическое состояние человека. Нельзя говорить отдельно о психическом и соматическом в медицине: «Не может быть психической медицины, касающейся только психики, соматический медицины, касающейся только тела, и психосоматической медицины, касающейся в некоторых случаях того и другого. Есть лишь один вид медицины, и вся она психосоматическая» (Э.Берн).

Эмоциональную жизнь современного человека определяет частота и интенсивность эмоциональных нагрузок, этому способствует ряд современных условий: стремительное изменение социальной и физической среды, повышение темпов жизни и её стоимости, разрушение традиционных семейных структур, социальные и экологические катаклизмы.

Человек реагирует на эти особенности современной жизни переживаниями страха, тревоги, беспомощности, тоски и отчаяния.

Эмоции человека изначально призванные мобилизовать на защиту, теперь чаще подавляются, встраиваются в специальный контекст, а со временем извращаются, перестают признаваться их хозяином и могут стать причиной разрушительных процессов в организме.


Известно, что эмоциональное состояние человека является причиной многих заболеваний.

Ещё ученые древности подразумевали неразделимость телесного и психического. Каждый орган был описан в тесной связи с соответствующей органу эмоцией. Болезнь органа влияет на эмоциональное состояние человека, неотреагированные чувства способствуют заболеванию органа – это постулаты концепции единого организма, где симптомы могут иметь личностный смысл.

Психосоматические болезни - это болезни нарушенной адаптации (приспособления, защиты) организма. Человек постоянно существует в условиях стресса, т.к. он не изолирован от влияния окружающей среды. Г. Селье утверждал, что даже «спящий человек испытывает стресс... Полная свобода от стресса означает смерть». Однако воздействие внешнего фактора может быть настолько сильным, что защитные силы организма не справляются со стрессом, и возникает болезненное состояние. Граница между реакцией адаптации и болезнью условна и зависит как от силы и длительности самого воздействующего фактора, так и от психологического и физического состояния человека. Конечно, адаптационные (приспособительные) возможности у молодого, крепкого, физически здорового, оптимистично настроенного человека гораздо выше, чем у старого, слабого физически, уже не раз подвергавшегося воздействию стрессовых влияний. Именно от исходного состояния зависит, будет ли человек активно искать выход из стрессовой ситуации или пассивно обречет себя на «разрушение» ею.

Гештальт-терапия (нем. Gestalt -- форма, образ, структура) традиционно рассматривается как один из эффективных методов терапии в работе с широким спектром психических состояний.

Благодаря целостному взгляду на человека, предполагающему единство его психологического, биологического и социального существования, ее парадигма оказывается продуктивной для понимания и терапии психосоматических расстройств. Целью терапевтической работы является снятие блокировки и стимулирование процесса развития человека, реализация его возможностей и устремлений за счет создания внутреннего источника опоры и оптимизации процессов саморегуляции.

Основным теоретическим принципом гештальт-терапии является убеждение, что способность человека к саморегуляции ничем не может быть адекватно заменена.

Поэтому особое внимание уделяется развитию у пациента готовности принимать решения и делать выбор. Ключевым аспектом терапевтического процесса является осознание и переживание контакта с самим собой и окружением. Внимание и активность терапевта концентрируются на том, чтобы помочь пациенту в расширении и обогащении осознания и способности переживания своего контакта с окружающим и внутренним миром. Много внимания уделяется повышению осознавания различных установок и способов поведения и мышления, которые закрепились в прошлом. Также важно раскрытие их значений и функций в настоящее время.

Эмоционально незавершенные ситуации (действия) состоят из чувств, эмоций переживаний, которые не были выражены и разрешены в прошлом. Гештальт-терапия полагает, что человек остается с незавершенными ситуациями, если он не может выразить чувства страха, горя, гнева, разочарования, возмущения и т.п., которые возникли во время событий прошлого и в отношениях со значимыми людьми. Люди испытывают трудности в выражении и проживании этих чувств, поскольку окружающие не склонны принимать их, а скорее отвергают и даже рассматривают их как опасные. В результате в личности формируется когнитивный контроль и защитные механизмы, чтобы справиться с теми чувствами, которые она переживает, но не должна переживать с точки зрения окружающих. И тогда личность вкладывает свою энергию в контролирование незавершенного опыта, в избегание завершенности, и, по сути, в избегание контакта с собой и другими. Таким образом, подавляется свободное эмоциональное выражение, блокируется спонтанная активность, личность удерживается от полного присутствия в настоящем и создается много незавершенных ситуаций. Эта тенденция к избеганию наиболее четко проявляется у невротической личности. Незаконченные, непрожитые ситуации будут стремиться жить за счёт актуальных, отнимая у них энергию, а у личности в целом - чувство уверенности в себе.

Фридрих Перлс, основатель гештальт-терапии, подчёркивал значимость телесных аспектов личности и был против их разделения, указывая на изначальную целостность человеческой природы. Перлс рассматривал возникновение и удовлетворение потребностей как ритм формирования и завершения гештальтов. Для сохранения гармонии человеку нужно лишь довериться «мудрости тела», прислушиваться к потребностям организма и не мешать их реализации.

Согласно теории гештальт-терапии, патологические симптомы возникают тогда, когда индивид находится в поле, в котором фрустрируются его значимые потребности – в материальном благополучии, социальном статусе, физической безопасности, удовлетворяющих межличностных отношениях и т. д. Отказ от собственных потребностей приводит к нарушениям процесса саморегуляции. Гомеостатическое равновесие нарушается, причем в текущий момент времени. Личность не знает, как удовлетворить прерванные потребности и неспособна восстановить нарушенный баланс. В связи с этим первоочередной задачей психологической помощи становится создание поля, в котором хотя бы частично могут быть удовлетворены некоторые потребности пациента - потребность в безопасности, внимании, уважении и др.

Служба в правоохранительных органах во всем мире традиционно относится к видам профессиональной деятельности с высоким уровнем эмоционально-стрессовых нагрузок.

Особенности несения службы связаны с риском и опасностью для жизни, высоким эмоциональным напряжением, связанным с постоянными контактами с криминальным контингентом, конфиденциальностью деятельности, ограничивающей возможность общения с близкими людьми на профессиональные темы, даже при наличии проблем. Предельно высокий уровень психической напряженности определяет повышенную вероятность нарушения адаптации, истощения психических ресурсов организма, психосоматических расстройств у сотрудников. В среде сотрудников правоохранительной деятельности не принято предъявлять свои чувства, необходимо быть сдержанным, контролирующим свое поведение и проявление эмоций. Существуют социально запрещенные чувства – гнев, страх, стыд. «Стыдно бояться», нельзя злиться, бурно выражать свою радость или восхищение, надо быть сдержанным, нельзя испытывать замешательство, так как «нужно сразу знать, что тебе нужно». Невозможность полного переживания чувств – боли, тревоги, печали, гнева, возмущения, страха, безнадежности и т. п. побуждает человека вновь возвращаться к незаконченным ситуациям, связанным с переживаниями с одной стороны, а с другой стороны, парадоксальным образом стремлением избегать этих ситуаций и подавлять возникающие чувства. Применение гештальт-подхода в таких случаях является одним из эффективных методов психотерапевтической работы с сотрудниками.

Главной целью индивидуальной психотерапии является совместное осознавание пациентом и психотерапевтом наиболее значимых фрустрированных потребностей, которые привели к психическим и психосоматическим нарушениям, проживание чувств и поиск вариантов поведения, которые позволят удовлетворить потребности. Психотерапия также может фокусироваться на отказе от потребностей, которые уже невозможно удовлетворить и проживании связанных с этим чувств. Таким образом, достигается феномен «завершения гештальта» и возникают условия для осознавания жизненных возможностей, которые остаются для человека доступными.

Приведем несколько клинических примеров.

1. Пациентка С. Находится на лечении в госпитале с диагнозом: Гипертоническая болезнь, шейный остеохондроз.

На приеме предъявляет жалобы на сниженное настроение, повышенную тревожность, немотивированное раздражение, скованность в области шейного отдела позвоночника, головные боли. Работа с головной болью и чувством скованности привела к осознанию страха, который был связан с возможностью потери работы (предельный возраст, ограничивающий службу в системе ОВД). В настоящем стремление максимально выполнять все требования руководства, не считаясь со своими возможностями и состоянием физического благополучия организма в сочетании с угодливостью, покорностью и нарастанием внутренней раздражительности в отношении своих коллег, обиды на руководителей. Полное проживание чувств, связанных со страхом потери работы (возмущение, протест, недовольство, обида) привело к осознанию блокированных потребностей, поисков вариантов своей самореализации в других видах деятельности.

2. Пациент В. Находится на восстановительном лечении в госпитале после травмы ноги.

Пациент перенес операцию, после которой сохраняется интенсивная боль в ноге.

Заболевание не связано с психосоматической реакцией, но учитывая желание сотрудника, а также рекомендации лечащего врача, пациент был направлен на психотерапию.

Из беседы с врачом выяснено, что у больного повышенная раздражительность, конфликтность, проявляющаяся в отношении соседей по палате, на приеме у врача предъявляет повышенные требования к персоналу, недовольство назначенным лечением, недостаточным вниманием со стороны персонала к себе, недоверие к назначенному лечению, неверие в возможность излечения.

На приеме у психотерапевта активно пытается демонстрировать свои познания в психологии, перебивает терапевта, легко раздражается, уходит от ответов на конкретно поставленные вопросы. При этом пациент открыто рассказывает о событиях своей жизни, о многочисленных конфликтах (с тренером, во время службы в армии, на работе с руководством, был женат 4 раза, со всеми женами расстался) и выражает желание понять свое состояние и поработать с болью в ноге. В рамках гештальт-терапии был проведен эксперимент. Пациенту предложено побыть своей болью и от лица боли провести монолог. «Я больной нерв, мне плохо, у меня повреждена оболочка, я спокойный, но периодически я взрываюсь. Мой хозяин не обращает на меня внимание, и я иногда такое могу устроить, что мало не покажется».

Во время этого упражнения пациент вдруг осознает, что в жизни ориентируется только на окружающих и мало уделяет внимания своим чувствам, потребностям, особенностям и сложившимся стереотипам поведения. После упражнения изменилось поведение пациента:

стал делать паузы, старается не перебивать терапевта, фокусируется на своем состоянии, пытаясь понять свои чувства. В последующем из беседы с лечащим врачом выяснено, что больной стал более энергичным, бодрым, улучшилось самочувствие, в поведении более стал более раскрепощен, появилась надежда на полное излечение.

3. Пациентка Т. Находится на лечении в госпитале с диагнозом: Спазм пищевода неврогенного характера.

На приеме предъявляет жалобы на затруднения при приеме твердой пищи, чтобы ее проглотить, необходимо выпить большое количество воды. При этом трудности глотания возникают тогда, когда пациентка много нервничает на работе или к концу рабочей недели, когда накапливается усталость. Пациентка работает руководителем одного крупного подразделения.

Работа со спазмом привела к осознанию сверхконтроля над эмоциональными проявлениями и блокированием потребности открыто выражать свои чувства. Правило – «хороший начальник никогда не должен повышать свой голос на подчиненных» было усвоено пациенткой еще в детстве, «так делал мой отец, никогда не позволял себе кричать». В терапии воспроизводилась ситуация наиболее полного проживания незавершенных чувств, помощь в осознании того, как пациентка себя блокирует и какими способами можно проявлять свои чувства, не причиняя вреда своим подчиненным.

Следует отметить, что психотерапия проводилась в условиях ограниченного времени, только в тот период, пока пациент находился на лечении в госпитале или проходил реабилитацию в реабилитационном центре. Поэтому вместо классического приема 1 – 2 раза в неделю посещений психотерапевта, встречи с пациентом назначались через день. В условиях ограниченного времени принципиальной являлась фокусировка на наиболее актуальных проблемах пациента.

Психотерапия не проводилась с пациентами, которые по каким-либо причинам не хотели участвовать в ней (недоверие к врачу, к психологической помощи вообще, страх перед самоисследованием и самораскрытием), с пациентами со сниженными интеллектуальными способностями в результате органических изменений центральной нервной системы, со сниженной способностью к рефлексии, в остром периоде заболеваний, чтобы исключить усиление симптомов.

Таким образом, гештальт-подход открывает возможности эффективного сопровождения сотрудников с психосоматическими расстройствами и может с успехом использоваться в комплексе лечения, реабилитации и психокоррекции сотрудников ОВД для успешной адаптации к дальнейшей службе и улучшения качества жизни.

Литература 1. Малкина-Пых И.Г. Психосоматика. М.: Эксмо, 2008 - 1024с.

2. Александер Ф. Психосоматическая медицина.- М.: Геррус, 2003.-350с.

3. Робин Ж.-М. Гештальттерапия. - М., 1996.

4. Булюбаш И. Д. Руководство по гештальт-терапии. / Сер.: Золотой фонд психотерапии. – М.: Изд-во Института психотерапии, 2004.-768 с.

Использование специального психофизиологического исследования с применением полиграфа при профотборе кандидатов в органы внутренних дел в Медико-санитарной части МВД России по Калининградской области П.Г. Шостак, Б.А. Кожевников, Т.А. Ракитина, ФКУЗ «Медико – санитарная часть МВД России по Калининградской области»

Проблема собственной безопасности и укрепление законности в правоохранительных органах стоит чрезвычайно остро.

Совершенствованию системы отбора, подготовки и дальнейшего «сопровождения»

личного состава правоохранительных органов во всех развитых странах мира уделяется большое внимание. Одним из путей решения данной проблемы может стать применение полиграфных устройств при решении ряда кадровых задач, в том числе при отборе кандидатов на службу в органы внутренних дел.

Совершенствованию системы отбора, подготовки и дальнейшего «сопровождения»

личного состава правоохранительных органов во всех развитых странах мира уделяется большое внимание. Общество всегда предъявляло высокие требования к профессиональным, интеллектуальным, морально-этическим и физическим качествам сотрудников органов охраны правопорядка.

Говоря об исторических вехах использования СПФИ в рамках профотбора следует указать, что начиная с 50-х годов полиграф начинает достаточно успешно применяться не только при расследовании различных преступлений, но и для отбора сотрудников полиции и спецслужб в США, Японии, Канады, Израиля и других стран [Nardini, 1987;

England at al., 1989;

MCLaud, 1991].

В 1981 году в США на федеральном уровне был принят «Закон о допустимости применения полиграфа во всех случаях возможной утечки секретной информации», а после подписания в 1983 году Р. Рейганом документа, известного как «Директива 84 о национальной безопасности», обязательной проверке на полиграфе могут быть подвергнуты все государственные служащие, в том числе полицейские и сотрудники ФБР.

По мнению зарубежных специалистов, применение полиграфа наиболее эффективно для выявления «кандидатов с высокой степенью риска», то есть имеющих преступное прошлое.

При этом достоверность выявления скрываемой отрицательной информации кандидатом на службу колеблется от 86% до 100% [Nardini, 1987]. По данным одного из последних исследований, в 626 крупных полицейских агентствах различных штатов США от 25% до 58% кандидатов, прошедших тестирование с использованием полиграфа, были признаны негодными в службы полиции как имеющие «высокую степень риска». Все они в прошлом, как было установлено, совершали такие преступления, как кражи, грабежи, сексуальные насилия, были причастны к нераскрытым убийствам, употребляли и продавали наркотики, брали взятки и т.д.

Необходимо отметить, что все эти негативные моменты были выявлены уже после успешного прохождения кандидатами психологических тестов, проверки анкетных и биографических данных (аналог спецпроверки).

Зарубежный многолетний опыт использования полиграфа при решении кадровых вопросов в органах охраны правопорядка, в том числе при проведении профессионального отбора, свидетельствует о его высокой эффективности, надежности и достоверности.

Полиграфные исследования в рамках профотбора ЦПД МСЧ МВД России по Калининградской области проводится в течение 2 лет. За это время проведено более 500 проверок сотрудников органов внутренних дел и кандидатов на службу, с тенденцией к увеличению общего числа обследований в год (табл.1).

Таблица Общее число обследованных лиц (кандидаты в сотрудники, действующие сотрудники) Год 2010 2011 2012 (9 мес) Всего обследовано 220 301 Выявлено лиц 165 192 % 75,0 63,8 70, Некоторое снижение уровня количества лиц, у которых в результате проведенных СПФИ с применением полиграфа выявлена негативная скрываемая информация обусловлено, в первую очередь, более широким использованием данного вида исследования без прямых показаний, в рамках общего скрининга. Так, например, в период с февраля по август 2011г. был осуществлен 100%-ный охват полиграфными проверками поступающих в органы внутренних дел в рамках обследования ЦПД.

Показанием для проведения специального психофизиологического исследования с использованием полиграфа (СПФИ) в ЦПД МСЧ МВД России по Калининградской области использовались опросники, направленные на выявление склонности кандидатов к приему психоактивных веществ (тест «Кассандра»). Дополнительными показаниями к проведению полиграфных исследований могли быть результаты собеседований, в процессе которых психологи ЦПД могли обоснованно предположить склонность кандидата в органы внутренних дел к злоупотреблению наркотиков, алкоголя, другим аддикциям (игромании и пр.), совершения им преступлений, суицидов и т.д.

Сравнивая результаты выявленные в процессе стандартной процедуры тестирования с результатами СПФИ с применением полиграфа можно говорить о высокой эффективности СПФИ, целесообразности их использования в дальнейшем с целью определения контингента, нуждающегося в полиграфных проверке по данному направлению.

Распределение типа выявленной негативной информации среди кандидатов в сотрудники внутренних дел за указанный период времени выглядит следующим образом (табл.2).

Таблица Распределение типа выявленной негативной информации среди кандидатов в сотрудники ОВД 2010 2011 2012 (9 мес) Год абс. % абс. % абс. % Прием наркотических и 17 40,5 24 30 63 55, токсикоманических веществ Злоупотребление алкоголем 1 2,4 6 7,4 4 3, Истинные попытки суицида 1 2,4 3 3,8 1 0, Шантажно – демонстративное 9 21,4 3 3,8 5 4, поведение Устойчивые связи в преступном мире – – 13 16,3 10 8, Совершение уголовно – наказуемых 11 26,2 15 18,7 12 10, деяний Административные взыскания – – 2 2,5 1 0, Прочие 3 7,1 14 17,5 18 15, Всего 42 100 83 100 114 В группу «прочие» вошло выявление участия кандидатов и сотрудников в азартных играх на деньги. Определенное сравнительное отличие в структуре выявленной негативной скрываемой информации связано с тем, что в предыдущем году полиграфные исследования проводились в первую очередь с целью выявления лиц, употребляющих наркоманические и токсикоманические вещества.

В структуре категории обследованных большую часть составили плановые профилактические осмотры, по сравнению с предыдущим годом увеличилась доля применения полиграфных проверок среди поступающих на службу в органы внутренних дел и сотрудников при перемещении.



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.