авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 35 | 36 || 38 | 39 |   ...   | 41 |

«Российский либерализм: идеи и люди ФОНД «ЛИБЕРАЛЬНАЯ МИССИЯ» Российский либерализм: идеи и люди Под общей редакцией А. А. Кара Мурзы ...»

-- [ Страница 37 ] --

В мае 1897 года Николай Некрасов окончил гимназию с золотой медалью и по ступил в Институт инженеров путей сообщения. В июне 1902 года он получил диплом инженера и был приглашен в Томский технологический институт имени Николая II преподавателем по инженерно строительному отделению. В 1903 году институт ко мандировал Некрасова на два года за границу, в Германию и Швейцарию, для подго товки к профессорскому званию. Возвратившись в Томск, он представил диссертацию по теории мостостроения и был в августе 1906 года избран профессором инженерно строительного отделения.

По данным полиции, еще во время стажировки в Швейцарии в 1904 году Некра сов сблизился с эсерами, поддерживая одновременно связи с либералами. Циркуляром Департамента полиции от 18 декабря 1904 года за ним было установлено негласное наблюдение. Вскоре Некрасов стал участником либерального «Союза освобождения», примкнув к его левому крылу. По возвращении в Томск он вошел в число организато ров либеральной группы «Академический союз»;

в конце 1905 года принимал актив ное участие в митингах и забастовках преподавателей и студентов. После прекраще ния занятий в институте Некрасов в связи с болезнью жены временно уехал в Ялту и задержался там из за революционных событий.

В Ялте Некрасов вступил в местную кадетскую организацию, быстро выдвинул ся на первые роли и был делегирован на Таврический губернский съезд кадетов, где его избрали делегатом на III съезд партии. На съезде, проходившем 21–25 апреля 1906 года в Петербурге, Некрасов выступил с яркой речью по аграрному вопросу.

Считая неприемлемым социалистический лозунг национализации земли, он заявил себя сторонником постепенного упразднения частной собственности на землю, счи тая ее препятствием на пути к установлению народной свободы. Это первое серьез ное выступление на кадетском общепартийном форуме выдвинуло Некрасова в чис ло потенциальных лидеров левого крыла партии. И хотя при голосовании списка членов ЦК ему не хватило голосов, тем не менее с этого момента Некрасов оказался в поле внимания партийного руководства. Осенью 1906 года, возвратившись в Томск после возобновления занятий в институте, Некрасов стал одним из организаторов и идейных лидеров местного кадетского комитета, который рекомендовал его канди датуру в депутаты III Государственной думы, куда он и был вскоре избран от Томской губернии.

НИКОЛАЙ ВИССАРИОНОВИЧ НЕКРАСОВ Популярность Некрасова в студенческой и преподавательской среде, его частые поездки по городам Сибири, установление регулярных связей с кадетскими комитета ми других сибирских городов, статьи на актуальные темы в газете «Сибирская жизнь»

выдвинули Некрасова в число лидеров сибирских кадетов. Избранный депутатом III Государственной думы по кадетскому списку, Некрасов вошел в руководящее ядро думской кадетской фракции, работал в бюджетной и финансовой комиссиях Думы.

Начиная с марта 1908 года Некрасова, как члена комитета думской фракции, все чаще приглашали на заседания ЦК, где он выступал с обоснованием тактики фракции по ря ду сложных и дискуссионных законодательных проектов и предложений. Его проду манная позиция по таким вопросам, как строительство Амурской железной дороги и открытие «порто франко» во Владивостоке, помогла ЦК и фракции выработать обоснованную линию поведения в ходе думских дебатов. 21 октября 1909 года в ЦК был поставлен вопрос о кооптации Некрасова в его состав, что и произошло 15 нояб ря на пленарном заседании ЦК.

По некоторым данным, в 1908–1909 годах Некрасов приобщился к масонству.

Участие в масонских ложах способствовало его осведомленности о деятельности как либеральных, так и революционных организаций, что, в свою очередь, оказывало влияние на радикализацию его собственной позиции. В 1910–1912 годах Некрасов все чаще выступал за созыв партийного съезда и перевыборы ЦК, за налаживание сотрудничества с левыми думскими фракциями, в частности с трудовиками;

он на стаивал на усилении оппозиционной критики правительства как с думской трибуны, так и в печати, нападал на Милюкова за его «умеренность». Однако на заседаниях Думы его выступления носили менее радикальный характер;

он предпочитал высту пать по специальным вопросам, в частности по конкретным вопросам строительства и транспорта.

Как депутат от Сибири, Некрасов много занимался проблемами своего края. Вы ступая за политическое равноправие Сибири и Европейской России, он считал, что это требование логически вытекает из «здоровой идеи государственности», ибо «нет более разлагающей государство политики, как политика предпочтения одной части государ ства перед другой», и высказывался за сочетание национального и административно территориального принципов государственного устройства, не отказываясь при этом от поддержки идеи областной автономии Сибири. По его мнению, областная дума, на деленная широкими правами и действующая в рамках общегосударственного законо дательства, лучше учитывала бы реальные потребности населения Сибири. И с дум ской трибуны, и в печати Некрасов выступал за введение земства в Сибири, защищал интересы ее коренных народов, настаивал на выделении дополнительных денежных средств, дешевого кредита, организации медицинской помощи, распространении об разования. Он считал необходимым принятие законодательных мер по охране корен ных жителей от «хищнической эксплуатации», требовал «спасти от полной гибели инородческие племена с их своеобразными приемами хозяйства». Посещая Сибирь в период думских каникул и в ходе депутатских поездок, Некрасов выступал с лекциями и докладами перед своими избирателями. Во время одной из них, 22 сентября 1912 го да, он высказался за областную автономию Сибири и обеспечение коренным народам права на самостоятельное устройство своей жизни. Являясь постоянным корреспон дентом газеты «Сибирская жизнь», Некрасов в своих статьях высказывался за развитие сибирской промышленности и транспорта, обеспечение сибирскому сырью доступа на внешние рынки, за укрепление безопасности и обороноспособности региона. В IV Го сударственную думу Некрасов был избран от Томска.

В IV Думе Некрасов стал товарищем председателя кадетской фракции, активно посещал заседания ЦК партии, участвовал во всех партийных конференциях. Начиная «НАЙТИ РАВНОДЕЙСТВУЮЩУЮ НАРОДНОГО МНЕНИЯ…»

с 1912 года Некрасов не только усилил нападки на Милюкова и его линию, но и выдви нул взамен собственную альтернативу, требующую пересмотра партийной програм мы и тактики. Выступая 24 мая 1913 года на заседании ЦК, Некрасов заявил: «Беречь остатки прошлого, разные религии — не задача для партии к. д. в настоящее время.

Все знают, что и партийная программа в известной части пережила себя;

да и органи зация не может остаться такой, какой она была при открытом существовании партии в стране». Отвечая на упреки Милюкова, что Некрасов якобы хочет создать «новую партию», он заявил: «Никакой новой партии Некрасов не желает и не собирается со здавать. Надо лишь сплотить тех, кто имеет право называться кадетами, и предоста вить им участие во всех делах партии».

В феврале–марте 1914 года расхождения между Милюковым и Некрасовым уси лились. В противовес милюковской тактике «изоляции правительства» Некрасов на стаивал на необходимости более решительных действий, ибо, по его мнению, полити ка правительства, выражающая интересы «своекорыстной олигархии», не только резко противоречит «нуждам населения и Манифесту 17 октября», но и начинает угро жать внешнему могуществу и безопасности государства. Поскольку легальные воз можности борьбы с таким направлением правительственной политики были уже исчерпаны, мирный выход из создавшегося тупика представлялся Некрасову малове роятным. Он считал необходимым перейти от «пассивной обороны» к активному наступлению против сил реакции. В этой связи он предлагал: усилить борьбу с антисе митизмом и клерикализмом;

перестать игнорировать пролетарское движение и, при знав, что рабочие — «в высшей степени активная сила», начать оказывать им мораль ную и материальную поддержку;

уделять больше внимание национальному вопросу и пересмотреть аграрную программу. Он рекомендовал также создать в IV Думе вмес те с левыми депутатами общее «информационное бюро», пересмотреть отношение партии к возможности отклонения бюджета, выхода из думских комиссий и использо вания обструкции в качестве крайнего средства борьбы против правительства.

После начала Первой мировой войны Некрасов был назначен уполномоченным передового отряда Всероссийского союза городов, активно работал в Сибирском об ществе помощи больным и раненым воинам и пострадавшим от войны, а также участ вовал в заседаниях Особого совещания по обороне государства.

Разногласия Некрасова с кадетским руководством тем временем продолжали углубляться. Среди причин этого Некрасов в интервью сотруднику газеты «Биржевые ведомости» назвал организационные вопросы: о созыве партийного съезда, о полномо чиях и составе ЦК, а также об отношениях между ЦК и фракцией. Наконец, он заявил о выходе из президиума фракции и полностью сосредоточился на общественной рабо те. 11 июня 1915 года он заявил Милюкову о своем выходе из состава ЦК, а 12 июня направил в ЦК письмо, где мотивировал свой уход. Были названы две причины: «пас сивное отношение ЦК к событиям, возведение в культ нейтралитета в отношении пра вительственной политики и полное игнорирование жизни под влиянием преклонения пред западными образцами без учета степени их соответствия нашим условиям»;

и нежелание большинства ЦК считаться с господствующими настроениями «всех сколько нибудь активных общественных элементов». В заключение Некрасов напи сал: «Я не хочу больше нести ответственность за деятельность учреждения, пережив шего само себя, и ухожу из его состава, чтобы свободно от упреков о выдаче тайн ЦК продолжать в качестве рядового члена партии вести борьбу с вредной политикой ее руководящего органа».

Однако Некрасов принял участие в ряде заседаний ЦК накануне VI съезда партии (февраль 1916 года). Там Некрасов довольно резко выступал против милюковской так тики «внутреннего мира», которая, по его словам, была доведена до абсурда. На ответ НИКОЛАЙ ВИССАРИОНОВИЧ НЕКРАСОВ ственности ЦК, подчеркивал Некрасов, лежит «бездеятельность партии». На VI съезде, где Некрасов последовательно отстаивал интересы меньшинства, еще более усилив критику партийного руководства, он вновь был избран в состав ЦК.

Некрасов явился одним из активных участников думского Прогрессивного бло ка. В проекте будущего правительства, выработанном блоком и опубликованном в пе чати в августе 1915 года, фамилия Некрасова фигурировала в качестве кандидатуры на пост министра путей сообщения. Рост его влияния среди членов Прогрессивного блока привел к тому, что 6 ноября 1916 года он был избран товарищем председателя IV Государственной думы.

27 февраля 1917 года Некрасов стал членом Временного комитета Государствен ной думы. Судя по воспоминаниям В. Д. Набокова и П. Н. Милюкова, именно Некра сов подготовил черновой вариант акта отречения Михаила Александровича Романова от престола, а также проект о введении в России республики.

В сформированном 2 марта 1917 года первом составе Временного правительства Некрасов занял пост министра путей сообщения и сразу же вслед за этим предпринял попытку опереться на профсоюзы железнодорожников. Выступая на VII съезде кадет ской партии уже в качестве министра, он сделал подробный доклад о положении на железнодорожном транспорте, провозгласив необходимость единства действий с профсоюзами как в управлении транспортом, так и в процессе демократизации стра ны в целом. «Основной вопрос, — сказал Некрасов, — заключается сейчас в том, чтобы идею революции, торжества демократии, идею народовластия провести скорее во всех возможных ее формах». По мнению Некрасова, центральная задача власти состояла в организации демократии, в разумном сочетании социального момента с моментом политическим, что позволило бы избежать вполне реального хаоса и анархии в стра не. Как указывал Некрасов, надлежало добиваться того, чтобы «прийти не к социаль ной революции, а путем социальных реформ обойтись без социальной революции».

Он самым решительным образом высказывался за превращение правительства в ак тивную силу, готовую к разрешению «грозных конфликтов». «Полнота власти, — гово рил он, — обязывает нас к мудрому самоограничению власти, а мудрое самоограниче ние Временного правительства прежде всего заключается в том, чтобы творить волю всей страны, а не свою собственную». Поэтому Некрасов предлагал «найти равнодей ствующую народного мнения», заявив: «В тех случаях, когда я убежден, что мое реше ние правильно отражает волю народную, я пойду по этому пути, если бы не только один Совет рабочих депутатов, но и все революционные организации вместе взятые были бы против меня. В этом случае я пойду напролом». В заключение Некрасов при звал все демократические элементы, которые стремятся избежать социальной револю ции, к сотрудничеству.

Сам Некрасов прилагал максимум усилий на своем министерском посту, чтобы стабилизировать политическую обстановку, установить и расширить контакты с пред ставителями демократических организаций. Во время апрельского правительственно го кризиса он заявил о себе как о стороннике межпартийной правительственной коали ции, против чего выступал Милюков. На VIII съезде кадетской партии (май 1917 года), выступая с резкой критикой Милюкова и Гучкова, покинувших министерские посты, он назвал это «ударом в спину Временного правительства». Некрасов отстаивал необ ходимость формирования коалиционного правительства вместе с умеренными социа листами и оказания ему полной и безоговорочной поддержки. Он выступил против утверждения Милюкова, будто разрушительные силы из числа радикальных социалис тов ведут к эскалации революции. По мнению же Некрасова, грань между разруши тельными и созидательными силами проходит там, «где кончается чувство государ ственной ответственности, где… на место государственного порядка ставят принцип «НАЙТИ РАВНОДЕЙСТВУЮЩУЮ НАРОДНОГО МНЕНИЯ…»

анархии и безвластия, где на место государственной справедливости устанавливается идея классовых демагогических интересов». С его точки зрения, только Учредительное собрание, созыв которого следовало всячески ускорить, представляло собой «един ственный орган, который может предотвратить всякие узурпаторские попытки при своить себе законодательную власть со стороны отдельных элементов и организаций».

Следуя своему пониманию хода событий, 27 мая Некрасов подписал правитель ственный циркуляр о совместной деятельности железнодорожной администрации с профсоюзом железнодорожников. При этом последнему предоставлялось право об щественного контроля за работой железнодорожного транспорта и даже право давать указания ответственным административным лицам. В июне 1917 года Некрасов при нял также участие в работе I Всероссийского съезда рабочих и солдатских депутатов и II Общеказачьего съезда. В конце июня в составе правительственной делегации (вместе с А. Ф. Керенским, М. И. Терещенко и И. Г. Церетели) Некрасов участвовал в переговорах с украинской Центральной радой и подготовил проект декларации о предоставлении Украине независимости, что послужило одной из причин очередно го правительственного кризиса. В разгар кризиса, 3 июля, он демонстративно вышел из кадетской партии и вступил в Российскую радикально демократическую партию.

8 июля в новом коалиционном кабинете Некрасов занял пост товарища министра председателя. 21 июля он вслед за Керенским подал в отставку. Но в следующем, треть ем коалиционном правительстве, уже представляя радикально демократическую пар тию, он снова занял пост вице премьера, а также министра финансов.

Выход Некрасова из кадетской партии и его переориентация на тесный союз с Керенским усилили неприязнь к нему со стороны лидеров кадетов. В своих воспоми наниях бывшие партийные товарищи Некрасова уличали его в лицемерии, веролом стве и даже предательстве. Недаром к нему еще в 1917 году приклеился ярлык — «злой гений революции». В. Д. Набоков, П. Н. Милюков, В. А. Оболенский отмечали, что об ладавший умом, способностями, однако лишенный четких принципов Некрасов из личных расчетов «сделал ставку на фаворита» (в данном случае Керенского), повел рискованную игру и в итоге погубил свою политическую карьеру.

В действительности поведение Некрасова в бурные месяцы 1917 года трудно оце нить однозначно. С одной стороны, нельзя не признать его высоких деловых качеств, а также, по видимому, искреннего стремления к демократизации политического строя и социальных отношений, желания избежать революционных катаклизмов, подобных 1905 году. С другой стороны, сложно понять те политические зигзаги, которые проде лал он с февраля по октябрь 1917 года. В любом случае выход Некрасова из кадетской партии и союз с Керенским не могут быть объяснены без учета его жизненных ориен тиров и особенностей характера и психологии.

…Его отъезд после окончания института из родного Петербурга в далекий Томск, где недавно был открыт новый институт и предоставлялась реальная возможность для быстрого научного и карьерного роста;

его отход от эсеров в 1904 году и вступление в элитную организацию «Союз освобождения»;

его стремление быть постоянным оп понентом Милюкову в партии;

его нескрываемое желание играть первые роли в дум ской кадетской фракции, а затем и в первом составе Временного правительства — все это звенья одной цепи. В июльские дни 1917 года Некрасов понял, что кадетская пар тия утрачивает политическое влияние и все шансы на победу. «Переметнувшись» к Ке ренскому, Некрасов достиг в новом кабинете ключевых постов. Не исключено, что его политические амбиции простирались и дальше… В августе 1917 года Некрасов, очевидно, попытался сыграть ва банк. В своем вы ступлении на Государственном совещании, равно как и в первые часы мятежа Л. Г. Кор нилова, он самым решительным образом поддержал Керенского. С участием Некрасова НИКОЛАЙ ВИССАРИОНОВИЧ НЕКРАСОВ была составлена и направлена телеграмма железнодорожникам, призывавшая не ис полнять распоряжения генерала. Эта телеграмма сыграла свою роль в мобилизации сил для отпора мятежникам, парализовав их возможности оперативной переброски войск к Петрограду. Вместе с тем Некрасов согласился с мнением министров А. С. За рудного и М. И. Терещенко о том, что для предотвращения вооруженного конфликта между правительственными войсками и корниловцами Керенский должен уйти в от ставку. Именно в эти дни Некрасов как никогда приблизился к самой вершине власти.

Однако он просчитался. Узнав о позиции Некрасова, Керенский немедленно отправил его в отставку.

В первых числах сентября Некрасова командировали в «почетную ссылку» в Фин ляндию — генерал губернатором. В своей деятельности он намеревался руководство ваться следующими принципами: соблюдение финляндской конституции и установле ние законного порядка. 17 октября ему довелось выступить на заседании Временного правительства с докладом о положении в Финляндии. Второй доклад был намечен на 25 октября. Прибыв в этот день в Петроград, Некрасов уже больше в Финляндию не возвратился.

После Октябрьского переворота Некрасов принял участие в заседаниях подполь ного Временного правительства. Он оставался в Петрограде до 10 февраля, скрываясь на квартире тестя — профессора Петербургского технологического института Д. С. Зер нова. В начале марта 1918 года Некрасов перебрался в Москву, где начал работать управляющим московской конторой Союза сибирских кредитных союзов (Сибкред союза). Вплоть до мая он активно участвовал в заседаниях Московского отдела кадет ского ЦК. Правление Сибкредсоюза, однако, находилось в Новониколаевске, который вскоре оказался в центре восстания Чехословацкого корпуса. Сношения московской конторы с правлением привлекли внимание ВЧК, но обыск на квартире Некрасова не дал результатов. Тем не менее он решил не рисковать и уехать в Сибирь. Брат жены, Б. Д. Зернов, который в то время работал в Московском областном продовольственном комитете, достал Некрасову подложный мандат на имя В. А. Голгофского, согласно ко торому он командировался в Тобольский район и Приуралье для обследования состоя ния рыбных промыслов.

17 июня 1918 года Некрасов Голгофский выехал из Москвы в Нижний Новгород, а оттуда на пароходе по Волге и Каме добрался до Перми;

затем через Екатеринбург — до станции Шумиха, где обратился за помощью к чехам, которые и отправили его беспрепятственно в Омск. Эсеры, возглавлявшие тогда Сибирское правительство, предложили было Некрасову войти в его состав. Однако он от этого предложения от казался. После краткосрочной поездки в Новониколаевск Некрасов по предложению правления Сибкредсоюза занял должность управляющего омской конторой. В нача ле сентября он оставил службу и отправился в Москву, а по дороге, в Уфе, с помощью Б. Д. Зернова ему удалось выправить в милиции паспортную книжку, и в конце сен тября «Голгофский» возвратился в Москву. В октябре он вместе с женой и ребенком выехал в Симбирск, но перебраться через линию фронта они не смогли, и пришлось возвратиться обратно. Повторив попытку еще раз, уже в одиночку, Некрасов едва не погиб. С большим трудом 20 декабря добрался он до Москвы.

Около двух месяцев, до середины февраля 1919 года, Некрасов Голгофский рабо тал секретарем коллегии Института школьных инструкторов физического труда при отделе единой школы Наркомпроса, а затем перешел на службу в статистико экономи ческий отдел Наркомпрода. Постоянная угроза разоблачения заставляла его задумать ся о переезде в другой город. В середине апреля 1919 года ему удается вместе с женой перебраться в Казань, где он начал работать в должности заведующего учетно статис тическим отделом в Центральном рабочем кооперативе, а через несколько месяцев «НАЙТИ РАВНОДЕЙСТВУЮЩУЮ НАРОДНОГО МНЕНИЯ…»

стал заведующим организаторско инструкторским отделом Казанского потребитель ского общества. В мае 1920 года он перешел на службу в Казанский губернский союз, вскоре был избран членом правления. В декабре 1920 года он был назначен уполномо ченным по Казанской конторе Центросоюза, а в марте стал членом правления Союза потребительских обществ Татарской республики. Опыт статистической работы, боль шие организаторские способности позволяли ему везде быстро продвигаться по слу жебной лестнице. И если бы не стечение ряда обстоятельств, «Голгофский» вполне мог бы сделать успешную карьеру.

Политически активный человек, Некрасов принимал участие в дискуссиях мест ных коммунистов и кооператоров по текущим политическим вопросам, чем привлек внимание органов ЧК. Наконец, во время одного из застолий он опрометчиво прого ворился о своей настоящей фамилии, после чего незамедлительно последовали донос, обыск, арест. Местная ЧК доложила Дзержинскому, что ею «расшифрован и арестован бывший генерал губернатор Гельсингфорса и министр путей сообщения Временного правительства Некрасов, проживающий под фамилией Голгофский».

Около месяца ЧК допрашивала Некрасова, но 21 апреля 1921 года Дзержинский вытребовал его в Москву, распорядившись «принять и держать в хороших условиях».

В Бутырской тюрьме Некрасов просидел 54 дня. 11 мая 1921 года начались новые до просы, которые сначала вела заместитель уполномоченного II секретного отдела ВЧК Брауде, а затем уполномоченный следственной части Розенфельд. По делу Некрасова допросили лишь одного свидетеля и запросили характеристику на него от казанских коммунистов и кооператоров. Ряд ответственных партийных работников Москвы и Казани дали весьма положительные отзывы о его политической позиции и произ водственной работе.

В итоговой справке Розенфельда и уполномоченного президиума ВЧК Кизель штейна подчеркивалось, что Некрасов порвал с прошлым, убедившись в том, что «нет ничего среднего между реакцией и советской властью». Следствие предложило дело прекратить, «легализовать бывшего министра путей сообщения, освободить и напра вить на хозяйственную работу». 25 мая постановлением Дзержинского Некрасов был освобожден и затем с согласия большевистского ЦК привлечен на работу в Центро союз. Сохранилось свидетельство о его встрече с В. И. Лениным. «Когда доставили ме ня в Кремль, — вспоминал Некрасов, — я, несмотря на опыт, струхнул. Владимир Иль ич встал со стула, пожал руку и пригласил сесть… Спросил: „Где бы желали вы работать?“ — Не задумываясь, я ответил, что хотел бы работать в кооперации. — „Вот вот, и мы предварительно с товарищами обсуждали и решили рекомендовать вас в Центросоюз“».

В течение последующих девяти лет Некрасов работал на разных должностях в Центральном союзе потребительских обществ: сначала уполномоченным, затем был избран членом правления. Одновременно он в должности сверхштатного преподава теля вел семинары по кооперативной работе в Московском университете, читал курсы в Институте народного хозяйства и Институте потребкооперации. В 1920 е годы с его участием издавалась многотомная «Торговая энциклопедия», где он напечатал серию статей по вопросам экономической статистики и кооперации;

третий том этого изда ния вышел под его редакцией. В 1924–1925 годах Центросоюз издал первую часть его монографии «Кооперативная торговля. Организация и техника»;

подготовил к печати вторую часть — «Кооперативная торговля. Промышленные товары».

2 ноября 1930 года Некрасов был арестован по делу так называемого Союзного бюро ЦК РСДРП (меньшевиков). В течение 54 дней следствия его допрашивали 18 раз, обвиняя во вредительстве с целью устранения диктатуры пролетариата и восстановле ния в СССР капиталистического строя. В итоговом обвинительном заключении, со НИКОЛАЙ ВИССАРИОНОВИЧ НЕКРАСОВ ставленном уполномоченным 4 го отделения Экономического управления ОГПУ Соколовым, говорилось, что «гр н Некрасов Николай Виссарионович в достаточной степени изобличается в том, что, находясь на службе в Центросоюзе, входил в состав к р вредительской организации и проводил вредительскую деятельность, направлен ную к срыву снабжения промтоварами СССР». 6 апреля 1931 года Коллегия ОГПУ осу дила Некрасова на десять лет лагерей с конфискацией имущества. Некрасов был от правлен на Соловки, однако пробыл там недолго. С июня по сентябрь 1931 года он работал в особом конструкторском бюро Беломорстроя в Москве, затем был переведен непосредственно на строительство канала. 20 апреля 1932 года срок заключения ему был сокращен на пять лет, а в октябре он был переведен в Дмитровлаг на строитель ство канала Москва–Волга, где работал до октября 1937 года. Коллегия ОГПУ 28 мар та 1933 года досрочно освободила Некрасова со снятием с него судимости, но он ре шил остаться вольнослужащим на строительстве канала и в 1933–1934 годах работал начальником производственного отдела управления, а затем начальником карьерного хозяйства на строительстве канала Москва–Волга. «Ударник канала Москва–Волга», Некрасов в 1934 году был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

В октябре 1937 года Некрасова перевели на Волгострой на должность начальни ка работ Калязинского района строительства. Во время его отпуска, 13 июня 1939 го да, у него на квартире был произведен обыск, а хозяина доставили в Лефортовскую тюрьму. Там ему предъявили обвинения по статьям 58 8, 58 7 и 58 11: организация покушения на Ленина в январе 1918 года, участие в антисоветской организации на строительстве канала Москва–Волга и вредительство на Волгострое. В результате из нурительных, многочасовых и, как правило, ночных допросов у него надломилось здо ровье. Имея уже серьезный опыт подследственного и находясь в течение многих лет среди заключенных, Некрасов, видимо, отдавал себе отчет, что на сей раз ему из тюрь мы живым не выйти. К тому же на свободе оставались близкие люди, судьба которых полностью зависела от воли НКВД. Возможно, они были спасены тем, что поведение обвиняемого устраивало следователей.

После полугодового «марафона» допросов 4 декабря 1939 года был составлен протокол об окончании следствия. Некрасов признал себя виновным в том, что являл ся идейным вдохновителем и организатором боевой группы, пытавшейся в 1918 году убить Ленина, а также участником антисоветской организации Ягоды на строитель стве канала Москва–Волга, по заданию которой проводил вредительскую деятель ность. 7 декабря 1939 года обвинительное заключение по делу Некрасова было утверж дено заместителем наркома внутренних дел Чернышевым. Закрытое судебное заседание Военной коллегии Верховного суда СССР состоялось 14 апреля 1940 года и продолжалось в течение двух часов. Некрасов был приговорен к высшей мере нака зания. Попытка исходатайствовать смягчение участи осужденного успеха не имела.

5 мая Президиум Верховного Совета СССР, заслушав дело Некрасова, оставил при говор в силе. В тот же день Некрасов был расстрелян.

…Через 50 лет, 13 августа 1990 года, Н. В. Некрасов был реабилитирован по делу «Союзного бюро меньшевиков», а 12 марта 1991 года последовала реабилитация и по делу 1939 года.

Сергей Андреевич Котляревский:

«Даруемая свобода представляет нежное растение, которое может скоро заглохнуть на нашей холодной почве…»

Андрей Медушевский С. А. Котляревский родился 23 июля 1873 года в Москве. В 1896 м он окончил ис торико филологический факультет Московского университета;

в 1901 м защитил ма гистерскую диссертацию «Францисканский орден и Римская курия в XIII–XIV веках».

В 1904 году стал приват доцентом кафедры всеобщей истории и вскоре защитил док торскую диссертацию «Ламеннэ и современный католицизм». Обращение к француз скому религиозному мыслителю XIX столетия определялось, возможно, содержанием его учения, которое выступало как попытка соединить науку и веру, подготовить «ре лигию французской демократии». Ламеннэ думал, что он борется за католическую церковь против софистики рационализма XVIII века и Французской революции. Одна ко на деле, считал Котляревский, он выступил основоположником новой доктрины, отрицавшей ортодоксальный религиозный взгляд на общество. «Напрасно Ламеннэ будет отождествлять демократию с анархией и диктатурой, интерес католицизма — с интересом монархии и существующего порядка». Признание за народом духовного суверенитета, которое выразил этот мыслитель, было не менее значимым вкладом, чем признание суверенитета политического, а следовательно, вело к отрицанию «де ла, защитником которого считал себя Ламеннэ». Он, как показано в диссертации, сра жался за демократические права против философов и софистов эпохи Реставрации.

Начав как историк западной религиозной мысли, Котляревский, под влиянием общественно политической ситуации революционной эпохи, переменил темы своих занятий, стремясь расширить поле общественной деятельности. Он начал заниматься проблематикой либеральных реформ и установления гражданского общества и право вого государства. По окончании юридического факультета им были написаны две но вые диссертации: «Конституционное государство: опыт политико морфологического обзора» (1907) и «Правовое государство и внешняя политика» (1909). Сергей Андре евич руководил кафедрой государственного права Московского университета до рево люции 1917 года, да и после нее также занимался преподаванием. Он печатался в та ких изданиях, как «Право», «Юридический вестник», «Вестник Европы» и др.

С. А. Котляревский стал одним из основателей Конституционно демократиче ской партии и членом ее ЦК (до 1912 года), избранным на Первом учредительном съезде. Когда на Съезд пришло известие о подписании царем Манифеста 17 октября 1905 года, Котляревский обратился к депутатам с речью, отметив, что «даруемая сво бода представляет нежное растение, которое может скоро заглохнуть на нашей холод ной почве, а потому демократической партии следует дать клятву, что этой свободы мы не отдадим назад». Выступление, согласно стенограмме съезда, сопровождалось возгласами: «Клянемся, клянемся».

Особенности взглядов и политической позиции Котляревского связаны с его ак тивной вовлеченностью в земское движение на всех этапах его развития. Он являлся СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ КОТЛЯРЕВСКИЙ гласным Балашовского уездного и Саратовского губернского земских собраний, участ ником ряда земско городских съездов, много выступал по вопросам земского движе ния в «Русской мысли», специализированных юридических журналах и других перио дических изданиях. Став членом известного либерального кружка «Беседа», Сергей Андреевич выступил затем одним из активных деятелей двух ведущих либеральных организаций — «Союза освобождения» и «Союза земцев конституционалистов». На Съезде «Союза», проходившем 9–10 июля 1905 года в Москве, он принял участие в дис куссии об организации Конституционно демократической партии. Выступавший ис ходил из того, что «будущей партии следует сформироваться около земского ядра».

«Наша обязанность, — подчеркивал он, — не утратить традиции и навыки, выработав шиеся в земской среде. В земской деятельности руководящим принципом всегда слу жила не классовая точка зрения, а правовая. Земские деятели отстаивали всегда права личности и проводили начала терпимости, а именно в этом отношении часто погреша ют другие партии, впадающие в известного рода якобинизм».

Вопреки позиции ряда известных либеральных деятелей (как П. А. Гейден и Е. Н. Трубецкой), Котляревский подчеркивал важность перехода от широкого, но политически разнородного общественного движения (каким признавался «Союз осво бождения») к более определенным организационным формам — политической пар тии с региональной инфраструктурой (в виде областных партийных съездов). По его убеждению, отдельные разногласия внутри инициативной группы не носят принци пиального характера и легкопреодолимы. Он являлся участником съездов земских и городских деятелей 1904–1905 годов, на которых разрабатывался проект конститу ции — Основного закона Российской империи. Котляревский участвовал в этой рабо те в качестве председателя земской комиссии о введении всеобщего избирательного права (1905).

О направлениях политической работы правоведа в Конституционно демократи ческой партии свидетельствуют его выступления на съездах. Выступление на Первом съезде (12–18 октября 1905 года) было посвящено программе об основных правах граждан: Сергей Андреевич отстаивал ту редакцию, которая определяла четкие грани цы вмешательства государства в права индивида (что актуально и сегодня): «вход в частное жилище, обыск, выемка и личное задержание допускаются только в случаях, установленных законом, а вскрытие частной переписки допускается не иначе, как по постановлению судебной власти». На Втором съезде (5–11 января 1906 года) Котля ревский систематизировал основные вопросы предстоящей законодательной работы, подчеркнув их трудности: аграрный и рабочий вопросы нельзя разрешить без круп ных иностранных инвестиций, равно как и без обращения к реформам местного и гу бернского самоуправления. Вопрос о культурном самоопределении национальностей и польский вопрос также были выделены им в качестве приоритетных. Но главное, что объединяет все направления реформационной деятельности, — разработка конститу ции. Котляревский предостерегал от популизма в решении этих трудных задач.

Считаясь одним из экспертов партии по вопросам национально территориально го устройства, он отмечал на Втором съезде: «Наиболее характерной главой нашей программы является вопрос об автономии областей. Конституционно демократиче ская партия стоит не на точке зрения мертвящего, давящего правительственного единства, а живого, идейного создания modus vivendi всех национальностей». Однако вопрос этот, по его мнению, должен рассматриваться не Думой, которая «не является истинным представительством» и «волей народа», а Учредительным собранием.

При обсуждении аграрного проекта на Третьем съезде (21–25 апреля 1906 года) Котляревский призывал к прагматизму, разведению принципов и их реализации. Сто ронникам национализации земли предлагалось взвесить издержки и практические «СВОБОДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ НЕЖНОЕ РАСТЕНИЕ, КОТОРОЕ МОЖЕТ СКОРО ЗАГЛОХНУ ТЬ НА НАШЕЙ ХОЛОДНОЙ ПОЧВЕ…»

последствия этой акции. Реформа, для осуществления которой нужны годы, не может быть проведена немедленно. Он полагал (как и основной идеолог реформы М. Я. Гер ценштейн), что начинать решение аграрного вопроса следует с принятия закона, регу лирующего арендные цены.

В 1906 году в ЦК кадетской партии создали московскую комиссию о местном са моуправлении, куда, помимо С. А. Котляревского, вошли кн. Д. И. Шаховской, Ф. Ф. Ко кошкин, Н. Н. Щепкин и другие видные деятели партии. Комиссия настолько ши роко поняла свою задачу, что, отложив анализ предшествующих законопроектов, разработала общий план преобразования местного управления. В ходе разработки были поставлены вопросы о пересмотре положения о земских учреждениях;

о горо довом положении;

о мелкой земской единице;

о введении земства в неземских губер ниях;

о реформе местного управления.

Будучи избран депутатом от Саратовской губернии в I Государственную думу, Котляревский (от кадетской фракции) стал членом комиссий: по проверке прав чле нов Думы и составлению Наказа (секретарь);

о неприкосновенности личности;

аграрной;

о гражданском равенстве. Он выступал активным участником дебатов по законопроектам о гражданском равенстве;

земельных отношениях;

непри косновенности личности;

образовании местных аграрных комитетов;

о Наказе. Как и другие лидеры Партии народной свободы, Сергей Андреевич подписал Выборгское воззвание, в связи с чем был приговорен к трем месяцам тюрьмы и лишен избира тельных прав.

Теоретические взгляды этого политического деятеля определяются борьбой за правовое государство в России, которое он мыслил как синтез западных политических идей, которые постепенное будут осваиваться в России через земское движение и со здание представительных учреждений. Разделяя в принципе общие позиции русского либерализма, в основе которых лежала концепция государственной школы, Котлярев ский понимал государство как главный двигатель общественного прогресса. Для него характерно пристальное внимание к опыту построения конституционного государства на Западе, типологии форм правления, особенностям различных типов монархии.

Общие взгляды ученого последовательно отражены в его основных трудах, со храняющих значение до настоящего времени: «Конституционное государство. Опыт политико морфологического обзора» (СПб., 1907);

«Юридические предпосылки рус ских Основных законов» (М., 1912);

«Государственное право иностранных государств»

(М., 1910);

«Сущность парламентаризма» (М., 1913).

Наиболее важный труд — «Власть и право. Проблема правового государства»

(М., 1915) — посвящен технологиям реализации классических форм конституциона лизма в российских условиях. Прежде всего автор разводит два близких, но различных по содержанию понятия — «правовое государство» и «конституционное государство».

Первое выступает скорее как абстрактная философская формула, способная напол няться различным историческим содержанием. Значение данного понятия опреде ляется универсальностью правовых принципов в жизни общества, которое ни в про шлом, ни в будущем не сможет существовать без этого инструмента. «Очень вероятно, — говорится в книге, — что наши потомки безо всякого особого пиетета отнесутся к идеалам современной конституционной политики, усмотрят в них лишь исторический интерес;

но совершенно невероятно — противоречит всем нашим пред ставлениям о развитии общества, — чтобы они менее напряженно, чем их предки, ис кали в своем государстве, какую бы форму оно ни приняло, воплотить правовые нача ла». Правовое государство — это «понятие по существу метаюридическое», которое охватывает элементы постоянные и изменчивые, а также представления о целях и сред ствах их достижения.

СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ КОТЛЯРЕВСКИЙ Второе понятие — «конституционное государство» — означает реализацию идеала правового государства в исторически и юридически обусловленных рамках конкретного общества. Иначе говоря, соотношение между двумя этими понятиями напоминает соотношение между идеалом (недостижимым именно в силу своего аб солютного совершенства) и реальностью позитивного права (которая представлена конкретными юридическими нормами, устанавливающими четкую грань между абсо лютистским и конституционным типами государства). Если подойти к этим понятиям не с юридической, а с политической точки зрения, между ними выстраивается широ кий спектр различных форм. Некоторые из них (как классические демократии стран Западной Европы) очень близки к идеальному типу правового государства, в то время как другие (в основном переходные) формы — напротив, недалеко ушли от абсолю тизма. К числу последних Котляревский относит специфический тип политических ре жимов стран Восточной Европы и Азии, где принятие конституционных форм еще не означает реальной демократической трансформации режима. Он определяет их поня тиями «мнимого конституционализма» и «мнимого парламентаризма», взятыми из немецкой правовой литературы (Scheinkonstitutionalismus, Scheinparlamentarismus), но вполне адекватными ситуации тех стран, где солидарность власти с народным мне нием подменяется солидарностью власти с отдельными слоями общества (как в Испа нии или на Балканах), а открытая политическая борьба уступает место борьбе лично стей за власть. Эта модель, считал Котляревский, адекватна ситуации, сложившейся в России в результате принятия конституционных актов 1905–1906 годов.

В ряде других своих работ автор предпринимает попытку классификации консти туционно монархических государств его времени по двум взаимосвязанным критери ям: по «пределам, которые поставлены в них политическому самоопределению на ции» и по «степени ограничений, налагаемых на власть, прежде бывшей юридически неограниченной». Наиболее высокий уровень политического самоопределения пред ставлен в Бельгии, Англии и Норвегии — это первая группа стран, где, несмотря на мо нархическую форму правления, уровень политического самоопределения практиче ски столь же высок, как и в республиканской Франции. Вторая группа стран (Швеция, Дания и Италия) представляет собой компромиссное решение: здесь присутствует дос таточно развитое народное представительство, с одной стороны, и сильная монархи ческая власть, которая постепенно сдает позиции, — с другой. Третья группа характе ризуется выраженным перевесом монархического компонента политической системы. К числу стран, где «монархическая власть остается наиболее активной и жиз ненной», относятся германские государства, Россия и Япония.

Общий вектор мирового политического и правового развития Котляревский усматривает в переходе от менее совершенных к более совершенным формам госу дарственного устройства, связанным с последовательной реализацией парламента ризма: «Доктринерская вера во всемогущую и всеспасающую силу парламентаризма, вера в его осуществимость на всех стадиях политического развития страны, конечно, обречена на серьезное разочарование. Но это не затрагивает самого принципа парла ментарного строя в широком смысле слова, не изменяет и того несомненного факта, что в его сторону развиваются конституционные государства очень различного типа и с очень различной обстановкой, не устраняет и несомненного сходства между этим развитием и стремлением полнее воплотить начало правового государства».

В книге по теории конституционного государства установлены следующие на правления его анализа: государство и народный суверенитет;

представительное и не посредственное правление;

конституции «гибкие и неподвижные»;

децентрализация и федерализм;

государство и права граждан;

законодательная, исполнительная и су дебная власть.

«СВОБОДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ НЕЖНОЕ РАСТЕНИЕ, КОТОРОЕ МОЖЕТ СКОРО ЗАГЛОХНУ ТЬ НА НАШЕЙ ХОЛОДНОЙ ПОЧВЕ…»

В основе концепции конституционного государства лежит такой признак, как спо собность всякого полноправного гражданина (прямо или через своих представителей) быть участником создания законов. В этом состоит главное отличие конституционного государства от абсолютного, где индивид является лишь объектом мероприятий прави тельства, но не субъектом правовых и политических отношений. В конституционном государстве отношения власти и общества регулируются не приказом, но договором:

«Лишь в конституционном государстве обязанность власти относительно сограждан облекается в строгую юридическую форму, а не остается одним проявлением господ ствующего в данной исторической среде морального уровня. Выражаясь короче, лишь в конституционном государстве и властвующие, и повинующиеся правовым образом сливаются в единое политическое целое». Конституционное государство «уничтожает или по крайней мере смягчает двойственность правящих и управляемых и стремится создать из тех и других единое организованное политическое целое».

В качестве ближайшей программы для российских условий Котляревский разви вал идею октроированной монархической конституции и ограничения самодержавно го строя фундаментальными конституционными гарантиями. От прежних занятий историей религиозной составляющей общественной мысли у него сохранился устой чивый интерес к философской проблематике общественных движений. Современни ки отмечали родство его идей со взглядами авторов сборника «Вехи». В то же время Сергей Андреевич был далек от неославянофильской позиции своего времени, отри цавшей возможность либеральных конституционных реформ на основании того, что они не соответствуют российской исторической традиции. Эта позиция особенно чет ко выражена в полемике с умеренными представителями земского движения, высту павшими за введение совещательного и сословного представительства (по образцу Земских соборов) как альтернативы общенародному представительству — парламен таризму. «Говорить, что известному национальному облику более приличествует сове щательное представительство, — это все равно, что приписывать известной народно сти органическое тяготение к проселочным дорогам и органическое отвращение к железным». Совещательное представительство, считал Котляревский, — это не осо бенность русской истории (как думали славянофилы), а известная историческая ста дия в развитии всех народов. Специфика России в этом отношении состоит только в том, что она позднее других стран вступила на путь парламентаризма и вынуждена поэтому быстрее и решительнее преодолевать свое отставание от Западной Европы.

Совещательное представительство — это некая «общественная экспертиза» зако нов по значимым вопросам, род политического амортизатора, который, однако, не ме няет характера принятия решений в абсолютистском государстве. Подобная эксперти за «отнюдь не замещает правильного участия в законодательной работе, не является даже ее суррогатом», поскольку не ограничивает возможности бюрократии действо вать вопреки выраженному общественному мнению. Создание институтов совеща тельного представительства при отсутствии эффективного общественного контроля над принятием решений может стать чрезвычайно деструктивным фактором: это поз воляет более четко выразить общественные ожидания (через мнения представителей общества — экспертов), но не удовлетворить их (поскольку бюрократия не уступит со ветам общества, которое остается для нее объектом манипулирования). Следствием может стать рост недоверия общества к власти и деструктивных тенденций в общест венном развитии.

Кризис доверия между властью и обществом, полагал Котляревский, можно раз решить путем договора, когда «за каждой стороной будут ясно определены права и обязанности»: «Необходимо избежать всего неопределенного, могущего быть истол кованным в противоположные стороны. Подменить юридическое отношение нрав СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ КОТЛЯРЕВСКИЙ ственным в этом случае значит предоставить решение фактической силе. Это одина ково не в интересах общества и не в интересах правительства».

В своих трудах Котляревский показал, с одной стороны, особенности русского об щественного строя, в частности крестьянской общины, и, с другой, возможность ти пологического сопоставления монархической государственности России и других стран. Главной проблемой для него, как показывает труд «Власть и право. Проблема правового государства», оставалось движение к правовому государству в России, где предпосылки для этого еще не сформировались и потому главным условием достиже ния консенсуса является движение властных структур к модернизации. В книге под черкивалась необходимость движения к правовому государству снизу, через земские учреждения. Следует добавить, что Котляревский являлся видным теоретиком Партии народной свободы и принимал участие в разработке ее идеологических документов, в частности партийной программы.

С. А. Котляревский, наряду с Ф. Ф. Кокошкиным, стал одним из авторов либераль ного проекта конституции, подготовленного «Союзом освобождения» и изданного в 1905 году в Париже. Этот проект выражал политические устремления той части рус ского конституционного либерализма, которая уже в 1904 году выступила с лозунгом созыва Учредительного собрания.

Придерживаясь принципа единства и неделимости России, Сергей Андреевич считал, что оно должно обеспечиваться не внешним принуждением, но социальным и национальным консенсусом. По его мнению, «сильная центральная власть совместна с весьма широкой децентрализацией, с существованием местных законов, вообще с признанием широкого простора для областных и национальных своеобразий». Выход усматривался поэтому не в радикальном выборе в пользу одной из крайностей — феде рализма или централизма, но в постепенном и растянутом во времени процессе предос тавления статуса автономий территориям, которые достигли соответствующей куль турной и правовой зрелости. Рассматривая национальный вопрос, Котляревский выступал за учет этого фактора при организации будущей политической системы — ор ганизации народного представительства не по губерниям, а скорее в виде областного представительства. Он, как и Ф. Ф. Кокошкин, последовательно ратовал за предоставле ние автономии Польше. При этом во внешней политике периода Первой мировой вой ны и позднее Котляревский, как и большинство либеральных деятелей, придерживался государственнических взглядов, близких общим установкам Конституционно демокра тической партии, и выступал за доведение войны до победного конца.

Важнейшим условием построения гражданского общества в России Сергей Анд реевич считал реализацию принципов земского движения: преодоление правового ду ализма, реализацию правового равенства, создание для этого земских институтов уп равления и реформирование суда.


Крестьянская реформа 1861 года, полагал он, не смогла реализовать принцип равенства всех перед законом, сохранив крестьянское обычное право. Она не преодолела правового дуализма писаных законов и крестьян ских обычаев, сохранив для крестьян особую систему волостных судов, где суд осу ществлялся не по закону, но по обычаям, которые, по мнению юристов, часто грани чили с произволом. Реформа 1889 года значительно расширила компетенцию волостных судов. Крестьяне, как отмечал С. А. Котляревский в 1905 м, продолжают «оставаться вне закона и не имеют кодекса, хотя бы такого, какие появляются у каж дого народа при самом зарождении государственной жизни». Он отмечал хаос в воло стных судах, их зависимость не от законов, а от писарей, знающих дела.

В работе «О суде и опеке у крестьян» (1905) очень точно сформулирована конф ликтность двух типов права — норм писаного закона и обычаев, показана их взаимная несовместимость. Суть дилеммы: «Должен ли этот суд при решении крестьянских «СВОБОДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ НЕЖНОЕ РАСТЕНИЕ, КОТОРОЕ МОЖЕТ СКОРО ЗАГЛОХНУ ТЬ НА НАШЕЙ ХОЛОДНОЙ ПОЧВЕ…»

тяжб и споров руководствоваться лишь местными юридическими обычаями и непо средственным чувством справедливости или же может — и в каких случаях, — приме нять общие постановления Х тома, каково должно быть взаимное отношение между писаным гражданским законом и обычаями, где и как узнавать эти обычаи, существу ют ли, например, какие либо определенные правила наследования крестьян в их иму ществе, — этого ни тяжущиеся, ни волостные судьи, ни даже те патентованные юрис ты и высшие чины губернской администрации, которые составляют апелляционную и кассационную инстанции крестьянских судов, — не знают».

В результате решения волостных судов противоречивы: «путаность и неустрой ство в волостной юстиции» усугубляются отсутствием принятых высшими инстанция ми критериев легальности и единообразия судебной практики, а также волокитой, «которая в Херсонской губернии достигает по гражданским делам пятилетнего срока».

Критике подвергался весь механизм соотношения судов разной инстанции: от первой (на уровне общины) — к волостному суду (который опирается на примитивные про токолы низшей инстанции), и от него — к уездным съездам (которые, вместо разбора дел по существу, утверждают решения волостных судов как стоящих ближе к жизни и исходят из того, что дело прошло уже две инстанции). Таким образом, источник дис функции — неправильных судебных решений — коренится в самом низу и лишь полу чает дополнительную санкцию на вышестоящем уровне волостных судов.

Поэтому Котляревский критиковал планы Редакционной комиссии по пересмот ру законоположений о крестьянах (1904), исходившей из необходимости не ограниче ния, но расширения компетенции волостных судов, распространения ее на все судеб ные дела непривилегированного населения деревни. Решение комиссии было основано на результатах сенатских обследований (в частности, на выводах комиссии сенатора Любощинского и Коханова, пришедших к выводу о невозможности распрост ранить общее законодательство на сельское население и о необходимости сохранения волостных судов). Реально это вело к большему изолированию волостных судов от об щей юстиции, замене подлинной апелляционной инстанции волостными съездами, где ни уездные члены суда, ни городские судьи не будут принимать участия, к ограни чению независимости судей от земских начальников и уездных съездов.

В канун Первой мировой войны и новой русской революции Котляревский вы ступал за консолидацию центристских сил, стремясь объединить умеренные правые и левые партии. Он участвовал в обсуждении вопроса о союзе с прогрессистами, вы двигал практические инструменты влияния: воздействие на прессу, соглашение на выборах, учреждение юрисконсульства по вопросам о выборах. Сергей Андреевич, в отличие от других кадетских лидеров, высказывал мнение, что прогрессивная груп па создаст русло, в которое вольются все те либеральные элементы, которые не пе рейдут к кадетам. Поэтому он стоял на позициях более уверенного сближения с про грессистами, нежели руководство кадетской партии. Возможно, причина его ухода из ЦК (в 1912 году) связана с неприятием этой позиции руководством партии, хотя П. Н. Милюков официально давал иное объяснение: «Уход свой из ЦК он мотивиро вал неудобствами своего служебного положения».

Одним из направлений деятельности Котляревского того периода являлось международное право и исследование системы международных отношений с юриди ческой и политической точек зрения. Теория вопроса содержится в фундаменталь ном исследовании «Правовое государство и внешняя политика» (М., 1909). В нем представлены основные этапы развития теории правового государства в связи с во просами международного права, систематизирован опыт международных догово ров, а также рассмотрено их соотношение с конституционными нормами и судебной практикой ведущих государств.

СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ КОТЛЯРЕВСКИЙ Отметим лекционные курсы и исследования Котляревского в этой области: «Го сударственное право иностранных держав» и «История международных отношений в новое время. Очерк из истории дипломатических сношений» (запись лекций на Выс ших женских курсах 1916 года). Ученый считал вступление России в войну необходи мым и справедливым шагом, рассматривая его как отстаивание ценностей европей ской культуры против германского империализма и милитаризма. Победа в войне, писал он вскоре после Февральской революции, имеет целью не достижение аннексий и контрибуций, но защиту культуры и демократии. «Рядом с великими демократиями Запада, — сказано в работе „Война и демократия“ (1917), — образовалась великая де мократия Востока — Россия. Она получит государственное устройство, которое будет установлено всероссийским Учредительным собранием. Перед нашей родиной откры вается путь государственного и общественного строительства на самых широких де мократических началах».

Международно правовые и дипломатические итоги войны стали предметом осмысления Котляревского и в постреволюционный период. В частности, он прозор ливо выявил недостатки Версальской системы — того устройства международных от ношений, которое возникло в Европе в результате Парижской конференции, Версаль ского мира и других международных договоров (Сен Жерменского, Трианонского).

Сопоставляя эту систему с той, которая была создана Венским конгрессом по итогам Наполеоновских войн, Сергей Андреевич усматривал между ними сходство: великие державы стремились достичь тактических преимуществ в ущерб общей стратегии ев ропейской стабильности. «И здесь и там сказывалась эгоистическая близорукость лю дей, мыслящих, что они воздвигают необыкновенно прочное здание нового междуна родного порядка, удовлетворяющего полностью их вожделениям». Анализируя карту послевоенной Европы, ученый очень точно указал на возможные точки напряженнос ти, способные вызвать новую мировую войну.

В период Февральской революции Котляревский являлся деятелем Временного правительства — комиссаром по иностранным и иноверным исповеданиям, а позд нее — товарищем обер прокурора Святейшего синода и товарищем министра веро исповеданий Временного правительства. Его воззрения на отношения государства и церкви соответствовали установкам, выработанным на Девятом съезде Конституци онно демократической партии (23–28 июля 1917 года), когда по докладу П. И. Новго родцева был принят соответствующий (церковный) раздел программы партии. Отно шения государства к Православной церкви и другим вероисповеданиям строились на компромиссных началах. С одной стороны, провозглашались принципы свободы веро исповеданий и культа, с другой — православие, как религия значительного большин ства населения, наделялось «первенством почета во всех актах государственной жизни». Православная церковь определялась как институт публично правового харак тера, которому государство «оказывает покровительство в законе и материальную поддержку». В то же время это покровительство не должно повторять ошибки прежне го бюрократического контроля: церкви предоставляется право «свободного само усмотрения, согласно учению самой церкви и постановлению Всероссийского Помест ного Собора», а все контрольно административные ограничения предшествующего времени — отменяются. Таким образом, либеральный принцип свободы веры инте рпретировался в рамках концепции партнерства государства с православным духо венством. Котляревский выражал уверенность, что эти принципы соответствуют по становлениям Предсоборного совета и московского съезда мирян и духовенства, а потому будут приняты на грядущем Соборе.

Котляревский входил в Особое совещание для подготовки проекта Положения о выборах в Учредительное собрание. Он активно участвовал в подготовке важнейших «СВОБОДА ПРЕДСТАВЛЯЕТ НЕЖНОЕ РАСТЕНИЕ, КОТОРОЕ МОЖЕТ СКОРО ЗАГЛОХНУ ТЬ НА НАШЕЙ ХОЛОДНОЙ ПОЧВЕ…»

правовых актов Временного правительства, в частности по вопросам международных договоров и местного самоуправления. Его имя часто встречается в стенограммах за седаний Юридического совещания при Временном правительстве.

После Октябрьского переворота Сергей Андреевич вошел в оппозиционное дви жение, став членом таких организаций, как Правый центр и Всероссийский нацио нальный центр (ВНЦ), действовавший в Москве и на Юге России под руководством М. М. Федорова, Д. Н. Шипова, Н. Н. Щепкина и других видных либеральных деятелей.


Представляя его Московское отделение, Котляревский участвовал в конспиративных совещаниях, на которых в 1918–1919 годах (вплоть до ареста и казни активных участ ников антибольшевистского подполья) вырабатывалась программа борьбы с больше визмом. Заседания ВНЦ проходили в Институте экспериментальной биологии на Сив цевом Вражке, директором которого был профессор Н. К. Кольцов. Подпольщики обсуждали также проблемы организации жизни России после свержения большеви ков: гражданское право, управление и самоуправление, национальное и религиозное устройство, международное положение, финансы, промышленность и транспорт, зе мельный и рабочий вопросы, образование.

Котляревский, руководивший разработкой законопроектов, пригласил к обсуж дению земельного вопроса, состояния финансов и налогов известных экономистов, в частности Л. Б. Кафенгауза. На заседании ЦК Конституционно демократической пар тии 3 мая 1918 года он сказал, что им необходимо «иметь наготове проект о возмож ном устройстве окраин России», причем важно «приступить к обсуждению вопроса не медленно», учитывая его сложность. «Вся работа, — не без иронии отмечал профессор Н. К. Кольцов на следствии в ВЧК, — шла на тот случай, если Советская власть сложит свои полномочия и кому то другому придется организовывать русскую жизнь».

По этим направлениям подготовили ряд законопроектов, обсуждение которых являлось, по свидетельству Котляревского, «главным предметом совещаний Нацио нального центра в последние месяцы 1918 и начале 1919 года». Разработанная про грамма включала задачи восстановления государственного единства;

созыв нацио нального собрания для решения вопроса о форме правления;

введение военной диктатуры как переходной формы власти для установления порядка, личной собствен ности и решения социально экономических проблем. Эти положения вынужденно носили общий и компромиссный характер, объединяя позиции более и менее ради кальных политических групп, оппозиционных большевизму, и могли по разному ин терпретироваться в зависимости от итогов Гражданской войны в России. Основные принципы, на которых могла консолидироваться оппозиция, говорил Котляревский на допросе в ВЧК 2 марта 1920 года, были таковы: «единство России, национальный характер власти: диктаториальный в переходный период с последующим созывом На ционального собрания». Сергей Андреевич, разделявший и активно формулировав ший эти идеи, привлекался к суду по делу «Тактического центра» (небольшой коорди национной группы, названной так чекистами) и получил в то время условный срок.

Позднее Котляревский оставил политическую деятельность, как и ряд других ли бералов, которые не смогли или не захотели бежать за границу, и сделал попытку про должать научные исследования в условиях советского режима. Он работал в Институ те советского права и Московском университете, короткое время был консультантом советских учреждений, стал автором нескольких публикаций. Н. Устрялов, вернув шись в Россию в период нэпа, даже счел, что Сергей Андреевич как ученый пользует ся известным авторитетом. Другой наблюдатель, бежавший из России, рассказывал о нем в Париже (1922) не столь оптимистично: «С. Ан. Котляревский у большевиков в почете, но живет он плохо, душевное настроение его тяжелое. В России кадетской партийной жизни нет никакой».

СЕРГЕЙ АНДРЕЕВИЧ КОТЛЯРЕВСКИЙ Потеряв возможность заниматься теоретическими проблемами конституцион ного права, Котляревский вынужденно сосредоточился на проблемах хозяйственного права — бюджетного права и местного хозяйства (работа «Как волость собирает сред ства и как их расходует. Изложение законов о волостном бюджете» вышла в 1925 го ду). Преподавая правовые дисциплины в учреждениях послеоктябрьского периода, он стал даже автором учебника для вузов («Бюджетное право СССР», 1925).

17 апреля 1938 года С. А. Котляревского арестовали по обвинению в контррево люционной деятельности. Недавно открытые документы свидетельствуют, что он ока зался в списке «активных участников контрреволюционных, правотроцкистских, заго ворщических и шпионских организаций» (931 человек), представленном Л. Берией и А. Вышинским 8 апреля 1939 года для санкции на расстрел (198 человек) и осужде ние на длительные сроки (733 человека). В тот же день санкцию оформили как реше ние Политбюро № П1 / 217 за подписью Сталина. С. А. Котляревский был расстрелян и похоронен на печально знаменитом полигоне «Коммунарка» (Московская область) 15 апреля 1939 года.

Степан Васильевич Востротин:

«Сибирь — продукт вольного народного завоевания…»

Алексей Кара Мурза Степан Васильевич Востротин родился 10 декабря 1864 года в Енисейске, в бога той купеческой семье. Ее родоначальником считается Тимофей Востротин — бывший приписной крестьянин знаменитого Каслинского завода (Екатеринбургского уезда Пермской губернии). Этот завод еще в 1747 году основал тульский купец Яков Короб ков, а в 1751 м его приобрел Никита Никитич Демидов.

Братья Тимофей и Василий Востротины приехали в Енисейск в 1861 году и заня лись разведкой и разработкой золотых приисков. Записались сначала во 2 ю, а потом и в 1 ю купеческую гильдию. Брали крупные подряды на поставки товаров, вина и спирта на прииски, давали деньги в рост. Сын Василия, Степан Востротин, в 1887 го ду окончил Казанский ветеринарный институт, затем учился в Парижской медицин ской школе, но смерть отца заставила его вернуться в Россию, чтобы возглавить се мейное золотопромышленное дело.

Енисейск, бывшая столица Сибири, после постройки тракта Томск–Красно ярск–Иркутск потерял прежнее значение. В начале XIX века, благодаря открытию мес торождений золота, наметился новый подъем. Но к 1880 м годам месторождения на чали истощаться, прииски — редеть. К тому же одно за другим следовали несчастья.

Летом 1869 го загорелись окрестные торфяники, огонь перекинулся на город, и тот выгорел практически полностью. На следующий год произошел небывалый разлив Енисея, и остатки некогда знаменитого торгового центра затопило. Опустошение до вершили эпидемии, прежде всего оспы.

В этих условиях группа подвижников из числа наиболее знатных семей (Кытма новых, Востротиных, Фунтосовых, Баландиных) поставила своей задачей возрождение родного города. Собственно, стратегия была понятна: поиск возможностей для акти визации северной торговли, через Енисей и Карское море, — с Европой. Большую роль в этой работе сыграл Степан Васильевич Востротин, занимавший в 1885–1899 годах выборный пост городского головы.

Еще в 1884 году С. В. Востротин вместе с английским капитаном Виггинсом со вершил плавание из Лондона в Енисейск через Карское море. Уже став городским го ловой, он, вместе с другими сибирскими промышленниками и общественными деяте лями, активно поддержал развитие военно морских баз на севере России — в первую очередь в Екатерининской гавани на Кольском полуострове. Александр III в свое вре мя уже собирался строить русскую военно морскую базу именно здесь, на Мурмане, а не в Либаве (Лиепае), как предлагали многие высшие военные. Он понимал, что в случае войны порт на Балтике может быть быстро отрезан от России. Его любовь к Северу поддерживал также бывший начальник личного конвоя генерал адъютант Шереметев, который с 1883 года возглавлял Арскую китобойную кампанию. Кроме то го, в возрасте двадцати двух лет Александр III был председателем Комиссии по борьбе СТЕПАН ВАСИЛЬЕВИЧ ВОСТРОТИН с голодом в Вологодской и Архангельской губерниях. После смерти императора его наследник, Николай II, подпал было под влияние сторонников базы на Балтике, одна ко, памятуя заветы отца, он подержал также план С. Ю. Витте о строительстве «ком мерческого порта» в Екатерининской гавани. Вот в эти то планы и включились пред приниматели сибиряки, и в первую очередь С. В. Востротин, увидевший здесь новый шанс для развития Енисейского края. 24 июня 1899 года город Порт Александровск был торжественно заложен в присутствии дяди нового царя — великого князя Влади мира Александровича.

В 1902 году Степан Васильевич издал получившую широкую известность книгу «Северный морской путь и Челябинский тарифный перелом в связи с колонизацией Сибири». В ней на большом фактическом материале показано, что завышенные та рифные пошлины, прикрываемые тезисом о «защите от иностранного влияния», ме шают развитию российского Востока и России в целом.

Весной 1906 года Востротин сделал попытку избраться в I Государственную думу.

30 апреля в помещении Городского театра состоялись выборы енисейского выборщи ка по съезду городских избирателей. Голосовать явилась примерно треть всех заре гистрированных (401 из 1286). С большим преимуществом прошел врач А. А. Стан кеев, представитель кадетской партии, набравший 304 голоса. Востротин набрал тогда 66 голосов, что стало для него важным политическим уроком: одного только личного авторитета недостаточно для победы;

нужна налаженная «партийная маши на» и серьезно поставленная избирательная кампания.

На довыборах в III Государственную думу (на место скончавшегося В. А. Карауло ва) Степан Востротин, уже как лидер местного отделения Конституционно демократи ческой партии, уверенно победил. Был он в то время гласным городской думы Ени сейска, личным почетным гражданином и обладал недвижимостью на 15 000 рублей.

Все личные деньги Востротин вложил тогда в развитие Енисейского пароходства. За нимало его также устроение первых русских радиостанций на Югорском Шаре и Ма точкином Шаре (Новая Земля), а также на полуострове Ямал, в чем он встретил под держку министра путей сообщения С. В. Рухлова.

25 октября 1912 года в Красноярске состоялось губернское избирательное собра ние по выборам члена IV Государственной думы от Енисейской губернии. Баллотиро вались семь человек, но в первом туре ни один не набрал большинства. На следующий день баллотировались два кандидата: С. В. Востротин и К. М. Сухарев — доверенный торгового дома купцов Мокроусовых из Ачинска. Победил енисеец с перевесом в три голоса.

Первую большую речь в IV Думе С. В. Востротин произнес 15 марта 1913 года.

Обсуждался запрос правительству о необходимости скорейшего введения земства в Сибири. Оратор напомнил, что еще в 1905 году, в царском рескрипте на имя иркут ского генерал губернатора «твердо и повелительно указывалось приступить к разра ботке вопроса о введении земских учреждений в Иркутском генерал губернаторстве»

(т.е. в Енисейской и Иркутской губерниях, в Забайкальской области, а также в Запад ной Сибири — губерниях Томской и Тобольской). Однако правительство, по сущест ву, бойкотировало этот вопрос в III Думе, а теперь согласно ограничиться лишь Запад ной Сибирью (Томской и Тобольской губерниями). Причину этой медлительности и неуступчивости Востротин усматривал в том, что, по мнению высших властей Импе рии, «земское самоуправление в Сибири будет исключительно состоять из крестьян, мелких торговцев и мещан, а этому крестьянскому мужицкому земству правительство не доверяет».

Выступление привлекло большое внимание депутатов, а потом и общественно сти, ибо его содержание далеко выходило за пределы формально обсуждаемого во «СИБИРЬ — ПРОДУКТ ВОЛЬНОГО НАРОДНОГО ЗАВОЕВАНИЯ…»

проса. По сути дела, речь шла о стратегии развития в целом, об альтернативе: либо бюрократический путь при опоре на деградирующее дворянство — либо интенси фикация частнопредпринимательской инициативы, в том числе и для развития дальних пределов страны. «Гг. члены Государственной Думы, — обращался к депута там Востротин, — если в Европейской России могут еще представители дворянского элемента доказывать, что они будто бы потомки строителей русского государства, то в отношении Сибири у них нет совершенно никаких корней — у них нет там даже и земского земельного ценза. В Сибири имеются заслуги только одного крестьян ства, вольного казачества и торговых и промышленных людей. Сибирь… есть про дукт вольного народного завоевания, это подарок, который крестьянская масса и вольное казачество преподнесли Европейской России. И вот, казалось бы, что дав но наступил момент, когда прямой долг, простая обязанность заплатить по счетам этому народу».

Далее оратор привел слова Александра III, который, в ответ на телеграмму иркут ского генерал губернатора по случаю празднования 300 летия Сибири, сказал: «На деюсь, что с Божьей помощью, обширный и богатый Сибирский край, составляющий уже три столетия нераздельную часть России, будет в состоянии пользоваться нераз дельно с нею одинаковыми общественными и правительственными учреждениями».

И добавил: «Прошло после того тридцать лет, а этих одинаковых общественных учреж дений в Сибири и до сих пор нет. Правительство совершенно игнорировало обширную Сибирь, оно игнорировало даже Высочайший рескрипт. С проведением Сибирской железной дороги, с организацией усиленного переселенческого движения само прави тельство вывело Сибирь из его сонного, спокойного, незаметного существования, са мо содействовало крушению тех бытовых условий, которые гарантировали местному населению экономически обеспеченную жизнь;

там совершается теперь огромная экономическая ломка, и в этот период, казалось бы, как можно скорее нужно прийти на помощь этой стране организацией общественных учреждений. Сибирь вступает в мировой рынок и начинает играть все более и более заметную роль в политической жизни страны и приобретать международное значение, а между тем ее земское хозяй ство находится в печальном состоянии, вследствие чего положение местного населе ния нисколько не улучшается;

оно остается, можно сказать, почти без школ, без меди цинской помощи, без путей сообщения, населению грозит одичание и вырождение.

Между тем не существует решительно никаких оснований, никаких препятствий для введения земских учреждений в Сибири, они придумываются, создаются искусствен но, с целью только затормозить реформу».

Востротин напомнил, что «исторические современницы Сибири» — Северная Америка, Австралия, даже Южная Африка — «пошли совершенно другим путем, они не испугались ни больших расстояний, ни редкости населения, они с давних времен призвали к участию в работе над местными нуждами местных деятелей, местные си лы, и это дало великий результат: и экономический расцвет, и культура этих стран вы зывают зависть других народов. У нас наоборот, у нас гибнут бесцельно силы, готовые работать на благо своей родины, и Сибирь утрачивает веру в слова, веру в обещания правительства, утрачивает веру в Высочайший рескрипт, когда поколение за поколе нием сходит без пользы для культуры своей страны, в ожидании реформы (шум), в си лу невозможности работать для блага своей родины… Выборные земские учрежде ния — это есть общее право всей России, и распространение этого общего права на все окраины безотлагательно необходимо. Пора же, наконец, иметь доверие, гг., к наро ду, который плотью и кровью завоевал колоссальные пространства, от Урала до Тихо го океана, и создал, можно сказать, величайший резерв для русского народного хозяй ства. (Рукоплескания слева.)»

СТЕПАН ВАСИЛЬЕВИЧ ВОСТРОТИН Общероссийскую известность Степану Васильевичу Востротину принесли не только думские выступления, но и его новое полярное путешествие по маршруту Тром сё (Норвегия) — Енисейск (1913). В то время «Сибирское Акционерное общество паро ходства, промышленности и торговли» планировало наладить регулярные торговые рейсы между Северной Европой и Центральной Сибирью через Карское море, ибо пе реправка грузов по железной дороге была очень дорога. В 1912 году общество зафрах товало норвежский пароход «Тулла», специально для плавания во льдах, но тот не сумел пробиться через массы льда в Карском море. Летом следующего года предприняли еще одно путешествие, возглавить которое руководитель Акционерного общества Иона Иванович Лид пригласил знаменитого ученого и полярного исследователя Фритьофа Нансена. У пароходной фирмы «Христенсен» был зафрахтован пароход «Коррект», на который погрузили 1000 тонн цемента в бочках для нужд Сибирской железной дороги.

Другими членами экспедиции стали: молодой, но уже опытный капитан Иоганн Самуэльсон;

лоцман Ганс Христиан Иогансен (во время экспедиции Норденшельда на «Веге» в 1878 году он командовал пароходом «Лена», который прошел из Норвегии к устью Лены, а затем поднялся до Якутска);

ученый этнограф Иосиф Григорьевич Ло рис Меликов, знаток малых народов Сибири.

Руководство российской части экспедиции взял на себя С. В. Востротин. Нансен так писал о нем в своей книге «В страну будущего» (изданную в Петрограде в 1915 го ду): «Степан Васильевич Востротин — золотопромышленник из Енисейска, бывший городской голова этого города, а в настоящее время член Государственной думы, представитель края с почти миллионным населением. Вот страна, достойная зависти!

Если бы наш стортинг созывался на таких условиях, в нем было бы два с половиной че ловека, и с ним было бы полегче сладить, чем с нынешними 123 депутатами. Лучшего спутника по Сибири у нас и быть не могло. Карское море Востротин проехал во время своего свадебного путешествия в 1894 году, а вниз и вверх по Енисею плавал много раз. Свою родину и свое миллионное население он знал вдоль и поперек и являлся нас тоящим живым справочником по всем интересовавшим нас вопросам относительно условий местной жизни и труда. Кроме того, он сам в девяностых годах долгое время состоял совладельцем пароходства по Карскому морю и Енисею и даже приобрел для этого предприятия на собственные деньги несколько пароходов. В результате потерял немало денег, но обогатился большим личным опытом в этой области».

Из норвежской столицы Христиании путешественники по железной дороге до ехали до Троньема, затем на пароходе — до Тромсё, откуда «Коррект» вышел в море во вторник, 5 августа 1913 года. 3 сентября, в устье Енисея, участники экспедиции пере грузились на яхту «Омуль», продолжив плавание до Енисейска. Любопытны полуиро ничные воспоминания Нансена о первой высадке исследователей на землю и посеще нии стойбища самоедов: «Первым ступил на берег Востротин, как и полагалось народному представителю этой области. Ведь нас ожидали на берегу граждане, из бравшие его в Государственную думу. Мы так и прозвали его „владыкой самоедов“».

Укреплению дружбы Нансена и Востротина способствовали не только совместная работа и обоюдное увлечение фотографией (в архивах остались сотни сделанных ими снимков), но и жаркие политические дискуссии, в том числе о различиях в политиче ском строе и политической культуре Норвегии и России. Востротин, например, расска зал Нансену такую историю. Лет тринадцать назад он на корабле шел вверх от устья Енисея и повстречал в низовьях реки «стражника», который ехал оповестить рыбаков, подлежащих военному призыву, чтобы они немедленно ехали в Енисейск, а оттуда — в Красноярск, т.к. объявлена мобилизация. «Стражник» не мог толком ответить, с кем Россия воюет. Когда Востротин добрался до Курейки, то узнал, что «царь воюет с семью другими царями» и что война идет успешно для «нашего царя» (кто были те «семь «СИБИРЬ — ПРОДУКТ ВОЛЬНОГО НАРОДНОГО ЗАВОЕВАНИЯ…»

царей», никто не знал, говорили, что там и «англичанка», и «француженка», и еще кто то). Только в Енисейске ему объяснили: в Китае вспыхнуло восстание (так называемое «ихэтуаньское»), и союзные войска, включая русские, участвовали в его подавлении.

Запомнился Нансену и другой описанный Востротиным эпизод. Во время пребывания в Норвегии, в 1899 году, зашел он как то попросить воды в дом к одному местному жи телю: «Хозяин, крестьянин или рыбак, угостил его чудесным молоком и, разговорив шись с гостем насчет того, что делается на белом свете, рассказал о пересмотре дела Дрейфуса со всеми подробностями. Востротина не могла не поразить разница между этим рыбаком на окраине Норвегии, постоянно читавшим газеты, знавшим подробно сти процесса Дрейфуса, и зажиточным торговым людом в Сибири».



Pages:     | 1 |   ...   | 35 | 36 || 38 | 39 |   ...   | 41 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.