авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 |

«FB2: “D ”, 30 March 2010, version 1.0 UUID: 7F3155B6-A96D-48BB-A80B-B61869874C3C PDF: fb2pdf-j.20111230, 13.01.2012 Светлана ...»

-- [ Страница 19 ] --

Больше не тратя драгоценного времени, я раскинула руки, и взлетела вверх. От меня сразу же поспешно отхлынул народ. Очень предусмотрительно с их стороны! Вокруг меня забушевала страшнейшая буря. Стоя в её центре, где царило затишье, я запела заклинание, вложенное Николсом, и ко мне устремился радужный шар, забытый мной во время всеобщего переполоха. За собой он тащил толстый перламутрово-голубой жгут воды из озера. Пови нуясь моим движениям, он скрутился в спираль. Мой ровный голос, на удивление легко перекрывающий непрекращающийся рёв бури, перешёл от пе ния к речитативу. Я совсем не понимала, что делаю и, будучи предельно сосредоточенна, тем не менее, была совершенно спокойна. Слава богу, сейчас я действовала на автомате, лишь повторяя порядок действий, заложенный в меня Николсом, но скоро моя лафа закончится. Вызванная мной буря улег лась. Перед тем как нырнуть в открывшийся голубой портал, я по наитию взяла в руки радужный шар, который всё время льнул к моим ногам как испу ганный щенок, и строго приказала ему вернуться к своим хозяевам. Тот немного помедлил, но затем послушно распался на части и четыре огромные кошки благополучно приземлились у ног моих верных рыцарей. Ко мне донёсся злобный рык Мика.

«Девчонка! Как ты посмела лишить меня ритома!»

«Прости, отец, но ты мне не нравишься в облике лорда хаоса! Я люблю тебя такого, каким ты был раньше и всё сделаю, чтобы вернуть прежнего Ми ку — немного старомодного, но порядочного человека».

«Дура! Мы могли бы обрести бессмертие и создать новое Мироздание!»

«Слишком велика цена. Прости и прощай, отец!»

С высоты птичьего полёта я напоследок окинула взглядом прекрасный пейзаж, который совсем не пострадал от моих действий, за исключением ис чезнувшего озера и помахала рукой многочисленным зрителям. Их одобрительный рёв воодушевил меня.

«Положитесь на меня, господа боги! Я сделаю, всё как надо! Вы не пожалеете о своём доверии! — и смеясь, зажала уши! — Адью! До скорой встречи!»

Только я собралась нырнуть в портал, как чья-то рука крепко ухватила меня за локоть.

«Не так быстро!»

«Ник! Тебе нельзя со мной!» — растерянно воскликнула я. Он надменно покосился за меня.

«Кто сказал? Впрочем, не важно, я по-любому должен присмотреть за тобой. Ведь без меня ты вечно умудряешься вляпаться в очередную гадостную историю».

«Ник, а вдруг ты окажешься дестабилизирующим фактором?»

«Помолчи, Мари! Прыгаем, а то портал начинает подозрительно колебаться!» Взявшись за руки, мы ринулись навстречу неизвестности.

*** Спустя год по земному исчислению в пересохшей чаше озера забурлила кроваво-красная вода, и на её поверхность вместе крохотным пятачком перла мутрово-голубого цвета вынесло Мари и Ника. Оба были без сознания и находились в предельной стадии истощения. Милорд Океан, ко всему прочему искусный врачеватель, с большим трудом их выходил. Не помогали никакие магические средства, и только сочетание необычных трав, древних загово ров и строго дозированной магии, дали положительный результат и дела у парочки пошли на поправку.

Но хоть Мари и Ник внешне выздоровели, их душевное состояние по-прежнему было критическим. Они совершенно не реагировали ни на какие раз дражители. Лежа, они молча взирали в потолок отведённых им покоев во дворце самого лорда Хаоса. Их Божественность лично несколько раз пробовал вывести их из состояния странной апатии, но всё оказалось бесполезно. Разумы обоих подопечных милорда Океана балансировали на очень хрупкой гра ни, грозясь окончательно свалиться в безумие. Сумасшедшие картины, извлечённые из их мозга, не мог долго выдержать ни один из богов и они не нес ли ни какой полезной информации.

«Ладно, хватит мучить ребятишек исследованиями. Океан, стирай эту жуть в их мозгах и накладывай слепок с предыдущих воспоминаний до посеще ния Сияющего двора. Если процесс пройдёт без осложнений, отправь их домой. Скажи Николсу, что я разрешаю ему сделать для них исключение в части исполнения пророчества, дети заслужили от нас вознаграждение. С нетерпением буду ждать, когда они окажутся при Сияющем дворе. Просто замеча тельный материал для следующего поколения богов! — в провалах глаз лорда Хаоса вспыхнули алые огоньки безумия. — Хотя зачем ждать?.. Океан, пере дай Николсу, пусть оба голубка погибнут в ходе пророчества».

«Но, Ваша Божественность, это идёт в разрез с договором Хаоса!..»

«Никаких «но», Океан! Я так хочу!»

«Слушаюсь, Ваша Божественность!»

Встретившись в саду со своим старым наставником, принц Хаоса низко ему поклонился и вопросительно заглянул в его глаза, сейчас они имели тем но-серый цвет, говорящий о его беспокойстве.

«Ну, как он, реме[20] Океан?»

На лице величественного старика появилось огорчённое выражение.

«Не очень хорошо, мой мальчик. Лорд Хаос сильно не в себе. Под страхом смерти он запретил упоминать при Сияющем дворе имя миледи Лилит, а эту девочку Лотиэль с треском выгнал вон. По-моему бедняжка опять приютилась у тебя. Не обижай её, хорошо?»

«Хорошо, реме Океан. Теперь пророчество Лоти потеряло силу, и мне нет нужды препятствовать её развитию».

«Увы! — глаза милорда Океана совсем потемнели. — Их Божественность требует от тебя исполнить его ещё раз в отношении твоих подопечных. При чём, он хочет, чтобы погибли оба и мальчик и девочка, — старый наставник взял за руку своего воспитанника и умоляюще заглянул в его лицо. — Ни колс, души детей предельно истощены непосильными испытаниями, и чтобы полностью восстановить свою силу, им нужно полностью прожить отме ренный им жизненный срок, причём без всяких сторонних вмешательств, включая пророчество Лоти. Будь милосерден, дай им шанс выжить».

Видя, что принц Хаоса колеблется, милорд Океан опустился на колени.

«Ваше Высочество, я очень прошу Вас исполнить мою просьбу».

Николс поспешно поднял наставника на ноги и, обняв его, в сердцах воскликнул:

«Что ты творишь, старик?! Не смей делать из меня изверга в духе моего папочки! Конечно, я исполню твою просьбу!»

«Спасибо, мой мальчик. Я знаю, что прошу очень многого, особенно сейчас, когда твой отец вне себя от горя и обстановка при Сияющем дворе очень нездоровая, — милорд Океан с доброй улыбкой посмотрел в лицо своего любимого воспитанника, в котором он скорее видел сына, и его глаза засияли зо лотисто-синим цветом. — Не переживай, Николс, со своей стороны я сделаю всё, чтобы смягчить удар, если Лит слишком на тебя обозлится. Но знаешь, я верю, что всё будет хорошо. Ведь в твоём отце ещё не умерло то хорошее, что было когда-то в юном принце, когда он только взошёл на престол твоего де да».

«Очень на то надеюсь», — буркнул принц Хаоса.

«Наверно, не умерло, если я до сих пор спускаю тебе с рук такие вольности, старый дурак!» — проворчал лорд Хаоса, отключая магическое око. Он при задумался. «Интересно, как извернётся Николс, чтобы и овцы были целы и волки сыты?»

*** Вчерашний трехмесячный день рождения Таятана прошёл без каких-либо происшествий, и поутру я тряхнула Ника за плечо.

— Эй, просыпайся, приговорённый к смерти! Кажется, ты получил помилование. Мирон сообщил, что завтрак готов, и он ждёт нас в столовой.

— Не слышу радости в твоем голосе, — зевая, отозвался Ник и снова закрыл глаза.

Странно. Обычно он не отличается сонливостью. Я презрительно фыркнула и сбросила его с кровати.

— Вставай! Так я и знала, что легенда о воплощении Лоти и сопутствующем роковом проклятии — бред сивой кобылы в безлунную ночь.

— Ну и слава богам! — пробормотал Ник, сев на полу. Меня насторожило, что он не обиделся за грубую побудку и совсем уж мне не понравился его усталый вид. Я скатилась к нему на пол.

Внимательный взгляд показал, что его лицо заметно осунулось, и под глазами залёгли отчетливо видимые темные тени. «Чёрт! Ник ещё полностью не оправился!» — подумала я, и моё сердце кольнула острая жалость. Обняв своего красавца-мужа, я с нежностью коснулась губами его затрепетавших век.

Во что бы то ни стало, я решила в ближайшие дни привести его в норму, выгуливая в горах на свежем воздухе, но он как всегда разрушил мои планы.

— Мари, после завтрака я улетаю в Петербург и вернусь через неделю.

— Что ты там забыл? — сердито спросила я и попробовала уговорить его остаться дома. Но Ник уперся и заявил, что хочет посмотреть, как идут дела с постройкой звездолёта, которые он несколько подзабросил из-за профилактики технических систем Риоголиза. Я не стала особо настаивать, решив, что перемена обстановки тоже пойдёт ему на пользу.

— Хорошо, только будь осторожен, дорогой, — попросила я, больше не доверяя ни кому и ни чему.

— Всенепременно, моя любовь. Можешь, не беспокоиться. По-любому, на большой земле за мной болтается куча штейновских горе-сыщиков, — мягко проговорил Ник и от его беззащитной улыбки у меня снова защемило сердце. Я крепилась, стараясь не показать, что расстроена, но он меня добил. Думая, что я его не слышу, Ник мысленно пробормотал: «Боги, хорошо, что мы снова вместе!» и, прижав меня к себе, долго не выпускал из объятий. Слава богу, что нас позвал Мирон, иначе бы я позорно разревелась.

После завтрака оставшись одна, я пересилила своё нежелание разговаривать с богиней и процедила:

— Ну, долго ты собираешься прятаться от меня по углам? Давай уж выходи, раз заявилась!

В комнате вспыхнуло радужное сияние, и когда оно погасло, Лотиэль снова предстала передо мной в виде семилетнего мальчика. Я смерила её холод ным взглядом. Трогательный малыш не вызвал во мне никаких тёплых чувств.

— Пора тебе сменить облик, для меня ты больше не ассоциируешься с Кимом.

— Прости! — воскликнула богиня и приняла вид златовласой синеглазой девушки. — Так лучше?

Я не ответила и пошла к выходу из столовой, но она заступила мне дорогу.

— Мари, не злись! Как ты вообще узнала, что я здесь?

На её виноватой мордашке, вспыхнуло любопытство, и она недоверчиво добавила: — Поверить не могу! Неужели ты всё помнишь, даже своё путеше ствие в Вионет?..[21] Может, расскажешь?..

— Не надейся услышать от меня его подробности! — со злостью перебила я богиню. — К великому огорчению Сияющего двора, я не помню нашего пу тешествия с Ником, и помнить его не хочу. Почему вы не хотите оставить нас в покое? Ведь мы спасли ваше чёртово Мироздание, не так ли? Что ещё вам нужно?

Тут я заметила тёмную тень странного создания, притаившуюся под резным буфетом, и совсем взбеленилась.

— Какого чёрта вы все за нами шпионите, не давая спокойно жить!

— Я не шпионка! — возмутилась Лотиэль и на её фиалковых глазах показались слёзы.

Артистка! Очень трогательно, но меня не убедило её показное расстройство. Поняв, что я не верю ей ни на грош, богиня помялась и расстроено сказа ла:

— Честное слово, я не шпионю за вами, а прячусь от лорда Хаоса. После допроса с пристрастием он тут же выгнал меня из Сияющего двора и велел ни когда там не появляться под страхом смерти. Спасибо Создателю, что только выгнал, а не убил, как я опасалась.

В последних словах Лотиэль я расслышала искреннее облегчение и немного смягчилась. Любопытствуя, кто её так напугал, я уточнила:

— Лорд Хаоса это тот белобрысый и темноглазый тип бешеного нрава?

— Да, — она боязливо осмотрелась по сторонам. — Мари, говоря об их божественности и их высочестве, пожалуйста, употребляй уважительную форму уважения.

— Судя по Нику, я не должна ничего помнить. Потому знать не знаю, и знать не хочу никакого их высочества и их божественность Сияющего двора, — мстительно отозвалась я, смерив Лотиэль насмешливым взглядом. Что-то я потеряла всякое почтение к богам, столкнувшись с ними поближе.

«Лотиэль права, миледи! Пожалуйста, будьте корректны и не забывайте о правилах хорошего тона, принятых при Сияющем дворе», — нравоучитель но произнёс в моей голове незнакомый голос с лёгкими укоризненными интонациями.

Стиснув зубы, я мысленно процедила: «Сгинь, сатана, и без тебя тошно!»

«Слушаю и повинуюсь, миледи!.. Может, по-родственному Вы будете называть меня по имени? Разрешите представиться, я лорд Ваатор, Властитель Адской Бездны Сияющего двора и муж Вашей матери Ризы», — учтиво произнёс мой филер. В памяти немедленно возник облик огневолосого товарища в золотых доспехах. «Н-да, кажется, у Ризы бурная семейная жизнь за гранью, если она муженька гоняет мечом!»

«Очень приятно, милорд Ваатор! — мысленно прошипела я, не испытывая в душе никакого удовольствия от знакомства, но постаралась не очень вы ходить из берегов. Как-никак он был моим родственником, и этикет требовал от меня хотя бы элементарной вежливости. — Пожалуйста, передавайте привет моей маме и благодарность за её поддержку… — тут я не выдержала и сорвалась. — Не могли бы Вы отвалить из моего дома вместе со своими шпионами? Больше знать не хочу никакой Сияющий двор, а будете настаивать, я подамся в ярые атеистки!»

«Вот это уже излишне, моя дорогая, не нужно горячиться и принимать скоропалительные решения. Всё! Я ухожу!.. Уже ушёл!»

«Слава богу!» — облегчённо вздохнула я, почувствовав, что пропало гнетущее ощущение стороннего присутствия.

— Мари, кто ты? — тихо спросила богиня. Эта поганка и не подумала убраться из моего дома следом за остальными. Мало того, она плюхнулась на стул и смерила меня внимательным взглядом. Раздосадованная, я возвела очи к небу.

— Нормально, да? И об этом меня спрашивает богиня, причём не из последних, судя по тому, как божественная публика пресмыкались пред твоей ма тушкой. Лотиэль, это ты мне скажи, кто я такая.

— Я не знаю. Конечно, в тебе ощущается Истинная кровь в смертной оболочке, но это всё, — растерянно сказала она и, помедлив, добавила: — Будь предельно осторожна, Мари. Поверь мне, Сияющий двор никогда не оставит тебя в покое.

— Во мне больше нет абсолютного оружия! Ведь так? — прошипела я, с яростью глядя на собеседницу.

— Ты права. Во всяком случае, я не чувствую в тебе присутствия авитолана — тёмной энергии разрушения.

— Ну и, слава богу! Потому раз и навсегда отвяжитесь от меня!

— Мари, ты не понимаешь! Уже одно то, что ты всё помнишь, вопреки перезаписи твоей памяти, это нонсенс, говорящий о том, что за тобой стоят ка кие-то скрытые могущественные силы.

— Иди ты к чёрту со своими!.. Ой!

Лотиэль испуганно вскрикнула и начала проваливаться в огненный портал, разверзшийся у неё под ногами. Не сразу опомнившись, я буквально в по следний момент поймала её за руку, и мы благополучно рухнули на пол. Портал исчез и, переглянувшись, мы облегчённо перевели дух. В воздухе повис отзвук смеха.

«Тщательней следите за своей речью, миледи Мариэль, — ведь Ваши пожелания сбываются».

«Да пропади ты пропадом!..» — я поспешно закрыла себе рот руками и проводила взглядом Лотиэль. Напуганная богиня развернула радужные крылья и пропала в золотом столбе света.

«Во дела! Лотиэль сбежала!.. Всё! C такой жизнью я точно сойду с ума! — находясь в полном отчаянии, я взмолилась: — Николс, сделай что-нибудь! Я хочу всё забыть и жить по-человечески!»

«Конечно, я постараюсь, Мари, но ничего не обещаю», — отозвался красивый звучный голос. От его звуков меня отпустило непомерное напряжение, и от облегчения я самым постыдным образом расплакалась.

«Спасибо тебе, Николс, что не забываешь меня!»

«Детка, ты никому не даёшь забыть о себе!»

Раздался весёлый смех и из открывшегося портала вышел мужчина, очень похожий на Ника. С его прекрасного лица на меня с сочувствием смотрели знакомые бирюзово-синие глаза.

«Привет, Николс! Ты переживёшь, если я не буду кланяться и величать тебя «Ваше Высочество?»

«Мари, мы же с тобой друзья! Идём, детка, я попробую выправить сложившуюся ситуацию».

Принц Хаоса протянул мне руку с радужными когтями и, не колеблясь, я ухватилась за неё и нырнула следом за ним в открывшийся портал.

*** В Вионете — этом бескрайнем безвременье пустоты, лишённой звёзд, и пронизанной мягким светом, идущим из ниоткуда, — плавали бок о бок два огромных дракона — чёрный и золотой. На изящных головах сказочных рептилий царственно сияли радужные короны. Изредка переговариваясь, они с любопытством наблюдали за вышеописанной сценой. Когда Николс и Мари скрылись в портале, золотой дракон смерил укоризненным взглядом своего чёрного собрата.

«Тил! Зачем ты мучаешь ребёнка? Почему остальные смертные забыли о том, что произошло, а девочка нет?»

Тот немедленно рассердился.

«Могла бы сама догадаться, умница. Это последствия разрядки авитолана. Ничего страшного, твой малыш Николс ещё раз перепишет ей память, и дев чонка вернётся к норме».

«Прекрасно! И всё-таки ты зря создал нового терия из Истинной крови, да ещё разделил его сущность на двух носителей. Думаешь, они сольются в еди ное целое, когда придёт время?»

«Не знаю, но мне хотелось испытать новый метод. Может, он даст положительные результаты».

В фиалковых глазах Золотого дракона вспыхнула насмешка. Он лукаво улыбнулся, при этом обнажив грозный набор белоснежных острых зубов, и лас ково проговорил:

«Выдумщик! Сознайся, что ты просто пожалел смертного мальчишку. Думаю, тебе импонирует то упорство, с каким он занимался возрождением свое го народа. В этом он очень похож на нас, хотя в отличие от него мы ещё не достигли успеха, — в его голосе прозвучала печаль. Помолчав, он осторожно добавил: — Тил, ведь мы договаривались, что ты будешь экспериментировать со своими убийцами на более простых существах, не поднимаясь выше уровня земноводных. Например, как твои разрушители атримены».

Обиженный чёрный дракон, рассерженно сверкая красными горящими глазами, немедленно его перебил:

«А ещё мы договаривались, что ты не будешь применять магию при создании териев! Ты же знаешь, что в этом случае они получаются крайне неста бильными. В прошлый раз ты их столько наштамповала, что я замучился уничтожать твоих сбрендивших големов. Торопись не спеша, Лилайн, и тогда мы достигнем успеха».

«Консерватор! Если б я тебя всё время слушала, то мы до сих пор возились бы с амёбами! Я ручаюсь, что Этан вполне стабилен и нам не стоит забрасы вать магическое направление исследований!»

«Не расходись, миледи Прогресс! Я первый буду «за», если ты изобретёшь экспресс-способ возрождения племени териев помимо прохождения ими всех стадий развития».

«Достаточно споров! Создай карман, я хочу принять истинный облик, мне надоело болтаться в шкуре дракона».

«Как скажешь, дорогая!»

Перед драконами соткалась Минивселенная и при входе в неё они вопросительно посмотрели друг на друга.

«Кем хочешь быть мужчиной или женщиной?»

«Какая разница? — черный дракон ухмыльнулся. — Впрочем, лучше придерживаться половой ориентации, данной от рождения. Я приму мужской об лик, а ты — женский».

«Тил, ты зря игнорируешь свою женскую половину! — предостерегающе сказал золотой дракон. — Ты слишком часто болтаешься в мужской ипостаси, не давая ей развиваться. Последний пророческий танец показал, что она у тебя здорово неуправляема и, по-моему, поглупела так, что дальше некуда».

«То же самое я могу сказать о тебе в мужской ипостаси!» — прорычал чёрный дракон и его глаза полыхнули недобрым пламенем.

«Ладно-ладно, дорогой! Не заводись, я не хотела тебя обидеть!» — поспешно отозвался золотой дракон. Его облик заколебался, и в чудесный сад мини вселенной шагнула та, которая была известна при Сияющем дворе как миледи Лилит, жена лорда Хаоса. Обернувшись, она взяла за руку своего темново лосого спутника, который внешне был её копией. Правда, его отличали более высокий рост, и черты его лица казались более резкими. Но главное их раз личие лежало в разнице характеров. В облике Лилайн сразу читалась доброта и лёгкий нрав, чего и в помине не было у её спутника. На его надменном лице лежала печать жестокосердия. Они сели за столик и Лилайн протянула Тилу бокал с молочно-белым вином. С гримасой отвращения он немедленно выплеснул его содержимое, и его бокал до краёв наполнился тёмно-красной кровью. Теперь уже Лилайн поморщилась. Заметив её реакцию, Тил доволь но усмехнулся и, потягивая кровь, лениво произнёс:

— Зря ты вмешалась и не дала начать мне эксперимент заново.

Зловредный Тил явно поддразнивал златовласую красавицу. Видя, что она отвлеклась, он незаметным мановением руки превратил вино в её бокале в кровь.

— Ну, уж нет! Я считаю, что в этот раз мы добились успеха и нам стоит его продолжать! — убеждённо ответила Лилайн и, отпив из своего бокала, воз мутилась, — Ты что творишь, разбойник?

— Забочусь о тебе, моя дорогая оптимистка! Для восстановления сил, нет ничего лучше крови диких драконов. А в отношении эксперимента, пожалуй, я с тобой согласен. Хотя мне кажется, что ты опять спешишь с созиданием жизни. В больших масштабах она становится неуправляемой.

— Ну, зачистка — это твоя обязанность, милорд Тьма!

— Вечно ты спихиваешь на меня грязную работу, миледи Свет!

— По-моему, тебе она нравится, судя по тому, с каким удовольствием ты разводишь глобальные катастрофы, сводя на нет мою работу.

— Мой ангел, я же вижу, с каким удовольствием ты занимаешься созиданием, вот и потакаю твоим слабостям… Она засмеялись и, нежно посмотрев друг на друга, слились в долгом поцелуе. Отстранившись, Тил протянул руку и, сорвав чудесный цветок с нависа ющей над столиком ветви, воткнул его в волосы своей возлюбленной сестры, а затем снова коснулся её губ лёгким поцелуем.

— Моя любовь, с таким подходом к делу, мы никогда не достигнем приемлемого равновесия! — укоризненно сказала Лилайн.

— Полно тебе расстраиваться, моё сердце! Кстати, где болтается наш несносный ребёнок?

— По-прежнему хвостиком бегает за Николсом. С нами, взрослыми ему скучно, вот он и норовит удрать из дома.

— Жаль, что Блонди наш единственный ребёнок. Встречайся мы чаще, может, наш малыш уже давно обзавёлся бы братиком или сестричкой.

— Не гневи судьбу, Тил! Появление Блонди и так чудо из чудес. Вспомни, ни одно из пророчеств не говорило нам о появлении у нас ребёнка.

— Вот потому в последний момент я побоялся трогать созданное Мироздание. Вдруг, оно как-то связано с рождением нашего малыша.

— Рада, что у тебя бывают гениальные прозрения и главное — очень вовремя.

*** Восседающие в зале заседаний лорды хаоса переглянулись.

«Неужели ни Лилайн, ни Тил не понимают, что они были и будут единственными в своём роде?» — недоверчиво проговорил один из них.

«Почему? Ведь у них родился ребёнок!» — удивлённо воскликнул один из самых юных лордов хаоса.

«Всё дело в том кто он, малыш Блонди, — покровительственным тоном отозвался старейший лорд хаоса и, видя нетерпение в глазах своих юных кол лег, насмешливо добавил: — Неужели трудно самим догадаться? Их ребёнок — это одушевлённая гармония между Светом и Тьмой. Появление Блонди по казывает, что в настоящий момент наше Мироздание стабильно».

«А как же народившийся лорд хаоса?».

«Не беспокойтесь, его активность была вызвана искусственно. Сейчас он вновь вернулся к норме, и может очень долго находиться в латентной стадии руанона, сначала в смертной оболочке, а затем в личине одного из богов».

«Господин председательствующий, но его появление знаменует немалые потрясения!»

«Совсем не обязательно. Обычно, руанон занимает престол того из лордов хаоса, который перед самым уходом внезапно лишился своего наследника. К сожалению, на настоящий момент самая неизвестная величина — это странная пара, побывавшая в Вионете. Чем аукнется нам их появление — совер шенно не ясно, но будем надеяться на лучшее. Господа, на этом наше экстренное совещание закончено. Все прочие детали я предлагаю обсудить в более приятной обстановке. Я приглашаю вас на торжественный ужин в моём эдеме».

Дела рабочие, дела домашние… Полёт до Питера занял обычные полчаса и, заскочив домой, Ник обнаружил, что по времени совсем немного разминулся с Палевским. Он не стал бес покоить его вызовом, и отправился в центральный офис. Оказавшись на месте, Ник удивлённо покосился на свою новую секретаршу — ею оказалась раз битная улыбчивая девица с кучей пирсинга по всему телу и в жуткой молодёжной одежде и обуви, не менее густо усеянной металлом. «Странно! Вроде бы я выбирал себе не это чучело. Наверно, очередные причуды отдела безопасности», — решил он и распорядился принести ему кофе. Его он получил только после второго напоминания по селектору. Без стука влетев в кабинет, секретарша поставила перед ним огромную глиняную кружку. Кофе оказа лось чуть тёплым с молоком и кучей сахара, хотя он просил чёрный и без добавок. Со второй попытки секретарша принесла ему нечто очень горячее, но слабо напоминающее по вкусу кофе. Поняв, что не получит желаемое, Ник вежливо поблагодарил неумёху и та, совершенно не огорчившись, схватила поднос с нетронутыми напитками и без промедления ускакала к себе в приёмную, что-то весело напевая себе под нос.

«Крейд! Неужели нельзя было найти опытного секретаря, а не эту металлизированную красотку с растительными мозгами?» — с досадой подумал он и попытался сосредоточиться на текущих делах. Их накопилось немало. Но тут к нему в кабинет ворвался возбуждённый Глава Службы безопасности и с ходу завопил:

— Ник, за каким дьяволом ты придумал такую огромную штуку? Ты только посмотри, какая идёт суета на околоземной орбите! Пойми, при современ ном уровне техники у людей скрыть такое огромную стройку попросту невозможно! Мои сотрудники сбились с ног, частично стирая воспоминания у всех более или менее важных людей, чтобы лишняя информация не выползла раньше времени наружу!

Ник оторвал голову от дисплея и смерив Штейна недовольным взглядом, ровно произнес:

— Во-первых, здравствуй, а во-вторых, сядь и успокойся. Томас, чем ты недоволен? Лично я предпочитаю, чтобы твои орлы были при деле, а не занима лись всякой ерундой, типа слежки за моими передвижениями.

Штейн сел в кресло и сердито проворчал:

— Послушай, Ник… Ладно. Мы с тобой уже неоднократно ругались насчёт охраны, потому замнём для ясности. Ты чего злишься, у нас какие-то пробле мы с постройкой звездолёта?

— С чего ты взял, что я злюсь? По-моему это ты сегодня на взводе, — ответил Ник, с удивлением посмотрев на своего собеседника.

— Не без этого, — потихоньку остывая, проворчал Штейн. — Можно я немного посижу у тебя, а то с самого утра меня уже довели до белого каления.

Чтобы не терять времени даром, может, расскажешь мне вкратце о своих дальнейших планах в отношении постройки звездолёта? Тогда я смогу скоорди нировать действия моих сотрудников. Кстати, почему вы строите одну бандуру на всех, а не флотилию звездолетов, как изначально планировалось? Раз ве это не опасно?

— В соответствии с расчетами Мари, чтобы преодолеть порог неопределенности в космосе и развить первую световую, нам нужна для разгона солид ная масса. Ковчег на сегодня — это самая наименьшая из допустимых моделей звездолетов, развивающих скорость, близкую к скорости света. Пока мы вынужденно засели на Луне у границы света и тьмы, чтобы проводить сборку корпуса звездолета. Хотя проще было бы сделать это в открытом космосе, но люди тяжело переносят постоянное отсутствие силы тяжести. Когда соберем корпус, мы выведем Ковчег в открытый космос и спрячем его за Луной.

Но для этого нужно сначала частично смонтировать оборудование с вспомогательными двигателями, и запустить искусственную силу тяжести на борту.

Тогда и рабочий процесс пойдет быстрее, поскольку сборочные бригады будут жить на звездолете. Производственные лунные модули тоже готовы к рабо те. Но пока не хватает персонала: ему негде жить. К счастью, лунный жилой комплекс тоже скоро будет готов. Мы запустим производство на Луне, и про цесс сборки пойдет еще быстрее, в космосе проще выращивать нужные нам комплектующие. Так что не переживай, скоро мы переберемся в космос и на Луну и будем почти полностью автономны, поэтому вояжи с Земли будут значительно реже. Потерпи еще немного.

Штейн вздохнул и мрачно произнес:

— Всё это замечательно. Только я опасаюсь, что до этого какой-нибудь военный придурок шарахнет по нашим орбитальным станциям ядерной раке той. Защиты у них практически никакой, только режим невидимости, да и тот демаскируется орбитальной суетой.

— Не беспокойся, через пару недель мы смонтируем на них защитные экраны, — утешил его Ник. — Тогда пусть стреляют сколько угодно, заодно мы испытаем их в действии, прежде чем соваться в космос. Пусть людишки сделают хоть одно доброе дело.

— Никакой у тебя толерантности по отношению к человечеству! — облегченно вздохнув, со смехом отозвался Штейн. Орбитальные станции были его основной головной болью. Он смерил Ника внимательным взглядом. — Не понимаю, почему ты такой смурной, если дела идут нормально? А! Дошло, се мейные разборки! Я прав?

— Отчасти, — сдержанно улыбнулся Ник. Не желая говорить, что он не очень хорошо себя чувствует и, видя, что Штейн находится на взводе, он решил поддержать доверительную беседу и добавил: — Сам знаешь, за Мари всегда тянется целый хвост проблем.

— Это точно! Бабы это всегда сплошная головная боль! — подхватил Глава СБ любимую тему мужских разговоров. — Стоит только отвлечься от работы, и они немедленно начинают капать тебе на мозги. В лучшем случае они портят только настроение, а в худшем, их хочется пристрелить, — в голосе Штей на прозвучала скрытая досада и Ник заинтересованно к нему присмотрелся.

— Томас, у вас с Эльзой всё в порядке?

— Вроде бы, — вздохнул тот и автоматически потянулся к ящику стола. — О, чёрт, забыл, что я не у себя и полез за коньяком! У тебя есть чего выпить?

— Я здесь редко бываю, да и рановато для алкоголя.

— Ясно, ты из породы трезвенников, тогда давай выпьем кофе. С утро оно будет в самый раз, — вздохнув, произнёс Штейн и, опередив Ника, нажал на кнопку селектора и кратко распорядился: — Полина, два кофе покрепче.

— Без базара! Щас бу сделано, милорд! — звонко отозвалась секретарша и спустя пять минут влетела в кабинет с огромным подносом. Помимо аромат ного кофе в изящном кофейнике на нём аппетитными горками высились разнообразные закуски. Девушка ловко сервировала столик и подкатила его к собеседникам. Уходя, она одарила их широченной белозубой улыбкой. Ник стиснул зубы и проводил нахальную девицу тяжёлым взглядом. «Ну, погоди у меня!»

Кофе оказался и на вкус просто замечательным.

— Нафиг ты выбрал себе такую секретаршу? Конечно, готовит она ничего, но на вид не ахти. Во всяком случае, не разобрать под кучей навешенного на ней металла. Или ты выбирал по контрасту с Мари? Знаешь, Ник, вы так похожи с ней, что ваш брак похож на инцест. Не заводись, это я завидую, что у тебя красавица-жена.

— Томас, тебе грех жаловаться! Твоя Эльза не менее красива, чем Мари и вдобавок умница! — в глазах Ника загорелось неподдельное восхищение.

Видя это, Штейн покачал головой.

— Ну, ты даёшь! Неужели ты свою жену с её потолочным IQ считаешь не очень умной? Хотя, что я удивляюсь? — он помрачнел и его серые глаза вспыхнули серебряным блеском. — Такие шалавы, как моя Эльза, всегда привлекают к себе избыточное мужское внимание.

Брови Ника поползли наверх.

— Неужели Эльза смеет тебе изменять? — осторожно спросил он.

— Не без этого, — коротко ответил Штейн, постукивая по подлокотнику кресла, и откровенно признался: — Только что получил документальные сви детельства, где моя стерва вовсю развлекается с другим мужиком. Вот такие, блин, у нас с женой свободные отношения!.. Я уже давно подозревал, что Эльза погуливает на стороне, но как-то всё не верилось, что она способна на обман… Ладно, чёрт с ней, пусть гуляет! Вот если всерьёз дёрнется, тогда ей дорого обойдётся такая «супружеская верность»! — прорычал он, но тут же спохватился и со скрытой досадой проговорил: — Извини, Ник, что вывалил на тебя семейные проблемы!

— Ничего. Иногда лучше выговориться, чем с ходу хвататься за пистолет.

— Это верно, — Штейн вскочил на ноги и, сунув руки в карманы, заметался по кабинету, а затем замер у окна. — Спасибо, что выслушал меня, стало как-то легче и не так сильно тянет на смертоубийство, — он криво усмехнулся. — Хотя, что я злюсь? Ведь я тоже не монах и при случае не пропускаю по нравившуюся красотку.

В этот момент, постучав, вошла секретарша, которая вежливо попросила разрешения забрать поднос с посудой. Сделав своё дело, она бесшумно удали лась, а Штейн повернулся к Нику.

— Мой добрый совет, смени секретаршу на что-нибудь посимпатичней. Хочешь, я снова пришлю тебе досье подходящих кандидатур?

— О, нет! Не нужно, меня не пугают трудности, — усмехнувшись, быстро ответил Ник.

— Это ты зря. Ещё раз извини, я пойду.

— Томас, не натвори глупостей дома. Хорошо? — негромко сказал Ник, глядя вслед Штейну. Замедлив шаг, тот кивнул головой и бесшумно выскольз нул за дверь. Спустя некоторое время Ник вызвал секретаршу.

— Чё звали, босс? — подбоченившись, девушка вызывающе вздёрнула подбородок.

— Полина, немедленно снимите с себя весь лишний металл, — сказал он, вперившись в неё холодным взглядом.

— Ништяк! Я что должна пирсу снимать прямо при Вас? — возмутилась она, возмущённо глядя на Ника. «Чёртов извращенец!» было крупными буква ми написано на её личике, густо усеянном металлическими висюльками и заклёпками.

— Приступайте. Вы не выйдите отсюда, пока не снимите все свои цацки.

— Ну, блин и дела!

Девушка с неохотой и, явно испытывая терпение Ника, начала медленно снимать фурнитуру. Он подхлестнул её несильным ментальным ударом, но ей этого хватило. Закусив задрожавшие губы, она принялась торопливо срывать пирсинг. Очистив видимые участки тела, девушка смерила его испуган ным взглядом и тихо спросила:

— Я пойду к себе, сэр?

Ник удивлённо приподнял бровь.

— Полина, у вас плохая память или Вы глуховаты? Я приказал снять весь лишний металл.

— Сэр, я не могу это сделать! — с отчаянием воскликнула девушка, переминаясь с ноги на ногу.

— В чём дело? Вам требуется помощь? — забавляясь, проговорил Ник и, откинувшись в кресле, смерил девушку долгим взглядом.

Наконец, та подняла голову и, выпрямившись в струнку, решительно отбарабанила:

— Никак невозможно, сэр! Для того чтобы избавиться от пирсинга, я должна раздеться в присутствии старшего по званию, что запрещено уставом! — она виновато улыбнулась. — Простите, сэр! Мы поспорили с девчонками в казарме… — Ясно. Так и быть, Полина, в первый и последний раз я иду Вам навстречу и больше не советую испытывать моё терпение. Ступайте и приведите себя в порядок. Ещё одно замечание, смените одежду и обувь на что-нибудь более подходящее для Вашей должности. Если у Вас настолько плохо со вкусом, учитесь одеваться у фроляйн Марты.

— Спасибо, сэр! — девушка стремительно ретировалась из его кабинета.

«Н-да, в спецназе растят очень забавные кадры!» — насмешливо подумал Ник. Спустя некоторое время Полина проговорила по селектору:

— Извините за беспокойство, сэр. У меня готов ленч и только что поступили документы из Академии.

— Хорошо, давайте документы, — рассеяно отозвался Ник. Видя, что девушка не уходит он поднял голову и улыбнулся. — О, совсем другое дело! Теперь я вижу, что у меня красавица-секретарша.

Под кучей пирсинга оказалась очень миловидная брюнетка с экзотическими жёлтыми глазами. Одетая в строгий деловой костюм изящная высокая девушка действительно смотрелась изумительно. В ответ на комплимент, Полина зарделась и, просияв ослепительной улыбкой, поклонилась и убежала к себе в приёмную. «Ну, вот! Я же помню, что выбирал себе симпатичную секретаршу. Насколько я помню и IQ у неё не хуже внешности. Думаю, мы сра ботаемся с девчонкой».

Странное убийство с вызовом реанимации на дом Как и обещал, неделю спустя Ник вернулся домой. Шагая от ангара к замку, он внезапно понял, что не ощущает ауры ничего живого в Риоголизе, слов но вокруг все умерли, или его полностью отрезали от ментала. «Не паниковать!» — приказал он себе и, крадучись, понёсся к потайному входу. Внутри замка Ник замер, решая, куда ему отправиться в первую очередь и тут до него донёсся сдавленный женский вскрик. Он ворвался в столовую и замер на месте. Схватив Мари за волосы, Тьен Моррисон держал у её горла меч. При виде Ника его золотые глаза, горящие сумасшедшим огнём, нехорошо блесну ли и он прошипел:

— Как ты посмел отобрать у меня Мари?

Она глянула на мужа и предостерегающе выкрикнула:

— Ник! Будь осторожен! Это не Тьен!

— Предательница! — прошипел юноша, и с силой дернул Мари за волосы. Больше от неожиданности, чем от боли она вскрикнула и Ник, придя в ярость, стремительно бросился к ним, но его остановили повелительный окрик.

— Стой, где стоишь, иначе я убью Мари!

Для убедительности, Моррисон провел широким лезвием по шее своей жертвы, и по белой коже потекла ярко-алая кровь. Вскоре она часто закапала на пол, и при её звуках Ник застыл на месте с остекленевшим взором.

Слишком тихо… Неестественно тихо… Из ужасающего безмолвия не доносилось: ни шорохов, ни стонов, ни дыхания… Совсем ничего. Ничего, что свидетельствовало бы о присутствии живого… «Нет. Что-то есть. Странный звук. Откуда здесь вода?»

Тяжёлая алая капель — «почему алая?» — редко, но безостановочно падала на пол. Её мерный стук звучал всё громче и громче в его ушах, вызывая без отчётную панику в душе… Он очнулся, услышав отчаянные крики Мари — Ник, что с тобой? Умоляю, посмотри на меня!.. Пусти меня сволочь! Ни-и-к!

С недюжинной силой девушка извивалась в руках своего обидчика, но ничего не помогало. Несмотря на свою ярость и подготовку она не могла вы рваться из рук того, кто предстал перед ними в облике Моррисона. Ник озадаченно прищурился. Не понимая с кем имеет дело, он поднял руки и, стараясь не делать резких движений, мягко произнес:

— Сударь, если Вам нужна Мари, то забирайте её, но не причиняйте ей вреда.

Юноша смерил его холодным взглядом.

— Ну, нет! Мне не нужны чужие объедки! Ты украл её сердце, и она мне больше не нужна. Забирай свое сокровище!

Он с такой силой отшвырнул девушку, что она пролетела порядочное расстояние и ударилась о камин. Испуганный Ник бросился было к ней, но в мгновение ока противник преградил ему дорогу, и в его руках угрожающе блеснуло тёмно-синее лезвие туаши. Он поднял глаза к камину. Фамильный меч дома Лета находился на месте. Искусный прыжок и Ник занял позицию, прикрывая лежащую без движения Мари.

— Замечательно! Не люблю, когда противник безоружен, тогда он выглядит овцой на заклание, — спокойно произнёс юноша. Он не препятствовал Ни ку, когда тот бросился к мечу. — Ну, что приступим к любимому развлечению эреев? — насмешливо спросил он и без предупреждения напал на него.

Под сводами столовой закипел яростный поединок. После первой стремительной сшибки, осторожно примеряясь, друг к другу противники пошли по кругу. Затем последовал стремительный выпад и круговорот головокружительных прыжков. Нику стало ясно, что легкой победы ему не светит, и он пре дельно сконцентрировался. При этом остро пожалев, что не обладает умением своей сводной сестры впадать в состояние берсерка во время боя. Телом Тьена владел опытный и искусный боец, где надо — осторожный, где надо — безрассудный. Его подводил только сам юноша, рефлексы его тела не успева ли за решениями того, кто им управлял, иначе у Ника было бы мало шансов на успех.

Очнувшаяся Мари, широко распахнув глаза, испуганно наблюдала за поединком. От нехорошего предчувствия у неё сжалось сердце. Слишком ярост ным и стремительным был поединок. На её глазах творилось нечто невообразимое. Тьен, который должен был погибнуть в первые секунды схватки, яв но доминировал и Ник еле сдерживал его натиск, а ведь он как боец, на голову превосходил всех вампиров, не говоря уж о неопытном Тьене.

Пошатываясь, девушка поднялась на ноги и, заметив, требовательный взгляд Ника, швырнула ему кинжал, найденный на каминной полке. Вдруг она с ужасом осознала, что кинжал летит прямо ему в спину, и он этого не видит. Как подкошенный Ник рухнул на пол. Узкое лезвие по самую рукоять во шло ему под лопатку, пронзив сердце. Поняв что наделала, Мари с диким воем бросилась к мужу, но Моррисон перехватил её по дороге. Глянув на неё го рящими глазами, он замахнулся было отрубить ей голову, но в последний момент передумал. Толкнув её на пол, он с размаху вонзил широкое лезвие туа ши в живот девушки, пригвоздив её к полу, как бабочку. Глянув на Мари и её поверженного мужа, юноша улыбнулся и удовлетворенно произнёс: «Дело сделано! Простите, дети, но я спешу!»

После этих слов лицо Моррисона расслабилось и приняло свойственное ему выражение. Он с недоумением огляделся по сторонам, не понимая, где на ходится. Необычная обстановка заворожила его и он не сразу заметил распростертого на полу темноволосого мужчину с кинжалом в спине. Моррисон шагнул к нему и, обогнув массивный стол, увидел лежащую Мари, пригвождённую к полу широким клинком.

Услышав его вопль, в столовую стремительно влетел Палевский и следом за ним Штейн. При виде убитой дочери и генетического сына, его лицо иска зилось яростной гримасой, и он повернулся к испуганно отшатнувшемуся от него юноше.

— Что здесь произошло Тьен? — прошипел Палевский. — Твоё счастье, что я не верю, что тебе под силу расправиться с Мари и тем более с Ником, — он смерил зятя недобрым взглядом. — Правда, мне не нравится удар со спины, которым он был убит. Не находишь, что это слишком подло?..

— Честное слово, сэр, я здесь ни при чём! — чуть ли не плача закричал Моррисон, и на его лице промелькнула сложная смесь гнева и отчаяния. — Как вы можете думать на меня? Да ради Мари я сам готов умереть!

— Тогда почему ты прячешь руки, и откуда на твоей одежде кровь? Вообще, как ты здесь оказался? — заледенев от ярости, Палевский наступал на юно шу. Тот потупился и растеряно пробормотал:

— Хоть убейте, сэр, я не знаю!

— Не торопись, Мика, ещё не всё потеряно и пожалуйста, не вытаскивайте меч из Мари! — бодрый голос Штейна несколько охладил гнев Палевского.

Озадаченный, он повернулся к нему, с удивлением наблюдая за его действиями.

Штейн тем временем осторожно вытащил кинжал из спины Ника и простёр руки над сильно кровоточащей раной. Из его ладоней вырвалось легкое облачко и целенаправленно устремилось к распростертому телу. Обильное кровотечение сразу же прекратилось. С облегчением Штейн уловил слабый пульс у Ника и бросился к Мари. Он с сомнением посмотрел на её рану, но всё же выдернул меч и простёр над ней руки. Из его ладоней снова вырвалось туманное облачко. Оно нерешительно повисело над телом девушки, но всё же проникло внутрь. Гораздо медленней, чем у Ника, но её ужасная рана на чала затягиваться. Затаив дыхание, мужчины неотрывно смотрели на неё. Когда Мари вдохнула, они радостно переглянулись.

«Слава богу!» Палевский вскрыл вену на руке и поднёс её к губам Мари, а Штейн то же самое проделал с Ником. Под действием вампирской крови их состояние заметно улучшилось.

Мирон отделился от группы молчаливых обитателей Риоголиза, собравшихся в столовой, и осторожно дотронулся до плеча Палевского.

— Михаил Янович, давайте для окончательного выздоровления уложим райделина Никотана и райдиэль Мариэль в регенерационную камеру. Думаю, они перенесут транспортировку, — он сочувственно улыбнулся. — Не беспокойтесь, они поправятся.

Палевский на мгновение смерил его непонимающим взглядом, а затем согласно кивнул головой.

— Хорошо, только будьте предельно осторожны. Томас, помоги Мирону, а я побеседую с Моррисоном.

Штейн хотел было ему возразить, что допросы — это его епархия, но заледеневший взгляд Главы СС не располагал к спорам. Он молча взял на руки Ма ри и двинулся следом за Мироном, несущим своего хозяина.

Дальнейшее расследование показало полную непричастность жителей поместья к нападению на его хозяев, и Штейн тщетно ломал голову над тем, кто столь удачно вызвал на Старую базу его и Палевского, когда они находились при смерти. Допрос предполагаемого убийцы тоже ничего не дал.

Несмотря на неопровержимые улики, Моррисон упорно отрицал свою вину. К тому же очнувшиеся Ник и Мари подтвердили его алиби, но не захотели рассказать, кто на них напал. Чтобы снять подозрения с парня, супруги пригласили его с Аннабель к себе в гости во время их каникул.

*** Конечно, убегать от проблем не самое лучшее решение, но у Мари не было ни душевных, ни физических сил разбираться с разросшимся домашним хо зяйством, требовавшим её присмотра. Благо Ник пошёл ей навстречу и разрешил носить не только эрейскую одежду, но и цивильную, потому она по быстрому натянула на себя футболку со старыми джинсами и сбежала в свой садик. Особенно её порадовало то, что по дороге ей не встретился ни один из обитателей Риоголиза. Как всегда работа на свежем воздухе подействовала на неё благотворно. Мари начала подрезать подсохшие ветки и отцветшие стебли цветов, но сегодня у неё не было настроения долго возиться с растениями. Собрав инструменты, она положила их на место и неспешно побрела к мавританскому газону, имеющему вид небольшого лужка. Предварительно разогнав сердито жужжащих насекомых — дикие самоцветы ещё не отцвели, она с удовольствием повалилась в высокую нескошенную траву и закрыла глаза. Чья-то тень загородила ей солнечный свет.

— Привет, mon ami! Ничего, если я составлю тебе компанию? — прозвучал тихий голос Тьена.

Хмыкнув, она приоткрыла один глаз.

— Падай рядышком, — милостиво разрешила она и ядовито добавила: — Конечно, если гарантируешь, что ревнивая сестрица не прибежит следом и не повыдергивает мне волосы.

Тьен усмехнулся краешком губ и опустился рядом с девушкой и от его близости в её душе всколыхнулись прежние чувства. После непродолжительно го молчания он расстроено спросил:

— Скажи честно, ты тоже винишь меня в том, что произошло?

— Тьен, прекрати заниматься самоедством! Сколько раз тебе говорить, что в случившемся нет твоей вины! — сердито сказала Мари и, смерив его при стальным взглядом, более миролюбиво добавила: — Не обращай внимания на отца. Мы с Ником оба видели, что ты находишься под чужим контролем.

Не знаю, кто это был, но ты не бойся, больше такого с тобой не повторится.

— Почему ты в этом уверена?

— Одна сорока на хвосте принесла! — весело фыркнув, ответила девушка. «Не рассказывать же Тьену об извинениях одного могущественного товари ща с нимбом вокруг головы!»

Моррисон понял, что она искренна в своих словах и облегчённо вздохнул.

— Я рад, что ни ты, ни твой муж не вините меня.

Он растянулся рядышком с Мари и, подперев голову рукой, с задумчивым видом посмотрел в её лицо. Она удивлённо приподняла брови.

— В чём дело?

— Извини, — Тьен грустно улыбнулся. — Знаешь, я до сих пор не могу забыть тебя.

Поняв по выражению его лица, что в нём снова вспыхнула надежда, она покачала головой и твёрдо сказала:

— Не нужно, Тьен, наши прежние отношения уже в прошлом. Я желаю тебе счастья с Аннабель. Поверь, несмотря на то, что мы с ней постоянно цапа емся, она замечательная девчушка — добрая и нежная. Я по-прежнему её очень люблю.

Глаза Тьена полыхнули золотом, и он мягко произнес:

— Mon ami, тогда ответь мне, зачем ты носишь мой подарок?

— На память, — коротко ответила Мари, не вдаваясь в подробности. Она напряглась при виде его явного раздражения и с неожиданной ясностью вдруг поняла, что Тьен очень сильно изменился. Он возмужал за то время, что они не виделись. Сейчас юноша больше походил на уверенного златоглазо го мужчину из её видения, чем на того вежливого мальчишку, каким она запомнила его во время учёбы в Академии и который галантно, но настойчиво ухаживал за ней.

«Куда же ты подевался мой золотой Рыжик?» — с грустью подумала Мари. Перед её мысленным взором промелькнула череда картин студенческой беззаботной жизни, и у неё защемило сердце от дорогих воспоминаний. Попутно девушка удивилась, как много событий произошло в её жизни с того времени как они рассталась. Она встрепенулась, услышав холодный голос Тьена.

— Ты, что-то сказал? Извини, я отвлеклась.

— Верни мне медальон, mon ami. Думаю, тебе он больше ни к чему.

Видя, что он настроен серьёзно, Мари сняла с шеи лилию и неохотно опустила её в протянутую руку Тьена. Он медленно сжал пальцы, сминая меда льон. Девушка расстроено вскрикнула — слишком много дорогих воспоминаний было связано для неё с этой вещицей. Не обращая внимания на её огор чённый возглас, юноша привстал и, размахнувшись, забросил искореженный медальон в текущую по соседству горную речку. Не глядя на неё, он глухо произнес:

— Незачем хранить горечь воспоминаний, если то, что было ушло. Прощай, Мари! Будь счастлива.

Вскочив на ноги, Тьен исчез за поворотом дорожки, вьющейся между высокими деревьями. Девушка долго смотрела ему вслед, а затем, опустившись на траву, закрыла глаза. Она не вытирала слёз текущих по щекам.

«Тьен ушёл и мне больно, но почему? Ведь я люблю Ника, а не его, — она распахнула глаза и невидящим взглядом уставилась с безоблачно-синее небо. — Наверно, потому, что первая любовь, никогда не забывается. В юности она как общая кровеносная система сиамских близнецов, прорастает в сердцах влюблённых, делая их единым целым… Ё-моё! А как же Сапковский?.. Чёрт! Что-то я совсем запуталась! Кто же на самом деле дорог моему серд цу?» Мари усмехнулась. «Жаль, что ни в одной стране не узаконено многомужие, а блядство — не моя стезя».


Супруги Моррисон не появились к обеду в столовой, и Мари потихоньку спросила у Мирона, куда подевались их гости. Тот ответил, что им пришёл вы зов в Академию, и они попросили срочно отвезти их в Петербург. Смерив хозяйку понимающим взглядом, юноша добавил, что они просили извиниться за то, что не успели с ней попрощаться. «Понятно», — холодно сказала она и попросила его передать следующее блюдо.

Поздно вечером ожидая мужа, Мари долго лежала с открытыми глазами. Заслышав его шаги, она тихо спросила:

— Ник, та светловолосая девочка, которую я видела в твоих воспоминаниях, это твоя первая любовь?

Он довольно долго молчал, прежде чем ответить.

— Да, её звали Лотилана, мы с ней знакомы с раннего детства, — в его тёмных глазах замерцали зелёные искры. — Это Моррисон настроил тебя на ли рический лад?

— Не важно. Давай, рассказывай о своей первой любви и не смей злиться. Насколько я припоминаю, ты тоже внаглую вмешался в мои сердечные де ла.

Видя, что Мари заупрямилась, Ник не стал с ней спорить.

— Ладно. Если тебе так приспичило, то слушай. В первый раз я влюбился, когда мне было четырнадцать лет… Не таясь, он поведал ей о своей первой любви. Предметом его влечения оказалась юная соседка, которая, по словам Ника всегда была большой непосе дой и проказницей. Владения её родителей вплотную примыкали к владениям семьи Реази Вестанио, и зловредная девчонка неизменно безобразничала у соседей. Садовники постоянно жаловались родителям Ника, что она чуть ли не до основания стряхивает на землю созревшие нежные плоды с деревьев и с корнем вырывает редкие растения. И это не говоря уж об остальных безобразиях типа дорожек, посыпанных колючками.

Все попытки Ника изгнать настырную девчонку из своих владений, оказались безрезультатными. Делу не помогали даже его жестокие колотушки. На огромном платане, где для него построили дом, он зачастую обнаруживал Лотилану, с любопытством перебирающую его мальчишеские сокровища, при прятанные от взрослых. Он жутко злился и частенько скидывал юную нахалку прямо с дерева — благо, что эрейские детишки обладают прыгучестью с раннего детства, чем доставляют своим родителям массу забот.

Мари с интересом выслушала от мужа, что двух, трехлетние эрейские малыши допрыгивают на высоту трёх метров и живо себе представила, чем это грозит при их неумении пользоваться регенерацией. Вдобавок, малыши, как котята, не могли самостоятельно спуститься вниз и, зависнув наверху, под нимали жуткий вопль. Она посмеялась над шкодными проделками Ника в детстве, а в душе ужаснулась, поняв, какая это головная боль — избалованный ребёнок, растущий в обстановке всеобщего попустительства взрослых. В эрейских семьях баловали детей не только родители, но и многочисленные без детные родственники. Хорошо, что в возрасте восьми лет их в обязательном порядке сдавали на обучение в пансион. Только тогда у бедных родителей начиналась нормальная жизнь.

Они ещё немного поболтали о детях, и муж вернулся к повествованию о своей первой любви. В общем, дети со временем подружились, и маленький Ник страшно расстроился, провожая свою подружку в пансион. Будучи старше его на год, она попала туда раньше, чем он. Когда Ник в свою очередь на чал учиться в пансионе, дети долго не встречались, даже на каникулах. Во время них рай Таятан брал мальчика с собой в поездки по их личным владени ям, чтобы он освоился с хозяйственными навыками управлении, и потому ему очень редко удавалось побывать в доме, в котором прошло его детство.

Впервые после их расставания Ник встретил Лотилану, когда ему исполнилось четырнадцати лет. После очередной стычки со сводной сестрой Ризой, он сбежал из дома и в расстроенных чувствах побрёл по берегу моря. Великолепная звёздная ночь и мерный шорох волн быстро успокоили юношу и на строили его на романтический лад. Он поднял небольшой камешек и повертел его в руках, тот был из тех, которые так любила собирать его маленькая подружка, и вдруг ему страшно захотелось её увидеть. Ник запустил камешек по воде, загадав, что если тот подпрыгнет не меньше десяти раз, то они ско ро встретятся. Прежний опыт не подвёл его и тут довольный юноша краем глаза уловил движение на огромном белом пляже — прямо на него неслась всадница на огромном чёрном коне. Поравнявшись с ним, белокурая красавица на полном скаку бросилась в его объятия и, смеясь, они покатились по песку.

«Вот так это началось», — закончил Ник и закрыл глаза.

Мари облегчённо вздохнула, в душе она уже раскаивалась, что затеяла этот разговор о первой любви своего мужа. Её со страшной силой снедала рев ность при виде мечтательно-грустного выражения на его лице.

«В общем-то, банальная любовная история, каких немало, если только не брать в расчет, что для каждого она случается впервые, — сердито подумала она и пригорюнилась. — А тут еще пора расцвета и юное сердце, которое жаждет великой любви… таинственная звёздная ночь южных широт, и наверня ка чёртова луна во всей своей красе и, как положено, с сияющей дорожкой на мерно вздыхающем море… Н-да! При такой романтической обстановке и я бы не отказалась прыгнуть в объятия красавчика-соседа! Чёрт!»

В сердцах девушка стукнула кулаком по кровати и зарылась под подушку. Ник немедленно извлёк её из любимого укрытия и, обняв, ласково шепнул:

«Ревнивица!» Уткнувшись в его плечо, она буркнула: «Кто бы говорил! У самого рыльце в пушку. Думаешь, я не видела твоих зондов-шпионов, что висели поблизости во время моей встречи с Тьеном?»

Эпилог Вполнялась приходилоськороткие сроки, словно им помогала какая-то невидимая сила. Ученые Академиислаженно без каких-либоплодотворными ипря напряжённых трудах по постройке звездолета незаметно пролетели почти пятнадцать лет. Работа шла крупных сбоев, вы в рекордно просто фонтанировали идея ми. Конечно, переналаживать производственные мощности, подстраиваясь под новые идеи, но Ник стал вводить их прямо на Земле, не чась больше на Луне. Не колеблясь, он использовал подходящие для него технологии землян или быстро строил новые мощные комплексы, наплевав на все меры безопасности. Но человечество на Земле словно спало, не замечая творящегося у него под носом необычного технологического бума, который, вопреки обыкновению, не был прикрыт липовыми документами. Без зазрения совести Ник тягал с промышленных производств различных стран боль шие группы недостающих ему специалистов, и ни они, ни службы безопасности этих государств не задавались вопросом, с какой целью они куда-то едут.

Правда, их документы всегда были в порядке и платили им столько, что это снимало все подозрения.

Сегодня должно было произойти знаменательное событие. Чувствуя себя триумфатором, Ник вошел в центр управления связью, и с удовольствием огляделся по сторонам. Вопреки обыкновению, огромный зал был битком набит народом. При виде него сотрудники служб искренне заулыбались. По ме ре его приближения они вскакивали со своих мест и уважительно кланялись. Отвечая учтивыми кивками, он медленно шел по залу. Иногда он останав ливался и спрашивал у сотрудников, как идут дела. Ему отвечали быстро и четко, и многие с восхищением смотрели ему вслед.

Наконец, Ник дошел до центрального пульта, где его уже ожидали Палевский, Штейн и все ведущие ученые мира вампиров, многие из которых были к тому же членами Совета Старейшин. После объятий и шумных поздравлений, он сел в своё кресло на рабочем месте и сразу же перед ним на гигант ском дисплее высветилась картина звездного неба, в центре которой сияла полная Луна. Её изображение стало наплывать, увеличиваясь в размерах. Ко гда лунный диск занял почти весь экран, с его краю всплыла серебристая сфера идеально круглой формы. Она медленно отплыла от спутника Земли и, зависнув на секунду, окуталась туманным ореолом, а затем мгновенно исчезла из виду.

В диспетчерской раздался дружный радостный вопль и грянул гром аплодисментов. Радостно крича народ, обнимался, поздравляя друг друга. Сверши лось великое событие — межзвёздный лайнер «Ковчег» поднялся со стапелей на Луне и впервые вышел в бескрайний космос.

Наконец, всеобщее возбуждение слегка утихло, и дежурные специалисты побежали по местам — обрабатывать информацию, поступающую с борто вых систем «Ковчега». Пришедшие в себя учёные дружно рассмеялись при виде своих лиц, густо перемазанных помадой. Это постарались сотрудницы центра связи, сидящие поблизости от их собрания. Раздались звуки государственно гимна и под высокими сводами помещения развернули флаг Объеди нённых кланов — огромное чёрное полотнище с красной звездой в центре. Сотрудники замерли по стойке смирно, и на трибуну вышел Глава Совета Ста рейшин.

В наступившей тишине Палевский с гордостью обвёл глазами своих взволнованных собратьев. Затем, глядя в кинокамеру, он начал свою торжествен ную речь, посвящённую самому знаменательному событию в истории Земли. Его речь транслировалась на весь вампирский мир, и не было никого из вампиров, кто бы сейчас её не слушал. Палевский поздравил свой народ с удачным воплощением проекта первого звездолета в жизнь и поблагодарил всех за самоотверженный труд. Затем он передал слово Нику, который тоже всех поздравил и поимённо перечислил всех тех, кто внёс наибольший вклад в грандиозную стройку века. Дальше прошло награждение за выдающиеся заслуги перед родиной и счастливых обладателей наград пригласили в бан кетный зал, чтобы отпраздновать знаменательное событие.

По дороге Ник с удовольствием прислушивался к тому, о чём говорят его коллеги-учёные.

«…народ, вы видели, как работает система искусственной гравитации?! Да-да, эта та туманная дымка, которая окутала «Ковчег»! Я лично её проектиро вал! Ваши антигравитационные двигатели, Даниэль, тоже превосходны, многотонный звёздолёт оторвался от поверхности Луны как пушинка!..»

«…да-да! Антуан, у нас практически всё готово. Впереди только отладка систем во взаимодействии. Несколько пробных полетов и можно покидать на шу планету…»

«Господи! Что нас ждет впереди? Надеюсь, Вседержитель не оставит нас! Не смейтесь, господа, вам бы я тоже советовал воззвать к Богу и перекре ститься!..»


Палевский догнал Ника и дверей банкетного зала, и они отошли в сторонку. Поговорив о предотлётных делах, Михаил с беспокойством спросил:

— Слушай, почему Мари не прилетела? Я планировал, что она тоже скажет пару слов народу. Ведь в создании «Ковчега» есть и её немалая заслуга.

Ник успокаивающе ему улыбнулся.

— Не беспокойся, с ней всё в порядке. Сказала, что болит голова, её в последнее время посещают тяжелые сновидения.

— Помнится, ты говорил, что у Мари провидческий дар. Ей снится что-то плохое относительно нашего полёта? — с любопытством спросил Палевский и потянулся за сигаретами.

— Думаю, она просто нервничает в преддверии отлёта, — Ник усмехнулся. — Знаешь, однажды она рассказала мне, что увидела нашу новую родину и она чудесна. Говорит, что она очень похожа на Землю во времена эреев. На ней также много суровых высоких гор и рек с озёрами. Короче, представь себе Риоголиз в планетарном масштабе. Видела она и города и космодромы. В общем, не знаю, какая из Мари провидица, но она светилась от счастья, когда рассказывала мне подробности своего сновидения.

— Слава богу!

— Ты не очень обнадеживайся. Может, она принимает желаемое за действительное… Мари. Расставания Прощаясь, я потерянно бродила по опустевшему Риоголизу, который за последние пятнадцать лет стал для меня родным домом. Мне не хотелось даже думать, что я больше никогда его не увижу. Я медленно шла по дорожкам поместья, любуясь его чудесными парками с его уже ставшими для меня при вычными скульптурами и фонтанами. Климатические установки отключили, и вольеры для животных тоже опустели. Их выпустили на волю, подобрав им подходящие условия для существования. То-то будет радости учёным-натуралистам, когда они обнаружат на Земле новые виды животных.

Печальная экскурсия закончилась в моём любимом садике. Я присела на мшистый валун у пруда в позе васнецовской Алёнушки и пригорюнилась.

Что нас ждёт впереди? Никто из нас не знает. Я не очень доверяла своему оптимистичному видению о новой родине по той причине, что не чувствовала особой связи с кем-нибудь из этого будущего. Что греха таить? Я слегка поплакала. Благо не перед кем было изображать из себя железную леди.

Моё прощание с Риоголизом прервал весёлый мальчишеский голос.

— Мам, ты где? Ясно! Опять забилась в свою нору. Ну-ка, подвинься, — Таятан примостился рядышком со мной и обнял за плечи. — Не грусти, старуш ка! Впереди нас ждут небывалые приключения!

Засмеявшись, я щелкнула его по носу.

— Видимо мало тебе отец всыпал за недавние приключения, если ты жаждешь новых.

— Мам, скажи, что рукоприкладство — это не наш метод воспитания! И вообще, как же его хвалёная эрейская любовь к детям? — обиженно завопил сынуля, впервые отведавший отцовской криты за подпольную попытку поставить чип мозгового усилителя. — Чем с ходу драться, лучше бы сразу объяс нил, в чём дело. Я же не враг сам себе!

— Ладно тебе обижаться! Кстати, ты собрал свои вещи, оболтус?

— Нафиг мне в космосе всякое барахло?! — презрительно фыркнув, ответствовало моё неугомонное чадо. — Я не собираюсь рыдать над шмотками как вы старичьё! — Таятан скорчил уморительную гримасу и прогнусавил: — Ах, мои незабвенные воспоминания! Как же я расстанусь со своим дубовым гар деробчиком? Ведь я в нём прятала своего первого любовника!.. Ах, мои письма! Ведь мне их написал Блок, который был без ума влюблён в меня. Действи тельно, нужно быть совсем ума, чтобы влюбиться в это жеманное чучело!..

Я ухватила чадо за ухо.

— Ах ты, поганец! Не смей издеваться над своей бедной учительницей! Милейшая Аделаида Марковна ничем не заслужила такое отношение к себе, — взгляд на часы показал, что времени у нас осталось в обрез. — Ё-моё! Таятан, нам пора вылетать! Если опоздаем к всеобщему сбору, отец нам на пару на мылит шею. Надеюсь, ты не угробил авиетку по дороге ко мне?

— Обижаешь, старушка! Предок с младых ногтей всю репу мне пропилил своими нравоучениями о трепетном отношении к технике… — Погоди минутку! — Прикоснувшись к груди, я со всех ног бросилась к замку, не слушая возмущённых воплей сына.

Влетев в спальню, я бросилась к прикроватной тумбочке, но медальона там не было. «Чёрт! Зачем я только его сняла!» В полном отчаянии я обвела спальню быстрым взглядом. О, радость! Моя лилия висела на завитушке зеркала. Вне себя от радости я схватила её, и со всех ног бросилась обратно. Вот теперь всё моё было со мной.

В авиетке я надела медальон на шею, и Таятан с любопытством покосился на меня.

— Ну, мам! Не подозревал, что ты тоже страдаешь фетишизмом.

— Молчи, киндер! Поживи с моё и тогда, посмотрим, сможешь ли ты расстаться с дорогими сердцу вещами.

В зелёных глазах моего мальчика загорелось жгучее любопытство.

— Интересно, почему отец терпеть не может этот медальон?

— Будешь много знать, скоро состаришься!

— Вот ещё! Я вампир, и мне старость не грозит!

— Вот и замечательно! Таятан, не отвлекайся во время ручного вождения.

Закрыв глаза, я взяла в руку медальон, с удовольствием ощущая привычную гладкость золотого цветка. Конечно, это была не та лилия, которую Тьен подарил мне в Академии. Первая так и осталась лежать на дне горной речки, текущей в Риоголизе. Но эта копия тоже подарена им, после одного достопа мятного разговора. Как-то во время празднования дня рождения Таятана он догнал меня на дорожках парка и некоторое время мы молча шли рядом. Я тяготилась присутствием Тьена. Серьёзный скандал с Ником, выбил меня из колеи, и мне хотелось побыть в одиночестве, чтобы привести растрёпанные чувства в порядок.

Неожиданно я оказалась в объятиях Тьена. «Mon ami, вижу, тебе не сладко приходится с твоим знаменитым мужем», — мягко проговорил он и с уча стием заглянул мне в лицо. Рассердившись, я попыталась вырваться, но он не выпустил меня из своих рук, прижав к себе ещё крепче. «О, нет! Не пойми меня неправильно, Мари! Я знаю, что ты любишь мужа и не питаю в твоём отношении никаких надежд, да и мне Аннабель дорога. Я не хочу её поте рять, — помолчав, он тихо добавил: — Но нам никто не мешает сохранить светлые воспоминания о нашей первой любви. Не так ли, mon ami?»

Слова Тьена меня растрогали. Я заглянула в его глаза и утонула в их тигрином золоте. Нарастая, в моей памяти снова зазвучала чудесная мелодия вы пускного бала в Академии, который вновь закружил меня в беззаботно-счастливом водовороте студенческой жизни. Облик Тьена вновь заслонил собой остальной мир, и я оказалась во власти былых чувств.

Наш поцелуй был долог и нежен, и в нём чувствовался горьковатый привкус осени. Вот тогда Тьен подарил мне медальон и попросил у меня на па мять прядь волос. Я срезала её садовыми ножницами, и он последовал моему примеру. Разделив наши волосы на две части, он вложил одну из них в мой медальон, а другую — в свой точно такой же медальон, который он бережно прятал на груди. Перед тем как расстаться, мы ещё долго стояли обнявшись и мою душу как встарь пьянило хмельное вино первой любви. Это было наше с Тьеном последнее свидание наедине. Впоследствии при встречах мы всегда держались друг с другом в рамках официальных отношений, предписываемых новым родственникам.

Мне кажется, я понимаю смысл его подарка. Нельзя мановением руки выбросить ушедшую любовь из сердца, тем более, если она была вам столь доро га в прошлом. Лучше хранить о ней светлые воспоминания, — не мучаясь и не терзаясь. А для этого достаточно знать, что есть на свете человек, который не забыл о вас и тоже хранит её призрачную сладость в своей душе.

Возвращаясь в замок, я была уверена, что благодаря системе слежения, Ник полностью в курсе происшедшего в парке и что он ещё отыграется на мне по полной. Но я совершенно ни о чём не жалела. И, правда. муж долго злился при виде медальона и впоследствии доставил мне немало неприятных ми нут. Но нужно отдать ему должное, он не отобрал его у меня, а со временем и вовсе перестал обращать на него внимание. Думаю, он понял, что медальон для меня — это просто памятная вещица.

Я нажала на скрытый замочек и покосилась на Таятана, тот упорно делал вид, что ему не интересно, что лежит внутри медальона. Крышка открылась, и при виде крохотной чёрно-золотой косички моё сердце отозвалось знакомой щемящей болью. Здесь хранились мои самые дорогие воспоминания и не только о первой любви к Тьену, но и о других дорогих мне людях — о самоотверженной любви моей вампирской матушки, и о спокойной надёжности от ца и даже о маленькой напуганной Аннабель. В этом же медальоне хранились мои воспоминания о первых ростках любви к Нику, и его ответной любви, которая такими непростыми путями произросла из его ненависти ко мне… Ладно! Хватит тоски и печали! Что я веду себя как старуха, с головой уйдя в прошлое? Чёрт возьми! Я вампирка, я молода и у меня, как и всей моей ра сы, всё ещё впереди! Я захлопнула крышечку медальона и спрятала его на груди. Поймав недоумённый взгляд сына, углядевшего памятную косичку, я нахально ему улыбнулась. «Нефиг совать своё нос, куда не просят!» В ответ тот рассерженно фыркнул и смерил меня ледяным взглядом. Чёрт! Временами сынуля меня страшно нервирует своей похожестью на папочку. Не хватало, чтобы и он закатывал мне сцены ревности из-за солидарности с Ником.

Первый шаг в неведомое Средь бела дня к поверхности Земли подошла огромная сияющая золотистая сфера, и медленно приблизилась к ней в районе Европы. Изумлённые лю ди выбежали на улицу, а не имеющие возможности наблюдать за чудом воочию, приникли к экранам телевизоров, наблюдая за грандиозным зрелищем по телевизионным новостям. Кто-то из них смотрел с восхищением, а кто-то — с испугом, в любой момент готовый впасть в панику.

В таинственном НЛО открылся люк, чернота отверстия которого подтверждала, что это не грандиозный массовый «глюк» и в нём начали исчезать ле тательные аппараты, первая волна которых почти одновременно поднялись по всей планете. Они были похожи на фантастических гигантских скатов, но их бархатно-чёрные днища украшала вполне узнаваемая земная символика.

Не обращая внимания на панику взрослых, ребятишки радостно вопили и тыркали пальцем в небо:

— Тим, Сара, смотрите, там тигр полетел! Такой злющий на вид, что просто жуть!

— Эй, смотрите! А тут волк нарисован! Ура к нам прилетели инопланетяне!

— Дура! Сейчас как выскочит трансформер и как вдарит по нам из своих лазеров! Тра-та-та!

— Сам дурак! Видишь, что изображены наши звери. Значит, это наш космический корабль!

— Чёрт знает, что творится! Никак скоро наступает конец света. Дети немедленно домой! Нашли чему радоваться! Я кому сказала, бесенята! Вот ута щат вас инопланетяне и съедят!

— А я как дам им палкой по морде! Им мало не покажется!

— Идём, дурачок! Как бы они сами не въехали тебе по голове!

К счастью, ни одна из стран не сделала ни единого ракетного выстрела по вполне реальному околоземному объекту и погрузка в него шла до позднего вечера. Наконец, оно приняло последнюю партию летательных аппаратов на свой борт, и его люк медленно закрылся. Земляне замерли в ожидании, с тревогой глядя на однородно-сияющую сферу, на фоне которой естественный спутник Земли казался мелким и блёклым. Несмотря на апокалипсическое настроение, в души людей поневоле закралось восхищение. Огромная искусственная луна представляла собой фантастическое зрелище на фоне звёздно го неба. Куда там было экранным экшенам! Действительность превосходила воображение.

К всеобщему удивлению обывателей, официальные службы, ответственные за безопасность крупных государств, бездействовали, храня упорно молча ние, и это несмотря на нешуточную осаду взволнованных журналистов. Население Земли всерьез заволновалось. Многие подозревали, что это сбегают их родные правительства в преддверии неведомой катастрофы. Запоздалые выступления государственных деятелей уже не смогли остановить начавшу юся панику среди населения. Под влиянием кликуш различных мастей, вещавших о конце света, улицы некоторых крупных городов стали напоминать знаменитую картину «Последний день Помпеи». Пересмотревшие фантастических боевиков люди, в зависимости от своего характера, либо заполошно метались в поисках спасения, либо шли грабить. Как всегда оперативно отреагировали и финансовые инструменты. На мировых биржах разразился гло бальный экономический кризис, благодаря которому акции и прочие ценные бумаги совершенно обесценились.

К счастью, паника поулеглись, когда фантастическая искусственная луна окуталась туманной дымкой и в мгновение ока исчезла из поля зрения насе ления Земли. Правда, её отбытие сопровождали направленные взрывы, которые уничтожили несколько крупных производственных комплексов, распо ложенных в различных местах планеты. Но все они оказались расположенными в уединенных местечках, и по счастливому стечению обстоятельств ни кто из работников не пострадал. В это день ни один из комплексов не работал, и даже их круглосуточно обслуживающий персонал был отпущен по до мам.

К несчастью с отбытием сферы очнулись от летаргического сна и вояки отдельных государств. В место недавнего нахождения таинственного НЛО по летело несколько межконтинентальных ракет с ядерными боеголовками и, не найдя своей цели, некоторые из них упали на территории других госу дарств. Опять же к счастью, Третья мировая война не разразилась вопреки всеобщим ожиданиям. Международные страсти быстро улеглись и страны-ви новницы принесли свои извинения пострадавшим. На удивление дружно, человечество всем миром взялось восстанавливать порушенное хозяйство во время разгоревшейся паники. К сожалению, в течение нескольких лет отмечалась резкая вспышка раковых заболеваний. Что делать, радиация в повы шенных дозах никому не идёт на пользу.

Потому можно считать, что раса вампиров отбыла достойно, не доставляя человечеству особых хлопот. Что касается чуть было не разразившегося во енного конфликта на Земле, так по большому счету они в нём не виноваты. Последнее столетие человечество само по себе жило на грани ядерной войны, которая могла разразиться из-за любого повода. Наоборот, несчастье сплотило людей, и волна мощных антивоенных выступлений, прокатившихся по планете, заставила крупные правительства предпринять новую попытку разоружения.

После отбытия вампирской расы, странности на Земле не закончились. В 2030 году всю Землю окутало странное облако, и на ней всё замерло, как в замке Спящей красавицы. Сторонний наблюдатель мог бы заметить, что вся Солнечная система замурована в нечто наподобие хронокапсулы, спасающей её от губительного излучения вспыхнувшей сверхновой.

На пути к долгожданной гавани Не ведая о случившемся с их родиной, вампиры по-прежнему летели в межзвёздных далях. Огромный звездолет, движение которого было не отсле дить не только человеческим глазом, но и изобретенными земной расой приборами, мчался к своей цели со скоростью, близкой к скорости света. За дол гие годы пути на «Ковчеге» случилось немало происшествий, причины которых крылись как в техногенном, так и в человеческом факторе. Отряды воен ных истребителей, разработанные для боевых действий в космосе, тоже не простаивали. Вампирам пришлось немало повоевать с увязавшимися за ними космическими пиратами. К счастью, они всё же отстали, не нанеся «Ковчегу» значительного урона.

Случались на борту звездолёта и более странные вещи. Однажды, когда «Ковчег» находился в режиме сна и бодрствовали только вахтенные на своих постах, по коридору палубы, отведенной для вампирского руководства, прошел высокий мужчина в необычной одежде. Он казался ожившей ледяной скульптурой. Его неподвижное лицо смотрелось прекрасной маской, на которой жили только темные глаза с сумасшедшими огнями в их глубине. Рядом с ним, плавно скользила огромная черная кошка с красными призрачными глазами. Дойдя до каюты Палевского, он остановился и, не открывая её двери, шагнул внутрь. Неслышно подойдя к кровати, он заглянул в лицо спящего. Заметив следы слёз на его лице, он с задумчивым видом коснулся его щеки своими неестественно белыми пальцами.

— Сердце моё, ты ещё не разучился плакать? Как это опрометчиво, мой руанон![22] Впрочем, меня радует твоя слабость.

Незнакомец рассеяно улыбнулся и, выпрямившись, приказал кошке:

— Локис, охраняй его!

Зверь подполз к нему на животе и уткнулся головой в его ногу, прося хозяйской ласки. Тот небрежно потрепал его по голове и шагнул за наружную обивку космолёта. Оставшись один, зверь недоверчиво обнюхал безмятежно спящего Палевского и, посмотрев ему в лицо, жалобно заскулил. Затем он внезапно расплылся темным дымом, распавшимся на две неровные части, которые мгновение спустя вновь приняли форму живых существ. Совсем не изменившийся в размерах Локис грозно рыкнул на малыша с зелеными горящими глазами, испуганно жмущегося к его боку. Тот отскочил и, припав к полу, злобно ощерился на своего матерого собрата. Тот презрительно фыркнул и исчез, развеявшись дымом.

Умываясь поутру, Палевский глянул в зеркало и потёр белые полоски на своей щеке, но те не исчезли. «Что за чёрт?» — удивился он. Вдобавок его ще ка потеряла свою чувствительность, как будто обмороженная. Делая разминку, он случайно подался в сторону, и кто-то жалобно заскулил. «Матка боска, такое чувство, что я наступил на щенка!.. Неужели у меня началось психологическое расстройство? Вот уж не думал, что я не дотяну до конца пути! Что ж, по-любому нужно зайти к генетикам и провериться».

Но даже космические пути не вечны. Чудеса, преподносимые Вселенной, больше не вызывали взрыва исследовательского энтузиазма. Вампирские ученые сделали несколько крупных открытий, но применить их на практике было невозможно. Для этого не хватало производственных мощностей звез долета. На «Ковчеге» все уже устали от долгого пути и мечтали оказаться на твёрдой земле и увидеть над головой настоящее небо, а не голографию. Всеоб щее оживление вызвало знаменательное событие в жизни «Ковчега». За два с половиной световых года, которые остались до цели их путешествия, звез долет сбросил скорость, что стоило его команде кучи нервов и здоровья, и под радостные крики были запущены исследовательские зонды. Они отправи лись к солнцу их новой родины, названное Фотоном. С тех пор в ожидании информации от них пошел новый отсчет в жизни звездолета.

«Ковчег» вновь разогнался и летел почти без происшествий. Время шло и вот уже осталось чуть больше светового года до пункта назначения, — чет вертой планеты в системе Фотона, и месяц — в ожидании информации от зондов. Получив её, жители «Ковчега» узнают точно, есть или нет у них новая родина.

*** Наступил момент истины. Учёные точно вычислили, когда поступит на борт «Ковчега» долгожданная информация от исследовательских зондов. В честь такого знаменательного события его жители решили устроить грандиозный праздник. Причём, вне зависимости от результатов. Будут ли это тор жественные поминки по расе вампиров, или счастливое обретение новой родины. В общем, решили сообща встретить и радость и горе.

Наконец, вахтенные подали общий сигнал «Всем внимание!» и всё свободное от дел население «Ковчега» прильнуло к экранам. Ник, бессменный на учный руководитель экспедиции, со скрытым волнением в голосе сообщил о результатах предварительных исследований. Их суть сводилась к тому, что звёздную систему обнаружили на месте, указанном древними эреями, конечно с учётом прошедшего времени. Затем он торжественно объявил, что их новая родина должна скоро появиться на экранах «Ковчега» и он просит всех занять места за праздничными столами.

В ожидании долгожданного события какой-то чудак включил по общей трансляции звездолёта «Summer wine». Сидящие за столами люди, во всеоб щем молчании слушали грустную и светлую мелодию, проникновенно исполняемую на два голоса. Песня вселяла в их души одновременно печаль об утраченной родине и одновременно надежду на будущее.



Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.