авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ

ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО

ОБРАЗОВАНИЯ

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

ПРОБЛЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ

ИННОВАЦИОННО-АКТИВНЫХ

ПРЕДПРИЯТИЙ

СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ

Под редакцией д-ра экон. наук, проф. А.Е. Карлика, д-ра экон. наук, проф. В.В. Платонова ИЗДАТЕЛЬСТВО САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 2013 ББК 65.050 П 78 Проблемы управления деятельностью инновационно-активных П 78 предприятий : сборник научных трудов / под редакцией д-ра экон.

наук, проф. А.Е. Карлика, д-ра экон. наук, проф. В.В. Платонова. – СПб. : Изд-во СПбГЭУ, 2013. – 222 с.

ISBN 978-5-7310-2924- Сборник преимущественно основан на результатах НИР, выпол няемой в рамках федеральной целевой программы «Научные и научно педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы. В нем освещается широкий круг проблем, связанных с развитием современных методов управления в российских компаниях, организационно экономическими аспектами реализации инновационных технологий. Сре ди них возможности и опасности для развития систем управления в усло виях интернационализации бизнеса, анализ перспектив развития нанотех нологий в контексте особенностей отечественной статистики, объективная оценка эффективности деятельности объединений инновационно активных предприятий, методическое обеспечение организационных ин новаций, разработка стратегий с учетом задачи поддержания инноваци онности на уровне фирмы и многие другие организационно экономические проблемы.

Проект реализуется в Центре исследований экономики фирмы и ор ганизационных инноваций СПбГЭУ. При финансовой поддержке Мини стерства образования и науки Российской Федерации (Государственный контракт № 02.740.11.0588 от 22.03.2010) Соглашение о предоставлении гранта в форме субсидии № 14. В37.21.0016 от 22.06.2012 – Шифр заявки «2012-1.1-12-000-3002-008».

Сборник предназначен для научных работников, преподавателей, аспирантов и магистрантов экономических специальностей.

ББК 65. Рецензенты: д-р экон. наук, проф. Е.М. Рогова д-р экон. наук, проф. А.Б. Титов ISBN 978-5-7310-2924- СПбГЭУ, А.Е. Карлик, д-р экон. наук, профессор, СПбГЭУ В.В. Платонов, д-р экон. наук, профессор, СПбГЭУ Возможности и опасности для систем управления и кадрового обеспечения при интернационализации наукоемкого бизнеса Как только вступление нашей страны в ВТО стало свершившимся фактом, отставание в создании условий для развития наукоемких пред приятий, не только по сравнению с США и Китаем, но и странами Запад ной Европы, ставит на повестку дня необходимость пересмотра подходов к организации инновационной деятельности на уровне отечественных компаний.

Обычно в этой связи называется перспектива прямой реальной конкуренции на продуктовых рынках со стороны зарубежных компаний, но мы считаем более актуальной опасность конкуренции на рынках фак торов производства, прежде всего, высококвалифицированной рабочей силы. Важно подчеркнуть, что актуальность пересмотра подходов к ор ганизации системы управления диктуется не только опасностями, свя занными с членством в ВТО, но и возможностями использования зару бежного опыта для развития своих систем управления. При этом речь не должна идти о механическом копировании, которое не принимает во внимание имеющиеся ресурсы, технологии, компетенции и организаци онные способности. Наличие уникальных активов, которые невозможно приобрести на открытом рынке, накладывает жесткие ограничения на копирование зарубежного опыта в плане ресурсов, что сводится только к одной части ресурсного потенциала. Что касается компетенций, техноло гий и организационных способностей, то большая их часть формирова лась в течение исторически продолжительного срока и механической за мене или переделке не подлежит. Поэтому речь должна идти не о копи ровании, а адаптации зарубежного опыта, о поиске синергии, в связи с возможностями, открывающимися после вступления России в ВТО. В данной статье обсуждаются организационно-экономические барьеры и противоречия, связанные с интернационализацией, использованием за рубежного опыта и борьбой за привлечение молодых кадров в россий ские наукоемкие предприятия и, в более широкой перспективе, в компа нии высокотехнологичных отраслей.

В плане инновационной деятельности Россию и страны Западной Европы различает очень многое: данный тезис очевиден любому образо ванному человеку. Специалисты в области менеджмента знают, что, при наличии существенных различий между двумя системами, существует по тенциальная возможность достижения синергетического эффекта при ин тернационализации и одновременно такой процесс сопряжен с риском, что эффект для одной из систем или для обеих окажется отрицательным.

Остановимся на некоторых конкретных проблемах, связанных с проявле нием потенциальных эффектов интернационализации и, в особенности, на тех фактах и тенденциях, которые уже проявились, так как в определен ной степени, интернационализация в инновационной сфере происходит с начала реформ.

В экономической теории под «интернационализацией» понимается процесс возрастания участия предприятий в экономической деятельности с зарубежными партнерами [3]. Этому процессу свойственны как положи тельные, так и негативные эффекты. Этот анализ представляется интерес ным, прежде всего, из-за того, что проявится ли интернационализация с положительной стороны или отрицательной, зависит часто от выбора под ходов и систем управления: адекватной стратегии и действенного органи зационного механизма. Для их выработки и обоснования, в свою очередь, требуется понимание того, где необходима международная интеграция и до какой глубины целесообразен этот процесс. Здесь уместна аналогия с медициной: разница между лекарством и ядом заключается в дозе. Мы также акцентируем внимание на особенностях и проблемах инновацион ной деятельности, общих для переходной экономики России и большин ства стран Евросоюза с развитой рыночной экономикой. Вопреки обыден ному представлению о принципиальной разнице проблематики инноваци онной деятельности России и стран Евросоюза, ряд особенностей и про блем оказывается общим. Там, где существует указанная общность, стра тегия интернационализации и адаптации инновационных методов управ ления должна принципиально отличаться. В этом случае при интернацио нализации имеется опасность того, что проблемы удвоятся, и, напротив, актуальным становится удвоение усилий на преодоление похожих барье ров на пути инноваций. Поэтому мы рассмотрим вначале именно данную «общность».

В основе успешной инновационной деятельности, понимаемой как осуществление коммерчески удачных научно-технических нововведений, лежат две составляющие: развитый научный потенциал и эффективные системы управления. Что касается научного потенциала, то при всем раз личии в ресурсах, технологиях, компетенциях и организационных спо собностях между «старыми» европейскими рыночными экономиками и переходной экономикой России ряд проблем в РФ и Евросоюзе оказыва ется иногда сходным. Одна из таких проблем заключается в потере пре стижности научного труда, когда наука проигрывает бизнесу в конку ренции за интеллектуальный капитал общества – лучших выпускников.

Ситуация усугубляется тем, что, в отличие от США, не происходит и развития высокотехнологичного инновационного бизнеса. Это справед ливо для России и для крупнейших «континентальных» стран Евросоюза.

Данный парадокс объясняется достаточно просто – исторически общей моделью организации научно-исследовательской деятельности, постро енной в России, Франции и Германии на сходных принципах. Речь идет о глубокой специализации в области НИОКР, позволившей осуществить масштабный маневр ресурсами в приоритетные области науки и техноло гий в условиях индустриальной эры, что было действенным для техноло гических прорывов, в особенности, в области машиностроения и базовой химии. Обратной стороной этой системы стало отделение предпринима тельской функции от научно-технической. Данное обстоятельство пре вратилось в принципиальный недостаток в условиях нового технологи ческого уклада, создав барьер для инновационной деятельности в гибкой и немеханистической среде постиндустриального общества. Задача из менения указанной модели организации научно-технической деятельно сти оказалась крайне сложной, зависящей от глубоких институциональ ных преобразований на макроуровне, и преобразования подходов и ме тодов управления на уровне российских компаний, что требует больших усилий, но, главное, длительного периода времени, необходимого для изменения устойчивых форм организации хозяйственной деятельности людей.

В Евросоюзе работа, направленная на повышение конкурентоспо собности в глобализирующемся мире путем изменения ситуации с инно вационной деятельностью, проявилась в создании Европейской исследо вательскойзоны (European Research Area) [7]. Россия в эту зону не входит, но общими с «континентальными» странами Евросоюза оказываются дек ларируемое желание перевести экономику на инновационный тип разви тия [7, 9] и сложности в продвижении по этому пути. Разница в термино логии, когда у нас употребляется термин «перевод на инновационный тип развития», а в Лиссабонской стратегии ЕС – «переход к обществу, осно ванному на знаниях», смысла не меняют. В России, в отличие от стран Евросоюза, до недавнего времени декларации о переходе к инновацион ному пути развития не были подкреплены финансированием. Россия в 2009 году по затратам на НИОКР входила во «второй круг стран», наряду с Италией, Канадой, Индией, Бразилией, Тайванем и Испанией, чьи за траты составляют от 20 до 33 млрд долл. [14]. При этом наши основные конкуренты тратят на НИОКР в абсолютном выражении значительно больше (от 44 до 402 млрд долл.), первая семерка стран (США, Китай, Япония, Германия, Франция, Великобритания и Южная Корея) инвести рует 71% от всех средств, расходуемых в мире на научные и опытно конструкторские разработки [14].

При общности организационных барьеров на пути инновационной деятельности, коренящихся в традициях индустриальной эпохи, их мас штаб принципиально различен. Несмотря на спорность методологии и оп ределенную предвзятость методики расчета индекса инновационного по тенциала по методике Всемирного экономического форума, он отчасти отражает проблему и «болевые точки» нашего отставания в этой облас ти – 85 место в 2012 году [13]. Слишком серьезно принимать столь низ кую позицию России вряд ли стоит (для сравнения Колумбия поставлена на 70 место), интерес представляет анализ совокупности организационно экономических факторов, определяющих этот потенциал, показывающий проблемы с использованием кадрового потенциала и с методами управле ния. В плане оценки ресурсной составляющей, в перспективе интеграци онных процессов, надо учитывать следующее. С одной стороны, зрелые экономики, с высочайшим достигнутым уровнем развития технологии при низких темпах роста и жесткими ограничениями по росту и ресурсам, с другой стороны, начавшая развиваться по сходным принципам менее чет верти века назад российская экономика, показывающая последние 15 лет темпы роста выше стран Евросоюза. Несмотря на подобную «молодость», Российская экономика является наследницей некогда могучего советского индустриального общества. Она обладает не только значительными при родными ресурсами, но и большим объемом накопленных основных средств, в значительной степени подвергшихся физическому и морально му износу.

Процесс потери наиболее способных выпускников наукой за счет конкуренции со стороны бизнеса в России проявился гораздо более остро в условиях быстрых экономических реформ, приведших к концентрации ресурсов общества на становлении базовых институтов рыночной эконо мики. В крайней степени потеря социального статуса научного труда про явилась в России после начала рыночных реформ. В 1990-х годах принад лежность к исследовательской профессии означала беспрецедентно низ кий уровень материального благосостояния. В последние годы ситуация постепенно меняется, в том числе, из-за появления платежеспособного спроса на высококвалифицированную рабочую силу компаний добываю щих отраслей и с недавнего времени начавшего подавать признаки жизни оборонно-промышленного комплекса.

Когда внутренних источников обеспечения даже простого воспро изводства научно-технических кадров не существовало, интеграция страны в мировое научное пространство стала стабилизирующим факто ром. Ряд ученых, их групп и даже научно-исследовательских институтов научились действовать по правилам финансирования на основе грантов.

Подобная возможность вначале открылась благодаря зарубежным гран там (INTAS, CRDF и другие). Таким образом, возник финансовый источ ник поддержания «на плаву» отечественного научного потенциала. Бла годаря перспективе зарубежных грантов, в некоторых организациях даже возникла конкуренция за право поступления в аспирантуру [10]. Посте пенно зарубежный опыт финансирования через гранты был воспринят в России (РГНФ, РФФИ и более мелкие фонды), но иностранные гранты продолжают оставаться важными источниками финансовой поддержки местной науки. В России в последние годы возникает резкое расслоение исследовательского сообщества по уровню доходов. Однако это, во первых, было справедливо применительно к достаточно узкому кругу ученых и научно-исследовательских коллективов, а, во-вторых, касалось того, что когда-то было принято относить к академической и вузовской науке, но не к «заводской», по старой классификации. Иными словами, этот процесс практически не затрагивал сохранение и развитие потен циала российских частных и государственных промышленных компа ний.

Выделяются следующие группы «новых русских ученых», относя щихся к быстро формирующемуся среднему классу: получатели зарубеж ных грантов;

исполнители заказов зарубежных фирм и университетов (эта группа ученых растет благодаря аутсорсингу, особенно в области компь ютерных наук и прикладных естественных наук);

участники процесса "маятниковой миграции" и сделавшие этот стиль работы постоянным (до полугода за рубежом);

консультанты и аналитики, вовлеченные в эксперт ную работу по заказу различных правительственных и политических структур (это относится, в основном, к социальным наукам);

директора научных организаций и их менеджеры высшего звена;

ученые предприниматели, занимающиеся, помимо научной работы, инновацион ным бизнесом [11].

По мере развития экономики (ВВП России по паритету покупатель ной способности увеличился с 692 млрд. долл. в 1997 году [5] до млрд долл. в 2011 году [4]), разрыв доходов работников высокой квали фикации в высокотехнологичном российском бизнесе и заработков рос сийских ученых за рубежом сокращался. Однако разрушение интеллекту ального капитала российской науки и высокотехнологичных промышлен ных компаний может предотвратить только выравнивание доходов с ме нее технологичными секторами, так как основной проблемой его разру шения в 1990-е – 2000-е годы была не эмиграция ученых, а внутренняя миграция лучших молодых кадров из науки и высокотехнологичных от раслей в низкотехнологичный бизнес. Так, с 1995 г. по 2009 г. доля науч но-исследовательского персонала в общей занятости упала с примерно 10% до немногим более, чем 6% [14].

Что касается сферы науки, то разрыв между ней и бизнесом про должает оставаться огромным. Сейчас для выпускников вузов и той талантливой молодежи, которая выбирает профессию, выбор состоит между прикладными специальностями для бизнеса – от менеджеров до инженеров [11]. Существует мнение, что внутренняя миграция в не наукоемкий бизнес молодых ученых в 1990-х годах имела большее значение в старении научных кадров, чем эмиграция. По некоторым оценкам, эмиграция составила только 1,5% от общего снижения чис ленности научных кадров за период 1989 – 2000 годов [2], хотя коли чественные значения здесь могут в полной мере не отражать реальной ситуации.

Итогом разрешения данного противоречия стала ликвидация старой советской диспропорции в сторону концентрации интеллектуального ка питала общества в науке, но не перераспределения высококвалифициро ванных специалистов туда, что раньше называлось «заводская наука», а за счет возникновения новой диспропорции, в пользу ненаукоемких облас тей бизнеса. Маятник качнулся из одной стороны, чтобы застрять в край ней точке в другой стороне. Вместо научных организаций молодежь с вы соким творческим потенциалом оказалась управленцами и инженерно техническими кадрами в отраслях низких и средних технологий. Можем ли мы рассчитывать, что маятник окажется в нужной точке в обозримой перспективе? В отличие от механики, ответ здесь неочевиден. Вполне возможно, что маятник застрянет в крайней точке на многие годы и даже десятилетия. Достаточно назвать такие факторы, как разрушение научных школ, потеря связи поколений, формирование Россией сильного и ста бильного конкурентного преимущества в мировом хозяйстве, на основе беспрецедентного богатства природными ресурсами (более 30% мировых запасов газа, более 50% каменного угля, крупнейшие запасы никеля, пла тины и т.д.).

Хотя эмиграцию талантливых ученых неправомерно рассматривать как первоисточник эрозии российского научного потенциала и, более то го, воздействие данного фактора неоднозначно, маятниковая миграция и финансирование через зарубежные гранты стали важными факторами со хранения научных школ, а пополнения кадрами предприятий высокотех нологичных отраслей так и не происходит.

В то же время, существуют области инновационной деятельности, где эффект оттока кадров скорее отрицательный. Пример неоднозначного воздействия интернационализации на российский инновационный потен циал в конкретной отрасли – программирование. Она традиционно была одной из потенциальных отраслей, где Россия, в силу накопленных за много лет компетенций, могла добиться стабильного конкурентного пре имущества, занимая ведущие позиции, как в подготовке программистов, так и в создании программных продуктов.

Не случайно программирование стало первой областью, где реально проявилось включение России в мировое разделение труда в высокотех нологичных отраслях. Оффшорное программирование стало развиваться в России уже в 1990-е годы, когда иностранное присутствие в высокотехно логическом российском бизнесе было экзотикой. Тенденция развития это го рынка продолжилась, и, к примеру, в Санкт-Петербурге сейчас функ ционируют бизнесы, работающие на крупнейшие зарубежные компании и насчитывающие сотни программистов. Парадоксальными, на первый взгляд, выглядят результаты исследования, проведенного McKensey в 2002 году [8] (рис. 1).

Конкурентное преимущество можно создавать различными путями.

Очевидно, что позиционирование как «поставщик дешевых услуг низкого качества» (квадрант В на рис. 1) – худший из возможных вариантов инте грации страны в международное разделение труда в области, где истори чески уже был накоплен серьезный потенциал. Более того, судя по первым местам, которые берут студенческие команды российских вузов на меж дународных олимпиадах по программированию, в данной области высшая школа сохраняет способность воспроизводить специалистов мирового уровня.

Если доверять результатам исследования McKensey, подобный па радокс, с учетом вышеизложенного, может иметь два объяснения. Пер вый: лучшие выпускники идут в IT подразделения крупнейших россий ских компаний, работая там «для внутренних нужд». Второй: лучшие программисты эмигрируют, а те, кто остается, работают в бизнесах, по зиционирующихся как «поставщики дешевых услуг низкого качества».

Мы не можем делать здесь окончательные выводы, но правомерно предположить, что присутствуют оба этих фактора, а значит, воздейст вие интернационализации оказывается контрпродуктивным. Правда, фактор интеграции в международное разделение труда в высокотехно логичном бизнесе и «утечки мозгов» является не первоисточником, а следствием. Первоисточником являются серьезные проблемы с защи той интеллектуальной собственности и «утечкой мозгов», препятст вующие становлению сильных российских компаний в области высоких технологий.

ЦЕНА Ирландия Израиль Сингапур Б А Мексика Малайзия Венгрия В Г Индия Китай Россия КАЧЕСТВО Рисунок 1 – Соотношение «цена-качество» для основных стран, вовлеченных в оффшорный аутсорсинг в области программирования.

Источник: McKensey В настоящее время происходят значительные изменения методов внутрифирменного менеджмента, вызванные качественным преобразова нием технологий производства и, в более широком смысле, осуществле нием хозяйственной деятельности. Деятельность инновационно-активных предприятий, наряду с научно-техническими нововведениями, все более требует осуществления организационных инноваций, адаптации и внедре ния прогрессивных методов менеджмента. Наряду с этим, новый этап тех нологического развития потребовал учитывать при совершенствовании организационных структур инновационно-активных предприятий особен ности функционирования сложных хозяйственных систем, где ключевыми становятся интеллектуальные ресурсы. В результате, имеется комплекс актуальных организационно-экономических проблем, для своего решения требующий разработки научно-обоснованных подходов к управлению фирмы, которые являются сами по себе организационными инновациями.

Предпосылки решения этой задачи – использование зарубежного опыта и подготовка, а главное, привлечение молодых кадров в российские компа нии высокотехнологичных отраслей. Однако эта задача связана с решени ем ряда объективно обусловленных противоречий и преодолением орга низационно-экономических барьеров, наиболее существенные из которых мы очертили в этой статье.

Библиографический список 1. Дежина И.Г. Вклад международных организаций и фондов в ре формирование науки в России. – М.: ИЭПП, 2005.

2. Гохберг Л.М. Российская наука: современные тенденции // Вос производство научной элиты в России: роль зарубежных научных фондов.

Презентация проекта. – М.: Центр Карнеги, 2005.

3. Карлик А.Е., Платонов В.В. Сравнительный анализ интернациона лизации российских и финских инновационных предприятий пригранич ных регионов // Экономические и организационные аспекты развития ин теллектуальной и инновационной деятельности: Сборник научных трудов / Под ред. д-ра экон. наук, проф. А.Е. Карлика, д-ра экон. наук, проф. В.В.

Платонова – СПб.: Изд-во: СПбГУЭФ, 2012. – С. 16-26.

4. Рейтинг стран мира по уровню валового внутреннего продукта – информация об исследовании. [Электронный ресурс] // Центр гуманитар ных технологий, 2012.

URL: http://gtmarket.ru/ratings/rating-countries-gdp/rating-countries-gdp-info 5. CIA World Fact Book. – Washington, DC: http://www.cia.gov/cia/ publications/factbook 1997, 2005.

6. Indicators of Competitiveness and Life Quality: An Instrument for Evaluation of Effectiveness of State Policy / Institute of Concrete Social Stud ies: Working Materials. – 2004. – № 1. Р. 36-37.

7. European Commission, 2003, Innovation policy: updating the Union’s approach in the context of the Lisbon strategy, Communication to the Council, Brussels, Document 2003-112.

8. http://www.innovationavenue.com/product-offshore-faq.htm 9. European Council, Lisbon Presidency Conclusions, mimeo, 10. Petrovsky, A.B., Didenko, N.I. (2001) Grant financing – as a barrier to scientific emigration. A part 1 // The Problems of scientists and scientific groups activity. Annual Papers. XVI, P. 1, StPSTU Publishers, 145-158.

11. Didenko N., Platonov V., Didenko I. Human Capital of Russian Sci ence in Perspective of International Cooperation, Improved Organization and Funding // Scientists, Investigation and Mitigation of Tensions in Society. – Amsterdam: IOS Press, Forthcoming.

12. Platonov V. Potentiel innovateur de Sand-Petersburg dans le contexte de globalizacion // Le Rgion de Russie L’preuve des theories et Practiques conomiques / Edit L. Bensahel et P. Marshand. – Paris: L’Harmattan, 2005. – P. 199 – 209.

13. The Global Competitiveness Report 2012–2013 / K. Schwab (ed.). – Geneva: World Economic Forum, 2012.

14. Science and Engineering Indicators 2012. National Science Board.

2012. – Arlington VA: National Science Foundation (NSB 12-01).

И.И. Елисеева, чл.- корр. РАН, д-р экон. наук, профессор, СПбГЭУ Е.Б. Капралова, канд. экон. наук, доцент, СПбГЭУ А.Н. Щирина, канд. экон. наук, доцент, СПбГЭУ Оценка состояния и развития нанотехнологии в России Начнем с терминологии, поскольку до настоящего времени отсутст вуют четкие определения таких понятий, как «нанотехнология», «нано сектор», «наноиндустрия», «нанонаука».

Мы будем применять термин «нанотехнология» ко всему научно техническому комплексу, который включает в себя разработку, производ ство, и коммерциализацию нанооткрытий. В таком ключе термин «нано технологии» содержит две составляющие: «нанонаука» и «сфера нанотех нологий». Различать эти понятия принципиально важно, т.к. в первом случае речь идет о патентах и научных публикациях, а во втором – о рын ке нанопродуктов. На практике провести различие между нанонаукой и нанотехнологией нередко оказывается невозможным, поэтому во избежа ние путаницы мы предлагаем ограничиться одним термином – «нанотех нологии», объединив в нем обе составляющие.

На сегодняшний день практически отсутствует сколько-нибудь раз вернутая во времени и по структуре официальная статистическая инфор мация о состоянии и развитии нанотехнологии в России. Ведомственные данные входят в оборот благодаря проводимым маркетинговым и пилот ным наблюдениям. К такого рода работам относятся, например, статисти ческие работы, выполненные Национальным исследовательским центром «Курчатовский институт» в рамках государственного контракта «Созда ние интегрированной информационно-аналитической системы монито ринга и контроля функционирования национальной нанотехнологической сети»1, Институтом маркетинга и Институтом новой экономики ГУУ, ко № 16.647.12.2038 от 04 июля 2011 г.

торые выступили в качестве головного исполнителя в реализации госу дарственного контракта, заключенного с Федеральным Агентством по науке и инновациям – «Маркетинговый анализ рынков нанопродуктов». В анализе используются отчеты и проекты «Роснано», материалы отдельных исследователей, публикуемые на Интернет сайтах. При всем достоинстве этих работ необходимо признать, что они выполняются по разным про граммам, охватывают разный круг организаций и являются практически несопоставимыми.

В российской государственной статистике должны быть сформиро ваны два блока показателей, характеризующих состояние и развитие на нотехнологий:

1. Показатели потенциала: число организаций, численность заня тых.

2. Показатели фактической реализации: патентная и публикаци онная активность, финансирование нанорынка, его объем и эффективность функционирования.

Чаще в маркетинговых исследованиях и отчетах отдельных компа ний представлены показатели потенциального типа.

Как уже отмечалось, анализ состояния и развития нанотехнологии РФ затруднен в силу отсутствия сколько-нибудь представительной систе мы официальных статистических данных. Даже число организаций, заня тых в нанотехнологиях, определить сложно. В аналитическом отчете Кур чатовского института по мониторингу тенденций и итогах развития нано технологий в 2011 г. отмечается следующее: «Оценить число компаний, занимающихся исследованиями в области нанотехнологий, достаточно проблематично. В связи с тем, что в России на сегодняшний момент толь ко начинают появляться стандарты нанопродукции и сертификация дея тельности предприятий, статистические сведения о количестве компаний на рассматриваемом рынке отсутствуют»1, и, кроме того, их число стре мительно растет2.

Информация о потенциальных показателях, как правило, носит харак тер простого распределения и потому при их анализе используются методы анализа простой/одномерной структуры. Это относится, прежде всего, к информации о численности организаций и направлениях их деятельности (заметим, что у одной организации может быть несколько направлений), о развитии инфраструктуры нанотехнологий, о численности работающих на нанорынке, о научной активности и ее распределении по регионам.

Привлекательность нанорынка приводит к постоянному появлению новых участников. Число нанокомпаний на мировом рынке удваивается http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С.85 Дата обращения 10.07.2012.

В каждом конкретном случае мы даем сноску на источник информации.

каждые 1,5-2 года. За последние годы создано свыше 16000 нанотехноло гических компаний1. Рост числа нанокомпаний на 30-40% превышает ди намику рынка в целом. На конец 2008 года их насчитывалось 565, на ко нец 2011 года – 1364 организаций2, занимающихся научными и научно практическими разработками в области нанотехнологий.

Структура этих организаций РФ по видам деятельности представле на в таблице 1.

Таблица 1 – Структура российской нанотехнологии на начало 2011 г.

В процен Число единиц Виды организаций тах к итогу Научно-производственные объединения 716 52, Научно-исследовательские институты 266 19, Научно-образовательные центры, центры коллективного пользования 191 14, Венчурные фонды 28 2, ВУЗы 157 11, Итого 1358 100, Научно-образовательные центры – это кластеры, включающие соб ственно НОЦы, ЦКП, НИИ, технопарки. Ядром кластера являются науч но-производственные объединения.

Рассмотрим структуру ведущего кластера нанорынка России (табл. 2).

Таблица 2 – Структура организаций нанотехнологии РФ Типы организаций Число организаций В процентах к итогу НОЦ/ЦКП 191 16, НИИ 266 22, НПО 719 61, Итого 1176 100, Источник: Презентация книги «Инновационные кластеры наноин дустрии» под ред. Г.Л. Азоева [1 ]paf Adobe Reader. – С. 2- http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С 79 Дата обращения 10 июля 2012 г.

http://www.rusnano.com/Section.aspx/Show/25811 Дата обращения 10 июля 2012 г.

Презентация книги «Инновационные кластеры наноиндустрии» под ред. Г.Л. Азоева [1 ]paf Adobe Reader. С. Более 60% составляет ядро кластера – научно-производственные объединения. Удельный вес НИИ, который составил 22,3% от общего числа национальной нанотехнологической сети, нам представляется слишком высоким (с учетом их низкой результативности). Исследователи развития нанотехнологии считают, что говорить о результативности и конкурентоспособности российских НИИ на данном этапе развития нано индустрии весьма сложно: большая часть работ находится на стадии ис следований, практически не налажено эффективного взаимодействия НИИ с другими участниками высокотехнологичной цепочки1, и лишь некото рые институты подошли к стадии внедрения в производство. «До сих пор многие НИИ действуют в рамках советской ценностной системы: декла рируя свое отношение к нанотехнологиям, они ведут исследования и раз работки в своих традиционных областях»2. В противоположность этому ЦКП решают 75% задач в области нанотехнологий России 3. В качестве исключения можно назвать НИИ, расположенные в Центральном и Севе ро-Западном федеральных округах.

Россия, как и большинство развитых стран, избрала способ концен трации перспективных кадров и высокотехнологичного оборудования в форме создания национальных исследовательских центров. Первый такой центр был создан при «Курчатовском институте», где сосредоточены крупные комплексы уникального научно-исследовательского оборудова ния и где сосредоточен интеллектуальный базис. Научный центр «Курча товский институт» и организации ЦКП решают три четверти задач в об ласти нанотехнологии в России4. Несмотря на такую концентрацию, имеет место серьезное недоиспользование средств бюджетного финансирова ния – как минимум на треть, а то и более половины: в 2007г. использова ние средств составило 64,0%;

в 2008г. – 57,7%;

в 2009г. – 40,5%. Всего за период- 58,3%.

Интеллектуальная элита российской нанотехнологии распределяется межу всеми организациями наносектора. В кластер научно образовательных центров и центров коллективного пользования входит 191 организация5 или 16,2% национальной нанотехнологической сети.

Перспективным направлением развития научно-производственных объе динений является создание нанотехнологических кластеров, объединяю щих несколько направлений исследований и наделенных широкими пол номочиями.

www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf. Дата обращения 10 июля 2012.

www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf. Дата обращения 10 июля 2012.

В США почти 70 лауреатов Нобелевских премий использовали лаборатории ЦКП.

http://www.portalnano.ru/news/read/1444. Дата обращения 10 июля 2012.

Презентация книги «Инновационные кластеры наноиндустрии» под ред. Г.Л. Азоева [1] paf Adobe Reader. – С. 14.

Определение эффективности деятельности этих организаций – дело чрезвычайной сложности. В качестве потенциального показателя можно использовать количество проектов, принятых к разработке.

В табл. 3 представлено распределение числа организаций и проектов по важнейшим направлениям нанотехнологии.

Таблица 3 – Количество организаций и число проектов по отдельным направлениям нанотехнологии Кол-во Число Направления организаций проектов (ед.) (ед.) Наноэлектроника 269 Наноинженерия 150 Функциональные наноматериалы и высоко- 202 чистые вещества Функциональные наноматериалы 94 для энергетики Функциональные наноматериалы 28 для космической техники Нанобиотехнологии 218 Конструкционные наноматериалы 226 Композитные наноматериалы 354 Нанотехнологии для систем безопасности 62 Источник: http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С. 174 Дата обращения 10 июля Рассчитав силу и тесноту связи между количеством организаций и количеством проектов, находящихся в разработке, получаем: коэффици ент детерминации – 0,78%;

эмпирическое корреляционное отношение – 0,88;

коэффициент линейной регрессии «b» – 1,14. Из этих результатов следует неутешительный вывод: с ростом числа организаций на единицу число проектов увеличивается на одну единицу.

Среди производственных предприятий около 50% – малые предпри ятия с общей численностью работающих до 50 чел. Другая половина – крупные и средние предприятия, с доминированием средних компаний (30%). Это обстоятельство определяет особую важность приоритетного стимулирования малого и среднего предпринимательского бизнеса, пред ставляющего около 70% всего количественного состава производственно го блока нанотехнологии РФ. http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С. 55 Дата обращения 10 июля 2012.

В России на начало 2011 года численность исследователей1, занятых в наносекторе, составляла около 30 тыс. чел.2 Однако как негативный фак тор, оценивается возрастной состав этих кадров. Согласно «Программе развития наноиндустрии в РФ до 2015 года» (проект от 16.07.2010), доля лиц до 39 лет среди исследователей в области наноиндустрии должна дос тигнуть к 2015 году 50% (фактическая доля лиц до 39 лет в 2008 году – 31%)3.

Средний возраст исследователей достигает 49 лет, кандидатов наук – 53, а докторов наук – 61 года. Ряд специалистов4 считает, что достижение возрастного состава исследователей нанотехнологического сектора, рег ламентированного названным положением, практически не возможно, т.к.

для его достижения необходимо ежегодно принимать не менее 300 чел. в возрасте не более 39 лет в счет расширения всего контингента и столько же за счет сокращения численности работающих лиц старших возрастов.

По расчетам US NSF к 2015 г. во всем мире в сфере нанотехнологий будет занято 2 млн человек и, кроме того, будет требоваться 5 млн чело век обслуживающего персонала для нанопроизводства5. Обратим внима ние: соотношение между собственно исследователями в нанотехнологии и обслуживающим персоналом 4:1.

В России крайне мала доля исследователей (и, следовательно, высо кая доля прочего персонала) в общей численности кадров (табл. 4).

Таблица 4 – Доля сотрудников, занятых в области нанотехнологий в общей численности сотрудников, на начало 2011 г., в процентах Средние пред- Крупные Малые пред приятия (50- предприятия Все приятия (до (более 500 организации человек) человек) человек) 59 29 2 Источник: www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С Дата обращения 10 июля Формулируется именно «исследоателей», однако это, очевидно, число работающих, т.к. данная цифра не согласуется с цифрами, приведенными в Программе: «Согласно “Программе развития нано-индустрии в РФ до 2015 года” (проект от 16.07.2010), чис ло исследователей должно вырасти с 10,3 тысячи в 2008 году до 12,4 тысячи человек в 2015 году». http://www.portalnano.ru/news/read/ http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С. 21. Дата обращения 10 июля 2012.

– http://www.portalnano.ru/news/read/1444 Дата обращения 10 июля 2012.

http://www.portalnano.ru/news/read/1444 Дата обращения 10 июля 2012.

http://www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С. 21. Дата обращения 10 июля 2012.

Таким образом, по всей совокупности нанотехнологических органи заций соотношение между удельным весом сотрудников, занятых собст венно в области нанотехнологий, и другими категориями персонала 1:20.

В малых и средних компаниях ситуация значительно лучше, доля сотруд ников, занятых в области нанотехнологий в общей численности сотрудни ков составляет, 59% и 29%, соответственно.

К характеристикам потенциального типа мы относим патентно лицензионную активность участников нанотехнологии1. Потенциальность этого показателя при оценки состояния и развития нанотехнологии опре деляется двумя моментами: длительностью действия и внедрения патен тов и динамикой патентной активности.

Патентным законом2 определены следующие сроки действия патентов:

патент на изобретение действует в течение 20 лет, считая с да ты поступления заявки в Роспатент;

на полезную модель – в течение 5 лет и по ходатайству патен тообладателя срок может быть продлен еще на 3 года;

патент на промышленный образец действует в течение 10 лет и может быть продлен еще до 5 лет.

Динамика общей патентной активности в США и России представлена на рис 1.

США Россия Рисунок 1 – Объем патентования в США и России (число патентов) Дата обращения 12.03 Вся цифровая информация по патентам и публикациям на сайте http://www.portalnano.ru/news/read/1444 НАНОСКОП. Дата обращения 10 марта 2013.

http://innovation-management.ru/otsenka/patentno-liczenzionnaya-deyatelnost Дата об ращения 11 марта 2013.

Рисунок 1 позволяет выделить четыре периода. В первый период (1992-1999 гг.) имеет место плавное нарастание патентной активности. Вто рой период (2000 – 2007 гг.) – характеризуется резким подъемом значения анализируемого показателя: в 2000 г. было запатентовано 233353 и единиц в США и России, соответственно;

в 2007 году значение этих показа телей составило 280167 и 49956 единиц в США и России, соответственно, т.е. имело место удвоение рассматриваемого показателя. Третий период (2008 – 2010 гг.) отличается от предыдущего резким спадом патентной ак тивности, когда число зарегистрированных патентов сократилось соответст венно в США и России до 184 794 и 38 450 ед., соответственно. Последую щий четвертый период можно назвать периодом полного обрушения патен тования. В 2012 было запатентовано в России только 3 752 единиц, а в США – 1 840 единиц1, т.е. почти на порядок меньше, чем в базисном 1992 г.

Совершенно очевидно, что к настоящему времени аналитическое и практи ческое значение этого показателя ничтожно, несмотря на то, что в литерату ре2 ему все еще придается определенное значение. Надо полагать, что па тентная активность – это существенный признак для новых, начавших раз витие отраслей знаний, например, для нанотехнологий (рис.2).

Рисунок 2 – Динамика выдачи патентов по нанотехнологиям в РФ Таким образом, имеет место незначительное, но стабильное увеличе ние числа зарегистрированных патентов в области нанотехнологий в России.

Патенты – это характеристика возможности внедрения научных ре зультатов в технологические процессы. Европейское патентное ведомст во разработало классификацию нанотехнологических патентов. Их струк тура в 2008 г. представлена в таблице 5.

http://www.nbkg.ru/researches/patent_activity_russia_vs_usa.pdf. Дата обращения марта 2013.

Например, : www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf. С. 55. Дата обращения 10 июля 2012.

Таблица 5 – Структура патентных групп России Наименование Международный шифр В процентах к итогу патентных групп патентной группы Нанобиотехнологии Y01N2 Наноэлектроника Y01N4 Наноматериалы Y01N6 Наноустройства Y01N8 Нанооптика Y01N10 Наномагнетики Y01N12 Итого Х Источник: Хульман А. Экономическое развитие нанотехнологий.

Обзор индикаторов // Инновации и экономика. – 2009. – № 1 (9). – С. 30-47.

Структуру патентных групп, а следовательно, и нанопредпочтений российской наноиндустрии, нельзя считать однородной. Явное предпоч тение обнаруживается в группах «наноэлектроника» и «наноматериалы», отставание в группе – наноустройства, что полностью согласуется с не доиспользованием бюджетного финансирования на нанооборудование.

Серьезным недостатком развития нанотехнологии России является крайне низкий удельный вес коммерциализации патентов (рис. 3).

Рисунок 3 – Доля коммерциализации патентов в России Дата обращения 12.03 Патентно-лицензионная деятельность головных организаций Нацио нальной нанотехнологии РФ по состоянию на конец марта 2011 года по данным одноименной системы мониторинга представлена в табл. 6.

Таким образом, по состоянию на конец марта 2011 года насчитыва лось 1122 патента, из них 1040 изобретения, и только 82 – промышленные образцы и это при том, что затраты РФ в нанотехнологии продолжают возрастать (рис. 4).

Таблица 6 – Количество патентов головных организаций ННС Количество Изобретения Промышленные Полезные патентов образцы модели 1122 1040 82 Источник:http://nfstur.prognoz.ru/nano_patent Дата обращения 15.07. Рисунок 4 – Объем затрат на НИОКР, млн руб.

Несмотря на растущее финансирование нанотехнологий, вклад рос сийских ученых в мировое пространство в области нанотехнологий имеет тенденцию к снижению. По кумулятивному показателю цитирования всех нанопубликаций в базе данных SCI-Expanded Россия опустилась с 10 мес та на 13, а среднее число ссылок на одну публикацию (9,9) заставляет Россию находиться в четвертом десятке стран. По общему количеству вы данных патентов в области нанотехнологии с огромным отрывом от дру гих стран лидируют США. На их долю приходится 40% всех выданных в мире патентов на более чем 3 тыс. изобретений. Ранжирование стран мира по проценту выданных патентов представлено ниже:

1. США – 37,2%.

2. Япония – 23,7%.

3. Германия – 9,3%.

4. Южная Корея – 7,3%.

5. Франция – 3,9%.

6. Великобритания – 2,91.

Развитие нанотехнологии отражается в потоке научных публикаций, число которых составляет около 800 тыс. ежегодно.

В перечне стран, по которым имеется информация, Россия занимает 11 место из 33 (ранжирование выполнено в порядке убывания), при этом и темпы роста числа публикаций в России в этот период сокращались (рис. 5).

Рисунок 5 – Российские публикации, 1990 – 2009 гг.

Публикации российских ученых в области нанотехнологий сводятся к двум основным сферам: работы, посвященные полупроводникам – 41% и работы, посвященные углеродным наноструктурам – 25%.

Остальные страны, имеющие значение показателя ниже 2% www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С 164+ www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf С 163+. http://www.portalnano.ru/read/databases/publication/poisk верно Терехов Терехов А.

Что на выходе? // Наноскоп. – 2010. – №51 (1125). – С. 7 – 8. Дата обращения 14. 2013.

Несмотря на планирование существенных объемов инвестиций в на нопроекты, они для инвесторов продолжают оставаться не привлекатель ными в силу их значительного отставания от усредненных норм для ин вестиционных проектов:

- по размеру инвестиций – в десятки раз;

- по сроку окупаемости – не менее, чем в 3 раза;

- по риску вложений – не менее, чем в 4 раза.

Главное то, что в нанотехнологии практически невозможно предска зать уровень рентабельности вложений. Эксперты в области нанорынка не имеют хоть сколько-нибудь единой оценки рынка товаров и услуг, свя занных с нанотехнологиями. Объем рынка определяется в зависимости от используемого определения и «степени оптимизма»1 их авторов и варьи руются от 150 млрд долл. к 2010 г.2 до 3,1 трлн долл. к 2015 г. По оценкам 2011 года, в 2010 г. мировой рынок товаров и работ, свя занных с нанотехнологиями, оценивался в 500 млрд долл.;

РФ в этом объ еме принадлежит только 0,1%4.

Выводы.

Статистика нанотехнологий находится на этапе становления. Меж дународные и национальные статистические органы столкнулись с про блемой статистического измерения объема и структуры этого явления в связи с неопределенностью его границ и междисциплинарностью. Отсут ствуют даже международные конвенции в области стандартизации и кон цептуального оформления нанотехнологий. В настоящее время в отечественной статистике информация о нано технологических процессах концентрируется в двух формах отчета:

– форма 1-П, включающая объем отгрузки товаров, связанных с на нотехнологией;

– форме 2 – Наука, включающая численность исследователей, вы полняющих научные разработки, связанные с нанотехнологией, и инфор мацию о затратах на научно – исследовательские разработки, связанные с нанотехнологией.

Однако сводные итоги этих показателей в официально публикуемых изданиях отсутствуют.

Глубокий анализ тенденции развития нанотехнологии в России тре бует наличия данных по группе фактических показателей, характеризую Алфимов М.В., Гохберг Л.М., Фурсов К.С. Нанотехнологии: определения и клас сификация / // Российские нанотехнологии. – 2010. – № 7-8.

Kamei S. Promoting Japanese style nanotechnology enterprises / Mitsubishi Research In stitute, 2002.

Lux Research. The Nanotech Report. Lux Research Inc., 2006.

http://www.rusnano.com/Section.aspx/Show/ http://www.opec.ru/news.aspx?id=221&ob_no=88940 Дата обращения 30.06 2012.

щих результативность нанопроизводства и потенциальных показателей, характеризующих численность и структуру организаций нанотехнологии, численность работающих с подразделением по их роли в нанопроцессе, данные о научной активности в разрезе структурных составляющих нано технологии. Перечень названных показателей необходимо иметь не толь ко в региональном разрезе для выявления роли отдельных регионов, но и для установления равномерности или неравномерности государственного финансирования наноразработок, степени концентрации потенциальных и фактических показателей.

Очевидна, на наш взгляд, потребность в безотчетном создании ста тистики нанотехнологий, в противном случае в этом сегменте экономиче ской деятельности получит развитие только вторичная информация.

Библиографический список 1. О Федеральной целевой программе «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического ком плекса России на 2007–2013 годы»: в ред. Постановлений Правительства РФ от 18.08.2007 № 531, от 19.11.2008 № 857, от 27.01.2009 № 62, от 06.04.2011 № 253, от 20.12.2011 № 1035.

2. Иншаков О.В. Стратегия и тактика государственной политики развития наноиндустрии в России : материалы к докл. на Общ. собрании обществ. наук, 13 дек. 2010 г.– М.: Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2010. – 36 с.

3. Олейник О.С. Нанотехнологии и статистика // Вопросы статисти ки. – 2011. – № 4. – С. 15- 4. Рынок нано: от нанотехнологий – к нанопродуктам / Г.Л. Азоев и др.;

Под ред. Г.Л. Азоева. – М.: БИНОМ. Лаборатория знаний, 2011. – 319 с.

5. Терехов А. Что на выходе? // Наноскоп. – 2010. – № 51 (1125).

6. www.nano.kiae.ru/Stuff/aointsmon.pdf 7. http://www.rusnano.com/Section.aspx/Show/ 8. http://www.portalnano.ru/news/read/1444 НАНОСКОП А.Г. Айрапетова, д-р экон. наук, профессор, СПбГЭУ Теоретические основы формирования инновационно-ресурсного подхода в управлении предприятием Существуют два направления исследования инновационного по тенциала как объекта. «Ресурсное» рассматривает инновационный по тенциал как совокупность ресурсов хозяйственного звена, оценка эконо мического потенциала сводится к определению стоимости доступных ресурсов, уровень использования экономического потенциала определя ется отношением полученного результата к объему примененных для этого ресурсов. В рамках «результатного» направления инновационный экономический потенциал рассматривается, как способность хозяйст венной системы осваивать, перерабатывать богатство для удовлетворе ния общественных потребностей, оценка величины инновационного по тенциала сводится к оценке максимального количества благ, которое хо зяйственное звено способно произвести при данном количестве, качестве и строении ресурсов.

Следующим уровнем классификации является разделение иннова ционного потенциала по степени использования возможностей хозяйст венного звена на фактический (достигнутый в настоящий момент) и перспективный инновационный потенциал. Такая дифференциация по зволяет оценивать степень использования инновационного экономиче ского потенциала через сравнение перспективного уровня потенциала с его фактическим значением. Основополагающим этапом оценки стано вится определение потенциальных возможностей (ПВ) хозяйственной системы.

Рисунок 1 – Классификация инновационного потенциала Под инновационным потенциалом предприятия мы понимаем способность предприятия обеспечивать свое долговременное функцио нирование и достижение стратегических целей на основе использова ния системы наличных ресурсов для получения экономического эф фекта от внедрения системы нововведений. В соответствие с данным определением инновационный потенциал (ИП) предприятия рассмат ривается в долгосрочном периоде, т.е. он должен обладать способно стью к изменению своих характеристик под влиянием изменения целей предприятия.


Эффективное использование ИП означает возможность для пред приятия одновременно и рационально использовать все имеющиеся ре сурсы для достижения высоких конечных результатов и удовлетворения потребностей заказчика в качественной продукции.

Новое определение позволило разработать многоуровневую струк турную модель формирования ИП предприятия (рис. 2) на основе поэтап но-структурного подхода.

Рисунок 2 – Модель формирования ИП предприятия Материальной основой ИП являются финансовые ресурсы, отражен ные в балансе предприятия, а величина экономического потенциала есть результат совокупных усилий, выраженный потенциальной прибылью, остающейся в распоряжении предприятия. Поэтапно-структурный подход к формированию величины экономического потенциала (ЭП) предполага ет выделение промежуточных уровней обобщения потенциальных воз можностей предприятия. Нижним уровнем является производственный потенциал (ПП), представляющий способность производственной систе мы производить материальные блага, используя ресурсы производства.

Связующим звеном является хозяйственный потенциал (ХП), т. е. сово купная способность ПП предприятия и уровня его деловой активности в условиях существующей маркетинговой среды удовлетворять потребно сти рынка в определенном объеме материальных благ и услуг.

Структурная модель формирования ИП показывает, что потенциал любого уровня возникает как результат взаимодействия обеспечивающих его ресурсов. Структуру ресурсов ИП можно классифицировать по двум признакам.

Первый – по степени принадлежности ресурсов предприятию: внут ренние ресурсы (основные средства, оборотные средства, рабочая сила) и внешние ресурсы (кредиты, полученные предприятием, и задолженности за товары, работы и услуги).

Второй – по степени реализации ресурса в хозяйственном процессе:

фактические ресурсы (они постоянно необходимы для выполнения произ водственной программы: основные фонды, оборотные средства, рабочая сила), потенциальные ресурсы (они могут быть получены и задействованы при определенных условиях) и условные ресурсы (это средства различ ных резервных и специальных фондов, направления использования долго срочных кредитов банков и т.п.).

Для оценки ресурсов ИП мы предлагаем применять систему частных показателей, которая позволит охватить все имеющиеся в распоряжении предприятия ресурсы: основные фонды, материальные запасы и затраты, трудовые и финансовые ресурсы.

Каждый показатель выполняет одну из трех функций: характеризует уровень обеспеченности предприятия тем или иным видом ресурса по от ношению к общей сумме его активов (показатели достаточности и обеспе ченности);

осуществляет специфическую функцию по описанию поведе ния данного вида ресурса в изменяющихся условиях функционирования (показатели ликвидности запасов товарно-материальных ценностей, про изводительности труда, материалоемкости, маневренности функциони рующего капитала и т.п.);

определяет степень эффективности на каждый рубль затрат, вложенных в производство (показатели доходности и рента бельности).

Применение методики оценки использования ИП наталкивается на существование объективных различий в условиях деятельности пред приятий отрасли строительных материалов, а, следовательно, и ее ре зультатах. Одновременно условие универсальности методики требует снять противоречие между объективной разницей условий хозяйствова ния и необходимостью свести эту разницу к некоторому единству, ле жащему в основе единой базы сравнения эффективности использования ИП предприятия. Это достигается применением системы структурных коэффициентов в рамках структурно-целевого анализа. Совокупность структурных коэффициентов представляет модель деятельности пред приятия.

Важнейшими структурными коэффициентами, на наш взгляд, яв ляются: техническое строение производства (фондовооруженность тру да);

органическое строение производства (эффективность использования ресурсов);

стоимостное строение производства (эффективность произ водства);

дееспособность производственных фондов (доля производст венных фондов, участвовавшая в создании продукта);

средний оборот производственных фондов (количество оборотов, совершенных произ водственными фондами);

фондоемкость чистой продукции (стоимость производственных фондов, приходящаяся на 1 рубль чистой продукции);

норма потребления (стоимость труда, приходящегося на 1 рубль чистой продукции);

норма накопления (доля прибыли, которую предприятие может реинвестировать в развитие производства (коэффициент реинве стирования).

Определение ИП предприятия производится на основе структур ной модели деятельности и достигнутой нормы накопления в отчетном периоде.

Величина ИП выражается через показатель потенциальной прибыли (1), характеризующий взаимосвязь экономического и производственного потенциалов:

mn= m' (Пф+ m N) / (s+1), (1) где mn – потенциальная прибыль;

m' – норма чистого дохода;

Пф—величина производственных фондов;

m – фактическая прибыль;

N – норма накопления;

s – стоимостное строение производства Методической основой оценки использования ИП является сопос тавление рассчитанной потенциальной величины экономического показа теля с его фактическим значением.

Порядок проведения оценки использования ИП включает этапы рас чета объемных показателей деятельности;

перехода от объемных показа телей к структурным;

анализа их динамики;

расчета показателей экономи ческого потенциала;

оценки использования экономического потенциала;

определения резервов экономического потенциала.

В современных условиях в принципе необходим новый уровень по нимания сущности потенциала и методов его формирования.

Понятие «потенциал» имеет два значения: 1 – совокупность имею щихся, традиционных возможностей, то есть реально существующий сырьевой потенциал и 2 – скрытые возможности, нетрадиционные, глу бинные резервы. Эти возможности можно классифицировать так: если в первом случае целевой задачей реализации потенциала является создание условий более полного и комплексного использования и добычи природ ного сырья, то во втором – создание нового сырья на основе промышлен ной переработки материальных отходов производства и потребления, в содержательном плане представляющих собой вторичные материальные ресурсы. Отходы производства и потребления – это не сырье в традици онном понимании, а материальный ресурс. То есть, из материального ре сурса воспроизводится материальный ресурс: движение материальных ре сурсов вступает в кругооборот.

Отличительной особенностью сырья, произведенного из вторич ных ресурсов, является то, что в данном случае оно производится с за ранее заданными свойствами, обладает способностью многократного воспроизводства, чего не имеет сырье природного происхождения. Этим снимается одно из фундаментальных противоречий общественного раз вития: невоспроизводимость природных ресурсов, их конечность, стремление к минимуму и воспроизводимость человека, его стремление в потреблении к максимуму. Сырьевую базу, определяемую ранее как невоспроизводимую, следует считать теперь воспроизводимой. Это принципиально новое теоретическое положение. Уже в современных условиях вступает в силу закон опережающих темпов роста вовлечения в хозяйственный оборот вторичных ресурсов по сравнению с первич ными.

В этих условиях более верно употребление не термина «сырьевой природный потенциал», а понятия «инновационно-ресурсный потенциал».

Инновационно-ресурсный потенциал шире сырьевого потенциала: он включает в себя сырьевой потенциал, как первичную природную основу и потенциал промышленного воспроизводства ресурсов. Основу ресурсного потенциала, таким образом, составляют функционирующие в неразрыв ном единстве природные ресурсы и материальные ресурсы. Формирова ние инновационно-ресурсного потенциала (ИРП) имеет свои, специфиче ские проблемы.

Инновационно-ресурсный потенциал (ИРП), на наш взгляд, – это се лективный отбор вариантов ресурсосбережения от первичного использо вания до промышленного воспроизводства сырья и совокупность приня тия решений на государственном уровне, обеспечивающих баланс нацио нальных интересов в сфере ресурсосбережения. Целевая установка ИРП – создание новой сырьевой базы.

Главное концептуальное направление формирования ресурсосбере гающей политики – осуществить переход от технократического подхода решения проблемы ресурсосбережения к социально-экономическому ее пониманию с позиций общественных отношений. В рамках разработки ресурсосберегающей политики необходимо: во-первых, отказаться от идеологии отсутствия идеологии ресурсосберегающей политики;

во вторых, поставить вопрос о необходимости разработки теории кризисов ресурсообеспечения, сформулировать цели, задачи и основные положения данной теории. Это необходимо сделать для своевременного принятия решений по предупреждению подобных кризисов, ликвидации последст вий, проведению необходимой структурной перестройки экономики;

в третьих, разработать основы теории воспроизводства ресурсного потен циала страны.

Концептуальные основы формирования ИРП в условиях рыночной экономики базируются на принципиально иной идее, чем традиционные требования ресурсосбережения. Если при традиционном подходе эф фективной реализации ИРП в качестве критерия использовалось сниже ние удельного потребления материальных ресурсов, то современная концепция ИРП переносит центр тяжести на решение задачи формиро вания более высокого уровня ресурсосбережения – воспроизводства ре сурсного потенциала, под которым будем понимать возможности про мышленного воспроизводства сырья и его накопление. Воспроизводство сырья может быть осуществлено как на основе повторной переработки вторичных ресурсов, так и на основе прямого создания промышленным путем принципиально нового вида сырья, не встречающегося в природе.


Таким образом, идет новый процесс – одни виды ресурсов заменяются другими.

Основой промышленного воспроизводства ресурсов становится, в основном, уже не природа, а прогресс и эволюция: прогресс – техниче ский, научный и социальный, и эволюция – переход ресурсосбережения в форму ресурсообеспечения.

Можно констатировать, что имеют место две разные модели форми рования ресурсного потенциала. В основе первой модели лежит природа, в основе второй – прогрессивное развитие общества, как единственная возможность реализации целей эволюции ресурсосбережения и транс формации его в систему ресурсообеспечения. Реализовать эту возмож ность можно только опережающим развитием науки и всех источников знаний в обществе. Модели формирования инновационно-ресурсного по тенциала представлены на рис. 3.

Модель I Ресурсный потенциал Природа (источник формирования) Модель II Ресурсный потенциал Природа Воспроизводство ресурсного (источник формирования) потенциала(источник формирования) Промышленное Промышленное воспроизводство создание новых видов сырья сырья, не встречающихся в природе Рисунок 3 – Модели формирования инновационно-ресурсного потенциала Рисунок 3 - Модели формирования инновационно – ресурсного потенциала Следует подчеркнуть, что процесс формирования воспроизводства ресурсного потенциала проистекает стихийно. Теории, обосновывающей смещение центра тяжести проблемы ресурсообеспечения на воспроизвод ство ресурсного потенциала, нет. В то же время, именно этот стратегиче ский подход должен стать альтернативой исчерпанию природных ресур сов, реальным путем выхода из ресурсного кризиса. Следует сделать вы вод: необходимо поставить вопрос о разработке теории воспроизводства ресурсного потенциала, необходимы система знаний и целевая постановка вопроса, ориентированные именно на воспроизводство ресурсного потен циала Традиционный методологический подход к исследованию проблемы был ориентирован на статику развития процесса ресурсосбережения, ог раниченность его целеназначения, стабильность ресурсообеспечения и ба зировался на стабильности социально-экономического развития общества.

В кардинально изменившихся условиях методы исследования проблемы ресурсосбережения, основанные на этих ориентирах, в принципе уже не могут стать достаточным инструментарием. Более того, как показывает практика проведения исследований, решение новых проблем формирова ния ИРП определяет необходимость разработки принципиально новой ме тодологии исследования.

В силу многоплановости проблемы, не все вопросы ресурсосбереже ния остаются до конца изученными. До конца не решенным остается по нятийный аппарат. Многие авторы по-разному трактуют понятия мате риалоемкость продукции, ресурсопотребление, ресурсосбережение. Не достаточно разработанными остаются вопросы определения критериев ре сурсосбережения, оценки и управления ресурсоемкостью продукции, тре бует дополнительного исследования механизм рационального использо вания ресурсов и организации их вторичного использования. По поводу сущности и содержания экономической категории «ресурсосбережение»

среди исследователей существует определенный разброс мнений.

В современных условиях хозяйствования использование понятия экономия материальных ресурсов не оправдано, поскольку более точным является рациональное использование, то есть на конкурентоспособном уровне. Так, в официальном нормативно-правовом акте ГОСТ «Ресурсос бережение. Классификация и определение показателей» приводится сле дующее определение: «Под ресурсосбережением понимаются деятель ность (организационная, экономическая, техническая, научная, практиче ская, информационная), методы, процессы, комплекс организационно технических мер и мероприятий, сопровождающие все стадии жизненного цикла изделий и направленные на рациональное использование и эконо мию ресурсов. При выполнении работ и оказании услуг под ресурсосбе режением понимают энергосбережение и материалосбережение»1. Нельзя не согласиться с официальным определением в той части, что в современ ных условиях ресурсосбережение действительно должно осуществляться комплексно, на основе системного использования организационных, на учно-практических, финансово-экономических, технико-технологических мер и мероприятий. Актуальным является и признание необходимости ре сурсосбережения на всех стадиях жизненного цикла изделий.

Достаточно комплексно и вместе с тем точно характеризуют содер жание исследуемой категории В.П. Ануфриев, Ю.В. Лебедев и Ф.М. Чер номуров: «Энергоресурсосбережение рассматривается как система науч но-технических, экономических, нормативно-правовых и информационно образовательных подсистем, каждая из которых развивается по своим за конам и направлена на обеспечение эффективного использования энерге тических и сырьевых ресурсов в различных отраслях экономики»2. В при веденном определении подчеркиваются системный характер ресурсосбе режения и его нацеленность на достижение эффективности производст венной деятельности. Вместе с тем, авторы сводят ресурсосбережение только к эффективному использованию сырья и энергии, игнорируя дру гие виды экономических ресурсов. Кроме того, вызывает определенные Государственный стандарт «Ресурсосбережение. Классификация и определение по казателей» / ГОСТ P52107_2003. Принят и введен в действие Постановлением Гос стандарта России от 3 июля 2003 г. № 236-ст.

Ануфриев В.П., Лебедев Ю.В., Черномуров Ф.М. Теория и практика энергоресур сосбережения. – Екатеринбург: Наука-сервис, 2006. – С. 7.

сомнения целесообразность использования самого понятия «энергоресур сосбережение»: очевидно, что энергия является одним из видов производ ственных ресурсов – в этой связи более корректно вести речь об энерго сбережении как части общего промышленного ресурсосбережения, а не об «энергоресурсосбережении» как некоем общем процессе.

Вообще, достаточно распространенным является сведение ресурсос бережения лишь к экономии или рациональному использованию какого либо одного или нескольких, как правило, близких по типу ресурсов. В частности, В.И. Дубов и К.В. Папенов рассматривают ресурсосбережение с позиции природопользования и, соответственно, не вполне правомерно ограничивают его предмет лишь природными ресурсами1.

М.П. Воскобойник применяет понятие «ресурсосбережение» исклю чительно к использованию материальных ресурсов 2.

Ю.Н. Панков, В.И. Лукашев и Л.А. Крищенко отмечают: «Ресурсос бережение является одним из важнейших факторов, обеспечивающих со кращение эксплуатационных расходов и формирование прибыли. Приори тетным направлением в снижении эксплуатационных расходов является повышение производительности труда. Другим важнейшим направлением ресурсосбережения является экономия от рационального использования топливно-энергетических ресурсов. Третьим важным направлением со кращения эксплуатационных расходов является экономия материальных ресурсов»3.

Л.Ю. Савадова, не определяя непосредственно сущность ресурсос бережения, справедливо отмечает, что оно «достигается посредством наи более полного использования производственного потенциала, заинтересо ванности работающих, рациональной добычи, эффективности примене ния, энергосбережения, применения наукоемких технологий ресурсосбе режения. Причем использование последних является условием ресурсос бережения любого ресурса»4.

В современной экономической литературе имеет место подход, в со ответствии с которым ресурсосбережение рассматривается лишь приме нительно к стадии процесса производства. Так, К.А. Багриновский, М.А.

Бендиков, Е.Ю. Хрусталев характеризуют ресурсосбережение как "обоб щенное название технологий, в которых технологический процесс обеспе Дубов В.И., Папенов К.В. Государство и ресурсосбережение // Вестник МГУ. – 1998. – № 6. – С. 26.

Воскобойник М.П. Организационно-экономический механизм рационального ис пользования материальных ресурсов. – М.: АгроНШП'ЭИПП, 1988. – С. 7.

Панков Ю.Н., Лукашев В.И., Крищенко Л.А. Новые подходы к реализации про граммы ресурсосбережения // Вестник ВНИИЖТ. – 2004. – № 4. – С. 22.

Савадова Л.Ю. Теоретико-методологические аспекты ресурсосбережения: Сб. на учн. трудов СевКазГТУ. – Серия «Экономика». – 2006. – № 3. – С. 54.

чивается при минимальном расходе энергии, сырья, материалов, живого труда, задействованных в производственном процессе»1. Необходимо от метить, что ресурсосбережение должно иметь место не только в рамках собственно производства продукции, выполнения работ, оказания услуг, но и на других стадиях воспроизводственного процесса: в рамках распре деления, обмена и потребления.

А.В. Якимов под ресурсосбережением понимает «стратегическую экономию ограниченных производственных ресурсов». Наиболее точное соотношение содержания категорий «ресурсосбережение» и «экономия», которые, как обосновано ранее, вовсе не являются синонимами, приводит Т.А. Коссович: «Ресурсосбережение не синоним экономии конкретных видов ресурсов, скорее, экономия ресурсов – это одно из направлений ре сурсосбережения». Кроме того, определенным спорным моментом опре деления А.В. Якимова является акцентирование на стратегическом харак тере ресурсосбережения;

на практике ресурсосбережение может быть объ ектом не только стратегического, но и тактического, и оперативного управления экономическими системами2.

Для формирования новой народно-хозяйственной модели ресурсос берегающего типа для использования в управлении процессами ресурсос бережения, авторами Соколовской Г.А. и Сигаревой Т.С. предложено сде лать следующее: разработать и установить четкую смысловую определен ность соответствующих современным воспроизводственным отношениям категорий и понятий;

обосновать теоретико-методологический подход к формированию эффективной схемы ресурсопотребления;

разработать об щую концепцию построения обсуждаемой модели хозяйствования, прин ципов ее функционирования и саморазвития;

придать данной модели це лостный вид (по «горизонтали» и «вертикали» производственно хозяйственных связей), описать конкретные ее элементы3. Соколовской Г.А.и Сигаревой Т.С. представлен механизм РСБ, включающий как мето ды прямого воздействия на субъекты хозяйствования всех уровней, так и методы косвенного воздействия, оказывающие влияние на все стадии вос производственного процесса.

Методы ресурсосбережения – конкретные технологические способы, организационные и другие методы экономии расхода ресурсов на единицу полезного эффекта (работы) по новому варианту инвестиционного проек та по сравнению с заменяемым вариантом. Методы ресурсосбережения Багриновский К.А., Бендиков М.А., Хрусталев Е.Ю. Современные методы управле ния технологическим развитием. – М.: Росспэн, 2001. – С. 87.

Якимов А.В. Теория и практика стратегического планирования // Инвестиции в России. – 2009. – № 5. – С. 19.

Соколовская Г. А., Сигарева Т. С. Ресурсосбережение на предприятиях. – М: Эко номика, 1990. – 256 с.

реализуются через организационно-технические мероприятия, например, по замене физически или морально устаревших технологий, оборудова ния, организационных проектов, экономических и других методов ме неджмента.

Улучшение перечисленных выше показателей эффективности дея тельности фирмы и ресурсоемкости товаров возможно в результате разра ботки и реализации организационно-технических мероприятий, ком плексно задействующих факторы ресурсосбережения.

Одним из важнейших факторов ресурсосбережения является исполь зование закона эффекта масштаба производства. Увеличения масштаба (программы) производства можно достичь по товарам в целом за счет расширения рынка сбыта и межвидовой унификации товаров;

по состав ным частям товаров – за счет внутривидовой унификации. При увеличе нии масштаба производства появляется возможность применять ресурсос берегающие экономичные технологии, сокращать потери материальных ресурсов с 50% (в единичном и мелкосерийном производстве) до 5% (в массовом производстве).

Достижение целей ресурсосбережения невозможно без отлаженного механизма управления ресурсосбережением, который должен обеспечи вать целенаправленную организацию соответствующих процессов по средством воздействия различными методами на факторы ресурсосбере жения.

Формирование механизма управления ресурсосбережением предпо лагает эффективную реализацию управленческих функций, выделенных в рамках этапов данного процесса управления с помощью элементов, состав ляющих механизм. Он должен стать подсистемой общей системы управле ния предприятием, наряду с другими подсистемами управления: подсисте мой управления качеством;

организационным, поведением;

персоналом;

производством. Ведущим элементом в данном случае выступает подсисте ма управления производством, которая ставит перед необходимостью функционировать в едином режиме другие подсистемы и элементы.

Эффективное функционирование механизма управления ресурсос бережением определяется наличием соответствующего инструментария в виде нормативно-правового, организационного, информационного и ме тодического обеспечения данного процесса.

Таким образом, ресурсосбережение представляет собой процесс ра ционализации использования всех видов материальных, трудовых, финан совых и других ресурсов в производстве. Ресурсосбережение возможно только в условиях совершенствования технологических процессов произ водства как конечной продукции, так и сырья и материалов, улучшения качественного состава персонала предприятий, внедрения достижений на учно-технического прогресса не только на отдельных промышленных предприятиях, но и во всех отраслях промышленности и народного хозяй ства в целом. Это свидетельствует о том, что проблему ресурсосбереже ния невозможно решить без участия науки, без наращивания интеллекту ального потенциала промышленности, увеличения ее научного и техноло гического задела.

Организационно-экономический механизм ресурсосбережения про мышленного предприятия это совокупность взаимосвязанных функцио нальных подсистем, таких как цели, функции, принципы и методы эконо мии ресурсов, применяемых на уровне производственных коллективов, внедряющих и использующих ресурсосберегающие технологии, которые определяют отношения между управляющей и управляемой системами, учитывая экономические интересы всех субъектов и стимулируют эффек тивную реализацию целей производства.

Структуру экономического механизма ресурсосбережения целесооб разно формировать по функциональному признаку. В данном случае цели экономического механизма ресурсосбережения будут совпадать с целями всего коллектива предприятия, а сам механизм функционирования нахо дится в рамках определенных требований, предъявляемых к нему общест вом в целом.

Экономический механизм ресурсосбережения состоит из целого ря да показателей. Таких как: система цен и продукции, финансово кредитные рычаги, налоги, предпринимательство, оплата труда и т. п. Они используются в управлении в качестве средства изменения экономическо го состояния предприятия и усиления воздействия на экономические про цессы на уровне предприятий и фирм.

К числу основных экономических показателей ресурсосбережения относят:

ресурсосодержание (определяет свойства объекта вмещать в себя в процессе создания и изготовления материальные и энергетические ре сурсы);

ресурсоемкость (характеризуют показатели материалоемкости и энергоемкости при изготовлении, ремонте и утилизации изделия);

ресурсоэкономичность (характеризуют показатели расходования материальных и энергетических ресурсов на функционирование изделия) и утилизируемость (характеризует утилизируемость изделия или материа ла, а также отходов производства и потребления). Ресурсосбережение, имея самостоятельное значение, комплекс задач и направлений их реали зации, является неотъемлемой частью хозяйственного механизма в целом.

Поэтому качественное функционирование экономического механизма ре сурсосбережения в цепи логистики, его работоспособность и жизнестой кость выдвигают ряд требований и условий, как по отдельным состав ляющим, так и по хозяйственному механизму в целом.

М.В.Тихонова, канд. экон. наук, доцент, СПбГЭУ И.Ю. Бебешко, аспирант, СПбГЭУ Роль технологических платформ в инновационном развитии экономики: российский и зарубежный опыт Приоритетным направлением повышения эффективности и конку рентоспособности российской экономики является создание и развитие национальных и региональных инновационных систем. Значительная роль в данном процессе отводится формированию национальных приоритетов технологического развития и объединения усилий бизнеса, науки, госу дарства по их реализации. Действенным инструментом решения такой за дачи являются технологические платформы, впервые и широко исполь зуемые в странах Евросоюза.

Понятие «технологические платформы» («Technology Platform») было введено в 2004 году Еврокомиссией в докладе «Технологические платформы: от определения к общей программе исследований» для обо значения тематических направлений, в рамках которых сформулирова ны научно-технические приоритеты Евросоюза в части взаимодействия европейских государств, их бизнеса, науки и образования, которые должны решить задачу технологической независимости Европы [4]. По обозначенным направлениям осуществляется выделение «существенных объемов финансирования для проведения различных научно исследовательских работ, непосредственно связанных с их практиче ской реализацией предприятиями малого и среднего бизнеса и промыш ленности» [7].

Опираясь на имеющийся опыт, идея создания технологических платформ в целях содействия инновационному развитию российской экономики предложена (и уже получила свое практическое развитие) Правительством РФ, а именно Министерством экономического развития и Министерством образования и науки. В этой связи вопросы формиро вания теоретических основ такой системы инновационного развития экономики России требуют на сегодняшний день комплексного изуче ния. Прежде всего, это делает необходимым анализ терминологического статуса понятия «технологическая платформа» с точки зрения его взаи модействия с другими схожими на первый взгляд понятиями, приме няемыми в области исследований закономерностей пространственной экономики.

Понятие «технологическая платформа» относится к числу достаточ но многофункциональных с точки зрения возможностей его использова ния. В частности, его рабочие качества обнаруживаются не только в эко номических науках, что свойственно современным публикациям по дан ной тематике, но изначально – в технических. В последних данное поня тие традиционно применяется для характеристики основ каких-либо про изводственных операций, которые выполняются в строго определенной последовательности.

Современные тенденции и процессы глобализации знаний сущест венно расширили границы области применения рассматриваемого поня тия. Технологические платформы представляют собой некое собрание технологий, находящихся в единой области знаний.

В целом анализ практики применения данного понятия в современ ных публикациях показывает, что на сегодняшний день термин «техноло гические платформы» выступает макроэкономической категорией инно вационного менеджмента.

Приведенные в таблице 1 сложившиеся современные дефиниции термина «технологические платформы» позволяют утверждать, что со держательно – это объект инновационной инфраструктуры, который по зволяет обеспечить интеграцию государства, науки и бизнеса для объеди нения и концентрации необходимых ресурсов на приоритетных направле ниях научно-технического развития страны.

Таблица 1 – Макроэкономическое содержание понятия «технологические платформы»



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 6 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.