авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |

«Российская академия наук Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамера) СибиРСКий СбоРниК — ...»

-- [ Страница 7 ] --

Опираясь на работы Золтана Гомбоца, Петер Вереш считает, что 300 венгерских слов, родственные с чувашской лексикой, были общими или были заимствованы у предков чувашей не позднее середины I тыс. н. э. [Вереш 1996: 27]. Это термины зем леделия, скотоводства, виноделия и садоводства. А филолог Юдит Дмитриева-Салонтаи полагает, что у чувашей и венгров 500 об щих слов. Более того, логично предполагать, что в указанное П. Верешом время, то есть до середины I тыс. н. э., чуваши и ма дьяры говорили на одном праязыке. Этот же язык был материн ским и для остяков, и для вогулов. Кстати, В. В. Напольских счи тает, что совпадение лексем венгерского и обско-угорского языков составляет около 34 % [Напольских 2002: 197]. Сотни примеров общей чувашско-венгерской лексики ни у кого не вызывают сом нения. Так, дохристианское мужское имя Tevel имеется в обоих языках. В числе венгерских слов, имеющих однозначные чуваш ские соответствия, Андраш Рона-Таш называет: borj ‘теленок’, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 224 А. К. Салмин ср. чуваш. пру;

klcsn ‘долг’, ср. чуваш. кивен;

serke ‘гнида’, ср. чуваш. шрка;

sr ‘болото’, ср. чуваш. шур;

szl ‘ветер’, ср. чу ваш. ил;

gyr ‘кольцо’, ср. чуваш. р;

til ‘мялка’, ср. чуваш.

тыл;

gyertya ‘свеча’, ср. чуваш. урта, и т. д. [Rna-Tas 1988a:

742–759]. Свидетельством существования коневодства у угров и чувашей является наличие общих названий для лошади и упря жи: венг. l, манс. l, хант. law, чуваш. laa ‘лошадь’;

венг. nyereg, манс. newr, хант. noer, чуваш. йнер ‘седло’. Явные этимологиче ские и семантические соответствия наблюдаются между чувашским халал — ‘благословение’ и венгерским halal — ‘смерть, конец, ги бель’. Здесь прослеживается связь между прощанием и благосло вением, ибо прощание может быть проявлено в момент смерти, ухода девушки-невесты из дома, во время проводов в солдаты.

Опираясь на опыт предшественников, а также на собственные ис следования, З. Гомбоц пришел к выводу, что венгерский язык пра вильно определен как член финно-угорской семьи, его тюркские элементы являются заимствованными [Gombocz 1912: 1–34].

Как показывают раннесредневековые источники, в гуннскую конфедерацию входил ряд угорских племен. О том, что эти пле мена — угры, говорят их этнонимы, например биттугуры (у Иор дана и Агафия), кутригуры (у Прокоприя, Агафия и Менандра), огуры (у Приска и Менандра), оногуры (у Приска, Агафия, Фео филакта Симокатты), сарагуры (у Приска). При этом огуры озна чает ‘быки’. На тот факт, что эти племена не тюрки, указывает ротацизм (у тюрков было бы огузы). Так, сараугры значит ‘жел тые угры’. Однако позже, уже в Восточной Европе, гунно-огуры смешались с тюркскими племенами. Как результат, мы имеем тюрко-угорские этнонимы. По мнению К. И. Иречека, хазары так же принадлежали к угорской ветви финского племени [Иречек 1878: 160].

Еще Йозеф Буденц и Золтан Гомбоц указывали на нетюркские заимствования в венгерском языке [Budenz 1873;

Gombocz 1912].

Они обратили внимание на случаи, когда пратюркское *z заменя ется r. Как писал Й. Буденц, по фонетическому облику тюркских заимствований венгерского языка можно установить, какой из тюркских языков служил их источником. Таким источником Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Угорская страница в истории предков чувашей (по данным лингвистики) Й. Буденц однозначно определял древнечувашский язык, ха рактерным фонетическим критерием которого является соот ветствие общетюркского z и r, а также исчезновение общетюрк ского конечного гуттурального k с сохранением конечного гласного. Общетюркскому анлаутному заднеязычному q- в чу вашском языке соответствует звук х [Budenz 1873: 67–135;

Дмитриева, Адягаши 2001: 13]. Конечно, правило замены тюрк ского z (зетацизм) чувашским r (ротацизм) и другие фонетиче ские законы проявляются и в более ранних источниках. Следует обратить внимание на лексику хантыйского и мансийского язы ков. Здесь совершенно идентичная ситуация. Например, имеются следующие соответствия: чуваш. пр, хант. пр ‘единый’;

чуваш.

торна, хант. тор ‘журавль’;

чуваш. р, манс. сури ‘кольцо’;

чу ваш. авр, манс. авар, хант. аор ‘омут’;

чуваш. тар, хант. тра ‘порох’;

чуваш. пр, хант. пор ‘сверлить’ и т. д. Таким образом, угорские и чувашский языки следует назвать r-языками. Этот вы вод играет важную роль в определении их древнейшего родства.

По крайней мере, чувашско-угорское родство восходит ко време ни до нашей эры. Ханты и манси, как и чуваши, не выговаривают звонкие согласные в заимствованных словах (трукой, лешит, те лать).

«Савиры были выходцами из Западной Сибири и, видимо, принадлежали к угорской или южной ветви самодийской груп пы», — считал Л. Н. Гумилев [Гумилев 2007: 261]. Сравнитель ный материал действительно свидетельствует, что сеперы/сави ры в языковом отношении являлись уграми.

Библиография Ашмарин 1937 — Ашмарин Н. И. Словарь чувашского языка. Чебок сары, 1937. Вып. 13.

Баландин, Вахрушева 1958 — Баландин А. Н., Вахрушева М. П. Ман сийско-русский словарь с лексическими параллелями из южно-мансий ского (кондинского) диалекта. Л., 1958.

Бояршинова 1959 — Бояршинова З. Я. О происхождении и значении слова «Сибирь» // Научные доклады высшей школы: Исторические нау ки. 1959. № 3. С. 101–110.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 226 А. К. Салмин Вереш 1996 — Вереш П. Древневенгерская эпоха // Acta Ethnographica Hungarica. 1996. T. 41. С. 11–40.

Вереш 2010 — Вереш П. Эмпирические и методологические пробле мы интердисциплинарного исследования в области финно-угористики // Этнокультурное наследие народов Севера России. М., 2010. С. 56–69.

Гумилев 2007 — Гумилев Л. Н. Открытие Хазарии. М., 2007.

Дмитриева, Адягаши 2001 — Дмитриева Ю., Адягаши К. Hungaro Tschuvaschica: Аннотированный библиографический указатель иссле дований венгерских ученых XIX–XX вв. Чебоксары, 2001.

Иречек 1878 — Иречек К. И. История Болгар. Одесса, 1878.

Мосин 2008 — Мосин А. Г. Исторические корни уральских фамилий.

Екатеринбург, 2008.

Напольских 2002 — Напольских В. Предыстория народов уральской языковой семьи // История татар с древнейших времен: в 7 т. Казань, 2002. Т. 1. С. 195–203.

Патканов 1999 — Патканов С. К. Сочинения: в 2 т. Тюмень, 1999.

Т. 2: Очерк колонизации Сибири.

Патканов 2003 — Патканов С. К. Сочинения. Тюмень, 2003. Т. 5.

Скворцов 1985 — Чувашско-русский словарь / Под ред. М. И. Сквор цова. М., 1985.

Федорова 1998 — Федорова Е. Г. Люди Пор и Мось в представлени ях манси и хантов (по полевым материалам последней четверти XX в.) // Материалы полевых этнографических исследований. СПб., 1998.

Вып. 4. С. 124–134.

Хайду 1985 — Хайду П. Уральские языки и народы. М., 1985.

Шушарин 1997 — Шушарин В. П. Ранний этап этнической истории венгров: Проблемы этнического самосознания. М., 1997.

Budenz 1873 — Budenz J. Jelents Vmbry rmin Magyar-trk szegyezseirl // Nyelvtudomnyi kzlemnyek. 1873. Kt. 10. O. 67–135.

Gombocz 1912 — Gombocz Z. Die bulgarisch-trkischen Lehnwrter in ungarischen Sprache. Helsinki, 1912.

Marquart 1903 — Marquart J. Osteuropishe und ostasiatische Streifzge:

Ethnologische und historischtopographische Studien zur Geschichte des 9.

und 10. Jahrhunderts (ca. 840–940). Leipzig, 1903.

Munkcsi 1895 — Munkcsi B. Az “ugor” npnevezet eredete // Ethnographia. 1895. Kt. 6. O. 349–387.

Munkcsi 1905 — Munkcsi B. uwa. kil „Haus“ // KS. 1905. Kt. 6.

S. 184.

Nmeth 1929 — Nmeth G. Szabirok s magyarok // Magyar Nyelv.

1929. Kt. 25. O. 81–88.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Угорская страница в истории предков чувашей (по данным лингвистики) Patkanov 1900a–1901 — Patkanov S. Irtisi-osztjk szjegyzk (I–V) // Nyelvtudomnyi kzlemnyek. 1900. Kt. 30. O. 407–457;

1901. Kt. 31.

O. 55–84, 159–201, 291–330, 424–462.

Patkanov 1900b — Patkanoff S. ber das Volk der Sabiren // KS. 1900.

Kt. 1. S. 258–277.

Patkanov 1900c — Patkanov S. Szabirok nemzetisge (Els kzlemny) // Ethnographia. 1900. Kt. 11. O. 337–344, 385–389.

Pritsak 1976 — Pritsak O. From the Sbirs to the Hungarians // Hungaro Turcica: Studies in Honor of Julian Nmeth. Budapest, 1976. P. 17–30.

Rna-Tas 1988a — Rna-Tas A. Turkic Inuence on the Uralic Languages // The Uralic Languages: Description, History and Foreign Inuences. Leiden, 1988. P. 742–780.

Rna-Tas 1988b — Rna-Tas A. Ethnogenese und Staatsgrndung: Die trkische Komponente in der Ethnogenese des Ungartums // Studien zur Ethnogenese. Opladen, 1988. Bd. 2. S. 107–142.

Rna-Tas 1997 — Rna-Tas A. Trk nyelvi hatsok az smagyar nyelvre // Honfoglals s nyelvszet. Budapest, 1997. O. 49–60.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН С.-Х. Д. Сыртыпова АДМИНИСТРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ БАЙКАЛЬСКОГО РЕГИОНА: ПЕРЕКРЕСТОК ТРАДИЦИЙ И ИНТЕРЕСОВ РАЗНЫХ ИМПЕРИЙ Жизненная энергия, заложенная в каж дой народности, стремится к своему наи большему проявлению. Каждая народность оказывает психическое и физическое давле ние на окружающую этническую и географи ческую среду. Создание народом государства и освоение им территории зависят от силы этого давления и от силы того сопротивле ния, которое это давление встречает.

Г. В. Вернадский Место встречи цивилизаций Обширная территория, окружающая озеро Байкал, сегодня яв ляется важным регионом стратегического развития российского Востока. В административном плане она включает Республику Бурятия, Иркутскую область и Забайкальский край. Байкальский регион определяется нами как единый культурно-географический ландшафт — Трансбайкалье — в силу нескольких причин.

Во-первых, это единство географического ландшафта, обуслов ленное местоположением мировой сокровищницы природного наследия — озера Байкал. Во-вторых, это исторически сложив шийся этнокультурный регион Юго-Восточной Сибири РФ, име ющий опыт единого территориально-политического управления.

Кроме того, регион характеризуется своеобразием многовекового взаимодействия этнических культур монгольского, тунгусского, тюркского, самодийского, славянского народов в пределах терри тории исторического расселения бурят. В-третьих, здесь еще сохранились традиционные формы хозяйствования кочевников Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... скотоводов и охотников. В-четвертых, это регион традиционного влияния буддизма на фоне вариативного единства языческих ве рований (подробнее см.: [Сыртыпова 2005: 7–17]).

Уникальность региона заключается и в его трансграничности, обусловленной: а) естественно-географическими параметрами Байкальской рифтовой зоны (на стыке геотектонических плит, месте разрыва земной коры с тектонической активностью плане тарного значения и эндемичными видами флоры и фауны);

б) культурным взаимодействием на так называемом стыке «куль турных плит» евразийских цивилизаций. Географическое поло жение Байкальского региона после присоединения его к России, установление международных связей России со странами Восто ка обусловили возникновение здесь транскультурного простран ства, где также сходятся азиатский север и юг. Эвенки и сойоты Бурятии занимаются оленеводством в условиях вечной мерзлоты, а южные регионы Бурятии — это полупустыня с верблюдоводче ским хозяйством. Этнокультурный облик бурятского народа фор мировался в результате сложного исторического многовекового процесса борьбы и примирения, господства и подчинения, асси миляции и отторжения, миграции и расселения, всесторонних взаимовлияний разных народов, культур, языковых семей, соци альных устройств и мировоззренческих систем, что обусловило полисигментный характер этногенеза и культурогенеза бурят.

При всех положительных факторах трансграничности, обыч но обладающей высокой потенцией к генерации нового социума, более восприимчивого, конструктивного, жизнеспособного и ла бильного, большая территориальная удаленность от политиче ских и экономических центров и Запада, и Востока обусловлива ют проявление в регионе синдрома глухой провинции, куда новые веяния проникают мучительно долго и затухают. В результате по пытки центра повлиять на социально-экономическую ситуацию приводят не к росту и изменениям, а к стагнации и депрессивно сти региона.

«Встреча двух цивилизаций — русской и китайской — в сере дине XVII в. произошла в далекой Даурии», — писала читинский ученый Н. Н. Константинова [Энциклопедия Забайкалья 2002:

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 230 С.-Х. Д. Сыртыпова 147]. Именно здесь прошла граница, определившая пределы вли яния Российской и Цинской империй. Очевидно, на этом рубеже иссякал завоевательный потенциал и той, и другой стороны. Пер вый договор о границе между Россией и Китаем был заключен в 1689 г. близ Нерчинска. Статьи Нерчинского договора носили общий характер, и регулирование пограничных отношений было официально определено только по р. Аргуни. К западу от нее гра ница не была установлена еще очень долгое время. Река Чикой стала фактическим рубежом между русскими и монгольскими владениями в широтном течении. В 1727 г. после долгих пере говоров русской делегации во главе с царским посланником С. Л. Владиславичем-Рагузинским с китайской стороной состоя лось подписание Буринского договора. По условиям этого дого вора граница между Россией и Китаем проходила с востока на запад — от сопки Абагайту до перевала Шабин-дабага на Алтае:

«Северная сторона Российскому империю да будет. А полуденная сторона Срединному империю да будет» [Там же: 148].

«Инструкцией пограничным дозорщикам» Фирсову и Миха леву, датируемой 22 июля 1728 г., руководствовались поначалу не только пограничные, но и другие рода бурят и даже якуты. Осно вой управления служил родовой принцип, а главным вопросом регулирования — сбор налогов — ясак1 и другие внутренние про блемы. С 1743 г. были учреждены «Степные конторы» в составе главного тайши и шести выборных депутатов;

конторы собирали «албан сугланы» — служебные собрания, где решались вопросы раскладки податей и прочие социально-бытовые дела [Базаров, Даржаев 2007].

Ввиду обширности территории и малочисленности населения границы владений еще долго оставались неопределенными. Воп росы землевладения и землепользования стали наиболее активно разрабатываться во второй половине XIX в. российской стороной Слово ясак происходит от монг. asa (y и в начале слова в старомонголь ской письменности обозначаются одной графемой) — ‘налог, дань’, который платили пушниной до перехода к товарно-денежным отношениям. (Ср. засаг тамгын газар — ‘государственно-административное управление’, засах — ‘упорядочить, наладить, урегулировать’, яс/ёс — ‘закон, порядок’).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... в Забайкалье и китайской стороной на территории Внешней Мон голии. С российской стороны этому способствовали отмена кре постного права в 1861 г. и строительство Транссибирской маги страли (Великого сибирского пути) в 1891–1905 гг. Подробная ревизия земель Забайкалья связана с работой в 1896 г. комиссии под председательством В. Н. Куломзина, специально созданной для исследования состояния землевладения и землепользования в Забайкалье с целью определения точных границ вотчинных зе мель императорской фамилии. Всего кабинетских земель в Забай калье было определено, по заключению комиссии, около 24 млн десятин.

Административное управление Монголии Встреча двух великих цивилизаций происходила не в полном вакууме, а в пространстве и на фоне кочевой культуры монголов, потеснившей в свое время (приблизительно в XII–XVI вв.) куль туру бродячих охотников-тунгусов. Поэтому китайская и россий ская административные системы должны были учитывать мест ную специфику, имевшую исторические корни государственности со времен Чингисхана. В 1206 г., после возведения на престол великого хана Монголии, Тэмучин, получив титул Чингисхана, ввел десятичную систему военно-административного управления страны. Он разделил все население на 95 тыс. (мянган) — основ ные учетные единицы, которые могли выставить ополчение в ты сячу воинов. Тысяча состояла из сотен (дзу) и десятков (арба(н)), население-войско делилось на баруун гар (правое) и дзуун гар (левое) крылья, общее руководство осуществлялось центральной ставкой хагана (гол). Тысяча-мянган той эпохи была одновремен но и административной единицей, и наследственным владением нойонов, членов дружины хагана, его военачальников и сподвиж ников.

Система военно-административной организации монгольско го общества отражала процесс модернизации древней традиции коллективной облавной охоты. Охотничьи облавы были не только видом хозяйственной деятельности для номадов, сколько формой подготовки воинов. Со времен хунну китайцам была известна Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 232 С.-Х. Д. Сыртыпова тактика кочевников, когда они под видом проведения облавы на зверей на пограничных территориях вторгались к соседям, и охо та превращалась в военную, захватническую акцию. Памятуя об этом, Цины в XVIII в. ввели жесткий контроль за организацией облавных охот монгольскими князьями. Сами монголы в эпоху Юань под страхом смертной казни или ссылки запрещали прове дение охотничьих облав. Техника облавной охоты заключалась в кольцевом захвате, разворачивавшемся от центра (тубши, гал ши) двумя крыльями: зуун гар (левое) и баруун гар (правое) [Жам балова 1991: 94–110;

Кореняко 2002: 154]. В расшифровке терми нов облавной охоты исследователи, начиная с М. Н. Хангалова, слово галши понимают как производное от слова гал — ‘огонь’, то есть как ‘хранитель, жрец огня’. Однако в функциях галши, судя по описаниям, нет никакой связи с огнем или какими-то ма нипуляциями с ним, пусть даже и в понятии «родового неугаси мого огня», как считает С. Г. Жамбалова [Жамбалова 1991: 115].

Более обоснованной, казалось бы, должна выглядеть трактовка назначения на должность, призванную хранить трофеи и распре делять добычу между всеми участниками облавы, как голши — ‘главный, основной, находящийся в центре’, в отличие от баруун гар, зуун гар — правого и левого флангов. В. В. Трепавлов, рассматривая систему крыльев в Монгольской империи XIII в., справедливо отмечает, что применение триады баруун гар — гол — зуун гар не ограничивалось военными структурами, но рас пространялось на структуру государства, его территорию и насе ление, состоявшие из крыльев и центра, между которыми существовала иерархическая соподчиненность. Гол-ун улус пред ставлял собой не только командно-войсковой центр, но и ко ренной юрт, фамильные владения Чингисидов [Трепавлов 1993:

10–21]. Эти вотчинные земли семейного очага наследовались младшим сыном в семье, преимущественное право которого было даже закреплено специальным термином отхон (от корневого от/ут — ‘огонь’) — ‘последыш, хранитель очага’. Согласно древней традиции, срединные земли и подданные, то есть гол ту мен в трехречье Онона, Керулена и Толы, колыбель державы мон голов, отошли Тулую, младшему сыну Чингисхана.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... В период мирного времени монгольскими социальными еди ницами учета следует считать айл и хотон. Айл (аил) — стойбище одной семьи или группа юрт, как правило, кровнородственных семей, совместно совершающих кочевки. Хот(он) — ‘загражде ние для скота, ограда’ ‘град, город’ — группа родственных ай лов, занимающих определенную территорию. Со времени вхож дения бурят в состав России до 1822 г. хотон был самой малой административной единицей. В современном монгольском языке понятие хотона выражается парным сочетанием хот айл. По определению Д. Гонгора, хот айл — это объединение семей, ко чующих совместно в пределах определенной территории, орга низующих совместный выпас скота и останавливающихся на од ном и том же стойбище в процессе кочевки [Гонгор 1978]. Если хот айл объединяет небольшое количество юрт, то хурээ — это объединение сотен и даже тысяч айлов (юрт). Летописцы эпохи Чингисхана свидетельствуют о куренях (монг. kriy-e), букв.

‘кругах’, образуемых тысячей кибиток, окружавших ставку правителя’2.

Сыновья Чингисхана получили наследственные уделы — улусы. Угэдэй-хан, вступивший на трон в 1229 г. после смерти отца, приложил огромные усилия для развития и улучшения ин ститутов императорской администрации и усиления власти импе ратора во внутренних и внешних делах. Его советник киданьско го происхождения Елюй Чуцай ввел искусство извлечения выгоды из некочевых подданных путем введения налогов и сборов с их торговли и производства, использования природных залежей и т. д.

При Хубилай-хане (1260–1294) западные улусы — Джучи, Чагатая, государство Хулагуидов — фактически отпали от Мон гольской империи. Улусы Угэдэя, Тулуя и его сыновей образовали династию, основавшую империю Юань. Административная структура империи Юаньского периода была создана Хубилаем с элементами традиционной китайской системы. Государство де Нынешняя столица Монголии Улаанбаатар ранее носила название Их Хурээ (букв. ‘большой круг’).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 234 С.-Х. Д. Сыртыпова лилось на провинции — mui (син-чжун-шу-шэн), области — ayimaq (лу, фу), округа — qoi’un (чжоу), уезды — sumun (сянь) [История народов 1986: 260–277]. Реформированная Хубилай-ха ном система управления империей была оценена как лучшая из когда-либо существовавших в Китае [Вернадский 1997: 47].

В период феодальной раздробленности (XIV–XVII вв.) сфор мировалось деление на северных (Халха), южных (Внутренняя Монголия) и западных (ойраты) монголов. В это время феодаль ные владения-улусы стали именоваться туменами, а тысячи — отоками. После утверждения в Китае маньчжурской власти и по степенного подчинения Монголии цинскому двору у монголов некоторое время сохранялся военный характер административ ного деления и управления. Монголия делилась на 3 аймака (кор пуса), 37 хошунов (дивизий) и 72 сомона (эскадрона). В дальней шем в целях ослабления монголов маньчжуры проводили политику постепенного дробления уделов. Монголия была раз делена на Внешнюю (северная и западная) и Внутреннюю (юж ная). В 1725 г. из аймака Тушету-хана выделен особый четвертый аймак — Сайн-ноен-хана, количество хошунов возрастает до 86.

В 1727 г. была проведена реформа управления, после которой ханы, владетели аймаков, потеряли свое политическое влияние и практически сравнялись с хошунными князьями — внутреннее управление делами Северной Монголии было передано четырем сеймам (чуулган) под управлением не ханов, а избираемых из кня зей сейма старшин — даруг.

Внутренняя Монголия делится на 24 аймака и 49 хошунов, объединенных в 6 сеймов: Джерим, Джосоту, Джу-уда, Шилин гол, Улан-цаб, Иеке-дзу. Хошуны делятся на сомоны. Баргуты, чахары и тумэты имеют особое управление. Итак, внутренние дзасаги делятся на 6 чулганов, по числу сеймов, и 49 гуса — сомонов.

К Внешней Монголии в порядке управления причислены Куку-нор, Илийская и Алтайская области: всего 7 хошунов-корпу сов, поделенных на 149 дивизий-сомонов. В Кобдо и Урге учреж даются должности амбаней, ведущих надзор за гражданским управлением, а в Улясутае цзяньцзюнь, главнокомандующий вой Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... сками Внешней Монголии, получает право надзора и за граждан скими делами. Ургинские амбани (их двое: один — маньчжур, другой — монгол) имеют право непосредственного сношения с Пекином и инспектирования вооруженных сил в Тушету-хан ском и Сэцэн-ханском аймаках. Через улясутайского цзяньцзюня решаются лишь самые важные вопросы, касающиеся всей Мон голии. В 1793 г. особое устройство получила Барга, разделенная на 17 хошунов с особым амбанем во главе [Рязановский 1931;

1933].

Это же деление на Внутреннюю и Внешнюю Монголию сохра нилось и в ХХ в. В 1911 г. в Северной Монголии вспыхнула рево люция, и страна объявила себя автономной под верховным управ лением ургинского первосвященника Богдо-гэгэна. В 1912 г.

китайские власти (цзяньцзюнь и амбани) были выдворены из Монголии, и там было организовано национальное управление.

В самом Китае пала маньчжурская династия, и часть Южной Монголии — Уланцабский, Шилингольский, Йехедзуский сеймы и Барга — признали главенство ургинского хутухты. В октябре 1912 г. Россия признала автономию Монголии, а в 1913 г. заклю чила договор с Китайской Республикой относительно Монголии.

В 1915 г. Россия, Монголия и Китай заключили соглашение, со гласно которому Внешняя Монголия была признана автономным государством под суверенитетом Китая и протекторатом России.

В России после Революции 1917 г. и последовавшей Граждан ской войны, охватившей Сибирь, в среде монголов и бурят воз никла так называемая «идея панмонголизма». В феврале 1919 г.

в Чите состоялась конференция монгольских племен, правда, без участия халхасцев, которая постановила образовать великую Монголию — от озера Байкал до Тибета и от Тяньшаня до Боль шого Хингана — и избрала временное правительство во главе с Нэйсэ-гэгэном. Однако уже осенью эта попытка провалилась, и временное правительство распалось. Китай не преминул вос пользоваться этим, объявил о нарушении условий Кяхтинского соглашения 1915 г., вновь ввел свои войска в Ургу и на некоторое время установил свою систему управления в Монголии. Однако в начале 1921 г. Монголия при поддержке русских военных отря Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 236 С.-Х. Д. Сыртыпова дов барона Унгерна (Роман Федорович Унгерн фон Штернберг, 1886–1921) вновь объявила себя автономной республикой под властью Богдо-гэгэна. Вооруженные силы и гражданская адми нистрация Китая вынуждены были покинуть территорию Монго лии. Но уже в июне 1921 г. войска Советской России разбили бе логвардейцев барона Унгерна. Главной политической силой стала Монгольская народная партия, которая избрала Временное пра вительство Монголии во главе с Богдо-гэгэном, так как его авто ритет был очень высок у народа. После смерти Богдо в 1924 г.

Монголия была провозглашена республикой. Административное деление на аймаки сохранилось, но были изменены их названия:

аймак Тушэту-хана стал называться Богд-хан-уула, Цэцэн-ха на — Хэнтэй-уула, Цзасакту-хана — Хангай-уула, Сайн-нойон хана — Цэцэрлик-Мандалон. Шабинское ведомство было преоб разовано в особый аймак, Кобдо разделен на два аймака;

кроме того, в административную структуру Монголии вошли несколько самостоятельных хошунов.

Картография Монголии В 1961 г. 110 монгольских рукописных карт, хранящихся в Бер линской государственной библиотеке, были опубликованы немец кими монголоведами В. Хайссигом и К. Загастером [Heissig 1961].

Еще 16 рукописных карт из фондов библиотеки Токийского уни верситета иностранных исследований — очень ценные, красивые и редкие виды документов — стали доступны на CD в приложении к монографическому исследованию Х. Футаки и А. Камимуры [Futaki, Kamimura 2006]. Исследования старой картографии Мон голии В. Хайссига, К. Загастера, Э. Равдана, А. Камимуры и Х. Фу таки свидетельствуют о том, что Цинская империя в середине ХIХ в. обратила пристальное внимание на земли Монголии. По государственному указу цинских властей в последней декаде XIX в. было составлено наибольшее количество карт различных регионов Монголии с их ландшафтным и пограничным описанием [Haltod 1966;

1978;

Равдан 2004а;

2004б;

Futaki, Kamimura 2006].

Производство земельных карт закрепляло договор землеполь зования и землевладения между тремя субъектами: цинским им Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... ператором или правителем Монголии Богдо-ханом, региональны ми князьями и скотоводами. Монгольские ученые Нацагдорж и Гонгор систему землепользования в Монголии в цинский пери од понимают как право собственности императора, право облада ния князя и право пользования аратов [Гонгор 1978]. Японские ученые считают, что зарождение и развитие монгольской карто графии связаны прежде всего с политикой цинского правитель ства и деятельностью комитета Ли-фань-юань [Futaki, Kamimura 2006]. В данном случае исследователи расходятся в оценке ориги нальности монгольской картографии: японцы склонны считать, что картографирование само по себе было привнесено к монго лам извне маньчжурами, а монголы настаивают на автохтонности традиции рисовать планы-схемы или «картины земель» (монг.

aar-un iru). Японские ученые обычно апеллируют к огромно му архивному фонду маньчжурской бюрократии, материалы ко торого, по их мнению, свидетельствуют о подчиненности прави теля Монголии Богдо-хана Пекину. Сложно сказать, насколько это соответствовало реальности, так как китайские источники представляли положение дел о взаимоотношениях с соседями со своей политической позиции. Но нельзя не отметить, что именно в цинский период картография в Монголии становится системой отъема и закрепления территорий. Большинство сохранившихся и обнаруженных монгольских карт — это описания границ хошу нов и сомонов. Создание чуулган-хошунной системы админи стративного управления Монголии в цинский период с системой выборных старшин (засаг-дарга) лишало политической власти родовичей-ханов, и, таким образом, должна была произойти сме на традиционной монгольской системы власти на маньчжурскую.

Административное управление инородцев в России История административного управления сибирскими региона ми России достаточно сложна. По мере расширения и углубления российского владычества на востоке управление данными регио нами развивалось в соответствии с целями и задачами растущей империи [Ключевский 2009;

Колонизация Сибири 1900;

Кауфман 1905;

Азиатская Россия 1914 и др.]. Вначале в XVI в. Сибирь как Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 238 С.-Х. Д. Сыртыпова новый край Русского государства управлялась Посольским при казом, с 1599 г. — приказом Казанского дворца, с 1637 г. — вновь учрежденным Сибирским приказом, ведавшим административ ными, военными, финансовыми, судебными и прочими вопроса ми всего населения Сибири. Изменения административного управления Сибири (1718, 1730, 1736, 1764, 1782–1783 гг.) не вносили ничего принципиально нового в управление ясачным на селением Сибири, сохранявшим свои традиционные структуры внутреннего управления. Царское правительство, не разрушая социальную организацию инородцев, стремилось опереться на нее, привлекая на свою сторону родоплеменную знать, через ко торую проводила свою политику [Миллер 2001;

Риттер 1879].

Значимой стала реформа М. М. Сперанского, в рамках которой в 1822 г. был принят «Устав об управлении инородцев», согласно которому утверждалось особое управление среди народностей Сибири вообще и у бурят и эвенков в частности. Уставом было учреждено 12 степных дум: 7 — у западных бурят, 5 — у восточ ных. У эвенков Восточного Забайкалья учреждалась Урульгин ская Степная дума и 6 инородных управ. Степная дума возглавля ла несколько родовых управ, те, в свою очередь, — родовые управления. Степная дума состояла из тайши (главного родона чальника), заседателей (зайсана и шуленги), голов инородных управ. Делопроизводство степных дум и документация велись на старомонгольской письменности. Степная дума являлась высшей административной единицей, подчинявшейся окружному правле нию. Вся территория, входившая в пределы думы, называлась ве домством. Система инородных управ как форма территориально го общественного управления, закрепившая право малых народов России на собственное административно-политическое хозяй ствование, отражала традиционную систему землепользования автохтонных народов [Базаров, Даржаев 2007: 17–32].

Административное деление носило прежде всего ландшафтно экономический характер и соответствовало районам родо-пле менного деления и пользования природными территориями:

пастбищами, лесостепями, водными ресурсами, охотничьими, пахотными и сенокосными угодьями. Любопытно, что данные Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... ландшафтно-экономические районы имели определенные ланд шафтно-культовые центры, каждый со своими внутренними ие рархическими соподчинениями. Например, культовым центром для всего Байкальского региона (вплоть до Даурских степей) яв лялся остров Ольхон на Байкале;

для Баргузинской долины куль товой доминантой был и остается Барагхан, локализованный на Бархан-уула (одной из вершин Баргузинского хребта), для регио на Восточных Саян и бассейна реки Селенги — Бурин-хан на вер шине Мунхэ-Сардык, для Агинского округа — Алаг-хан в культо вом горном комплексе Алханы Читинской области и т. д.3 Таким образом, существующие сегодня административно-территори альное деление и в некоторой степени сама структура управления имеют в своей основе природный потенциал кормящего ланд шафта и архаичную традицию культовых центров исторических насельников региона.

В 1851 г. была образована Забайкальская область с центром в городе Чите;

с этого времени и до ноября 1920 г. Бурятия входи ла в ее состав. Забайкальская область до 1882 г. подчинялась Главному управлению Восточной Сибири, а затем, в 1884 г., вме сте с Амурской и Приморской областями перешла во вновь образованное Приамурское генерал-губернаторство. В 1906 г.

произошло ее новое переподчинение — на этот раз Иркутско му генерал-губернаторству, выделившемуся из Приамурского.

В конце XIX — начале ХХ в. была проведена административная реформа, сначала у бурят Иркутской губернии (к 1890-м гг.), поз же — в Забайкальской области. Согласно этой реформе, степные думы и инородные управы заменялись органами волостного управления, установленными по русскому типу (положение «Об устройстве общественного управления и суда кочевых ино родцев Забайкальской области» 1901 г.). Вместо должностей тайши и шуленг введены волостные старшины и старосты. К кон цу 1903 г. в Забайкальской области на территории, заселенной бу рятами, появились следующие волости: Агинская, Аларская, Ба лаганская, Баргузинская, Верхоленская, Идинская, Кударинская, Подробно об этом см.: [Сыртыпова 2007].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 240 С.-Х. Д. Сыртыпова Кудинская, Ольхонская, Селенгинская, Тункинская, Урульгин ская, Хоринская. Волостная реформа у бурят Иркутской губернии проводилась с 1912 по 1916 г.

В 1901 г. этническая система управления была подведена под общероссийские стандарты волостного управления. Активно проводилась политика переселения русских крестьян в Сибирь, где они наделялись землями, извлекаемыми из пользования ско товодов. Для земледелия, естественно, отводились наиболее пло дородные территории речных долин и лесостепей. Низкая плот ность населения, а также сезонный по сути, нормированный характер использования пастбищ кочевниками позволили утвер диться мнению о незанятости и неиспользованности наиболее производительных земель Трансбайкалья.

Административное управление в советский и постсоветский период После Революции 1917 г. принципы этнического самоуправле ния начинают возрождаться. В октябре 1917 г., после принятия на Общебурятском съезде в г. Верхнеудинске «Статута о временных органах по управлению», бурятское население начинает отделять ся от русского (территориально, хозяйственно и административно) и объединяться в сомоны, хошуны, аймаки, которые были образо ваны в основном в пределах территории прежних ведомств (степ ных дум и инородных управ). Так, в Забайкальской области образо вались Агинский, Баргузинский (наряду с Баргузинским уездом), Хоринский и Селенгинский аймаки. В Иркутской губернии были образованы Ангарский (Ангаро-Муринский), Тункинский и Эхи рит-Булагатский аймаки. Из семи аймаков только два — Агинский и Баргузинский — имели сплошную территорию, остальные же владели землями, расположенными чересполосно с соседним рус ским населением. Аймаки имели одинаковые права с уездами.

После падения советской власти в Забайкалье (август 1918 г.) За байкальская область была разделена атаманом Семеновым на шесть районов, включавших Верхнеудинский, Баргузинский, Се ленгинский, Троицкосавский уезды. Аймаки сохранились в том же состоянии, как и до падения советской власти.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... В марте 1920 г. Прибайкалье было освобождено от интервен тов и белогвардейцев. В связи с провозглашением Дальневосточ ной Республики (ДВР) в апреле 1920 г. территория Бурятии была разделена на две части (граница между ними проходила по реке Селенге), которые входили соответственно в состав ДВР (к вос току от Селенги) и РСФСР (к западу от нее). Столица ДВР снача ла находилась в Верхнеудинске (ныне — Улан-Удэ), а в октябре 1920 г. была перенесена в Читу. 22 ноября 1920 г. правительство ДВР приняло постановление о выделении Прибайкальской обла сти, а в январе 1921 г. — Бурят-Монгольской области (БМАО ДВР), включавшей Агинский, Баргузинский, Хоринский и Чи койский аймаки. Область и аймаки, входившие в нее, сплошной территории и замкнутой границы не имели. Причина та же — чересполосное проживание русского и бурятского населения.

На территории Трансбайкалья, вошедшей в состав РСФСР, в апреле 1920 г. был образован Усть-Селенгинский (Селенгин ский) уезд, а 9 января 1922 г. — Бурят-Монгольская автономная область РСФСР (БМАО РСФСР), содержащая Аларский, Бохан ский, Селенгинский, Тункинский и Эхирит-Булагатский аймаки.

Аймаки состояли из хошунов и волостей, где соответственно про живали буряты и русские. Буряты составляли 70 % населения [Семина 1998: 131–137].

После окончания Гражданской войны, в ноябре 1922 г., ДВР была присоединена к РСФСР. 30 мая 1923 г. Постановлением Пре зидиума ВЦИК обе Бурят-Монголии — БМАО РСФСР и БМАО ДВР — были объединены в одну Бурят-Монгольскую Автономную Советскую Социалистическую Республику (БМАССР) с центром в г. Верхнеудинске. Положение о государственном устройстве БМАССР утверждено 12 сентября 1923 г. Площадь республики равнялась 397,5 тыс. км. Население составляло 435,5 тыс. чел., из них 243,4 тыс., или 55,8 %, — буряты, 192,1 тыс., или 44,2 %, — русские. Вне республики остались отдельные территории с бурят ским населением (ок. 25–30 тыс. чел.), составлявшим между тем десятую часть этноса [Санжиев 1998].

В ходе развернутой кампании по разоблачению врагов народа, националистов, панмонголистов, японских агентов были осу Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 242 С.-Х. Д. Сыртыпова ществлены новые административные изменения: Постановлени ем ЦИК СССР от 26 сентября 1937 г. территория Восточно-Си бирской области была разделена на Иркутскую и Читинскую области, при этом шесть бурятских аймаков из Бурят-Монголь ской Республики отошли ко вновь образованным областям. В со став Читинской области вошли 22 района с областным центром — городом Чита. Из состава БМАССР в Иркутскую область были переданы четыре бурятских аймака: Аларский, Боханский, Эхи рит-Булагатский и Ольхонский, первые три вошли в состав Усть Ордынского округа, а Ольхонский аймак остался за пределами округа. В Читинской области были образованы Агинский и Улан Ононский аймаки, сформировавшие Агинский национальный округ. Так возникли три автономных образования бурятского народа. Большая часть Улан-Ононского аймака была передана в подчинение Читинской области и впоследствии получила на звание «Ононский район». Вне национальной автономии оста лись также буряты Борзинского, Оловяннинского, Красночикой ского, Акшинского и других районов.

В начале 1990-х гг. по вопросу отторжения от Республики Бу рятия территорий Агинского, Усть-Ордынского округов, Ольхон ского, Ононского и других районов Верховный Совет РБ принял специальное постановление, в котором было признано «наруше ние суверенного права бурятского народа на самоопределение», выразившееся в изменении 8 июля 1938 г. статьи 14 Конституции БМАССР. Еще некоторое время осуществлялись попытки приме нить к коренному населению Бурятии закон РФ «О реабилитации репрессированных народов». Верховный Совет РБ 3 июня 1993 г.

выпустил постановление о реабилитации народов Республики Бурятия, в котором признавалось, что решения ЦВИК СССР 1937 г. о разделе республики были приняты без согласия народов республики и ее высшего органа власти, что вызвало ряд негатив ных последствий.

В ХХI в. Трансбайкалье подпадает под реформу укрупнения ре гионов. 16 апреля 2006 г. был проведен общественный референ дум, после которого Усть-Ордынский Бурятский автономный округ прекратил свое существование как самостоятельное государствен Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... но-территориальное образование и был объединен с Иркутской областью. 11 марта 2007 г. проведен аналогичный референдум по вопросу слияния Агинского Бурятского автономного округа с Чи тинской областью. Объявлено о создании особой экономической зоны на территориях, непосредственно примыкающих к Байкалу.

Прошло уже несколько лет, но, судя по заключению специалистов, социально-экономическая ситуация из депрессивной стала лишь депрессивно-стагнационной [Манзанова 2010].

Заключение. Трансграничность и транскультурность региона от разились на соседстве и взаимодействии разных систем управ ления — военно-кочевой демократии средневековой Монголии, китайско-маньчжурской административной системы и системы управления инородцами российской провинции. Три абсолютно разных подхода с разными центробежными силами и традициями землепользования применялись на этой территории в разное время, и каждый из них наложил свой отпечаток, различимый и в наше время. Монгольская десятичная структура с сильным центром ставкой и двумя лабильными крыльями основывалась на военной дисциплине и силе ханской харизмы. Административные единицы кочевой системы определялись прежде всего человеческими ресур сами, а уже затем территорией, которой они пользовались. Мань чжурская система управления стремилась к межеванию и дробле нию территорий с целью ослабления центра и постепенного его нивелирования для усиления своего влияния извне. Российское са модержавие использовало традиционные инородческие структуры, но также постепенно вытесняло их волостной системой общерос сийского администрирования с параллельной плановой миграцией населения с запада на восток. Глубинной же основой сохраняюще гося административного районирования территории региона по служила система традиционных культов автохтонного населения, центры которых в настоящее время стали называть сакральными территориями, святыми местами или местами силы.

Библиография Азиатская Россия 1914 — Азиатская Россия / Под ред. И. И. Тхор жевского. СПб., 1914. Т. 1–3.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 244 С.-Х. Д. Сыртыпова Базаров, Даржаев 2007 — Базаров Б. В., Даржаев С. Ю. Бурятские степные думы // Якутская степная дума — первый опыт областного самоуправления: Материалы науч.-практ. конф. Якутск, 2007.

Вернадский 1997 — Вернадский Г. В. Монголы и Русь. Минск, 1997.

Гонгор 1978 — Гонгор Д. Халх товчоон (= Краткая история Халхи).

Улаанбаатар, 1978. Б. 1.

Жамбалова 1991 — Жамбалова С. Г. Традиционная охота бурят. Но восибирск, 1991.

История народов 1986 — История народов Восточной и Централь ной Азии с древнейших времен до наших дней. М., 1986.

Кауфман 1905 — Кауфман А. А. Переселение и колонизация. СПб., 1905.

Ключевский 2009 — Ключевский В. О. Курс русской истории: Пол ное издание в одном томе. М., 2009.

Кореняко 2002 — Кореняко В. А. Искусство народов Центральной Азии и звериный стиль. М., 2002.

Колонизация Сибири 1900 — Колонизация Сибири в связи с общим переселенческим вопросом. СПб., 1900.

Манзанова 2010 — Манзанова Г. В. Социально-культурная транс формация аграрных сообществ в Бурятии: Доклад на Всерос. науч.

конф. «Владимирцовские чтения–VI». Москва, ИВ РАН, 11 октября 2010 г.

Миллер 2001 — Миллер Г. Ф. История Сибири. 2-е изд., доп. М., 2001. Т. 1.

Равдан 2004а — Равдан Э. Монгол газар нутгийн нэрийн зйлчилсэн толь (Манж, Богд хаант Монгол улсын е) (= Толковый словарь монголь ской топонимики [Маньчжурская эпоха, период монархии Богдо-гэгэ на]). Улаанбаатар, 2004.

Равдан 2004б — Равдан Э. Монгол газар нутгийн нэрийн хэлбэр утгазуйн судалгаа (= Морфосемантическое исследование монгольской топонимики). Улаанбаатар, 2004.

Риттер 1879 — Риттер К. Землеведение Азии. СПб., 1879. Вып. 1.

Рязановский 1931 — Рязановский В. А. Монгольское право (преиму щественно обычное): Исторический очерк. Харбин, 1931.

Рязановский 1933 — Рязановский В. А. Великая Яса Чингисхана.

Харбин, 1933.

Санжиев 1998 — Санжиев Г. Л. Справка об истории образования Бурят-Монгольскй АССР и ее разделении на три части // Путеводитель по дореволюционным фондам Национального архива Республики Буря тия. Улан-Удэ, 1998. С. 20–25.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Административное управление Байкальского региона... Семина 1998 — Семина Г. М. Справка об административно-террито риальном делении Бурятии (XVI в. — 1923 г.) // Путеводитель по до революционным фондам Национального архива Республики Бурятия.

Улан-Удэ, 1998. С. 131–137.

Сыртыпова 2005 — Сыртыпова С.-Х. Д. Памятники кочевого мира Трансбайкалья // Восток. 2005. № 5. С. 7–17.

Сыртыпова 2007 — Сыртыпова С.-Х. Д. Святыни кочевников Транс байкалья (Традиционные культовые объекты как памятники истории и культуры). Улан-Удэ, 2007.

Трепавлов 1993 — Трепавлов В. В. Государственный строй Монголь ской империи XIII в. (проблема исторической преемственности). М., 1993.

Энциклопедия Забайкалья 2002 — Энциклопедия Забайкалья. Чита, 2002. Т. 1.

Futaki, Kamimura 2006 — Landscapes reected in old Mongolian Maps / Ed. By Futaki H. & Kamimura A. Tokyo, 2006.

Haltod 1966 — Haltod M. Mongolische Orstnamen, aus mongolischen Manuskriptkarten zusammengestellt. Wiesbaden, 1966. T. 1. (Verzeichnis der Orientalischen Handschriften in Deutschland;

Bd. 5:1).

Haltod 1978 — Haltod M. Mongolische Orstnamen, aus mongolischen Manuskriptkarten zusammengestellt. Wiesbaden, 1978. T. 2: Mongolischen Manuscriptkarten in Faksimilia. (Verzeichnis der Orientalischen Hand schriften in Deutschland;

Bd. 5:2).

Heissig 1961 — Heissig W. Mongolische Handschriften, Blockdrucke, Landkarten. Wiesbaden, 1961. (Verzeichnis der Orientalischen Handschriften in Deutschland;

Bd. 1).

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Е. Л. Тихонова ОТРАЖЕНИЕ ЭТНОКУЛЬТУРНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РУССКИХ И БУРЯТ В ФОЛЬКЛОРЕ СТАРООБРЯДЦЕВ ЗАПАДНОГО ЗАБАЙКАЛЬЯ В фольклорной повествовательной культуре старообрядцев Забайкалья (семейских) бытуют предания о прежних этнокуль турных контактах семейских и коренного населения Забайка лья — бурят, а также устные рассказы о бытовых взаимоотноше ниях семейских и бурят в недалеком прошлом и на современном этапе.


Повествовательные жанры, отражающие хозяйственно бытовые и культурные контакты соседствующих народов, и се годня довольно активно функционируют в устной культуре семейских, о чем свидетельствуют экспедиционные материалы, собранные в старообрядческих селах в разные годы и хранящие ся в Центре восточных рукописей и ксилографов Института мон головедения, буддологии и тибетологии СО РАН (ЦВРК ИМБТ СО РАН), а также экспедиции последних лет в семейские села Тарбагатайского, Мухоршибирского, Бичурского, Хоринского, Кижингинского районов Республики Бурятия (РБ).

Локальный репертуар преданий и устных рассказов старооб рядцев Забайкалья формировался под воздействием конкретно исторических обстоятельств, включавших и переселенческий фактор. Хорошо известно, что переселение старообрядцев в За байкалье было вынужденным: старообрядцы бежали в Сибирь, избегая преследований и притеснений, осуществлявшихся вла стью и официальной церковью с самого начала раскола, или же переселялись насильственно. В любом случае старообрядцы, основывая свои поселения или подселяясь к старожилам-новооб Работа выполнена в рамках проекта РГНФ № 08-04-00357а.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Отражение этнокультурного взаимодействия русских и бурят... рядцам, становились соседями аборигенного населения — бурят.

«Гонимые властями старообрядцы становились невольными на сельниками новых земель, — пишет Ф. Ф. Болонев. — Их хозяй ственная деятельность на этих землях требовала выхода на ры нок, что приводило к завязыванию связей с аборигенами края, к взаимовлиянию различных культур. Такое взаимное влияние наблюдалось почти везде, где поселились старообрядцы (на Укра ине и в Прибалтике, в Белоруссии и Польше, на Урале, в Запад ной Сибири, на Алтае, в Забайкалье и на Дальнем Востоке)»

[Болонев 1994: 5]. Данное утверждение в какой-то степени опро вергает устоявшееся в обществе мнение о некоммуникабель ности, замкнутости, этнической и конфессиональной корпора тивности старообрядцев в целом и семейских в частности.

Опровергают это мнение и рассказы самих старообрядцев Забай калья об их взаимоотношениях с бурятами.

В фольклоре старообрядцев, отражающем этнокультурные взаимоотношения семейских с коренным населением, устойчи вым является мотив дружбы семейских и бурят. Нам не раз при ходилось записывать тексты, в которых рассказывается о том, что у многих семейских были свои «семейные» друзья-буряты, то есть буряты, которые приезжали в гости к одной конкретной се мье и в другие семьи никогда не заходили. Как правило, это были буряты, с которыми данная семья имела различные хозяйствен ные отношения (аренда земли, выпас скота, продажа зерна, по купка шерсти):

Буряты ездили, заезжали. И к нам заезжали друзья-буряты.

К примеру, познакомились … Раньше был скот. Угоняли туда, Тугнуй называется, скота, который лишний, не доится дома, туда угоняли. Вроде бы там трава полезней, наедаются. Осенью потом пригоняют. Там полезная трава2.

Взаимовыгодные хозяйственные отношения способствовали укреплению дружественных (и даже дружеских) связей семей ских и бурят:

Зап. от М. Ф. Хромых, 1919 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 248 Е. Л. Тихонова — Дружно жили с бурятами? (Соб.) — Ну, конечно, дружно. А че ж, сеяли на Тугнуе. Они к нам езди ли, мы их чаем поили. Ночевали у нас ешшо. Раньше буряты на Тугнуе были, Бадашка был и Шапташка. Шапташка — батька … К нам ездили Бадашка и Шапташка3.

Из диалога видно, что «Бадашка и Шапташка» (русские вер сии бурятских имен) целенаправленно ехали в дом информанта, зная, что в гостеприимстве им там не откажут: и накормят, и пере ночевать пустят. В приведенном диалоге в сжатом виде присут ствует информация о том, что семья информанта арендовала зем лю и сеяла хлеб на Тугнуе, в Тугнуйской степи, где хозяевами земель были буряты.

(А как раньше буряты с семейскими жили? — Соб.). Мама моя рассказывала, оне с бурятами дружили. У них землю арендовали.

(Семейские у бурят? — Соб.). Да. Вот мама рассказывает, что ее сосед арендовал у них там землю. Потом, наверное, они, гово рит, отрабатывали, и семена давали. В общем, вот так вот.

И вот когда Пасха была, вот мама рассказывала, оне в своих красивых халатах, шапочки с кисточками, говорит, приезжали к нам. Такие красивые, говорит … На Пасху. Праздник когда был.

Вот всё, говорит, сделаем. Они на Пасху приезжают4.

Старообрядцы, известные своими религиозными устоями, оказались в сложной ситуации: с одной стороны, необходимо было соблюдать запрет на общение с иноверными, с другой — не менее важным было поддерживать добрососедские отношения с бурятами.

(Угощали бурят обязательно? — Соб.). Обязательно. Особенно … оне же не понимали, что когда пост, скоромное оне ели, буряты. Приедуть: «Ну и когда это у вас праздник “Ешь — не хочу?”» Так оне называли. Мясоед когда произойдеть, после мя соеда — пост. А напякуть, нажарят, наготовят! Останется — больше тебе уже никто не даст, хоть куда. В это время буряты Зап. от А. Е. Болоневой, 1918 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от И. В. Голендухиной, 1934 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Отражение этнокультурного взаимодействия русских и бурят... приезжають. А оне чё, оне приезжають не то что … вы не подумайте, не глупо. Оне наш скот пасли, да. У их свободны ме ста ведь, свободны поля. У их, у бурят, степи большие. Наши предки угоняли … Богатые были и бедные. Побогаче оне, и бедные — всякие скот држать. А где? Нанимали бурят. Там же договорятся. А он потом приезжает сюда, раз он пасеть наш скот, приезжаеть: «Когда ваш праздник “Ешь — не хочу?”»

После Масленки. Вот оне тут потом ему и накладають — у-у-у!

Вот такое дело. Ему накладають, и он уезжаеть5.

О том, что семейские перед началом Великого поста раздавали оставшуюся после Масленицы скоромную пищу бурятам, свиде тельствуют и этнографы: «Заговены устраивали перед началом каждого поста. Еда на них была самой обильной: мясная, молоч ная и рыбная, много было и разной стряпни... В старину остав шуюся от заговен и масленицы пищу разносили и раздавали бед някам и приезжающим из соседних улусов бурятам» [Болонев 1978: 122]. Современные старообрядцы в своих рассказах конста тируют, что процесс контактирования в хозяйственной сфере между семейскими и бурятами был взаимовыгодным. Интересна и ремарка информанта по поводу приезда бурят в семейское село после окончания Масленицы (за скоромной пищей): «А оне чё, оне приезжають не то что … вы не подумайте, не глупо...

раз он пасеть наш скот — приезжаеть». То есть взаимная выгода налицо: буряты пасут скот семейских, а семейские в числе другой платы отдают бурятам оставшуюся после Масленицы скоромную пищу.

В неразрывной связи с мотивом дружбы, обязательного уго щения бурят, если они заходили в дом к семейским, выступает в рассказах современных старообрядцев мотив запрета на прием пищи за одним столом / на пользование одной посудой с иновер цами. Этот мотив является отражением религиозных убеждений и бытовых реалий прежних старообрядцев. По их верованиям, садиться за один стол / есть из одной посуды с некрещеным чело веком считалось большим грехом:

Зап. от Г. Л. Семенова, 1927 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагтайского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 250 Е. Л. Тихонова Родители с бурятами дружили. Потому что тут, бывало, пастбище, на зиму скот отдавали обязательно Тугную (в Туг нуйскую степь на выпас бурятам. — Е. Т.). Но была посуда от дельная для бурят. Отдельно … бывало, за стол не садили.

Бурят же не крашшёный. Это потом уж иркутские стали креститься6.

(А если бурят заходил в избу к семейским, как его встречали?

… За один стол усаживали с собой? — Соб.). Нет, нет, не са жали. Лавку, стул. Здесь стол, здесь мы же сидим, а здесь ему.

Дают тарелку или чашечку, красива чашечка, чай наливали или суп нальють ему. Больше чай в чашечку. А теперь всё заодно.

(Потом эту посуду хранили? — Соб.). Хранили. Так она и храни лась, так и называлась “бурятская чашечка”. (А сами из этой посуды не ели? — Соб.). Не. Грех. … Потому что он не кря щеный, вот. Грех. Щас все … Раньше вообще было грех. По этому шшитали, что это грех7.

Все рассказы старообрядцев, содержащие в своей структуре мотив запрета на прием пищи за одним столом / на пользование одной посудой с иноверцами, однотипны: пищу буряты принима ют не за общим столом, а на стуле/лавке/табуретке;

в каждой ста рообрядческой семье для них имеется специальная посуда — кружка/чашка/миска;

буряты на это не обижаются, так как понимают, что за этим стоят религиозные убеждения семейских, а не личностное отношение.

Во многих рассказах, записанных от современных старооб рядцев и содержащих мотивы дружбы с бурятами и обязательно го угощения, присутствуют и мотивы, характеризующие хозяй ственные взаимоотношения семейских и бурят: семейские арендуют у бурят землю, буряты пасут скот семейских, семей ские рассчитываются с бурятами хлебом. Мотивы, связанные с хлебом, особенно устойчивы в рассказах старообрядцев. Это объясняется тем, что для земледельца хлеб является непреходя щей ценностью, и тот факт, что кто-то может обходиться без него Зап. от Е. И. Родионовой, 1926 г. р., в с. Куйтун Тарбагатайского р-на РБ в 2002 г.


Зап. от Л. А. Сластина, 1912 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Отражение этнокультурного взаимодействия русских и бурят... (в данном случае — скотоводы-кочевники), поражал воображе ние и входил в устную традицию.

В рассказах, содержащих мотивы, так или иначе связанные с хлебом, современные старообрядцы указывают на то, что буря ты либо вообще не занимались земледелием и, следовательно, не употребляли в пищу хлеб, либо занимались земледелием в незна чительных объемах, так как их основным занятием было ското водство.

Буряты — скотоводы, а семейские вроде земледельцы. Буряты давали кой-кому и землю, там, сеять, садить8.

У их же (у бурят. — Е. Т.) ни печеного, ничо … Чтобы что-то спечь или что-то такое, у них же не было понятия так. Оне только мясо такое и варили9.

Однако этнографы свидетельствуют следующее: «Встретив шись с бурятскими племенами, русские обнаружили у них наряду со скотоводством и земледелие... Потребность в хлебе, хотя и в минимальных количествах, имеется у всех кочевников, и она частично удовлетворяется за счет их собственного производства»

[Бураева 2005: 33]. Поэтому не случайно в рассказах семейских появляется мотив «буряты занимаются земледелием»: «Оне (бу ряты. — Е. Т.) мало сеяли хлеба... Буряты почти землю не пахали»10. Выражения информанта «мало сеяли», «почти не паха ли» показывают, что семейским было известно о том, что раньше буряты пусть и в незначительных объемах, но занимались земле делием, выпекали мучные изделия.

Но, как сообщает О. В. Бураева, «конкурировать с русскими, применявшими плуг и другие сельскохозяйственные орудия, при митивное бурятское хлебопашество не могло. Хлеб стало выгод нее выменивать у русских, чем производить самим» [Там же: 33].

В рассказах современных старообрядцев Забайкалья выделяются Зап. от С. П. Сучкова, 1934 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от Г. Л. Семенова, 1927 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от М. Ф. Хромых, 1919 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 252 Е. Л. Тихонова мотивы, подтверждающие это положение: 1) семейские распла чиваются с бурятами хлебом/зерном за аренду земли или выпас скота;

2) семейские выменивают у бурят хлеб на шерсть.

1. С бурятами все равно дружили. Если у меня не хватало пашни под посев, ехали к бурятам. А к бурятам езжай, у их там в аренду землю ету брали, сеяли. Солома имя остается, а зярно — по дого вору. Сколь имя дадут, а это себе забирают. Это было11.

(Скот семейских пасли буряты? — Соб.). Буряты. Там живут, Тугнуй назывался. (А рассчитывались с бурятами как? — Соб.).

Ну рассчитывались, чо. Оне мало сеяли хлеба. Хлебом рассчиты вались. Буряты почти землю не пахали. А крестьяне землю паха ли и ляпешки им давали12.

2. Я помню, бабушка Власиха по-бурятски хорошо говорила. На пякет хлеб, булок, сложит в сумку, на коня наперевес сядет, на коня верхом, и, говорит, шерсть менять. Но и меняет. Наменяет шерсть, привезет оттуда. Потники катали... Чулки вязали13.

Вот шерстовать ездили, бабушка рассказывала. Это, то есть, шерсть меняли на хлеб. Напекут хлеб, булки и едут … Овец держали мало, мы же в лесу живем, и поэтому ездили к бурятам шерстовали. Они по-русски, говорит, ничего не понимали. Жен щины, девки, мы, говорит, по ляжкам им покажем, что нам надо шерсть. Вот хлеб меняли они14.

Если говорить об отраженных в рассказах старообрядцев хо зяйственных связях между семейскими и бурятами, то нельзя не отметить присутствующий в одном из текстов мотив «семейские покупают у бурят мясо, шерсть», то есть речь идет не о товарооб мене, а о товарно-денежных отношениях:

Поедет за бараном … (отец Ваш? — Соб.). Ага, купить бара нов, купить. Там сильно баран же не держали. Он скажеть:

«Надо мяса купить бараньего, поись. Такой уж надоел мясо (го Зап. от П. Т. Лобозерова, 1925 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от М. Ф. Хромых, 1919 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от М. Н. Ивановой, 1924 г. р., в с. Хасурта Хоринского района РБ в 2001 г.

Зап. от В. Ф. Иванова, 1966 г. р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Отражение этнокультурного взаимодействия русских и бурят... вяжье или свиное. — Е. Т.)». Вот. И шерсть поедет кпить.

Шерсть … Куля два привязеть шерсти, вот бабушка пря деть15.

Однако, как известно, между семейскими и бурятами издавна су ществовали не только хозяйственные, но и родственные связи. Ме жэтнические браки представляют собой одну из показательных сто рон межэтнических контактов. Уникальным в данном отношении является с. Хасурта Хоринского района Республики Бурятия. До сих пор население села делится по конфессиональному признаку на се мейских и карымов: в верхней части села проживают семейские, в нижней — карымы. Карымы — это потомки смешанных браков между русскими и бурятами, их и сегодня в селе называют инород цами. Приведем свидетельство жителя села Хасурта В. Ф. Иванова:

Наше село разделялось на инородцев и христиан. Христиане при надлежали к волостным крестьянам, служили в царской армии, были государственными крестьянами. Инородцы придержива лись Указа царя Петра, не служили в армии. Поэтому в Первую мировую войну десять человек из нашего села с фамилией Ивано вы, Казазаевы, Абрамовы погибли за веру, царя и Отечество16.

То есть инородцы (выходцы из бурят) в армию не призыва лись, в то время как мужчины-старообрядцы служили в царской армии и воевали.

По свидетельствам информантов, жители села Хасурта с фа милиями Ивановы, Казазаевы, Абрамовы, Серпионовы — это «чистокровные» семейские, а носители фамилий Мартыновы, Бурдуковские, Вахрушевы являются выходцами из бурят:

Здесь фамилии Казазаевы, Ивановы, Серпионовы. А эти Марты новы, Бурдуковские — это все из бурят. (Как это получилось? — Соб.). Ну как. Буряты были, крестились, в русску веру переходили, и все. Вот здесь буряты жили, на горе... А породнились вот так. Бурдуковские — это буряты. Мартыновские — буряты. Вах рушевски — буряты. Но Вахрушевски-то, они карымы, они назы Зап. от Е. К. Хромых, 1919 г. р., в с. Б. Куналей Тарбагатайского района РБ в 2001 г.

Зап. от В. Ф. Иванова, 1966 г. р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 254 Е. Л. Тихонова ваются несемейские … Но они буряты, четвертое поколение, пятое-четвертое, они черные, так похожи17.

Подтверждение данному факту находим в этнографических работах. В статье, опубликованной в Интернете, Ф. Ф. Болонев на основании архивных данных свидетельствует: «В числе “совра щенных в раскол” оказались семейства ясашных Ивана Мартыно ва, Семена Западворова и Павла Бурдуковского из дер. Хасуртай (современная Хасурта. — Е. Т.). У Мартынова отец из бурят Хо ринского ведомства, Семен Западворов из бурят Батанайского рода, крещен около 1812 г. на 22 году от рождения. Павел Бурду ковский из бурятов, на 10-м году был крещен при воспитателе Миките Бурдуковском, женатом на раскольнице» [Болонев б. г.].

Рассказы семейских также свидетельствуют о том, что, заклю чая браки с бурятами, семейские старались обратить бурят в свою древлеправославную веру:

Мы с бурят перекрещенные. (Кто? — Соб.). Мы, Бурдуковские, все с бурят перекрещенные. (А как так получилось? — Соб.). А не знаю.

Давно уж. Бабушка моя рассказывала. У дедушки у моёго прадедка был бурят. Перекрестился. Семейску веру принял, и стали жить18.

— Семейским за карыма замуж девку грех было (Н. К. Вахрушев).

— Но переводили потом в сямейскую веру. Это было. Дедушка Михайла был ведь бурят, дедушкин отец-то. Бурят крешшёный был. А Казазаева была семейская, а потом перевяли в свою веру, в семейскую веру (М. Н. Иванова).

— Его, дедушку этого, Михайла, дедушку, перевели в семейску … в семейску веру перевели. Он давай это, по-семейски мо литься, в церкву ходить молиться давай он. Так вот. Перевели его (Н. К. Вахрушев)19.

Хозяйственно-бытовые контакты и межэтнические браки спо собствовали тому, что раньше многие старообрядцы хорошо зна ли бурятский язык:

Зап. от А. И. Вахрушева, 1918 г. р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от М. Ф. Ивановой, 1931 г. р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Зап. от Н. К. Вахрушева, 1923 г.р. и его супруги М. Н. Ивановой, 1924 г. р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Отражение этнокультурного взаимодействия русских и бурят... Бабушка Власиха по-бурятски хорошо говорила (М. Н. Иванова).

— А Вы по-бурятски не говорите? (Соб.) — Не-е-е. Не научилися. Вот малость… (Н. К. Вахрушев).

— Отец-то мой как бурят разговаривал. Очень хорошо (М. Н. Иванова).

— Говорили старые люди по-бурятски, ага. Но вот она (мать жены, М. Н. Ивановой. — Е. Т.) приедеть, оне по-бурятски гово рять, говорять. Она слушает. А потом, э-э-й, по-бурятски на чинает им говорить. А оне — ой-ё-ё-ё-ёй, ты почто нам сразу не сказала, что ты бурятский знаешь язык! Оне сразу трёхались.

А потом едет, оне знают, что она уже по-бурятски знает (Н. К. Вахрушев)20.

Двуязычие как семейских, так и бурят способствовало упроче нию межэтнических взаимоотношений между двумя народами, приводило к более тесному взаимодействию в области матери альной и духовной культуры.

Таким образом, этнокультурные отношения, существовавшие между семейскими и бурятами в далеком и недалеком прошлом, нашли свое отражение в устной исторической прозе современ ных старообрядцев Забайкалья. В фольклорную традицию вошли стереотипизированные тексты, содержащие и транслирующие во времени этнически важную информацию.

Библиография Болонев 1978 — Болонев Ф. Ф. Народный календарь семейских За байкалья (вторая половина XIX — начало XX в.). Новосибирск, 1978.

Болонев 1994 — Болонев Ф. Ф. Старообрядцы Забайкалья в XVIII– XX вв. Новосибирск, 1994.

Болонев б. г. — Болонев Ф. Ф. Русско-бурятские этнокультурные контакты и взаимовлияния в Западном Забайкалье в XIX — начале XX века. [Электронный ресурс]. URL: http://www.sati.archaeology.nsc.ru [в рубрике «Публикация»].

Бураева 2005 — Бураева О. В. Этнокультурное взаимодействие наро дов Байкальского региона в XVII — начале XX в. Улан-Удэ, 2005.

Зап. от Н. К. Вахрушева, 1923 г.р., и его супруги М. Н. Ивановой, 1924 г.р., в с. Хасурта Хоринского р-на РБ в 2001 г.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН М. Г. Тэмина ИЗУЧЕНИЕ НИВХОВ В ДОРЕВОЛЮЦИОННЫЙ ПЕРИОД Нивхи являются одним из коренных малочисленных народов Дальнего Востока России. Общая численность народа, по дан ным переписи 2002 г., составляет 5126 чел. [Коренные народы 2005: 4]. Территория проживания нивхов — низовья Амура и остров Сахалин. В соответствии с этим нивхский язык имеет два диалекта: амурский и сахалинский. До недавнего времени нивхский язык условно входил в группу палеоазиатских языков, фактически не имея с ними ничего общего. В последние десяти летия этот язык стали включать в группу изолированных языков.

В имеющейся научной литературе известно два названия этого народа — гиляки и нивхи. Происхождение первого названия ис следователи объясняли по-разному. Сами же нивхи называют себя нивх, что означает ‘человек’. По мнению Л. Я. Штернберга, который дал лингвистическое объяснение этого эндоэтнонима, самоназвание нивхов можно определить как ‘здешний’ [Штерн берг 1900: 17]. Полученный результат подтверждает мнение североведов: М. Г. Левина, Ч. М. Таксами, А. М. Золотарева, А. П. Окладникова и др., которые придерживались автохтонной теории и считали нивхов древнейшими обитателями региона [Таксами 2007: 12]. Однако на сегодняшний день вопросы проис хождения нивхского народа и изолированность языка являются одними из самых дискуссионных.

В российской истории первые сведения о нивхах стали извест ны от участников похода И. Ю. Москвитина в 1640 г. Более под робные сведения о территории проживания нивхов появились в 1649 г. от В. Д. Пояркова и его казаков. Участники экспедиции И. А. Нагибы оказались первыми на землях нивхов, которые встретили их не очень дружелюбно [Полевой, Таксами 1975: 7].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Изучение нивхов в дореволюционный период Однако это были самые общие наблюдения случайного характе ра. Позднее в трудах Н. М. Пржевальского, К. И. Максимовича, М. И. Венюкова, И. П. Надарова, В. М. Маргаритова, Н. М. Бель ковича, С. Ф. Понятковского, П. П. Шимкевича и других исследо вателей также появляются общие сведения по истории и культуре аборигенов Приамурья и Приморья [Скоринов 2004: 10].

Из сведений землепроходцев стало известно, что нивхи «ясаку не платят», то есть не находились в подчинении у маньчжуров и китайцев. Поэтому в 1644 г. перед участниками похода В. Д. По яркова стояла задача добраться до «земли гиляков», чтобы присое динить ее к России и подчинить проживавший там народ. Подчи нение нивхов вызвало их сопротивление, так как происходило путем физического насилия — взятия аманатов (заложников). По ярковцы, казаки под предводительством С. В. Полякова и Е. П. Ха барова, собирали ясак с нивхов в виде собольих и лисьих шкур, при этом сборы часто сопровождались военными конфликтами [Полевой, Таксами 1975: 7].

До середины XVIII в. нивхи продолжали сохранять свою неза висимость, в отличие от соседних народов — нанайцев, тунгусов, удэгейцев и др. — и не платили ясак ни русским, ни маньчжур ским властям [Там же: 7].

В то же время А. В. Трехсвятский в своих исследованиях при водит сведения из китайских хроник «Тун дянь» (766–801 гг.) и «Синь Тан шу» (завершена в 1060 г.), на основании которых приходит к выводу, что в них речь идет «о народе, населявшем Сахалин, но не об айнах, а о палеонивхах». Анализируя китай ские источники, автор приходит к выводу, что «наряду с народа ми Нижнего Амура народы Сахалина или их часть до середины XV в. находились в вассальной зависимости от Минской импе рии». Он приводит сведения о том, как в 1690 г. цинские чиновни ки впервые появились в низовьях Амура и приняли дань от пред ставителей «фэйяка» (нивхов), «куе» (айнов), а также «орочен»

(эвенков). Согласно выводам А. В. Трехсвятского, «на протяже нии XVIII в. народы Нижнего Приамурья и Сахалина были вклю чены в цинскую систему “номинального вассалитета”. В основе системы дани–отдаривания было подношение в качестве дани Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН 258 М. Г. Тэмина ценных мехов (в основном соболей), взамен данники получали в качестве “улиня” камку, парчу, другие ткани и одежду. Значи тельная часть “улиня” затем поступала на региональный и меж региональный рынок» [Трехсвятский 2003: 13].

Таким образом, мы видим, что исторические сведения относи тельно подчиненного положения нивхов по отношению к властям России и маньчжурского Китая являются противоречивыми. Од нако неопровержимым остается тот факт, что если бы нивхи и другие коренные народы не страдали от бесчинства иностран ных китобоев и маньчжурских купцов, то они не обратились бы за помощью к участникам экспедиции под руководством Г. И. Не вельского.

В 1849 г., убедившись в гуманном отношении к ним русских моряков благодаря мирной деятельности Г. И. Невельского, нив хи решили обратиться к нему с просьбой о защите от нападений иностранцев. Для выполнения этой почетной миссии были по сланы уважаемые нивхи — Позвейн и Паткен. О судьбе послед него почти ничего неизвестно. Наибольший интерес у исследова телей вызывает личность Позвейна. Он стал известен тем, что был первым проводником у капитана Г. И. Невельского, акаде мика Л. И. Шренка, ботаника К. И. Максимовича, мореплавателя Н. К. Бошняка, сотрудничал с губернатором Приморской области П. В. Казакевичем. В результате контактов Позвейна с этими ис следователями между ними установились дружеские деловые отношения. Необходимо также отметить, что за такое сотрудни чество и участие в Общероссийской сельскохозяйственной и про мышленной выставке в 1860 г. в Санкт-Петербурге Позвейн пер вым и единственным из инородцев был удостоен четырех государственных наград Российской империи [Юзефов 2001: 20].

Начало научного исследования аборигенов Приамурья было положено Л. И. Шренком — участником экспедиции Император ской Академии наук. Его исследования охватывали различные об ласти наук. В рамках данной статьи нас интересуют взаимоотно шения и взаимодействие Л. И. Шренка с представителями местного населения — нивхами. В своем монографическом исследовании он писал о нивхах материка: «Ко мне они (нивхи) Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_03/978-5-88431-227-2/ © МАЭ РАН Изучение нивхов в дореволюционный период обращались, когда в торговых сделках своих с нашими казаками и матросами считали себя обиженными: мне они жаловались в своих бедах — будь у них украдена собака, разграблена кладо вая с юколою или расхищена могила;

от меня они не скрывали своих опасений на счет того, что будет с ними впредь ввиду при бывающего числа русских и их поселений» [Шренк 1883: 14]. На основе приведенных фактов можно сделать вывод о том, что нив хи безгранично доверяли ученому, между ними сложились очень дружеские отношения, которые дали исследователю возможность изучать культуру, язык и этнографию нивхов. Экспедиция не только проводила исследования среди амурских нивхов, но и со вершала путешествия на остров Сахалин, где изучала культуру и быт коренного населения. Именно Л. И. Шренк первым обратил внимание на то, что островные нивхи отличаются от материко вых прежде всего своим языком, обычаями, характером. Заслугой академика является и то, что он выделил нивхский язык среди языков народов Приамурья и определил его в группу «палео азиатских» языков.

Результаты работы экспедиции Л. И. Шренк отразил в своем капитальном труде «Об инородцах Амурского края», состоящем из трех томов. В нем автор подчеркивал, что при написании мо нографии он «предпочел придерживаться здесь не монографиче ского, а сравнительного метода и рассматривать относящиеся сюда разнообразные народности не по одиночке, а параллельно друг другу, причем постоянною исходною точкой служили … гиляки» [Шренк 1883: 14]. При этом ученый не раз упоминал в своей монографии нивха по имени Юдин из стойбища Тебах.

Так, благодаря ему Л. И Шренк довольно подробно описал такое значительное событие в жизни нивхов, как Медвежий праздник.



Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.