авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 22 |

«THE 3 3 S T R A T E G I E S O F ROBERT GREENE A J O O S T ELFFERS P R O D U C T I O N Роберт ГРИН РИПОЛ КЛАССИК Москва • 2007 ...»

-- [ Страница 19 ] --

Снодграсс, которого он травил, 4. В январе 1988 года сенатор от Канзаса Роберт Доул, дол­ выступал в том жно быть, предчувствовал верную победу в предвыборной сезоне, как никогда, президентской гонке. Его основным соперником среди рес­ слабо. По мнению публиканцев был Джордж Буш, занимавший пост вице-пре­ Мэтьюсона, он не зидента в администрации Рональда Рейгана. В Айове на за­ был запуган, а стал крытом собрании членов Республиканской партии (где про­ жертвой ходило выдвижение кандидатов на предстоящие выборы) — продуманного первом испытании в предварительных выборах — Буш вы­ поведения игрока, ступил не слишком удачно и занял лишь тусклое третье место. искусного не только Его опередили Доул и телевизионный проповедник Пэт Ро¬ в бейсболе, но и в бертсон. Агрессивный стиль, в котором повел кампанию психологии. «Бендер Доул, привлек к нему всеобщее внимание — у него явно были нашел способ все задатки лидера. заставить Однако было нечто, что омрачило для Доула его блестя­ Снодграсса думать о щую победу в Айове. Ли Этвотер, тридцатишестилетний по­ чем угодно, только мощник Буша, распространил в средствах массовой ин­ не об игре, — говорил формации историю, ставившую под сомнение неподкупность Мэтьюсон.

супруги сенатора, Элизабет Доул, которая ранее также была Роджер Кан государственной служащей. Сенатор занимал выборную «Игра головой», должность свыше тридцати лет, за это время он привык ко Молчание. всякого рода нападкам. Однако атаки на его жену, как ему Самый казалось, выходили за всяческие рамки. Доул обладал чрез­ неприятный для вычайно вспыльчивым нравом, и его помощникам стоило обеих сторон немалых усилий скрывать это обстоятельство. Когда же под­ способ отвечатьнялась шумиха в прессе, он не сдержался перед журна­ на полемику — листами, и это дало Этвотеру повод заметить: «Он может все это затосковать отрицать, но все же нет дыма без огня — если все неправда, и погрузиться в с чего бы ему так выходить из себя?» Вслед за этим Этвотер молчание: ибо прислал Доулу письмо на десяти страницах, в котором пере­ нападающий, как числил все случаи, когда сенатор в ходе кампании терял само­ правило, обладание и выходил из себя. Это письмо тоже стало достоя­ истолковывает нием прессы. Доул был вне себя, и дело даже не в выборах.

молчание как знак Он одержал в Айове убедительную победу, однако не мог неуважения к себе.спокойно наблюдать, как пачкают грязью имя его жены. Он Фридрих Ницше просто обязан разобраться с людьми этого Буша, он сведет с ними счеты, особенно с Этвотером!

(1844-1900) Следующим этапом кампании были предварительные вы­ боры в Нью-Гемпшире. Одержав в них победу, Доул значи­ тельно укрепил бы свои шансы, — а он прочно лидировал во всех опросах. Однако на сей раз Буш взялся за дело актив­ нее, гонка набирала обороты. В выходные накануне голосо­ вания люди Буша прокрутили ролик, в котором Доул пред­ стал как двуличный политик, который отстаивает в сенате не то, во что искренне верит, а то, что ему в данный момент вы­ годно. Ролик был снят с юмором, обманчиво забавный, но в то же время ядовитый — ясно было, что это дело рук Этвоте¬ ра. И время для его выхода рассчитано было идеально — у Доула не оставалось времени ответить или хоть как-то отре­ агировать на едкий выпад. Благодаря ролику Бушу удалось выйти в лидеры и одержать победу на этом этапе.

Вскоре после оглашения результатов предварительных выборов в Нью-Гемпшире телеведущий компании Эн-би-си Том Брокау, интервьюируя Буша, спросил, не хочет ли тот сказать что-нибудь своему сопернику. «Нет, — отвечал, улы­ баясь, Буш, — разве что пожелать ему удачи». Спустя не­ сколько дней Брокау задал тот же вопрос Доулу. «Да, — нео­ жиданно злобно пробормотал Доул сквозь зубы. — Пусть перестанет меня оговаривать».

В последующие дни эти слова Доула бесконечно повто­ ряли по телевидению и обсуждали во всех американских га­ зетах. Из-за всего этого он выглядел как неудачник, раздра­ женный своим проигрышем. Прошло еще несколько недель.

Следующий тур в Южной Каролине принес ему поражение, за этим последовала целая череда неудач, которые он потерпел в южных штатах. В какой-то момент удачно начатая кампа­ Оледенением...

ния Доула дала сбой, и все пошло под откос. Мало кто заду­ можно назвать набор уловок, мывался о том, что все это началось в Айове.

назначение которых — ТОЛКОВАНИЕ вызвать Ли Этвотер представлял себе, что всех взрослых людей мож­ настороженное но разделить на две категории: безнадежно повзрослевших молчание или и сохранивших что-то от ребенка. Люди первой категории любого рода и негибки, чересчур серьезны и поэтому легко уязвимы — осо­ любой степени бенно в век телевидения. Доул безусловно относился к пер­ нежелание вому типу, тогда как сам Этвотер был большим ребенком.

продолжать беседу Для Этвотера не составило большого труда разобраться в со стороны том, на какого рода раздражители — например, нападки на возможного его жену — Доул реагирует особенно болезненно. В Айове, соперника.

вспомнив старые обвинения в ее адрес, он сумел больно «Охлаждающий»

уязвить сенатора. Он нанес Доулу еще один удар, написав эффект подобных письмо, в котором указывались все его промахи, а потом уловок порой продолжал увеличивать нажим, сняв издевательский ролик бывает и показав его по телевидению Нью-Гемпшира в последний невероятно момент, так что Доул ничего не мог предпринять в ответ.

сильным... Если Конечно, действия Этвотера были откровенной провокаци­ кто-то рассказал ей, но получилось так, что вспышка Доула во время интер­ забавную историю, вью на Эн-би-си выставила в невыгодном свете его самого:

не нужно, как это именно поведение сенатора выглядело «неспортивным». часто хочется Этвотер, истинный гений игры, виртуозно умеющий ставить сделать, противника в заведомо невыгодное положение, к этому рассказывать в моменту уже незаметно стоял в тени. Доул, не в силах сдер­ ответ свою жать эмоций, продолжал свои резкие высказывания, усу­ собственную.

губляя ситуацию, — это и привело к окончательной неудаче Слушайте на выборах. собеседника сосредоточенно, Проще всего справляться в этой игре с людьми негибки­ удерживаясь от ми. Отсутствие гибкости отнюдь не означает, что они лише­ смеха и улыбок, не ны чувства юмора или необаятельны. Речь о другом: эти люди меняя позы и нетерпимы и неспособны мириться с чем-либо, идущим враз­ выражения лица.

рез с их представлениями, с их кодексом приемлемого пове­ Человек, дения. Став мишенью какого-нибудь эксцентричного шута, излагающий фигляра или просто встретив человека нестандартного, они смешную историю, не могут сдержаться. Их непроизвольная реакция, нередко какой бы ни была слишком острая, приводит к тому, что в глазах окружающих природа юмора, они выглядят вечно недовольными, придирчивыми, а порой внезапно ощутит мстительными. Словом, демонстрируют поведение, недостой­ неловкость, словно ное лидера. Внешнее спокойствие взрослого человека на гла­ рассказ его зах улетучивается, и взглядам окружающих предстает кап­ свидетельствует о ризный, раздражительный и незрелый подросток.

невысоком вкусе. Не протестуйте, когда подобные люди переходят на лич­ Не останавливай­ ности: чем более резко они выражают свой протест, чем яро­ тесь на стнее на вас нападают, тем в более невыгодном свете вы­ достигнутом, ставляют себя же. Они забывают, что самое главное — как их доведите дело до воспринимают, какими видят их окружающие или, например, конца. Если он избиратели, — если речь идет о предвыборной гонке. Они до плохо вас знает и такой степени не способны проявить гибкость, что совсем позволил себе нетрудно заставить их совершать ошибку за ошибкой;

для анекдот об одно­ этого не нужно наносить серьезных ударов — достаточно и ногом, попробуйте легчайшего толчка.

притвориться, будто у вас протез или, во всяком 5. В 1939 году Джоан Кроуфорд (1904—1977) получила случае, вы сильно сравнительно небольшую роль в фильме «Женщины» (1939):

хромаете. Это простой продавщицы парфюмерного магазина, похитившей наверняка заста­ мужа у элегантной светской дамы, которую играла Норма вит соперника Ширер. Кроуфорд и Ширер соперничали не только на экра­ просидеть с не, но и в жизни. Ширер была замужем за кинопродюсером закрытым ртом до Ирвингом Талбергом, который всегда добывал для нее луч­ конца вечера. шие роли. Кроуфорд ненавидела ее — и за это, и за ее высо­...Если, к примеру, комерие. Талберг скончался в 1936 году, однако, к возмуще­ человек и впрямь нию Кроуфорд, на студии все продолжали носиться с Ши­ остроумен и рер. В Голливуде всем было известно о взаимной неприязни собравшиеся двух актрис, и многие с нетерпением ждали, не произойдет дружески ли между ними стычки. Но Кроуфорд не срывалась, она иде­ воспринимают его ально держала себя в руках — она была настоящим профес­ рассказы, встречаясионалом.

их взрывами Персонажи Кроуфорд и Ширер в «Женщинах» пересека­ радостного смеха, лись только в одной сцене: это была кульминация картины, сначала а) смейтесь вместе когда Ширер узнает наконец о романе мужа. На репетициях со всеми, затем все шло хорошо, первый дубль — две актрисы в кадре — тоже б) постепенно оказался удачным. А потом настало время крупных планов.

перестав смеяться,Разумеется, Норма Ширер была первой. Кроуфорд сидела на погрузитесь в стуле за камерой, подавая Ширер реплики. (Многие актеры молчание. Наконец, уступали эту работу ассистенту режиссера, а сами в это вре­ в) дождавшисьмя предпочитали отдохнуть, но Кроуфорд всегда подавала паузы в разговоре,свои реплики сама и настаивала на этом.) прошепчите так, Одновременно Кроуфорд вязала шарф — произнося свои чтобы вас слова, она начинала вертеть спицами с удвоенной энергией, услышали: «Что заа когда наступала очередь Ширер, откладывала вязание. Она дешевая болтовня».ни разу не взглянула партнерше в глаза. Спицы, когда она вя­ Стивен Поттер зала, громко стучали, и этот звук безумно действовал Ширер «Полное на нервы. Стараясь быть вежливой, Ширер произнесла: «Джо­ превосходство», ан, дорогая, твое вязание меня отвлекает». Кроуфорд при­ 1950 творилась, что не слышит, и продолжала быстро перебирать спицами. Кончилось тем, что Ширер, та самая Норма Ширер, Пациент которая славилась своей элегантностью, потеряла контроль психоаналитика над собой: она наорала на Кроуфорд и потребовала, чтобы вначале, как пра­ та убиралась в свою грим-уборную. Когда Кроуфорд удали­ вило, прибегает к лась, так ни разу и не взглянув на Ширер, режиссер побежал определенным было за ней, но Ширер приказала ему вернуться. Никому хитростям, раньше не приходилось слышать, чтобы она говорила таким которые прежде тоном — резким, злобным. Тем, кто присутствовал при этой помогали ему за­ сцене, это надолго запомнилось. Это было так непохоже на нять позицию Норму. Или?.. превосходства в отношениях с В 1962 году Кроуфорд и Бетт Дэвис, звезды мировой ве­ окружающими личины, которым никогда не приходилось сниматься вместе, (это называется встретились на съемочной площадке в фильме Роберта Олд­ невротический рича «Что случилось с малюткой Джейн?». Кроуфорд и Дэвис синдром). Аналитик не испытывали друг к другу пылкой любви, но Кроуфорд со­ должен уметь гласилась на партнерство, решив, что, если картину удастся распознавать и как следует раскрутить, это поможет продлить ее творческую пресекать эти карьеру. Во время съемок все шло хорошо, но после выхода маневры. Простой фильма Дэвис была номинирована на премию «Оскар» как способ, например, лучшая актриса года — Дэвис, а не Кроуфорд! Хуже того, она заключается в том, горделиво заявила, что станет первой актрисой, получившей чтобы несоот­ трех «Оскаров». У Кроуфорд был только один.

ветствующим На церемонии вручения Дэвис была в центре внимания.

образом реагировать Встретив соперницу в кулуарах до начала, она была необыч­ на слова пациента.

но мила и приветлива с ней — что ж, она могла себе это по­ Это заставит зволить, это был вечер ее триумфа! (На премию, кроме нее, пациента номинировали еще трех актрис, но мало кто сомневался, что Дэвис победит.) Кроуфорд была так же любезна. Во время усомниться во всем, церемонии Дэвис стояла в кулисе, ожидая результатов — и чему раньше его почти не сомневаясь в победе. Однако то, что она услышала, научили отношения было для нее настоящим шоком: она проиграла. Статуэтку с окружающими.

получила Энн Бэнкрофт за роль в фильме «Сотворившая Предположим, чудо». А то, что случилось дальше, окончательно добило акт­пациент говорит:

рису — она вдруг почувствовала, что кто-то коснулся ее руки«Каждый должен со словами: «Можно мне пройти». Это была Кроуфорд, которая говорить правду», вышла на сцену, чтобы получить награду от имени отсутство­ ожидая, что вавшей в тот вечер победительницы. В вечер, который дол­ аналитик жен был принести ей славу, Кроуфорд каким-то образом уда­ согласится с ним, лось украсть у нее огни рампы — невыносимое унижение! после чего он сможет продолжить. «Да?»

В этом вопросе ТОЛКОВАНИЕ должна прозвучать Голливудской актрисе необходимо быть толстокожей, а Джо­ ан Кроуфорд была воплощением голливудской звезды: она вполне определенная прекрасно умела держать удар и, не показывая виду, сносить интонация:

«Господи, и как вамоскорбления и обиды. Однако не упускала она и возможнос­ это только в ти посмеяться последней, отомстить, унизив обидчика или голову могло выставив в смешном свете. Кроуфорд прекрасно знала, что прийти?» Это ее считают стервой, женщиной жесткой и не всегда прият­ заставит ной. Она считала, что такое отношение несправедливо — пациента не многим людям она помогала, со многими была добра, — одна­ только ко это вполне можно было пережить. Ее раздражало, как да­ засомневаться в леко зашла Ширер, изображая благородную элегантную даму, верности своеговедь на самом деле — Кроуфорд была в этом уверена — под утверждения, но иочаровательной маской скрывалась вздорная сварливая ба­ задуматься, что бенка. Поэтому Кроуфорд решила, что разоблачит Норму, же, собственно,заставив ее показать окружающим ту сторону своей натуры, хотел сказать которую мало кому удавалось увидеть. Краткий эпизод, — но аналитик своим он надолго запомнился Голливуду и потому оказался особен­ «Да?» Неуверен­ но унизительным для Ширер.

ность же, Что касается Дэвис, тут все дело было в тонком расчете безусловно, времени: Кроуфорд разрушила ночь ее славы (о которой та является первым мечтала и к которой готовилась на протяжении нескольких шагом к позиции месяцев), не произнеся ни единого неприятного слова. Кро­ подчинения. уфорд заранее получила от доверенных лиц информацию о Чувствуя том, кто именно получит приз. Узнав, что Бэнкрофт не смо­ сомнения, пациент жет присутствовать на церемонии, она с готовностью пред­ надеется, что ложила ей получить статуэтку от ее имени.

аналитик Кому из нас не приходилось испытывать желание ото­ поможет ему мстить тем, кто с нами плохо обошелся? Как велико искуше­ разрешить их — ние броситься на обидчиков, откровенно высказать все, что а надеемся мы на мы о них думаем, поведать всем о наших чувствах, но слова тех, кто нас здесь не помогают. Словесные перепалки не приносят удов­ превосходит. летворения, от них мы не испытываем ничего, кроме горечи и Подобные приемы,пустоты. Куда более сладкая месть — возможность посме­ направленные на яться последним, заставив обидчика мучиться смутным, но то, чтобы разъедающим чувством бессилия. Спровоцируйте их на то, заставить чтобы приоткрыться, выставить напоказ неприглядные чер­ пациента ты своей натуры, отнимите у них мгновения славы — но сде­ сомневаться, лайте это завершающим маневром в сражении. Это подарит довольно рано вам двойное наслаждение: во-первых, вы покажете, что ни­ появились в кто не смеет безнаказанно вас задевать, во-вторых, нанесен­ психоанализе. ная вами рана не скоро заживет. Верно говорят, что месть — Например, это блюдо, которое нужно подавать холодным.

аналитик может сказать: «Мне интересно, это ли вы чувствуете на самом деле ? »

Образ: Использование слов Маска. Каждый актер на сцене носит «на самом деле», маску — милое, п р и в л е к а т е л ь н о е «действительно»

лицо, которое он обращает к пуб­ широко принято лике. Но вот собрат-актер — буд­ в психоаналити­ то нечаянно — толкает его, ческой практике.

и маска падает, Они подразумевают открывая куда менее сим­ наличие у пациента патичную физиономию. мотиваций, о Мало кто забудет это которых он сам не истинное лицо, даже подозревает. Любой если маску быстро человек чувствует водрузят на неуверенность, старое место. а следовательно, уступает позицию превосходства, когда в его мысли закрадывается подобное сомнение.

Джей Хейли «Стратегии психотерапии», Авторитетное мнение: Мы час­ то даем в руки соперникам ору­ дия нашей собственной гибели.

— Эзоп (VI в. до н. э.) ОБОРОТНАЯ СТОРОНА В определенных обстоятельствах открытая война предпоч­ тительней — когда, например, вы можете окружить неприя теля и разгромить его. В повседневной жизни, однако, часто разумнее и эффективнее действовать исподтишка, нанося незаметные удары. По сравнению с открытыми стычками эти меры могут показаться слишком слабыми — иногда нам так и хочется выйти на врага с открытым забралом. Но сиюминут­ ное преимущество, которого вы этим добьетесь, будет почти сразу же сведено к нулю: ваша агрессивность может вызвать у окружающих подозрения, они перестанут доверять вам, ожидая новой вспышки. В конце концов, более важно сохра­ нить доверие и репутацию. Мудрые царедворцы всегда ка­ жутся воплощением благонравия, скрывая, однако, под бар­ хатными перчатками железные кулаки.

Стратегия ОТКУСЫВАЙ ПОНЕМНОГУ:

СТРАТЕГИЯ СОВЕРШИВШЕГОСЯ ФАКТА Чересчур откровенно стремясь к успеху, не скрывая своих ам­ биций, вы рискуете вызвать неприязнь окружающих. Откро­ венные попытки урвать побольше и забраться прямиком на вершину власти опасны, они порождают зависть, недоверие и подозрительность. Часто лучшим и более разумным решени­ ем является постепенное продвижение: откусывайте по кусоч­ ку, поглощайте небольшие участки, играя на том, что людям свойственно быстро забывать. Замрите, затаитесь — и никто не заметит вашего продвижения. А если и заметят, будет уже слишком поздно: территория принадлежит вам, событие со­ вершилось. К тому же вы всегда сможете заявить, что действовали из самозащиты. Пока окружающие разберутся, что к чему, вы уже соберете целую империю.

ПОСТЕПЕННОЕ ЗАВОЕВАНИЕ В 1940 году, а точнее 17 июня, премьер-министру Велико­ британии Уинстону Черчиллю был нанесен неожиданный ви­ зит — его посетил французский генерал Шарль де Голль. За пять недель до того немцы начали блицкриг — стремитель­ ное победное шествие по Нидерландам и Франции, — в ре­ зультате которого дрогнула не только французская армия, но и правительство. Многие представители власти были вынуж­ дены спасаться бегством либо в районы Франции, еще не ок­ купированные гитлеровцами, либо во французские колонии в Северной Африке. В Англии, однако, никто из них убежи­ ща не просил — и тем не менее это был он, де Голль, одиноч­ ка-изгнанник, который искал убежища и предлагал свою по­ мощь в борьбе против Гитлера.

Они встречались и раньше, после назначения де Голля заместителем министра национальной обороны, — в крити­ ческие для Франции дни, когда уже начался блицкриг. На Чер­ чилля тогда произвело впечатление мужество генерала и то, что даже в такой момент он не утратил решимости. Однако де Голль казался ему немного странным. Послужной список этого пятидесятилетнего военного не впечатлял, да и назвать его видным политическим деятелем можно было лишь с боль­ шой натяжкой. При этом де Голль всегда держался и действо­ вал так, словно события вращались вокруг него. И вот, при­ быв в Лондон, этот человек заявил, что он и только он должен и может спасти Францию, — а ведь немало найдется францу­ зов, которым эта роль приличествовала бы куда больше. Тем не менее Черчилль решил, что с де Голлем можно сотрудни­ чать и использовать его в интересах дела.

Не прошло и суток с момента прибытия генерала в Анг­ лию, как французское правительство объявило о капитуля­ ции. Был подписан унизительный мирный договор, согласно которому на неоккупированной территории страны уста­ навливался коллаборационистский режим сотрудничества с фашистской Германией.

В тот же вечер де Голль представил Черчиллю свой план:

он должен обратиться по радио Би-би-си к соотечественни­ кам, не поддержавшим пособнический режим и хранившим верность свободной Франции. Он призовет их не сдаваться и продолжать сопротивление. Кроме того, если кому-то из французов удалось бежать в Англию, он предложит им встре­ титься с ним.

Черчилль сомневался: ему не хотелось бы портить отно­ шения с новым французским правительством. Но де Голль обещал, что не скажет ничего, что можно было бы рассмат­ РАЗВИТИЕ ривать как измену по отношению к вишистам. После долгих (постепенный уговоров он получил разрешение на выступление. прогресс).

В своей речи де Голль почти не отклонился от оговорен­ Эта гексаграмма ного ими плана, вот только закончил он неожиданно — по­ составлена из знака обещав слушателям, что назавтра снова выйдет в эфир. Это АЕРЕВО(он же заявление было для Черчилля сюрпризом, но обещания нуж­ ПРОНИКНОВЕНИЕ) но выполнять. Не выпустить де Голля в эфир? Это выглядело сверху, т. е. вовне, бы нехорошо, да и вообще необходимо было подбодрить не­ и знака ГОРА (он же счастных французов в столь мрачные дни. ТИШИНА) внизу, В следующем выступлении де Голль был заметно решитель­ т. е. внутри.

нее. «Любой француз, у которого есть в руках оружие, — зая­ Дерево на горе вил он, — обязан продолжить сопротивление». Он пошел еще растет медленно, дальше, призвав французских генералов и офицеров, остав­ согласно законам шихся во Франции, противостоять врагу. Он сам и те, кто при­ бытия, соединится к нему в Англии, представляют часть нации в из­ и постепенно все гнании. Они назовутся «Свободной Францией» и сформиру­ глубже укореняется ют армию, чтобы в итоге добиться освобождения своей ро­ в ней. Это дает дины от гитлеровцев. идею развития, Черчилль не имел возможности постоянно и пристально происходящего следить за деятельностью де Голля. Полагая, что аудитория постепенно, французского генерала невелика, он смотрел сквозь пальцы шаг за шагом.

на его нескромные заявления и позволял продолжать выступ­ Атрибуты ления по радио. Между тем с каждым разом де Голль приоб­ триграмм также ретал все большую известность, так что прекратить переда­ указывают на чи теперь уже было бы невозможно — генерал стал настоя­ следующее:

щей знаменитостью. Линия, избранная французским прави­ внутри — тельством и командованием армии перед лицом оккупантов, спокойствие, многими расценивалась как бесчестье. Французы осуждали предохраняющее вишистов — однако де Голль был единственным, кто открыто от поспешных и выступил и предложил альтернативу. В его голосе звучала преждевременных уверенность, его высокая фигура и худое лицо мелькали те­ действий, перь на страницах газет и в кинохронике. Но важнее всего снаружи — было другое: его призыв был услышан, его армия, начавшись проникновение, с нескольких сотен солдат в июле 1940-го, уже через месяц делающее насчитывала несколько тысяч человек. возможным Вскоре де Голль заявил, что намерен возглавить кампа­ развитие и прогресс.

нию своей армии по освобождению французских колоний в Гельмут Вильгельм, Центральной и Экваториальной Африке от вишистского Рихард Вильгельм правления. Места эти были малонаселенные и дикие — по­ «Толкование Книги чти сплошь непроходимые тропические леса, — располага­ перемен», лись они вдали от стратегически важных регионов Северной Африки на Средиземном море, однако там имелось несколь­ ко морских портов, которые могли оказаться полезными.

Черчилль, поразмыслив, выразил готовность поддержать де Голля. Французские войска должны были без особого труда захватить Чад, Камерун, Французское Конго и Габон.

Когда де Голль возвратился в Англию в конце 1940 года, под его контролем уже находилась громадная территория, тысячи квадратных километров. Армия его тем временем выросла до двадцати тысяч человек. Решительные действия де Голля поразили воображение англичан. Он не был боль­ ше беглецом, просившим убежища, — это был настоящий, яркий политический и военный лидер. И де Голль вел себя соответственно этим переменам: теперь он выдвигал свои требования и действовал в намного более агрессивной ма­ нере. Черчилль уже начинал подумывать, не допустил ли он ошибку, предоставив французу неограниченную свободу действий.

На следующий год британская разведка выяснила, что де Голль налаживает контакты с растущим движением француз­ ского Сопротивления. Сопротивление, возглавляемое соци­ алистами и коммунистами, начиналось хаотично, какая-либо структура отсутствовала. Де Голль лично избрал себе в по­ мощники одного из членов довоенного социалистического правительства, Жана Мулена, который приехал в Англию в октябре 1941 года. Вместе они работали над объединением подполья. Из всех действий, предпринимаемых де Голлем, именно это могло принести реальную пользу союзникам: эф­ фективно действующее Сопротивление было просто бесцен­ но. Итак, в начале 1942 года, с благословения Черчилля, Му¬ лен на парашюте высадился на территории Южной Франции.

Между тем де Голль держался все более властно и успел наговорить резкостей многим представителям союзнических армий и правительств — в частности, американскому прези­ денту Франклину Д. Рузвельту. Это привело к вполне понят­ ному желанию заменить неудобного француза кем-то более покладистым. Американцы были уверены, что нашли идеаль­ ного кандидата: генерал Анри Жиро, один из наиболее ува­ жаемых военных руководителей Франции, человек с несрав­ нимо лучшим послужным списком, чем у де Голля. Черчилль кандидатуру одобрил, и Жиро объявили командующим фран­ цузскими силами в Северной Африке. Де Голль, чувствуя, что против него готовится заговор, стал настаивать на личной встрече с Жиро, мотивируя это тем, что им необходимо об­ судить сложившееся положение. После долгих обсуждений и согласований он получил разрешение на встречу и вылетел в Алжир в мае 1943 года.

Два генерала почти сразу же набросились друг на друга, каждый выдвигал требования, не приемлемые для другого.

Наконец, после долгих споров, де Голль согласился пойти на уступки: он предложил организовать комитет, который бы го­ товился к управлению послевоенной Францией, и подгото­ вил проект документа, в котором называл Жиро главнокоман­ дующим и одним из двух председателей Французского ко­ митета национального освобождения, вторым был де Голль.

В свою очередь генерал де Голль должен был заняться ко­ митетом — укомплектовать его и очистить от чиновников, со­ трудничавших с вишистским правительством.

Жиро такой вариант удовлетворил, он поставил под про­ ектом свою подпись. Вскоре после их встречи он покинул Алжир, чтобы нанести визит в США. Но де Голль не терял времени: воспользовавшись отсутствием Жиро, он ввел в комитет своих сторонников и участников Сопротивления.

Возвратившись, Жиро обнаружил, что его лишили зна­ чительной части обещанной политической власти. В комите­ те, который он помогал сформировать, он теперь находился в изоляции, не имея возможности отстаивать свои интересы.

Прошли считанные месяцы, и де Голль был провозглашен еди­ ноличным председателем комитета и главнокомандующим.

Жиро оставалось лишь тихо уйти в отставку, что он и сделал.

Рузвельт и Черчилль наблюдали за развитием событий с нарастающим беспокойством. Они пытались вмешаться, угро­ жали, но ничего не помогало. Те радиопередачи на Би-би-си начинались вполне невинно, но теперь их жадно слушали мил­ лионы французов. Благодаря Мулену де Голль сумел добиться в Сопротивлении почти полной власти;

разрыв с де Голлем по­ ставил бы под угрозу срыва отношения союзников с Сопро­ тивлением. Что же касается комитета, сформированного де Голлем с целью руководства Францией после войны, то его уже признали правительства всех стран мира. Любая попытка втя­ нуть генерала в какой-либо политический конфликт при таких обстоятельствах могла иметь крайне нежелательную окраску и повлечь за собой кризис военной экономики.

Вот так получилось, что малоизвестный прежде француз­ ский генерал стал хозяином положения. И никто ничего не мог с этим поделать.

ТОЛКОВАНИЕ Когда генерал Шарль де Голль бежал в Англию, цель у него была одна: вернуть Франции ее поруганную честь. Он на­ деялся добиться этого, создав и возглавив политическую и военную организацию, целью которой было бы освобожде­ ние Франции. Он хотел, чтобы его родину рассматривали как равную среди союзников, а не относились к ней как к пора­ бощенной нации, не способной постоять за себя и ожидаю­ щей помощи со стороны.

Если бы де Голль сразу открыто заявил о своих намере­ ниях, ему могли не поверить, усмотрев в его словах опасную смесь лжи и честолюбия. А если бы он слишком быстро за­ хватил власть, то тем самым выдал бы свои намерения. Вместо этого он, сохраняя полное хладнокровие и не отступая от на­ меченных целей, двигался вперед постепенно, маленькими шажками. Первый шаг — всегда самый важный — заключал­ ся в том, чтобы привлечь к себе внимание общественности, сначала одним выступлением на Би-би-си, а потом и целой серией. Добиться такой возможности де Голль сумел с помо­ щью хитрых уловок и маневров. Благодаря незаурядному ак­ терскому дарованию и вкрадчивому, гипнотическому голосу он довольно быстро добился признания. Это позволило ему сделать следующий шаг, откусить еще один маленький кусо­ чек от целого — он сумел создать и укрепить армию.

Следующий кусочек де Голль откусил, захватив африкан­ ские государства под контроль своей армии. Эта власть рас­ пространялась теперь на обширные территории, и хотя это были территории удаленные и изолированные, это не меня­ ло дела — у де Голля появилась неоспоримая политическая власть. Затем генерал постепенно вошел в Сопротивление.

Прежде это движение считалось бастионом коммунистов, а он сделал его своим. В конце концов он создал комитет, кото­ рому предстояло управлять освобожденной Францией пос­ ле окончания войны, — мало-помалу, кусочек за кусочком, он добился полного контроля и в этой структуре. Из-за того, что он продвигался такими вот мелкими шажками, никто и догадаться не мог, каковы его конечные цели. Когда Черчилль и Рузвельт осознали, насколько глубоко де Голль проник не только в Сопротивление, но и в умы британцев и французов — теперь все воспринимали именно его в качестве неоспоримо­ го лидера борющейся Франции, — было уже слишком поздно.

Остановить де Голля не смог бы уже никто. Его неоспоримое лидерство стало совершившимся фактом.

Не так-то просто пробивать себе дорогу в этом мире, энергично бороться и добиваться желаемого — и при этом не навлечь на себя ни зависти, ни антипатии окружающих.

Кто-то может счесть вас агрессивным, слишком напористым, карьеристом, готовым пройти по трупам. Что делать, чтобы этого избежать? Вам следует не снижать своих амбиций, но скрывать их до поры до времени, не вызывая подозрений.

Поэтапный подход, продвижение к цели мелкими шагами, от одной промежуточной задачи к другой — идеальный способ, позволяющий добиться осуществления своих замыслов в на­ шем неискреннем мире. Главное при этом — не терять четко­ го представления о своих целях, не отвлекаться. Нужно по­ стоянно представлять себе границы той империи, которую вы намерены завоевать, а затем присматриваться к малень­ ким, удаленным районам этой империи, которые удобно бу­ дет захватить первыми. Каждый шаг должен быть логичным, соответствовать общей стратегии, но при этом быть незна­ чительным — чтобы никто не заподозрил, каковы ваши отда­ ленные намерения. Если вы станете откусывать слишком большие куски, то заполучите больше, чем сумеете удержать, и не сумеете справиться с внезапно нахлынувшими на вас проблемами. Будете откусывать кусок за куском слишком быстро — окружающие поймут, чего вы хотите. Между тем неспешный ход времени может отлично замаскировать ваши намерения, придав вам вид человека скромного и не амбици­ озного. К тому времени, когда соперники очнутся и поймут, что их провели, им ничего не останется, как только поскорее убраться с вашего пути.

Честолюбие может не только парить, но и стлаться.

—Эдмунд Бёрк (1729—1797) КЛЮЧИ К ВОЕННЫМ ДЕЙСТВИЯМ На первый взгляд люди кажутся чрезмерно агрессивными и напористыми. А как еще можно объяснить бесконечную че­ реду войн, которая тянется из глубокого прошлого до наших дней? Однако на самом деле это не вполне так, мы имеем дело с некоей иллюзией. Война и подобные конфликты являют собой разительный контраст с повседневной мирной жизнью, именно потому они привлекают к себе особое, несоразмер­ ное внимание. То же самое можно сказать о тех агрессивных личностях, которые выделяются на общем фоне тем, что — так и кажется — постоянно норовят урвать побольше.

Истина в том, что большинство людей по природе своей осторожны, они стремятся удержать хотя бы то, что имеют, боятся непредвиденных последствий и неприятных ситуаций, которые неизбежно влечет за собой каждый конфликт. Они не выносят конфронтации и пытаются избегать любых стол 19 33 стратегии войны кновений. (Именно поэтому многие, пытаясь достичь желае­ мого, часто ищут выход в пассивной агрессии.) Вы должны всегда помнить об этом свойстве человеческой натуры, когда планируете решение каких-либо своих жизненных задач.

Именно это и является основанием для любого применения стратегии совершившегося факта.

Вот как действует эта стратегия: вообразите, что имеется нечто, к чему вы стремитесь или в чем нуждаетесь для дости­ жения безопасности или власти. Если вы просто возьмете требуемое без долгих разговоров и объяснений, то предо­ ставите своим недоброжелателям выбор — сражаться с вами или смириться с потерей и оставить вас в покое. Обладает ли то, чем вы завладели, достаточной для них ценностью, чтобы тратить силы, деньги или переживать опасности и тяготы вой­ ны? Что обойдется дороже — война (которая из небольшого конфликта может с легкостью перерасти во что-то более се­ рьезное) или утрата? Захватите что-то по-настоящему важ­ ное или ценное, и им придется как следует все взвесить;

им придется принимать весьма ответственное решение. Но если вы завладеете чем-то незначительным, несущественным, то вероятность, что ваши соперники станут рваться из-за этого в бой, ничтожно мала. Скорее всего, они решат не связываться с вами из-за пустяков и оставят вас в покое. Вы, таким обра­ зом, играете на инстинктивной осторожности противников, которая пересиливает в них стяжательские инстинкты. А по­ том тот факт, что вы завладели чем-то, прежде принадлежав­ шим им, воспринимается уже как совершившийся факт, и они предпочтут смириться с этим обстоятельством: оспаривать существующее положение вещей — дело сложное и неблаго­ дарное.

Рано или поздно, следуя своему стратегическому плану, вы делаете еще один шаг и откусываете новый небольшой кусочек. На этот раз ваши противники насторожены: они на­ чинают понимать, что происходит. Однако и на сей раз речь идет о незначительной мелочи, из-за которой не стоит ломать копий. Раньше они не бросались по пустякам в драку, разве теперь дело того стоит? Не торопитесь, работайте по плану тонко, с умом, как это делал Шарль де Голль. Пройдет немало времени, пока ваши цели не станут очевидными, и тогда ваши противники пожалеют о своем миролюбии, недальновидно­ сти — или лени? Но теперь начинать войну с вами уже по­ здно: ситуация коренным образом изменилась, вы уже не так малы и слабы, как прежде. Теперь у них появляются новые, иные мотивы для того, чтобы избегать конфликта. Отгрызайте понемногу от того, что вам необходимо. В этом случае вы не вызовете у людей вспышки гнева, страха или недоверия на­ столько сильной, чтобы эти эмоции пересилили естествен­ ное нежелание драться. Не спешите, пусть между укусами пройдет достаточно много времени. Это позволит вам сыг­ рать еще и на короткой людской памяти.

Самое главное в стратегии совершившегося факта — дей­ ствовать быстро и ничего не обсуждать. Если вам не удастся скрыть свои намерения, то вы не успеете ничего сделать, как станете объектом нападок, критики, анализа и множества вопросов: «Как ты посмел даже думать о том, чтобы отхва­ тить себе этот кусок? Довольствуйся тем, что имеешь, и не высовывайся!» Отчасти людская осторожность проявляется в том, что они пускаются в бесконечные дискуссии вместо того, чтобы действовать. С этим можно справиться, если за­ хватывать намеченную цель стремительно. Дискуссия окон­ чится, не начавшись. Не важно, насколько ничтожен сделан­ ный вами шажок, тот кусочек, который вы оторвете. Все рав­ но, захватив его, вы выделитесь из общего фона и завоюете уважение и вес.

В 1740 году при вступлении во власть Фридриха Велико­ го Пруссия была маленькой и слабой европейской страной.

Отец Фридриха не постоял за ценой, создавая прусскую ар­ мию, но практически не использовал ее. Он прекрасно пони­ мал: стоит ему направить куда-то свою армию, как другие европейские державы объединятся против него и раздавят, не дав ничего предпринять. Фридрих, хотя его и отличали непомерные амбиции, понимал, какие обстоятельства сдер­ живали отца.

Однако спустя менее года после коронации удача, каза­ лось, сама пошла ему в руки. Самым большим врагом Пруссии была Австрия, где также недавно появилась новая правитель­ ница — эрцгерцогиня Мария Терезия. Не всех, однако, устраи­ вала ее фигура, многие ставили под вопрос законность ее власти. Фридрих, решив воспользоваться политической не­ стабильностью в стране, ввел свои войска в австрийскую про­ винцию, Силезию. Мария Терезия, желая показать, что она сильна, приняла решение отбить провинцию. Война затяну­ лась на несколько лет — и все же Фридрих отлично рассчитал момент. Под конец возникла угроза, что он захватит террито­ рию куда большую, нежели сама Силезия, так что Марии Те¬ резии пришлось просить о мире.

Фридрих пользовался той же стратегией снова и снова, захватывая небольшие страны или провинции, у которых не Любой план, хватало сил для того, чтобы как следует постоять за себя.

рожденный от Действуя таким образом, он превратил Пруссию в сильную нетерпения и державу. Начни он с попытки захвата больших территорий, нацеленный на его намерения стали бы очевидны всем, и противники могли быструю победу,объединиться, чтобы вместе оказать ему достойный отпор.

чреват Стратегия поэтапного движения к цели оказалась в этом слу­ грубейшими чае как нельзя более подходящей. Австрия переживала не ошибками... лучшие времена, Силезия была совсем мала, и все же, захва­ Необходимо было тив ее, Пруссия стала немного богаче, она начала увеличи­ добиться тысячиваться. Это дало Фридриху толчок и позволило ему понемно­ маленьких удач, гу начать расти и расширяться.

Многие из нас сталкиваются со специфической пробле­ чтобы собрать их мой;

эта проблема — завышенные ожидания, большие амби­ все в великую победу. ции, надежды. Мечты и пробуждаемые ими эмоции захваты­ вают нас в плен, нам трудно сосредоточиться на тех малень­ Генерал Во Нгуен ких, скучных этапах, которые обычно бывают необходимы Дьяп,1911 для достижения высоких целей. Мы так привыкаем к величию своих замыслов, что нам начинает казаться, будто двигаться к их осуществлению правильнее всего гигантскими прыжка­ ми. Но в мире человеческих взаимоотношений, точно так же как в природе, все большое и стабильное вырастает медлен­ но. Поэтапная стратегия — отличное противоядие, позволя­ ющее усмирить естественное нетерпение. Она помогает нам сосредоточить внимание на чем-то маленьком, незначитель­ ном, но реально достижимом — на первой порции. После нее следует вторая — и так, мало-помалу, мы приближаемся к той самой заветной цели. Эта стратегия учит нас не разбрасы­ ваться и представлять себе динамику процесса, последова­ тельность взаимосвязанных этапов и действий, каждое из которых, пусть даже совсем мелкое, само по себе обладает громадными психологическими преимуществами. Как часто масштаб замыслов подавляет нас, лишает уверенности в сво­ их силах. Предприняв первый — пусть совсем незначитель­ ный — шаг, мы начинаем понимать и верить, что эти наши за­ мыслы и планы осуществимы. Нельзя придумать ничего более ободряющего и полезного, чем действие.

Разрабатывая такой стратегический план, будьте внима­ тельны к неожиданным возможностям, не пропустите кратко­ временного кризиса или минутной слабости своего противни­ ка. Но и в этом случае не поддавайтесь искушению захватить что-то более значительное — откусив больше, чем вы в состо­ янии проглотить, вы рискуете столкнуться с серьезными труд­ ностями, потерять уверенность в себе и провалить все дело.

Стратегия совершившегося факта — нередко лучший спо­ соб взять в свои руки судьбу проекта, который в противном случае может быть погублен коллективным руководством.

При съемках почти каждого своего фильма Альфреду Хич­ коку приходилось вести настоящие войны, постепенно оттес­ няя от принятия решений продюсера, актеров и всех осталь­ ных членов съемочной группы. Его сражения со сценарис­ тами были лишь отражением в миниатюре более крупномас­ штабной войны. Хичкок всегда настаивал на том, чтобы его идеи и замыслы точно и скрупулезно учитывались при напи­ сании сценария. Однако при этом режиссер понимал: слиш­ ком крепко держа сценариста за горло, он не добьется от него ничего, кроме озлобления и посредственно, без вдохновения выполненной работы. Поэтому он предпочитал двигаться по­ степенно, мелкими шагами. Поначалу Хичкок, казалось, пре­ доставлял сценаристу полную свободу действий — его соб­ ственные небрежные заметки вроде бы позволялось не за­ мечать. Но потом гениальный режиссер просил внести все новые поправки, постепенно придавая сценарию желаемую форму. Его главенствующая роль в работе над сценарием выявлялась далеко не сразу, а к этому времени сценарист был уже увлечен работой и потому продолжал совершенствовать сюжет по указаниям Хичкока, даже если ему не очень нрави­ лось это вмешательство. Хичкок был очень терпелив, ему до­ ставало выдержки на то, чтобы до поры до времени не обна­ родовать свои властные игры. Поэтому часто бывало, что продюсеры, сценаристы и звезды осознавали всю полноту его власти лишь после окончания съемок фильма.

Чтобы добиться контроля в любом проекте, вы должны набраться терпения и сделать время своим союзником. За­ хватив власть сразу и полностью, вы рискуете вызвать зависть и недоброжелательство окружающих, для которых проис­ шедшее окажется слишком уж неожиданным. Так начните исподволь, создав вначале иллюзию, будто вы работаете в команде наравне с остальными. Затем медленно, шаг за ша­ гом, продвигайтесь вперед. Если этот процесс будет вызы­ вать раздражение у людей, не огорчайтесь. Это означает только одно — в дело вовлечены их эмоции, а следовательно, ими можно управлять.

Наконец, последнее: применение стратегии поэтапного продвижения позволяет скрыть агрессивные намерения, по­ тому в наши неискренние времена она просто бесценна. Од­ нако, скрывая все свои манипуляции, вы не сумеете продви­ нуться достаточно далеко. Поэтому, сделав первый укус, пусть даже совсем маленький, покажите, что действовали из самообороны. Это поможет вам выглядеть потерпевшей сто­ роной. Создайте впечатление, будто ваши цели ограниченны — делайте паузы между укусами, пользуйтесь тем, что у людей ко­ роткая память. При этом заявляйте во всеуслышание о своих мирных намерениях. Совсем уж верхом мудрости и рассуди­ тельности было бы время от времени откусывать кусок поболь­ ше и потом возвращать часть захваченного. Люди во всем этом увидят только щедрость и скромность, не заметив главного — того, как постепенно растет и разрастается ваша империя.

Образ:

Артишок. На первый взгляд это какая-то мало­ аппетитная, даже против­ ная шишка, в которой много жестких несъедобных чешуек и почти ничего пригодного в пищу. Но если вы попробуете отрывать одну чешуйку за другой, то будете возна­ граждены за свое терпение. Посте­ пенно листья становятся все нежнее и вкуснее, а под конец вы доби­ раетесь до сочной сердцевины.

Авторитетное мнение: Умножать маленькие успехи означа­ ет приумножать сокровища. Приходит время, когда человек становится богатым, даже не осознав, как это случилось.

— Фридрих Великий (1712—1786) ОБОРОТНАЯ СТОРОНА Если вы поймете или заподозрите, что кто-то применяет эту стратегию к вам, откусывая по кусочку, единственные контр­ меры, которые можно предпринять, — не допустить дальней­ шего продвижения или совершившихся фактов. Быстрой и ре­ шительной реакции может быть достаточно, чтобы обескура­ жить «пошагового» агрессора, особенно если он прибег к этой стратегии из слабости и не может позволить себе многих и за­ тяжных битв. Конечно, вам может попасться более крепкий и сильный противник, подобный Фридриху Великому, но даже в этом случае быстрая и энергичная реакция может возыметь успех. Отгоняйте противников, не давая откусить ни кусочка, даже самого маленького, душите их намерения в зародыше — иначе дело может принять слишком опасный для вас оборот.

Стратегия ПРОНИКАЙ В УМЫ:

ИНФОРМАЦИОННЫЕ СТРАТЕГИИ Общение — своего рода война, где полем боевых действий оказы­ ваются умы и сердца людей, на которых вы хотите повлиять.

Они обороняются, пытаясь противостоять воздействию. Ваша цель — сломить оборону, проникнуть поглубже и овладеть ими.

Любое другое общение в данном контексте — не что иное, как бесцельная и беззубая болтовня. Научитесь тому, чтобы ваши мысли проникали далеко во вражеский тыл, научитесь доводить то, что хотите, до адресата — даже посредством мелких и не­ значительных деталей. Влияйте на людей так, чтобы они дела­ ли те выводы, которые желательны для вас, полагая при этом, что додумались до искомого самостоятельно. Кое-кого вы може­ те перехитрить, придавая своим из ряда вон выходящим идеям облик обыкновенных, рядовых вещей;

к другим, обладающим ме­ нее подвижной реакцией, подберите иной подход, разбудите их с помощью необычного языка, поражающего новизной и новаторством. В любом случае избегайте поучений и проповедей, ваш язык должен быть ярким и обязательно затрагивать личность слушателя. Ваши слова должны стать не вялыми сентенциями, а искрой, зажигающей сердца.

Самый ВНУТРЕННИЕ СВЯЗИ поверхностный ДЛЯ тех, кто начинал работать с Альфредом Хичкоком, это, способ как правило, был весьма необычный и обескураживающий попытаться опыт. Хичкок не любил многословных разговоров о съемках воздействоватьсвоих фильмов — лишь изредка отпускал ироничные и мет­ на окружающих —кие замечания. Что это — намеренная закрытость? Или мэтр с помощью немногословен от природы? И как можно управлять съемка­ разговоров, за ми фильма, которые включают совместные усилия стольких которыми не людей, не разговаривая с ними, а только раздавая конкрет­ стоит ничего ные инструкции?

Особенно эта особенность Хичкока удручала и нервиро­ реального.

Влияние, вала актеров. Для тех более привычной была ситуация, когда достигнутое режиссер обсуждал с ними сценарий, подробно описывая таким характер персонажей и вдаваясь в детали работы над ролью.

сотрясением Хичкок ничего подобного не делал. На репетициях он почти воздуха, не можетне раскрывал рта, на съемках тоже —. актеры поглядывали на быть сколько- него в надежде услышать слова одобрения, но он лишь кивал нибудь со скучающим видом или вовсе дремал. Актриса Тельма Рит¬ значительным. тер рассказывала: «Если Хичкоку нравилось, что ты делаешь, Гельмут Вильгельм, он ничего не говорил. Если он был недоволен, то выглядел Рихард Вильгельм так, словно его вот-вот вырвет». И все же каким-то образом «Толкование он добивался от актеров удивительных результатов — они де­ Книги перемен», лали все в точности так, как он того хотел.

В первый день съемок картины «Тридцать девять ступе­ ней» в 1935 году ведущие актеры Хичкока Мэдлейн Кэррол и Роберт Донет чувствовали себя на съемочной площадке не­ много неуютно. Они нервничали, поскольку в этот день им предстояло отработать одну из самых сложных сцен филь­ ма. Актеры должны были сыграть почти незнакомых между собой людей, которые, однако, оказались скованными одни­ ми наручниками и вынуждены спасаться от угрожающих им по сценарию злодеев бегством. Якобы дело происходило в сельской местности, в Шотландии (на самом деле — в пави­ льоне звукозаписи). Хичкок ничего не объяснил актерам, не дал им четких указаний по поводу того, что от них требуется в этой сцене. Кэррол была особенно раздражена поведени­ ем режиссера. Эта элегантная английская кинозвезда, одна из самых утонченных и изысканных актрис того времени, немало снималась в Голливуде, где с ней обращались как с особой королевской крови. Хичкок, сухой, неэмоциональный, был полной противоположностью голливудским мастерам.

Невозможно было понять, как он задумал сцену, как относится ко всему происходящему. Кэррол решила играть в этой сце­ не сдержанно, с холодным достоинством — так истинная леди отнеслась бы к этой нелепой ситуации, когда ее приковали к Когда вы совершенно незнакомому, чужому человеку. Пытаясь унять стараетесь нервы, актриса в ожидании съемок мило болтала с Донетом, наладить общение, стараясь настроиться на общий с ним лад. но не можете найти в жизненном Когда Хичкок прибыл на площадку, он немного погово­ опыте собеседника рил с актерами, скупо рассказал о предстоящей сцене и, на­ точек цепив наручники, повел их по площадке, где высился бута­ форский мостик и прочие декорации. В это время его позва­ соприкосновения, ли — нужно было решить какую-то техническую проблему. дающих ему Хичкок пообещал, что скоро вернется и они продолжат, а пока возможность пусть отдыхают и ждут его на этом месте. Он пошарил в кар­ услышать и понять манах в поисках ключа от наручников, но его не оказалось — вас, тогда вам видно, оставил где-то. следует создать для него такой опыт.

Мэтр поспешно удалился, наверное, отправился на поис­ Я пытался на ки ключа.


Шли часы. Актеры устали, раздражение и беспо­ практическом койство росли: в этой ситуации они были бессильны, к такому примере объяснить голливудские звезды не привыкли. Самые ничтожные, третье­ двум степенные члены съемочной группы были свободны, могли идти куда угодно. А они, знаменитости, звезды, были прико­ администраторам ваны друг к другу. Из-за этой вынужденной близости, из-за по работе с этого дискомфорта они уже не могли, как раньше, добродуш­ кадрами, что но подтрунивать друг над другом — это было неловко. Они проблемы в их не могли пойти даже в туалет. Это было унизительно. ведомстве возникают из-за Хичкок вернулся во второй половине дня — он нашел того, что их ключ. Начали съемку, но актеры никак не могли забыть про­ собственный исшедшего. Их лоск, их холодная невозмутимость куда-то жизненный опыт не испарились. Кэролл забыла все свои наработки, она не мог­ пересекается с ла играть так, как собиралась. Зато, несмотря на раздраже­ опытом служащих.

ние, с которым не могли справиться ни она, ни партнер, сце­ Если вы не на была сыграна — и получилась на редкость естественной.

укладываетесь в Теперь ее участники не понаслышке знали, что значит быть рамки чьего-то скованными одной цепью;

они прочувствовали это на своей опыта, то вы не шкуре, так что играть им, по сути, не пришлось. Все пришло только не сумеете само, из глубины души.

общаться, но и Четырьмя годами позже Хичкок снимал «Ребекку» с Джо­ посеете ан Фонтейн и Лоуренсом Оливье. Фонтейн — ей шел двад­ цать первый год—впервые снималась в главной роли и страш­ непонимание. Они но нервничала из-за того, что ее партнером был сам великий, смотрели на меня и гениальный Оливье. Другой режиссер, может быть, поста­ соглашались, кивая, рался бы развеять ее страхи, но Хичкок действовал иначе. поддакивая.

Он прислушивался к слухам, которые ходили среди актеров Казалось, им все и других членов съемочной группы;

никто, говорил он девуш­ понятно, они со ке, не верит, что она справится с работой, к тому же Оливье всем согласны — да недоволен: он хотел, чтобы роль досталась его жене, Вивьен только я видел, что на самом деле они Ли. Фонтейн не находила себе места, она ощущала страш­ ничего не поняли, ную неуверенность, отчужденность — а именно это должна что я не сумел к была ощущать героиня фильма. Джоан практически не при­ ним пробиться. ходилось играть. Роль в «Ребекке», с которой она справилась Я оказался за просто великолепно, послужила началом ее славной актер­ пределами ской карьеры.

жизненного опыта Когда в 1947 году Хичкок снимал «Дело Парадайн», ис­ своих слушателей. полнительница главной роли, Энн Тодд, тоже впервые сни­ Поэтому я не смог малась в Голливуде и безумно волновалась. И вот на съемоч­ создать для них ной площадке, перед тем как крикнуть: «Мотор!», Хичкок на­ новый опыт. чинал рассказывать ей какой-нибудь непристойный анекдот, Сол Д. Алински так что она либо хохотала от души, либо буквально немела от «Правила для изумления. Перед съемками одной сцены, в которой ей пред­ радикалов», 1971 стояло ложиться в постель в элегантной ночной сорочке, Хич­ кок вдруг неожиданно прыгнул на нее с громким криком: «Рас­ слабься!» Подобные его выходки помогали актрисе преодо­ леть скованность и держаться естественно.

Когда съемки затягивались и команда на площадке начи­ нала уставать, когда внимание рассеивалось и начинались разговоры вполголоса о том о сем, Хичкок никогда не делал замечаний и тем более не кричал. Вместо этого он мог запу­ стить в стену чашкой с чаем или так сдавить в кулаке элект­ ролампочку, что та лопалась. Это действовало на всех от­ резвляюще, люди встряхивались и принимались за работу с новыми силами.

Хичкок явно не доверял словам и не полагался на объяс­ нения, предпочитая им действия как более действенный спо­ соб общения. Эта особенность распространялась как на фор­ му, так и на содержание его фильмов. Особенно тяжко от этого приходилось сценаристам и авторам диалогов;

в конце кон­ цов, их профессия непосредственно связана именно со сло­ вами. Во время читки сценария Хичкок мог обсуждать инте­ ресующие его идеи — такие темы, как человеческая двой­ ственность, способность творить добро наряду со злом, то обстоятельство, что никого в этом мире, по сути дела, невоз­ можно считать действительно непорочным. Литераторы соз­ давали страницы диалогов, пытаясь облечь его расплывчатые рассуждения в слова, чтобы это получилось тонко и умно.

А в результате оказывалось, что все это Хичкоком из сцена­ рия убиралось и заменялось на действия и зрительные обра­ зы. К примеру, в «Головокружении» (1958) и «Психо» (1960) Хичкок во многие сцены ввел зеркала;

в «Завороженном»

(1945) это были лыжные следы на снегу и другие образы па­ раллельно идущих линий;

убийство в «Незнакомцах в поезде»

(1951) показано через отражение в стеклах очков. Опреде­ Прочтя вслух это ленно, именно зрительные образы лучше слов помогали Хич­ послание, Кир стал коку раскрывать его идеи о двойственности человеческой обдумывать способ, души, и у него действительно прекрасно это получалось, — как бы похитрее но на бумаге, на этапе сценарного плана, все это выглядело склонить персов как-то запутанно. к измене Астиагу.

Обдумывая же, он На съемочной площадке продюсеры в полном замеша­ решил, что лучше тельстве наблюдали за тем, как Хичкок, разрабатывая мизан­ всего сделать так:

сцену, без конца перемещает камеру, не обращая никакого записав то, что он внимания на актеров. Им казалось, что все это полностью ли­ задумал, в послании, шено смысла. Все выглядело так, словно техническая сторо­ он созвал народное на, сам процесс съемок имели для него большее значение, собрание персов.

чем диалог и наличие в кадре людей. Точно так же редакторы Затем он раскрыл не постигали его одержимости деталями: звуки, цвета, вели­ послание, прочитал чина головы актера в кадре, скорость, с которой двигаются его, объявив персам, люди, — казалось, все эти бесчисленные мелкие детали для что Астиаг назначил него важнее самой сути картины.

его военачальником.

Но когда работа заканчивалась и можно было увидеть го­ В своей речи Кир товый фильм, становилось ясно, что Хичкок был совершен­ между прочим но прав, а его метод работы, несмотря на всю необычность, в сказал: «Теперь, очередной раз полностью себя оправдал. Фильмы Хичкока персы, я приказываю часто производили впечатление намного более глубокое, чем всем вам явиться, картины других режиссеров. Зрительные образы, ритм, дви­ вооружившись жение камеры захватывали аудиторию, заставляя людей за­ серпом»...

быть обо всем. Зрители не просто смотрели фильмы Хичко­ Когда они все ка — они их проживали, а впечатления оставались с ними явились с надолго после сеанса.

упомянутым серпом, то Кир ТОЛКОВАНИЕ приказал за день В своих интервью Хичкок любил рассказывать одну историю из своего детства: лет в шесть он нашалил. Отец, нахмурив­ расчистить шись, написал записку и велел отнести ее в местный поли­ определенный цейский участок. Дежурный полисмен прочитал записку и участок земли запер маленького Альфреда в камеру со словами: «Вот как (известная часть мы поступаем с непослушными мальчиками». Его выпустили Персидской земли через несколько минут, но переживание было настолько площадью сильным, что случай оставил неизгладимое впечатление. Если приблизительно бы отец просто накричал на него, как чаще всего поступают 18 или 20 стадий отцы непослушных мальчишек, это ни к чему не привело бы. была покрыта Но вот он оказался один среди страшноватых блюстителей колючим закона, а потом в темной камере, с ее незнакомыми запаха­ кустарником).

ми — все это оказало куда более мощное воздействие, чем По окончании этой слова. Хичкок обнаружил: чтобы научить чему-то людей, дей­ тяжелой работы ствительно воздействовать на них, изменить их поведение, Кир приказал на следующий день необходимо повлиять на их жизненный опыт, воздействовать явиться снова, на их эмоции, запечатлеть в их умах незабываемые образы, предварительно потрясти все их существо до основания. Как бы красноречи­ вымывшись. Между вы ни были, всего этого трудно, почти невозможно добить­ вы тем Кир велел ся одними словами. Дело в том, что с нами говорят многие, собрать в одно слишком многие — все пытаются в чем-то нас убедить, что место всех коз, овец то доказать, к чему-то склонить. Слова сливаются в неразли­ и коров своего отца,чимый шум, а мы либо настраиваемся на них, либо — чаще — заколоть их и сопротивляемся изо всех сил.

приготовить Для того чтобы оказать на людей настоящее, глубокое угощение для воздействие, их нужно вернуть в детство, когда они были персидского войска.более открытыми и гораздо острее воспринимали всевозмож­ Кроме того, он ные звуки, образы, действия — весь этот мир невербального заготовил большое общения. Чтобы достичь этого, нужно перейти на особый количество вина и язык, состоящий не из слов, а из действий, каждое из кото­ хлеба. На следую­ рых имеет строго определенную цель: воздействовать на на­ щий день, когда строения и эмоции людей — на то, что им труднее всего конт­ персы явились, Кир ролировать. Именно этот язык годами совершенствовал и от­ предложил им, тачивал Хичкок, добившись виртуозного владения им. От ак­ расположившись натеров он добивался как можно более естественного поведе­ лугу, угощаться. ния — по сути дела, он стремился к тому, чтобы они не игра­ После пиршества ли. Велеть им расслабиться или держаться естественно? Аб­ Кир спросил сурд — это ни к чему бы не привело, только обидело бы и персов: какой деньзаставило еще сильнее напрячься. Вместо этого Хичкок сле­ им больше довал примеру своего отца, заставившего его испытать ре­ понравился — альный ужас в лондонском полицейском участке. Он доби­ вчерашний или вался того, чтобы актеры переживали эмоции той или иной сегодняшний? сцены: раздражение, неуверенность, бешенство. (Разумеет­ «Между этимися, он не терял ключи от наручников — впоследствии Роберт днями есть, Донет узнал о том, что он оставил их скованными намеренно;


конечно, большое в этом заключался его план.) Не мучая актеров долгими объяс­ различие, — нениями, которые часто отлетают как от стенки горох, Хич­ отвечали они, — кок добивался того, что нужные чувства и переживания ста­ ведь вчерашний деньновились частью их внутреннего опыта, — и это невероятно принес нам органично выглядело на экране. Точно так же поступал Хич­ только невзгоды, кок и со зрителями — он не разжевывал идею фильма в длин­ а сегодня — всеных диалогах. Он добивался поразительного эффекта, воз­ прекрасно». действуя на людей через зрительные образы. Визуальный ряд Подхватив эти фильма, его ритм заставляли зрителей погрузиться в особое, слова, Кир открыл свойственное детям состояние, когда образы и символы с не­ персам все свои вероятной силой воздействуют на уровне подсознания.

замыслы и сказал:

Крайне важно уметь в наших повседневных баталиях до­ «Персидские воины!

носить до людей свои идеи, свои замыслы, влиять на их пове­ Дело обстоит вот дение. Общение в чем-то сродни военным действиям. Ваши противники в этой войне заняли оборонительную позицию: как: если вы они хотят, чтобы их оставили в покое с их косными суждени­ пожелаете ями и предрассудками. Чем решительнее вы прорвете эту глу­ следовать за мною, хую оборону, чем дальше сумеете вторгнуться в их мысли и то у вас будут и представления, тем эффективнее будет ваше общение. Ис­ эти блага, и еще пользование слов и разговоров, к которым мы чаще всего в тысячу раз прибегаем в общении, порой напоминает средневековую вой­ больше. Если же не ну: наши рассуждения, мольбы, доводы со всего маха бьют захотите, людей по головам, словно дубины и алебарды. Эффект от та­ то вас ожидает кой прямолинейности может оказаться противоположным: бесконечный, уставшие от разговоров люди относятся к ним с недоверием подобный и раздражением. Постарайтесь научиться действовать ина­ вчерашнему, че, более тонко и необычно, заставляя людей отнестись к вам тяжкий труд.

с вниманием и доверием. Воздействуйте на их чувства и под­ Поэтому следуйте сознание, заставьте пережить необычный опыт, заворожите за мною и обретете их яркими и символичными зрительными образами. Помоги­ свободу. Я рожден, те им вернуться в то состояние, когда они, словно в детстве, как я верю, по воле незащищены, открыты, — и те идеи, которые вы хотите до богов взять на себя них донести, просочатся сквозь искусно возведенные обо­ дело вашей свободы.

ронительные укрепления. То, что вы не сражаетесь общепри­ Я думаю, что вы нятым способом, только придает вашим действиям дополни­ ничуть не тельную мощь. уступаете мидянам во всем прочем, и в особенности как Монах Риокан... попросил учителя дзен Буккана...

воины. Поэтому объяснить, что такое четыре мира дхармы.

вам следует как...Буккан сказал: «Чтобы объяснить четыре мира можно скорее дхармы, много говорить не нужно». Он наполнил белую отложиться от чайную чашку чаем, выпил его и разбил чашку на куски Астиага». Отныне прямо перед монахом со словами: «Тебе понятно?» Монах персы обрели вождя сказал: «Благодарю тебя за наглядный урок. Я постиг и были рады самую суть мира Причин и Следствий».

избавлению от — Тревор Леггетт. «Дзен самурая: Коаны воина», мидийского ига.

Уже давно ведь мидийское ТАЙНЫЙ ВДОХНОВИТЕЛЬ правительство В 1498 году двадцатидевятилетний Никколо Макиавелли был было им избран на должность секретаря Второй канцелярии Синьо­ ненавистно.

рии, ведомства, занимавшегося внешними делами города.

Выбор был не вполне обычен: по происхождению Макиавел­ «История», Геродот ли был хотя и старинного дворянского, но не слишком высо­ (между 490 и 480 кого рода, к тому же из бедной семьи, не обладал опытом в ок. 425 до н. э.) делах политических, не имел юридического образования — вообще никакой профессиональной подготовки. Однако у Пер. Г. А. Стра¬ Макиавелли имелись связи во флорентийском правительстве, тановского Еще глупее тот, там были люди, которые его знали и видели в нем огромный кто бряцает потенциал. И в самом деле, с самого начала службы в канце­ словами и лярии Макиавелли выделялся своей неутомимостью, энерги­ фразами, пытаясьей, наблюдательностью и остротой ума. Обращали на себя таким образом внимание и его колкие, язвительные доклады на политические достичь темы, и мудрые советы, которые он давал послам и диплома­ понимания. Это там. Ему доверяли самые ответственные, а порой щекотли­ то же самое, чтовые поручения;

он исколесил всю Европу с дипломатически­ бросать в Луну ми миссиями — то отправлялся в Северную Италию для палки или встречи с Чезаре Борджа, чтобы выведать намерения этого скрести башмак, безжалостного политикана относительно Флоренции, то во когда чешется Францию, чтобы встретиться с королем Людовиком XII, то в пятка. Это не Рим, чтобы участвовать в переговорах с папой Юлием II. Это имеет ничего выглядело как начало блестящей карьеры.

Не все, однако, было безоблачным в профессиональной общего с Истиной.

Учитель дзен карьере Макиавелли. Он жаловался друзьям на низкое жало­ Мумон ванье в канцелярии;

описывал, как трудно бывает вести пе­ (1183-1260) реговоры, но еще труднее увидеть, как какой-нибудь министр или посол появляются на сцене в последний момент, закан­ чивают работу и получают все почести (должность, занимае­ мая Макиавелли, не давала ему права ставить свою подпись на соглашениях или договорах). Многие из тех, кто стоит выше его, говорил он, уступают ему в уме и трудолюбии, а своим высоким положением и завидными должностями обязаны лишь происхождению и связям. Но он разработал целое ис­ кусство, позволяющее общаться с подобными персонами, делился Макиавелли с друзьями, и нашел способ использо­ вать их в своих интересах, вместо того чтобы быть использо­ ванным.

До прихода Макиавелли в канцелярию Флоренцией пра­ вило семейство Медичи. В 1494 году их сместили и изгнали, а Флоренция стала республикой. Однако в 1512 году папа Юлий II собрал армию, чтобы уничтожить республику и вос­ становить во Флоренции правление Медичи. План удалось привести в исполнение, Медичи снова обрели власть благо­ даря помощи папы.

Спустя несколько недель Макиавелли был арестован — его обвинили в участии в заговоре против Медичи. В тюрьме его подвергали пыткам, однако он отказывался говорить как о себе, так и о других предполагаемых заговорщиках. После освобож­ дения из тюрьмы в 1513 году он был отправлен в небольшое имение его семьи, в нескольких милях от Флоренции.

Макиавелли подружился и очень сблизился с человеком по имени Франческо Веттори — тот пережил смену власти, Самурай Ёриасу ему посчастливилось остаться в правительстве и даже снис­ был чванливым и кать расположение Медичи. Весной 1513 года Веттори на­ агрессивным...

чал получать письма, в которых Макиавелли описывал ему Весной 1341 года свою новую жизнь. По вечерам он уединялся в кабинете и его перевели из вел мысленные беседы с великими деятелями истории, раз­ Кофу в Камакура, мышляя об их судьбах и пытаясь разгадать тайны их могуще­ и там он посетил ства. Он желал осмыслить свой прежний опыт в политике и мастера Тодэн, искусстве управления государством. Теперь, писал Ма­ 45-го учителя в киавелли Веттори, он работает над небольшим трактатом Кенкодзи, желая «De principatibus» — позднее этот трактат получил название расспросить его «Государь». В нем он глубоко погружается в размышления на об учении дзен.

тему власти, обсуждает принципы государственного правле­ Учитель сказал:

ния, формы, которые оно может принимать, и другие предме­ «Нужно прямо ты: как образуются государства, как удерживается власть и являть Великое как ее теряют. Глубокие познания автора и изложенные в трак­ Делание в ста тате советы могли оказаться для правителя полезнее, чем боль­ заботах жизни.

шая армия. Не может ли Веттори показать его одному из Меди­ Когда это чи—а он, Макиавелли, с радостью посвятил бы ему свой труд?

преданность Он мог бы принести огромную пользу этой семье «новых госу­ самурая, это дарей». К тому же это могло бы поспособствовать и возобнов­ преданность дзен.

лению карьеры Макиавелли — он к тому времени находился в Слово бедственном положении и особенно страдал из-за изоляции и невозможности участвовать в политической жизни. "преданность", написанное по Веттори нашел способ передать труд Макиавелли Лорен­ китайски, состоит цо Медичи (внуку знаменитого Лоренцо Великолепного), ко­ из иероглифов торый проявил к трактату куда меньше интереса, чем к двум "середина" и охотничьим собакам, подаренным ему в то же время. В сущ­ "сердце" и ности, «Государь» поставил в тупик даже самого Веттори: со­ означает: то, веты и поучения, содержавшиеся в книге, казались очень уж что повелевает жесткими, подчас аморальными, при этом изложены они были человеком, бесстрастным сухим языком — странное, непривычное со­ находится у него в четание. Автор писал вещи верные и правдивые, но говорил самом сердце.

о них чересчур откровенно. Макиавелли разослал рукопись Не должно быть еще нескольким друзьям, которые тоже колебались, не зная, злых страстей.

как этому относиться. Может быть, труд был задуман как са­ Но когда этот тирический? Презрительное отношение Макиавелли к арис­ старый жрец тократам, обладающим властью, но не умом, было хорошо смотрит на известно тем, кто с ним общался.

теперешних Вскоре Макиавелли написал новую книгу, позднее полу­ самураев, среди них чившую название «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия», есть такие, у выжимки из его бесед с друзьями, которые он вел после своего которых сердце падения. В «Рассуждениях», представляющих собой размыш­ устремлено к славе ления о политике, также содержались некоторые советы, но, и деньгам, и другие, в отличие от предыдущей книги, они больше касались кон ституции республики, нежели действий единоличного пра­ у которых оно вителя.

тянется к вину и На протяжении нескольких последующих лет Макиавел­ похоти, и другие, ли постепенно вернул к себе расположение и был допущен к у которых сердце участию в делах Флоренции. Он написал пьесу «Мандраго­ тяготеет к власти ра», которая, несмотря на свою скандальную репутацию, и хвастовству.

очень понравилась папе и была поставлена на сцене в Вати­ Все они скользят по кане;

кроме того, ему заказали написать историю Флоренции.

этим склонам и не «Государь» и «Рассуждения» не были опубликованы, но разо­ могут обладать шлись в списках среди правителей и политиков всей Италии.

сосредоточенным Читательская аудитория у этих книг была невелика, так что, сердцем;

как же когда Макиавелли умер в 1527 году, казалось, что имя быв­ могут они хранить шего секретаря республики вскоре будет забыто.

преданность Но после кончины Макиавелли два его не опубликован­ своему ных при жизни труда продолжали возбуждать интерес чи­ государству? Если тателей и вскоре стали известны уже за пределами Италии.

ты, господин, В 1529 году Томас Кромвель, министр английского короля желаешь Генриха VIII, каким-то образом получил экземпляр «Государя»

соблюдать дзен, и, в отличие от более поверхностного Лоренцо Медичи, про­ прежде стань читал трактат Макиавелли внимательно и вдумчиво. Благода­ преданным и не ря множеству исторических примеров, приведенных в книге, скользи по склонам она стала для него чтением живым и увлекательным. Простой, неверных безыскусный язык был им воспринят не как причуда, а как желаний».

свежая струя. Еще важнее было то, что аморальные, каза­ Воин сказал: «Наша лось бы, советы на самом деле были очень важными: писа­ преданность — тель объяснял не только, что должен делать правитель, чтобы прямое исполнение удержать власть, но и как представить свои действия публи­ Великого Делания ке. Кромвель просто не мог не воспользоваться наставлени­ на поле брани. На ями Макиавелли для своего государя.

что нам нужны Через пять лет после смерти Макиавелли «Государь» был поучения жреца? »

впервые издан у него на родине, а спустя десятки лет, пере­ Учитель отвечал:

веденный на многие языки и опубликованный в разных стра­ «Ты, господин, герой нах, начал свое шествие по миру. Проходили столетия, трактат войны, я — человек зажил собственной жизнью, можно даже сказать, двойной мира. Нам нечего жизнью: его широко осуждали как аморальное наставление, сказать друг другу».

но при этом втихомолку с жадностью читали крупнейшие по­ Тогда воин литические деятели в разные времена. Для французского кар­ выхватил меч и динала Ришельё «Государь» стал своего рода политической молвил:

Библией. Наполеон не раз обращался к этой книге. Амери­ «Преданность — канский президент Джон Адамс постоянно держал ее на сто­ это меч героя, и, лике у кровати. С помощью Вольтера прусский король Фрид­ если ты этого не рих Великий написал трактат под названием «Анти-Макиавел­ знаешь, не тебе ли», но это не мешало ему беспардонно применять многие разглагольствовать идеи Макиавелли на практике с буквальной точностью.

о преданности».

Книги Макиавелли становились достоянием все более Учитель отвечал:

широких кругов, все сильнее и глубже воздействовали они «Этот старый на политику. Философы от Бэкона до Гегеля искали и нахо­ жрец владеет дили в его работах подтверждение своих собственных тео­ драгоценным мечом рий. Поэты-романтики, такие как лорд Байрон, восторгались Алмазного Царя, энергией его духа. В Италии, Ирландии, России молодые ре­ и, если ты не волюционеры усматривали в «Рассуждениях» вдохновенный знаешь этого, ты призыв к оружию и прообраз общества будущего. не должен говорить о природе На протяжении веков миллионы и миллионы читателей, преданности».

обращаясь к книгам Макиавелли, искали и продолжают ис­ Воин сказал:

кать в них рекомендации и советы, касающиеся власти. Но «Преданность может быть, все обстоит совершенно иначе — и это Ма­ Алмазного Меча — киавелли использует своих читателей в собственных целях?

да какая польза от В его трудах и письмах к друзьям (до сих пор не все они обна­ такого оружия ружены) разбросаны многочисленные знаки того, что он в настоящей тщательно продумал стратегию самого своего письма и схватке ? »

предвидел, какой будет та власть — власть, которой он сумел Учитель прыгнул добиться спустя долгое время после своей смерти, незамет­ вперед и с но и глубоко внедряя свои идеи в умы своих читателей, про­ воинственным никая в их души, превращая их в невольных последователей кличем нанес своей аморальной философии.

самураю такой удар, что тот ТОЛКОВАНИЕ лишился сознания.

Оказавшись в ссылке в своем имении, Макиавелли получил Спустя некоторое редкую возможность: в его распоряжении теперь было дос­ время учитель таточно времени, чтобы размышлять над проблемами, инте­ снова крикнул, ресовавшими его более всего. Прежде всего, он постепенно и самурай пришел формулировал систему политических принципов, которая в себя.

уже давно зрела и складывалась у него в мыслях. Для Макиа­ велли лучшим представлялся мир динамичных перемен, в ко­ Учитель сказал:

тором города или республики переорганизовывались и воз­ «Преданность — рождались в постоянном движении. В этом-то движении и в мече героя, где же развитии он видел наивысшее благо. Наибольшим злом были он? Говори!» Воин застой и самоуспокоенность. Способствовать здоровым пе­ трепетал в ременам призваны были те, кого он называл «новыми госуда­ благоговейном рями», — молодые, амбициозные люди, отчасти львы, отчас­ страхе;

прося у ти лисицы, сознательные или неосознанные враги установ­ учителя прощения, ленного порядка. Помимо того, Макиавелли анализировал он удалился.

процессы, в результате которых «новые государи» достигают Тревор Леггетт высот власти и, что часто случается, падают оттуда. Некото­ «Дзен самурая:

рые схемы были вполне понятны: необходимость умело ме­ Коаны воина», нять маски, производить требуемое впечатление, играть на убеждениях людей, время от времени быть готовым предпри­ нять действия безусловно аморальные.

Макиавелли не хватало власти для распространения сво­ их идей. Лишенный власти политической, он нашел возмож­ ность обрести ее через свои книги: он обращал читателей в свою веру, вызывал у них интерес и сочувствие к своим иде­ ям, а уж они распространяли эти идеи, вольно или невольно становясь его посланцами. Макиавелли понимал, что сильные мира сего не часто желают выслушивать советы и поучения, особенно от тех, кто ниже их. Знал он и другое: многих из тех, кто не стоит у власти, устрашат опасные аспекты его философии — его книги будут одновременно притягивать и отталкивать читателей. (Не обладающие властью мечтают о ней, но страшатся того, к чему придется прибегнуть, чтобы ее заполучить.) Чтобы покорить противников и сомневаю­ щихся, Макиавелли — настоящий стратег — должен был из­ бегнуть в своих сочинениях прямолинейности, проявить ко­ варство и хитроумие. Он добивался этого, используя необыч­ ные риторические приемы, увлекая и чаруя своих читателей, проникая глубоко в их умы.

В своих трудах он говорит о чрезвычайно серьезных, не­ преложных закономерностях и дает читателю практические советы, дарует идеи, помогающие прийти к власти, удержать эту власть и защитить ее от посягательств. Это притягивает читателей всех возрастов и всех категорий, поскольку нет среди нас никого, кто бы так или иначе не задумывался о до­ стижении собственных интересов. Кроме того, какое бы внутреннее сопротивление — даже внутренний протест — ни возникало у читающего эти книги, тем не менее каждому ясно, что незнание, игнорирование описанных там вещей может быть просто опасно.

Макиавелли насытил текст своих трактатов множеством исторических примеров, иллюстрирующих его мысли. Людям нравится сопоставлять свои обстоятельства с исторически­ ми ситуациями, проводить параллели, сравнивать себя, на­ пример, с Цезарем или Медичи, наконец, просто интересно знакомиться с занимательными историями. Ну а человек, ув­ леченный, захваченный повествованием, почти не сопротив­ ляется и легко поддается внушению. Читатель и не замечает, как, погружаясь в эти увлекательные истории — или, точнее, знакомясь с версиями исторических событий в переложении Макиавелли, — он проникается его идеями. Цитировал Маки­ авелли и классических авторов, подбирая выдержки таким образом, чтобы они соответствовали его целям. Его опасные советы и идеи было легче принять, если они исходили как бы от Тита Ливия или Тацита.

Мильтиад же Наконец, язык: у Макиавелли он был простым и напорис­ пользовался тым — это придавало динамичность его сочинениям. Его чи­ большим уваже­ татели не блуждали в потемках мудрствований, утомляясь и нием лидийского останавливаясь, напротив — они ощущали желание дочитать царя Креза. Когда до конца, двигаться, действовать. Часто его советы и призы­ Крез узнал о вы выражались в довольно энергичной и страстной форме, пленении но это помогало ему «разбудить» читателя, вывести его из со­ Мильтиада, то стояния оцепенения. Он обращался к молодежи, представ­ велел передать ляющей собой наиболее плодородную почву, на которой и лампсакийцам вырастают «новые государи». Его произведения не прямоли­ [требование] нейны и не однозначны, они ни в коем случае не дают людям отпустить прямых рекомендаций, указаний, что нужно делать. Читате­ Мильтиада с ли должны думать сами, опираться на собственные мысли и угрозой в опыт, дополняя их прочитанным и становясь, таким образом, противном случае соавторами. истребить их Так, используя хитроумные приемы, Макиавелли добивал­ город, как сосну.

ся власти над своими читателями, скрывая от них свои мани­ Лампсакийцы же не пуляции. Трудно сопротивляться тому, чего не видишь и о чем могли понять, что не знаешь. означают слова Необходимо понимать: ваши идеи могут быть просто ве­ царской угрозы:



Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 22 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.