авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 15 |

«СЕРИЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ ВНЕ ЗАКОНА В ыпус к 5 ЮРИСТЫ ЗА КОНСТИТУЦИОННЫЕ ПРАВА И СВОБОДЫ ЗАЩИТА ЛИЧНОСТИ ОТ ДИСКРИМИНАЦИИ ...»

-- [ Страница 2 ] --

[…] 5.17 Что касается неспособности представить доказательства, то адвокат еще раз приводит свои доводы в отношении «статуса жертвы» автора и вы сказывает мнение о том, что при оценке такого статуса Комитет должен ру ководствоваться судебной практикой Европейского Суда, в соответствии с которой лица имеют право утверждать, что в случае отсутствия какой-либо отдельной меры, касающейся применения того или иного закона, этот за кон уже сам по себе нарушает их права, если они опасаются, что он может быть прямо применен к ним. В этой связи у автора отсутствовала необхо димость доказывать, что фактически она находилась в неблагоприятном положении. Автор лично пострадала в результате принятия упомянутых ре шений, что проявилось в следующем:

бесчеловечное и унижающее достоинство обращение. Автор лично пост радала от унижающего достоинства обращения, нанесенного ей прямого морального ущерба, ущемления человеческого достоинства и унижения, обусловленного принятием вышеупомянутых двух решений – факт, кото рый таковым и остался, несмотря на их последующую отмену. В этой связи нет ничего нелогичного в том, что заявитель, как и любой другой предста витель рома в Словакии, чувствует себя оскорбленным и публично унижен ным, что не идет ни в какое сравнение с чувством морального оскорбления, которое мог бы испытывать человек, полный самого искреннего сочув ствия, но не являющийся представителем рома;

излишние ограничения личной свободы. Автору был нанесен ущерб, обусловленный угрозой потенциального применения насилия;

ей было за прещено въезжать на территорию в окрестностях Нагова и Рокитовце или селиться там, что нарушает ее права на свободу передвижения и свободу выбора места жительства;

ее лишили возможности установить личные кон такты с лицами, проживающими в окрестностях Нагова и Рокитовце, что нарушает ее права на личную жизнь;

ее также непосредственно коснулось принятие вышеуказанных решений, поскольку она пострадала от той атмосферы расовой дискриминации, ко торая сложилась вокруг нее.

5.18 Государство-участник утверждает, что муниципалитеты, принявшие решения, не являются «государственными органами» или «государствен ными институтами» и что муниципалитет является «самостоятельной са моуправляемой административно-территориальной единицей Словацкой Республики».

Адвокат не согласен с этим мнением. […] Хотя муниципалитеты могут быть «самостоятельными самоуправляемыми административно-террито риальными единицами», они, тем не менее, остаются государственными органами и входят в состав государственной администрации и, следова тельно, являются государственными институтами по смыслу статьи 2, 1)a) Конвенции.

5.19 Что касается того факта, что решения были отменены, то меры пра вительства, выразившиеся в их отмене, не являются «эффективными мера ми» по смыслу пункта 1c) статьи 2, поскольку эта отмена была произведена с неразумно большой задержкой. Таким образом, данные решения факти чески нарушали – до их отмены – вышеупомянутое положение. […] РАССМОТРЕНИЕ ВОПРОСА О ПРИЕМЛЕМОСТИ 6.2 Во-первых, государство-участник утверждало, что соответствующие решения муниципальных советов были отменены, и поэтому сообщение потеряло свою релевантность. Вместе с тем Комитет отметил, что, несмот ря на их отмену, в период с июля 1997 года по апрель 1999 года эти реше ния действовали. Поэтому Комитету следовало изучить вопрос о том, не произошло ли в течение этого времени нарушений Конвенции в результате принятия указанных решений.

6.3 Во-вторых, государство-участник заявило, что похожее дело было передано на рассмотрение Европейского Суда по правам человека. В этой связи Комитет отметил, что автор настоящего сообщения не обращалась в Европейский Суд и что, даже если бы она в него и обратилась, ни положе ния Конвенции, ни правила процедуры не мешают Комитету рассматри вать дело, которое одновременно находится на рассмотрении другого меж дународного органа.

6.4 В-третьих, Комитет не разделил точку зрения государства-участни ка о том, что внутренние средства правовой защиты не были исчерпаны, и считал, что ни новое обращение в Конституционный суд, ни гражданский иск нельзя отнести к эффективным средствам правовой защиты в обстоя тельствах данного дела.

6.5 В-четвертых, Комитет, в отличие от государства-участника, высказал мнение о том, что автор может быть сочтен «жертвой» по смыслу пункта статьи 14 Конвенции, поскольку она принадлежит к группе населения, не посредственно затрагиваемой соответствующими решениями.

6.6 Наконец, Комитет пришел к мнению о том, что муниципальные сове ты, которые приняли соответствующие решения, являются, для целей осу ществления Конвенции, государственными органами.

6.7 Комитет пришел к выводу о том, что все прочие условия в отношении приемлемости, предусмотренные правилом 91 его правил процедуры, были выполнены. На этом основании 26 августа 1999 года он принял решение объявить сообщение приемлемым. […] РАССМОТРЕНИЕ ДЕЛА ПО СУЩЕСТВУ 10.1 Получив полные тексты решений 21 и 22, Комитет считает, что, хотя в их формулировках речь идет непосредственно о цыганских семьях, ранее проживавших в соответствующих муниципалитетах, тот контекст, в кото ром они были приняты, ясно указывает на то, что другим цыганам также было бы запрещено в них поселяться, что представляет собой нарушение статьи 5d), i) Конвенции.

10.2 В то же время Комитет отмечает, что соответствующие решения были отменены в апреле 1999 года. Он также отмечает, что свобода пере движения и места жительства гарантирована согласно статье 23 Конститу ции Словацкой Республики.

10.3 Комитет рекомендует государству-участнику принять необходимые меры для обеспечения того, чтобы практика, ограничивающая свободу пе редвижения и выбора места жительства рома в пределах его юрисдикции, была в полной мере и безотлагательно ликвидирована.

СОВЕТ ЕВРОПЫ ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА НАЧОВА (NACHOVA) И ДРУГИЕ ПРОТИВ БОЛГАРИИ Постановление по жалобе от 6 июля 2005 года Большая Палата [Извлечения] ПРОЦЕДУРА 1. Дело инициировано двумя жалобами (№№ 43577/98 43579/98) против Республики Болгарии, поданными 15 мая 1998 года в Европейскую комис сию по правам человека (далее – Комиссия) на основании бывшей ста тьи 25 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Кон венция») […].

2. Заявители утверждали, что их близких родственников, Кунчо Ангелова и Кирила Петкова соответственно, убили представители военной полиции, что является нарушением статьи 2 Конвенции. Более того, в нарушение статей 2 и 13 Конвенции расследование обстоятельств смерти велось не эффективно. Заявители также утверждали, что государство-ответчик в на рушение статьи 2 Конвенции не выполнило свое обязательство по защите жизни правовыми средствами, и что события, ставшие предметом разби рательства, явились результатом дискриминационного отношения к лицам цыганского (рома) происхождения, что составляет нарушение статьи 14 в сочетании со статьей 2 Конвенции.

[…] 5. 26 февраля 2004 года Палата той же (Первой. – Прим. перев.) Секции … вынесла решение, в котором единогласно постановила, что имели место Перевод выполнен АНО «ЮРИКС» (переводчик – Н.Т. Тимофеева).

нарушения статей 2 и статьи 14 Конвенции, и что нет необходимости рас сматривать вопрос на предмет соответствия статье 13 Конвенции.

6. 21 мая 2004 года Правительство Болгарии (далее – Правительство) в соответствии со статьей 43 Конвенции и правилом 73 Регламента Суда хо датайствовало о передаче дела на рассмотрение Большой Палаты. Коллегия Большой Палаты удовлетворила это ходатайство 7 июля 2004 года.

[…] ФАКТЫ I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА 10. Дело касается убийства офицером военной полиции Ангелова и Пет кова при попытке их задержания, произошедшего 19 июля 1996 года.

11. Все заявители являются болгарскими гражданами, относящимися к этнической группе цыган (рома).

[…] A. Обстоятельства, связанные со смертью Ангелова и Петкова 13. В 1996 году Ангелов и Петков, оба в возрасте двадцати одного года, проходили службу в строительных войсках (Строителни войски), армей ском подразделении, в задачи которого входило строительство многоквар тирных домов и иных гражданских объектов.

14. Ранее, в 1996 году, Ангелов и Петков уже арестовывались за неод нократные самовольные отлучения с места службы. 22 мая 1996 года Ан гелова и Петкова приговорили к тюремному заключению на срок девять и пять месяцев соответственно. Оба были ранее судимы за кражу.

15. 15 июля 1996 года они совершили побег со стройплощадки, находя щейся позади тюрьмы, куда их привели для выполнения работ, и направи лись домой к бабушке Ангелова, Тонковой, в деревню Лесура (Lesura). Мо лодые люди не были вооружены.

16. На следующий день официально сообщили об их отсутствии, и их имена занесли в список лиц, разыскиваемых военной полицией. 16 июля 1996 года отдел военной полиции г. Враца получил ордер на их арест.

3. 19 июля 1996 года, около 12 часов дня, дежурный офицер отдела воен ной полиции г. Враца получил анонимное сообщение о том, что Ангелов и Петков скрываются в деревне Лесура. По крайней мере, в одном из случа ев предыдущих самовольных отлучек Ангелов был обнаружен и задержан именно в этом месте.

4. В целях обнаружения и задержания указанных лиц полковник D., офи цер, руководивший операцией, принял решение направить в указанный на селенный пункт четырех офицеров военной полиции во главе с майором G.

По меньшей мере, двое из офицеров знали одного или обоих молодых лю дей лично. Майор G., вероятно, знал деревню Лесуру, поскольку – соглас но показаниям секретаря муниципалитета, допрошенного впоследствии в качестве свидетеля, – мать первого была оттуда родом.

19. Полковник D. сообщил офицерам, что в соответствии с правилами каждый из них должен взять с собой пистолет и автомат, а также надеть бронежилет. Он также уведомил их о том, что Ангелов и Петков были «за мечены в совершении уголовно наказуемых деяний» (криминално прояве ни) – эвфемизм, используемый для обозначения лиц, в прошлом осужден ных или подозреваемых в совершении преступления, – и что они пытались совершить побег при задержании. Офицерам были даны инструкции, со гласно которым в целях задержания они могли использовать любые сред ства в зависимости от обстоятельств.

20. Офицеры немедленно направились на автомобиле в деревню Лесура.

Два офицера были одеты в форму, а остальные – в гражданскую одежду.

Бронежилет надел только майор G., который был вооружен пистолетом и автоматом Калашникова калибра 7,62 мм. У остальных были только писто леты. Три автомата Калашникова во время операции оставались в багажни ке автомобиля.

21. По пути к Лесуре майор G. дал офицерам краткие устные инструк ции. Сержант N. должен был контролировать дом с восточной стороны, майор G. – с западной, а сержант K. – проникнуть внутрь дома. Сержан ту S., водителю, следовало остаться в машине и следить за домом с север ной стороны.

22. Около 13 часов офицеры прибыли в Лесуру. Они попросили секретаря муниципалитета и одного из деревенских жителей, T.M., присоединиться к ним и показать дом бабушки Ангелова. Автомобиль направился в цыган ский (рома) район Лесуры.

23. Сержант N. узнал дом, так как в прошлом он уже участвовал в аресте Ангелова, скрывавшегося в этом доме после самовольного отлучения.

24. Когда автомобиль подъехал к дому (между 13.00 и 13.30 часами), сер жант K. узнал в фигуре в доме у окна Ангелова. Дезертир, заметив автомо биль, попытался скрыться. Полицейские услышали звук разбитого окна.

Майор G. и сержанты K. и N. на ходу выпрыгнули из машины. Майор G. и сержант K. проникли через ворота во двор: первый направился к западной стороне дома, а второй – внутрь дома. Сержант N. направился к восточной стороне дома. Сержант S. остался в машине вместе с секретарем муниципа литета и T.M.

25. Сержант N. позже показал, что, заметив, что Ангелов и Петков пыта ются скрыться – выпрыгнули из окна и убегают в направлении соседского сада, – он крикнул: «Стоять, военная полиция!», достал пистолет, однако не совершил ни одного выстрела. Молодые люди не остановились. Пытаясь их настичь, сержант N. выбежал на улицу и пробежал несколько дворов. Во время бега он слышал крик майора G.: «Стоять, военная полиция, стоять, [иначе] я буду стрелять!». Затем раздались звуки выстрелов.

[…] 30. Начальник отдела военной полиции г. Враца и другие офицеры полу чили доклад о происшествии около 13.30 часов.

31. Сержант K. показал, что он зашел в дом и в момент, когда услышал крики майора G. с требованиями остановиться, обращенные к Ангелову и Петкову, разговаривал с бабушкой Ангелова и еще одной женщиной. В до ме он обнаружил, что рама окна, выходящего в сад, выломана. Сержант K.

собирался покинуть дом как раз в то время, когда позади дома раздались выстрелы. По дороге в сад он встретил майора G., который сказал ему, что дезертиры ранены. Затем сержант K. перелез через забор и подошел к ране ным, которые стонали. Он обнаружил у себя в руках автомат, хотя и не мог вспомнить, каким образом тот у него оказался. Сержант K. осмотрел его:

магазин был пуст. В стволе оружия остался один патрон.

32. К месту событий сразу же подошло несколько человек из соседних до мов. Майор G. и сержант N. остались на месте, а сержанты K. и S. достави ли раненых в больницу г. Враца.

33. По дороге в г. Враца Ангелов и Петков скончались. По прибытии в больницу был зафиксирован факт их смерти.

34. Бабушка Ангелова, Тонкова, изложила следующую версию произо шедшего: ее внук и Петков находились в ее доме в тот момент, когда уви дели приближающийся автомобиль. Она вышла из дома и увидела четырех мужчин в форме. Все они вошли во двор, один из них обогнул дом и на чал стрелять из автомата, и стрельба продолжалась достаточно долго. Трое других офицеров также были вооружены, однако не произвели ни одного выстрела. Тонкова оставалась во дворе, умоляя стрелявшего мужчину пре кратить стрельбу. Однако он направился к заднему двору. Затем выстрелы раздались оттуда. Она последовала за офицером и увидела своего внука и Петкова, лежащими ранеными во дворе по соседству.

35. В соответствии с показаниями одного из соседей, M.M., все трое по лицейских вели стрельбу. Двое совершили выстрелы в воздух, в то время, как третий, находящийся с восточной стороны дома (майор G.), вел при цельный огонь. M.M. слышал около 15 – 20 выстрелов, возможно, больше.

Затем он увидел, как военный полицейский направился во двор, на терри тории которого были ранены Ангелов и Петков. Этот двор принадлежал M.M. и его дочери. Увидев там своего внука, M.M. попросил майора G. раз решить ему подойти и забрать ребенка. Майор G. навел на него пистолет и, оттолкнув его, произнес: «Чертовы цыгане!» (мамка ви циганска).

B. Расследование в отношении фактов смерти 36. 19 июля 1996 года каждый из офицеров, участвовавших в задержании, представил в отдел военной полиции г. Враца отчет об обстоятельствах смерти молодых людей. Ни один из них не проверялся на наличие алкоголя в крови.

37. Уголовное дело по факту причинения смерти было возбуждено в тот же день, и между 16.00 и 16.30 часами военный следователь осмотрел мес то происшествия. В своем отчете он описал место происшествия, включая соответствующие местоположение дома Тонковой, первого забора, обнару женных гильз и следов крови. Следователь указал, что конструкция первого забора повреждена: он был сломан в одном месте.

[…] 41. […] В соответствии с заключением о патологоанатомическом вскрытии трупа № 139/96 причиной смерти Петкова стало «ранение в грудь»;

направление полета пули было «от груди к спине».

42. В отношении Ангелова в заключении указывалось, что причиной его смерти являлось «пулевое ранение, повредившее основную кровеносную артерию», и направление полета пули было «от спины к груди».

[…] 43. Заключение содержало вывод о том, что ранения были причинены пу лями, выпущенными с расстояния из автоматического оружия.

44. 22, 23 и 24 июля 1996 года следователь допросил четырех офицеров военной полиции, обоих соседей Тонковой (M.M. и K.), секретаря муни ципалитета и дядю Ангелова. Впоследствии также была допрошена мать Петкова.

[…] 50. 31 марта 1997 года следователь завершил предварительное расследова ние и представил отчет. Он отметил, что Ангелов и Петков сбежали из-под стражи во время отбытия тюремного заключения и таким образом совер шили преступление. Майор G. сделал все, что было в его силах, чтобы со хранить им жизнь: несколько раз требовал остановиться и сдаться, а также произвел предупредительные выстрелы. Он начал вести прицельный огонь только тогда, когда понял, что они продолжают убегать и могут скрыться.

У него не было намерения повредить им жизненно важные органы. Следо ватель, таким образом, заключил, что майор G. действовал в соответствии с Правилом 45 Инструкции для офицеров военной полиции, и порекомен довал Региональному управлению прокуратуры г. Плевена прекратить рас следование, поскольку в действиях майора G. отсутствуют признаки соста ва преступления.

51. 8 апреля 1997 года военный прокурор г. Плевена согласился с реко мендацией следователя и прекратил расследование. […] 52. В постановлении о прекращении уголовного преследования про курор, описывая личностные характеристики потерпевших, включая та кие, как их семью, образование и судимость, отметил, что молодые люди принадлежат к «семьям меньшинств» (эвфемизм, используемый в ос новном для обозначения лиц, относящихся к цыганскому (рома) мень шинству).

53. 11 июня 1997 года прокурор Прокуратуры вооруженных сил откло нил последующую жалобу заявителей на том основании, что Ангелов и Петков спровоцировали стрельбу попыткой бегства, и что майор G. при нял все необходимые меры, предусмотренные законом в таких случаях.

Таким образом, использование огнестрельного оружия является закон ным в соответствии с Правилом 45 Инструкции для офицеров военной полиции.

54. 19 ноября 1997 года прокурор Управления по надзору за следствием Прокуратуры вооруженных сил отклонил последующую жалобу по тем же основаниям, что и иные прокуроры.

II. ДОКЛАДЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ О ПРЕДПОЛАГАЕМЫХ ФАКТАХ ДИСКРИМИНАЦИИ В ОТНОШЕНИИ ЦЫГАН (РОМА) 55. Европейская комиссия против расизма и нетерпимости (EКРН) в своих последних отчетах по отдельным странам выражала обеспокоенность фактами полицейского насилия, обусловленными мотивами расовой или этнической неприязни, преимущественно в отношении цыган (рома), в ряде европейских стран, включая Болгарию, Чешскую Республику, Фран цию, Грецию, Венгрию, Польшу, Румынию и Словакию.

56. Отчет о состоянии основных прав в Европейском союзе и государ ствах-членах 2002 года, подготовленный по просьбе Европейской комис сии группой независимых европейских экспертов в области основных прав, содержал информацию о том, inter alia, что злоупотребления со стороны полиции в отношении цыган (рома) и подобных групп, включая необосно ванное применение силы, зафиксированы в ряде государств – членов ЕС, таких как Австрия, Франция, Греция, Ирландия, Италия и Португалия.

[…] III. ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ПРАВО И ПРАКТИКА A. Неопубликованная Инструкция для офицеров военной полиции, принятая министром обороны 21 декабря 1994 года 60. Статья 45 Инструкции (Правило 45), действовавшая в момент рас сматриваемых событий, гласила следующее:

«(1) Офицеры военной полиции могут применять огнестрельное ору жие... в следующих случаях:

[…] 2. При задержании лица, проходящего службу в вооруженных силах, совершившего или собирающегося совершить преступление, пресле дуемое в публичном порядке, и которое не подчиняется после соот ветствующего предупреждения...

(2) Применение огнестрельного оружия возможно только после уст ного предупреждения и предупредительного выстрела в воздух...

(3) В случае применения огнестрельного оружия офицеры военной полиции должны предпринимать меры по охране – в той мере, в ка кой это возможно, – жизни лица, в отношении которого применяет ся огнестрельное оружие, и оказывать помощь в случае причинения ранения.

[...] (5) В каждом случае применения огнестрельного оружия должен быть представлен отчет, описывающий обстоятельства, повлек шие его применение;

[отчет] должен предоставляться должностно му лицу, вышестоящему по отношению к офицеру, применившему оружие».

61. В декабре 2000 года Правило 45 было изменено Декретом № 7 от 6 де кабря 2000 года «О применении военной полицией силы и огнестрельно го оружия» (опубликован в Государственной газете № 102/2000, изменен в 2001 году). В соответствии со статьей 21 Декрета, огнестрельное оружие может быть применено, inter alia, в целях задержания лица, совершившего преступление, относящееся к категории преследуемых в публичном поряд ке. Подавляющее большинство преступлений, предусмотренных Уголов ным кодексом, относятся к этой категории, например кража в небольших размерах. Согласно статьям 2, 4(1) и 21 Декрета, при принятии решения о применении огнестрельного оружия должны учитываться такие факторы, как характер совершенного правонарушения и личные характеристики правонарушителя.

B. Иное применимое право и практика применения силы в процессе задержания 62. Статья 12 Уголовного кодекса устанавливает пределы применения силы при необходимой обороне. Она содержит требование, гласящее, что причинение вреда лицу, посягающему на личность и права обороняющего ся, или иных лиц, должно быть соразмерным, то есть соответствовать харак теру и опасности посягательства, а также сопутствующим обстоятельствам.

Вышеуказанное положение, впрочем, не регулирует случаи, в которых име ет место применение силы со стороны офицера полиции или иного лица в целях проведения задержания лица, не посягающего на личность офицера полиции или иного лица, производящего задержание. До 1997 года данный вопрос нормативно не регулировался. Тем не менее в ряде случаев суды применяли вышеуказанную статью 12 по аналогии.

63. Верховный суд, пытаясь устранить данный пробел, в решении № 12, принятом в 1973 году, постановил без дальнейших пояснений, что причи нение вреда при осуществлении задержания не преследуется в том случае, если размеры причиненного вреда не превышают необходимых в таких слу чаях пределов (12-1973-PPVS).

64. В решении № 15 от 17 марта 1995 года Верховный суд, указывая на то, что вопрос применения силы в целях проведения задержания не урегулиро ван законом и, таким образом, вызывает трудности при применении суда ми, заявил, что следует применять принципы, разделяемые всеми учеными юристами, написавшими комментарии к уголовному закону. В частности, причиненный вред может считаться правомерным только в тех случаях, когда существовало обоснованное подозрение, что задерживаемое лицо совершило правонарушение, отсутствовали иные средства осуществления задержания, и причиненный вред являлся соразмерным степени опасности посягательства. Верховный суд отметил также:

«...[Причинение вреда правонарушителю в целях осуществления задержания] является действием, к которому следует прибегать в крайнем случае. В случае, если правонарушитель не предпринимает попыток скрыться или … пытается скрыться, однако место предпо лагаемого сокрытия известно, причинение вреда не будет считаться обоснованным...

Размеры причиненного вреда должны соответствовать степени обще ственной опасности … преступления. В случае, если лицо совершило преступление, не представляющее существенной опасности для об щества, недопустимо рисковать его жизнью и здоровьем. Впрочем, угроза жизни или здоровью правонарушителя может быть обоснована в том случае, если он скрывается в связи с совершением тяжких пре ступлений (таких как убийство, изнасилование или грабеж).

Средства, используемые при задержании (и причиненный вред), должны соответствовать серьезности обстоятельств. Это является наиболее важным условием законности...

В случае, если причиненный вред превышает пределы необходимос ти … иными словами, если он не соответствует степени общественной опасности преступления и характеру обстоятельств, сопутствующих задержанию … лицо, причинившее вред, несет уголовную ответствен ность...».

65. В 1997 году парламент Болгарии принял решение устранить пробел в законодательстве путем внесения в Уголовный кодекс новой статьи 12a.

Она устанавливает, что причинение вреда правонарушителю ненаказуемо в случае, если иными средствами задержать лицо не представлялось возмож ным, а применение силы являлось необходимым и законным. Применение силы не признается необходимым в случае, если оно явно не соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, совершенно го задерживаемым лицом или если лицу без необходимости причиняется явно чрезмерный вред, не вызванный обстоятельствами. Суду известно о незначительном числе судебных решений, в которых дано толкование ста тьи 12a.

C. Уголовно-процессуальный кодекс 66. Статья 192 устанавливает, что уголовное дело публичного обвинения может быть возбуждено исключительно прокурором или следователем на основании жалобы или ex ocio. В соответствии с § 6 статьи 237 в том виде, в каком она действовала до 1 января 2000 года, пострадавший вправе об жаловать вышестоящему прокурору отказ в продолжении производства следственных действий по делу. Пострадавший не обладает иными возмож ностями обжалования фактического прекращения уголовного преследова ния.

67. В случае, если дело подсудно военному суду, например, если оно ка сается офицеров военной полиции, обязанность проводить расследование и поддерживать уголовное обвинение возлагается на военных следователей и военных прокуроров, чьи решения могут быть обжалованы главному про курору.

68. Статья 63 наделяет потерпевшего правом участвовать в процессе и в этой связи заявлять имущественные требования, знакомиться с материала ми уголовного дела, снимать копии с необходимых документов, представ лять доказательства, подавать замечания, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения должностных лиц следственных органов и проку ратуры.

D. Закон «О защите от дискриминации»

69. Закон «О защите от дискриминации» принят в сентябре 2003 года и вступил в силу 1 января 2004 года. Это базовый нормативный документ, принятый с целью установления механизма, гарантирующего эффективную защиту от незаконной дискриминации. Сфера его применения ограничи вается преимущественно трудовыми и административными отношениями, а также сферой предоставления услуг.

70. Статья 9 определяет правила доказывания в делах о дискримина ции. В соответствии с этой статьей в случаях, если одна сторона доказала наличие фактов, на основании которых можно предположить о дискри минационном обращении, бремя доказывания того, что в данном случае нарушение права на равное обращение не было допущено, возлагается на противоположную сторону. Закон также учреждает Комиссию по защите от дискриминации, в компетенцию которой входит, inter alia, рассмотрение индивидуальных жалоб.

IV. ПРИМЕНИМОЕ МЕЖДУНАРОДНОЕ И СРАВНИТЕЛЬНОЕ ПРАВО A. Принципы ООН о применении силы 71. Основные принципы ООН о применении силы и огнестрельного ору жия должностными лицами по поддержанию правопорядка (далее – Прин ципы о применении силы) приняты 7 сентября 1990 года VIII Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушите лями.

72. Параграф 9 данного документа устанавливает следующее:

«Должностные лица по поддержанию правопорядка не применяют огнестрельного оружия против людей, за исключением случаев само обороны или защиты других лиц от неминуемой угрозы смерти или серьезного ранения или с целью предотвращения совершения особо серьезного преступления, влекущего за собой большую угрозу для жизни, с целью ареста лица, представляющего такую опасность, со противляющегося их власти, или с целью предотвращения его побега и лишь в тех случаях, когда менее решительные меры недостаточны для достижения этих целей. В любом случае преднамеренное приме нение силы со смертельным исходом может иметь место лишь тогда, когда оно абсолютно неизбежно для защиты жизни».

73. В соответствии с иными положениями указанных Принципов о при менении силы должностные лица по поддержанию правопорядка должны «действовать исходя из серьезности правонарушения и той законной цели, которая должна быть достигнута (§ 5). Кроме того, «правительства обес печивают, чтобы произвольное или злонамеренное применение силы или огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопо рядка каралось в соответствии с их законом как уголовное преступление»

(§ 7). Нормы национального законодательства, регулирующие условия применения огнестрельного оружия, должны «гарантировать применение огнестрельного оружия исключительно в соответствующих обстоятельствах и при условии снижения риска причинения вреда без необходимости».

74. Параграф 23 Принципов о применении силы устанавливает, что по терпевшим [от применения силы] и членам их семей должен быть обеспе чен доступ к независимым процедурам рассмотрения дела, включая судеб ный процесс. Далее в § 24 установлено, что:

«Правительства и правоохранительные органы обеспечивают при влечение старших должностных лиц к ответственности, если им известно или должно было быть известно об имевшихся или имею щихся случаях незаконного применения силы или огнестрельного оружия находящимися в их подчинении должностными лицами по поддержанию правопорядка и они не предприняли всех имеющихся в их распоряжении мер для предотвращения, пресечения таких случаев или сообщения о них».

75. Принципы эффективного предупреждения и расследования внеза конных, произвольных и суммарных казней, принятые 24 мая 1989 года Ре золюцией 1989/65 Экономического и Социального Совета ООН, устанавли вают, inter alia, что все предполагаемые случаи внезаконных, произвольных и суммарных казней должны подвергаться тщательному, оперативному и беспристрастному расследованию, а цель расследования заключается, inter alia, в установлении «любой системы или практики, которая могла стать причиной» смерти. Параграф 11 данного документа гласит:

«В случаях, когда установленные процедуры расследования не удов летворяют требованиям в силу недостаточной компетентности или пристрастности, в связи с важностью вопроса и в связи с явным на личием систематических злоупотреблений, а также в случаях, когда поступают жалобы на эти недостатки от семьи жертвы, или по другим существенным причинам правительства проводят расследование с помощью независимой комиссии по расследованию или путем ана логичной процедуры. Членами такой комиссии избираются лица, из вестные своей беспристрастностью, компетентностью и личной неза висимостью. В частности, они должны быть независимыми от любой организации, учреждения или лица, которое может быть объектом расследования. Комиссия имеет право затребовать всю необходимую для проведения расследования информацию и проводить расследова ние в соответствии с настоящими Принципами».

Параграф 17 устанавливает:

«В течение разумного срока составляется письменный отчет о методах и результатах таких расследований. Отчет незамедлительно предается гласности;

он должен содержать информацию о рамках следствия, процедурах и методах, применявшихся для оценки доказательств, а также выводы и рекомендации на основании полученных результатов и применимого законодательства […].

B. Международно-правовые акты и сравнительное право, касающиеся расово-мотивированного насилия 76. Статья 4 Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации, ратифицированная Болгарией в 1966 году, вступила в силу в 1969 году и опубликована в «Държавен вестник» в 1992 году. В отношении рассматриваемого предмета в ней установлено следующее:

«Государства-участники... обязуются принять немедленные и пози тивные меры, направленные на искоренение всякого подстрекатель ства к такой [расовой] дискриминации или актов дискриминации, и с этой целью они … (a) объявляют караемым по закону преступлением … все акты наси лия или подстрекательство к таким актам, направленным против лю бой расы или группы лиц другого цвета кожи или этнического проис хождения...».

77. 16 марта 1993 года Комиссия по ликвидации всех форм расовой дис криминации, выражая свою позицию в деле «L.K. против Нидерландов» по жалобе № 4/91, которая касалась угроз расистского характера, высказан ных частными лицами в отношении L.K. и отсутствия адекватной ответной реакции представителей государства на жалобу потерпевшего, установила, inter alia, что на государство возлагается обязанность расследовать с над лежащей тщательностью и быстротой дела о подстрекательстве к расовой дискриминации и насилию.

78. Статья 6 Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств Совета Европы, действующая в Болгарии с 1999 года, в отношении рас сматриваемого предмета устанавливает следующее:

«Участники обязуются принимать надлежащие меры для защиты лиц, которые могут подвергнуться угрозам или актам дискриминации, враждебности или насилия вследствие их этнической, культурной, языковой или религиозной принадлежности».

79. В решении от 21 ноября 2002 года Комитет ООН по предотвращению пыток, рассматривая жалобу № 161/2000, поданную Хайжризи Джемайл (Hajrizi Dzemajl) и другими против Югославии, установил, что действия жи телей, не принадлежавших к цыганскому (рома) меньшинству и разгромив ших 14 апреля 1995 года в присутствии должностных лиц полиции цыган ское (рома) поселение в г. Даниловграде, Черногория, совершались явно по мотиву расовой ненависти. Этот факт был признан отягчающим обсто ятельством нарушения § 1 статьи 16 Конвенции ООН о противодействии пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения и наказания, установленным в данном деле. Оценивая доказательства, Комитет отметил, что он не получил письменного объяс нения со стороны государства и решил положиться на детальное изложение обстоятельств дела, представленное жалобщиками.

80. Директива Совета ЕС 2000/43/EC от 29 июня 2000 года, обеспечива ющая реализацию принципа равного обращения по отношению ко всем лицам независимо от их расовой или этнической принадлежности, и Ди ректива Совета ЕС 2000/78/EC от 27 ноября 2000 года, учреждающая общие рамки равного обращения в сфере трудовых отношений, устанавливают в статьях 8 и 10 соответственно, следующее:

«1. Государства-члены должны в рамках их национальных судебных систем предпринимать необходимые меры, гарантирующие, что в случае, если лица, считающие себя пострадавшими в результате не соблюдения в их отношении принципа равного обращения, предста вят перед судом или иным компетентным органом факты, на осно вании которых можно предположить, что имела место прямая или косвенная дискриминация, обязанность доказывания того, что нару шение принципа равного обращения не имело места, возлагается на ответчика.

2. Положения параграфа 1 не препятствуют государствам-членам ус танавливать более благоприятные для истцов правила доказывания.

3. Положения параграфа 1 не применимы к уголовному процессу.

[...] 5. Государства-члены не обязаны применять положения параграфа к процедурам, которые относят расследование факта дела к компе тенции суда или иного компетентного органа».

81. В 2002 году Комиссия ЕС опубликовала Предложения по Рамочному решению об искоренении расизма и ксенофобии, принятому Советом ЕС, при этом статья 8 данных предложений среди мер в данной сфере, выпол нение которых должны были обеспечить государства-участники, включала также требование о том, чтобы в уголовном праве мотивы расовой неприяз ни входили в перечень отягчающих обстоятельств.

82. В апреле 2005 года Европейский центр по мониторингу расизма и ксенофобии (European Monitoring Centre on Racism and Xenophobia) опублико вал сравнительный обзор насильственных преступлений на почве расовой неприязни и ответной реакции на них 15 государств – членов ЕС. Он от метил, inter alia, что в уголовном праве большинства из 15 исследованных стран традиционно отсутствуют понятия «насильственное преступление, совершенное по мотивам расовой ненависти», «расово-мотивированное насилие», а также специальные положения о мотивации, обусловливаю щей акты насилия. Однако эта ситуация в настоящее время изменяется, так как законы начинают устанавливать ответственность за расово-мотивиро ванные преступления. В частности, законодательство все большего коли чества государств – членов ЕС рассматривает мотивы расовой неприязни в качестве фактора, отягчающего вину, который должен быть учтен судом при постановлении приговора. Такое требование специально установлено соответствующим законодательством в следующих странах: Австрия, Бель гия, Дания, Финляндия, Франция, Италия, Португалия, Испания, Швеция и Соединенное Королевство. Например, второй параграф статьи 132- Кодекса о наказаниях Франции, принятой в феврале 2003 года, содержит «объективное» определение расизма как отягчающего обстоятельства, на личие которого влечет назначение более сурового наказания:

«В случае, если преступление обусловлено фактической или предпо лагаемой принадлежностью или непринадлежностью жертвы к опре деленной расе, нации, этнической группе или религии, назначается более серьезное наказание.

Наличие обстоятельств, отягчающих вину, которые поименованы в параграфе первом, признается в том случае, если совершению пре ступления предшествуют, оно сопровождается либо за ним следуют письменные или устные комментарии с использованием изображе ний или предметов, а также имеют место иные действия, которые порочат честь или достоинство потерпевшего или группы лиц, к ко торой потерпевший относится, на основании их фактической или предполагаемой принадлежности или непринадлежности к опреде ленной расе, нации, этнической группе или религии».

ВОПРОСЫ ПРАВА I. ПРЕДЕЛЫ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛА 83. В ходатайстве о передаче дела на рассмотрение Большой Палаты и в письменных замечаниях Правительство просило Большую Палату повтор но рассмотреть вопросы, касающиеся нарушения статьи 14 Конвенции.

В процессе слушаний в Суде представители Правительства заявили, что они не оспаривают решение Палаты в отношении статьи 2 и статьи 13 Кон венции.

84. Заявители просили Суд рассмотреть исключительно вопросы, касаю щиеся нарушения статьи 14, поскольку заключения Палаты в отношении статьи 2 и статьи 13 Конвенции не оспаривались.

85. Суд напоминает, что удовлетворение коллегией Большой Палаты ходатайства о передаче дела на рассмотрение последней влечет передачу всего дела, которое рассматривается заново с вынесением по нему нового постановления. Дело, переданное в Большую Палату, с необходимостью охватывает все аспекты заявления, рассмотренного Палатой, а не только отдельный серьезный вопрос или предмет, лежащие в основе ходатайства о передаче дела на рассмотрение Большой Палаты (см. дело «K. и T. (K. And T.) против Финляндии» [GC], № 25702/94, ECHR 2001-VII, §§ 139–141).

86. Несмотря на то, что стороны выразили желание ограничить процесс повторного слушания вопросами, касающимися нарушения статьи 14 Кон венции, Большая Палата обязана также рассмотреть аспекты, связанные с нарушениями статьи 2 и статьи 13 Конвенции.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ КОНВЕНЦИИ 87. Заявители утверждали, что Ангелов и Петков были лишены жизни в нарушение статьи 2 § 2 Конвенции. С точки зрения заявителей, смерть указанных лиц наступила вследствие того, что условия применения огне стрельного оружия представителями государства, предусмотренные бол гарскими законодательством и практикой, не соответствовали требованиям Конвенции. В действительности, в настоящем деле представители государ ства были наделены правом применить силу, способную причинить смерть, в обстоятельствах, когда это не являлось абсолютной необходимостью. Этот факт сам по себе составил нарушение статьи 2 Конвенции. Заявители также утверждали, что компетентные власти не выполнили свою обязанность по осуществлению эффективного расследования обстоятельств смерти.

[…] A. Решение Палаты 89. Палата постановила, что статья 2 Конвенции устанавливает запрет на применение огнестрельного оружия с целью задержания лиц, которые, по добно Ангелову и Петкову, подозревались в совершении ненасильственных преступлений, не были вооружены и не представляли угрозы для окружаю щих, включая офицеров, производящих задержание. Государство-ответчик, таким образом, в обстоятельствах настоящего дела несет ответственность за лишение жизни в нарушение статьи 2 Конвенции, поскольку в целях за держания Ангелова и Петкова применялось оружие, способное причинить смерть. Нарушение статьи 2 отягчается и тем, что компетентные власти допустили чрезмерное применение силы, а также не смогли осуществить планирование операции задержания и контроль за ее ходом таким образом, чтобы это соответствовало требованиям статьи 2 Конвенции.

90. Кроме того, Палата установила, что государство-ответчик в наруше ние обязательства, предусмотренного положением статьи 2 § 1 Конвенции, не смогло обеспечить осуществление эффективного расследования фактов причинения смерти Ангелову и Петкову. В частности, в ходе расследования были допущены серьезные необъяснимые упущения и совершены непосле довательные действия;

подход к расследованию оказался ущербен в силу того, что в его основе лежал стандарт, принятый в Болгарии. Последний не соответствовал стандарту применения силы только в случаях, в которых это «более чем необходимо», то есть стандарту, установленному положениями статьи 2 § 2 Конвенции.

91. В отношении выдвинутого заявителями обвинения в том, что госу дарство-ответчик допустило нарушение обязательства по охране жизни посредством закрепления соответствующих норм в законодательстве, Па лата пришла к выводу, что все соответствующие аспекты дела рассмотрены и отсутствует необходимость отдельного рассмотрения этого вопроса.

[...] C. Мнение Суда 1. Были ли Ангелов и Петков лишены жизни в нарушение статьи Конвенции?

(a) Основные принципы 93. Статья 2, охраняющая право на жизнь, относится к основополагаю щим статьям Конвенции и предоставляет защиту одной из основных цен ностей демократических обществ, входящих в состав Совета Европы. Суд должен подвергать случаи лишения жизни более тщательному изучению.

В делах, касающихся применения силы представителями государства, он должен принимать во внимание не только действия представителей госу дарства, непосредственно применивших силу, но также и все сопутствую щие обстоятельства, включая такие факторы, как соответствующее законо дательство, а также планирование и контроль за осуществлением действий, составляющих предмет рассмотрения (см. решение от 27 сентября 1995 года по делу «Макканн (McCann) и другие против Соединенного Королевства», Series A, № 324, p. 46, § 150 и решение от 20 декабря 2004 года по делу «Ма каратцис (Makaratzis) против Греции» [GC], № 50385/99, §§ 57–59).

94. Как следует из текста статьи 2 § 2 Конвенции, применение сотрудни ками полиции силы, способной причинить смерть, в определенных обстоя тельствах может быть признано обоснованным. Однако любое применение силы должно быть не более чем абсолютно необходимым, иными словами, строго соразмерным обстоятельствам. Учитывая фундаментальную при роду права на жизнь, обстоятельства, при которых лишение жизни может быть признано обоснованным, должны трактоваться чрезвычайно стро го (см. решение от 9 октября 1997 года по делу «Андронику и Константину (Andronicou and Constantinou) против Кипра», 1997-VI, pp. 2097-98, § 171, p. 2102, § 181, p. 2104, § 186, p. 2107, § 192 и p. 2108, § 193;

и решение по делу «Маккерр (McKerr) против Соединенного Королевства», № 28883/95, §§ 108 и далее, ECHR 2001-III).

95. Следовательно, учитывая положения статьи 2 § 2 (b) Конвенции, Суд приходит к выводу, что законная цель по осуществлению правомерно го задержания может оправдать применение средств, угрожающих жизни человека, только в обстоятельствах абсолютной, исключительной необхо димости. Суд считает, что по общему правилу о такой необходимости не льзя говорить, когда известно, что задерживаемый не представляет угрозу для жизни и здоровья третьих лиц и не подозревается в совершении на сильственного преступления, даже если неприменение силы, способной причинить смерть, может повлиять на исход операции по задержанию де зертира (см. подход Суда в вышеупомянутом деле «Mаккан (McCann) и дру гие против Соединенного Королевства», pp. 45–46, §§ 146–50 и pp. 56–62, §§ 192–214 и в недавнем деле «Макаратцис (Makaratzis) против Греции», упомянутом выше, §§ 64–66;

см. также осуждение Судом практики при менения огнестрельного оружия против невооруженных и не угрожающих насилием лиц, пытавшихся бежать с территории бывшей Германской Де мократической Республики в делах «Стрелетц (Streletz), Кесслер (Kessler) и Кренц (Krenz) против Германии» [GC], №№ 34044/96, 35532/97 и 44801/98, §§ 87, 96 и 97, ECHR 2001-II).

96. Статья 2 Конвенции, устанавливая обстоятельства, при которых ли шение жизни может признаваться обоснованным, также возлагает на го сударство первостепенную обязанность гарантировать право на жизнь посредством закрепления в законодательстве и подзаконных актах положе ний, соответствующих действующим международным стандартам, которые должны установить ограниченное количество случаев, когда сотрудники правоохранительных органов имеют право применить силу и огнестрель ное оружие (см. дело «Макаратцис (Makaratzis) против Греции», упомянутое выше, §§ 57–59, а также соответствующие положения Основных принципов ООН о применении силы и огнестрельного оружия должностными лицами по поддержанию правопорядка в §§ 71–74 данного дела). В соответствии с содержащимся в статье 2 Конвенции принципом строгой соразмерности, о котором говорилось ранее (см. дело «Макканн (McCann) и другие против Соединенного Королевства», p. 46, § 149), национальное законодательство, регулирующее вопросы осуществления операций по задержанию, должно установить строгую зависимость между фактом применения силы и тща тельными анализом обстоятельств, связанных с задержанием, и, в частно сти, оценкой характера преступления, совершенного задерживаемым ли цом, и уровня общественной опасности последнего.

97. Более того, национальное законодательство, регулирующее вопросы осуществления правоохранных мероприятий, должно устанавливать систе му адекватных и эффективных гарантий не только против произвола и зло употребления при применении силы, но и в отношении случайностей, ко торые возможно избежать (см. решение по делу «Макаратцис (Makaratzis) против Греции», § 58). В частности, сотрудники правоохранительных орга нов должны пройти специальную подготовку с целью обучения их навы кам оценки того, существует ли абсолютная необходимость применения огнестрельного оружия не только с точки зрения «буквы» соответствующих предписаний, но также с надлежащим учетом приоритета уважения жизни человека как основной ценности (см. решение по делу «Макканн (McCann) и другие против Соединенного Королевства», pp. 61–62, §§ 211–214, в кото ром Судом подверглись критике данные солдатам инструкции, позволяю щие открывать огонь на поражение).

(b) Применение указанных принципов к фактам настоящего дела 98. Ангелову и Петкову причинена смерть сотрудником военной по лиции, который открыл по ним стрельбу в ходе проведения операции по задержанию после их побега из-под стражи. Следовательно, дело должно рассматриваться на предмет соответствия требованиям статьи 2 § 2 (b) Кон венции.

[…] (iv) Заключение Суда 109. Суд находит, что государство-ответчик не исполнило свои обяза тельства, предусмотренные статьей 2 Конвенции, поскольку соответству ющее законодательство, регулирующее вопросы применения силы, имело существенные недостатки, а Ангелов и Петков оказались убиты при обсто ятельствах, когда любое применение огнестрельного оружия с целью их за держания не соответствовало требованиям статьи 2 Конвенции. Более того, было допущено чрезмерное применение силы. Таким образом, в отноше нии причинения смерти Ангелову и Петкову имело место нарушение ста тьи 2 Конвенции.

2. Было ли эффективным расследование обстоятельств смерти Ангелова и Петкова, как этого требуют положения статьи 2 Конвенции?

[…] 119. В настоящем деле имело место нарушение государством-ответчиком его обязательства по осуществлению эффективного расследования фактов лишения жизни, которое предусмотрено статьей 2 § 1 Конвенции.

[…] IV. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ КОНВЕНЦИИ В СОЧЕТАНИИ СО СТАТЬЕЙ 124. В своей жалобе на нарушение статьи 14 Конвенции заявители ут верждали, что обстоятельства, приведшие к смерти Ангелова и Петкова, в значительной мере были обусловлены влиянием предубеждений и враждеб ного отношения к лицам, относящимся к цыганскому (рома) меньшинству.

Они также указывали, что компетентные власти не провели надлежащего расследования в отношении возможных расистских мотивов причинения смерти. Правительство отвергло обвинения заявителей.

[…] A. Решение Палаты 126. Палата отметила, что в делах о лишении жизни положения статей 2 и 14 Конвенции, рассматриваемые в совокупности, возлагают на представи телей компетентных властей государства обязанность проводить эффектив ное расследование независимо от расового или этнического происхожде ния жертвы. Она также указала, что на власти возлагается дополнительная обязанность предпринять все разумные меры в целях установления и разо блачения мотива расовой ненависти в случаях, связанных с применением силы сотрудниками правоохранительных органов.

127. В настоящем деле, несмотря на утверждения M.M. об оскорбитель ных расистских высказываниях в совокупности с иными свидетельствами, которые должны были побудить компетентные власти принять меры для расследования возможных мотивов расовой ненависти, такое расследова ние не проводилось. В этом отношении компетентные власти не смогли выполнить обязанность, возложенную на них положениями статьи 14 и статьи 2 Конвенции в их совокупности.


128. Палата, посчитав, что специфические трудности доказывания, свя занные с установлением фактов дискриминации, требуют от Суда особо го подхода к вопросу доказывания, постановила, что в делах, в которых должностные лица не отработали те направления расследования, которые очевидным образом подтверждались фактами, обнаруженными в ходе рас следования в отношении актов насилия со стороны представителей госу дарства, а также не обратили внимания на обстоятельства, свидетельствую щие о возможной дискриминации, Суд может при рассмотрении жалоб на нарушение статьи 14 Конвенции придти к негативным выводам из данных, дающих основания для разумных сомнений, или переложить бремя дока зывания на Правительство-ответчика.

129. На основании обстоятельств дела Палата посчитала, что поведение представителей официальных властей, компетентных проводить рассле дование и не обративших внимания на ряд фактов, которые должны были вызвать беспокойство, таких как чрезмерный характер силы, примененной майором G., свидетельства о его унизительных расистских высказываниях, оправдало перенос бремени доказывания с одной стороны на другую. Пос леднее, таким образом, возлагалось на Правительство-ответчика, которое посредством представления дополнительных доказательств или разумного объяснения фактов должно было убедить Суд в том, что события, в отно шении которых подана жалоба, не являлись связанными с какой-либо фор мой запрещенного дискриминационного отношения со стороны предста вителей государства.

130. Поскольку Правительство не представило убедительных объясне ний, Палата, обратив внимание на то, что Судом ранее рассматривался ряд дел, в которых было установлено, что представители правоохранительных органов Болгарии применили в отношении представителей цыган (рома) насилие, повлекшее смерть, пришла к заключению, что также имеет место нарушение материальной составляющей положений статей 14 и 2 Конвен ции в их совокупности.

B. Заявления сторон 1. Правительство 131. Правительство оспорило заключение Палаты о том, что наруше ние статьи 14 Конвенции имело место, заявив, что Палата при рассмотре нии вопроса опиралась исключительно на материалы общего характера о событиях, не относящихся к делу, и на два случайных факта – показания M.M. об оскорблении, которое майор G. предположительно высказал в ад рес последнего, но не жертв, и на тот факт, что события проходили в мес те компактного проживания цыган (рома). С точки зрения Правительства, при применении любого допустимого стандарта доказывания указанное не может служить основанием для того, чтобы обоснованно заключить, что применение огнестрельного оружия было обусловлено мотивами расовой ненависти.

132. Правительство особо отметило тот факт, что Суд всегда требовал представить доказательства, исключающие разумные сомнения. Перене сение бремени доказывания использовалось в тех обстоятельствах, когда события, касающиеся дела, полностью или в значительной степени нахо дились исключительно под контролем компетентных властей, как в случае смерти лица, находившегося под стражей. Однако в данном деле такие об стоятельства отсутствовали.

133. Поскольку элемент расовой ненависти не был установлен в событи ях, относящихся к делу, проведение национальными властями любых даль нейших расследований оказалось бы бесполезным. Правительство согласи лось с тем, что расово-мотивированное насилие должно наказываться более строго, нежели акты насилия, не связанные с мотивом расовой ненависти.

Однако на государство не может возлагаться ответственность за проведение расследования в отношении возможной расовой предвзятости при отсут ствии достаточных доказательств, обосновывающих обвинения в расизме.

Правительство высказало мнение, что подход Палаты может повлечь нало жение на Договаривающиеся Государства обязанности принимать особые меры в каждом деле, в котором имеют место обвинения в дискриминации, пусть и необоснованные.

134. Более того, подход Палаты не отвечает требованиям ясности и пред сказуемости. В частности, противоречивой является позиция Палаты, со гласно которой Суд, с одной стороны, не может исследовать намерение и душевное состояние в контексте статьи 2 Конвенции, а, с другой – прихо дит к выводу о том, что имело место материальное нарушение требований статей 14 и 2 Конвенции в их совокупности, поскольку смерть Ангелова и Петкова явилась следствием акта насилия, совершенного по мотивам расо вой ненависти.

135. Правительство – и в письменных, и в устных замечаниях – предста вило детальный обзор законодательства, социальных программ и иных мер, принятых в последние годы в Болгарии с целью искоренения дискримина ции и нетерпимости, а также обеспечения социальной интеграции цыган ского (рома) меньшинства.

2. Заявители 136. В письменных замечаниях заявители высказали мнение, что Конвен ция до сих пор не смогла предоставить гарантии эффективной защиты от расовой дискриминации, и призвали Большую Палату принять новое, сов ременное толкование статьи 14. Заявители приветствовали позицию Пала ты, согласно которой на Высоких Договаривающихся Сторонах лежит обя занность расследовать возможные расистские мотивы актов насилия, и что бремя доказывания может быть возложено на Правительство-ответчика.

В письменных замечаниях они заявили, впрочем, что стандарт доказыва ния в делах о дискриминации должен быть иным, нежели «доказательство, исключающее разумные сомнения», и что в делах, аналогичных настояще му, бремя доказывания должно всегда возлагаться на Правительство в том случае, если заявители представят доказательства prima facie – доказатель ства, свидетельствующие о дискриминации при отсутствии убедительных объяснений с противной стороны. В устных замечаниях в ходе слушаний представители заявителей призвали Суд поддержать позицию Палаты.

137. В отношении фактической стороны дела заявители утверждали, что имело место материальное нарушение положений статьи 14 Конвенции, по скольку они предоставляли доказательства prima facie, свидетельствующие о дискриминации, а Правительство не смогло представить доказательства обратного. В частности, этническая принадлежность Ангелова и Петкова была известна офицерам, собирающимся их задержать. Майор G. адресо вал оскорбительные расистские высказывания рядом стоящему человеку на основании принадлежности последнего к цыганскому (рома) меньшинству.

Кроме того, серьезные выводы следует сделать из того факта, что майор G.

вел огонь на поражение в том районе населенного пункта, где проживают исключительно цыгане (рома), и применение огнестрельного оружия в зна чительной степени превышало пределы необходимого в таких случаях. Эти факты должны оцениваться [Судом] в свете того, что в Болгарии дискрими нация цыган (рома) – обычная практика в деятельности сотрудников пра воохранительных органов. Более того, компетентные власти обязаны были расследовать, являлось ли причинение смерти Ангелову и Петкову следс твием расово-мотивированой неприязни, однако не сделали этого.

3. Третьи лица (a) Европейский центр по защите прав цыган (European Roma Rights Center) 138. Центр отметил, что в течение последних нескольких лет различные международные и неправительственные организации сообщали о много численных случаях недопустимого обращения с цыганами и причинения им смерти представителями правоохранительных органов и частными ли цами, являющимися этническими болгарами. Общепризнано, что расо во-мотивированное насилие в отношении цыган в Болгарии представляет собой серьезную проблему. Более того, представители цыганского мень шинства в большой мере исключены из общественной жизни, поскольку их интеграция осложняется значительной степенью бедности, безграмотности и безработицы среди них.

139. Несмотря на высокий уровень расово-мотивированного насилия и неоднократные призывы международных институтов, таких как Комитет ООН против пыток, принять меры по учреждению эффективной, надеж ной и независимой системы рассмотрения жалоб и адекватной системы расследования злоупотреблений со стороны полиции, компетентные влас ти таких мер не предприняли. Уголовное законодательство Болгарии не относит мотив расовой неприязни к обстоятельствам, отягчающим вину в делах о преступлениях, сопряженных с насилием. В 1999 году власти Бол гарии признали необходимость принятия соответствующих законодатель ных поправок, однако никаких положительных действий в этой связи не предпринято. Так, статья 162 Уголовного кодекса, устанавливающая уго ловную ответственность за нападения по мотиву расовой неприязни, пре дусматривает менее серьезное наказание, нежели положения Уголовного кодекса о причинении вреда здоровью. В результате статья 162 никогда не применялась, обвинения, если и выдвигались, то по общим положениям о причинении телесных повреждений или убийствах, а расистский характер нападений оставался нераскрытым. Как отметил Суд в решениях по делам Великовой и Ангеловой, существовала атмосфера безнаказанности.

(b) Интерайтс (Interights) 140. Интерайтс подверг критике применяемый Судом стандарт доказа тельства, «исключающий разумные сомнения», так как последний созда ет непреодолимые препятствия для установления факта дискриминации.

В своих замечаниях Интерайтс указывал на то, что те правовые системы, в которых существует наиболее серьезная судебная защита против диск риминации, являются преимущественно правовыми системами общего права, в которых в делах о дискриминации при оценке доказательств суд использует стандарт «баланса вероятностей». Обзор ответной реакции раз личных судебных систем на случаи дискриминации показывает, что с точки зрения гарантированности судебной защиты подход общего права оказался более эффективным, нежели в системах, тяготеющих к континентальному, германо-романскому типу, хотя в последних судьи имеют право устанавли вать фактические обстоятельства дела (функция судебного расследования) и поэтому способны, по крайней мере, теоретически, применить более высокий стандарт доказывания. С точки зрения Интерайтс, изложенной в замечаниях, Суд на практике руководствуется стандартом доказывания, занимающим промежуточное, среднее положение между двумя описанны ми, поскольку первый не требует столь же высокого уровня доказанности факта, как в уголовных делах, однако подход Суда не отвечает требованиям ясности и предсказуемости.


141. Также Интерайтс заявил, что подход, согласно которому, если в деле, касающемуся дискриминации, истец представит достаточные доказатель ства дискриминационного отношения – доказательства prima facie, – то бремя доказывания должно быть возложено на ответчика, поддерживается международной практикой. Такая позиция сформулирована в ряде дирек тив ЕС, в практике Суда справедливости Европейских сообществ, Комите том ООН по правам человека и национальными судами в ряде европейских государств, а также в США, Канаде и иных странах.

142. Вместе с тем Интерайтс привел примеры видов доказательств, кото рые принимаются национальными судами в качестве доказательств prima facie, достаточных для того, чтобы суд, в отсутствие убедительных объясне ний противной стороны, признал наличие дискриминации: доказательства «общей картины» неблагоприятного положения, «общее знание» о дискри минации, факты из «обычной жизни», общеизвестные факты, факты, име ющие отношение к прошлому и косвенные доказательства. Использование негативных выводов также является общепризнанным подходом.

(c) Правовая инициатива Открытого общества (Open Society Justice Initiative) 143. Правовая инициатива Открытого общества представила свои ком ментарии в отношении обязанности государств в соответствии с междуна родным и сравнительным правом расследовать случаи расовой дискрими нации и насилия. С ее точки зрения, широко поддерживаемый принцип, согласно которому эффективная защита материальных прав невозможна без надлежащих процедурных гарантий, также применим к делам о дис криминации. Следовательно, понятие процессуальной обязанности им плицитно содержится в положениях статьи 14 Конвенции. Более того, в соответствии с преобладающей практикой европейских стран и мировой практикой по уголовным делам, мотив расовой ненависти относится к об стоятельствам, отягчающим вину, и, следовательно, подлежит расследова нию. На государства, таким образом, возложена обязанность расследовать акты расового насилия. Эта обязанность относится к обязанностям ex ocio и возникает всегда, когда существуют основания подозревать, что противо правный акт был совершен по мотиву расовой неприязни.

C. Мнение Суда 1. Несет ли государство-ответчик ответственность за лишение жертв жизни на основании их расовой принадлежности или этнического происхождения?

144. Суд выше установил, что представители государства-ответчика не законно причинили смерть Ангелову и Петкову в нарушение статьи 2 Кон венции. Заявители настаивали также на том, что имело место отдельное нарушение статьи 14 Конвенции, поскольку расовая предвзятость оказала решающее воздействие на факт причинения смерти.

145. Дискриминация представляет собой неравное обращение без како го-либо объективного и разумного оправдания в отношении лиц, находя щихся в относительно похожих ситуациях (см. дело «Уиллис (Willis) против Соединенного Королевства», № 36042/97, § 48, ECHR 2002-IV). Расовое на силие наносит исключительное оскорбление человеческому достоинству и, с точки зрения его опасных последствий, требует от компетентных властей особой бдительности и решительных действий. Именно поэтому компетен тные власти должны использовать все доступные средства в целях искоре нения расизма и расово-мотивированного насилия, тем самым укрепляя демократический идеал общества, в котором многообразие воспринимает ся не как угроза, но как источник обогащения. Суд вернется к обсуждению этого вопроса ниже.

146. Задача Суда при рассмотрении жалобы заявителей о нарушении статьи 14 Конвенции в том виде, как они сформулированы, состоит в том, чтобы установить, являлся ли расизм причинным фактором применения огнестрельного оружия, повлекшего смерть Ангелова и Петкова, дающим, таким образом, основания утверждать о нарушении статьи 14 Конвенции в ее совокупности со статьей 2.

147. В этой связи Суд отмечает, что при оценке доказательств он исходит из принятого им стандарта доказательства, «исключающего любые сомне ния». Впрочем, он никогда не стремился копировать подход национальных правовых систем, применяющих этот же стандарт. Задача Суда заключа ется в том, чтобы выносить постановления об ответственности Договари вающихся Государств согласно Конвенции, а не о гражданско-правовой ответственности или уголовно-правовой вине. Своеобразие этой задачи, как она сформулирована в статье 19 Конвенции – обеспечение соблюдения обязательств, принятых на себя Высокими Договаривающимися Сторона ми по Конвенции, – обусловливает выбор позиции Суда в отношении та кого предмета, как стандарт доказывания. Во время слушаний перед Судом не существует процессуальных барьеров допустимости доказательств или раз и навсегда установленного догмата их оценки. Суд принимает [в ка честве обоснования своей позиции. – Прим. перев.] заключения, которые, с его точки зрения, подтверждаются свободной оценкой всех доказательств, включая также и выводы, которые могут быть сделаны из фактов и заявле ний сторон. Согласно установившейся практике Суда доказательство мо жет следовать из сосуществования существенно неоспоримых, очевидных и согласующихся предположений или похожих неопровержимых презумп ций существования факта. Более того, степень убедительности, необходи мая для того, чтобы Суд пришел к определенному заключению, и, в этой связи, распределение бремени доказывания, в действительности зависит от конкретных фактов, характера заявленных обвинений и природы права, предусмотренного Конвенцией, нарушение которого заявляется. Большая Палата также с особым вниманием относится к серьезности [с точки зре ния последствий для Высоких Договаривающихся Сторон. – Прим. перев.] заключения Суда о том, что государство допустило нарушение фундамен тальных прав (см., например: решение от 18 января 1978 года по делу «Ир ландия (Ireland) против Соединенного Королевства», Series A, № 25, § 161;

решение от 4 декабря 1995 года по делу «Рибитч (Ribitsch) против Австрии», Series A, № 336, p. 24, § 32;

решение от 16 сентября 1996 года по делу «Ак дивар (Akdivar) и другие против Турции», 1996-IV, p. 1211, § 68;

решение по делу «Танли (Tanli) против Турции», № 26129/95, § 111, ECHR 2001-III, и ре шение от 8 июля 2004 года по делу «Иляшку (Ilacu) и другие против Молдовы и России» [GC], № 48787/99, § 26).

148. Заявители ссылались на ряд отдельных фактов, из которых, в соот ветствии с отстаиваемой ими позицией, могут быть сделаны существенные выводы об акте расизма.

149. Во-первых, заявители посчитали изобличающим тот факт, что майор G. открыл огонь из автоматического огнестрельного оружия в насе ленной местности, выразив тем самым безразличие к безопасности людей.

Учитывая, что такое поведение не имело разумного обоснования, заявите ли высказали мнение, что расовая ненависть со стороны майора G. являет ся единственным правдоподобным объяснением и что он не поступил бы подобным образом в районе, где не проживали цыгане (рома).

150. Суд отмечает, впрочем, что использование огнестрельного оружия в обстоятельствах настоящего дела, к сожалению, не было запрещено нор мами национального законодательства, что осуждалось Судом ранее как вопиющий недостаток (см. § 99 данного дела). Сотрудники военной поли ции имели при себе автоматическое оружие в соответствии с правилами, и им были даны инструкции использовать все необходимые средства в целях задержания (см. §§ 19 и 60 данного дела). Таким образом, нельзя исклю чить вероятность того, что майор G. всего лишь строго исполнял предпи сания инструкции и действовал таким образом, как поступил бы в любой аналогичной ситуации независимо от этнической принадлежности дезер тиров. Соответствующие правила содержали существенный изъян и не со ответствовали требованиям положений Конвенции, охраняющих право на жизнь, но основания заключить, что майор G. не применил бы огнестрель ное оружие в населенном пункте, где проживают нецыгане, отсутствуют.

151. Как Суд установил выше, соответствует действительности тот факт, что поведение майора G. при проведении операции по задержанию вызы вает серьезную критику, так как он применил чрезмерную силу (см. § данного дела). Тем не менее нельзя исключить вероятности того, что его поведение обуславливалось неадекватностью правового регулирования оснований применения огнестрельного оружия, ни возможность того, что определяющим стал фактор его обучения действовать в рамках действовав ших правовых предписаний (см. §§ 60 и 99–105 данного дела).

152. Заявители также настаивали на том, что на отношение сотрудников военной полиции к жертвам серьезное влияние оказала их информирован ность о принадлежности последних к этнической группе цыган. Однако не возможно аргументированно продемонстрировать, оказала ли принадлеж ность Ангелова и Петкова к цыганскому меньшинству какое-либо влияние на отношение к ним сотрудников полиции. Более того, существуют свиде тельства, указывающие на то, что некоторые из офицеров знали одного или обоих из жертв лично (см. § 18 данного дела).

153. Заявители ссылались на показания M.M., соседа одной из жертв, ко торый сообщил, что майор G. прикрикнул на него «Чертовы цыгане» сразу же после инцидента со стрельбой. Несмотря на то, что сведения о расист ских высказываниях, связанных с актом насилия, должны были побудить компетентные власти в настоящем деле предпринять действия для проверки истинности утверждений M.M., последнее само по себе не является доста точным основанием для того, чтобы заключить, что государство-ответчик несет ответственность за лишение жизни по мотивам расовой неприязни.

154. Наконец, заявители опирались на информацию о многочисленных случаях, в которых сотрудники правоохранительных органов Болгарии применяли силу к представителям цыганского меньшинства, а ответствен ные лица не были привлечены к ответственности.

155. Действительно то, что ряд организаций, включая международные органы, выражали озабоченность существованием таких инцидентов (см.

§§ 55–59 данного дела). Вместе с тем Суд не должен забывать, что его един ственная задача состоит в оценке того, была ли в настоящем деле смерть Ангелову и Петкову причинена по мотиву расовой неприязни.

156. Согласно постановлению Палаты бремя доказывания перенесено на Правительство государства-ответчика на том основании, что компетент ные власти не смогли провести эффективное расследование в отношении предполагаемого расистского мотива причинения смерти. Неспособность Правительства представить Палате убедительные доказательства того, что события, явившиеся предметом спора, не были обусловлены мотивом ра совой неприязни, привела к установлению Палатой наличия нарушения материальной составляющей положений статей 14 и 2 Конвенции в их со вокупности.

157. Большая Палата напоминает, что в определенных обстоятельс твах, когда события полностью или в значительной степени находятся в исключительном ведении властей, например, как в случаях смерти лица, находящегося под их контролем в заключении, бремя доказывания может возлагаться на компетентные власти, которые должны предоставить удов летворительное и убедительное объяснение, в частности, причин смер ти задержанного лица (см. дело «Салман (Salman) против Турции» [GC], № 21986/93, § 100, ECHR 2000-VII). Большая Палата не исключает вероят ности того, что в определенных случаях предполагаемой дискриминации она может потребовать от Правительства государства-ответчика аргумен тированно опровергнуть обвинение в дискриминации, а если последнее не сможет этого сделать, постановить на этом основании, что имело место нарушение статьи 14 Конвенции. Однако в случаях, как в настоящем деле, когда идет речь об акте насилия, мотивированном расовыми предубежде ниями, применение такого подхода фактически равнозначно тому, чтобы требовать от Правительства государства-ответчика доказать отсутствие конкретного субъективного отношения со стороны конкретного лица. В то время, как в правовых системах многих стран доказывание дискриминаци онного воздействия практики или решения возможно без представления доказательств умысла в отношении предполагаемой дискриминации в сфе рах трудовых отношений или предоставлении услуг, этот подход достаточ но трудно перенести на дело, в котором выдвинуто обвинение в том, что расовой неприязнью мотивирован акт насилия. Большая Палата, отклоня ясь от подхода Палаты, не считает, что предполагаемая неспособность ком петентных властей провести эффективное расследование возможного ра систского мотива причинения смерти должна привести к переносу бремени доказывания на Правительство государства-ответчика в том, что касается предполагаемого нарушения статьи 14 в сочетании с материальной состав ляющей положений статьи 2 Конвенции. Вопрос о соблюдении властями их процедурной обязанности составляет предмет отдельного рассмотрения, к которому Суд вернется ниже.

158. Таким образом, оценив все обстоятельства дела, Суд считает, что не было установлено оказание какого-либо влияния расистских мотивов на факт причинения смерти Ангелову и Петкову.

159. Следовательно, Суд находит, что не имело места нарушение статьи Конвенции, взятой в сочетании с материальной составляющей положений статьи 2.

2. Процессуальный аспект: выполнило ли государство-ответчик свою обязанность по проведению расследования в отношении возможных расистских мотивов?

(a) Общие принципы 160. Большая Палата соглашается с проведенным Палатой в настоящем деле анализом процедурной обязанности Договаривающихся Государств по проведению расследования возможного мотива расовой неприязни актов насилия. Палата установила, в частности (§§ 156–159):

«...статья 2 Конвенции возлагает на государства общую обязанность по осуществлению эффективного расследования в делах о причине нии смерти.

…при осуществлении данной обязанности в соответствии с требо ваниями статьи 14 Конвенции не должна допускаться дискримина ция... [У]читывая потребность в постоянном доказательстве обще ственного осуждения расизма и национальной ненависти, а также подтверждая необходимость поддержания уверенности меньшин ства в том, что официальные власти способны обеспечить защиту от угрозы насилия на расовой почве, в случаях, когда существует подозрение, что акт насилия был обусловлен мотивом расовой или национальной неприязни, исключительно важное значение имеет быстрое осуществление независимого расследования. Соблюдение государством позитивного обязательства, установленного статьей Конвенции, предполагает, что в рамках национальной правовой системы должна гарантироваться равная, вне зависимости от ра совой или этнической принадлежности потерпевшего, реализация уголовной ответственности лиц, незаконно лишивших последних жизни (см. дело «Менсон (Menson) и другие против Соединенного Ко ролевства», № 47916/99, ECHR 2003-V)… … [П]ри расследовании случаев применения насилия представителя ми государства, и в особенности причинения ими смерти, на власти государств возлагается дополнительная обязанность – предпринять все разумно обоснованные меры для выяснения наличия мотива расовой неприязни и установления того, имел место или нет мотив этнической ненависти или предубеждения в данном конкретном слу чае. Не делать этого и подходить к обусловленным расовыми мотива ми насильственным преступлениям и жестокости так же, как к иным делам, не имеющим расистской окраски, значит игнорировать осо бую природу деяний, особенно разрушительных для основных прав личности. Отказ или неспособность провести различие в способах и методах расследования ситуаций, существенно различных по своей природе, может составлять необоснованное обращение, противо речащее статье 14 Конвенции (см., mutatis mutandis, дело «Тлимменос (Thlimmenos) против Греции» [GC], № 34369/97, § 44, ECHR 2000-IV).

В целях поддержания уверенности общества в эффективном действии системы правоохранительных органов, Договаривающиеся Государ ства обязаны обеспечить, чтобы при расследовании дел с применени ем силы в правовой системе государств и в их правоприменительной практике было сделано различие между такими составами, как пре вышение пределов применения силы и убийство по мотивам расовой ненависти.

Следует признать, что выявление мотива расовой ненависти на прак тике весьма затруднительно. Обязательство Государства-ответчика по расследованию возможной расовой природы мотива совершения пре ступления не является абсолютным, но относится к категории обяза тельств по использованию наилучших средств (см., mutatis mutandis, «Шенахан (Shanaghan) против Соединенного Королевства», № 37715/97, ECHR 2001-III, § 90, устанавливающее подобный стандарт в отноше нии общей обязанности осуществлять расследование). Компетентные власти должны предпринять соответствующие обстоятельствам меры по собиранию и обеспечению сохранности доказательств, установле нию истины и принятию обоснованных, независимых и объективных решений, учитывающих факты, вызывающие подозрение о расовой природе мотива совершения преступления».

161. Большая Палата добавила бы, что обязанность государственных властей расследовать возможную связь между мотивом расовой неприязни и актом насилия представляет собой составляющую их процедурной обя занности, предусмотренной положениями статьи 2 Конвенции, но также может быть истолкована и как вытекающая из их обязанности обеспечи вать пользование правом на жизнь без дискриминации, предусмотренной статьей 14 Конвенции, взятой в совокупности со статьей 2. Отдавая долж ное взаимосвязи между двумя положениями, Суд считает, что такие об стоятельства, как в настоящем деле, могут быть исследованы на предмет соответствия одному или другому положению в отдельности, или могут потребовать рассмотрения на соответствие обеим статьям. Этот вопрос дол жен решаться в каждом отдельном деле на основе фактов дела и зависеть от характера заявленных обвинений.

(b) Применение указанных принципов в настоящем деле 162. Суд уже установил, что болгарские власти нарушили положения ста тьи 2 Конвенции, так как они не смогли провести эффективное расследо вание фактов смерти Ангелова и Петкова (см. §§ 114–119 данного дела). Он считает, что в настоящем деле следует отдельно рассмотреть заявление о том, что также не расследовалась возможная причинно-следственная связь между расистскими мотивами и причинением смерти двум мужчинам.

163. В распоряжении властей, проводивших расследование смерти Анге лова и Петкова, были свидетельства M.M., соседа жертв, о том, что майор G.

сразу же после инцидента прокричал, наставив на него оружие: «Чертовы цыгане» (см. § 35 данного дела). Это утверждение, рассматриваемое в свете многих опубликованных отчетов о существующих в Болгарии предвзятости и жестокого обращения по отношению к цыганам, требовало проверки на истинность.

164. Большая Палата, как и Палата, считает, что любое свидетельство того, что при проведении операции с применением силы к представителям этнических или иных меньшинств сотрудники правоохранительных орга нов допускали оскорбительные расистские высказывания, теснейшим об разом связано с вопросом о том, имело или нет место незаконное расово мотивированное насилие. В случаях, когда такие свидетельства становятся известны в ходе расследования, они должны проверяться на истинность, и, в случае их подтверждения, должно быть предпринято серьезное исследо вание всех обстоятельств в целях установления возможных расистских мо тивов.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 15 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.