авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 21 |

«СЕВЕРО-КАВКАЗСКАЯ АКАДЕМИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ ДОНСКОЕ ФИЛОСОФСКОЕ ОБЩЕСТВО ФИЛОСОФСКАЯ ИННОВАТИКА: ПОИСКИ, ПРОБЛЕМЫ, РЕШЕНИЯ ...»

-- [ Страница 10 ] --

Если возвратиться к анализу существующих реалий рос сийской действительности, то в поле обыденности фиксируется не только «фрагментарное» отношение к миру, но и фрагмен тарное отношение к себе самому, «разорванное» сознание. От дельное «Я» становится принципиально несвязанным и инде терминированным, а отбор кубиков мировоззренческой мозаи ки идет с поправкой на прагматизм ситуации, контекст суще ствования в условиях вынужденности. На рубеже веков выпес тована ментальность, подпитываемая прагматизмом и рыноч ными ориентациями. Современный человек, если это женщи на, то в условиях «стеклянного потолка», а если мужчина, то с ощущением своей несостоятельности, существуют в условиях доминирования экономоцентричности и максимизации функ ции полезности. В обществе потребления ценность человека измеряется его платежеспособностью. Применительно к такой оценки происходящего делается вывод, что в современном имидже страны зафиксирована все большая управляемость массами, эту страну населяющими, несмотря на низкую план ку качества их уровня жизни. Зачастую дело представляется таким образом, как будто ими добровольно приняты низкие бюджетные ставки и иррациональные пенсии на основе их молчаливого согласия.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Обсуждение современного имиджа страны будет непол ным, если не затронуть энергобезопасность в ее увязке с кли матической разбалансировкой. Консенсус энергетического ре гулирования или его отсутствие является значительным фак тором, модифицирующим современный имидж страны на За паде. Скандал по поводу приостановки поставки российского газа, события января 2009 г., нанесли значительный урон об разу страны.

Глобализация вносит изрядную долю унифицирующего колорита в исторически своеобразный имидж России. Спра ведливо суждение, что глобализация сужает возможности раз виваться специфическим образом. В связи с этим возникает проблема, насколько необходимо и привлекательно стремле ние «вписаться в глобализацию?» И ответ на так поставленный вопрос дал мировой финансово-экономический кризис, кото рый поначалу трактовался как не имеющий прямого отноше ния к России, а затем оказалось, что российская экономика в ее стремлениях быть интегрированной в мировую экономику, и непосредственно зависима от ее кризисных тенденций.

При обсуждении проблемы современного имиджа страны возникает ряд общих вопросов, во-первых, следует ли выде лять тенденцию европейезированности имиджа России, или, напротив, ее незавершенная модернизация обнаруживает тормозящие факторы, уходящие своими корнями в менталь ность азиатского или славянофильского мироотношения? Во вторых, можно ли в достаточно короткие исторические сроки объективно определить улучшается или ухудшается имидж страны? В литературе приведены следующие цифры, касаю щиеся восприятия имиджа России. «Согласно опросу общест венного мнения, проведенному международным агентством совместно с университетом Мэрилэнда, 42 % респондентов от носятся к России отрицательно и только 30 % положительно.

Ниже России в рейтинге оказалась только Северная Корея, Израиль, Пакистан и Иран. По сравнению с 2007 г. уровень симпатии к нашей стране упал на 5 %, а число негативно отно сящихся возросло на 8 %»1. По оценкам Минэконом развития РФ отрицательный имидж страны негативно отражается на Глобалистика – 2009. Материалы международного научного конгресса. М., 2009. С. 237.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник объемах инвестиций, объеме экспорта, динамике выездного туризма, интеграции российских компаний в мировое деловое сообщество и пр.

Позитивная компонента имиджа страны связана с тем, что она воспринимается как колоссальный рынок для сбыта и инвестиций.

В систему координат желаемого имиджа включены такие ценности, как цивилизованность, миролюбие, открытость. В со временной имиджелогии создание имиджа тесно связано с функ ционированием бренда и брендинга. Это, в свою очередь, предполагает возможность обладания уникальными компе тенциями и технологиями. Позитивный имидж, высокий ста тус, успешный брендинг повышают значение страны, обеспе чивает лояльность партнеров, усиливают влияние и конкурен тоспособность. Такие характеристки как нестабильность, не предсказуемость, неопределенность, теневые отношения, на против, ни в коей мере не способствуют созданию позитивного имиджа страны.

Вместе с тем, идея создания и сохранения современного позитивного имиджа согласно традиционной социогуманитар ной рефлексии восходит к такому понятию, как патриотизм – (от лат. patria – отечество). Патриотизм всегда оценивался в качестве основополагающего мировоззренческого регуляти ва, предполагающего реализацию чувства любви и естествен ной привязанности к родной земле, родному языку и речи, чувство кровной связи с соплеменниками и родной культурой, гордость и преданность Родине. Особо отметим, что в общест венной мысли ушедшего периода любовь к отечеству и любовь к родине различались. В понятие «отечество» включались представления о социально-политическом строе, а в понятие «Родина» – представления о стране и ее культуре. Оказыва лось, что можно любить Родину, но бороться против установ ленного в ней строя, при этом всеми участниками данного про тивостояния руководил патриотизм. В связи с этим стоит обра тить внимание на размышления Федора Достоевского, содер жащие в себе ключ к пониманию своеобразия русской мен тальности: «Правда, мы сами-то не умеем тут ничего, а только «любим отечество», в средствах не согласимся и еще много раз поссоримся;

но ведь если уж решено, что мы люди хорошие, то Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс что бы там ни вышло, а ведь дело-то, под конец наладится. Вот моя вера»1. Такая симптоматика в еще большей степени про блематизирует технологии строго рационального построения имиджа страны.

Применительно к настоящим условиям российской дейст вительности, следует заметить, что, во-первых, Россия, в силу своей принципиальной специфичности, тяготеет к модели раз вития, не снимаемой калькой с цивилизаций западного образ ца, навязываемая имплантация западных институтов на оте чественной почве не приживается. Во-вторых, поиск модерни зационной модели развития России и построение соответст вующего, обусловленного ею имиджа, должны детерминиро ваться прогностической моделью будущего, иными словами здесь эффективна методология детерминации будущим. Это позволит придать деятельности целесообразность, осмыслен ность, и, в конечном итоге, результативность, а также выра ботку вполне конкретной позиции и способов перехода от на личных состояний к желаемым. Это потребует своего идеоло гического оформления и будет связана с необходимостью под питки стимулирующими принципами, одним из которых и вы ступает потребность в построении позитивного имиджа стра ны, опирающегося на разумность, ненасильственный мир, справедливость, открытость, право и гуманизм. Нужно быть патриотом настолько, чтобы заставить вести себя всегда и по всеместно в рамках и правилах общецивилизационных стан дартов, с учетом взаимосочетания свобод и прав, обязанностей и долга. Безмировоззренческое состояние – состояние без руко водящих прогрессивных идей и целей, без эмоциональной и волевой настройки – не может увенчаться успешной модерни зацией общества, обеспечивающей максимум благ его гражда нам, а скорее отражается симптомами социальной деструкции.

К общим рекомендациям, предполагающим ряд последо вательных, институциональных действий, следует отнести:

первое, в условиях экономоцентричности современной эпохи, имеющей центром приоритеты рыночных отношений, необходимо усилить значимость и авторитет общественных и гуманитарных ценностей;

второе, в целях улучшения имиджа Достоевский Ф. Полн. собр. соч. В 30 т. Т.22. Л.,1981. С. 45.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник страны необходима широкая популяризация достижений оте чественной науки и культуры, масштабного осмысления вкла да российских ученых в мировую науку, при этом имиджфор мирующая информация должна опираться на активизацию всех пяти органов чувств и синтез двух видов информации – наличной и извлекаемой из памяти. Третье, в отношении гео информационного пространства целесообразен экспертный анализ формируемых масс-медиа паттернов имиджформи рующей информации, задающей тональность восприятия имиджа страны, с учетом позитивного и негативного потен циала, который в состоянии и уничтожить, и перекроить образ страны, нации, реальности, спроектировав совершенно иной.

Уварова А.А. (ИППК ЮФУ, Ростов-на-Дону) ЛИБЕРАЛЬНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ ПРОЕКТ Б.Н. ЧИЧЕРИНА И СОВРЕМЕННАЯ РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ В условиях реформирования российской государственно сти идеи Б.Н. Чичерина о государстве и путях его развития, о соотношении свободы, нравственности и права, а также лич ности, общества и государства приобретают особую актуаль ность, так как могут стать одним из прообразов основы по строения в России правового государства.

Б.Н. Чичерин – один из первых русских философов права, который обратился к отличной от западноевропейской трак товке доктрины «правового государства», считая, что главным конструирующим элементом культуры является центральная государственная власть, оттесняющая на второй план сослов ные и корпоративные интересы и влияния. Такой подход по влиял на его характеристику права.

Заявляя о том, что область права не исчерпывается поло жительным законодательством, как это было принято считать в рамках юридического позитивизма того времени, Б.Н. Чиче рин характеризовал его определяющим моментом по отноше нию к юридическим нормам, которые существуют в данное Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс время и в данном месте1. Он утверждал, что право может по ниматься двояко: как нечто субъективное и одновременно объ ективное. Отсюда, «право есть свобода, определенная зако ном», однако здесь свобода выступает как внешне проявляю щееся действие отдельного лица, а, следовательно, нет и речи о свободе внутренней. В таком виде «право есть внешняя сво бода человека, определяемая общим законом»2.

Давая такое определение, Чичерин проводит четкое раз деление права и нравственности, так как право выступает как нечто формальное, а значит, в известной степени, принуди тельное, чего нельзя сказать о нравственности. Дело в том, что регулятором юридического закона выступает власть, как вы ражение внешнего диктата, а нравственность, в свою очередь, основывается на внутреннем регуляторе – совести. Однако это не позволяет нам говорить о том, что «право... есть только низшая ступень нравственности, как утверждают морализи рующие юристы и философы»3, так как сама нравственность нередко заставляет человека отказаться от права.

Б.Н. Чичерин ставил в зависимость естественное право, имеющее нравственную природу, от положительного, так как позитивное право развивается из теоретических норм, а они не носят принудительный характер. Естественное право – это не действующий закон, а лишь система наиболее общих юридиче ских норм, которые вытекают из человеческой разумности. Эти нормы, в силу их всеобщности, должны стать мерилом и руко водством для позитивного законодательства. Началом и мери лом же естественного права служит правда, понимаемая как истина и справедливость.

Высшее требование правды – равенство, однако равенство метафизическое, а не формальное, которое европейские юри дический позитивизм превращает в материальное. Это мета физическое равенство, по Чичерину, выступает как духовная сущность свободного лица, а значит – это равенство прав как юридических возможностей действовать, то есть равенство от дельных свободных воль перед законом, где справедливость Величко А.М. Учение Б.Н. Чичерина о праве и государстве // Автореф. дисс.... канд. юрид.

наук. СПбГУ., 1995.

2 Чичерин Б.Н. Философия права. М., 1900. С. 84.

3 Там же. С. 89.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник примиряет противоборствующие притязание и уважает все от дельные воли. Это равенство, упорядоченное справедливостью, есть не что иное как право основанное на нравственности.

Нравственность связана с нравственным поступком, в ос нове которого лежит нравственное суждение, а «в этом состоит прирожденное человеку нравственное чувство, выражением которого является совесть»1.

Основанием самой совести Б.Н. Чичерин считал разум, способный постичь общие начала. Поэтому нравственный за кон показывает лишь то, «что должно быть» безусловно, но че го может не существовать в действительности. «Нравственный закон обращается к внутренней свободе человека и действует в глубине совести;

поэтому первая и главная задача жизни со стоит в устроении души человеческой. Говорить об осуществ лении нравственного идеала в человеческих отношениях, по мимо этого внутреннего устроения, которое составляет основа ние и корень всякой нравственности, есть чистая нелепость»2.

Поэтому для осуществления нравственного идеала как нравст венного закона необходимо, прежде всего, нравственное нача ло, а его начало есть правда, то есть право и его справедливое осуществление.

Нравственность, у Б.Н. Чичерина, взаимодействуя с пра вом, переходит из области субъективной нравственности в об ласть объективной нравственности, которая являет собой сферу объективного права, а это идея Гегеля. Но если Гегель шел от индивидуалистического начала к субъективной нравственности, морали и, наконец, государству, и его система всецело покоится на личностном начале, то русский философ права говорит уже о союзе личных начал, преодолевая, тем самым, даже гегелев ский «правовой либерализм», и говорит о правовом идеализме.

Этот союз личных начал или людей, который образует единое, постоянное и самостоятельное целое и есть государст во, в котором взаимосоотносятся право и нравственность. Здесь следует уточнить, что такое государство может реально не су ществовать, в нем заложена потенция должного существова ния, следовательно, речь у Чичерина идет об идеале правового государства.

Чичерин Б.Н. Указ. соч. С. 169.

Там же. С. 212.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Такое правовое государство есть конечная цель, но никак не призыв к немедленному осуществлению, так как, по мне нию философа права, еще не изменены реальные условия земного бытия человека1.

Б.Н. Чичерин отмечает, что в России многое учреждалось государственными мерами, тогда как на Западе те же процес сы совершались без активного вмешательства государства.

Для Чичерина характерно особое видение личности на Западе и в России. В западноевропейской истории он отмечает ту большую роль, которую играет личность и созданные благода ря ее развитости различные союзы. Отличительные черты русской исторической жизни – чрезмерная слабость предста вительного начала, практически крепостное состояние всех со словий, отсутствие политических свобод. Все это является ре зультатом подчинения личностного начала государству.

Программа Чичерина для России состояла в требовании свободы совести, свободы от крепостного состояния, свободы общественного мнения, книгопечатания, преподавания, пуб личности всех правительственных действий, гласности судо производства. Идеалом государственного устройства (по край ней мере, для России) он считал конституционную монархию.

Государство, по Чичерину, предстает в истории союзом народа, связанного законом в одно юридическое целое и управляемое верховной властью для общего блага. Частное благо есть цель не государства, а гражданского общества. Го сударство обеспечивает безопасность и осуществление нравст венного порядка, оно же определяет и защищает права и сво боды. При этом государством определяются права граждан ские, а не так называемые естественные права.

Справедливость как общее разумное начало есть мерило, с помощью которого разграничивается область свободы от дельных лиц и устанавливаются требования законов.

Право не сводимо к пользе или к интересу, его сущность связана со свободой как индивидуалистическим и априорно метафизическим началом. Право с этой точки зрения есть внешняя свобода человека, определяемая внешними закона ми. Поскольку закон определяет права и обязанности, то есть Чичерин Б.Н. Указ. соч. С. 336.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник «свободу с ее границами» и вытекающими отсюда отношения ми, то эти границы и есть основное начало права как идеи, как нормы свободы. «Источник права, равно как и нравственности, лежит в свободе;

но здесь свобода является в другой форме: это – свобода внешняя, которая состоит в независимости лица от чужой воли во внешних действиях»1.

Русские мыслители сводят бытие, обращаясь к Аристоте лю, к четырем началам: производящей, формальной, матери альной и конечной. В обществе этим причинам соответствуют:

производящей – власть, формальной – закон, материальной – свобода, конечной – цель или идея (общая польза, общее бла го). Власть, закон, свобода и общее благо присущи любому сою зу, но в каждом из них преобладает один из этих элементов.

А так как общественных элементов четыре, то им соответству ют четыре союза: «семейство есть союз естественный, граждан ское общество – союз юридический, церковь – союз нравствен ный, наконец, государство есть союз абсолютный, представ ляющий высшее сочетание противоположных начал общежи тия, личного и общего»2. Так «основные элементы всякого об щежития, власть, закон, лицо и общая цель, присущи им всем, но в каждом из них один элемент является преобладающим:

в кровном союзе полнота целей, образующая общение всей жизни для совокупного блага;

в гражданском союзе – лицо с его частными правами и интересами;

в церковном союзе – религиозно-нравственный закон;

наконец в государстве преоб ладает наличие власти»3.

Государство рассматривалось Чичериным прежде всего как союз народа. «Народ, устроенный в государство, образует одно целое, в состав которого входят, с одной стороны, объеди няющиеся лица, с другой – система учреждений, которые слу жат ему органами. Все это вместе составляет одно юридическое тело, состоящее из лиц и учреждений;

как таковое оно должно иметь название, и это название есть государство»4.

Идея государства состоит в установлении высшего един ства общественной жизни и в соглашении всех входящих в со Чичерин Б.Н. Нравственный мир // Русская философия права. Антология. СПб., 1999. С. 101.

Там же. С. 102.

3 История русской правовой мысли. М., 1998. С. 28.

4 Чичерин Б.Н. Курс государственной науки. Ч. 1. М., 1894. С. 4.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс став его элементов. «Государство, по своей идее, есть предста витель всех интересов и всех элементов общества... Чем неза висимее государственная власть от общественных элементов, тем это призвание проявляется с большей силой»1. По Чичери ну, государство может пониматься как движение к заранее намеченной цели и, одновременно, как внеклассовый инсти тут, который развивается и существует сам по себе, лишь при норавливаясь к потребностям общества, лавируя между раз личными группами, классами2.

Русский философ правовое государство понимает как оте чество, которое и определяет его истинную сущность. «Для от дельного лица эта общая, охватывающая его среда, в которой оно рождается, живет и умирает, к которой оно принадлежит, как часть к целому, называется отечеством. Каждому человеку отечество представляется вечною идеей, которой он обязан служить всем своим существом, жертвуя для него даже жиз нью. Любовь к отечеству составляет одно из самых высоких и священных человеческих чувств. Эта идея отечества, получая общую организацию, устраиваясь как одно целое, имеющее одну волю, становится государством. Государство есть органи зованное отечество»3.

Цель государства Чичерин видит в осуществлении добра.

Но так как добро должно быть опредмечено, то мыслитель ви дит в «доброй цели государства» следующее: установление безопасности;

определение и охранение свободы и прав лица;

осуществление нравственного порядка.

Прежде чем государство начнет осуществлять свою «доб рую цель», оно должно определить границы прав и свобод, следовательно, необходимо установить для них положитель ные (суть человеческие) нормы.

Государство следит за выполнением нравственного зако на в том виде, в котором он представлен в общественной жиз ни. «Это уже не есть требование личной совести, в которой ка ждый является сам себе судьей;

это – требование государст венного союза, осуществляющего в себе нравственный закон»4.

Чичерин Б.Н. Курс государственной науки. Ч. II. М., 1896. С. 38 – 39.

Зорькин В.Д. Из истории буржуазно-либеральной политической мысли России. Вторая поло вина XIX – начало XX в. М., 1975. С. 108.

3 История русской правовой мысли. М., 1998. С. 35.

4 Там же. С. 39.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник Целью человеческой жизни является следование целям государства, но только в том случае, если эти цели совпадают.

Чичерин отмечает что «государство есть нравственное лицо, стоящее над физическими лицами, не поглощающее их в себя, а оставляющее им собственную сферу свободной деятельности, подчиненную только целям целого»1.

Но и этого недостаточно для выяснения вопроса о цели го сударства, так как она соотносится с «правдой жизни», а это уже сфера не идеального, а реального, где практическая цель государства состоит в связи с самим обществом, с самим «дан ным народом в данное время».

«Если с одной стороны государство служит средством для лица, то с другой стороны лицо служит средством для государ ства. Одно существует для другого. Это отношение целого и частей называется органическим, а потому государство можно назвать организмом, памятуя только, что это организм духов ный, состоящий из свободных лиц»2.

Таким образом, Чичерин модернизирует гегелевский нравственный этатизм в двух аспектах: рассматривает осуще ствление нравственного закона как второстепенную задачу, так как его приспособление к жизни происходит только в усло виях практической цели государства;

резко выступает против главенствующей роли государства и его институтов в жизни общества, так как считает, что «главное в истории не институ ты, а лица, живые носители нравственного закона;

от них за висит и усовершенствование институтов, обусловленное спо собностью лиц отделятся от исторического процесса и форми ровать требования и претензии к нему»3.

В целом, Б.Н. Чичерин видит цель социально-полити ческого развития в том, чтобы гармонически сочетать личное и государственное начала, избегая крайностей индивидуалисти ческого анархизма и этатизма, что является актуальным во просом для становления и функционирования современного Российского государства.

История русской правовой мысли... С. 41.

Там же. С. 43.

3 Русская философия права. Антология. С. 244.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Рудой В.В., ректор СКАГС (Ростов-на-Дону) СОВРЕМЕННОЕ МУНИЦИПАЛЬНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО В КОНТЕКСТЕ РУССКОЙ И ЗАПАДНОЙ ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ О МЕСТНОМ САМОУПРАВЛЕНИИ Современное местное самоуправление является наслед ницей богатых исторических традиций в общественном устрой стве, которое концентрирует в себе элементы многих научных концепций, отражающих различные подходы к трактовке при роды и сущности этого социального явления.

Первая попытка теоретического обоснования идей об ор ганизации местной власти на принципах самоуправления бы ла сделана в 1790 г. французским политическим деятелем Турэ. В докладе по законопроекту о реформе местного само управления во Франции Турэ сформулировал основные про блемы учения о самоуправляемых общинах:

– понятие о собственных общинных делах, присущих по своей природе муниципальному управлению;

– понятие о делах государственных, переданных для вы полнения на местный уровень1.

На протяжении последующих двухсот лет общественно политическая мысль неоднократно обращалась к проблемати ке управления местным сообществом, развивая эти две маги стральные линии научного поиска. Ключевой проблемой при этом оставался вопрос о соотношении общественных и государ ственных начал в местном самоуправлении.

Более активная разработка теоретических основ учения о местном самоуправлении была предпринята во второй чет верти XIX в. Одним из первых, кто дал системное представле ние о природе и необходимости функционирования само управляемых общин, был французский историк, социолог и политический деятель А. де Токвиль. Центральной в его кон цепции является мысль о том, что первоначальным источни ком власти в стране является отнюдь не государство в лице Цит. по: Фадеев В.И. Гарантии прав местного самоуправления в Российской Федерации // Региональное управление и местное самоуправление. М., 1994. С. 13.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник своих представительных органов, а индивиды, добровольно объединяющиеся в общины и сами управляющие своими соб ственными делами. Центральное правительство рассматрива лось Токвилем как своеобразная сдерживающая инстанция, к помощи которой следует прибегать лишь в крайних случаях, когда личная инициатива представителей общины бессильна1.

Эти и другие близкие взгляды легли в основу первой це лостной муниципальной концепции – общественной теории местного самоуправления, которая стала развиваться дальше по двум направлениям. Это:

– теория свободной общины;

– хозяйственная теория.

Теория свободной общины получила распространение в Европе в первой половине – середине XIX в. Наиболее из вестными западными представителями этой теории принято считать Гербера, Мейера, Лабанда, Ресслера.

Суть теории свободной общины сводилась к следующему:

общины по своей природе самостоятельны, они не созданы го сударством, поскольку возникли раньше него, и потому имеют естественное право самостоятельно управлять своими собст венными делами. Исходя из данных постулатов, в понятие са моуправления были включены следующие элементы:

– управление собственными делами общины, отличными по своей природе от дел государственных;

– избираемость органов местного самоуправления исклю чительно членами общины;

– невмешательство государственных органов в собствен ную компетенцию общины2.

Сторонники теории свободной общины прямо противопос тавляли деятельность органов местного самоуправления госу дарственному управлению, общественные интересы – полити ческим. Они рассматривали государство и самоуправление как два непересекающихся понятия, имеющих принципиально различное содержание: местные интересы, с одной стороны, и общенациональные – с другой.

Цит. по: Черкасов А.И. Эволюция взаимоотношений государства и местного управления в зарубежных странах // Государственная власть и местное самоуправление в России. М., 1998.

С. 146.

2 Шумянкова Н.В. Муниципальное управление. М., 2002. С. 63-64.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Наиболее яркое практическое воплощение теория свобод ной общины получила в бельгийской конституции 1831 г., ко торая содержала отдельную статью, посвященную общинному управлению, и, самое главное, признавала муниципальную власть в качестве четвертой власти в государстве (наряду с за конодательной, исполнительной и судебной), отстаивая тезис:

община старше государства;

закон ее находит, а не создает1.

Однако теория свободной общины имела один серьезный недостаток. Она выводила за грань своего рассмотрения круп ные административные единицы, созданные государством, но пользующиеся охраняемой законом самостоятельностью и управляемые выборными должностными лицами (области, де партаменты, регионы, провинции и т.п.). Отстаивать самостоя тельность этих самоуправляющихся территориальных единиц от центрального правительства, ссылаясь на их естественные права, было бы крайне затруднительно. А считать сельские и городские общины единственно возможным видом самоуправ ления – значило бы оторваться от действительности и поддер живать теорию, положения которой изначально противоречат основному критерию истины – общественной практике.

Именно в силу этих причин вскоре на смену теории сво бодной общины приходит хозяйственная теория местного са моуправления. В ее разработке ведущая роль принадлежит немецким ученым Гирке и Шеффнеру. Хозяйственная теория так же, как и теория свободной общины исходила из принципа признания свободы осуществления своих задач местными со обществами. Обосновывая основной признак местного само управления, данная теория на первый план выдвигала вместе с тем не естественный и неотчуждаемый характер прав общи ны, а негосударственную, преимущественно хозяйственную, природу деятельности органов местного самоуправления.

Согласно общественной теории, самоуправление – это заведо вание делами местного хозяйства. Дореволюционный государ ствовед Н.М. Коркунов так определил содержание этой теории:

«Общественная теория видит сущность самоуправления в пре доставлении местному обществу самому ведать свои общест венные интересы и сохранении за правительственными орга Кутафин О.Е., Фадеев В.И. Муниципальное право. М., 2004.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник нами заведования одними только государственными делами»1.

В связи с этим сторонники общественной теории предприни мали неоднократные попытки составить список дел, подведом ственных органам местного самоуправления, которые бы по существу отличались от дел государственного управления.

Однако на практике оказалось довольно сложно разгра ничить дела собственно общинные (местные) и дела государст венные, порученные для исполнения общинам. Например, до рожное строительство, местные налоги, охрана общественного порядка, заведование образованием, культурой, здравоохра нением и т.п. не могут считаться чисто общественными делами и противопоставляться делам государственным. Очевидно, что данные вопросы представляют интерес не только с точки зре ния местного сообщества, но и государства в целом. Этот факт, ставший «ахиллесовой пятой» общественной концепции мест ного самоуправления, вскоре подорвал основы ее господства в науке и заставил многих ученых взглянуть на местное само управление с принципиально иных позиций.

На основе взглядов, критически оценивающих общест венную муниципальную теорию, получает свое развитие госу дарственная теория местного самоуправления. Ее основные положения были разработаны выдающимися немецкими уче ными XIX в. Л. Штейном и Р. Гнейстом. Согласно данной тео рии, местное самоуправление представляет собой не что иное, как одну из форм организации государственного управления на местах, часть общей государственной системы, отличаю щуюся от центрального государственного управления тем, что осуществляется оно не правительственными чиновниками, а при помощи местных жителей, заинтересованных в результа тах местного управления. Н.М. Коркунов по этому поводу пи шет: «Государственная теория самоуправления видит в само управлении не самостоятельное заведование местным общест вом их собственными, отличными от государственного управ ления делами, а возложение на местное общество осуществле ния задач государственного управления. Однако в отличие от центрального государственного управления местное само управление осуществляется не государственными чиновника Коркунов Н.М. Русское государственное право. Т. 2. СПб., 1909. С. 489.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс ми, а при участии местных жителей, которые привлекаются на службу государственными интересами и целями»1.

Возникновение государственной теории самоуправления было вызвано реалиями второй половины XIX – начала XX в.

По мере развития процессов урбанизации и индустриализации стала ощутимо снижаться степень изолированности и самодос таточности отдельных территорий. Внедрение достижений на учно-технического прогресса, концентрация промышленности в крупных городских центрах, широкое развитие торговли сде лали локальные территориальные образования более зависи мыми как от общенационального политического курса, так и от ситуации в других сообществах.

Идея о том, что чем правительство меньше управляет, тем оно лучше, уступила место идее «государства всеобщего благо состояния», полномочия которого уже не ограничиваются лишь защитными и регуляционными функциями. От государства стали ожидать, что оно не только будет стоять на страже зако на и порядка, но и возьмет на себя основную заботу по обеспе чению благосостояния населения, определенных разумных стандартов жизни, более справедливого распределения на ционального дохода между гражданами, защитит их от воз можных социальных и экономических потрясений. Показа тельно, что именно в этот период правительствами многих стран была взята на вооружение доктрина английского эконо миста Дж. М. Кейнса, предполагавшая усиление вмешатель ства государства в экономику в целях обеспечения бесперебой ного процесса общественного производства, поддержания эф фективного спроса и полной занятости2.

Общественная и государственная теории местного само управления имели своих сторонников и в дореволюционной России. Основываясь на идеях о самобытности русской общины и ее неотъемлемых правах, видный славянофил В.Н. Лешков выступал за независимость местного самоуправления от госу дарства, за необходимость равного участия в выборах всех сло ев населения уезда, связанных общими земскими интересами3.

Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 489.

Цит. по: Черкасов А.И. Указ. соч. С. 147-149.

3 Цит. по: Лаптева Л.Е. Земские учреждения в России. М., 1993. С. 5-21.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник Государственная теория местного самоуправления полу чила свое развитие в работах таких видных российских уче ных, как В.П. Безобразов, А.Д. Градовский, Н.И, Лазаревский.

Н.И. Лазаревский в своей работе «Лекции по русскому го сударственному праву» высказывал, например, мнение, что органы местного самоуправления имеют ту же природу, что и правительственные органы, и поэтому являются элементом структуры государственной власти, стоящим в одном ряду с монархом, правительством и парламентом. На тех же пози циях стоял и В.П. Безобразов, трактовавший бюрократические (государственные) и самоуправленческие учреждения как «двоякие органы одного и того же государственного организма, различные формы одной и той же власти»1.

Основные теоретические положения о природе и сущно сти местного самоуправления, выдвинутые и обоснованные в трудах ученых XIX в., лежат в основе современных взглядов на местное самоуправление. В значительной мере эти взгляды и сегодня остаются полярными. Одни ученые продолжают на ставивать на том, что местное самоуправление является де централизованным и организационно обособленным элемен том государственного механизма, зависимым от центра и вы ступающим в качестве административной организации по ока занию услуг населению в соответствии с общенациональными стандартами и общим политическим курсом центрального правительства. Другие, напротив, остаются приверженцами общественной доктрины местного самоуправления, важней шими аргументами в пользу которой выступают, во-первых, собственная легитимность местных органов власти, ибо фор мируются они либо непосредственно населением, либо при его участии, и, во-вторых, их самостоятельность, поскольку они располагают собственными финансовыми (местные бюджеты), материальными (муниципальная собственность), человече скими (штат муниципальных служащих) ресурсами и юриди ческими полномочиями (возможность действовать в качестве юридического лица, заключать договоры и возбуждать иски).

Несмотря на сохраняющуюся полярность взглядов в от ношении понимания сущности местного самоуправления, в по Безобразов В.П. Земские учреждения и самоуправление. М., 1874.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс следнее время в научной литературе широкое распростране ние получила дуалистическая теория муниципального управ ления, представители которой пытаются достичь компромисса между сторонниками двух крайних точек зрения на природу местных органов власти. Согласно теории дуализма, местное самоуправление несет в себе оба начала: и государственное, и общественное, являясь, с одной стороны, своеобразным про должением государственной административной машины на уровне ниже центрального, с другой – легитимным выразите лем идей местных сообществ.

Представляется, что именно дуалистическая муници пальная концепция ближе всех подошла успешным попыткам Раскрытия понятия феномена местного самоуправления. В ее пользу говорит уже сама технология (механизм) формирова ния предметов ведения местного самоуправления. Как пока зывает практика, в основе данного механизма всегда лежит проявление встречной инициативы: со стороны населения, ко торое поручает органам местного самоуправления исполнение ряда функций, существенных для данного местного сообщест ва, и со стороны государства, поручающего местным органам власти решение ряда вопросов, представляющих интерес не только с точки зрения конкретного муниципального коллекти ва, но и государства в целом. Иными словами, в рассматри ваемом случае государство не только позволяет органам мест ного самоуправления исполнять часть общественных дел само стоятельно, но и возлагает на них исполнение ряда собствен ных функций, сопряженное, как правило, с постоянными кон тактами с населением1.

При этом, как элемент системы управления, отвечающий за дела государственные, переданные для исполнения на ме стный уровень, местное самоуправление испытывает объек тивную потребность в государственном финансировании части муниципальных расходов;

в то же время его общественная природа делает обязательным участие муниципалитетов в хо зяйственных отношениях, заставляет их самостоятельно фор мировать часть своей экономической базы.

Воронин А.Г., Лапин В.А., Широков А.Н. Основы управления муниципальным хозяйством.

М., 1998. С. 13.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник Двойственная природа местного самоуправления – его основная сущностная черта. Она находит свое проявление практически во всех современных муниципальных системах.

В то же время, сочетание общественных и государственных начал в каждой конкретной системе местного самоуправления специфично. Мировая практика подтверждает преобладание либо одних, либо других признаков. Исходя из степени данно го преобладания, все многообразие мировых муниципальных систем можно свести к двум основным моделям: «модели авто номного местного самоуправления» и «модели наблюдаемого местного самоуправления»1.

Модель автономного местного самоуправления наиболее последовательно внедрена в таких странах, как США, Канада, Великобритания, Австралия, Новая Зеландия. Она базируется на положениях «общественной» муниципальной доктрины и поэтому предполагает отделение местного самоуправления от системы государственной власти, исключает всякое прямое подчинение муниципальных органов органам вышестоящего уровня. Характерная черта данной модели – отсутствие на местах полномочных представителей центрального правитель ства, контролирующих выборные муниципальные органы.

Контроль центра за деятельностью органов местного само управления в данном случае носит периодический и опосредо ванный характер.

В отличие от модели автономного местного самоуправле ния, в рамках наблюдаемой муниципальной модели, являю щейся практическим воплощением идей «государственной»

муниципальной теории, основной акцент делается на главен ствующей роли центра в отношениях с местными органами власти. Местные органы считаются своеобразным инструмен том, посредством которого центральное правительство реали зует свой политический курс на местах. Эта модель сформиро валась в странах, в которых государство традиционно сохра нило за собой значительные рычаги воздействия на организа цию и деятельность местного самоуправления (Франция, Ита лия, Дания, Бельгия и др.). В государствах с подобным типом Холлис Г., Плоккер К. На пути к демократической децентрализации: перестройка регио нальных и местных органов власти в новой Европе. Brussels: Tacis serviced DG IA, European Commission, 1995. С. 197-200.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс муниципальных систем на местном уровне одновременно с системой самоуправления действуют также органы государ ственной власти или должностные лица, осуществляющие прямое государственное управление на местах. Основной за дачей данных органов является обеспечение нормального функционирования муниципальных образований, выполнение отдельных государственных полномочий, переданных на ме стный уровень, а также осуществление контроля за деятельно стью органов местного самоуправления.

В прошлом подобный контроль осуществлялся преимуще ственно посредством так называемой «административной опе ки», предполагавшей вступление в силу решений местных властей лишь после их одобрения соответствующими государ ственными надзорными инстанциями. В таком одобрении могло быть отказано по соображениям как законности, так и целесообразности. В настоящее время административная опе ка практически повсеместно уступила место административ ному контролю, в рамках которого решения местных органов по вопросам их собственной компетенции могут быть оспорены вышестоящими структурами лишь по мотивам законности в судебном порядке.

Конституция Российской Федерации закрепляет положе ние, согласно которому органы местного самоуправления в нашей стране не входят в систему органов государственной власти. В пределах своих полномочий они действуют самостоя тельно (ст. 12). Порядок их формирования относится к исклю чительной компетенции населения муниципального образова ния. Действующее законодательство устанавливает правило, согласно которому одни органы местного самоуправления мо гут быть непосредственно избраны населением, другие – сформированы этими выборными органами. Но при всех усло виях они не могут назначаться или лишаться своих полномо чий «сверху». Это дает все основания считать, что Россия сего дня идет по пути реализации автономной модели местного са моуправления.

Основной вектор российской муниципальной реформы не изменили даже мероприятия по укреплению в стране системы государственной власти. Несмотря на то, что правовые ини циативы Президента Российской Федерации, реализуемые на Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник протяжении ряда последних лет, свидетельствуют об усилении государственного начала в системе управления обществом, имеющие место суждения о том, что в России возникла прямая угроза «автономии» местного самоуправления и постепенно реа нимируется муниципальная система, подконтрольная и подот четная государству, на наш взгляд, несколько категоричны.

Процесс усиления государственного контроля за деятель ностью органов местного самоуправления, кардинально не за трагивающий основ его автономии, законодательно стал оформ ляться в нашей стране с 2000 г. Так, в соответствии с Феде ральным законом от 4.08.2000 № 107-ФЗ «О внесении измене ний и дополнений в Федеральный закон «Об общих принци пах организации местного самоуправления в Российской Фе дерации» высшие должностные лица субъектов РФ, а также Президент Российской Федерации лично получили право на отрешение глав муниципальных образований от должности, а федеральный и региональный парламенты – такое же право на роспуск представительных органов местного самоуправле ния. Впоследствии, в рамках Федерального закона от 6.10. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного само управления в Российской Федерации», данные полномочия были сохранены за высшими должностными лицами (руково дителями высших исполнительных органов государственной власти) субъектов РФ. Казалось бы, это является прямым на рушением конституционного принципа организационной обо собленности местного самоуправления. Однако фактически данные прерогативы государственной власти были предусмот рены в качестве санкций в отношении лишь тех представи тельных органов и глав муниципальных образований, которые позволили бы себе игнорировать решение суда и не принимать мер для приведения изданных ими нормативных правовых актов в соответствие с действующим законодательством, и по тому реальной угрозы самостоятельности местного самоуправ ления не представляют.

Определенное опасение у специалистов вызывал п. 4 ст. Положения о полномочном представителе Президента Россий ской Федерации в федеральном округе, утвержденного Указом Президента РФ от 13.05.2000 № 849. Указ наделил полномоч ного представителя правом направлять своих заместителей и Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс сотрудников своего аппарата для участия в работе органов ме стного самоуправления, находящихся в пределах федерально го округа. При этом формы такого участия определены не бы ли, что создало потенциальную возможность для навязывания мнения представителей государственной власти представите лям организационно обособленного от государства местного самоуправления. За время существования федеральных окру гов прецедентов подобного рода не возникало. Есть надежда, что и в дальнейшем данная правовая норма будет применяться взвешенно, на взаимовыгодной для всех уровней власти основе.

В конце 2004 г. вопрос о прямом вмешательстве государ ственных органов в дела местного самоуправления вновь об рел актуальность. По инициативе Президента России в Феде ральный закон от 6.10.1999 №184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполни тельных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» были внесены изменения, ликвидировавшие сис тему всенародного избрания глав субъектов РФ. Новый закон ввел механизм наделения глав регионов полномочиями по представлению Президента Российской Федерации законода тельными (представительными) органами государственной власти субъектов РФ.

В контексте этих преобразований неоднократно обсуж дался вопрос, как в рамках действующей Конституции РФ та ким же правом наделить глав регионов в отношении органов местного самоуправления. Полностью скопировать «губерна торский» вариант нельзя. Если перейти к схеме фактического назначения глав муниципальных образований – это пойдет вразрез с конституционными нормами и создаст реальную угрозу самостоятельности местного самоуправления. В лучшем случае участие органов государственной власти субъектов РФ в формировании органов местного самоуправления может осуществляться через систему исполнительной местной вла сти. Но для этого необходимо внести изменения в Федераль ный закон от 6.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах орга низации местного самоуправления в Российской Федерации» и ограничить систему формирования органов местного само управления схемой, при которой высшее должностное лицо – глава муниципального образования – избирается из состава Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник представительного органа муниципального образования и яв ляется его председателем, а руководитель исполнительно распорядительного органа – глава местной администрации – назначается на должность при участии органов государствен ной власти. Формы такого участия могут быть различными, в том числе основываться на использовании одной из следую щих схем.

Вариант 1. Глава местной администрации назначается представительным органом муниципального образования по итогам конкурса. При этом одна треть конкурсной комиссии назначается представительным органом муниципального об разования, одна треть – законодательным (представительным) органом субъекта РФ;

одна треть – высшим должностным ли цом субъекта РФ.

Вариант 2. Глава местной администрации назначается представительным органом муниципального образования по итогам конкурса. При этом 50 % состава конкурсной комиссии назначается представительным органом муниципального об разования, 50 % – законодательным (представительным) орга ном субъекта РФ по представлению высшего должностного лица субъекта РФ.

Вариант 3. Глава местной администрации назначается представительным органом муниципального образования по представлению высшего должностного лица субъекта РФ.

Представляется, что первый из рассмотренных вариантов является наиболее предпочтительным, поскольку в наимень шей степени затрагивает конституционные основы построения системы местного самоуправления в Российской Федерации.

В случае его реализации органы государственной власти субъ ектов РФ получат реальную возможность воздействовать на процесс формирования муниципальных органов, а местное са моуправление в России сможет сохранить свою качественную специфику в виде автономной муниципальной модели, а не ее огосударствленного варианта.

Завершая анализ влияния общественно-политической мысли на формирование российской системы местного само управления, подчеркнем, что постулаты «общественной» тео рии получили в современной отечественной практике приори тет над «государственной» доктриной, что нашло юридическое Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс оформление в Конституции Российской Федерации и базовом Федеральном законе «Об общих принципах организации мест ного самоуправления в Российской Федерации».

Процесс перехода России к новой конституционной моде ли местного самоуправления осуществляется уже более пятна дцати лет. За это время местное самоуправление получило ор ганизационную оформленность. Сложилась его территориаль ная основа, сформировались основные структурные элементы новой системы. Безусловно, организация местного самоуправ ления в Российской Федерации требует дальнейшего совер шенствования. Но уже сегодня можно говорить о ней как о со стоявшемся факте, нацеливающем нас не на поиск чего-то принципиально нового, а на развитие уже сформированного и прошедшего испытание временем института.


Голубева Т.Г., докт. полит. наук (Ставрополь) ДИСКУРС О ВЗАИМООТНОШЕНИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ И МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ В РОССИИ НА РУБЕЖЕ XIX-XX ВЕКОВ Процесс институционализации местного самоуправления в России на рубеже XIX-XX вв. проходил в сложных условиях поиска путей общественного развития, противоборства раз личных подходов к формированию модели политического уст ройства государства.

Вслед за реформой местного управления и введением земства в 1864 г. последовали контрреформы 90-х гг. и сверты вание демократических начал. Главная же цель, которую пре следовало самодержавие, проводя контрреформы, заключа лась в том, чтобы подчинить себе всю структуру самоуправле ния, не допустить его посягательств на устои государственной власти. Этому способствовал либерализм земских деятелей.

Дворянство и буржуазия с одной стороны требовали свободы местного самоуправления, а с другой – все-таки были заинте ресованы в сохранении самодержавия. Страх перед революци ей заставлял буржуазно-либеральные круги отстаивать идею ограничения административной централизации, но при со Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник хранении централизации политической. Вместе с тем объек тивное развитие капитализма способствовало утверждению в обществе идеи народного представительства.

Институт местного самоуправления, введенный сверху и затем трансформированный из политических соображений ца ризмом не соответствовала своему первоначальному содержа нию. Проблема местного самоуправления не была решена к началу XX в.

В общественно-политической мысли России особое место в это время занимает вопрос о взаимоотношении государствен ного управления и местного самоуправления.

Собрания земских деятелей, политические партии, обще ственные движения, наконец, правительство, так или иначе, проявляли заинтересованность в нем. Все они рассматривали данный вопрос с точки зрения своих социально-классовых ин тересов. Их программы, проекты реформ и т.д. как частные факты выражали общую проблему – в России назрела истори ческая необходимость изменения государственного строя.

В печати 1900-х гг. шла полемика по поводу необходимо сти реформы местного самоуправления, так как положение в земстве, установившееся в прошлом веке уже не отвечало новым потребностям «Желательна скорая и достаточно широ кая реформа, – писала газета Неделя, – но если ей почему либо суждено затянуться еще на сколько-нибудь значительное время, следовало бы для устранения совсем бесплодного про медления, обратиться, в виде переходной меры, хотя к введе нию частных улучшений и расширению земского хозяйства»1.

Не было единого мнения в оценке земской реформы 1864 г., а также по вопросу о жизнеспособности сельскохозяйственной общины в условиях развивающегося капитализма. По-разному представляли общественные деятели и само содержание мест ного самоуправления. «У нас в России, – писал Н.И. Лазарев ский, – за последние 15-20 лет самоуправление переживает довольно острый кризис, весьма тяжело отражающийся на всем ходе нашего местного управления. Кризис этот в значи тельной степени объясняется рядом недоразумений, устранить Суррогат самоуправления // Неделя. 1900. № 11. 12 марта.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс которые можно только посредством точного выяснения сущно сти этого института»1.

Различные точки зрения по данной проблеме воплоти лись в теориях самоуправления. Основу их составили не толь ко взгляды российских общественных деятелей на существо проблемы, но также идеи представителей западноевропейской научной мысли.

В немецкой государственной науке получило распростра нение учение о том, что «община есть нечто, имеющее само стоятельное право на существование, нечто такое, чему госу дарство обязано предоставить в определенном круге дел пол ную свободу». Подобные взгляды были сформированы под влиянием идей Французской революции 1789 г. В частности, идеи о том, что «целый ряд дел местного управления относятся к числу специфически общинных дел и потому заведывание этими делами должно быть обязательно поручено органам об щинного самоуправления;

общины имеют свою самостоятель ную компетенцию, которую государство не может и не должно урезать, в сфере этой своей собственной компетенции они дей ствуют вполне самостоятельно и независимо от воли государ ственной власти»2.

Свободу общинного самоуправления связывали в Герма нии с борьбой за освобождение от иностранного влияния.

«…французская революционная идея об основных правах об щин, претворившись в германских умах в учение о свободной общине, стала одним из лозунгов борьбы с французским цен трализмом начала XIXвека»3.

Немецкие ученые Дальман Ф. и Рейхард выделяли такие признаки самоуправления, как: заведывание хозяйственными делами;

отсутствие административной опеки над органами ме стного самоуправления;

выборность органов общинного само управления.

Сторонники теории свободной общины стремились соз дать гарантию против вмешательства органов государственной власти в самостоятельную компетенцию общин. К таким га рантиям они относили: 1. ограничение надзора со стороны го Лазаревский Н.И. Самоуправление // Право. 1902. № 30. 21 июня.

Гронский П.П. Теории самоуправления в германской науке. СПб., 1913. С. 2.

3 Там же. С. 4.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник сударства за деятельностью самоуправления правом наблюде ния за закономерностью мероприятий органов общинного са моуправления, а не за их целесообразностью;

2. привлечение в качестве властей надзора за целесообразностью деятельности общинного самоуправления не представителей государствен ной власти, а органов самоуправляющихся коммунальных единиц высшего порядка1.

Представители данной теории выделяли и другую осо бенность организации местного самоуправления – «корпора тивная организация самоуправляющихся общин, уездов, про винций»2.

Общественная теория в немецкой правовой и политиче ской науке представляла государство «большим коллективным единством – организмом, в состав которого входят более мел кие коллективные единства, более мелкие организмы – общи ны, уезды, провинции»3.

«Эта корпоративная природа общины, – по мнению Гир ке О., – является результатом долгого правообразующего исто рического процесса и что община, как личный союз и террито риальная корпорация, не создана государством, а только при знана им, так как она существовала может быть и до возник новения государства»4.

Гирке О. и его последователи выделяли две категории от ношений между государством и органами самоуправления: го сударственный надзор за коммунальным самоуправлением и отношение начальствования высшей власти к власти подчи ненной. «При системе подчинения существует лишь единая подчиняющая воля, при системе надзора имеются налицо две воли»5.

Таким образом, сущность самоуправления теория свобод ной общины определяет в противоположении общества государ ству и общественных интересов интересам государственным.

Самоуправление как вид государственного управления определяла государственная теория. Наиболее известные представители данной теории в немецкой научной мысли – Гронский П.П. Указ. соч. С. 8.

Там же. С. 12.

3 Там же. С. 13.

4 Там же. С.14.

5 Там же. С.19.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Штейн Л. и Гнейст Р. считали, что «органы местного само управления являются составной частью всего механизма госу дарственных учреждений,… и те дела, которые законодатель ство передает в заведывание учреждений местного самоуправ ления суть такие же государственные дела по существу и по природе своей ничем не отличающиеся от тех государственных дел, которые находятся в заведывании местных правительст венных органов»1.

С точки зрения государственной теории местного само управления дела, находящиеся в компетенции местных госу дарственных учреждений, и дела, находящиеся в компетенции органов местного самоуправления, имеют одинаковую природу – это дела государственные.

Теоретические веяния Европы о природе и сущности ме стного самоуправления нашли отклик у части общественно политических деятелей, ученых России. Однако чрезмерное увлечение заграничными идеями и доктринами в совокупно сти с борьбой идей затрудняло оформление единой отечест венной теории местного самоуправления.

Известный общественно-политический деятель, славяно фил И.С. Аксаков писал: «Конечно, не на столице и ее значе нии зиждется у нас крепость нашего государства… не ею дер жится у нас государство, а землею. Что бы сталось с Россией, если бы она управлялась не внутренними силами, не органи ческими началами своего, хотя бы и безмолвного земства, а только и единственно Петербургом, и была способна подчи ниться его влиянию, – так сказать вертеться, как флюгер, по воле всех ветров, дующих там из-за границы, видоизменяться по прихоти всех теоретиков, начинивших свои пустые головы заемным содержанием, и благоговеющих перед всякой послед ней модной теорией, привезенной с Запада? Что бы сталось с Россией, если б в ней не было земства, если бы не было охра нительного упора в том населении, которое живет вне столи цы, в ее областях, уездах и селах? Ей пришлось бы быть попе ременно то Голландской, то Немецкой, то Французской, то бю рократически централизованной, то расцентрализованной, то федеральной, то конституционной, то республиканской, то де Гронский П.П. Указ. соч. С. 20.


Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник мократической, то желто-Австрийской, то красной – одним словом гнуться, ломаться и менять свой строй и быт, смотря по тому, какая теория в петербургском обществе берет верх и торжествует»1.

В российской науке о сущности самоуправления также развивались теория свободной общины, общественно-хозяйст венная и государственная теории.

По нению профессора Гронского П.П. германская общест венная теория повлияла на содержание Положения о земских учреждениях 1864 г., которое было построено на том принципе, «что земские учреждения суть учреждения общественные, от личные от государственных учреждений и преследующие свои особые, местные общественно-хозяйственные цели»2.

Очевидно, что такой принцип организации самоуправле ния не только устраивал буржуазно-либеральные круги Рос сии, но явился выражением их стремления к свободе действия на местах. Поэтому теория «свободной общины» нашла отклик в нашей стране. Произошло это еще и потому, что в России местное самоуправление в деревне связывалось с крестьянской общиной.

Авторы данного направления усматривали сущность са моуправления в том, что «общины, по самой природе своей са мостоятельны, они не государством созданы, и потому имеют самостоятельное право управлять своими собственными дела ми». Отсюда выводились следующие элементы самоуправле ния: «1. Это есть управление собственными делами общин, де лами, по существу своему отличными от дел государственного управления. 2. Общины являются субъектами принадлежа щих им прав, отдельными от государства юридическими ли цами, почему всякое незаконное вмешательство государства в дела общины есть нарушение ее прав. 3. Должностные лица общинного управления суть органы не государства, а общин или в лице их самого общества»3.

Аксаков И.С. Развитие областной местной литературы условие для полноты развития обла стной местной жизни // Русь. 1864. 15 февраля. См.: Аксаков И.С. Государственный и земский вопрос // Статьи о некоторых исторических событиях 1860-1886гг. М., 1887. С. 264.

2 Гронский П.П. Теории самоуправления в русской науке // Юбилейный земский сборник.

СПб., 1913. С. 77.

3 Лазаревский Н.И. Самоуправление // Право. 1902. № 30. 21 июня.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс Сторонник общественной теории самоуправления Леш ков В.Н. писал: «…земские учреждения суть учреждения зем ства, народа, а не государства, и отвечают перед одним наро дом. Права земских учреждений, в смысле прав земства, от ныне составляют особую самостоятельную систему прав, от личную от системы права гражданского или частного, также точно, как и от права государственного. Это – система права земского или общественного»1.

Известный западник, сторонник общественной теории Чичерин Б.Н. писал: «Местное самоуправление есть именно организация общества, как оно есть… первое и основное пра вило состоит в том, что местные учреждения должны быть по строены на тех же началах, на которых строится само общест во»2. Из немецкой доктрины он заимствовал учение об общине, как о корпоративном союзе, предшествующем в своем возник новении государству.

В своей книге «О самоуправлении» Васильчиков А. от стаивал общественно-хозяйственную теорию местного само управления: «…самоуправлением называется такой порядок внутреннего управления, при коем местные дела и должности заведываются и замещаются местными жителями – земскими обывателями»3.

Сторонники хозяйственной и общественной теорий стре мились убедить правительство в том, что самоуправление не является угрозой государственной власти. Кроме хозяйствен ных дел, почти повсеместно, органам самоуправления прихо дилось выполнять другие функции: заведование местной по лицией, призрение бедных, руководство противопожарными и санитарными мерами и т.п. Такого рода деятельность, по мне нию Н.И. Лазаревского, носила уже не частноправовой и не хозяйственный характер. «Осуществление всех этих функций несомненно сообщало органам самоуправления значение ор ганов публичной власти»4. Таким образом, хозяйственные тео рии, как и теория «свободной общины» выходили за рамки со держания понятия местного самоуправления как такового. Со См.: Лешков В.Н. Опыт теории земства // День. 1865. № 42.

См.: Курс государственной науки. Политика. М., 1898. Ч. III. С. 437.

3 Васильчиков А. О самоуправлении. СПб. Изд. третье. Т. 1. С. 1.

4 Лазаревский Н.И. Самоуправление // Право. 1902. № 30. 21 июня.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник держание его они отождествляли с представительной властью, то есть, по мнению авторов этих теорий, наделение органов ме стного самоуправления государственными полномочиями, придавало им характер органов государственной власти на местах.

Существовали теории, которые определяли самоуправле ние своеобразным личным составом органов администрации.

Основное отличие органов администрации и органов само управления заключалось в том, что в первом случае управле ние осуществляется профессиональными чиновниками по на значению, за плату, а во втором – через привлечение предста вителей местного общества (на выборной основе и чаще всего безвозмездно). В этом сторонники данной теории видели «ре зультат или проявление, не столько какого-либо юридического начала, сколько известного политического приема»1. Поэтому такие теории назывались политическими теориями само управления.

Большинство теорий не давали полного и обоснованного определения самоуправления. Они содержали идею разграни чения функций государственного управления и местного само управления. На практике это позволило бы несколько ограни чить контроль администрации, расширить границы самостоя тельности на местах при неизменной системе государственной власти.

Противоположное мнение высказывали те публицисты, которые впоследствии примкнули к левому крылу либераль ной интеллигенции. Анализируя приведенные выше теории, Н.И. Лазаревский делал вывод, что «в самоуправлении нельзя видеть заведования какими бы то было негосударственными делами управления, и что, следовательно, самоуправление есть деятельность, состоящая в исполнении местных задач го сударственного управления»2.

«Противоположение местных польз и нужд пользам и ну ждам общегосударственным, – отмечал В.М. Гессен, – пред ставляется, с точки зрения законодательства, безусловно, несо стоятельным. Каждый общегосударственный интерес является в то же время местным, каждый местный – общегосударствен Лазаревский Н.И. Самоуправление // Право. 1902. № 30. 21 июня.

Лазаревский Н.И. Сущность самоуправления // Право. 1902. № 35. 25 августа.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс ным... Самоуправление осуществляет государственные интере сы на месте;

оно ведает «местные пользы и нужды» в таком же смысле, в каком их ведает губернатор, или всякое другое ад министративное учреждение»1.

Безобразов В.П., как и указанные авторы придерживался государственной теории самоуправления, указывал на необхо димость введения земских учреждений в систему государст венного управления. «Истинные органы самоуправления, воз никнув на общественной почве под влиянием общественных интересов, тем не менее, не перестают быть государственными и для этого должны входить, как звенья, в общую систему вла сти и управления в государстве. Это самоуправление не есть общественное самоуправление, образчики, которых имеются в акционерных компаниях, ученых и других обществах, а оно есть такое же государственное правление, как и бюрократиче ское, личное управление;

учреждения самоуправления сово купно с бюрократическими учреждениями суть двоякие орга ны одного и того же государственного организма, различные формы одной и той же власти»2.

Признание самоуправления составной частью государст венного управления и единства общегосударственных и мест ных интересов, наводило на мысль о преобразовании сущест вующей системы государственной власти. Не самодержавие, а государственная власть, организованная на демократических началах, открыла бы возможности для местного самоуправле ния. Причем необходимо оно было и буржуазии, и дворянству в соответствии с их экономическими и социально-полити ческими интересами.

Процесс институционализации местного самоуправления на рубеже XIX-XX вв. сопровождался дилеммой представи тельного и бюрократического управления. С одной стороны земства пытались расширить свои полномочия, с другой – их компетенция сокращалась правительственными распоряже ниями, проводилась точка зрения о том, что земства как част ные общества существуют по милости начальства.

В годы реакции и подготовки проекта нового положения о земстве, основанного на принципе сословности (Положение Гессен В.М. О «местных пользах и нуждах» самоуправления // Право. 1900. № 39. 24 сент.

Безобразов В.П. Государство и общество. СПб., 1882. С. 549.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник о земских учреждениях 1890 г.), появляется большое количест во статей по земским вопросам авторов реакционного направ ления, в частности, Пазухина А.Д., Головина К.Ф., Семенова Н.П., бар.Корфа П.Л., Евреинова Г.А. Указанные авторы не касались проблемы существа самоуправления, затрагивали политическую сторону вопроса.

Поборник «сильной власти» гр. Толстой Д.А. проводил идею бюрократизации земства. Во всеподданнейшем докладе он писал: «…в основу организации местного управления должно быть положено начало единства власти. Все местные учреждения должны быть учреждениями правительственны ми, находящимися в связи с центральной правительственной властью»1.

По мнению его соратника Пазухина А.Д. бессословное земство расшатывает государственный организм, а реформы 60-х годов были «погромом» основ государственного строя2.

В правительственных и общественных кругах происходит выяснение соотношения пределов власти, государственных и местных интересов. «…на фоне земской работы все резче и резче начинают выступать политические тенденции, иначе го воря, начинает обобщаться то противоречие, которое всегда существовало между представительным началом в местном управлении и началом бюрократическим»3.

Если в конце XIX в. содержание вопроса о местном само управлении ограничивалось соотношением центральной и ме стной власти, самодержавия и земства, то в начале XX в. в об щественно-политической мысли России он звучал как необхо димость изменения государственной власти путем установле ния конституционного строя, утверждения народного предста вительства и местного самоуправления.

Либеральное земское движение выдвинуло вопрос о мел кой земской единице. Весьма проблематичный по своему ха рактеру, он становится главным вопросом многих земских соб раний, съездов земских деятелей.

См.: Веселовский Б.Б. Децентрализация управления и задачи земства // Юбилейный зем ский сборник. СПб., 1913. С. 44.

2 Там же. С. 45.

3 Веселовский Б.Б. Указ. соч. С. 47.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс На агрономическом съезде в Москве (февраль 1914 г.) об суждалась необходимость создания мелких местных органов с целью приближения агрономической помощи к населению и для более плодотворного осуществления земских сельскохо зяйственных мероприятий. Мнения участников съезда разде лились по вопросу о составе и функциях мелкой единицы и своевременности ее введения. Меньшинство во главе с предсе дателем Московской губернской земской управы Д.Н. Шипо вым поддерживало введение мелкой земской единицы, но лишь в будущем, ссылаясь на низкий культурный уровень крестьянства. «Для настоящего же времени следует признать настоятельно необходимым, а вместе с тем и вполне возмож ным, учреждение мелких организаций лишь в качестве ис полнительных органов, предназначенных к проведению на местах различных мероприятий земств»1.

Большинство съезда высказывалось за введение мелкой земской единицы в скором времени для привлечения широких кругов населения к участию в деятельности земства. Сторон ник мелкой единицы – председатель Новгородской земской управы Н.Н. Сомов говорил: «Врагом мелкой земской единицы является бюрократия, с ее вечным стремлением по-своему бла годетельствовать и распоряжаться народом, с ее вечной враж дой и недоверием к независимым народным силам. Земство, как оно ныне существует, можно кроить и перекраивать по ус мотрению центральных учреждений. Но когда-то же земство станет истинно народным учреждением, – никакими силами властвующей бюрократии его не сломить, как нельзя сломить начала, положенные в основу освобождения крестьян, потому что эти начала стали народным достоянием».

Председатель Саратовской губернской земской управы Львов Н.Н. обращал внимание на то, что при существующем строе земского управления «земское дело, становясь делом уз кого круга лиц, исключительно посвятивших себя разработке земских вопросов, страдает отвлеченностью решений».

Агрономический съезд принял резолюцию, в которой оп ределялось место мелкой единицы в земстве и ее основные черты. «Для того, чтобы земство могло вполне удовлетвори Белоконский И.П. Земское движение. М., 1914. С. 107.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник тельно выполнять лежащие на нем задачи в области экономи ческих и, в частности, сельскохозяйственных нужд населения, является безусловно необходимым образование новой, мень шей, чем уезд, земской единицы».

В резолюции предполагалось, что мелкая единица долж на носить «характер обязательности, а не быть добровольным союзом», действия ее должны распространяться на точно опре деленную территорию. Основными чертами мелкой земской единицы были названы всесословность;

право самообложения;

связь с уездными и губернскими учреждениями данного уезда и губернии;

мелкая земская единица должна иметь выборные исполнительные органы;

она не должна обладать функциями полицейскими и судебными;

в собраниях мелкой земской еди ницы ведение дел должно быть гласным;

лица, справляющие административные и судебные должности на территории дан ной единицы не должны входить в состав исполнительного ор гана последней»1.

Таким образом, волость представлялась как самоуправ ляющаяся единица, в круг деятельности которой входило удовлетворение социально-экономических потребностей насе ления данной местности.

Сложность вопроса заключалась в том, что при всем раз личии мнений по поводу своевременности введения мелкой земской единицы, в конечном счете, использовать ее в своих интересах имели намерение и представители земского движе ния, и сторонники дореформенных порядков.

Земцы-либералы видели в волости основу, фундамент всей системы самоуправления. Им она была необходима и для утверждения своего влияния. В 1902 г. К.К. Арсеньев писал в газете «Право»: «Сама по себе земская мелкая единица должна быть ничем иным, как «новым земским учреждением», однородным с ныне существующим.

Активные выступления представителей буржуазного ли берализма в начале 1900 гг. были вызваны общим состоянием России, которое характеризовалось с одной стороны экономи ческим кризисом, с другой – ростом революционного движе ния. В этих условиях особенно наглядно проявилась неспособ Лобанов Д.Д. О мелкой земской единице // Право. 1901. № 41. 7 октября.

Раздел III. Русская политическая философия: классический и инновационный дискурс ность царского правительства решать проблемы внутренней и внешней политики. Это вызвало к жизни такие общественные движения, которые стремились изменить существующую систе му государственной власти путем низвержения самодержавия и установления демократической республики, как социал демократия или преобразования его на демократических на чалах, через реформы, как буржуазные либералы.

На земском съезде в Петербурге в январе 1904 г. офор мился «Союз освобождения». В его программе было записано, что, выступая против существующего режима, Союз освобож дения требует созыва учредительного собрания для выработки русской конституции. «Общей и непосредственной целью своей деятельности Союз освобождения считает коренное преобразо вание государственного строя России на началах политической свободы и демократизма»1.

Программой Союза представителям народа предоставля лась законодательная инициатива. Союз освобождения выра жал не только требование политического равенства в органи зации народного представительства, но также того, «чтобы го сударственное устройство Росси было утверждено на широком местном и областном самоуправлении».

Требование созыва народного представительства с зако нодательными функциями и расширения полномочий местно го самоуправления прозвучало и на обще земском съезде в но ябре 1904 г.

Проблема государственной власти и управления оказа лась в центре внимания в работе Частного совещания земских деятелей (ноябрь 1904 г.). Участники его высказали пожела ние, «чтобы очередные губернские земские собрания возбудили ходатайства о созыве выборных представителей земств для пе ресмотра Положения о земских учреждениях и для обсужде ния общих условий земской деятельности»2.

Главным недостатком существовавшего порядка государ ственного управления называлась разобщенность правитель ства с обществом, под этим участники совещания подразуме вали постоянное стремление правительства отстранить обще Программа Союза Освобождения // Непролетарские партии России. Гомель, 1990. С. 118.

Материалы Частного Совещания земских деятелей 6-9 ноября 1904 г. ГАРФ. – Ф.579. -ОП. 3.

–Д. 101. –Л. 6.

Философская инноватика: поиски, проблемы, решения. Ежегодник ство от участия во внутреннем управлении;

опасаясь общест венной самодеятельности, правительство укрепляло админи стративную централизацию, как следствие усиливался бюро кратический произвол.

«Взаимодействие общества признавалось правительством исключительно в смысле приведения деятельности общест венных учреждений в соответствие с видами правительства»1.

Хотя в постановлении совещания просматривается мысль об изменении системы государственного управления, осущест вить его земцы предлагали не путем коренного преобразова ния государственной власти, а через «живое и тесное общение и единение государственной власти с обществом». Либерализм земцев проявился в весьма расплывчатом постановлении:

«В виду важности и трудности внутреннего и внешнего состоя ния, переживаемого Россией, частное совещание выражает на дежду, что верховная власть призовет свободно избранных представителей народа, дабы при содействии их вывести наше отечество на новый путь государственного развития в духе ус тановления начал права и взаимодействия государственной власти и народа»2.

Более конкретно совещанием было разработано положе ние о земских и городских учреждениях. В содержании его видна преемственность с постановлением обще земского съез да 1901 г.: бессословность в организации земского представи тельства;

приближение земских учреждений к населению пу тем создания мелких единиц;

расширение круга ведомства земских и городских учреждений;

предоставление органам ме стного самоуправления необходимой самостоятельности. Пере численные пункты определялись как условия для развития самодеятельности общества и как условия для создания «необ ходимого взаимодействия правительства и общественных уч реждений»3.

Помимо постановлений земских съездов и совещаний о взглядах земцев на государственную власть и управление можно судить по адресам на имя царя.

Веселовский Б.К. К вопросу о классовых интересах в земстве. СПб., 1905. С. 23.

Там же. С. 26.

3 Там же. С. 25.



Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 21 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.