авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 19 |

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ ОБРАЗОВАНИЯ СЕВЕРО-ЗАПАДНОЕ ОТЕДЕЛЕНИЕ СЕРИЯ БИБЛИОТЕКА РУССКОЙ ПЕДАГОГИКИ Е. Ф. ШНУРЛ0 КУРС ...»

-- [ Страница 4 ] --

другой сын, Изя слав, на сестре К а з и м и р а польского, а третий, Всеволод, на Анне, дочери греческого императора Константина Мономаха П о з ж е этот Мономах передаст свое прозвище сыну Всеволода и Анны, Владимиру Мономаху. Сестер своих Я р о с л а в выдал: Доброгневу-Марию за Ка­ зимира польского, а другую, Премиславу, за венгерского королевича Владислава. Т р е х дочерей своих Я р о с л а в пристроил за трех королей:

Анну за Генриха I ф р а н ц у з с к о г о, Анастасию-Агмунду за Андрея вен­ герского, Елизавету за Гаральда норвежского, того самого, который слагал в честь ее песни и потом с л о ж и л свою голову на полях Гастингса ( 1 0 6 6 ). Гаральд ж е н и л с я, будучи еще простым принцем, и скандинавские саги поэтично воспевали, как влюбленный юноша летел мыслями к «русской красавице» и добивался ее руки В европейских хрониках находим известие о том, что две германские принцессы стали ж е н а м и двух русских князей;

что два английских принца, бежав из Англии, нашли убежище при дворе Я р о с л а в а. Там же пережидал Политическую непогоду одно время св. О л а ф шведский и королевичи венгерские, сыновья П р е м и с л а в ы и Владислава.

Все эти брачные союзы особого, по крайней мере непосредствен­ ного, в л и я н и я на ход русской ж и з н и не имели;

но они свидетельствуют, что п р е ж н и й замкнутый круг паганизма, отделявший русский народ от культурного мира, теперь р а з р у ш е н. На том расстоянии, что от­ деляет нас от времени Я р о с л а в а, киевский к н я з ь выступает перед нами в виде благодушного старца, убеленного сединами и окруженного венцом коронованных родственников, с ъ е х а в ш и х с я к нему со всех концов Европы, до известной степени напоминая недавнего короля датского, Христиана IX, который тоже состоял в родстве чуть не со всеми царствующими домами Европы и на наших глазах сажал своих сыновей на греческий трон, а на своих дочерях видел короны, то королевскую английскую, то императорскую русскую. Эта картина, при всей ее фантастичности, обрисовывает, однако, не только фигуру лично самого Я р о с л а в а, но и то м е ж д у н а р о д н о е положение, какое занимала в середине IX века Киевская Русь, поскольку, конечно, Можно говорить в ту пору о международном положении какой бы то пи было европейской д е р ж а в ы. К а р т и н а эта — своего рода убедитель Гаральд Третий, по прозванию Строгий (Haardraade), 1047-1066) Ср. «Песнь Гаральда Смелого» Батюнжова и «Песню о Гаральде и славне» Ал К. Толстого.

Е. Ф. Шмурло ная иллюстрация к исконному ф а к т у русской ж и з н и : русский народ был неотъемлемой частью европейской семьи.

Перед нами две греческие А н н ы одна — дочь императора Кон­ стантина Мономаха;

ни по чему не видно, чтобы она протестовала против выдачи ее за русского к н я ж и ч а ;

другая — сестра императоров Василия и Константина. С к о л ь к о горьких слез пролила она, с каким отвращением отдавалась в руки «варвара»-победителя! Но вот прошлс 3 0 — 40 лет, народилось новое поколение, и к а к а я разница! Христи­ анство облагородило прежнего я з ы ч н и к а, «оевропсизировало» его и сделало приемлемым д л я утонченных принцесс, выросших в изыс­ канной обстановке, среди роскоши и блеска византийского двора Смерть Я р о с л а в а не прекратила б р а ч н ы х союзов с европейскими домами. Его внуки и правнуки п р о д о л ж а ю т родниться с ними вплоть до появления татар, и только с той поры эти связи обрываются или становятся случайными. Особенно часто в XII и в XIII ст. роднились русские князья с польскими и венгерскими королями и королевичами Т а к о в ы б ы л и : с польской стороны — Б о л е с л а в Кривоустый, Болеслав IV, М е ш к о III С т а р ы й, Конрад и Б о л е с л а в Мазовецкие, Лешко Ч е р н ы й ;

с венгерской стороны — К о л о м а н, Гейза II, Стефан III, Андрей.

КНЯЖЕСКИЕ БРАКИ Владимир Великий. 980—1015.

1. Сам ж е н и л с я, 990;

Анна, царевна греческая.

2. Сын С в я т о п о л к ( О к а я н н ы й ), до 1015;

дочь Болеслава I Храб­ рого, короля польского.

Ярослав Мудрый. 1019—1054.

3. Сам ж е н и л с я, 1019;

Ингигерда, дочь О л а ф а, короля шведского 4. Сын Владимир;

Ода, г р а ф и н я Л и п п о л ь д - Ш т а д т.

5. Сестра Предслава, 1018;

насильственно взята Болеславом поль­ ским ( ж е н а ? н а л о ж н и ц а ? ).

6. Сестра Доброгнева-Мария, 1043;

К а з и м и р I, король польский 7. Сестра Премислава: Владислав Л ы с ы й, королевич венгерский 8. С ы н И з я с л а в I, 1043;

Гертруда, сестра К а з и м и р а польского, дочь М е ш к а II.

9. Сын Всеволод I, 1046;

Анна, дочь византийского императора Константина Мономаха.

10. Дочь Елизавета, 1043;

Гаральд, принц норвежский.

11. Дочь Анастасия, 1050;

Андрей I, король венгерский.

12. Дочь Анна, 1051;

Генрих I, к о р о л ь ф р а н ц у з с к и й См. Приложения, № 17: «Анна Ярославна».

Курс Русской истории. Глава первая Изяслав I 13. П л е м я н н и ц а Вышеслэва, дочь старшего брата Владимира, 1067;

Б о л е с л а в II, король польский.

Олег Святославич (Гориславич) 14. Сам ж е н и л с я ок. 1082;

Ф е о ф а н и я М у з а л о н, царевна визан­ тийская.

Всеволод Г 1078-1093.

15. Сын Владимир Мономах, ок. 1074;

Гида, дочь Гаральда, покойного короля а н п и й с к о г о.

16. Дочь Е в п р а к с и я ( р а н е е 1087);

1) Генрих Н о р д м а р к, саксонский граф Ф. Стаде;

2) Генрих IV, император германский 17. Дочь Я н к а ;

Константин Д у к а, царевич византийский.

18. Д р у г а я дочь;

сын греческого императора Романа Диогена ( ? ) 19. П л е м я н н и ц а Е в д о к и я, дочь И з я с л а в а I, 1088, Мечислав, король польский, сын Б о л е с л а в а II.

20. Внук Мстислава I, сын Владимира Мономаха, 1090;

Христина, дочь Инге-Стейкельсона, к о р о л я шведского.

Святополк II Изяславич. 1093 — 1113.

2 1. Дочь Сбислава, 16 ноября 1103;

Б о л е с л а в III Кривоустый, король польский.

22. Дочь Переслава, 1104;

Владислав, сын венгерского короля Кол омана.

2 3. Русский к н я з ь ;

Кунигунда, дочь Оттона, м а р к и з а Орлагмунде.

24. Дочь В о л о д а р я Ростиславича, ок. 1104;

сын Алексея Комнина, императора византийского.

Владимир Мономах. 1113—1125.

25. Дочь Ингебурга, 1111;

Канут С в. Lavard, князь оборитский, принц датский.

26. Д о ч ь М а р и н а : Л е в Диоген, царевич византийский.

27. Д о ч ь Е в ф и м и я, 1112;

Коломан, к о р о л ь венгерский.

28. Внучка М а л ь ф р и д а, дочь Мстислава I;

1) Сигурд, сын Магнуса III. к о р о л я шведского;

2) Э р и к Эмунд, к о р о л ь датский.

29. Д р у г а я внучка, дочь Мстислава I I I, 1121;

Алексей, сын Иоанна Комнина, императора византийского.

30. Владимир Мстиславич, брат И з я с л а в а И, ок. 1150;

дочь Бэлы II Слепого, венгерского к о р о л я.

3 1. С в я т о п о л к Мстиславич, другой брат И з я с л а в а И;

чешская п РИнцесса.

Е. Ф. Шмурло 32. Их сестра Е ф р о с и н и я Мстиславовна;

Гейза II, король венгер­ ский.

3 3. Дочь Всеволода Мстиславича;

королевич польский.

34 — 35. Две дочери Всеволода Ольговича;

королевичи польские ЛИТЕРАТУРА О б щ и е сочинения по истории России, преимущественно Соловьев, И л о в а й с к и й, З а б е л и н, Ключевский, Л ю б а в с к и й, митр. М а к а р и й, Го лубинский (см. «Введение») и у к а з а н н о е в «Спорных вопросах»

П р и л о ж е н и я №№ 4 — 17.

Доисторический период ( с к и ф ы, сарматы, греки на побережье Черного м о р я, готы, гунны, а в а р ы ) в « С п о р н ы х вопросах», №№ 2, 4 и 6;

Багалей, главы 3, 4;

Любавский, гл. 1—4;

Грушевский 1) Киевская Русь. Т. I. Введение, т е р р и т о р и я и население в эпоху образования государства. С П б., 1911;

2) История У к р а ш и — Руси Т. I. И з д. 3-е. Киев, 1913. Толстой и Кондаков. Русские древности в памятниках искусства. Вып. I: Классические древности Ю ж н о й России. С П б., 1896. Н. П. Толль. С к и ф ы и гунны. Е в р а з. изд-во, 1928. Е. Minns. Scythians and Greeks. C a m b r i d g e. 1913 M. Ebert Sudrussland im A l t e r t u m. Bonn und Leipzig. 1921.

Первые князья. H. Барсов: 1) М а т е р и а л ы д л я историко-геогра фического с л о в а р я России. I. Геогр. словарь Русской земли ( I X — X I V ). Вильна. 1865;

2) О ч е р к и русской географии. География на­ чальной ( Н е с т о р о в о й ) летописи. И з д. 2-е. Варшава. 1885. Е. А. Белов Борьба вел. к н я з я Святослава Игоревича с имп. Иоанном Цимисхием Ж. М. Н. П р., 1873, декабрь. Завитневич. Вел. князь Киевский Святослав Игоревич и историческое значение его богатырских походов Труды Киев. Д у х. Акад. 1888, март. — Литературу походов Свято­ слава и оценку относящихся к ним византийских источников дает Грушевский. История Укр. — Руси. Т. I. С6 597 — 572. Литература о х а з а р а х у к а з а н а им же в другой его книге: «Киевская Русь» Т I С П б., 1911.

Византия. A. Rambaud. L'empire Grec au Х-ё siecle. C o n s t a t m P o r p h y r o g e n e t e. P. 1879. Schlumberger: 1) Nicephore Phocas. Un em pereur byzantin au X erne siecle. P. 1890;

2) L'epopee byzantine. 2 vis P. 1896—1905. Ф. И. Успенский: 1) Византийские владения на се­ верном берегу Черного моря в IX и X вв. Киев, 1889. (отт. из Киевской С т а р и н ы ) ;

2) Русь и Византия в X веке. Речь Одесса, 1888. А. А. Васильев: 1) Л е к ц и и по истории Византии. Время до эпохи Крестовых походов (до 1081 г. ). С П б., 1917;

2) Перевод этой книги, пересмотренный заново и существенно дополненный, с при­ влечением новейшей литературы: H i s t o r y of Byzantine Empire by Литература к главе первой Д. A. Vasiliev. In t w o vol Vol I From C o n s t a n t i n t h e G r e a t to t h e epoch of t h e Crusades (A. D. 1081). T r a n s l a t e d from t h e Russian by Mrs. S. Ragozin. Madison. 1928 (« University of Wisconsin Studies in the social sciences and H i s t o r y », № 13).

Язычество и Христианство. Кроме общих сочинений по истории России и у к а з а н н ы х в « С п о р н ы х Вопросах». №№ 13 — 16, см еще Ф. И. Буслаев. О влиянии христианства на славянский я з ы к М., 1848. Т. Барсов. Константинопольский патриарх и его власть над Русской церковью. С П б., 1878. А. Фаминцин. Божества древних славян. С П б., 1887. Е. В. Аничков. Язычество и Д р е в н я я Русь. С П б, 1914 ( « З а п и с к и и.-фил. ф а к. С П б. ун-та». Т. 117) А. В. Карташев Христианство на Руси в период догосударственный. Христ Чтение 1908, м а й. Д. В. Айналов. Св. княгиня О л ь г а в Царьграде. Труды XI археолог, съезда в Харькове. Т. III ( 1 9 0 5 ). В. Галковский. Борьба христианства с остатками я з ы ч е с т в а в Д р е в н е й Руси. Исследование Харьков. 1916 (собрание текстов, под тем же заглавием, в « З а п и с к а х Моск. Археолог. Института». Т. X V I I I. М., 1912) И. Полонская К вопросу о христианстве на Руси до Владимира Ж. М Н. Пр 1917, октябрь ( п р е к р а с н ы й свод литературы предмета). Е. Г. Кагаров.

Религия древних славян. М., 1918. W. Fischer. Die russische Gros sftirstin H e l g a am Hofe von Byzantion. «Zeitschrift f. Geschichte u.

Polutik, herausg. von Z w i e d i n e c k - S u d e n h o r s t ». Band XI (1888) V. Mansikka. Die Religien der Ostslaven. Band I. Q u d l e r. Helsinki, 1922. L. Leger. La Mythologie slave. P. 1902, русск. пер.. « С л а в я н с к а я мифология». Воронеж, 1908 ( и з « Ф и л о л о г и ч. Записок» 1907 года) ГЛАВА ВТОРАЯ Единство Русской земли.

Время вечевого порядка и отчинно-родовых отношений. 1054—1242.

Киевский период. 1054 — 1169.

I. Характеристика периода.

1. Внутренняя история России за это время определялась взаимо­ действием двух сил: населения и к н я ж е с к о й семьи (потомства Влади­ мира Великого) — это преимущественно время вечевой деятельности и отчинно-родовых отношений. И там и тут наблюдаются два течения, диаметрально противоположные и враждебные одно другому: одно еще не заглохшее, другое — окончательно еще не восторжествовавшее 2 Племя и область. Ко времени Я р о с л а в а Мудрого племена, как таковые, с разобщенностью и односторонне-местными интересами, ис­ чезают. Л ю д и в ы п о л з л и из своего провинциального угла, выглянули на свет Б о ж и й и впервые почувствовали, что на этом свете существуют силы не только р а з ъ е д и н я ю щ и е, отталкивающие, но и объединяющие, центростремительные.

Племенная ж и з н ь сменилась областною. Давно уже замечено, что со второй половины XI века наша летопись перестает упоминать о дреговичах, северянах или д р е в л я н а х — вместо них она знает земли: Волынскую, Черниговскую, Киевскую, Смоленскую и др О д н а к о это еще не значит, что племенное чувство окончательно замер­ л о. Нет. Что оно еще не погасло, об этом можно судить по тому, что к н я з ь я в своих спорах и домогательствах, отторгая один у другого ту или иную область, еще нередко находят себе ж е л а н н у ю точку опоры именно в неизжитом чувстве племенной отчужденности местного насе­ л е н и я. «Ты наш к н я з ь, ты наш В л а д и м и р, ты наш Мстислав» — так приветствовали новгородцы И з я с л а в а II, иными словами: наш — пото­ му что твой дед и отец оставили по себе среди нас светлую память, дей­ ствовали к выгоде Новгорода, последние же д а л е к о не всегда сходились с выгодами и интересами других русских областей. С другой стороны, те же к н я з ь я самими спорами своими, опираясь на единство рода и на представление о русской земле как об общем родовом наследии, тем самым приучали население видеть в собственной области неотделимую часть единой и общей д л я всех р о д и н ы.

3. Отчина и род. Гораздо я р ч е и сильнее противоречия жизни выступают в м е ж д у к н я ж е с к и х отношениях. И д е я «Лествичного Вое Курс Русской истории. Глава вторая хождения», как наследие недавней старины, продолжает в начале периода оставаться руководящим началом при распределении столов между князьями и при переходе их со стола на стол, при сыновьях Ярослава Мудрого идея эта еще, безусловно, главенствует Зато в следующем поколении, при внуках, принцип отчины властно заявит свои права и начнет все настойчивее и успешнее глушить идею Ле ствицы. Б о р ь б а этих двух начал, с постоянным перевесом в пользу отчины, проходит я р к о й полосою в течение всей второй половины Киевского периода ( 1 0 9 7 — 1 1 6 9 ).

4. В истории внешней главным ф а к т о р о м были половцы. Сношения с Византией п р о д о л ж а ю т быть о ж и в л е н н ы м и, но существенно меняют свой х а р а к т е р : военные экспедиции и в т о р ж е н и я в Греческую землю прекратились совершенно;

торговые сношения все чаще и чаще на­ талкивались из-за половцев на большие затруднения;

зато новая, христианская Русь вступает в деятельные сношения с греческою Цер­ ковью и обогащает себя, непосредственно или через Болгарию, про­ изведениями ее д у х о в н ы х писателей.

5. Т а к и м образом, основное с о д е р ж а н и е Киевского периода сво­ дится к: а) к н я ж е с к и м усобицам;

б) борьбе со Степью и в) церков но-литературному общению с Византией. Последнее, впрочем, не яв­ ляется особенностью исключительно одного Киевского периода- ду­ ховное общение с Византией м о ж н о проследить и в последующие периоды русской истории.

П. Состав Р у с с к о й земли.

Области ( « з е м л и » ) и племена, их населяющие* 1. Новгородская — Ильменские к р и в и ч и.

2, 3. П о л о ц к а я, Смоленская — к р и в и ч и.

4. Киевская — поляне, д р е в л я н е.

5. Туровская — дреговичи.

6. 7. Чернигово-Северская, Переяславская — северяне, радимичи 8. В о л ы н с к а я — дулебы ( в о л ы н я н е ), бужане, дреговичи 9. Галицкая — белые х о р в а т ы.

10. С у з д а л ь с к а я — новгородские колонисты в земле веси и мери.

11. М у р о м о - Р я з а н с к а я — вятичи.

Эти области были р а с п о л о ж е н ы по бассейнам озер Ильменя и Чудского ( 1 ) и по берегам рек З а п а д н о й Д в и н ы ( 2 ), Д н е п р а (3 — 8 ), Днестра ( 9 ), Волги и О к и ( 1 0 — 1 1 ). В о л ы н с к а я земля, кроме Днепра, Лежала частью т а к ж е и в бассейне реки Днестра — отсюда ее исто­ рическая связь не только с Киевом, но и с Галицкой землей.

Ш Княжение. Земля. Волость.

1. Княжение — территория, управляемая данным князем Киев­ ское княжество, Черниговское, Галицкое и т. п.

Е. Ф. Шмурло 2. Земля — это территория, на которой живет свое население, З е м л я — это население, живущее на своей территории. У такой « З е м л и » всегда есть свое средоточие (свой центр) в Городе. Понятия «земли» и «города» обыкновенно отождествлялись: территория без Города не была бы « З е м л е ю », а поселение, не бывшее средоточием З е м л и, оставалось бы простым поселением, но «Городом» не было бы. Аналогично тому Древний Рим, будучи средоточием всей Римской земли, н а з ы в а л с я Городом, Urbis'oM;

всякое же иное поселение, хотя бы и с «городским» (в нашем современном значении слова) харак­ тером, носило название oppidum. О д и н а к о в о е значение выражений Город (средоточие населения) и З е м л я (население) привело к тому, что со временем слово «Город» я в и л о с ь заменой слова « З е м л я », говорили безразлично: Черниговская з е м л я, или просто Чернигов, Галицкая земля, или просто Галич, и т. д. З е м л я существовала самостоятельно и не перестала бы быть «Землею» д а ж е и без князя;

поэтому « к н я ж е н и е » само по себе еще не создавало « З е м л и ». Земля была «Землею» не потому, что там был к н я з ь ;

наоборот, само «кня­ жение» могло быть только там, где б ы л а « З е м л я ». Последнее условие перестало быть необходимым л и ш ь п о з ж е, когда со времен Юрия Долгорукого и Андрея Боголюбского в Северо-Восточной земле стал складываться тип хозяина-вотчинника, и уже не князь стал зависеть от З е м л и, а З е м л я от к н я з я.

3. Волость — т е р р и т о р и я, состоящая под властью Города-Земли или к н я з я, своего рода придаток к Городу-Земле или к К н я ж е н и ю, подобно Сабинской, Самнитской земле или землям вольсков, этрусков Волостью могла быть одинаково и ничтожная по размерам территория одно-два села, и ц е л ы е обширные области, как у Новгорода Великого, которому, как « З е м л е », п р и н а д л е ж а л и «Волости» Вологда, Югорская з е м л я, Терский берег, Пермский к р а й, З а в о л о ч ь е, Волок-Ламский Пока Д р е в л я н с к а я земля имела своих к н я з е й, она одновременно была и Княжением, и Землею] когда же ею стал владеть Киев, то она превратилась в его Волость. П о з ж е, в татарский период, с упадком вечевого строя и с возвышением к н я ж е с к о й власти, Волость стала обозначать подразделение к н я ж е н и й, а самый термин получил смысл личной собственности, частного владения. (Костомаров) IV. Состав населения Р у с с к о й земли.

1. К концу XI ст. состав населения Русской змли уже успел окончательно определиться. О с н о в н ы м зерном были смерды, жившие в селах земледелием и промыслом. Подобно современному крестьян­ ству, они составляли преобладающую часть населения, основное его См. Приложения. МЬ 18: «Как следует понимать выражения* земля, волость, княжение?»

Курс Русской истории. Глава вторая ядро, и были главными поставщиками р а т н и к о в и плательщиками князю дани. Ж и л и они или на собственной земле ( о б щ и н н о й ), или на частновладельческой ( б о я р с к о й ).

2. Второй элемент населения — городской, количественно, по срав­ нению со смердами, значительно меньший. Это: 1) торговый класс купцы (туземные т о р г о в ц ы ) и гости (торговцы и н о з е м н ы е ) ;

2) низший слой: черные люди. В отличие от смердов, дани городское население князю не платило.

3. Выделился т а к ж е класс земских бояр: это так называемые «лучшие л ю д и ». С и л а и значение их были в земельных угодьях, в продуктах земли (хлеб, мед, воск, пушнина и п р. ), которые сбывались ими торговому классу.

4. Появление к н я з я создало новый класс — княжескую дружину, ближайших его помощников и сотрудников по управлению войском и княжеством. Д р у ж и н а д е л и л а с ь на старшую ( « к н я ж и м у ж и », «ог­ нищане») и м л а д ш у ю — «гридь». Гридь д е л и л а с ь на три категории.

отроки (домашние слуги к н я з я ), детские (ступенью выше: главная военная сила к н я з я ) и дворяне (слуги на к н я ж е м дворе).

5. Старшая дружина составляла боярство, но боярство служилое, подобно боярам земским, с л у ж и л ы е бояре тоже были крупными зем­ левладельцами и рабовладельцами;

отличие их от тех состояло в том, что земские бояре были туземного п р о и с х о ж д е н и я, бояре же служи­ лые — п р и ш л е ц ы, иноземцы ( в а р я г и ). О д н а к о уже вскоре после Ярослава Мудрого оба элемента, земский и с л у ж и л ы й, слились и образовали один боярский класс.

6. Бессословность боярства. Б о я р с т в о на Руси не было приви­ легированной к о р п о р а ц и е й : боярином мог стать каждый по личным качествам или заслугам. Не то на З а п а д е. Завоевание и порабощение туземного населения создало там военно-земледельческую аристокра­ тию, которая отгородилась от остальных привилегиями, возведенными на степень закона. На Руси преобладающее положение бояр опиралось лишь на фактическое существование такого преобладания, что всегда могло измениться;

на З а п а д е же тамошний ф е о д а л и сеньор опирались на свои юридические права.

7. Взаимные отношения князя и дружины. Д р у ж и н н и к и — это ближайшие сотрудники к н я з я по у п р а в л е н и ю и ведению домашнего Хозяйства и военного дела. С д р у ж и н о й к н я з ь управляет, судит, ходит на войну. Д р у ж и н а всегда при князе и следует за ним при перемещении его с одного к н я ж е н и я на другое. К н я з ь и д р у ж и н а — это как бы товарищество на вере;

полная свобода обеих сторон при вступлении в него;

взаимные обязательства носят х а р а к т е р не юридический, а Нравственный. Любой д р у ж и н н и к в любую минуту мог покинуть См. Приложения. N° 19: «Кто такие были огнищане?».

108 Е. Ф. Шмурло к н я з я, перейти на службу к другому;

однако если бы он покинул его в те минуты, когда тот нуждался в нем, особенно во время войны, то такой поступок замарал бы его честь и достоинство Здесь разъ­ яснение этимологического значения слова « д р у ж и н а » : это было това­ рищество друзей.

8. Принятие христианства в свою очередь породило новый класс — д у х о в н ы й : белое и черное духовенство.

9. Не к а ж д ы й земледелец был смердом, т. е. свободным пахарем селясь на чужой земле и обрабатывая ее, за неимением собственного инвентаря — с помощью хозяйского — свободный человек становился, до в ы п л а т ы долга, закупом. З а к у п ы, или наймиты, составляли полу­ свободный класс Хозяин мог телесно наказывать их за вину, даже продать в рабство, если они, причинив кому материальный вред, сами не могли возместить убыток, так к а к в последнем случае отвечал за него х о з я и н.

10. На самой низшей ступени социальной лестницы находились несвободные л ю д и : х о л о п ы, рабы, ч е л я д ь.

11. Н а к о н е ц, в состав населения входили инородцы. Таковы были а) варяги, в XI столетии уже совершенно слившиеся с туземным населением;

б) финские племена весь и меря в Суздальском крае и в) тюркское население в ю ж н ы х областях: половцы — те из них, кто проник на ю ж н у ю окраину м и р н ы м или насильственным путем и там оселся;

родственные им торки, ковуи, берендеи (известные под общим именем Ч е р н ы х к л о б у к о в ) : замиренные и перешедшие на полукочевое положение, они составили на степной окраине сплошное военное население — оплот против половецких вторжений, — «свои поганые», как называли их русские л ю д и, в отличие от «диких», степных, немирных кочевников.

V. Государственный строй.

Органы власти.

1. Князь и вече (народное с о б р а н и е ). Существовали три способа, три пути в о к н я ж е н и я : 1) наследование;

2) избрание народное;

3) за­ хват вооруженною р у к о ю. Состав веча: полноправные граждане глав­ ного города, м ир ян е и духовные, не исключалось, однако, и участие пригородов. Дети при отцах в собрании не участвовали.

Функции к н я з я : управление, суд, законодательство, руководство военными действиями;

ф у н к ц и и веча: призвание к н я з я, заключение с ним ряда, т. е. договора об условиях его избрания;

изгнание не­ угодных князей, решения о войне. С о з ы в а л вече обыкновенно князь, созвание его самим народом или отдельными лицами означало несо­ гласие и р а з д о р с князем.

Курс Русской истории. Глава вторая Ч т о б ы постановить то или иное решение на вече, требовалось единогласие, простого большинства голосов, как в нынешних парла­ ментах, было недостаточно. При отсутствии подавляющего большин­ ства (которое могло бы заставить ничтожное меньшинство з а м о л ч а т ь ), одна партия с к л о н я л а другую на свою сторону насильственно (бурные собрания веча в Новгороде, кончавшиеся общей потасовкой на Вол­ ховском мосту).

2. Взаимные отношения между князем и вечем Вече и князь представляли собою два необходимых элемента государственной влас­ ти: к н я з ь был необходим З е м л е д л я у п р а в л е н и я и суда, т. е д л я установления внутреннего п о р я д к а и, кроме того, д л я защиты страны от внешних врагов;

вече, в свою очередь, б ы л о необходимо к н я з ю, потому что без п о д д е р ж к и населения, с одной своею дружиной, он далеко не всегда был бы в состоянии провести в ж и з н ь намеченные им меры. Поэтому к н я з ь п р и з ы в а л с я володеть, т. е держать власть, править и защищать. При всем том хозяином, государем З е м л и была сама З е м л я, не к н я з ь ;

но так как неопределенность, отсутствие ясных рубежей в определении взаимных отношений составляло характерную черту древней славянской ж и з н и, а русской в особенности, не лю­ бившей точной ф о р м у л и р о в к и своих мыслей, то эта черта на практике не выступала особенно я р к о : вече и к н я з ь охотнее мыслились как две с и л ы, которые дополняют, поддерживают одна другую, действуют в духе »одиначества» ( е д и н е н и я, с о г л а с и я ). К н я з ю, добровольно из­ бранному, З е м л я охотно передавала всю полноту своих государст­ венных прав: управление, суд, начальство над ратью, оборону от вра­ гов, — более того: в проявлении этих прав князем она видела прямую его обязанность.

Конечно, З е м л я могла быть вынуждена подчиниться силе и принять нелюбимого к н я з я, зато при первом же случае старалась отделаться от такого. Х а р а к т е р н о, о д н а к о, что несогласия между князем и вечем никогда не вытекали из принципиального противоположения интересов одной стороны интересам другой: если вече когда восставало, то лишь потому, что видело в к н я з е плохого, неподходящего человека, — боролось с личностью, никогда с выразителем известной ибеи. Прин­ цип княжеского правления оставался незыблемым. «Нашей истории вовсе неизвестен антагонизм к н я з я и народа, стремление последнего распространить свои права за счет прав к н я з я. Н а р о д сознает свою неспособность устроиться без к н я з я и вместе с тем понимает необхо­ димость дать ему высокое положение в своей среде, без чего не было бы возможно достижение целей п р и з н а н и я. К н я з ь есть народная власть». (Сергеевич) 3. Князь и вече в Новгороде. В одном л и ш ь Новгороде противо­ положность к н я з я вечу была подчеркнута остро: здесь вече только Терпело к н я з я, как неизбежное з л о, старалось стеснить свободу его Действий, не д о з в о л я л о творить суд ему одному. В этом отношении Е. Ф. Шмурло Новгород по духу б л и ж е к З ападно й Европе, где вече (парламент) сложилось, как противовес к н я ж е с к о й ( к о р о л е в с к о й ) власти. Вот почему Новгород впоследствии откажется назвать Ивана III государем, а даст ему по старине титул господина: « д л я новгородцев государем был Великий Новгород, т. е. сама З е м л я Новгородская;

к н я з ь же был только господином, т. е. п р и з в а н н ы й володеть по праву, иначе по воле З е м л и ». ( К о с т о м а р о в ) 4. Княжеская дума. По всем г л а в н ы м вопросам управления и суда, особенно в делах военных, к н я з ь обыкновенно совещался со своими думцами. В состав К н я ж е с к о й д у м ы входили лучшие люди волости, к н я ж е с к и е и земские: 1) старшая д р у ж и н а — бояре;

2) стар­ цы градские (земские б о я р е ) ;

3) высшее духовенство (епископ, игу­ м е н ) ;

4) представители торгового класса.

К н я ж е с к а я дума б ы л а делом обычая, не закона;

выслушать ее мнение я в л я л о с ь д л я к н я з я своего рода нравственным долгом. Вот почему она не учреждение, каким п о з ж е, в московский период, явится Б о я р с к а я дума. С и л ь н ы й или самонадеянный к н я з ь иногда обходился без совета и не созывал Д у м ы, но общество порицало такое поведение, а сам к н я з ь рисковал встретить пассивное сопротивление: отказ вы­ полнить его решение ( « о себе еси, к н я ж е, замыслил, а не едем по тебе, мы того не ведали»).

Управление и суд.

То и другое сосредоточено в руках к н я з я, как главного прави­ тельственного органа. Его б л и ж а й ш и е помощники в суде и по хозяй­ ству — тиуны и к л ю ч н и к и. В стольном городе князь сам непосред­ ственно управляет и судит, а в пригородах (в «волости») через доверенных л и ц — посадников, которых он выбирает среди своей старшей д р у ж и н ы. С о д е р ж а л и с ь такие посадники за счет волости, которою у п р а в л я л и ( к о р м в натуре). Рядом с княжескими органами управления существовали и земские: т ы с я ц к и й и его помощники сотские и десятские. Т ы с я ц к и й предводительствовал народным опол­ чением, ведал в городах дела торговые и внешний порядок ( п о л и ц и я ) Суд производился по Русской Правде.

VI. Р у с с к а я Правда.

1. Русская Правда не есть свод законов. Своды законов: а) оп­ ределяют положение, права и обязанности л и ц и общественных клас­ сов, отношение общества к государству, стараясь охватить более или менее все стороны общественной и государственной ж и з н и (государ­ ственная власть, управление, суд, классы и сословия, семья, собст См. Приложения. X? 20: «Политический строй Древней Руси в до­ монгольский период».

Курс Русской истории. Глава вторая венность, договоры и обязательства);

б) обыкновенно они возникают в зрелую пору народной ж и з н и, когда общество уже успело прочно сложиться, а государственная власть — о к р е п л а и обладает достаточ­ ным авторитетом и внешними средствами, чтобы осуществить свои предначертания. Т а к о в ы, например, У л о ж е н и я царя Алексея Михай­ ловича, Кодекс Наполеона, Свод з а к о н о в, составленный Сперанским в царствование императора Н и к о л а я I. Т а к о в ы м сводом Русская Прав­ да не была. Это «ряд сборников, составленных частными лицами из к н я ж е с к и х уставов, обычного права и частью — византийских источ­ ников». ( В л. - Б у д а н о в ) 2. Что такое Русская Правда! Р у с с к а я П р а в д а выросла из более скромных, чем Уложение, потребностей: предотвратить столкновения и распри и, во имя правосудия, определить н а к а з а н и я за совершенный проступок. Русская П р а в д а есть простой судебник — сборник правил о том, «как вести суд, какое наказание назначать за преступление, как узнать, совершено или не совершено преступление» (Бестужев Рюмин) 3. Двоякие наказать преступление и ог­ цели Русской Правды, радить имущественные интересы. Под первым она понимает: убий­ ство, нанесение ран, побои, увечья, самоуправство, разбой, кражу.

Вторые — с в я з а н ы с наследством, займами, отдачей денег в рост, кредитом, куплей и продажей.

преступление, преступника — Правде Предупредить исправить до этого нет дела;

ей бы только материально наказать за матери ущерб, нанесенный преступником. И чем чувствительнее альный ущерб, тем строже в з ы с к а н и е : за отсеченную руку — 40 гривен, за отсеченный палец — 60 кун, за корову — 40, за теленка или овцу — 5 кун.

Не заботясь о предупреждении преступлений, Русская Правда не проявляет почина и в их преследовании* это дело потерпевшего, он сам д о л ж е н отыскать преступника, сам производить следствие, сам позаботиться найти свидетелей и доставить их на суд 4. Смешение уголовных Русская преступлений с гражданскими Правда еще слабо различает преступления, н а р у ш а ю щ и е общественный Порядок ( у г о л о в н ы е ) от д е я н и й, наносящих ущерб частному лицу ( г р а ж д а н с к и е ) : уголовное преступление расценивается главным обра­ зом к а к деяние частного рода, от которого терпит лицо, данный индивидуум, а не целое, не общество. В направлении «уголовном»

она не пошла д а л ь ш е того, чтобы требовать уплаты наложенного Штрафа за «обиду» — «не в пользу потерпевшего, а в пользу обще­ ственной власти: позорный удар необнаженным мечом или рукоятью Гривна содержала 25 кун В Киевский период гривна весила одну а Х греть фунт серебра, позже ее вес значительно понизился (до /А) Е. Ф. Шмурло его влечет за собою общественный ш т р а ф, а не денежный выкуп ( г р и в е н ) ;

за укрывательство беглого раба виновный, кроме возвращения раба его господину, платит 3 гривны уголовной продажи в пользу князя» (Вл.-Буданов).

5. Смертная казнь существовала, но п р и м е н я л а с ь редко;

она была противна духу русского народа и более широкое применение нашла себе значительно позже, под влиянием византийского права и татар­ ских обычаев. Недаром Владимир Великий ввел казнь д л я разбойников только по настоянию греческих епископов, у к а з а в ш и х ему, что князь поставлен «на казнь з л ы м и на милование добрым» «Боюсь греха», мотивировал Владимир свое нежелание. М о н о м а х в Поучении к детям советует им: «ни сами не убивайте, ни другим не приказывайте убивать, хотя бы виновный и з а с л у ж и в а л смерть». Еще в XIII в., уже при тата­ рах, Серапион, епископ Владимирский ( у м. 1275 г. ), восставал против убийства волхвов, которых винили в тогдашних общественных бедстви­ я х, а двести лет спустя русские нравы огрубеют настолько, что новго­ родский архиепископ Геннадий станет советовать великому князю И в а н у III д л я искоренения ереси ж и д о в с т в у ю щ и х руководиться приме­ ром короля испанского Ф е р д и н а н д а К а т о л и к а, который как раз тогда учредил инквизицию и сжигал еретиков на костре.

6. Источники Русской Правды. Главным образом, обычное право, т а к ж е : к н я ж е с к и е р а с п о р я ж е н и я и судебная практика;

отчасти визан­ тийское право.

7. Две редакции. В первоначальном своем виде Русская Правда воз­ никла при Я р о с л а в е Мудром;

позже, при сыновьях и внуках его, она б ы л а дополнена и подверглась некоторым изменениям. На этих измене­ ниях сказалось смягчающее влияние христианства. На первоначальной редакции еще л е ж и т отпечаток грубой я з ы ч е с к о й поры так, например, за убийство полагается кровная месть, составляющая в те врехМена нравственный долг родственников убитого ( с р а в н. месть Ольги древля­ нам за смерть И г о р я ). Век Владимира М о н о м а х а уже не допускает кровной мести: она заменена д е н е ж н ы м ш т р а ф о м, так называемой вирою. Начинают р а з л и ч а т ь и самое убийство: строже карается убийст­ во умышленное, слабее — случайное: в д р а к е или в ссоре 8. Аналогичные памятники Западной Европы. Это так называемые Варварские з а к о н ы (Leges B a r b a r o r u m ) : Lex A n t i q u a Wisigohorum, P a c t u s A l e m a n n o r u m, Edictus L o n g o b a r d o r u m и д р. Происхождение их в основе одинаково с Русской П р а в д о й : и здесь источником служили обычное право и п р а к т и к а королевского суда, а содержанием служили, главным образом, область преступления и н а к а з а н и я. И русско-сла­ вянский, и германо-романские памятники одинаково вводили в жизнь новые представления о праве, создавали новые нормы общественных отношений, «неизвестные вовсе родовой эпохе;

культурное же значение их столь же высокое, к а к и церковного права, и переводов священных книг» ( Л е о н т о в и ч ).

Курс Русской истории. Глава вторая Д в а существенных отличия Варварских з а к о н о в от Русской Прав­ ды: 1) латинский я з ы к, не народный германский;

2) применялись законы не ко всему населению данной местности, а только к герман­ цам-завоевателям;

население же завоеванное судилось по особым за­ конам: Leges Romanae.

VII. Отношения м е ж д у князьями Рюрикова дома и порядок княже­ ского владения О т н о ш е н и я между к н я з ь я м и Р ю р и к о в а дома в так называемый Киевский период и п о р я д о к к н я ж е с к о г о владения, несмотря на боль Шую, тщательную работу наших исследователей, историков и юристов, Представляются и до сих пор еще недостаточно я с н ы м и, в ы з ы в а я Различное толкование и оценку. Спор идет по вопросу: каким руко в одящим принципом определялись эти отношения и переход владения областью от одного к н я з я к другому? Ответы давались р а з л и ч н ы е, Е. Ф. Шмурло но едва ли не самым п р а в и л ь н ы м будет тот, который признает события слагались под перекрестным воздействием очень разнообраз­ ных сил, притом далеко не всегда действовавших согласно между собою;

что р у к о в о д я щ и х начал было не одно, а несколько и разного качества, и что наряду с устойчивыми, постоянно действовавшими принципами находили себе место и ф а к т о р ы случайного характера Таковыми действующими силами были:

1. Система Лествичного Восхождения» Согласно ей, каждый потомок Владимира Великого обладал правом на участие в общем д е л е ж е Русской земли, правом на получение своей доли соответственно положению, какое он занимал в родовой семье и которое определялось понятием о родовом старшинстве. С т а р ш и й в роде, принадлежащий к старшей ветви (т. е. старший сын умершего р о д о н а ч а л ь н и к а ), имел право на первое место, самый младший в младшей ветви мог рассчи­ тывать л и ш ь на последнее: на самую скромную часть Но старшая ветвь (потомство старшего с ы н а ) д а в а л а старшинство л и ш ь старшему в этой ветви: все остальные члены этой старшей ветви (сыновья и, тем более, внуки старшего с ы н а ) отступали назад перед старшим второй ветви (вторым сыном р о д о н а ч а л ь н и к а ) и т. д., иначе говоря, д я д я всегда стоял выше племянника. Подобно этому и старшинство д в о ю р о д н ы х братьев определялось старшинством их отцов. Смерть к н я з я очищала дорогу всем ниже его стоящим: каждый теперь под­ нимался на одну ступень выше и, соответственно, переходил княжить в область того к н я з я, который перед тем стоял ступенью выше его Если к н я з ь умирал, не успев получить княжества, то его сыновья становились изгоями, т. е. выбрасывались из общего родового круга при общем д е л е ж е они уже не принимались в расчет.

Такова была система, таков был идеальный порядок наследования к н я ж е с к и х столов согласно этой системе. О д н а к о реально в жизни, если он и осуществлялся, то скорее в виде исключения, чем общего пра­ вила. С и л у и степень обязательности д л я себя этого порядка каждый определял по-своему, субъективно, причем сама идея с каждым новым поколением все более и более глохла, т е р я я свою убедительность 2. Отчина. Удержаться в чистом виде принципу «Лествичного Восхождения» трудно было уже потому, что одновременно с ним громко з а я в л я л свои права другой принцип — отчины право сына непосредственно наследовать своему отцу, естественное право отца подумать в первую голову об интересах своих детей. Существование отчинного права, я р к о в ы р а ж е н н о е в Киевский период, — одно и ь наиболее убедительных доказательств того, что русское общество IX — XI вв. уже п е р е ж и л о родовой быт и вступило на путь семей но-общественных отношений.

3. Избрание вечем. Веский голос в решении Право народное вопроса: кто будет владеть д а н н ы м столом, принадлежал также и вечу. З е м л я ( н а с е л е н и е ) никогда не д е р ж а л а себя пассивно и далека Курс Русской истории. Глава вторая была от мысли видеть в себе простой объект к н я ж е с к и х вожделений она сама деятельно участвовала в р а с п р я х князей и клала свой меч на весы того или другого соперника, руководясь собственными сим­ патиями и соображениями личной ( н а р о д н о й ) пользы;

симпатии же ее зачастую шли вразрез с расчетами к н я з е й. Силе З е м л я, конечно, уступала, но сила не всегда б ы л а на стороне к н я з я. Олег Черниговский вынужден был уступить Киев Владимиру М о н о м а х у по настоятельному требованию веча. И з г н а н и е князей в Новгороде и замена одного другим по выбору веча б ы л и я в л е н и е м обычным.

4. Добывание стола (захват силою) Ни принцип родового ста­ рейшинства, ни право отчинного наследства, ни воля народная далеко не всегда могли подчинить себе волю отдельной личности, особенно когда старозаветному «так д о л ж н о » приходилось сталкиваться с по­ велительным «так я хочу». Умный, энергичный, предприимчивый князь, все равно младший или старший, отстранял менее способного и ловкого. Общее всем к н я з ь я м сознание права искать себе место по всей Русской земле о т к р ы в а л о широкий простор д л я личности. Изя слав II, внук Мономаха, переменил на своем веку шесть областей;

Киев, вечная п р и м а н к а и я б л о к о р а з д о р а, видал у себя князей, которые едва успевали там в о к н я ж и т ь с я, как уже сгонялись с престола, помимо всяких соображений об их отчинном или родовом положении Рюрик, сын Ростислава, племянник И з я с л а в а II, правнук Мономаха (ум. 1215), семь р а з на своем веку добывал и терял Киев. Его насильно постригли — не помогло и это: л и ш ь только умер его соперник, как он уже сбросил с себя р я с у и снова, с оружием в руках, захватил заветный город.

5. Завещание. Действительность такового обусловливалась глав­ ным образом степенью авторитета самого завещателя и согласован­ ности его с интересами З е м л и и остальных к н я з е й. Поэтому значение княжеского з а в е щ а н и я в действительной ж и з н и было довольно огра­ ничено.

6. Соглашение с вечем и с князьями. Прочность такого соглашения тоже зависела прежде всего от того, принимало ли в соглашении участие одно вече без князей или одни к н я з ь я без веча, а также от степени силы и влиятельности этих к н я з е й. Т а к и м образом, и этот Фактор в решении вопроса о переходе столов н е л ь з я, как и предыдущий (завещание), назвать довольно устойчивым и веским.

Главными действующими силами я в л я л и с ь первые четыре: родовые воззрения, право отчинное;

воля народа ( и з б р а н и е ) и захват стола силою.

Т а к о в ы были элементы, под воздействием которых сложился по­ литический строй и протекала политическая ж и з н ь Киевской Руси.

См. Приложения. № 21: «Была ли княжеская отчина вотчиною!»

Е. Ф. Шмурло Их сложность, противоречивость неизбежно д о л ж н ы были осложнять и самую ж и з н ь. Недаром К а р а м з и н сравнивал эту пору с дремучим лесом, в котором легко заблудиться. В его время, действительно, еще не существовало никаких просек, но и в наше время «лес» этот все еще ждет полной расчистки.

VIII. Княжеские усобицы.

А. При сыновьях Ярослава Мудрого (1054— 1093) Великокпяжепие Изяслава I Ярославича (1054—1073) Незадолго до смерти Я р о с л а в М у д р ы й распределил свои владения м е ж д у пятью сыновьями в порядке их старшинства: старшим дал луч­ шие области, младшим менее значительные. И з я с л а в получил Киев, Святослав — Чернигов, Всеволод — П е р е я с л а в л ь, Игорь — Влади­ мир-Волынский, Вячеслав получил С м о л е н с к. Завещание Ярослава молчит об остальных областях. Почему о П о л о ц к е ни слова — понятно П о л о ц к а я земля на особом положении;

это своего рода отрезанный ло­ моть: Владимир Великий еще при ж и з н и отдал ее в отчину Изяславу, сыну от Рогнеды;

но почему молчал завещатель о Новгороде, Ростове, Муроме, о Тмутаракани — м о ж н о только догадываться Как бы то ни было, но вскоре и эти земли прибрали к своим рукам три старших брата: И з я с л а в взял Новгород, где он, впрочем, к н я ж и л еще при жизни отца;

Святослав добавил к Чернигову обширную область к востоку от Д н е п р а ( Р я з а н ь, Муром, Т м у т а р а к а н ь ) ;

Всеволод завладел Поволжьем ( Р о с т о в, С у з д а л ь, Б е л о о з е р о ). Д в а м л а д ш и х брата никаких добавоч­ ных областей не получили, а наступившая вскоре смерть их (Вяче­ слав — 1056;

Игорь — 1060) дала возможность старшим трем распо­ рядиться и их землями по своему усмотрению. Сыновья Вячеслава ( Б о р и с ) и И г о р я ( Д а в и д ) были обделены;

один только старший пле­ м я н н и к, Ростислав Владимирович (его отец, самый старший из сыновей Я р о с л а в а, умер еще при ж и з н и отца: 1052), получил Владимир-Волын­ ский;

но, недовольный им, он пошел на Тмутаракань, выгнал оттуда Глеба, сына Святослава, и владел ею до самой смерти (1064).

На берегах реки Альты половцы нанесли русским к н я з ь я м тяжелое поражение;

Киеву грозила большая опасность, но И з я с л а в не решился п р о д о л ж а т ь борьбу с победителями. Возмущенные малодушием своего к н я з я, киевляне выгнали его и посадили на стол Всеслава Полоцкого (незадолго перед тем вероломно з а х в а ч е н н о ю Ярославичами и поса­ женного в поруб, т. е. в т е м н и ц у ). М е ж д у тем Святослав Черниговский победоносно отбросил половцев обратно в их степи, а полгода спустя польский король Б о л е с л а в Смелый вооруженной рукою вернул Изя­ славу К и е в. Всеслав не оказал сопротивления, довольный возмож­ ностью тайком пробраться в свой наследственный Полоцк.

Глава вторая Курс Русской истории.

Великокпяжение Святослава Ярославича (1073—1076) Н е л а д ы с братьями, отсутствие моральной связи с населением Киева привели И з я с л а в а к вторичной потере своего великокняжеского стола. Он бежит в П о л ь ш у, а его место занимает С в я т о с л а з Черни­ говский. М л а д ш и е братья, которым И з я с л а в был «в отца место», отступили от завета Ярославова: согнали брата, нарушив его родовые права, однако в своих л и ч и ы х отношениях они, несомненно, руково­ дятся ими же попранным принципом «Лествичного Восхождения»

переход Святослава из Чернигова в Киев сопровождался одновремен­ ным переходом Всеволода из П е р е я с л а в л я в Чернигов.

Вторичное великокпяжение Изяслава I. (1076— 1078) Смерть Святослава о т к р ы л а И з я с л а в у путь в Киев. С помощью того же Б о л е с л а в а Смелого он вторично з а н я л его. Зато теперь поднимает голову Отчина. О л е г Святославич выгнал Всеволода из Чернигова и заставил его вернуться в П е р е я с л а в л ь. Хотя д я д ь я и прогнали его в Т м у т а р а к а н ь, но победа досталась им дорого: в битве на Н е ж а т и н о й Н и в е И з я с л а в с л о ж и л свою голову. Цал и Борис, сын Вячеслава, д е р ж а в ш и й сторону О л е г а ( 1 0 7 8 ).

Великокпяжение Всеволода Ярославича (1078—1093) Всеволод з а н я л Киев, к а к старший, в силу родового принципа, од­ нако его д а л ь н е й ш и е действия всецело п р о н и к н у т ы соображениями се­ мейного интереса. Л у ч ш у ю после Киева волость, Чернигов, он отдает сыну Владимиру Мономаху;

на Волынь сажает племянника Я р о п о л к а, сына старшего брата И з я с л а в а, в Новгород — другого И з я с л а в и ч а, Святополка. О б и ж е н н ы х и недовольных много. Святославичи силою домогаются Чернигова, Ростиславичи ( В о л о д а р ь и Василько) захваты­ вают Червенские города и воюют с Я р о п о л к о м : ведь Волынь их отчина, там когда-то сидел их отец. На такое же право отчины опирается и Давид Игоревич, з а х в а т ы в а я на Волыни несколько городов. В резуль­ тате почти все 15 лет в е л и к о к н я ж е н и я Всеволода прошли в усобицах.

Б. При внуках Ярослава Мудрого (1093—1125) Великокпяжение Святополка II Изяславича (1093-1113) Смерть Всеволода снова выдвинула на первый план дилемму:

Избрание или волю народную. К и е в л я н е ж е л а л и иметь у себя не Святополка, а В л а д и м и р а Мономаха;

но за С в я т о п о л к а стояли и «лествица», и «отчина», и они перевесили: Владимир Мономах не Е. Ф. Шмурло р е ш и л с я оспаривать их и остался в Чернигове, киевляне же оказались вынужденными считаться с его решением.

Борьба за Чернигов. К а к некогда д я д ю Всеволода силою заставил Олег Святославич вернуть ему Ч е р н и г о в, так и теперь, силою же, понудил он двоюродного брата В л а д и м и р а Мономаха покинуть Чер­ ниговскую область и уйти в свой наследственный Переяславль Но поведение Олега — д р у ж е с к и е связи с половцами, на которых он постоянно опирался в своей борьбе с родственниками и наводил их полчища на Русскую землю, отказ приехать в Киев д л я совместного обсуждения действий против кочевников, — повели к открытой борьбе и изгнанию Олега из Чернигова. О л е г удаляется в свой Муром и оттуда силою захватывает у М о н о м а х а Ростов и Суздаль Междоусо­ бице, казалось, конца не будет. Н а к о н е ц согласились разрешить спор мирно на общем к н я ж е с к о м съезде.

Съезд в Любече (1097). Собрание князей открыто высказалось по вопросу о наследовании областей за начало отчинное: каждый да владеет той землей, к а к а я раньше б ы л а во владении его отца. В силу этого решения за Святополком II остались Киев и Новгород, Олег и другие Святославичи, его братья, получили Чернигов и Муромо-Ря занскую область Владимир Мономах — П е р е я с л а в л ь и Ростов с Суз­ далем Д а в и д Игоревич — Владимир-Волынский Володарь и Василь ко — П е р е м ы ш л ь и Теребовль, назначенные им еще Всеволодом Ки­ евским, а т а к ж е часть Волынской земли.


Борьба за Волынь. Волынь считали своею отчиною (и справедливо) одинаково и братья Ростиславичи, и Д а в и д Игоревич. Недаром на Любечском съезде их разместили именно в этой области. Но уже самое деление области на две части становилось, с точки зрения отчинных понятий, несправедливостью. На этой почве неизбежно вырастали всякого рода недоразумения, открывалось широкое поле взаимному подозрению. При косвенном соучастии Святополка Киев­ ского Д а в и д вероломно захватил Василька и приказал ослепить его Мономах и Святославичи, возмущенные вероломством и злодеянием братьев, побудили старшего к н я з я идти войною на Давида. Святополк выгнал Д а в и д а из его городов, но покусился и на другую половину Волынской земли, отданной Ростиславичам. О б щ а я опасность сбли­ жает Ростиславичей с их вчерашним врагом, Давидом;

они совместно дают отпор великому к н я з ю, последнему не помогла и помощь Ко ломана Венгерского. Усобица з а к о н ч и л а с ь новым съездом князей в Уветичах (в В я т и ч е в е ). Д а в и д понес наказание: он д о л ж е н был довольствоваться несколькими малозначительными городами и неко­ торою суммою денег. Владимир-Волынский перешел к Святополку, Ростиславичи остались при своем ( 1 1 0 0 ). О с т а л ь н ы е 13 лет великокня ж е н и я С в я т о п о л к а прошли без усобиц;

главной заботой князей стали походы на Степь и борьба с половцами.

Курс Русской истории. Глава вторая Великокпяжение Владимира Мономаха (1113—1125) На этот р а з в вопросе о преемстве Киевского стола избрание, воля народного веча решительно перевесила все остальные соображе­ ния. «Лествица» требовала посажения О л е г а Святославича, но киев­ ляне видели в нем Гориславича, не л ю б и л и его и настойчиво звали Мономаха. Волнения в городе грозили принять опасные р а з м е р ы, и Мономах подчинился голосу народному. Власть свою он д е р ж а л в твердых р у к а х, и власти этой подчинялась почти вся тогдашняя Русская з е м л я. О д н и только Ростиславичи да Ольговичи сидели, каждый, на своих отчинах. На Волыни еще сидел, было, одно время Ярослав, сын С в я т о п о л к а II, но у него начались нелады с Мономахом, а смерть его ввела и эту область в состав М о н о м а х о в ы х владений.

В. При правнуках и праправнуках Ярослава Мудрого (1125-1169) Великокпяжение Мстислава I Мономаховича (1125 — 1132) С т а р ш и м в роде после Владимира М о н о м а х а был Я р о с л а в Свя­ тославович Черниговский;

но за Мстислава были «отчина», «голос народа» и далеко не последнее место на родовой лестнице (сейчас же вслед за Я р о с л а в о м ), и Я р о с л а в не р е ш и л с я оспорить эти пре­ имущества;

он добровольно поступился своими правами, удовольст­ вовавшись клятвенным обещанием п л е м я н н и к а утвердить за ним Чер­ нигов. Но клятву Мстислав не с д е р ж а л, попустив Всеволоду Ольго вичу выгнать из Чернигова д я д ю. П р и к р ы в а я с ь мнением духовенства, к которому он обратился за советом, М с т и с л а в оставил Всеволода в Чернигове, Я р о с л а в же вынужден был удалиться в Муром. «Лестви це», таким образом, наносился двойной урон: и в Киеве, и в Чернигове.

Если не считать П е р е м ы ш л я с Теребовлем, издавна обособленного Полоцка да Черниговской отчины, то вся остальная Русь и теперь, при Мстиславе, к а к при отце его, собралась в доме Мономаха. Ки­ евский к н я з ь, однако, хотел большего: он изгнал полоцких князей из их области и присоединил П о л о ц к к своим владениям.

Великокпяжение Ярополка II Мономаховича (1132—1139) После Мстислава Киев занял старший после него брат — Я р о п о л к У Я р о п о л к а не было соперников: он был единственный к н я з ь, ко­ торый мог сесть на старший стол по отчине и дедине;

он крепко сидел в Киеве и потому еще, что люди киевские позвали за ним»

( С о л о в ь е в ). Таким образом, Киев ф а к т и ч е с к и все более и более Превращался в отчину Мономаховичей. О л ь г о в и ч и, однако, тоже ви­ дели в нем свою отчину и ж д а л и л и ш ь случая предъявить на него свои права.

Е. Ф. Шмурло Я в л я я с ь старшим в обширной семье Рюриковичей, Я р о п о л к, по отношению к б л и ж а й ш е й родне, к Мономаховичам, д е р ж а л с я не родовых, а семейных, л и ч н ы х начал: П е р е я с л а в л ь (где он сидел при Мстиславе) он отдал не братьям, к а к следовало бы по системе Ле ствичного Восхождения, а племяннику Всеволоду — Гавриилу, сыну своего покойного брата. Д л я Ю р и я Д о л г о р у к о г о, наиболее энергичного из братьев, такое р а с п о р я ж е н и е я в л я л о с ь я в н о й несправедливостью и кровной обидой. Утром въехал Всеволод в Переяславль, а до обеда д я д я Ю р и й успел уже выгнать его из города. Правда, он и сам усидел в нем не более восьми дней" Я р о п о л к и его выгнал оттуда Между братьями, племянниками и дядьями разгорелась ожесточенная распря В течение нескольких лет П е р е я с л а в л ь переходит из рук в руки ( И з я с л а в Мстиславич, Вячеслав и Андрей Мономаховичи) При этих переходах не с п р а ш и в а л и : кто старше, кто м л а д ш е — решала грубая сила, ловкость, удача или в ы н у ж д е н н ы й компромисс. Ольговичи, в свою очередь, хорошо использовали р а с п р ю Мономаховичей, добив­ шись у них уступки им городов по Сейму ( К у р с к и д р. ), которые они считали своею отчиной.

Все семилетнее в е л и к о к н я ж е н и е Я р о п о л к а прошло в усобицах, чему много содействовали неопределенность родовых отношений и уже начавшаяся резко обозначаться слабая подчиненность младших членов к н я ж ес ко г о рода старшему. Таким старшим не всегда был отец, но д я д я из м л а д ш и х или брат, и то не самый старший Поэтому »младшие братья и племянники считали себя в полном праве воору­ ж е н н о ю рукою противиться р а с п о р я ж е н и я м старшего, если им каза­ лось, что эти р а с п о р я ж е н и я клонятся к их невыгоде» ( С о л о в ь е в ) Великокняжение Всеволода Ольговича (1139— 1146) П о л ь з у я с ь раздорами среди Мономаховичей, Всеволод завладел Киевским княжеством и сумел удержать его за собой вплоть до своей смерти. Митрополит, во избежание к р о в о п р о л и т и я, убедил Вячеслава Мономаховича, старшего д я д ю, отказаться от своих прав и прими­ риться с успехом племянника. Подобно Мономаху и его сыновьям, Всеволод т а к ж е старался закрепить за своей ближайшей родней, Ольговичами, Киевский стол и, подобно тем, т а к ж е обязал князей клятвою признать после него старшим князем его брата Игоря Клятва была дана, но Всеволод не рассчитал одного* воли народной Киевляне вообще не любили Всеволода, как О л ь г о в и ч а, как сына «Гориславича», не чувствовали симпатий и к Игорю;

они позвали к себе Изяслава, внука Мономахова, сына Мстислава. П р и е з ж а й, говорили они ему, не хотим быть у Ольговичей, «акы з а д н и ч и », т. е. не хотим переходить от брата к брату, точно частная собственность в наследство — хотим сами решать, кому править нами.

Курс Русской истории. Глава вторая Борьба за Киев. Распря среди Мономаховичей.

Великокпяжение Изяслава II Мстиславича (1146 -1154) С е в в Киеве, И з я с л а в т а к ж е н а р у ш и л права старейшинства. Ю р и й Д о л г о р у к и й упорно добивается их восстановления. О т к р ы в а е т с я дли­ тельная борьба п л е м я н н и к а с дядей. Со стороны И з я с л а в а она ведется энергично уже потому, что он, если и племянник, то старший, а Ю р и й, если и д я д я, то младший. У д я д и точкою опоры служит порядок Лествичного Восхождения;

но он ли я в л я е т с я истинным мотивом его действий? Не ухватился ли Ю р и й за него к а к за сподручное орудие борьбы? Не домогался ли Ю р и й Киева главным образом потому, что туда влекло его личное честолюбие, к а к влекло оно и других, тоже чес­ толюбивых, князей, хотя бы того же п л е м я н н и к а И з я с л а в а ?

П р и всем том, к а к ни попирается идея родовой лествицы, с нею еще необходимо считаться, и тот же И з я с л а в, стараясь вырвать у младшего дяди почву из-под ног, п р и з ы в а е т в Киев своего старшего дядю Вячеслава, отдает ему в е л и к о к н я ж е н и е, ставит его «в отца место», окружает вялого, неспособного с т а р и к а внешним почетом и, обратив в ширму, п р о д о л ж а е т самостоятельно править княжеством.

Ю р и я, однако, таким маскарадом не проведешь. Слова Вячеслава, обращенные к нему: «я был уже брадат, когда ты родился» кажутся ему неубедительны. У него своя мерка: когда приходится иметь дело с п л е м я н н и к о м, он отстаивает права старшего, а столкнувшись со старшим братом, он с легким сердцем забывает о них.

О п е р е т ь с я на старшего д я д ю в борьбе с младшим Изяславу необхо­ димо б ы л о еще и потому, что в этой борьбе ему не всегда можно было рассчитывать на деятельную п о д д е р ж к у местного населения, как ни со­ чувствовало оно лично ему самому. Д л я к и е в л я н Ю р и й Долгорукий был такой же Мономахович, как и И з я с л а в, и причинять ему зло им представлялось н е в о з м о ж н ы м. О д н а ж д ы И з я с л а в, прося их содейст­ вия, з в а л киевлян с собой на д я д ю и получил в ответ: « К н я з ь, не сер­ дись на нас, но на Володимирово племя мы не можем поднять руки, иное д е л о О л ь г о в и ч и : на них пойдем ( о х о т н о ), хоть и с детьми».

Н е с к о л ь к о раз вынуждал Ю р и й И з я с л а в а покидать Киев, в свою очередь, не о д н а ж д ы и И з я с л а в платил ему тем ж е. И з я с л а в у удалось умереть на в е л и к о к н я ж е н и и, утвердился на Киевском столе потом и Юрий Д о л г о р у к и й, однако не сразу: дорогу перебивали ему то Рос­ тислав Мстиславич, то И з я с л а в Ч е р н и г о в с к и й. Все же последние два года ж и з н и ( 1 1 5 7 — 1159) Ю р и й сидит в Киеве и умирает там великим князем.


Ч е м многочисленнее становилось потомство Ярославичей, тем за­ метнее х и р е л а идея родовой лествицы, тем с большим трудом сводили князья свои счеты в пределах даже отчинного владения, не говоря о Родовом, тем я р ч е выступала грубая сила и ее торжество.

Е. Ф. Шмурло Д я д я и племянник оставили по себе сыновей, которые продолжали борьбу отцов: Мстислав II И з я с л а в и ч (1167 — 1169) и Андрей Бого любский, сын Ю р и я. В конечном результате восторжествовал д я д я Но х а р а к т е р н о, что и д я д я опирался в д а н н о м случае более на силу реальную, чем на принцип старейшинства.

Последствия этого торжества были н е о ж и д а н н ы е : Андрей покинул потерявший в его глазах всякую ценность Киев. Он перенес свое в е л и к о к н я ж е н и е с берегов Д н е п р а в отдаленный Суздальский край, на берега лесистой К л я з ь м ы, в молодой и малоизвестный город Вла­ димир ( 1 1 6 9 ). Д л я Киева с этой поры начинается новый период существования — период политического упадка и материального ос­ кудения.

IX. Борьба со Степью.

Не одни междоусобия князей х а р а к т е р и з у ю т Киевский период другой его особенностью была еще борьба со Степью — с одним из отпрысков азиатских народностей — с половцами.

Б о л ь ш о е и сильное племя, половцы з а н я л и в середине XI столетия нынешние южнорусские степи и не з а м е д л и л и начать свои вторжения в Русскую землю. Юг, а с ним и главный центр тогдашней полити­ ческой ж и з н и, Киев, очутились в положении вечной войны;

о спо­ койном существовании нечего было и думать;

выпускать оружие из рук б ы л о бы п р я м ы м безрассудством. Русские князья вступали в соглашения с половецкими ханами, брали у них дочерей себе в ж е н ы, обменивались з а л о ж н и к а м и ;

но все это д а в а л о л и ш ь временную, крат­ кую передышку, тем более ненадежную, что м и р н ы й договор с одним ханом не исключал в р а ж д ы с остальными.

З л о увеличивалось еще тем, что к н я з ь я, в опьянении междоусобных страстей, вместо единодушного действия против общего врага, нередко сами открывали ему путь в Русскую землю, прибегая к их военной помощи. Понятно, какой дорогой ценой покупалась эта помощь. Об­ ласти, по которым прошли кочевники, л е ж а л и опустошенными и безлюдными. Особенно д р у ж и л с половецкими ханами черниговский к н я з ь О л е г Святославич (ум. 1115). Н е о д н о к р а т н о приводил он с собою половецкие п о л к и, и память н а р о д н а я не простила ему измены общерусским интересам: она помнит его не к а к Святославича, а как х Гориславича.

1. Поистине Роль Владимира Мономаха в борьбе со Степью.

народным героем в борьбе с половцами я в л я е т с я Владимир Мономах, внук Я р о с л а в а Мудрого. « К а к мо жн о ограничиваться одной оборо­ ною, — д о к а з ы в а л он к н я з ь я м, — вы говорите, что, настаивая идти См. Приложения. Л ? 22: «Что Г побуждало черниговских князей наводить половцев на Южную Русь?»

Курс Русской истории. Глава вторая в степь против половцев, я не ж а л е ю смерда, отрываю его от пашни, а того не подумаете, что станет весною этот самый смерд пахать на своей лошади, а приедет вдруг половчанин;

убьет смерда стрелою, возьмет себе его л о ш а д ь, захватит ж е н у и детей, да вдобавок еще и гумно зажжет. Разве это л у ч ш е ? ( к н я ж е с к и й съезд у Долобского озера, 1103 г о д а ).

Девятнадцать раз з а к л ю ч а л Владимир м и р с половцами, до сотни князей их отпустил на волю, свыше 200 изрубил и потопил во время своих войн с ними. П о х о д ы русских князей с Владимиром Мономахом во главе в глубь половецких степей коренного решения не дали, но ясно поставили вопрос об отношениях к степному Востоку, указав направление, в каком придется решать его в будущем 2. Походы половецкие и крестовые походы. Энергия, с какою велось наступление;

та бодрая вера в успех и ж е л а н и е, каким сгорали князья, добраться до самого сердца половецких вежей, чтобы реши­ тельным ударом навсегда освободить родную землю от разорительных вторжений этих полудикарей, напоминают подобную же борьбу, какую как раз в ту пору З а п а д н а я Европа вела против другого, тоже тюркского, племени — в Палестине. Крестовые походы против сельд­ жуков (1095 г. и след.) и походы русских князей против половцев (с 1103 г.;

самый замечательный из них по размерам предприятия и по его успешности — поход 1111 г.) — я в л е н и я одной категории Владимир Мономах и Готфрид Бульонский — деятели одного порядка Под стенами Иерусалима, на б е з ы м я н н ы х р а в н и н а х, что упираются в Черное и Азовское м о р я, там и тут, цель одна и та ж е : защита европейской, христианской культуры и ц и в и л и з а ц и и, отпор азиат­ скому мусульманству.

Крестовые походы и походы русских к н я з е й на половцев — это лишь один из героических моментов грандиозной борьбы, которую на протяжении целого р я д а веков Европа вела против Азии;

это лишь краткий эпизод в той д л и н н о й веренице «походов», что из столетия в столетие тянется со времен доисторических. Если и раньше Азия посылала мавров на юго-запад Европы, то и после Крестовых походов, после половцев она двинет на Восточную и Среднюю Европу монголов;

затем османы начнут громить Византийскую империю;

турецкий полу Месяц победоносно пройдет по всему Б а л к а н с к о м у полуострову, дойдет До Будапешта, до Вены, проникнет в Крит, в Адриатику, и д л я отпора этой волны, готовой захлестнуть пол-Европы, всюду потребу­ ется страшное н а п р я ж е н и е народных сил. Б о р ь б а с Азией и д л я Русского народа не закончится половцами и монголами, она будет Тянуться на всем протяжении его исторической ж и з н и, можно сказать, вплоть до наших дней ( с р а в н. : 1. гунны;

2. обры-авары;

3 х а з а р ы, 4. печенеги;

5. половцы;

6. монголо-татары;

7. сибирские инородцы, 8. киргизы;

9. к а в к а з с к и е племена;

10. народности Средней Азии и, Наконец, в самое последнее время;

11. я п о н ц ы ).

Е. Ф. Шмурло X. К и е в и Ю ж н а я Р у с ь.

К н я ж е с к и е усобицы и борьба со Степью двумя красными нитями проходят через всю историю Киевского периода. Набеги половцев т я ж е л о отозвались на всем русском юге, усобицы особенно больно ударили по Киеву и в значительной степени определили его после­ д у ю щ у ю судьбу.

1. Положение южной окраины. Всего более страдали от половцев пограничные земли: Черниговская, К и е в с к а я, особенно Переяславская и т а к называемое Поросье. П р и р о д а создала здесь наилучшие условия д л я земледелия;

казалось, сама звала сюда на труд;

между тем поля л е ж а л и заброшенными, и плуг все р е ж е и реже проходил по ним.

Пустели не одни поля: из сел и городов половцы тысячами уводили пленников в свои степи, откуда б о л ь ш а я часть их попадала на ази­ атские невольничьи р ы н к и. А когда кочевнику удавалось проникать в самую глубь страны, тогда добыча его принимала особенно большие размеры.

В связи с набегами стала падать и торговля с Византией: половцы перегородили дорогу в Грецию, проезд по Д н е п р у стал неизмеримо опасней, и затраты на предприятие плохо теперь окупались.

Н е и з б е ж н ы м следствием такого п о л о ж е н и я дел был отлив насе­ ления с юга: люди сознательно п о к и д а л и места, наделенные благами п р и р о д ы, и устраивались на землях, где труд человека, хотя и воз­ награждался гораздо скупее, зато был более обеспечен и не подвер­ гался такому риску. Эмиграция шла д в у м я путями: на запад - в верховья Западного Буга и Днестра, в Галицию, в сторону Польши, и на северо-восток — всего больше в С у з д а л ь с к у ю область, на Оку и Верхнюю Волгу.

2. Киев — яблоко раздора. Велико б ы л о зло от кочевников, но кня­ жеские усобицы его удвоили. Киевской области досталось от них всего т я ж е л е е. Киев обладал особою притягательною силою: старший среди остальных городов, самый богатый, он был олицетворением единства княжеского рода и всей Русской земли;

местопребывание митрополита, главы русской Ц е р к в и, он одновременно олицетворял и единство цер­ ковное. Киев был к р у п н ы м коммерческим р ы н к о м ;

он рассылал свои За 1055—1228 гг. известно 37 половецких набегов на Русскую землю, не считая второстепенных вторжений. По другому счету, за период в 149 лет (1061 — 1210) Русь испытала 46 половецких нападений, средним числом чаще, чем одно вторжение через каждые три года. Из 46 вторжений на долю Переяславского княжества и Поросья пришлось 31. Поросье (земли по р. Роси) населено было тюркскими кочевниками, которых князья приняли на эти места в XI столетии (Голубовский).

См. Приложения. № 23: «Допустимо ли массовое переселение при­ днепровской Руси на север в XII и XIII вв.?»

Курс Русской истории. Глава вторая товары в Византию, в Польшу и Чехию, из далекого Регенсбурга сюда Приезжали немецкие купцы, русский товар находил себе сбыт в дале­ кой И т а л и и, доходил вплоть до С и ц и л и и Торговля значительно содей­ ствовала богатству и росту Киева. Д и т м а р Мерзебургский (1018) на­ считывал в нем 8 базаров и свыше 400 церквей;

в 1124 году, по свиде­ тельству летописи, п о ж а р уничтожил в Киеве до 600 церквей, как бы ни преувеличена была та и другая ц и ф р а, очевидно, было что преувеличи­ вать. Недаром Адам Бременский (ум 1076) называл Киев «соперником Константинополя», «красою православного Востока» ( a e m u l a sceptri C o n s t a n t i n o p o l i t a n i, c l a n s s i m u m decus G r a e c i a e ).

К а к неотразимый магнит, Киев п р и в л е к а л к себе русских князей Обладание им создавало почетное п о л о ж е н и е, удовлетворяло их гор­ дость и самолюбие. Но именно потому-то и было особенно трудно удержать за собою К и е в. За 23 года ( 1 1 4 6 — 1 1 6 9 ) в нем перебывало 8 к н я з е й : четверо по два раза теряли город и ло два раза возвращались обратно, так что всех в о к н я ж е н и й (смен на престоле) было за это время счетом 12. Из всех соперников и соискателей лишь одному удалось тогда усидеть на киевском столе 6 лет подряд ( Р о с т и с л а в Смоленский: 1 1 6 2 — 1 1 6 9 ), зато остальные д е р ж а л и с ь на нем всего по нескольку месяцев и д а ж е недель.

3. Обесценение Киева. Рано или поздно такой порядок должен был неизбежно обесценить Киев. Р е а л ь н у ю пользу приносил он все меньше;

обладание им покупалось слишком дорогою ценою — вечными неладами, при полной неуверенности в завтрашнем дне. З в а н и е ве­ ликого к н я з я Киевского превращалось в игрушку, становилось пустым титулом. Многих эта и г р у ш к а еще п р о д о л ж а л а слепить своим наруж­ ным блеском, но р е а к ц и я д о л ж н а б ы л а не замедлить. Общему яблоку раздора, Киеву, не хватало именно того, что является одним из условий всякого сильного государства: политической устойчивости Это понял Андрей Б о г о л ю б с к и й, и когда в 1169 году военное счастье улыбнулось ему и он завоевал Киев, стал великим князем, то все же остался по-прежнему ж и т ь в своем родовом Суздальском княжестве, не покинул его. Киев перестал быть столицею Русской земли Экономически подорванный еще раньше, он перестал существовать теперь и политически. От этого удара ему уже никогда потом не Удалось оправиться.

Но перенесение столицы на берега К л я з ь м ы, в город Владимир, за­ дело не один Киев: оно превратилось в событие общерусское С 1169 г Мы вступаем в новый период русской истории.

XI. Деятели Киевского периода.

Со смертью Я р о с л а в а Мудрого история, по в ы р а ж е н и ю Карамзина, вводит нас «в дремучий лес, в котором легко заблудиться с риском Не выбраться из него обратно» — так много действующих л и ц, так Перепутаны события Сцена, на которой развертываются исторические Е. Ф. Шмурло события, всегда переполнена;

все там в д в и ж е н и и, все волнуется, ничего устойчивого;

ни у кого нет прочного, определенного места, какой-то калейдоскоп быстро сменяющихся событий брат оспаривает власть у брата, п л е м я н н и к у д я д и, б л и з к и е и дальние родственники заключают союзы, чтобы действовать совместно против таких же б л и з к и х и д а л ь н и х. В л ю д я х много жестокого, грубого, но немало и доблестного, честного, живого ума. Горизонт не широкий;

идея госу­ дарственности еще не в ы ш л а из детских пеленок. И какое разнообразие х а р а к т е р о в ! К а к о е различие в моральном мериле!

Вот Давид Игоревич, только что ( 1 0 9 7 ), вместе с другими давший присягу довольствоваться своим княжеством, не искать чужой зем­ л и, — а он уже зарится на соседнюю область и, чтоб легче раздобыть ее, приказывает вероломно схватить своего двоюродного племянника Василька и ослепить его. Или этот самый Василько, слепой, до конца ж и з н и (1124) водит свои войска против половцев и энергично бьется с ними, к а к и раньше, бывши з р я ч и м. Вот Олег Святославич, про­ званный Гориславичем: его отец, хотя и умер на великокняжеском Киевском столе, но он достиг его н е з а к о н н ы м путем, согнав своего старшего брата И з я с л а в а ( 1 0 7 3 — 1 0 7 6 ) ;

грубое нарушение родовой этики кладет печать отвержения на сына, тем более, что Олегу не смыть позора постоянной д р у ж б ы с врагами родины — половцами В самом деле, кто всего чаще наводил их на Русскую землю? Из-за кого чаще обычного русские села и города пылали и подвергались разграблению? Путь к Киеву м о р а л ь н о отрезан Олегу;

хотя он и старший из оставшихся д в о ю р о д н ы х братьев, но должен уступить дорогу младшему, Владимиру М о н о м а х у (1113) — такова воля киев­ ского веча.

Д а л е е, вот другой вероломный к н я з ь, В л а д и м и р к о Галицкий: когда ему напомнили, что он нарушил присягу, что он к л я л с я на крест, то он с насмешкой отговаривается: «а что может сделать мне этот ма­ ленький крестик?» А вот другой Д а в и д, смоленский, сын Ростислава бурную ж и з н ь свою он заканчивает в монастыре и в монашеской одежде ищет примирения с Богом, п р о щ е н и я своим грехам.

Целой головой выше своих современников стоит Владимир Мо­ номах, и не только потому, что он, как мы видели, неутомимый борец с ненавистными половцами, горячий з а щ и т н и к родной земли, но и по своим моральным качествам и совершенствам.

1. К а к человек, Владимир не безупречен он не всегда умел избежать соблазна заплатить д а н ь порокам своего века: на его совести лежит разгром города М и н с к а, взятого «на щит»;

вероломное убийство двух половецких ханов, в противность данному обещанию пощадить их ж и з н ь, но все это единичные пятна, л и ш н и й раз доказывавшие не­ совершенство человеческой натуры вообще, так как их с избытком покрывают п о л о ж и т е л ь н ы е свойства Мономаха. Недаром современ­ ник-летописец после смерти Владимира наделяет его такими лестными Курс Русской истории. Глава вторая эпитетами, как бы подводя итог его деятельности на земле: «брато дюбец, нищелюбец и добрый страдалец за Русскую землю».

2. П р е ж д е всего это человек полный энергии и неутомимой дея­ тельности. Его хватало на все* на войну и д е л а внутреннего распо­ рядка, на охоту и домашнее хозяйство, на думу с дружиной и на молитву. Вся его долгая ж и з н ь ( 1 0 5 3 — 1125) прошла в движении и работе, с той самой п о р ы, когда отец послал его, еще 13-летним мальчиком, в Ростов через землю вятичей Смоленск, Польша, Чеш­ ский Л е с, Туров, Полоцк, Чернигов, вятичи, Волынь, М и н с к, поло­ вецкие степи — этапы его походной ж и з н и. Он совершил на своем веку 83 больших похода и поездки, а с к о л ь к о более мелких — и припомнить не мог. Неутомимый охотник,, он собственноручно ловил и вязал диких коней;

бесстрашный, неоднократно подвергал опасности свою ж и з н ь : тур метал его на рога, олень бодал, лось топтал ногами, вепрь оторвал у него меч, висевший на боку, медведь кусал, а лютый зверь валил вместе с конем. Н а х о д и л время Владимир следить и за порядком д о м а ш н и м : он сам д е р ж а л ловчий наряд, сам смотрел за конюшней, за соколами и ястребами.

3. Владимир не по имени только христианин: образец благочестия, он милостив д а ж е к врагам;

действия его проникнуты чувством любви к ближнему;

защитник с л а б ы х, он содействует торжеству правды над несправедливостью;

он учит соблюдать крестное целование и не каз­ нить смертью, д а ж е если бы человек был виновен и заслуживал ее, »дабы не погубить души х р и с т и а н с к о й », поясняет он 4. Его христианство — деятельное Владимир не сторонник от­ шельнической ж и з н и, истязания плоти иноческие подвиги, в его глазах, отнюдь не единственный путь ко спасению;

сам он предпочитает покаяние, слезы и милость: этих трех д о б р ы х дел достаточно, чтобы спастись от грехов и заслужить царство небесное, д а ж е не покидая мира: «молю вы ся, не забывайте трех дел тех: не бо суть т я ж к а, ни одиночьство (т. е. отшельничество), ни чернечьство (т е мона­ шество), ни голод (т. е. изнурение себя постом), я к о инии добрии терпят, но малым делом улучити милость Б о ж ь ю » {Поучение детям) 5. Он был блюстителем тех устоев, на которых д е р ж а л с я родовой порядок, и самою деятельностью своею воспитывал князей, старших И младших, в сознании, что они составляют одну общую семью Он Уважал права старшинства, требовал н а к а з а н и я во имя нарушенной Правды, м и р и л в р а ж д у ю щ и х и умел направить деятельность князей На достижение целей более достойных, чем их постоянные «которы»

(ссоры) — на борьбу со Степью. С т а р ш и й, великий князь только в Последние 13 лет своей ж и з н и, он еще на положении младшего стал Моральным вождем к н я ж е с к о й семьи.

6. Владимир уже обрисовался перед нами (см. в ы ш е ), как неуто­ лимый борец с половцами, как защитник Русской земли от половецких Пабегов. Многократными походами в Степь он достиг того, что силы Е. Ф. Шмурло ее были надломлены, и Ю ж н а я о к р а и н а, хотя на время, свободно вздохнула. Если он 19 р а з з а к л ю ч а л м и р с половцами, значит 19 раз принимался воевать с ними. Еще при ж и з н и отца (до 1093 г.) он имел 12 удачных битв с ними — все это были заслуги перед родиной, которых она не могла не ценить.

7. М о н о м а х у п р и с у щ а идея родины, блага общественного. Его д в о ю р о д н ы й брат, О л е г Святославич, оставил по себе в памяти на­ родной горькую славу: ради л и ч н ы х выгод он пользовался услугами половцев и х л а д н о к р о в н о смотрел, как те, будучи призваны им, грабили и р а з о р я л и Русскую землю. Д р у г о й двоюродный брат, великий к н я з ь С в я т о п о л к II И з я с л а в и ч, человек корыстный, пользовался влас­ тью д л я личного обогащения, к я в н о м у ущербу народного благосо­ стояния. Н е то В л а д и м и р. О н понимает, где д о л ж е н быть предел личному интересу, и д л я него я с н о, что благо общее выше личного.

« Д о б р а хочу братии и Русской З е м л е », говорил он, и этою мыслью руководился в своей ж и з н и.

8. Н а к о н е ц, М о н о м а х не только д е я т е л ь н ы й князь-правитель, воин, неутомимый охотник, заботливый х о з я и н ;

не только благочестивый христианин, убежденный блюститель р о д о в ы х устоев ж и з н и, верный сын своей родины — у него сильно р а з в и т ы т а к ж е и духовные ин тересы: он о б р а з о в а н н ы й, начитанный человек;

он хорошо знаком с содержанием П с а л т и р и, с Притчами Соломона, с творениями Василия Великого ( « Ш е с т о д н е в » ) ;



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 19 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.