авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ БИБЛИОТЕКА РОССИИ

КОНФЕРЕНЦИИ, КНИГИ, ПОСОБИЯ, НАУЧНЫЕ ИЗДАНИЯ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 || 3 | 4 |

«Содержание Российско-латиноамериканское деловое сотрудничество: достижения и недостатки Автор: Ю. Н. ...»

-- [ Страница 2 ] --

Вновь поставив YPF под национальный контроль, аргентинские власти присоединились к тем государствам региона, где решающая роль в энергетическом секторе принадлежит государственным компаниям или структурам с сильным государственным участием. В Бразилии это "Petrobras" (основана в 1953 г.), одна из крупнейших в мире нефтегазовых корпораций, являющаяся примером частно-государственного партнерства, поскольку доля государства в акционерном капитале приближается к 40%. "Petrobras" - архетип высокоэффективного предприятия с лучшей в стране системой корпоративного управления, признанный лидер в области глубоководной добычи нефти и газа. В Мексике роль системообразующего предприятия играет созданная в 1938 г. нефтегазовая и нефтехимическая компания "Petroleos Mexicanos" ("Pemex"). Ее положение в настоящее время далеко не блестящее: добыча нефти падает (с 3,5 млн. баррелей в день в 2000 г. до млн. в 2012 г.), и "Pemex" несет ощутимые финансовые потери. Нужны глубокие корпоративные реформы, но компания - "священная корова", символ национального суверенитета, а потому ни одно из правительств не отваживалось на решительные шаги. В Венесуэле моно стр. Таблица НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ ИНОСТРАННЫХ КОМПАНИЙ В ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ (2006 - 2010 гг.) Год Страна Отрасль, компания Примечания 2006 Аргентина Водоснабжение, "Aguas Компания контролировалась французской фирмой "Suez" и испанской "Aguas de Argentinas" Barcelona", которые обратились в арбитраж 2007 Венесуэла Телекоммуникации, Покупка акций за 572 млн. долл.

"Verizon" (США) 2007 Венесуэла Нефтегазовая, активы Компенсация установлена в размере 907 млн.

"Exxon" (США) долл.

2007 Венесуэла Электроэнергетика, Государство приобрело 82% акций у компании AES Corporation (США) за 739 млн.

"Electricidad de Caracas" долл.

2008 Аргентина Авиаперевозки, Компания принадлежала испанской группе "Marsans", которая получила символическую "Aerolineas Argentinas" компенсацию в размере одного песо 2008 Венесуэла Цементная, "Cemex" Согласована компенсация в размере 600 млн.

(Мексика) долл.

2008 Венесуэла Металлургическая, Национализирована доля аргентинской компании "Ternium" (59,7%), согласована "Sidor" компенсация в размере 1970 млн. долл.

2008 Боливия Телекоммуникации, Национализирован филиал компании "Telecom" (Италия), компенсация определена "Entel" в 100 млн. долл.

2009 Боливия Нефтегазовая, "Empresa Филиал контролируемой ВР компании "Pan American Energy", которая требует Petrolera Chaco" компенсации в 233 млн. долл.

2009 Венесуэла Финансы, "Banco de Головному банку "Santander" выплачена Venezuela" (Испания) компенсация в размере 1050 млн. долл.

2010 Эквадор Нефтегазовая, "Noble Компания прекратила деятельность, Energy" (США) поскольку не согласилась на новые условия контракта с Эквадором 2010 Эквадор Нефтегазовая, "Petrobras" Компания ушла из-за изменения условий (Бразилия) контракта, компенсация составила 217 млн.

долл.

Источник: составлено авторами на основе национальных и корпоративных данных.

польное положение занимает PDVSA, образованная в 1976 г., когда в стране начался процесс тотальной национализации нефтегазового сектора. Даже в 1990-е годы в условиях неолиберальных реформ, сопровождаемых возвра стр. щением иностранных ТНК, PDVSA сохранила за собой командные позиции на нефтегазовом рынке. Однако ее эффективность оставляет желать лучшего, что привело, как и в Мексике, к существенному падению нефтедобычи: с 3,2 млн. баррелей в день в 2000 г. до 2,5 млн. в 2012 г. Иначе складывается ситуация в Колумбии, где с 1921 г.

ключевую роль в производстве нефти и газа также играет государственная компания "Ecopetrol S.A." (прежнее название - "Empresa Colombiana de Petroleos S.A."). Но это пример успешного предприятия, сумевшего в 2006 - 2011 гг. почти вдвое увеличить нефтедобычу: с 551 до 950 тыс. баррелей в день16. С 2007 г. "Ecopetrol" совместно с российской "Lukoil Overseas" осуществляет разработку месторождения "Condor" в предгорье Восточных Кордильер17. Все четыре ведущие латиноамериканские нефтегазовые компании - "Petrobras", "Pemex", PDVSA, "Ecopetrol" - входят в число крупнейших глобальных корпораций списка делового журнала "Fortune" (см. таблицу 4).

Для сравнения в таблицу включены данные "Repsol/YPF", характеризующие ее положение до национализации.

Таблица КРУПНЕЙШИЕ ЛАТИНОАМЕРИКАНСКИЕ НЕФТЕГАЗОВЫЕ КОМПАНИИ (млрд. долл., 2011 г.) Компания Страна Продажи Прибыли Место в Fortune Бразилия Petrobras 145,9 20,1 Мексика Pemex 125,3 -7,6 Венесуэла PDVSA 124,8 2,6 Испания/Аргентина Repsol/YPF 81,1 3,1 Колумбия Ecopetrol 35,5 8,4 Источник: Fortune 500. Annual ranking of America's largest corporations. 2012.

Государственные структуры контролируют ситуацию и в других наиболее крупных странах региона. В нефтегазовом секторе Перу действуют сразу две госкомпании:

созданная в 1969 г. "Petroperu" ("Petroleos del Peru S.A.") и "Perupetro S.A.", образованная в 1993 г., как "Национальное углеводородное агентство", главной миссией которого является поиск зарубежных инвесторов. В Чили определяющую роль играет госпредприятие ENAP ("Empresa Nacional del Petroleo"), действующее с 1950 г. Поскольку страна не обладает достаточными нефтяными ресурсами, то главной задачей ENAP является добыча "черного золота" за рубежом: в Перу, Эквадоре, Аргентине, Иране, Египте. В Боливии доминирует госкомпания YPFB ("Yacimientos Petroliferos Fiscales Bolivianos"), учрежденная в 1936 г. Согласно правительственному декрету о национализации нефтегазовой отрасли от 1 мая 2006 г., YPFB получила право распоряжаться углеводородными ресурсами, которые находились в руках иностранных компаний. Наконец, в Эквадоре (шестое место по добыче нефти в Латинской Америке) государственный контроль над нефтяным сектором был установлен в 1972 г. В настоящее время его осуществляет компания "ЕР Petroecuador" ("Empresa Publica Petroecuador").

стр. Таким образом, на современном этапе Аргентина стала последней из крупных стран Латинской Америки, которая "обзавелась" мощной государственной бизнес-структурой, действующей в жизненно важной нефтегазовой сфере. Испанский экономический аналитик Фернандо Барсиэла в данной связи писал: "Repsol стала последней жертвой политики, направленной на установление государственного контроля над энергетическими ресурсами путем создания национальных компаний"18.

Разумеется, названная политика не является исключительной прерогативой Латинской Америки. Как отметил российский ученый В. Б. Кондратьев, "повсюду в мире имеет место усиление позиций государства, особенно в странах, озабоченных проблемами индустриализации и устойчивого быстрого экономического развития"19. Аргентинские власти также учитывали этот факт и, обосновывая необходимость национализации YPF, приводили примеры успешной работы госкомпаний в Норвегии, Китае, России и т.д.

Вместе с тем очевидно, что в нынешних условиях деятельность государственных предприятий не может быть простой калькой с прошлого, она должна меняться, поскольку изменилась экономическая среда - как внутренняя, так и внешняя. И здесь лежат главные вызовы и риски. Государству необходимо извлечь правильные исторические уроки, чтобы обеспечить финансовую состоятельность и производственную эффективность госкомпаний, с их помощью успешно решать содержательные задачи национального развития. Насколько это реально?

В потоке международных и местных комментариев есть место и для оптимистических, и для пессимистических точек зрения. В хоре критических оценок прозвучал, например, голос нобелевского лауреата по литературе Марио Варгаса Льосы. Маститый писатель, нередко выступающий с громкими политическими декларациями, заявил, что национализация YPF "отдает анахронизмом" и "не вернет Аргентине энергетический суверенитет". По его мнению, эта акция потребовалась правительству К. Фернандес де Киршнер для того, чтобы вбросить в информационное поле "горячую тему" и таким путем отвлечь общественное внимание от серьезных социально-экономических проблем, с которыми сталкивается аргентинское государство20. Среди таких проблем известный аргентинский эксперт Хоакин Моралес Сола назвал нехватку финансовых средств, необходимых правительству для поддержания жизнедеятельности аргентинской "модели".

"Нефть, своя или чужая, оплачивает расходы популистского режима", - отмечал он в статье "Деньги и опросы: две главные причины" (экспроприации. - Н. Я., П. Я.)21.

Сокращение затрат на социальные программы ведет к потере позиций в опросах общественного мнения, а для их поддержания нужны дополнительные вливания в казну.

По мнению политолога Росендо Фрага, нельзя сбрасывать со счетов и идеологическую подоплеку случившегося. Усиление националистической и патриотической риторики, сопровождавшей процесс экспроприации, отмечал ученый, служило укреплению позиций правительства и объединению нации, но когда и какие дивиденды все это принесет экономике и обществу, непонятно22. Разумеется, все эти соображения имеют право на существование и содержат зерна истины, однако, не всегда учитывают общий контекст, в котором развиваются процессы огосударствления нефтяных ресурсов, делают их трактовку несколько упрощенной и чересчур локальной, ограниченной внутриполитическими причинами.

стр. На самом деле все обстоит сложнее. Давая более обобщенную оценку, можно сказать следующее. То, что произошло в Аргентине и ряде других стран Латинской Америки в 2000-х годах (вплоть до кризиса 2008 г.), и то, что стало происходить в посткризисный период, является элементом глобальной борьбы между двумя условными моделями неолиберальным капитализмом и "государственническим капитализмом", пришедшим на смену традиционному дирижизму. Если в 1990-е годы государство в латиноамериканском регионе было уходящей натурой, то в первое десятилетие XXI в. оно стало динамично "выходить из подполья". Ключевые инструменты поддержания хозяйственного роста перешли в руки государственной, а вернее - исполнительной власти (именно в ее распоряжении находится "центральный пульт управления"), чья политика, по сравнению с эпохой неолиберальных реформ, характеризуется иной идейной направленностью и во многом другим макроэкономическим смыслом. Тем самым национализация активов иностранных компаний в латиноамериканских странах несет в себе большой политический заряд, по своему значению выходит далеко за рамки отдельных государств и имеет вполне определенное международное звучание.

МАДРИД ПРОИГРЫВАЕТ "НЕФТЯНУЮ ВОЙНУ" Политическое руководство Испании болезненно отреагировало на вывод YPF из-под контроля испанского бизнеса. Причем сделало это незамедлительно: уже 17 апреля 2012 г.

(на следующий день после объявления об экспроприации пакета акций) председатель правительства Мариано Рахой, выступая на Мировом экономическом форуме по проблемам Латинской Америки, проходившем в Мексике, выразил свою "глубокую озабоченность" демаршем Розового дома. Испанский лидер заявил, что решение аргентинских властей "ничем не обосновано" и "имеет негативный характер", поскольку "наносит ущерб и Испании, и Аргентине" и "разрушает взаимопонимание, которое всегда существовало между двумя странами", а кроме того "создает опасный прецедент" и "вредит международному имиджу аргентинского государства"23. Такая острая реакция объяснялась целым рядом существенных обстоятельств финансово-экономического и политического порядка. Рассмотрим наиболее важные.

Во-первых, потеря аргентинских активов явилась тяжелым финансовым и репутационным ударом для "Repsol" - одной из знаковых и системообразующих испанских бизнес структур. Экспроприация означала утрату "Repsol" 33,7% инвестиций, обширных нефтегазовых месторождений, значительных добывающих и перерабатывающих мощностей, транспортных сетей, 1600 заправочных станций, многих объектов недвижимости и 21% чистой прибыли24.

Во-вторых, экспроприация в Аргентине послужила опасным прецедентом, поскольку примеру Буэнос-Айреса могут последовать другие латиноамериканские страны, где активно действуют испанские компании и банки. Говоря точнее, волна национализации, уже прокатившаяся по региону, грозит повториться. Случай с TDE в Боливии показал, что это не пустые страхи. Между тем, Латинская Америка занимает особое место в зарубежной экспансии испанских ТНК, вложивших в регион, по нашей оценке, свыше млрд. долл. прямых инвестиций и получающих здесь весомую часть валовой прибыли.

Таким образом, для Испании экономиче стр. ские и финансовые ставки в латиноамериканских странах чрезвычайно высоки.

Многочисленные филиалы иберийских компаний превратились в своего рода "заложников", чья судьба отчасти зависит и от того, какую линию будет проводить Мадрид в вопросах урегулирования имущественных споров хозяйствующих субъектов.

В-третьих, испанские власти не могут не учитывать международно-политические эффекты национализации, настоящую глубину отрицательных последствий которых им еще предстоит ощутить. В последние годы (особенно в период мирового финансового кризиса) в отношениях между Испанией и Латинской Америкой произошли значимые подвижки, свидетельствующие об изменении в соотношении сил и стратегических потенциалов не в пользу иберийского государства25. По сути, в сложной и многогранной системе испанско латиноамериканских связей начался процесс перезагрузки, который сопровождается относительным повышением международного влияния стран региона, усилением их экономических и политических позиций. Неслучайно КФернандес де Киршнер прямо заявила, что "ее нисколько не тревожит возникшая беспрецедентная напряженность в отношениях с Испанией", и, по меткому замечанию аргентинской газеты "La Nation", "хлопнула дверью перед носом всего мира"26.

Конечно, не все так просто и однозначно. Ни "Repsol", ни официальный Мадрид не собирались сидеть сложа руки. Весной 2012 г. испанские власти попытались организовать международный нажим на Буэнос-Айрес. С этой целью были проведены консультации с партнерами по ЕС, США, латиноамериканскими странами. Но результаты этих усилий оказались весьма скромными. В редакционной статье газеты "El Pais" отмечалась сравнительно "вялая дипломатическая реакция США и ЕС" на действия аргентинского правительства28. Действительно, Евросоюз ввел некоторые ограничения на торговлю с Аргентиной, но они имели скорее демонстративный эффект. Вашингтон, в свою очередь, принципиально осуждая экспроприации иностранной собственности, в аргентинско испанском споре старался сохранить нейтральность. В Белом доме опасались, что более жесткая, силовая реакция может только ухудшить ситуацию, в частности, "превратить ЬСФернандес де Киршнер в актуализированную версию Уго Чавеса"29. В ноябре 2012 г.

испанское правительство вело активные переговоры с аргентинской стороной, стараясь урегулировать спор до подачи менеджментом компании иска в суд Нью-Йорка (на местной бирже котируются акции YPF) с целью добиться "справедливой" компенсации.

Кроме того, у "Repsol" остается возможность обращения в Международный центр по урегулированию инвестиционных споров (International Centre for Settlement of Investment Disputes, ICSID), играющий роль влиятельного арбитражного трибунала27.

Однако, большинство экспертного сообщества склоняется к мнению, что аргентинско испанский конфликт будет "спущен на тормозах". Например, известный журналист и писатель Карлос Альберто Монтанер считает, что "у Испании нет способов добиться от Аргентины адекватной компенсации "Repsol" за экспроприированные активы". По его мнению, "аргентинцы заплатят столько, сколько захотят, и тогда, когда захотят"30. В сугубо практическом плане это означает, что теперь "Repsol" должна "научиться жить без YPF", выстраивать корпоративную стратегию, опираясь на новые рынки и форматы международного сотрудничества.

стр. Оказавшись в весьма сложном положении, "Repsol" вынуждена оптимизировать свой бизнес, в частности, продать часть активов (общей стоимостью 4,5 млрд. долл.), не являющихся для нее первостепенно важными. Так, компания выставила на продажу предприятия в Перу, Канаде, на Тринидаде и Тобаго и т.д. В частности, в Чили испанцы за 540 млн. долл. продали консорциуму чилийских бизнесменов дочернюю газовую компанию "Repsol Butano Chile", а в Эквадоре договорились о продаже местного филиала "Amodaim" китайской корпорации "Sinopec"31. Факты показывают, что в числе возможных покупателей фигурируют самые различные бизнес-структуры, включая быстро растущие корпорации ряда развивающихся стран. Например, повышенный интерес к активам "Repsol" проявила крупнейшая индийская газовая компания "GAIL (India)", нацелившаяся, в частности, на приобретение терминала сжиженного газа в канадском городе Канапорт32.

В результате в истории испанского лидера нефтегазовой отрасли начинается непростой этап, сопряженный с новыми вызовами.

YPF БЕЗ "REPSOL": СТРАТЕГИЯ РОСТА И ПОИСК НОВЫХ ПАРТНЕРОВ Новой YPF (без "Repsol") постепенно вернули отозванные в первые месяцы 2012 г.

лицензии. Провинции, оказавшие федеральному правительству существенную помощь в деле подготовки экспроприации, формально получили долю в компании. Согласно принятому закону, экспроприированные акции (51%) распределились между государством и нефтедобывающими провинциями в пропорции 51% к 49%. На деле подлинным хозяином YPF стало правительство, а провинции удовольствовались представительством в совете директоров. Реальное верховное управление компанией, а также всей энергетической сферой получил А. Кисилоф - главный генератор макроэкономических идей и восходящая "звезда" аргентинской экономики. Президентом национализированного гиганта был назначен 44-летний инженер-нефтяник Мигель Галуччио по прозвищу "Волшебник (El Mago)33.

Возвращение YPF под контроль государства поставило перед новым менеджментом компании сложные задачи по определению стратегии и технической концепции корпоративного роста, а также целевых сроков реализации программы развития национального нефтегазового сектора и получения современных инжиниринговых и технологических компетенций. В августе 2012 г. М. Галуччио выступил с рядом программных заявлений, в которых озвучил главные задачи и стратегические направления развития компании на период 2013 - 2017 гг. (тем самым была официально объявлена своего рода "пятилетка роста"). В качестве целевых ориентиров президент YPF назвал увеличение добычи нефти на 29%, природного газа - на 23%, а производства бензина и дизельного топлива - на 37%. Для обеспечения такого существенного прироста добычи предполагается пробурить порядка 2360 разведочных скважин, а в области нефтепереработки - инвестировать 8 млрд. долл. в наращивание производственных мощностей и модернизацию имеющихся предприятий. Эта широкомасштабная программа получила наименование "шокового плана", а ее реализация, по оценкам, потребует дополнительных инвестиций в объеме 37,2 млрд. долл. или свыше 7 млрд. в год34. Но где их собирался взять аргентинский "Волшебник"?

стр. Судя по комментариям руководства YPF, оно усматривает несколько возможностей. Во первых, неизбежно значительное увеличение производственных расходов из бюджета самой компании за счет сокращения выплачиваемых акционерам дивидендов. Во-вторых, делался расчет на заинтересованность отдельных зарубежных ТНК разрабатывать новые аргентинские месторождения нетрадиционных видов углеводородов. В частности, с целью "подогреть" интерес иностранных инвесторов правительство К. Фернандес де Киршнер организовало в Нью-Йорке "road show" - презентацию Аргентины как перспективной площадки для международного нефтегазового бизнеса. В-третьих, власти надеялись привлечь капиталы верхушки местного частного бизнеса. Так, М. Галуччио специально встретился с группой ведущих аргентинских предпринимателей и пригласил их участвовать в реализации планов расширения деятельности YPF. "Нам нужны стратегические и финансовые партнеры", - подчеркнул глава компании35.

В числе местных бизнесменов, выразивших готовность совместно с YPF инвестировать в добычу углеводородов, фигурировали многопрофильный предприниматель Эдуардо Эурникян ("Corporation America") и известный нефтепромышленник Карлос Бульгерони, продавший 50% акций "Bridas Corporation" китайской CNOOC. Из иностранных кампаний интерес проявила американская корпорация "Chevron" - один из мировых лидеров нефтегазового рынка и крупнейший частный инвестор в энергетическую индустрию Латинской Америки. Региональный президент "Chevron" Али Мошери не исключил участия компании в формировании кластера сланцевых углеводородов в районе "Vaca Muerta"36.

В поисках новых зарубежных партнеров, располагающих необходимыми финансовыми и материальными ресурсами, М. Галуччио в начале сентября 2012 г. нанес блиц-визит в Москву, где провел рабочую встречу с председателем правления ОАО "Газпром" А. Б.

Миллером. На переговорах стороны обсудили возможность организации поставок в Аргентину российского сжиженного природного газа и перспективы двустороннего научно-технического сотрудничества. По сообщениям аргентинской прессы, был согласован план совместной работы, предусматривающий взаимные визиты технических специалистов с целью уточнения сфер взаимодействия37. Отметим, что это был далеко не первый контакт YPF и "Газпрома"38, но линия реального российско-аргентинского коммерческого и производственного взаимодействия в энергетической сфере прочерчивается только сейчас.

Можно напомнить, что российский газовый монополист в течение ряда лет "присматривается" к рынкам Латинской Америки и уже сделал первые шаги в этом направлении. Причем, стратегия развития "Газпрома" как глобальной энергетической структуры нацелена на построение всей цепочки: от добычи до сбыта углеводородов на новых рынках, включая латиноамериканские. Именно в рамках этой политики "Газпром" осуществляет деятельность в Венесуэле, где речь идет о совместных нефтегазовых проектах с государственной компанией PDVSA, с которой подписаны и реализуются соглашения о сотрудничестве в разработке месторождений, а также об оказании венесуэльской стороне инжиниринговых и консалтинговых услуг. Например, в сентябре 2008 г. партнеры подписали "Меморандум о взаимопонимании" по проекту, включающему разведку и добычу природного газа на шельфе, его поставки на внутренний рынок, сжижение и экспорт. В ок стр. тябре 2011 г. "Газпром" и PDVSA подписали новое соглашение, предусматривающее создание совместного предприятия по освоению месторождения природного газа "Robelo" в заливе Маракайбо39.

На интенсификацию сотрудничества с Венесуэлой - крупнейшим производителем углеводородов в Латинской Америке - и идейно близким политическим режимом У.

Чавеса особые надежды возлагает и правительство К. Фернандес де Киршнер. (Как отмечал уже цитировавшийся К. Пагни, "аргентинско-венесуэльские отношения имеют запах нефти")40. 31 июля 2012 г. в здании аргентинского посольства в Бразилиа президенты двух стран подписали "соглашения об энергетической интеграции", предусматривающие формирование "стратегического альянса" между YPF и венесуэльской государственной нефтегазовой компанией PDVSA41. Предполагается, в частности, что аргентинская корпорация станет партнером смешанного предприятия, занимающегося разработкой месторождений "пояса Ориноко", где сконцентрированы крупные залежи трудно извлекаемой тяжелой нефти. В свою очередь, венесуэльцы примут участие в разведке и эксплуатации природных ресурсов на территории Аргентины и получат доступ к ее сравнительно развитой нефтехимической промышленности.

Подписание аргентинско-венесуэльских соглашений состоялось "на полях" внеочередного саммита Mercosur, на котором Венесуэла стала членом этого интеграционного объединения южноамериканских стран. Буэнос-Айрес кровно заинтересован в уплотнении региональных торгово-экономических связей, в повышении в них роли энергетического измерения и потому рассматривает сотрудничество с Каракасом в нефтегазовой области как свой важнейший геоэкономический и геополитический козырь. Неслучайно правительство К. Фернандес де Киршнер активно и настойчиво лоббировало присоединение Венесуэлы к Mercosur. В этом смысле оно проявило себя расчетливым региональным игроком, стремящимся к формированию на южноамериканском пространстве нового гравитационного центра энергетики, в котором лидирующую роль призвана сыграть ось Буэнос-Айрес - Каракас.

* Суммируя вышесказанное, имеет смысл сформулировать несколько заключительных тезисов и соображений принципиального порядка.

Случай с "Repsol/YPF" весьма характерен, можно сказать парадигмален, по крайней мере, в трех отношениях. Во-первых, экспроприацию активов испанской компании нельзя рассматривать как изолированный и локальный эпизод. Эта акция органично укладывается в русло современной макроэкономической стратегии официального Буэнос Айреса, одной из реперных точек которой является укрепление позиций государственных структур в хозяйственной жизни. Государство явно усиливает свою политическую и экономическую хватку, концентрирует финансовую и производственную мощь внутри госпредприятий.

Во-вторых, положение, сложившееся в Аргентине в начале второго десятилетия нынешнего века, свидетельствовало о нарастании кризисных явлений в энергетической отрасли, об угрозе возникновения положения цугцванга, при котором любой решительный ход правительства (кардинальное усиление государственного присутствия в отрасли или дальнейшее стр. укрепление позиций частных компаний) мог привести к трудно предсказуемым последствиям. Ситуация все больше заходила в тупик. В то же время необходимо было сломать инерцию сокращения производства углеводородных энергоносителей и сдвинуть положение в нефтегазовом секторе от застоя к росту. Розовый дом принял вызов и, экспроприировав большую часть активов "Repsol", взял на себя главные экономические и политические риски. Судя по всему, националистические теории и практики остаются эвристически сильными, а характерный для аргентинской истории круговорот этатистских и рыночных моделей развития энергетики будет продолжен.

В-третьих, "наезд" на "Repsol" отражает определенные мегатенденции, которые особенно четко прослеживаются (помимо Аргентины) в таких странах латиноамериканского региона, как Венесуэла, Боливия, Эквадор. После сбоев в функционировании неолиберальной модели делается ставка на возвышение роли государства, расширение административного ресурса, формирование сильных госпредприятий, способных стать основным нервом хозяйственной политики и создать прочную политэкономическую основу существующих режимов. Корневая проблема состоит в том, что данный курс, как правило, искажает сигналы рынка и нередко ведет к снижению производственной эффективности. Отсюда проистекает ключевой императив: минимизировать возникающие риски, не допустить, чтобы стратегическая экономическая целесообразность была принесена в жертву ситуативным политическим интересам.

И последние штрихи. Нет сомнений в том, что большая политическая и экономическая игра вокруг нефтегазовых богатств Аргентины (и других стран Латинской Америки) будет продолжена. В ней уже участвуют крупные энергетические корпорации мирового уровня, но могут подключиться и новые международные игроки, заинтересованные в доступе к недавно открытым огромным запасам нетрадиционных углеводородов, не исключены и неожиданные повороты ситуации. Некоторые дополнительные возможности работы на латиноамериканских рынках появились у российских компаний. Открытым остается вопрос о будущем характере аргентинско-испанских отношений. Все эти факторы щедро питают возникшую интригу, а потому - самое интересное еще впереди. Продолжение следует.

ПРИМЕЧАНИЯ Las claves de la expropiacion. - Cinco Dias. Madrid, 16.IV.2012.

C.Pagni. Energia, la crisis menos pensada. - La Nation. Buenos Aires, 22.111.2012.

La Nation, 24.VIII.2012.

F.Peregil. La batalla que Argentina si gano. - El Pais. Madrid, 22.LV.2012.

Honorable Camara de Diputados de la Nation. Votacion Nominal. 03/05/2012.

По результатам опросов общественного мнения, 74% аргентинцев поддержали экспроприацию YPF. (С. Malamud. YPF у la politica argentina, 23/04/2012. - http://www.real institutoelcano.org/).

F. de la Baize. La energia marca el ritmo de la geopolitica. - Clarin, 29.VII.2012.

Clarin. Buenos Aires, 24.VIII.2012.

Подробнее см.: Н. Яковлева, А. Пятаков. Энергетический рынок Аргентины и экспроприация акций YPF/Repsol. - http://www.ilaran.ru/?n= Argentina move scuppers Sinopec deal. - http://www.szdaily.com/content/2012 - 04/19/;

Sinopec completa adquisicion de unidad de Occidental en Argentina. http://spanish.china.org.en/economic/txt/2011-02/24/ Ambito financiero. Buenos Aires, 15.VII.2012.

стр. Сланцевый газ, мифы и перспективы мировой добычи. - http://www.pronendra.ru/gas/ Decreto Supremo N 1214. - http://www.gacetaoficialdebolivia.gob.bo/ Evo Morales nacionaliza la filial de Red Electrica de Espafia en Bolivia. - El Pais, 1.V.2012.

Nueva ola de nacionalizaciones en America Latina? - Cinco Dias, 13.V.2012.

R.Ferro. Modelo petrolero para armar. - http://www.perfil.com/ediciones/ http://www.finam.ru/analysis/investorquestion0000112EFA/default.asp F.Barciela. Argentina entra con YPF en al club de las NOC. - Politica Exterior. Madrid, mayo/junio 2012, p. 131.

В. Б. Кондратьев. Государственный капитализм на марше. ¦- www.perspektivy.info M.Vargas Llоsa. La Guerra perdida. - El Pais, 22.IV.2012.

J. Morales Sola. Dineiro y encuestas, las grandes razones. -LaNacion, 18.IV.2012.

LaNacion, 16.IV.2012, 20.IV.2012.

Intervencion del presidente de Gobierno en la session de apertura del Foro Economico Mundial. 17 de abril de 2012. -http://www.moncloa.gob.es/ D.Cabot. El crudo balance de YPF: radiografia de la principal empresa de la Argentina ahora bajo intervencion estatal. - La Nacion, 22.IV.2012.

Подробнее см.: П. П. Яковлев. Испания в мировой политике. М., 2011, с. 291 - 299.

La Nacion, 17.IV.2012.

ICSID был создан в рамках Всемирного банка в 1966 г. в целях содействия увеличению международных инвестиций путем предоставления услуг по арбитражному разбирательству и урегулированию споров между правительствами и иностранными инвесторами. http://www.worldbank.org/icsid/news/news/htm Precedente argentino. - El Pais, 22.IV.2012.

A. Cano. Estados Unidos se mantiene neutral en la crisis de YPF. - El Pais, 17.IV.2012.

http://america.infobae.com/notas/48966-Argentina-Espana-e-YPF Cinco Dias, 20.VII.2012;

2.VIII.2012.

Cinco Dias, 12.IX.2012.

М. Галуччио в 1990-е годы после окончания университета работал в YPF, но после завершения процесса приватизации в 1999 г. покинул компанию из-за несогласия с новым испанским руководством. До назначения на пост президента YPF служил в крупнейшей нефтесервисной транснациональной корпорации "Schlumberger" со штаб-квартирой в Хьюстоне.

YPF anuncio inversions por US$ 37.200 millones en 5 anos. - La Nacion, 31.VIII.2012;

Cinco Dias, 30.VIII.2012.

LaNacion, 24.VIII.2012.

La YPF expropiada busca socios para financiar sus inversions. - El Pais, 30.VIII.2012.

http://www.gazprom.ru/press/news/2012/september/articlel43225/;

YPF anuncio un acuer-do con Gazprom. - La Nacion, 4.IX.2012.

В частности, еще в октябре 2004 г. состоялась рабочая встреча А. Б. Миллера с президентом "Repsol/YPF" Альфонсо Кортиной, на которой обсуждались возможности совместных проектов в нефтегазовой области. http://gazprom.ru/news/2004/october/articlc55045/ Венесуэла. - http://gazprom.ru/about/production/projects/deposits/venezuela/ C.Pagni. Op. cit.

Los presidentes de Argentina y Venezuela suscribieron una alianza entre YPF y PDVSA. de Julio de 2012. - http://www.casarosada.gov.ar/ стр. Заглавие статьи Кризис по-португальски Автор(ы) Т. П. Петрова Источник Латинская Америка, № 12, Декабрь 2012, C. 43- ИБЕРИЙСКИЙ АСПЕКТ Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 37.9 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ Кризис по-португальски Автор: Т. П. Петрова Статья посвящена особенностям кризиса в Португалии на фоне сложной финансовой ситуации и обострения социально-экономических проблем. Реакция португальского общества мотивирована спецификой исторического развития страны и национального характера ее граждан.

Ключевые слова: Португалия, кризис, Евросоюз, национальный характер.

Перефразируя известную фразу Льва Николаевича Толстого о том, что все счастливые семьи похожи друг на друга, а каждая несчастная семья несчастна по-своему, можно сказать, что и с таким "несчастьем", как финансовый кризис, каждая страна Евросоюза справляется по-своему. Особенно нелегко приходится государствам, не обладающим запасом прочности ни в плане экономики, ни в плане финансов. К числу таких относится и Португалия.

В курортной зоне Алгарве, где основная часть населения занята либо традиционным рыболовством, либо обслуживанием туристов, признаки кризиса обнаружить нелегко.

Напротив, заметны прежде всего те перемены, которые начались после вступления Португалии в Европейский союз (ЕС). В течение длительного периода после Второй мировой войны страна была достаточно закрытой. Режим диктатора Антонио де Салазара (так же, как и режим Франсиско Франко в соседней Испании) обрек ее на вынужденную изоляцию. Европейские демократы не спешили устанавливать ни дипломатические, ни экономические отношения с диктаторами. Было принято даже решение ООН, рекомендующее всем государствам - членам этой организации разорвать дипломатические отношения с франкистской Испанией и отозвать оттуда своих представителей.

Большинство так и поступило. Уклонились только Португалия, Аргентина и Ватикан.

Казалось, что ситуация в Португалии не изменится никогда, но в 1975 г. военные совершили бескровный переворот и свергли диктатора. Однако трудности первого десятилетия после "революции гвоздик" носили такой глубокий и затяжной характер, что португальцы вряд ли смогли бы преодолеть их самостоятельно.

В роли спасителя выступил ЕС, куда Португалию приняли в 1986 г. После этого были проведены глубокие структурные преобразования. Только в Татьяна Павловна Петрова - кандидат исторических наук, доцент кафедры международных отношений Дипломатической академии МИД РФ (tatpetrova@yandex.ru).

стр. 80 - 90-х годах от ЕС была получена помощь в размере почти 30 млрд. евро. Часть этих денег, так же как и в соседней Испании, пошла на строительство современных дорог, гостиниц, инфраструктуры. Это позволило достичь высоких показателей роста- 3,4% в год. Впрочем, с годами этот показатель начал снижаться и в 2002 г. составил всего 0,7% в год. Вместе с этим рос и внешний долг, который в 2007 г. равнялся 236% ВВП.

Нерентабельные предприятия были закрыты, что затронуло интересы сотен тысяч человек, занятых в таких традиционных отраслях промышленности, как обувная, текстильная, пищевая и винная. В этих условиях часть уволенных должна была сменить профессию, а часть в поисках работы отправлялась не только в соседнюю Испанию, но и в другие страны ЕС. Уровень безработицы повышался и за счет выходцев из бывших португальских колоний - Анголы и Мозамбика, а в последние годы - и за счет выходцев из Восточной Европы и постсоветского пространства.

Зона Алгарве была ориентирована европейскими структурами на туризм, поэтому сюда были направлены мощные финансовые потоки, с помощью которых бывшие рыбацкие деревушки на глазах превращались в комплексы четырех- и пятизвездочных гостиниц. Но, как известно, "бесплатный сыр бывает только в мышеловке", и многие рыбаки не только вынуждены были сменить место жительства, но и род занятий. Чтобы избежать конкуренции, в странах ЕС было введено понятие "квоты" на многие сферы промышленного и сельскохозяйственного производства, в том числе и на добычу рыбы.

Это, с одной стороны, помогало избежать конкуренции, а с другой - вынуждало отдельные страны заметно сокращать рыбный промысел, а значит и число занятых в нем. Данные меры вызвали акции массового протеста, с которыми несколько лет назад выступили европейские рыбаки от Дании до Португалии. Кроме того, заметно сокращается и количество рыбы в традиционных зонах лова, каковым для португальцев с 1355 г. был район Ньюфаундленда. Теперь в поисках улова испанские и португальские рыбаки доходят до Аргентины.

Были установлены квоты и на поставку в Европу таких традиционных экспортных товаров Португалии, как фрукты и вино. Чтобы избежать конкуренции на внутреннем винном рынке, Португалия была разбита на десять регионов, за которыми было закреплено производство того или иного сорта винограда, а следовательно и определенных сортов вина. Поэтому для того, чтобы попробовать любимый сорт вина, желательно отправиться к месту его производства. Для сохранения многообразия сортов вина и поддержки малого бизнеса были сохранены некоторые семейные предприятия, где все производство ведется по традиционной технологии. Организация посещения таких маленьких фабрик по производству вина и конфет является почти обязательной для туристов. А туризм обеспечивает более 6% ВВП Португалии.

Другим стабильным источником пополнения ВВП является экспорт натуральной пробки (50% мировой потребности обеспечивает Португалия). Вдоль современных автострад можно увидеть посадки пробкового дерева, с которого раз в пять-шесть лет снимают пробку. Большая часть пробки используется для закупорки бутылок с вином и идет на экспорт, поэтому сувенир из пробки в самой Португалии надо еще поискать.

Страны ЕС по-разному переживают кризис не только в силу различий в уровне экономики, но и в силу различий в национальных характерах. Как стр. ни пытались лидеры ЕС убедить своих сограждан, что они теперь все "европейцы", национальный менталитет сохранился и даже усилился. Никто не хочет отказываться от своей национальной принадлежности в пользу общего "светлого будущего". Стереть эти различия не удалось ни Советскому Союзу за почти 70 лет его существования, ни Соединенным Штатам за всю их историю. Можно ли ожидать таких перемен в странах ЕС, история которого куда менее продолжительна?

Португальский национальный характер (также как, впрочем, и все другие) сформировался под влиянием двух факторов: особенностей природной среды и истории народа, зафиксированной в местных легендах, поэмах и летописях.

На небольшой площади в г. Сагриш стоит памятник одному из самых почитаемых португальских королей - Себаштиану. Возможно, ему не давали покоя лавры его предшественника - Генриха Мореплавателя, который организовал более 40 морских экспедиций и открыл знаменитую школу мореплавателей, куда стремились попасть лучшие мореходы того времени (включая Колумба). Так или иначе, но Себаштиан возглавил военный поход с целью захватить Марокко. В 1578 г. в возрасте 24 лет он отплыл в Африку со всеми силами, которые сумел собрать: около 17 тыс. бойцов, из которых 5 тыс. были иностранными наемниками. Отказавшись слушать советы опытных в африканских войнах капитанов, он двинулся навстречу войскам марокканского правителя, с которым и встретился возле Алкасер-Кибира. Битва закончилась ужасной катастрофой:

половина португальских солдат была убита, половина взята в плен. Сам король погиб. Эти события стали сюжетом многочисленных народных песен - фаро, в которых невеста (жена или возлюбленная) ходит по берегу, смотрит на море и ждет, когда вернется корабль с любимым.

Со смертью короля Себаштиана связано и народное суеверие - себаштианизм.

Представление о "короле, который должен вернуться в одно туманное утро", еще и сегодня является общим местом. Никто не говорит этого всерьез, но фразу часто используют для того, чтобы намекнуть на непередаваемое состояние духа, состоящее в вере в то, что событие, которого сильно желают, не может не случиться, но одновременно в надежде, что это случится само по себе, независимо от усилий конкретного человека1.

Особенностью формирования национального характера было и четкое разделение культурных процессов в эпоху Возрождения в Португалии два уровня: культуру для тех, кто знал латынь и имел доступ к высоким творениям средневековых поэтов и философов, и народную культуру, основанную на мифах, преданиях, народных песнях, танцах, семейных обычаях. Поскольку народ не знал не только латыни, но в большинстве своем и обычной грамоты (даже в 1900 г. 80% населения было неграмотным), высокая культура стала привилегией местной элиты.

Еще одним мощным фактором, способствовавшим формированию культурного слоя и, как следствие, национального характера и повседневной жизни португальцев в эпоху Средневековья, было влияние инквизиции. По некоторым данным, вплоть до 1684 г. на кострах инквизиции были сожжены 1369 человек, многие подверглись ссылке, конфискации имущества. Основными жертвами стали те, кого обвиняли в принадлежности к иной вере, занятиях колдовством и распутстве. Страну охватила религиозная истерия: каждый стремился донести на любого, кто принадлежал к другой религии или проявил неуважение к католичеству. Так же, как и в стр. соседней Испании, первыми жертвами религиозного фанатизма становились представители чуждых португальцам культур, прежде всего мавры и евреи, что привело к массовому оттоку их из страны. Донос расценивался как подвиг веры. Население было глубоко религиозно, и потому в течение двух веков каждый жил между долгом донести и страхом стать объектом доноса (до наших времен дошли документы по более 20 тыс.

судебных процессов, а сколько еще было утеряно или сознательно ликвидировано).

Контроль распространялся и на представителей искусства, литературы. Каждый автор знал, что между ним и печатным станком стояла инквизиция, что первым его читателем станет цензор. Это весьма ограничивало выбор тем сюжетов: как правило, все сводилось к почитанию святых и скромной лирике, поскольку, если и допускалось упоминание о любви, то только о любви к Богу.

Существенное влияние на формирование национального характера оказали достижения португальских мореплавателей, первыми из европейцев достигших Африки и Индии в XV-XVI вв.2. В национальном сознании это породило чувство гиперболированного восхищения их подвигами, которые, по мнению ультрапатриотов, затмили деяния греков и римлян. "По всей Земле слышны их голоса, и до границ мира раздаются их слова" (Дамиан де Гойш). Луис де Камоэнс опубликовал свой знаменитый труд "Лузиады" в г. в Лиссабоне, именно в нем идея превосходства нации была сформулирована наиболее образно и поэтично. Неудивительно, что ее подхватили представители всех слоев нации:

историки, поэты, аристократы и даже простой народ. Все хором утверждали, что за один день от португальцев можно научиться большему, чем за сто лет от римлян. "Лучше нам учить Гвинею, чем учиться у Рима" - таков был общий настрой нации.

Хорошую сатиру на них написал примерно в это время Лопе де Вега.

Я величайший Сеньор из тех, кто ходит по земле!

Я средоточье всяческих достоинств, Велик я и могуществен весьма.

Я скипетр, корона и престол, Что землю и моря дрожать заставят!

Я тот, кто до бездонной глубины Своей бессмертной славой проникает, И, наконец, порукою мне то, Что Португалец я, а это значит, Что выше меня нету на земле!

Однако отсталость страны, ее нищета и невежество со временем становились все более очевидными, и португальцы уже не могли продолжать приписывать себе первое место в мире. Но как эпический дух XVI в. выродился в XVII в. в фанфаронство, так же, как критический дух XVIII в. превратился в декадентство в XIX в.

"...Юношество, опустошенное и скептическое, разуверившееся в себе и в своей стране, лишенное традиций и высмеивающее общественные учреждения, жалующееся на нехватку всего и не стремящееся обеспечить себя ничем, ненавидящее землю, на которой родилось, язык, на котором говорит, образование, которое получило, раздраженно сидящее в этой бесплод стр. ной ненависти, как сыч в своем дупле, и на самом деле столь чуждое родной стране и ее духу, как будто бы его импортировали из Франции в ящиках пароходом из Гавра (Эса де Кейрош. "Современные заметки").

Поэт Антонио Нобре восклицал: "О, друзья мои! Какое несчастье родиться в Португалии".

Не напоминает ли это читателю знаменитую фразу Александра Сергеевича Пушкина: "И дернул меня черт родиться в России с умом и талантом".

Получив возможность бесконтрольного доступа к пряностям из колоний, португальские купцы не вкладывали средства в собственное производство, а предпочитали заниматься перепродажей этих пряностей на рынках Европы. В обмен они закупали для португальцев все: от оружия, одежды, мебели, посуды, бумаги, ковров, зерна, лошадей, карет, кораблей и снастей, дерева, до украшений, книг, сыров мехов, духов и пр. Жил Висенте (португальский автор XVI в.) высмеивал это положение, говоря, что даже мясо привозилось из Бретани, а капуста из Бискайи3. Португальские купцы имели свою факторию в Антверпене и все европейские товары для Португалии и колоний закупали в кредит (под 25% годовых), т.к. риски доставки были очень велики. Немногим удавалось вернуть кредит в срок, он накапливался, и уже к 1524 г. португальцы были должны 3 млн.

крузадо (что почти равнялось стоимости грузов за три года).

На торговле пряностями Востока издавна специализировались Генуя и Венеция, т.е.

существовала конкуренция, в которой португальцы проигрывали, так как не умели долго хранить специи - они теряли качество, были плохо упакованы, гнили в кораблях при доставке в Европу.

Из страны мигрировали тысячи людей: на борту кораблей, которые уходили из Тежу, было до 1200 человек, а до Индии добирались около 200. И там многие умирали от непривычного климата, поэтому социальные и экономические последствия торговли специями были весьма и весьма обременительны для Португалии. Крестьяне, забросившие свое хозяйство, которое не могло их прокормить, толпами отправлялись в Лиссабон, но и там не находили себе работы и пропитания. Аналогичные процессы имели место во всех странах средневековой Европы: в Великобритании, Германии, Испании.

Безземельные крестьяне, не нашедшие себе применения и в городе, сформировали класс люмпенов, что нашло отражение и в литературе. Так в Испании, например, оформился "плутовской роман", героем которого стал пройдоха, готовый служить кому угодно.

Иностранцы удивлялись скудости народной пищи: соленые сардины и черный хлеб.

Убежищем для бедняков стала церковь, количество монастырей за сто лет возросло с до 400. Церковь жила за счет десятины и платы от арендаторов за свои земли. В целом выбор у португальцев был такой же, как в Испании: служба при королевском дворе, церковь или море.

И при этом в обществе наблюдалось "общее нерасположение к труду". Один французский священник, удивляясь тому, что видел в Португалии, писал: "Эти люди готовы терпеть любую нужду, только бы не учиться ремеслу". Так же, как и в Испании, это было результатом заморской экспансии. Средства, поступавшие из колоний, не вкладывались в производственную сферу, а шли прежде всего на покупку титулов и взятки. Количество придворных, которое во времена Жуана II составляло две сотни, возросло до четырех тысяч (!) при Мануэле I;

такая же пропорция соблюдалась и стр. при дворах местных сеньоров. Достаточно было обладать ловкостью или связями, чтобы избежать тяжкого труда. В понимании большинства нуворишей физический труд являлся делом рабов - мавров и негров;

фразы типа "Работа хороша для черных", "У кого нет крестных, умирает мавром" появляются в португальском обществе именно в это время.

В конце XVI в. произошли резкие изменения в расстановке сил в Европе, что отразилось и на отношениях двух соседних стран (с 1580 по 1640 г. Португалия находилась под властью Испании). Хотя статут Филиппа II сохранял практически все права за португальцами, в национальном сознании сформировалось резко отрицательное отношение к Испании. Португальский двор начал сближение в Англией, что пробрело различные формы - от брачных союзов до военного сотрудничества.

Причинами тому послужили не только особенности национального менталитета, но и прежде всего обстоятельства экономического характера: португальские торговцы и судовладельцы перестали чувствовать преимущества от объединения с Испанией.

Испания не могла обеспечить безопасность ни своих, ни португальских судов с грузами из Южной Америки, которые подвергались нападениям корсаров на всем пути следования. С 1623 по 1638 г. было атаковано или захвачено около 500 судов, направлявшихся с ценным грузом в Португалию и Испанию. Кроме того, испанцы ввели новые налоги для рыбаков Лиссабона, что вызвало восстания 1637 - 1638 гг.

В 1640 г. восстание охватило и Барселону: толпа подожгла общественные архивы и убила генерал-губернатора. К восстанию присоединилось все графство, за помощью обратились к Франции. В 1641 г. французский король Людовик XIII был провозглашен графом Барселонским.

Правительство в Мадриде приняло решение о подавлении мятежа и отдало приказ о мобилизации португальской знати для сопровождения короля в ходе войны в Каталонии.

Этот приказ стал непосредственным поводом к португальской революции 1640 г.

(фактически это был государственный переворот, т.к. массы в нем не участвовали). заговорщиков ворвались в королевский дворец, нашли и убили госсекретаря Мигела де Вашконселуша, после чего заставили герцогиню Мантуанскую - племянницу испанского короля и вице-королеву - подписать приказ о сдаче военных крепостей без сопротивления.

Спустя две недели по старым португальским традициям королем провозгласили Жуана IV.

Испания все силы сосредоточила в Европе, где заканчивалась 30-летняя война.

Союзницей Португалии была Франция, но под давлением Испании она отказалась поддерживать португальцев. Тогда они обратились за помощью к Англии, которая дала несколько военных кораблей, несколько тысяч военных и инструкторов, которые обучили португальскую армию. В результате сражений 1663 и 1665 гг. испанская армия потерпела поражение и уже не пыталась вновь воевать.


Однако эти победы практически не принесли стране ни процветания, ни развития слишком глубоким был отрыв от европейских лидеров, накопившийся за предыдущие столетия. XVII в. стал решающим этапом в развитии современной мысли и науки. Это век Галилея, Декарта, Паскаля, Спинозы, Бэкона, Ньютона, время расцвета литературы и искусства. Многие знаменитые шедевры были написаны и созданы с 1600 по 1700 г. картины Рембрандта, Ван Дейка, Веласкеса, театр Шекспира, Сервантеса, Корнеля, стр. Мольера, Расина. В Португалии же этому исключительно созидательному и блестящему периоду хронологически соответствует эпоха застоя.

Лишь некоторые громкие европейские имена имеют отношение к Португалии. Спиноза был сыном португальского еврея, бежавшего от инквизиции в Голландию. Веласкес был сыном уроженца Порту, вынужденного искать работу в Севилье. Это лишь частные случаи. Но и они указывают на две основные причины упадка: преследования инквизиции, породившие изоляцию и парализовавшие культурные инициативы, и экономический и политический кризис, кульминацией которого стала утрата независимости, создавшая в стране атмосферу депрессии и уныния, несовместимую с блеском литературы и искусства.

Образование под строгим контролем иезуитов велось по одним и тем же учебникам на протяжении 150 лет (даже в университете Коимбры). Поэтому после воцарения на троне Жуана IV (1640 г.) он столкнулся с трудностями при отправлении посла во Францию никто из португальских дворян не говорил по-французски.

Другой характеристикой менталитета той эпохи продолжала оставаться вера в чудо, широко распространенная как объяснение практически всего, что происходит или существует не только в стране, но и в мире. На этом фоне удержалось и могло развиваться лишь народное творчество как на уровне фольклора, так и на уровне ремесла. Именно в этот период получила развитие бело-голубая керамика - азулежо. Эта керамика первоначально украшала стены церквей, поскольку ввоз дорогих ковров и гобеленов из Европы был ограничен из-за бесконечных войн, которые вела Испания с Голландией и Фландрией. Впоследствии азулежо и резьба по дереву переместились в Бразилию, где они развились на местном материале (черное и красное дерево).

Несмотря на утрату доходов от колоний и резкое отставание Португалии от европейских государств, в национальном сознании сохранялись устойчивые представления о себе как об избранной нации, что приводило иностранцев в недоумение. Вот пример из записок французского посла: "...Хотя у португальцев живой ум, нельзя не удивляться этому самомнению: у них нет какого-либо образования, а так как они не имеют представления о других странах и говорят лишь о размере своих домов и о великих делах своих предков, они уверены, что не существует знати более прославленной, чем португальская, и не существует страны, в которой жило бы столько великих людей"4. Однако разрыв между Португалией и другими европейскими странами все увеличивался, и на заседании кортесов в 1657 г. власти были вынуждены открыто и недвусмысленно констатировать общую слабость государства.

Как видно, события в Европе и мире уже вышли из-под контроля как португальских, так и испанских властей. В 1703 г. был подписан Лиссабонский договор о "вечном" союзе Португалии с Великобританией. Возросшее влияние Англии в мировых делах было закреплено и в условиях Утрехтского мира 1713 г. Она получила значительную часть Французской Америки и право ведения торговли на испанских территориях, а также контроль за работорговлей. Португалия, которая была союзницей Франции, получила лишь право на оба берега Амазонки.

В этих условиях правительство предприняло попытку торговой реформы (но не реформы производства). В наибольшей степени выиграли производители вина (портвейна): его производство возросло с 7 тыс. бочек в начале XVIII в. до стр. 44 тыс. в конце того же века. Однако в 1754 г. производители жаловались, что бочка вина, за которую англичане заплатили в Порту 10 тыс. реалов, продавалась на островах за тыс. реалов. Импорт английских товаров зависел от объема экспортируемого вина, поскольку Англия платила не деньгами, а товарами (т.е. стимулировала свое собственное производство).

Ситуация начала меняться только тогда, когда в Бразилии было найдено золото. Причем это золото залегало близко от поверхности земли, так что добыча могла производиться самыми примитивными методами. В 1699 г. в Лиссабон пришел первый груз - 500 кг золота, и в 1720 г. добыча достигла самой высокой отметки - 25 тыс. кг5. Чуть позже в Бразилии были найдены и алмазы. За период 1730 - 1800 гг. было произведено более млн. каратов алмазов. Это привело к понижению на них цен в Европе (почти на 75%). В Бразилии португальские власти пытались взять под свой контроль добычу (через систему налогов), а также реализацию товара, что вызывало активное сопротивление как добытчиков, так и контрабандистов. В итоге это породило массовое неприятие португальских властей, которое особенно возросло, когда в эпоху Наполеоновских войн в Бразилию переехал королевский двор.

Несмотря на поступления золота и алмазов, в самом португальском обществе сохранялся застой. Португальский дипломат той эпохи Жозе де Кунья Брошадо так описывает точку зрения Франции на португальскую "элиту": "В Португалии нет науки, нет политики, нет экономики, нет образования, нет знати, нет двора. Литература находится в изгнании, в монастырях едва умеют служить обедню. Из них никто не имеет представления об истории Библии и Священных книг. Отцы церкви и церковные соборы неизвестны. Что касается истории, португальцы - полные невежды даже в своей собственной истории и не знают своего происхождения, своих завоеваний, своих интересов, своих побед и достижений... Дворяне надменны сверх меры и считают себя богами, говорят мало и всегда держатся в стороне от общения, опасаясь и боясь совершить какой-либо шаг, по причине которого станут менее божественными. В целом знать бедна, нечасто присутствует при дворе, не имеет обхождения, демонстрирующего искусство галантности, которое им абсолютно незнакомо, словно они родились в горах или в деревне. Им не преподают свободных искусств. Не было кого-либо, кто мог говорить на собственном языке, чтобы научить своих детей без помощи учителей и гувернанток. Если среди них есть кто-то, кто хотел бы поговорить о вопросах науки и политики, над ним смеются и третируют его, как "студента", что то же самое, что безрассудный безумец"6.

Так как отставание Португалии становилось все более заметным, были предприняты попытки изменить ситуацию: начали возникать первые предприятия современного типа, среди них - литейный завод, фабрика зеркал, производство тканей, бумажная фабрика. Но все эти проекты оказались неэффективными и развалились. Зато огромные деньги тратились на поддержание королевского двора и строительство дворца-монастыря в Мафре. Ансамбль имел площадь 4000 м2, включал в себя огромный королевский дворец, монастырь на 300 человек и церковь. Всего 1300 помещений, в том числе залы, комнаты и монастырские кельи. Строили иностранцы, в основном итальянские архитекторы, по всей стране собрали 45 тыс. мужчин, которые работали на этой стройке. Их заставляли работать 7 тыс. полицейских.

стр. Как часто бывает в истории, в нужное время появляется лидер, который в состоянии вывести страну из кризиса. В истории Португалии таким лидером стал Себастьян Жозе дие Карвальо-и-Мело, маркиз де Помбал. Выходец из провинциальной дворянской среды, он быстро продвинулся по службе и в 1759 г. получил титул графа де Оэйраша, а в 1770 г.

- и маркиза. Именно он возглавил восстановление Лиссабона после сокрушительного землетрясения 1755 г., ввел единый архитектурный стиль.

При нем была проведена административная реформа, купцы были уравнены в правах с дворянами. Были учреждены кампании для торговли с колониями: Азиатская (1753 г.), Компания Пара и Мараньяна (1755 г.), Китобойная (1756 г.), Компания Пернамбуко и Параибы (1759 г.). Развивалась промышленность за счет привлечения иностранных специалистов и предоставления им привилегий. Маркиз де Помбал начал борьбу с орденом иезуитов и добился его ликвидации на территории страны. Провел университетскую реформу, в университете были созданы два новых факультета математический и философский (где преподавали курсы естественных наук, а также физики и химии). В связи с нехваткой местных специалистов, их приглашали из-за рубежа. (Впрочем, вплоть до начала XIX в. инквизиция имела право обыскивать общежития студентов и книги преподавателей.) Наряду с этим министр жестоко подавлял любые попытки сопротивления, отправляя врагов в инквизицию, в застенках которой погибли не менее 2400 человек, и еще 800 были выпущены на свободу уже после его смерти. Во многом его деятельность можно сопоставить с деятельностью Петра Великого, который "Россию поднял на дыбы".

Полемика об итогах деятельности Помбала ведется в Португалии до сих пор. Характерно, что еще при его жизни большинство проведенных им реформ было отменено.

Все эти преобразования проходили в сложных международных условиях: началась война за независимость США (1775 - 1783 гг.), произошла революция во Франции 1789 г., наступала эпоха Наполеона. Во многом это повлияло и на укрепление отношений Португалии с Англией. В 1806 г. Наполеон ввел континентальную блокаду против этой страны. Несмотря на традиционные дружеские отношения между Британией и Португалией, последняя была вынуждена формально уступить, но в португальские порты английские корабли заходили, как к себе домой. В качестве ответной меры Наполеон планировал расколоть Португалию на три небольших государства: Алентежо и Алгарви под властью Мануэля Годоя (фаворита испанского двора). К северу от р. Дору должно было появиться королевство Лузитания (под властью внука короля Испании), а территории Эштремадура и Бейра должны были отойти Франции.


В конце 1807 г. французская армия под командованием генерала Жана Жюно вступила в Португалию. Официальная имперская газета "Монитор" известила о прекращении правления в стране династии Браганса. Газета появилась в Лиссабоне еще до прихода французских войск, и английский посол показал ее принцу-регенту. Так последний узнал, что Наполеон сверг его с престола. Не желая оставаться под властью французов, принц регент, королева и вся королевская семья поднялись на борт английских кораблей в устье Тежу и отплыли в Бразилию. Их сопровождала многочисленная свита: представители знати, богатые купцы, высшие чины администрации, судьи, вся дворцовая прислуга всего около 10 тыс. человек.

стр. Интересно, что эта акция была согласована с Англией еще за год до описываемых событий, что свидетельствует не только об активности английской разведки, но и о далеко идущих планах английских властей.

Французское войско прошло через всю страну, не встретив ни малейшего сопротивления.

Жюно обратился к жителям Лиссабона, закончив речь здравицей в честь Наполеона, но толпа его не поддержала. Французы отправились на банкет, а португальцы на улицах собирались и выкрикивали "Смерть Франции!". Толпа была разогнана, но особых жертв не было, также не нашлось и лидера, который мог бы эту толпу возглавить. 1 августа англичане высадились в Португалии, французы пытались сопротивляться, но потерпев два поражения, запросили перемирия. Англичане обещали вывезти их на своих кораблях во Францию, и Лиссабон сдался без боя. В стране началось преследование тех, кто сотрудничал с французами - "афранцесадо" (аналогичные процессы проходили и в соседней Испании).

Эта победа над французами еще больше сплотила англичан и португальцев. В Португалии побывал лорд Байрон, с ХЕХ в. представители королевской семьи и английские аристократы ежегодно проводят там часть своего отпуска. Уинстон Черчиль с удовольствием занимался зарисовками португальских природных красот. И в настоящее время около 80% посетителей в туристической зоне Алгарви составляют жители туманного Альбиона.

Отъезд королевского двора в Бразилию имел своим следствием формирование Объединенного королевства в составе Португалии, Алгарве и Бразилии. После возвращения короля в Лиссабон принцем-регентом стал его сын, принявший в 1822 г.

титул императора Бразилии под именем Педро I. Независимость страны была провозглашена 7 сентября 1822 г. Именно это обстоятельство позволило царской России установить дипломатические отношения с Бразилией раньше, чем с другими латиноамериканскими странами, которые на тот момент юридически еще находились под властью Испании, хотя и вели борьбу за свою независимость.

В самой Португалии отношения с Бразилией значительно активизировались после 1822 г., в том числе и за счет миграции туда безземельных португальских крестьян. Денежные переводы португальцев, мигрировавших в Бразилию, составляли значительную часть дохода страны: их общая сумма была равна той, которую платили государству собственники недвижимости в самой метрополии. По мнению некоторых экономистов, никогда Бразилия не была столь доходной, как в то время, когда перестала быть колонией.

На протяжении всего XIX в. число жителей Португалии увеличилось примерно на 70%, едва превысив показатель 5 млн. человек. К 2002 г. численность населения достигла 10, млн. человек, кроме того 2,2 млн. португальцев проживают за пределами страны7.

Важным направлением во внутренней политике Португалии в середине XIX в. стала разработка либерального законодательства и ликвидация феодальных пережитков, в том числе за счет продажи собственности духовенства. Португальский Гражданский кодекс действовал сто лет - с 1867 по 1967 г. (самый продолжительный срок в Европе).

В 1910 г. в стране была свергнута монархия и провозглашена республика. Однако в 1926 г.

произошел государственный переворот и установлена военная диктатура. В эпоху А.

Салазара Португалия вступила в НАТО и упрочила свои отношения с США. Новый диктатор Марсело Каэтано был стр. отстранен от власти в 1974 г. группой офицеров из "Движения вооруженных сил". Однако экономический фундамент страны продолжал оставаться весьма слабым, несмотря на все попытки его модернизации. Для успеха реформ не хватало двух составляющих: мощной государственной финансовой поддержки и наличия специалистов, способных адаптироваться к новейшим технологиям. По данным 2001 г., в сельском хозяйстве было занято 10% рабочей силы, в промышленности - 30%, а в сфере услуг - 60%.

В значительной степени такой расклад был обусловлен той ролью, которую Португалии отводили в ЕС. Предполагалось, что в рамках этого объединения Португалия будет специализироваться на развитии туризма, а объемы промышленного производства (реализуемого, как правило, на маленьких и малоэффективных фабриках) надо было сократить. Следовало также сократить и долю государства в экономике с 40% в 1975 г. до 7 - 8% в 2001 г.8. Для реализации всех этих проектов Португалия получила от ЕС помощь в размере 29,7 млрд. евро. И вот, как по мановению волшебной палочки, бывшие рыбацкие поселки исчезли, а на их месте появились современные пятизвездочные гостиницы. Часть населения нашла себе применение в сфере обслуживания, часть была вынуждена эмигрировать, в том числе и в соседнюю Испанию, где большинство находило работу на стройках в качестве гастарбайтеров.

Однако вскоре и в Испании наступил кризис, показатели безработицы оказались самыми высокими в ЕС (свыше 20% трудоспособного населения, а среди молодежи этот показатель достигает 50%). В этих условиях спрос на дешевые рабочие руки из Португалии резко снизился, более того, начались столкновения в борьбе за рабочие места.

В этих условиях возрос отток населения из самой Португалии (как уже отмечалось выше, за рубежом проживают свыше 2 млн. португальцев). Кто-то ищет спасения в странах ЕС, кто-то в США, кто-то готов поехать в Бразилию, а кто-то и в Анголу, где у многих остались родственники и недвижимость.

В поисках выхода из ситуации северные провинции Португалии угрожают центральному правительству отделением или переходом под власть Мадрида, так как не ощущают никакой заботы Лиссабона об улучшении положения дел в их регионе. Свидетельством этого явилась такая акция, как водружение испанского флага над зданием местных органов власти. Более лояльные к властям португальцы спешно проходят курсы по выра стр. щиванию сельскохозяйственной продукции, поскольку при вступлении в ЕС им обещали, что все необходимое им будут поставлять оттуда, и многие из них перестали заниматься ведением собственного хозяйства. Ведь все эти продукты можно купить в магазине, дефицита нет, но цены - общие для всего ЕС, и многих это не устраивает, особенно в условиях кризиса.

Долгое время могло казаться, что португальцы не так шумно протестуют, как греки или итальянцы. Отчасти это обусловлено и особенностями национального характера, но в последнее время все чаще приходит информация о том, что массовые акции протеста имели место в Лиссабоне и других крупных городах. Стычки с полицией становятся неотъемлемой частью этих выступлений. И это не просто "плохие новости", это сигнал будущих столкновений, ведь "самый сильный протест вырывается из груди самых слабых", мы это знаем, и не только по драме Островского "Гроза", но и по собственному опыту.

...До моей первой поездки в Португалию я стала свидетелем забавной сценки. Дело было в Донецке, в квартире моей давней подруги. Сидим мы на кухне и в духе лучших традиций ведем разговор обо всем сразу: и о здоровье, и о политике, и о детях. Вдруг приходит соседка и радостно так с порога заявляет: "Вот счастье-то какое - письмо от дочери пришло, она работу нашла, да так быстро. Другие по полгода не могут найти, а она за две недели нашла. Ну, теперь мы с голоду не помрем". Я с удивлением спросила, что же это за работа такая, и что за страна такая, где одна девушка может прокормить всю семью? "Да в Португалии это, в Португалии, - лучезарно улыбнувшись ответила мне соседка, - она там в кафе посуду моет".

Какое-то время спустя после моей поездки в Португалию вновь раздался звонок из Донецка от подруги. Я с удовольствием поделилась своими впечатлениями и услышала новости от нее. "А ты помнишь мою соседку, ту, у которой дочь уехала в Португалию? спросила она. - Так у нее тоже новости: вышла замуж за португальца и уже родила ребенка". Хорошая новость, действительно повезло девушке, можно было бы за нее порадоваться, да что-то мешает. Видела я в гостинице этих девушек с Украины, из Польши и других стран Восточной Европы - на родине они не нужны? В сущности вопрос стоит так: а кому повезло больше? Может быть, не ей, а Португалии?

ПРИМЕЧАНИЯ Ж. Э. Сарайва. История Португалии. М., 2007, с. 157 - 159.

Historia de Portugal. Ramos, 2009. Ж. Э. Сарайва. Указ. соч., с. 172.

Там же, с. 212.

Там же, с. 219.

Там же, с. 222.

Энциклопедия стран мира. М., 2004, с. 276 - 277.

Там же, с. 279.

стр. Заглавие статьи Структурные особенности латиноамериканских СМИ Автор(ы) Е. С. Пушкина Источник Латинская Америка, № 12, Декабрь 2012, C. 55- ОБЩЕСТВО Рубрика Место издания Москва, Россия Объем 29.1 Kbytes Количество слов Постоянный адрес статьи http://ebiblioteka.ru/browse/doc/ Структурные особенности латиноамериканских СМИ Автор: Е. С.

Пушкина Структура медиарынка в Латинской Америке весьма противоречива. В условиях снижения неграмотности населения и развития средств массовой коммуникации распространение новостных материалов приобретает массовый характер, и ощущение сопричастности к текущим событиям в стране и мире становится одной из основных потребностей современного человека. В специфических условиях Латинской Америки существенное расширение доступа к информации обеспечивается в первую очередь теми СМИ, которые не требуют прямой оплаты, такими, как радио и телевидение.

Ключевые слова: медиарынок, СМИ, Латинская Америка, информация, коммуникация, развитие.

В 90-е годы прошлого столетия медиаиндустрия в латиноамериканских странах пережила некоторые изменения, которые в большинстве случаев привели к тому, что государство стало зависеть от предприятий и активов, особенно в телекоммуникационной сфере, а также к усилению влияния рынка на производство и распространение продуктов и услуг культурной и коммуникационной сфер. Неолиберальная экономическая модель развития во многом способствовала открытию рынков сбыта, что в свою очередь стимулировало доступ широким слоям населения к потреблению технологий и медиапродуктов, которые ранее находились вне пределов их досягаемости.

Попробуем рассмотреть особенности латиноамериканского медиарынка на примере Аргентины, Боливии, Чили, Перу, Венесуэлы, Колумбии и Эквадора. За основу анализа возьмем стандартное разделение массмедиа на следующие секторы: печать (ежедневная и еженедельная газетная и журнальная пресса), аудиовизуальные СМИ (телевидение и радио), Интернет (он-лайн журналистика) и информационные агентства. _ Екатерина Сергеевна Пушкина - соискатель ученой степени кандидата наук кафедры международной журналистики факультета журналистики СПбГУ (ekatru@yandex.ru).

стр. ПЕЧАТНЫЕ ИЗДАНИЯ Рассмотрим сначала структуру ежедневных газет. Не будем подробно останавливаться на еженедельных изданиях, поскольку основные тенденции, характерные для ежедневных газет, безусловно отражаются и на них.

Итак, в Аргентине выходит 182 ежедневных газеты общим тиражом 1700 тыс.

экземпляров1. Большинство этих органов печати принадлежит различного рода организациям и обществам, политическим партиям и группировкам, а также частным владельцам. Однако формально подавляющее число изданий позиционируется как самостоятельные и независимые. В качестве официальных органов политических партий газеты почти не выходят. Аргентинские газеты можно разделить на следующие четыре группы: "традиционно независимые", проправительственные, издания, отражающие позиции тех или иных политических партий, и пр.

Буэнос-Айрес является крупнейшим информационным и полиграфическим центром страны. Провинциальные газеты выходят незначительными тиражами и публикуют в основном местные материалы. Главными национальными изданиями считаются "Clarin" и "La Nacion", в числе же ведущих местных газет можно выделить "La Razon" и "La Voz del Interior". Экономический кризис 2001 г. повлиял в большей степени на тиражи ежедневных изданий, которые несколько снизились за последнее десятилетие (на 20% по сравнению с 1999 г.)2. Однако пресса не потеряла своей рекламной привлекательности, и совокупно газеты (29%) и журналы (7%) имели близкий к телевидению (41%)3 процент коммерческих объявлений.

Издания экономического направления представлены такими газетами, как "Ambito Financiero", принадлежащей "Grupo Uno", "El Cronista Comercial", до 2006 г.

принадлежавшей "Grupo Recoletos", а также "Infobae" Серхио Спольски. Здесь, помимо финансовой информации, несколько полос занимают материалы политического и социального характера.

Журнальный сектор прессы также подвергся серьезным экономическим испытаниям г. и на современном этапе переживает возрождение. Помимо уже упомянутых издательских домов "Clarin" и "La Nacion" выпуском разноплановых журналов занимаются "Editorial Atlantida", "Producciones Publiexpress" и "Editorial Perfil".

В Боливии выходит 25 ежедневных газет общим тиражом 130 тыс. экземпляров.

Наиболее крупные газеты издаются в столице страны г. Ла-Пас, а также в г. Санта-Крус. В Оруро, Кочабамба, Потоси, Сукре и Тахира первым языком считается не испанский, а аймара или кечуа. Подавляющее стр. большинство боливийских газет являются типичными информационными изданиями, отражающими интересы владельцев крупных экономических групп. Среди наиболее известных газет стоит назвать: "Еl Diario", "La Razon", "La Prensa", выходящие в Ла-Пасе;

"El Deber", "El Nuevo Dia", "El Mundo" - в Санта-Крусе;

"Los Tiempos" - в Кочабамбе;

"Correo del Sur" - в Сукре;

"La Patria" и "Nuevo Sur" - в Тарихе. Более половины всех ежедневных газет страны издается в первых двух крупных городах. Географический, экономический и социальный факторы повлияли на то, что общий тираж прессы в Боливии является одним из самых низких в регионе - всего 14 экземпляров газет на человек. Рекламные вложения в периодические издания (4,5%) и телевидение (33,5%) на 2006 г. по сравнению с другими странами были достаточно скромными4.

В Венесуэле издается 92 ежедневных газеты общим тиражом 1050 тыс. экземпляров.

Наиболее влиятельные из них - "Ultimas Noticias", "El Nacional", "El Universal" - тесно связаны с крупными экономическими группами. По сравнению с телевидением (79%) рекламные вложения в прессу не столь велики (16%)5.

В Колумбии выходит 39 ежедневных газет. Общий тираж этих изданий достигает тыс. экземпляров. Единственная газета национального масштаба - "El Tiempo", входящая также в пятерку самых крупных в Латинской Америке. Среди региональных и местных органов печати самые известные: "El Meridiano de Sucre" - в Синселехо, "La Tarde" - в Перейре, "El Universal" - в Картахене, "El Colombiano" - в Медельине и др. Рекламные вложения в ежедневную прессу (25,7%) и журналы (8,3%) в целом близки к телевизионным (45%)6.

В Перу издается 74 ежедневных газеты общим тиражом около 1000 тыс. экз. Наиболее крупные из них - "El Comercio", "Correo", "La Republica" - печатаются в Лиме. Рекламные вложения в прессу (37%) и телевидение (47%) в целом близки7.

Наиболее значительные чилийские газеты (из них 59 - ежедневные) выходят в городах Сантьяго и Вальпараисо, где сосредоточена большая часть населения страны и находятся крупнейшие издательства и полиграфические предприятия. Чилийские газеты являются типичными информационными и коммерческими изданиями. В них много места отводится публикации рекламы и объявлений, освещению светской жизни, сенсационных событий, спорта и пр. Политическим вопросам и международной информации уделяется значительно меньше внимания.

Крупнейшие газеты издаются одновременно в нескольких городах. Например, "El Mercurio" выходит в Сантьяго, Вальпараисо, Антофагасте.

стр. Большими тиражами могут похвастаться и газеты, издающиеся в крупных административных и экономических центрах, - "El Mercurio", "Las Ultimas Noticias", "La Segunda", "La Tercera", "La Cuarta" и "La Nacion". Провинциальные газеты имеют небольшие тиражи. Характерной особенностью чилийских газет является их деление на утренние и вечерние, что заметно по тематике освещаемых ими вопросов, однако это не является всеобщим правилом. Общий тираж ежедневных изданий - 995 тыс. экземпляров.

Газеты принадлежат частным лицам, компаниям, а также политическим партиям.

Значительный процент органов печати в Чили является собственностью католической церкви. Рекламные вложения в 2006 г. в ежедневную (29,4%) и периодическую прессу (3,9%) были заметно ниже, чем в телевидение (51,1%)8. Журнальный сектор поделен между издательскими домами "El Mercurio" и "Copesa", а также "Claro", "Holanda Comunicaciones" и "Tiempo Presente".

В Эквадоре всего выходит 35 ежедневных газет общим тиражом около 340 тыс.

экземпляров. Большая их часть издается в Кито и в крупном портовом городе Гуаякиле.

Эквадорские газеты в большинстве своем принадлежат крупным экономическим группам, а также религиозным организациям. На долю прессы приходится всего 15% рекламных вложений9.

В последние годы многие издательства обращают внимание на так называемую "народную" и "сенсационную прессу". В некоторых случаях это является ответом на имеющиеся экономические трудности, но вполне вероятна и прямая зависимость от потребностей более широкой, чем прежде аудитории, не желающей или не способной воспринимать "сложный" журналистский текст.

ИНТЕРНЕТ Латиноамериканские издатели понимают: чтобы выжить на современном медиарынке, газета должна взаимодействовать с Интернетом, максимально используя его возможности.

К тому же именно ежедневная пресса дала толчок развитию сетевых изданий в регионе.

Примерно 69% наиболее значительных органов печати доступны и в электронном виде10.

Развитие онлайн журналистики в Латинской Америке в целом идет в том же русле, что и в европейских странах. Наблюдается стремительная конвергенция СМИ: помимо выпуска онлайн версии газеты сайт предос стр. тавляет своим читателям различные мультимедийные ресурсы (видео, аудио и пр.). Но в целом в процессе информатизации показательна общая отсталость региона, а также экономическая слабость данных изданий. За некоторым исключением он-лайн версии латиноамериканских газет существуют в условиях ограниченного финансирования, благодаря молодым (20 - 30-летним) журналистам (в составе трех или четырех человек, не более). Примечательными являются следующие цифры: 63% он-лайн газет имеет рассылку новостей на электронную почту, 57% делает рассылку на мобильный телефон, 52% использует формат RSS и 54% газет предоставляет PDF-версию своей бумажной версии11.

По словам президента Всемирной газетной ассоциации Кристофа Рисса, поскольку Латинская Америка не подвергается такому давлению со стороны Интернета и "новых медиа", как Европа и Северная Америка, здесь "есть больше времени, чтобы подготовиться к переменам, связанным с распространением цифровых СМИ, и возможность перенять опыт других регионов"12.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |
 





 
© 2013 www.libed.ru - «Бесплатная библиотека научно-практических конференций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.